Задонский С & Задонский М
Гонец из прошлого (Посыльный 'серой стаи' - 1)

   Задонский С. Задонский М.
   Посыльный "серой стаи"
   Книга 1
   Гонец из прошлого
   Из камней прошлого
   созданы стены грядущего.
   Рерих
   ОТ АВТОРОВ
   Написать этот роман нас побудила случайная встреча с необыкновенным человеком. Двадцатичетырехлетний младший командир Красной Армии, в канун Великой Отечественной войны он был направлен в распоряжение начальника разведывательного отдела Киевского особого военного округа...
   "Серая стая". Так образно называли себя экипажи субмарин подводного флота военно-морских сил (рейхсмаринэ) гитлеровской Германии. До сих пор неизвестно, куда исчезли оставшиеся невредимыми в последние дни второй мировой войны немецкие подводные лодки.
   Через длинную цепочку личных контактов нам удалось отыскать человека, приоткрывшего одну из интереснейших и не известных многим страницу летописи последних этапов великой войны.
   Среди множества мемуарной и исторической литературы, в которой описывался начальный период военных действий на Украине, о нем упоминалось лишь в одном произведении этого жанра: в черновых набросках воспоминаний Маршала Советского Союза И.Х. Баграмяна.
   Рассказывать о боевом пути нашего героя (по его словам) не пришло ещё время, и тем не менее наше повествование во многом посвящено именно этому...
   В самом конце войны он с группой немецких антифашистов был заброшен в глубокий тыл немцев с целью последующего проникновения в оккупационные зоны США, Великобритании и Франции. Задача группы - установить местонахождение архивов разведки и контрразведки вермахта - абвера, а также офицеров. Ни американцы, ни англичане, ни французы не хотели делиться с Красной Армией своими сведениями о немецкой военной разведывательной службе.
   В силу обстоятельств наш герой вместе с товарищами попал на одну из секретных немецких баз подводных лодок и был переправлен в Южную Америку. В 1965 году, когда в Чили стал действовать закон о двадцатилетнем сроке давности ответственности за преступления и нацистские организации смелее стали напоминать о себе, он смог наконец впервые после войны побывать дома.
   Его рассказ - лишь основа этого романа, в целом сюжет и герои созданы фантазией авторов. Любые возможные совпадения имен, фамилий, должностей с реальными лицами, их служебным и общественным положением - чистая случайность.
   Выражаем особую благодарность тем, кто поделился с нами своими воспоминаниями, дневниковыми записями и архивами, а также оказал помощь в поисках подлинных документов времен Великой Отечественной и второй мировой войн, которые с некоторыми исправлениями, не меняющими их сути, приведены в книге.
   Вместо пролога
   (Пиллау, 1945 год)
   ...Полковник абвера Густав Роттенау и офицер военно-морских сил германского рейха корветтен-капитан Ганс Штюбе стояли у недостроенного дота береговой обороны и провожали глазами удаляющийся в темноте силуэт подводной лодки U-041S. Субмарина вот-вот должна была подойти к молу заграждения маленькой, на первый взгляд предназначенной для рыбацких шхун и прогулочных яхт бухты, у взорванного маяка перейти в подводное положение и лечь на боевой курс.
   Полковнику и сопровождающему его морскому офицеру казалось, что субмарина идет очень медленно, в то время как русские корабли десанта и боевого обеспечения, штурмующие с моря военно-морскую базу Пиллау, уже различимые с берега по вспышкам орудийных залпов и пунктирам трассирующих пулеметных очередей, все ближе подходят к берегу. Однако, на счастье командира подводной лодки капитан-лейтенанта Генриха Шварцкопфа, основное направление удара русских войск приходилось на базу и гарнизон Пиллау. Прилепившейся на песчаном берегу деревушке, давно брошенной обитателями, и бухточке командование советских войск внимания не уделяло. Видимо, хорошо поработала войсковая разведка передовых частей фронта генерала Черняховского, а ещё лучше - специалист по маскировке отряда боевых пловцов и диверсантов "Тюлень" лейтенант Вилли Нортон. Это он забросал всю бухту и берег у деревушки бутафорскими "минами" - большими круглыми стеклянными рыбачьими поплавками, выкрашенными в стальной цвет с прикрепленными к ним "рожками" - взрывателями. Складывалось впечатление, что разыгравшийся неделю назад шторм сорвал с якорей и минрепов минное поле и разбросал двухсоткилограммовые мины и в бухте, и на берегу.
   Любой командир, получив подобные данные от своей разведки, не стал бы рисковать и высаживать десант в темное время суток, опасаясь больших потерь среди людей и плавсредств. На это и рассчитывали Роттенау, Штюбе и Нортон: главное в их нынешнем положении - выигрыш во времени, консервация техники и спасение людей. Задачу сегодняшнего дня они выполнили: лодка разгружена и ушла выполнять новое задание, а свидетелей нет.
   ...Морской охотник МО-17 под командованием старшего лейтенанта Вахтанга Геловани, выполняя противоартиллерийский маневр, вышел на правый фланг морской десантной группы. Обе пушки охотника били по огневым точкам немцев, заглушая все вокруг и освещая вспышками выстрелов лица тридцати пехотинцев, которые полусидя-полулежа держались за выступы рубки и палубы корабля, чтобы не сорваться в холодное Балтийское море.
   На командирском месте ходовой рубки загорелся бледно-синий сигнал дежурного гидроакустика.
   "Что ему ещё надо, не до него сейчас", - подумал Вахтанг. Как раз в этот момент немецкие батареи засекли обходной маневр группы советских катеров и перенесли на неё свой огонь. Но лампочка продолжала настойчиво мигать. Командир снял заглушку с переговорного устройства и, стараясь перекричать выстрелы корабельных пушек, резко бросил в трубку:
   - Что там случилось, акустик?!
   - Пеленг двенадцать, дальность сто пятьдесят кабельтовых, шум винтов подводной лодки. Товарищ командир, лодка уходит в открытое море вдоль побережья.
   - Не понял! - крикнул Геловани.
   - Слышу винты немецкой подводной лодки по пеленгу двенадцать на удалении сто пятьдесят кабельтовых, уходит по направлению в открытое море, - четко доложил акустик.
   "Какая здесь может быть подводная лодка, все море и берег усеяны минами. Наверное, оглушило немного, вот и ошибся, принял бурлящий воздушный след от разорвавшихся снарядов в морской глубине за шум винтов. Такое бывает", - подумал командир охотника.
   - Лодка никуда не уйдет, - он акустику, - быстро высадим десант, на обратном пути поищем. Но все равно будь внимателен, как бы торпеду в борт не получить, кто его знает, что она здесь делает. Радист, радиограмму в штаб дивизиона: "В квадрате 38-80 слышу шум подводной лодки. Прошу Ваших указаний! Командир семнадцатого".
   Глава 1
   Бросив водителю "девятки": "Подожди меня здесь, в тенечке!", заместитель директора сыскного агентства "Кристи и Пуаро" Константин Алексеевич Небольсин вышел из машины и направился к многоэтажному дому. На скамейке у подъезда сидел молодой человек в рабочей спецовке и беззаботно подглядывал по сторонам. Это был его подчиненный - филер.
   Вокруг царили тишь да благодать, и почти невозможно было представить себе, что его жизнь и жизнь его напарника всего час-полтора назад висела на волоске. А ведь ещё совсем недавно в сонной атмосфере этого населенного пункта Московской области огонь открывали только милиционеры, да и то в воздух, считая, что лучше упустить преступника, чем оправдываться потом перед начальством и писать объяснительные записки прокурорам.
   "Да, изменилась наша жизнь, - размышлял старший наряда негласного наблюдения агентства "Кристи и Пуаро" Иван Пашин. Он, в прошлом кадровый офицер вооруженных сил бывшего СССР, а затем России, уволившись из армии и закончив курсы сыскного дела, работал в фирме уже три года, но на его памяти такой крутой разборки не было. - Теперь убийство не редкость: гибнут и бизнесмены, и преуспевающие коммерсанты, и разного рода "братва", а случается, и простые трудяги, случайно оказавшиеся в ненужном месте в неподходящее время. Вот и сегодня, непонятно, кому понадобился налет на квартиру старика-пенсионера, которому на вид лет восемьдесят, а то и больше".
   Небольсин подошел к Ивану и поздоровался.
   - Шеф прислал меня разобраться на месте. Я твоего рабочего задания по этому делу не видел, так что начинай с него. Давай, Ваня, рассказывай по порядку.
   - Понял, Константин Алексеевич...
   ...История эта началась четыре дня назад, как раз в понедельник. К нам в офис пришел клиент и предложил работу. Оказалось, он на своем БМВ поехал в воскресенье вечером в гости к друзьям. Выпивать не хотел, но хозяева настояли на одной-двух рюмках коньяка. Он хоть и считал себя абсолютно трезвым, а за руль в таком виде, естественно, садиться не стал. Закрыл машину, поставил на сигнализацию, и, оставив ключи своим друзьям на тот случай, если она ночью вдруг завоет, поймал такси и уехал домой. На следующее утро, то есть в понедельник, он поехал за машиной, но той и след простыл. Друзья сами были удивлены, так как сигнализация не сработала, а соседи ничего не видели.
   Наш клиент позвонил в милицию, оттуда приехали гаишники, сняли показания, сфотографировали место угона и уехали, заверив при этом, что в связи с отсутствием страховки поиски машины могут затянуться надолго.
   Друзья клиента посоветовали обратиться в наше агентство.
   Там мой начальник группы оформил заказ, а я, получив аванс и необходимые сведения об автомобиле, взял напарника, Володю Игнатьева, и начал поиски. Долго на этом эпизоде останавливаться не буду, но уже в ночь с понедельника на вторник мы вычислили тех ребят, которые, судя по всему, угнали БМВ нашего клиента. Это были трое студентов радиотехнического факультета одного из московских вузов.
   Однако машины при них не было, доказательств у нас пока тоже никаких, и мы решили за ними понаблюдать и таким образом, если нам повезет, выйти на след. Вечером во вторник нас сменили "ночники", которые на следующее утро, передавая поднадзорных, сообщили, что в квартиру на четвертом этаже, где обитали студенты, прибыли ещё пять человек с двумя большими сумками, которыми обычно пользуются челноки. Вся компания вела себя культурно: никаких пьянок, девочек, даже громкой музыки не было. Но, судя по теням на оконных шторах, они о чем-то спорили. Утром, отдохнув, мы приехали более подготовленными: на нас была униформа рабочих строительных специальностей, краски, кисти, стремянка, а сами мы изображали штукатуров-маляров и намеревались поработать в подъезде, где проживали наши поднадзорные.
   Мы разложили свое имущество, прошлись грунтовкой и шпатлевкой по стенам. Добравшись таким образом до нужного нам этажа, приготовили аппаратуру, чтобы послушать, о чем будут разговаривать в квартире.
   Мы с Игнатьевым расположились у окна на лестничной площадке между третьим и четвертым этажами так, что одновременно наблюдали за входной дверью квартиры студентов, сквером перед домом, где мы сейчас с вами находимся, и прослушивали жилище наших вероятных угонщиков.
   С восьми до десяти утра было тихо: в квартире, по-видимому, спали, во всяком случае в комнате, имевшей общую стенку с лестничной площадкой, никого не было. Жильцы верхних этажей большей частью пользовались лифтом, поэтому нас никто не тревожил. Мы решили осмотреться на местности, то есть изучить подходы к подъезду и дому, узнать, кто проживает в соседних квартирах.
   В целом скажу, что условия позволяли вести наблюдение за подозреваемыми и в случае чего блокировать их в квартире или машинами на улице.
   Наше внимание привлек один эпизод. В начале девятого у дома остановился старенький "Москвич-412", из которого с пассажирского места вылез маленький, сухонький старичок. В руках он держал небольшой дорожный саквояж. Следом появился водитель, молодой человек лет двадцати пяти, высокого роста и крепкого телосложения. Одет он был более чем скромно: старые джинсовые брюки и куртка, под которой виднелась застиранная футболка.
   Парень достал из багажника две коробки из-под маленьких импортных телевизоров и один кожаный чемодан, что-то почтительно сказал старику. Тот в ответ указал на скамейку у подъезда, видимо, чтобы поставить коробки.
   Молодого человека можно было принять за внука, которому сердобольные родители поручили ухаживать за престарелым, но шустрым дедушкой. Казалось, парню по душе подобная миссия. Он старался проявлять внимание и предупредительность и ничем не огорчать своего деда. Но, когда одна из коробок из-за неустойчивого положения на узкой скамейке упала на асфальт и раскрылась, старик схватил свою клюку с набалдашником в виде головы рычащего тигра и прижал "внука" к спинке скамейки так, что тот, несмотря на явное физическое превосходство, не мог подняться. Да, видно, и не особенно хотел, потому что лицо его стало вмиг бледным и выражало неподдельный страх.
   Старик нагнулся к парню, и, хотя их разговора не было слышно, по артикуляции можно было догадаться, что "дедушка", как змея, шипел в лицо "внука" наставления. Затем, отпустив бедного парня, жестом приказал посмотреть, все ли в порядке в коробке.
   Мы были поражены. То, что находилось в коробке, никак не вязалось с внешним видом этой парочки, их автомобилем и жилищем старика (то, что старик живет один в квартире под нашими студентами, не имеет родственников и ни с кем не дружит, мы узнали ещё в предыдущий день у старушек, которых в этом дворе превеликое множество). Из коробки вывалились три портативных компьютера, маленький принтер, планшетный сканер, несколько коробочек с дискетами и много миниатюрной радиоэлектронной аппаратуры. Мы прикинули, что содержимое этой коробки потянет на восемь-десять тысяч баксов.
   Упаковав все обратно, юноша схватил коробки, старик - чемодан, и они направились в дом. Мы, естественно, сразу же стали имитировать работу, озвучивая ранее заготовленные роли маляров, к тому же сверху послышался стук женских каблучков.
   Хотя лифт был в исправности, парочка, как ни странно, поднималась пешком. Поздоровавшись со стариком, спустившаяся сверху девушка пробежала мимо нас, не удостоив вниманием. "Дедушка", поднявшись на свою площадку, как-то странно на нас посмотрел и хрипловатым голосом произнес: "Наконец-то РЭУ нашло время и деньги для ремонта нашего подъезда, а то живем здесь как при царе Горохе", - и стал возиться со своей дверью.
   Нас удивило, что "дедуля" вынул из кармана пластиковую карточку, приложил её к определенному месту на оборванной двери, и в ней что-то щелкнуло. Старик произвел ещё какие-то манипуляции, и дверь открылась.
   Все это время "родственники" старались загородить нас своими телами от входной двери квартиры, но наша камера тем не менее была направлена на них. После того как они скрылись в квартире, мы просмотрели запись и перемотали обратно пленку. Я запомнил все, что делал старик.
   Как только эта парочка скрылась у себя дома, заработало наше прослушивающее устройство, и мы, забыв о соседях снизу, вплотную занялись студентами.
   Глава 2
   ...Приятный голос бортпроводницы на русском и англий-ском языках предупредил о наступившем времени обеда. Через несколько минут стюардессы с профессиональной вежливой улыбкой раздавали всем желающим подносы с пищей. И хотя лайнер оторвался от взлетной полосы всего час назад, большая часть пассажиров сразу же после взлета устроилась отдыхать.
   Сергея Михайлова это нисколько не удивило, а его сосед, типичный южанин, дал этому вполне приемлемое объяснение, несколько коверкая русские слова, что, впрочем, нисколько не портило колоритности его рассказа:
   - Все мы здесь родственники: дяди, тети, племянники и племянницы, седьмая вода на киселе, как сказали бы русские. - Южанин потянулся в своем кресле. - Свадьба у нас была в Москве. Целую неделю гуляли, днем и ночью. Сейчас домой едем.
   - Неужели все пассажиры этого рейса родственники? - удивился Сергей.
   - Почти все, за исключением некоторых. Вот тебя, например, - уже чисто по-русски, без южного акцента добавил сосед.
   Взглянув на несколько смущенного Сергея, словоохотливый попутчик добавил:
   - Вы извините, что я на "ты". У нас на "вы" обращаются только к верховной власти или верхушке интеллигенции. А остальные у нас или соседи, или родственники, или знакомые. А вы к нам как, в гости или по делам? поинтересовался незнакомец.
   - В командировку, - не вдаваясь в подробности, ответил Сергей.
   "Да, жизнь! - подумал Михайлов, - а мне в департаменте ближнего зарубежья МИДа говорили, что народ в этой республике живет бедно и цивилизации никакой: вот уже почти три года нет света, тепла и газа. А только на самолет каждый из пассажиров в оба конца больше лимона потратил, да и на подарки наверняка не меньше. Недаром меня предупреждали, что этот народ ещё в советское время жил как при коммунизме".
   После обеда пассажиры салона опять заснули, а Сергей смотрел в иллюминатор и восхищался видом гор и долин, медленно проплывающих под крылом самолета.
   Через час стюардесса объявила о заходе самолета на посадку. Еще через двадцать минут пассажирский лайнер мягко коснулся посадочной полосы столичного аэропорта и подкатил на стоянку напротив центрального аэровокзала.
   - А это что такое? - сам себя вслух спросил Михайлов.
   Как только к самолету подали трап, вокруг образовалось живое кольцо человек в сто пятьдесят-двести мужчин. У большинства были заросшие многодневной щетиной лица, неопрятная внешность. Присутствующие здесь же сотрудники милиции и пограничной службы (их можно было сразу узнать по старой, ещё времен Советского Союза форме) никакого внимания на толпу не обращали.
   Сосед Михайлова, стоя в проходе пассажирского салона и натягивая на себя ветровку, наклонился к иллюминатору и пояснил:
   - Это пассажиров встречают. Не удивляйтесь - у нас в республике совсем работы нет, вот и приходится людям, у кого есть служебные или личные машины, заниматься частным извозом. Вы их не бойтесь, это мирные люди. Да, кстати, как вы будете добираться до города? Если вам нужна машина, то, когда выберете шофера, запрошенную им плату сразу же делите пополам получится нормальная такса за проезд. Он к тому же поможет вещи получить, донести их до машины и занести в дом или номер гостиницы. Деньги отдавайте только после выполнения работы. Лучше оплачивайте услуги шофера русскими рублями: наши национальные купоны не ценятся, а доллары, если они у вас есть, могут вызвать к вам излишний интерес.
   - Нет, машина мне не нужна. Меня должны встречать. - Сергей пристально вглядывался в толпу, окружившую самолет, и пытался выделить из неё своих встречающих.
   При выходе на трап пограничник бросил лишь беглый взгляд на обложку дипломатического паспорта Михайлова. Стоящие вокруг трапа люди наперебой стали предлагать Сергею свои услуги: "Если тебя не встречают, я отвезу, у меня машина шикарная", "Возьми меня, ты мне сразу понравился, с тебя мало запрошу, будешь доволен", "Друг, поедем со мной, быстро довезу, куда скажешь". Сергей вежливо отказывался и продвигался к грузовому люку самолета, из которого служащие аэропорта уже вытаскивали багаж и складывали в кучу прямо на стоянке. Пассажиры московского рейса подходили к куче чемоданов, сумок, свертков и коробок, бесцеремонно разбрасывали их в поисках своих вещей, предъявляли работнику аэровокзала (ничем не отличавшемуся от окружающих) багажные ярлычки и забирали свою поклажу. Тут же на них налетали стоявшие в стороне подростки и предлагали свои услуги в качестве носильщиков.
   Сергей быстро отыскал свои сумки и направился было к сектору прилета, как его окликнули по фамилии. Он обернулся и увидел продвигавшегося сквозь гудевшую толпу мужчину с высоко поднятой рукой. Внешний вид этого человека резко контрастировал с окружающими: лицо славянского типа, пепельного цвета волосы, серый костюм, светлая сорочка, строгий темный галстук.
   "Свои", - подумал Сергей. Ему не хотелось добираться до посольства на частной машине в незнакомом городе, да ещё кишевшем криминальными элементами.
   - Васильченко Сергей Валентинович, - представился незнакомец, помощник посла по вопросам безопасности, специально прислан встретить вас.
   - Михайлов Сергей Альбертович, с этой минуты, действительно, третий секретарь посольства, - отрекомендовался Сергей.
   - Почему "действительно" третий секретарь?
   - Меня ещё в МГИМО учили: при убытии в командировку, во время взлета самолета ты уже НИКТО, в полете - ты ещё НИКТО, а в аэропорту пункта назначения - ты в действительности уже НЕКТО!
   - Вообще-то правильно! - усмехнулся Васильченко. - Прошу к машине!
   Они вдвоем отнесли вещи к стоявшей неподалеку голубой "шестерке" с дипломатическими номерами.
   Через десять минут по дороге из аэропорта Васильченко коротко рассказывал о стране и столице, об обстановке в ней, о посольстве и его обитателях.
   Глава 3
   - Разговор наших подопечных привожу почти дословно, - продолжал свое повествование Иван Пашин.
   Говорили трое. Слышны были и голоса остальных, но не по сути разговора. Кроме того, раздавался лязг металлических конструкций и механизмов, и я даже предположил, что это какие-то системы оружия. Впрочем, как показали дальнейшие события, я оказался прав.
   П е р в ы й. Все, мужики, время пошло! Проверяем часы!
   В т о р о й. Не проверяем, а сверяем. И помолчи: операция начнется только после звонка шефу.
   Т р е т и й. Ну так звони! А то здесь сидеть уже терпения нет. Кроме того, сессия на носу.
   П е р в ы й. Ты посмотри, он ещё за свою успеваемость волнуется. Какая тебе разница, Палыч? Получишь, что тебе причитается, и кати себе в Европу или Штаты, там доучишься и получишь нормальное образование.
   П а л ы ч. Сколько раз тебе говорил: все западники признают - лучше нашей и немецкой высшей школы нет. На Запад лучше ехать с головой, в смысле со знаниями, и с деньгами. В такой упаковке ты там будешь нарасхват, а нет, так ты и здесь никому не нужен.
   П е р в ы й. Я с тобой согласен, вот только мне науки тяжело даются.
   П а л ы ч. Хватит прибедняться, не пожалеем. Или комплементы очередные услышать от нас хочешь? Все знают, что в технике тебе нет равных даже среди профессоров нашего вуза.
   П е р в ы й. Да, если бы не куча предметов, которые мне совсем не нравятся. То ли дело на Западе - посещаешь только те дисциплины, которые тебе будут нужны в будущем!
   В т о р о й. Потише, балаболки! Лучше проверьте ещё раз амуницию и обстановку во дворе. Возможно, с "Доктором" прибыл ещё кто-нибудь для прикрытия.
   Послышались шаги. По-видимому, говорившие направились в другие комнаты, а их штаб соседствовал через стенку с лестничной площадкой, на которой находились мы. Что происходило в других комнатах, мы не слышали.
   Второй стал набирать номер по мобильному телефону. Звук набора цифр слышен был отчетливо: когда вернемся на фирму, возможно будет восстановить телефонный номер.
   В т о р о й. Юрий Николаевич, у нас все в порядке. Готовность операции - двадцать четыре часа... Так... Отсчет начать с десяти часов утра. Вас понял, выполняю... Техника в порядке, ждет в условленном месте... Здесь только три подкидки, перекладные стоят в подобранном мною месте... БМВ и две "пятерки"... Кроме водителей, никто не знает... После операции следуем по своим конурам и носа не высовываем... Все... Да не волнуйтесь, Юрий Николаевич, через полчаса первые результаты операции будут у вас или в обусловленном месте. Спасибо... К черту!
   - Палыч, - позвал напарника Второй, - как у нас с продуктами?
   П а л ы ч. Все готово, как и договаривались.
   В т о р о й. Смотри. Время "Ч" - десять часов завтрашнего утра. Никто ни шагу за порог квартиры. Если чего-то нет - курева там или еды - будем перебиваться. И ребят предупреди - телевизор включать на самую маленькую громкость.
   П е р в ы й. Командир! Все проверил. Техника в порядке и готова к применению. Дух у ребят боевой. Рвутся в дело, а то с прошлой вылазки засиделись.
   В т о р о й. А для нас главное - редко, но метко. Да, вот еще. Шеф передал всем привет и пожелал ни пуха, ни пера.
   П е р в ы й и П а л ы ч хором. К черту!
   В квартире воцарилась тишина.
   Но самое главное, место и время операции мы узнали. Быстро собрали свои вещи и не спеша удалились.
   Сначала мы предполагали, что это будет их очередная операция по угону автомобиля. Настораживало то, что они собирались бросить машины, стоящие во дворе и вроде бы, предназначенные к угону, в другом, подобранном их командиром месте. Время операции было назначено на светлое время суток. Это говорит о том, что либо они до такой степени наглые и все им сходит с рук, либо уверены в успехе. Поразмыслив с напарником, мы пришли к выводу, что это должен быть не угон, а какое-то другое мероприятие. Володя ещё заметил, что разговаривать в квартире и звонить своему шефу они начали после приезда "дедушки" и "внука". Но это казалось настолько нелепым - совершать налет на квартиру старика-пенсионера, что мы только рассмеялись.
   ...День и ночь прошли спокойно. Наши подопечные, как и наметили, носу не казали из своего жилища. Сосед снизу со своим "внуком" вышли в магазин, обратно с покупками вернулся только старик. "Внучок" его весь день, с перерывом на обед, просидел в сквере напротив дома, читая книжку. Обедал он, кстати, не у "дедушки", а в кафе на противоположной стороне улицы, во время обеда его место на скамейке заняла парочка, видимо, "племянник" и "племянница" старика. "Племяннице" мы не удивились, так как это была та девушка, которая вчера утром спускалась пешком по лестнице. Так что, если бы появились и другие ближние и дальние "родственники" "деда", мы бы тоже не удивились...