– Да. К несчастью, там есть еще Гэлвей, и если Куин не захочет посмотреть, то он-то наверняка полезет.
   – Кейн мне немного рассказал про Гэлвея, – сказал Реджер. – Похоже, что это опасный противник.
   – Если бы Рекриллы и прочие разношерстые идиоты не продолжали взаимодействовать с ним, то нас бы уже давно пригвоздили, – сказал Лейт откровенно. – И если Куин обеспечит им свежее под… ну, мы больше ничего не можем поделать, кроме как максимально сдвинуть его расписание.
   – И будете носиться по Денверу как оголтелые, – сказал сквозь зубы Реджер. – Не могу сказать, что мне совсем не нравится эта идея, Лейт. Несмотря на то, что у атакующих всегда есть преимущество, в распоряжении у Куина чертовски много солдат Службы Безопасности. И это не считая настоящих боссов Денвера, которые будут зверски раздосадованы ведением перестрелок на их территории.
   – Нам нужны знания Бернарда, – Лейт пожал плечами. – Покуда он не хочет раскачивать свою лодку, мы должны сделать ситуацию максимально опасной, чтобы он перестал сидеть на собственных руках. Небольшая пьеса, сыгранная сегодняшней ночью в Атене, должна его подтолкнуть, поставить на путь к достижению необходимой нам цели – ив первую очередь это была главная причина, по которой я рискнул предпринять эту акцию, – но если он будет чрезмерно упорным, то нам придется продолжать разжигать огонь.
   – Возможно, если бы вы сказали мне, что хотите узнать, то я бы мог и сам вам помочь.
   – Извини, – Лейт покачал головой, – если я могу доверять тебе, что ты не проболтаешься, то я не могу сказать этого об остальных твоих людях. И если Служба Безопасности почует хоть единый намек на наши планы, то предпримет контрдействия. А это будет для нас очень и очень плохо.
   В кармане Реджера запищало переговорное Устройство.
   – Да? – сказал он, доставая его.
   Через секунду его глаза выкатились из орбит от удивления, он вскочил и стремительно приблизился к Лейту, вытянув руку с передатчиком и приложив его к уху Лейта.
   – …говорит, что Лейт захочет, чтобы они остались здесь. По крайней мере на одну ночь. Что передать им?
   – Это Дженсен и Мордахей, – прошипел ему на ухо Реджер. – С Бернардом и Канаи.
   Лейт перехватил прибор из руки Реджера.
   – Это Лейт. Соедините меня с Дженсеном.
   – Да, сэр.
   – Какого черта он собирается делать? – нервно выпалил Реджер, чтобы заполнить внезапную тишину.
   – Я не знаю, если только они не вынудили Бернарда согласиться помогать нам. Как им это удалось?
   Через мгновение зазвучал голос Дженсена.
   – Лейт? Что случилось?
   – Это мой вопрос, не так ли? – сказал комвзвода. – Просто я и Реджер бесконечно удивлены: зачем ты приволок сюда Бернарда?
   – Ну ты же хотел, чтобы он был здесь, разве не так? – сказал Дженсен, его голос был немного удивленным. – Разве это не была основная идея нашей операции?
   – Да, хорошо, кроме того, мы хотели, чтобы особенно не распространялись новости о том, что нам помогает Реджер.
   – Ну, за нами не было хвостов, если это тебя беспокоит. Прежде чем покинуть город, мы остановились в нашем укромном доме номер три, и мы ехали на двух машинах, каждая из которых снабжена антиподслушивающим следящим устройством. Они необычайно чисты.
   – Приятно слышать, – ответил Лейт, основательно задумавшись над словами Дженсена и пытаясь прочитать их между строк, чтобы понять, что у того было на уме. – Ух… сеть датчиков обнаружения и полная экипировка дома смерти, которую ты делал для Реджера – насколько все это готово?
   – Вся существенная работа уже закончена, по крайней мере, ее видимая часть. Еще нужно провести кое-какие провода, и мне нужно успеть это сделать до полуночи. Ты не планируешь рассказывать Бернарду про дом смерти, да?
   Лейт надул губы.
   – Ни про дом, ни про сеть датчиков обнаружения. Мне стоит это повторить в приказной форме?
   Лейт посмотрел на Реджера.
   – В доме есть такое место, куда можно посадить Бернарда и Канаи, где бы за ними наблюдали круглосуточно?
   У Реджера было кислое выражение лица, но он все равно кивнул.
   – Да, если ты в самом деле думаешь, что это необходимо. Оно, к тому же, безопасно.
   – Я думаю, что нужно. Поскольку они теперь знают, где нас найти, я хочу, чтобы они находились там, где бы мы могли за ними следить, – он поймал взгляд Реджера и добавил: – И коль скоро в доме находится пять спецназовцев, стоящих на вашей стороне, то они уж точно не предпримут ничего лично против вас.
   – Надеюсь, что ты прав, Барки, – сказал он в переговорное устройство.
   – Отправляйся и пропусти их. И не вздумай приставить к ним обычный эскорт.
   Их здесь встретит группа спецназовцев.
   – Да, мистер Реджер, связь прервалась.
   – Может быть, ты прямо сейчас пошлешь туда некоторых своих людей? – ненавязчиво предложил Реджер Лейту.
   В ответ на это комвзвода заиграл пальцами по коммуникатору.
   Сообщение, которое получил Кейн, стоя на ступеньках дома Реджера, привело его в довольно напряженное состояние.
   Не то, что он на самом деле ожидал неприятностей. Стоя рядом со Скайлером и Реджером, в то время, как Дженсен и Мордахей прохаживались сзади, начать какую-нибудь заварушку было бы истинным безумством со стороны двух денверских спецназовцев. Но учитывая высокомерие, с которым к ним отнесся Бернард в тот последний вечер, такой совершенно противоположный шаг чертовски сильно озадачил Кейна, чтобы решиться на последнее.
   Но перемены были налицо. Подойдя к встречающей делегации, ни Бернард ни Канаи не показывали ни малейшей неприязни.
   – Лейт, – сказал Бернард, взгляд его стал холодным, как только он взглянул на Реджера. – Итак, Реджер. Я должен был догадаться, что именно он
   – ваш патрон.
   – Фактически, это всего лишь прихоть истории, – сказал ему Реджер, – но это не имеет значения. Или это всего лишь детская уловка, чтобы выпереть меня отсюда?
   Бернард искусно повернулся назад к Лейту.
   – Здесь есть место, где можно поговорить? – спросил он. – Там, где нас не будут беспокоить или подслушивать?
   – В моей комнате стоит антиподслушивающее устройство, – ответил Лейт, отступив назад и приглашая его жестом. – Мордахей, ты не проводишь коммандос Канаи в казарму? Реджер тебе скажет куда. Кейн, Скайлер, пойдете с нами.
   Комвзвода провел их по длинному пути через многочисленные коридоры в свою комнату.
   – Располагайтесь поудобнее, – сказал он, выдвинув стол и шагнув по направлению к висящей на стене книжной полке, на которой находилась стопка разнообразных карт.
   – С тех пор когда я был здесь в последний раз, кажется здесь стала более строгая охрана, – прокомментировал Бернард, пододвинув кресло к столу и усевшись в него. – Ваших рук дело?
   – Мы немного помогли, – коротко сказал Лейт. – Начнем, – сказал он, подойдя к столу и развернув огромную карту, на которой были изображены окрестности горы Эгис. – Узнаете ее? – спросил он у Бернарда.
   – Гора Эгис, – сказал он. – Итак?
   – Я хочу, чтобы ты провел нас внутрь.
   Бернард выгнул шею и посмотрел на Лейта.
   – Это то, что вам нужно? Черт побери, Лейт, я же тебе как-то говорил, что гора заблокирована крепче, чем база Рекриллов. Какого черта…
   – Да, я знаю официальную историю, – холодно прервал его Лейт. – Кроме того, я знаю, что она заполнена тараканьей слизью. Ты спецназовец, служивший на этой базе, и должен знать все входы и выходы, какие бы там ни были. Итак, забудь про баранье блеянье и скажи нам, где они располагаются.
   Длительное время эти двое не шевелились, а лишь только пристально смотрели друг другу в глаза. Кейн без особого эффекта облизнул губы, так как напряжение, нависшее в комнате, становилось все более и более гнетущим. Ему отчаянно хотелось взглянуть на Скайлера, чтобы посмотреть, как тот реагирует на возникшую напряженную обстановку, но боялся пошевелиться, и наконец Бернард опустил глаза.
   – Дай мне карту области к северо-западу от горы, – сказал он, устало вздохнув. – Это ничем вам не поможет, но я покажу вам единственный вход.
   – Это один из пятнадцати вентиляционных тоннелей, ведущих в базу, – сказал Бернард, ткнув пальцем в место, расположенное поблизости от пересыхающего ручья. – На выходе он диаметром два метра, но он становится еще шире несколько позже, там, где с ним соединяется одна из веток вентиляционных выработок. На дюжину метров он горизонтально вгрызается в гору, затем резко уходит вверх, примерно на сто метров, затем снова начинает опускаться, направляясь к базе, расположенной в нескольких кликах оттуда. К счастью, это тоннель вентиляционной выработки; если бы это был выхлопной тоннель, то ваш путь был бы прегражден массами подземных вод, которые циркулировали в отопительной системе.
   – Он выглядит довольно прямым, – отозвался Скайлер, смотря Бернарду через плечо. – А как быть с ловушками?
   – Ловушка в том, что это слишком очевидный черный ход даже для военного бюрократического аппарата, – кисло сказал Бернард. – Итак, им пришлось убедиться в том, чтобы никто не смог им воспользоваться.
   – Ловушки для простаков? – испугался Кейн.
   Бернард фыркнул.
   – Это мягко говоря. Там стоит довольно досадная трехуровневая система защиты. – Выхватив карандаш, торчавший между книг на полке, он принялся делать набросок. – Первый уровень – это сто метров устья тоннеля и несколько метров вертикальной шахты. Он по большей части поставлен на дистанционное управление, хотя там есть некоторые опасные и близкие заградительные сооружения.
   – По крайней мере вручную управляемое оружие не причинит нам хлопот, – заметил Кейн. – Ни одно из них не выстрелит.
   – Уровень два, – продолжил Бернард, проигнорировав комментарий. – Это средняя точка, где небольшие тоннели соединяются в один тридцатиметрового диаметра. Этот участок содержит только пассивную защиту. Там есть створки, которые должны опускаться сразу после того, как будет покинута база.
   – Они были активизированы? – спросил Лейт.
   – Я не знаю, но думаю, что да. И если у вас на самом деле будет достаточно времени и оборудования, чтобы прорезать или снести их, то наступает третий уровень, и я гарантирую, что там вам точно не удастся выжить.
   – Давайте я угадаю, – сказал Скайлер. – Автоматическая защита, правильно?
   – Автоматизированная, замкнутая и чрезмерно опасная, – тяжело сказал Бернард. – Лазеры, стрелковое оружие, элементарные частицы, газ, мины и осколочные гранаты, микроволновые излучатели заварят швы боевой брони, в то время как она зажарит вас. Если у вас была боевая броня.
   – Другими словами, по этой части тоннеля нам придется ползти очень осторожно, – сказал Лейт. – Какой она длины?
   – Около ста метров. И вы не поняли сути. Вам не нужно будет по ней ползти или лететь, бежать и ехать. Как только вы попадете в эту часть тоннеля, то вы мертвы.
   Некоторое мгновение в комнате сохранялась тишина. Лейт нагнулся над столом, пометил место в одной долине от обозначенной Бернардом точки и сделал соответствующую пометку к северу.
   – Я полагаю, что вход в тоннель закамуфлирован, – сказал он. – Ты нам понадобишься, чтобы найти его.
   Бернард оцепенел.
   – Вы что, не слушали меня? Я же сказал вам, что этот тоннель детален.
   – Да, ты так и сказал, – согласился Лейт, – но системы охраны с годами ухудшаются, возможно, даже некоторые из наиболее сложных совсем рассыпались на части, открывая нам дорогу. Тем не менее, мы должны это проверить лично.
   – Он выпрямился. – Если ты пойдешь со мной, то я отведу тебя в комнату, которую для тебя приготовил Реджер. Мы тихонько отсидимся здесь пару деньков, пока Служба Безопасности не уберется из Денвера, затем отправимся туда, чтобы посмотреть, с чем нам придется работать.
   Кейн прочистил горло, и Бернард встал на ноги.
   – Лейт, мне бы хотелось поговорить с тобой, как только у тебя будет время.
   – Конечно, – Лейт поймал взгляд Скайлера и кивнул на дверь.
   – Определенно, – сказал здоровяк. – Пойдем, Бернард, я покажу тебе твой кубрик.
   Бернард выглядел так, словно хотел сказать что-то еще, но, очевидно, передумал. И вместе со Скайлером оставил комнату.
   Лейт повернулся к Кейну, как только за теми захлопнулась дверь.
   – Ну? Страшная история, Бернард, уже проникла в тебя своими ледяными щупальцами?
   – Может быть чуть-чуть, – допустил Кейн, – но это не то, о чем я хотел с тобой поговорить. Это только мое воображение, или здесь все внезапно сплотились?
   Лейт надул губы.
   – Ты тоже это заметил, да!
   – Это немного сложновато не заметить. Сначала Анна Силкокс допускает, что знает о «Факеле» немного больше, чем сказала" затем Бернард делает полные сто восемьдесят и помогает нам, к тому же, совершенно не спорит о том, что мы собираемся потащить его в горы. И еще, но далеко не последнее, что Реджер хочет, чтобы тот вместе с Канаи остался у него, несмотря на тот факт, что он, очевидно, предпочел бы увидеть его труп и наоборот. Мне кажется, что все складывается слишком хорошо, чтобы быть правдой, и я не уверен, что готов поверить во все это.
   – Хм. Что касается Силкокс, то я думаю, что по ее поводу не стоит питать особенных подозрений – она не собиралась доверять только пустым словам, пока мы не подтвердили то. что находимся на ее стороне, вызволив ее из Атены.
   Кейн мягко фыркнул.
   – На ее стороне, конечно. После того, как практически втянули ее в этот беспорядок, должен был остаться человек, который мог пойти к Бернарду и сказать, что мы можем потрясти Службу Безопасности, вызволив…
   – О ком это ты говоришь? – резко спросил Лейт.
   – О, хватит, Лейт. Я могу быть не таким хорошим тактиком, как ты, но я был знаком с лучшими из них. Ты надеялся привлечь «Факел» через ее похищение, поэтому ты непредусмотрительно оставил ее одну перед носом у Бернарда, поэтому ты извинился за то, что пришлось протащить Большой Удачный Случай Побега из Атены. Ты же не будешь спорить?
   Некоторое время Лейт молча смотрел на него. Затем печально покачал головой.
   – Ты лучше разбираешься в этом, чем я думал, – допустил он. – Я всегда знал, что у тебя есть тактический талант. Тебе будет лучше от того, что я скажу, что надеялся на то, что Бернард не клюнет на эту наживку, и что мне придется другим способом искать нужный рычаг?
   Кейн пожал плечами.
   – Фактически мне от этого не так плохо, как от того, что из-за меня пострадала чета Дупре и Криен Линдсей. Кроме всего прочего, Анна изъявила желание помогать нам. Почему она ожидала меньшей угрозы, чем остальные из нас?
   Лейт прервал его.
   – Спасибо, достаточно.
   – Не стоит. Ты говорил о подозрительной кооперации?..
   – Правильно. Что касается Бернарда… – Лейт колебался, – я думаю, что он пытается использовать изменение своего настроения как камуфляж, в то время как будет вести свою собственную игру. И к тому… – он внезапно прервался, – не имеет значения. Дело в том…
   – Что это добавляется к шагу Дженсена, заключающегося в том, чтобы привести сюда Бернарда? – предположил Кейн.
   Лейт одарил его кривой улыбкой.
   – Ты определенно лучше, чем я полагал, – сказал он. – Да. С поверхностной точки зрения это не кажется очень хорошим шагом с его стороны, но в нем проглядывает некоторое высокомерие, которое наводит меня на мысль, что он тоже пытается осуществить свой собственный план, что-то такое, для чего ему здесь непременно нужно присутствие Бернарда.
   – Ты не собираешься спросить его об этом?
   – Нет, по крайней мере, не сейчас. Только тогда, и если мы попадем в гору Эгис, возможно. для этого и наступит время. Но еще рано– Некоторая позиция и перспективы Дженсена сильно изменились после операции на Аргенте, но мастерство и интеллект не изменились. Ты мог не заметить, но когда мы недавно встречали здесь Бернарда, Дженсен и Реджер держались вместе в этой суматохе, так что возможно, что Дженсен готовит что-то вместе с Реджером, чтобы прикрывать наши фланги, когда мы полностью сконцентрируемся на основной операции.
   – Другими словами, – сказал Кейн, – у тебя есть мысль о том, что он замышляет. Но ты не хочешь мне сказать, в чем она заключается.
   Лейт посмотрел в сторону.
   – Кейн… если я прав, то это что-то, во что я на самом деле не хочу оказаться втянутым. И я абсолютно уверен, что ты тоже не хочешь знать, что это уже в процессе.
   – Или опять же, другими словами, я должен тебе доверять. Только это, – Кейн скорчил гримасу, затем вздохнул. – Я знал, что должен согласиться, чтобы предоставить тебе командование.
   Лейт неуклюже кивнул головой. Но черточки смеха лишь на мгновение промелькнули на его лице, не затронув глаза.
   – Давай пойдем поговорим с остальными, – сказал он, свернув карту. – Мы должны обсудить, кто в ближайшие дни полезет на гору Эгис.
   – Только спецназовцы?
   Лейт посмотрел на него и покачал головой.
   – Нет, я так не думаю. Твоя команда заслуживает права быть первой в этом убийстве.
   – Согласен, – скривился Кейн. – Я только надеюсь, что ты не в буквальном смысле сказал, что она будет убита.
   Комвзвода сурово кивнул.
   – Я тоже.



ГЛАВА 33


   Они провели в дворце Реджера два следующих дня, отходя от побега из Атены и ожидая заметного снижения в активности Службы Безопасности. Эта задержка для Кейна показалась практически невыносимой, но он прекрасно понимал, что было бы глупо с их стороны не выждать необходимого времени. Вертолеты и прочие воздушные аппараты буквально кишели в небе над Денвером и близлежащими горами, очевидно, наблюдая за любой, даже отдаленно подозрительной деятельностью. Сообщения, которые приходили по цепи информаторов Реджера, говорили о том, что ситуация в городе была еще хуже, улицы были наводнены хорошо вооруженными патрульными войсками Службы Безопасности, сующими свой нос в любые дыры, где они ожидали найти спецназовцев. Лейту на мгновение показалось, что если дела и дальше пойдут так, то, вероятно, Служба Безопасности скоро перейдет к последовательному, дом за домом, прочесыванию области, но если даже и так, то, как заметил Скайлер, богатые и респектабельные соседи Реджера будут, скорее всего, на одном из последних мест в списке потенциальных укрывателей спецназа.
   Так, когда Кейн все еще переживал томительное безделье, на вечер второго дня Лейт сообщил, что воздушные патрули заметно поредели, и что утром они смогут себе позволить небольшую вылазку.
   – Фактически завтра нам не придется ничего особенного делать, – напомнил им комвзвода. – Мы просто найдем это место и, может быть, ослабим решетку, которая может прикрывать вход. Нам понадобится еще шесть дней, прежде чем я захочу, чтобы мы полностью покинули эту местность.
   – Почему шесть? – поинтересовался Кейн.
   – Потому что тогда будет восемь дней с тех пор, как мы передали сообщение на разведывательный корабль, – сказал ему комвзвода. – Потому что
   – это время, необходимое Корсару, которого послал Куин после нашего прорыва, на путь в оба конца от Земли до Плинри.
   Кейн посмотрел на аккуратно сдерживаемое выражение на лице Питмана, заметив, что как только он так сделал, за ним последовали и другие подозрительные взгляды. Пока что Питман не изъявлял никакого желания говорить о своем участии в операции с Гэлвеем, и до сих пор никто не хотел оказывать на него давление, чтобы обсудить этот предмет. Но теперь Браун прочистил горло.
   – Путешествие туда-обратно на Плинри… с какими-то плохими новостями на борту?
   – Ты действительно можешь сказать, – отреагировал Лейт, – что Рождественский Проект плохая новость для кое-кого? И если Рекриллам удастся схватиться за горячий конец, то они могут учинить здесь небольшой разбой, пытаясь отыскать нас.
   – А Бернард об этом знает? – спросил Колвин.
   – Нет. Зачем? Ты думаешь, что он может купаться в надеждах на то, что Куин, пробив крышу, свалится ему на голову до того, как он успеет нам помочь чем-нибудь конкретным?
   – Эта мысль застряла у меня в голове. Лейт покачал головой.
   – Фактически, я думаю, что Бернард утратил свой последний шанс выдать нас прямо в лапы Службы Безопасности. Не забывайте, он не больше нас хочет, чтобы околачивающиеся вокруг горы Эгис Рекриллы проникли в нее – в противном случае он мог бы сказать им о потайных ходах еще много лет назад, когда заключил с ними молчаливый мир. Хотя, если завтра он выдаст нас Службе Безопасности, и Куин сумеет вытащить из нас расположение потайного входа, то он направит Бернарда искать его. Нет, если Бернард все еще хочет нас убить, то он бы попытался сделать это сам.
   Хокинг хрюкнул.
   – Веселые мыслишки. Как ты думаешь, по пути туда, или обратно, после нашей поверхностной экспедиции?
   – Он подождет до главной экспедиции, – спокойно сказал Дженсен. – Завтра он будет практически полностью окружен спецназовцами. Он знает достаточно, чтобы подождать, когда команда Кейна останется одна.
   Аламзад фыркнул.
   – Большое спасибо.
   – Хотя он прав, – Лейт задумчиво кивнул, – и это оставляет нам один практический выход, который я и так, фактически, собирался вам порекомендовать. Полагаю, мы сделаем следующее…
   Через тяжелую дверь просачивались звуки голосов, предположительно Дженсена и Аламзаде.
   – Я надеюсь, – пробормотал Питман, как только Кейн достиг дверной ручки. – Что ты знаешь, что делаешь?
   – Я тоже, – искренне ответил Кейн, – но это ведь наша операция, не забывай. Мы имеем право знать, что здесь происходит.
   Комната оказалась заметно меньше, чем думал Кейн. Она скорее напоминала вертикально сдавленное помещение, чем комнату как таковую. Аламзад и Дженсен на самом деле были там, в дальнем конце комнаты, они склонились над каким-то механизмом, и удивленно поглядели на вновь пришедших.
   – Вам стоило бы объявить о своем приходе, – прорычал Дженсен, спрятав серикены назад в мешочек.
   Кейн сглотнул автоматическое извинение, которое немедленно всплыло у него в уме.
   – У нас на уме были другие вещи, – сказал он вместо этого. – Ваша личная схема, если вдаваться в подробности.
   Дженсен приподнял бровь.
   – Итак, это Лейт вас направил, а? Я знал, что когда-нибудь это произойдет. Что, он на самом деле так беспокоится обо мне, что послал вас, чтобы вы пронюхали все в деталях?
   – Он не знает, что мы здесь, – ответил Кейн, – и это лежит на мне как на главе операции.
   Длительное время Дженсен молчаливо смотрел на них. Затем он медленно кивнул головой.
   – Хорошо, – сказал он, – но не тебе лично, и не потому, что ты мой титульный начальник. Я скажу это только потому, что этого заслуживает Питман.
   – Питман? – Кейн нахмурился, бросив на него острый взгляд.
   – Правильно. Питман оставался верен нам и всем остальным, несмотря на то, чего это ему стоило. – Рот Дженсена был очень напряжен. – Это признак настоящего спецназовца, Кейн: преданность. Преданность своим товарищам, другим спецназовцам… и иногда даже союзникам, которых ты не признаешь.
   По спине Кейна пробежали мурашки.
   – Ты говоришь о Реджере, да?
   – Лейт является тем, кто заключает все наши сделки и союзнические соглашения, – сказал Дженсен, его взор был направлен в никуда. – Это обязанность старшин, и простые коммандос не могут особенно повлиять на эти решения. Прекрасно. Но мы можем по-другому повлиять на события.
   – Например, построив вокруг дворца Реджера оборону дома смерти? – быстро спросил Питман.
   – Ты понял это, – сурово сказал спецназовец. – Думай об этом, как о тесте на благонадежность… в наказание за непрохождение которого полагается смерть.
   Кейн сфокусировался на Аламзаде.
   – Ты знаешь, что он планировал? Аламзад покачал головой.
   – Я все еще не знаю, – добавил он, – но думаю, что должен это знать.
   – Это вам дорого обойдется, – предупредил Дженсен. – Всем вам. И если я скажу вам, то вы должны будете помогать нам в том, что по сути дела будет казнью.
   Кейн глубоко вздохнул. В глубине разума ему уже приходила мысль, что это тоже часть того, что значит быть лидером.
   – Мы заплатим.
   На следующее утро они отправились еще до наступления рассвета: Лейт, Кейн, Скайлер, Бернард, Канаи и один из водителей Реджера, который вел тесную некомфортабельную машину, которая была рассчитана, по крайней мере, на двух пассажиров меньше.
   – Почему, к чертям, Реджер не дал нам подходящего транспорта? – рявкнул Бернард, как только они направились к горам. – Даже в фургоне было бы лучше, чем здесь.
   – Верно, – согласился Лейт, – но мы использовали фургоны гораздо раньше, и я подумал, что было бы неплохо заставить Службу Безопасности поменьше крутиться около этого района. Они точно знают сколько нас, и поэтому, должно быть, более внимательно следят за фургонами и большими автомобилями.
   Бернард фыркнул и замолк.
   Прав ли был Лейт или нет, или просто вертолетов Службы Безопасности не оказалось в нужном месте и в нужное время, но они без происшествий доехали до точки высадки, которую выбрал комвзвода.
   – Всем наружу, – приказал Лейт, направившись к багажнику. – Собирайте свое снаряжение и отправляемся в путь – нам предстоит пройти еще длинный путь.
   Кейн полюбовался на предутреннее сияние, на задворках его сознания промелькнуло странное ощущение дежа-вю. Ручеек журчал в стороне от Дороги, практически ударяясь в утес, возвышающийся над холмами на юге… и он задержал свое дыхание, так как что-то щелкнуло.