Как сказала мне сама принцесса, она нарочно время от времени даст охотникам возможность заметить себя. Драконы неслись, вынюхивая след, который оставляла она сама, а также кусочки серы, которые Глори бросала на тропинку из сумки на поясе. Одному из крупных красных драконов, по всей видимости, вскоре надоело прокладывать себе путь среди деревьев, и он выпустил огромное огненное облако. С самодовольным выражением на наглой рыжей морде этот наглец прополз по дымящимся углям на брюхе. Остальные драконы последовали его примеру, и королю ничего не оставалось, как приступить к тушению лесного пожара. Ветер взметнул вверх клубы едкого дыма, перемешанного с золой. Я невольно закашлялась и упустила момент, когда Белизара, ведьма с Соуэна, устремилась верхом на метле вниз, чтобы разнять парочку участников. Между ними разгорелся жаркий спор по поводу того, кому принадлежит право первым проехать по мосту.
   Невдалеке от охотников, однако выдерживая дистанцию, скакал сам король. Он был верхом на своем любимом вороном жеребце. Позади него в носилках, подвешенных между парочкой зверей, путешествовал главный приз. Кстати, короля никто не сопровождал. Но с другой стороны, кто вообще осмелится напасть на короля? Никто. Тем более что такой король, как этот, сумеет дать отпор любому наглецу. Его величество был во всеоружии – в латах и имел лри себе меч, шестнадцать копий, в том числе и знаменитое Сломанное Копье, кинжал за поясом и еще по кинжалу в каждом сапоге, связки метательных звездочек-сюрикенов, щит и булаву-моргенштерн. Впрочем, пока все шло гладко. Ааз следил за тем, как развиваются события, там внизу, на земле, а я– здесь, с высоты птичьего полета.
 
   – Ты! – вскричал я, когда из теней вынырнул Нунцио. – Что ты здесь делаешь? Тебе ведь поручено следить за Глипом!
   – Он во мне не нуждается, – ответил представитель Синдиката на удивлением тонким писклявым голосом. – Нам надо поговорить с глазу на глаз.
   Я удивленно уставился на него.
   – Интересно, это почему же? Неужели ты не мог ни о чем меня попросить раньше? И вообще, кто может нас подслушивать?
   – Маша, – вздохнул Нунцио и, усевшись на камень, принялся обмахиваться широкополой шляпой. – Она может испортить весь уговор.
   – Какой еще уговор? – Я глянул поверх его головы. Пока никаких признаков приближения драконьей своры, хотя, по идее, огнедышащие псы должны быть уже где-то на подходе. – Выкладывай, да побыстрее.
   – Сейф, главный приз, не должен попасть ни в чьи руки. Его предполагалось перехватить, но, кажется, все пошло наперекосяк.
   – Что пошло наперекосяк? – удивился я. – Кому понадобился этот ящик?
   – Совмагу.
   – А, все попятно, – кивнул я и крепко задумался.
   Совмаг, Совет Магов, представлял собой совещательный орган, куда входили представители всех измерений, в которые можно попасть при помощи магии. В принципе Совмаг делал свое дело, и притом неплохо, пресекая использования тех устройств, для которых народ еще недостаточно созрел, но порой случались и промашки.
   – Сейф – это прототип, сконструированный для хранения невосполнимых артефактов, однако как только ученые позволят критикам сунуть в него нос, жди беды – чудо-сейф начнут использовать для хранения краденых вещей, – пояснил Нунцио. – Подумай сам, что будет, если ты положишь в него добычу от… торговой сделки. Нет, конечно, легавые могут затребовать товар назад, но преступнику достаточно заново сунуть руку в сундук, чтобы снова получить награбленное добро.
   – Все ясно. – Я даже присвистнул. – Интересная история. Очередной пример, когда законодательство не поспевает вслед за развитием техники. Разумеется, Совмаг хотел бы изъять волшебный сейф из обращения. Хотя, с другой стороны, такое дело наверняка бы получило широкую огласку. Я же пока ни о чем подобном не слышал.
   – Это потому что ты последнее время носа никуда не кажешь и оттого не знаешь, что в мире творится.
   Вид у Нунцио был порядком растерянный. Не иначе, как он решил, будто я на него обиделся. Впрочем, он был прав, он действительно задел меня. Последнее время моя голова была занята совершенно другими вещами.
   – То есть передача приза состоится там, где никто из посторонних лиц не станет этому свидетелем. И кто же там будет?
   – Кто-то из Совета, – ответил Нунцио. Я снова пожал плечами. Кто я такой, чтобы вступать в пререкания с самим Совмагом? – Они собираются перехватить короля.
   – Что?! – воскликнул я, и мой трубный глас эхом прокатился по всей долине.
   – Нам с тобой в это дело-лучше не вмешиваться, – спокойно ответил Нунцио. – Начнем с того, что он сам первым оповестил Совмаг о том, что обладает чудо-сейфом. Король – человек кристально честный. Мошенник на его месте поступил бы с точностью до наоборот.
   Я пристально посмотрел на Нунцио.
   – То есть в планы короля не входило отдавать ларец в качестве приза?
   – Охота – не более чем прикрытие, – пояснил Нунцио. – Как, впрочем, и ограбление. В противном случае возникло бы слишком много ненужных вопросов – например, с какой стати Его величество решил расстаться со столь удивительной вещью. Когда же настанет момент, король просто заменит главный приз на что-то более или менее равноценное. Думаю, победитель не будет слишком расстроен. Обидно только, что принцесса Глори каким-то образом пронюхала про то, что здесь будет разыгран грабеж. И тогда она пригласила Машу. Маша пригласила тебя. И вот ты здесь, где, между прочим, не предполагалось быть никому из нас.
   – Все понял, – кивнул я. Кусочки мозаики тотчас встали на свои места. – Теперь мне ясно, откуда в лесу взялся загадочный силуэт. – И тут меня в очередной раз осенило. – То есть я мозолю в седле задницу непонятно ради чего? – взревел я. Огонек, услышав мой рык, так и заплясал подо мной. Вид у Нунцио был и впрямь несчастный. – Ну да ладно, ладно. Притворюсь, будто ничего не заметил. Да упаси меня в будущем Кром от принцесс, что любят совать нос не в свои дела!
   Нунцио понимающе кивнул. Он вообще по натуре молчун. Как только он понял, что убедил меня, то решил не тратиться на слова, а просто исчез, растворился в сумраке одной из расселин. Совсем неплохо для того, кто не привык иметь дело с магией. Я же вновь поддал пятками в бока Огоньку, хотя в этом не было особой необходимости. Дело в том, что, как только Нунцио исчез, нас нагнала свора драконов. Огонек тотчас взвыл и пустился вскачь. Мне осталось только покрепче вцепиться в его шею. Так мы и неслись по каньону, подгоняемые заливистым лаем тридцати пар изрыгающих пламя «гончих», среди которых мчался малыш Глип.
   Пока Огонек несся во весь опор, у меня было время немного поразмыслить. Требовалось в срочном порядке придумать, как отвлечь Машу и других судей в момент, когда должно состояться ограбление. Я посмотрел вверх, на парящий над нашими головами квинтет. Конечно же, следовало рассказать ей всю правду, только вот как? Времени на это у меня не оставалось, день быстро катился к закату.
   Прежде всего мне нужно срочно отделаться от драконов. С помощью своего приборчика я отыскал еще один каньон, и как только мы поравнялись с расселиной, резко повернул Огонька в сторону. Огнедышащая свора, топоча лапами, пронеслась мимо меня, а вслед за ней и охотники. Теперь я точно знал, что никто из участников соревнования не имеет отношения к засаде, и потому мог с чистой совестью прекратить наблюдение за ними. Проезжая мимо, принц Бошир в знак приветствия весело помахал мне рукой. Я в ответ скорчил гримасу. Как известно, у вельфов написана книга о том, как важно быть веселым. Неудивительно, что я выношу эти создания исключительно в мелких дозах.
   А теперь главное – обнаружить местонахождение короля.
 
   Охота близилась к завершению. Я парила над верхушками деревьев, и у меня было такое ощущение, будто я тоже участница соревнований. Впереди уже замаячили башни и башенки замка. Глори наверняка одержит победу!
   Я заметила, как где-то внизу Ааз присоединился к остальным охотникам. Он сердито махал рукой в сторону Самирама и пальцем сделал жест, будто готов перерезать горло. Вот он, тот, кто нам нужен. Мне этот Самирам сразу показался каким-то скользким. Теперь я ни за что не спущу с него глаз. Пусть только попробует сорвать соревнования! Я показала моему зеленому и чешуйчатому другу большой палец, однако Ааз уже снова нырнул в лес.
   Глори упорно шла к победе. Теперь она была уже в финишной зоне и бежала из последних сил. Щеки ее раскраснелись от напряжения. В какой-то момент она споткнулась, и драконы тотчас издали ликующий вой. Еще бы – ведь это позволило им на несколько шагов уменьшить расстояние между собой и добычей! Поскольку до замка было уже рукой подать, Глори никак не могла позволить себе сделать крюк, потому что тогда охотники бросились бы ей наперерез. Впрочем, Глори уверенно шла к победе, в ней еще оставалась уйма неизрасходованной энергии. Я гордилась своей воспитанницей.
   Малыш Глип для своих размеров оказался на редкость проворным. Он вырвался вперед остальной своры и теперь бежал практически рядом с принцессой. Глори протянула руку и потрепала его по голове, отчего удостоилась полного обожания взгляда. Этот поганец страшно влюбчивый!
   Свору возглавлял крупный голубой дракон. Наконец перед преследователями открылось пустое поле. Дракон сделал несколько шагов, а затем взмыл в воздух. Теперь он летел низко над землей, настигая Глори. Когда до беглянки оставалось лишь несколько шагов, огнедышащий пес вновь приземлился на все четыре конечности. Глип обернулся, стоя на хвосте, и зашипел. Большой дракон не ожидал от малыша такой дерзости и даже сел на задние лапы, отчего тотчас образовалась куча мала – это остальные драконы налетели на неожиданное препятствие.
   Я невольно улыбнулась. Малыш просто чудо! Скив должен им гордиться. Позднее я намеревалась рассказать Скиву про все приключения Глипа, опустив, правда, кое-какие второстепенные детали. Думаю, Скиву не понравилось бы, если я то и дело вспоминала бы Ааза. Наш чародей до сих пор винил себя за то, что великан оказался без магии, словно и впрямь была его вина в том, что эти идиоты, бесы-асассины, настигли старика Гаркина прежде, чем тот смог дать Аазу антидот, способный восстановить магические силы нашего чешуйчатого друга. Противочары должны действовать точно в нужный момент, иначе можно лишь усугубить ситуацию. Аазу теперь, пожалуй, никогда не вернуть назад свои силы; более того, у него могут возникнуть и другие трудности. Скив же хотел убедиться, что этого не произойдет. Надо сказать, парень проявил себя с самой лучшей стороны, пытаясь вникнуть в проблему, которая со временем разрешится сама собой. Правда, мы с ним вряд ли доживем до этого времени.
   Глори теперь уже вышла на финишную прямую – прямо перед ней виднелся подъемный мост. Оказавшись на открытой местности, она то и дело виляла из стороны в сторону, время от времени разбрасывая пригоршни серных крошек. Драконы, что неслись за ней по пятам, не могли устоять перед соблазном. Они кидались за излюбленным лакомством, подбирая крошки с земли, после чего начинали жадно ими хрумкать, забывая про погоню. Они толкались, царапались, дрались из-за особенно аппетитных кусочков, и сами не заметили, как угодили в ямы, загодя вырытые для них принцессой. Нет, она ни за что не дастся им в лапы, ни за что на свете!
   Гиппусы, налетев на драконьи хвосты, спотыкались о них и тоже падали в ямы. Из двадцати охотников в седле оставалось только четырнадцать. Шлеп! Бах! Я поморщилась. Нет, уже только одиннадцать, потому что трое налетели на сеть, которая неожиданно упала на них с деревьев. Глори же сумела ловко перепрыгнуть через натянутую проволоку, а вот гиппусы поперли напролом, отчего сработала очередная западня.
   Ливень из любовного оленьего порошка удалил с дистанции еще четверых – откуда-то из лесу на охотников неожиданно налетело стадо охваченных любовной горячкой оленей-самцов. Рогачи приняли участников состязаний за источающих восхитительный запах течки самок. Вскоре количество охотников в очередной раз сократилось – два наездника вылетели из седла и шлепнулись на землю прямо под копыта своим гиппусам. Сами же скакуны, не в состоянии сдвинуться с места, принялись жалобно реветь. Оставшиеся пять участников ловко перепрыгнули через полосу липкого газона и помчались вдогонку за драконами. Но тут раздался пронзительный визг тощей, густо поросшей шерстью особы – это ее и еще одного участника выхватили из седел и понесли куда-то под облака хищные птицы. Нет, эти двое в принципе еще могли отбиться, но за это время остальные участники ушли далеко вперед. Глори приберегла все свои сюрпризы напоследок. Сразу видно мое воспитание, с гордостью подумала я.
   Позади принцессы оставалось лишь три охотника: Самирам, девол по имени Альф и принц Бошир. Вид у всех троих был отчаявшийся, раздраженный и измученный. Я на всякий случай скрестила пальцы. Глори оставалось пробежать совсем немного. И тогда победа за ней.
 
   Впереди меня лес вновь стал густым. Я попытался увести Огонька с главной дороги, но гиппус заупрямился, не желая продираться сквозь заросли кустарника. Я не хотел вмешиваться в операцию по замене приза, но, с другой стороны, должен убедиться, что помимо меня в нее больше никто не вмешается. Король и его носилки по-прежнему двигались где-то совсем рядом.
   До меня доносилось ритмичное позвякивание, поскрипывание, постукивание, погромыхивание, а также мерное цоканье копыт. По звуку я мог без труда определить, где он и куда мне ехать. Неожиданно все звуки прекратились.
   – Ящик у вас при себе? – потребовал ответа женский голос.
   Судя по всему, Совмаг представляла особа женского пола. Впрочем, что в том удивительного? Женщины составляли примерно половину членов Совета. А нынешней его председательницей была гномиха по имени Гельвита.
   – Разумеется! – раздался низкий голос короля.
   Я велел Огоньку замереть на месте, а сам тихохонько соскользнул с седла и на цыпочках прокрался вперед, чтобы стать свидетелем обмена. Генриартурджон и та, что явилась за сундучком, стояли в сумраке леса среди деревьев. Лучшее место для небольшого грабежа средь бела дня трудно себе представить, подумал я и заметил, как силуэт ответил кивком.
   – Тогда давайте его сюда, да побыстрее. У нас времени в обрез.
   – Минутку терпения, моя дорогая, – проворковал король. Последовало позвякивание и постукивание. Это Его Величество взялся развязывать ремни, удерживавшие бесценный груз на носилках. – Надеюсь, у вас самой сил-то хватит? Ого! Только не упадите под его тяжестью, барышня!
   – Заткнись, – прошипела фигура грабительницы. – Нам надо сделать так, чтобы все было тип-топ. Стой смирно и не шевелись.
   – А-а, вас понял. М-м-м!
   Итак, все шло строго по плану. Я дал представительнице Совмага еще минут пять на то, чтобы она могла покончить со своим делом и удалилась вместе с ларцом. Последовало небольшое сотрясение воздуха – как я понял, дамочка воспользовалась И-Скакуном. Кактолько она исчезла, я протиснулся сквозь лесную поросль. Король Генриартурджон стоял связанный, как вязанка хвороста, окруженный частоколом из своих собственный копий, воткнутых остриями в землю. Руки связаны за спиной, во рту кляп.
   – Кричите о помощи! – шепнул я ему, вынимая затычку у него изо рта. – А я приведу людей!
   – На помощь! – взревел Генриартурджон. – На помощь королю! Кому сказано! Все на помощь королю!
   – Все на помощь королю!– завопил я и бросился к своему скакуну. Вскочив верхом на Огонька, я во весь опор понесся вниз с холма и врезался в самую гущу охотников. – Спасайте короля! Все на помощь королю! Ему срочно требуется ваша помощь!
   – Королю? – раздались удивленные голоса. – А что, собственно, с ним стряслось?
   Все, кто сошел с дистанции, бросились спасать Его Величество, включая даже тех, кто был ужасно расстроен своей неудачей. В душе я остался очень даже доволен, потому что знал, что происходит на самом деле. Я даже незаметно для других подмигнул королю, пока развязывал его и помогал сесть на скакуна.
   – Вам не кажется, что уж чересчур убедительный получился грабеж? – вполголоса спросил он меня. – Думаю, вам бы следовало напомнить вашей соотечественнице, что это не более чем розыгрыш.
   – Моей соотечественнице? – изумился я. Признаюсь, на моем лице читалась полная растерянность.
   – Ну да, чешуйчатая особа, чуть повыше вас ростом, но в остальном можно сказать: ваша родная сестра. Кстати, нет ли у вас случайно сестры?
   – Только не в этой чащобе, – ответил я.
   Я старался не выказать своих опасении, но внутри у меня все похолодело.
   Изверг. Образ в моей голове неожиданно приобрел дополнительную ясность. Я вспомнил, где мог видеть похожий силуэт – в зеркале, глядя каждое утро на себя, любимого. Я стиснул зубы. Совмаг прислал сюда в качестве своей представительницы извергиню, и она могла бы удостоить меня своим вниманием – подмигнуть на худой конец.
   – Нет, Ваше Величество, ко мне это не имеет ни малейшего отношения, – заверил я короля, хотя сам в душе испытал немалое унижение. Я был покрыт несмываемым позором у себя дома за то, что лишился магии. И дело даже не в том, что такое произошло, а в том, что случилось по глупости. Судя по всему, моя соотечественница просто не желала иметь со мной никаких дел. – Я здесь по приглашению Маши.
   – Это еще кто? – удивился король. – Ах да, гувернантка. Да-да, теперь вспомнил. Что ж, рады вас видеть, рады вас видеть. А теперь давайте-ка лучше вернемся в замок. Глори будет там с минуты на минуту. Пошевеливайтесь, нам всем осталось минут десять, не больше.
   Не успели мы отъехать на несколько шагов, как до нас донеслось чье-то «Ммпф! Мллп! Лллп!»
   – Послушайте, – обратился ко мне король. – Вы что-нибудь слышите?
   Поскольку слух у меня потоньше, чем у него, то я услышал эти звуки первым. Они доносились из зарослей орешника неподалеку от нас. Я моментально соскочил с Огонька и бросился через густую поросль туда, откуда доносились странные звуки. Кстати, на бегу я успел заметить, что мелкие ветки кое-где обломаны, как будто здесь только что происходила какая-то борьба.
   Позади дерева я обнаружил крошечного джинна в голубых одеяниях. С заостренного голубого уха у него свисали очки в металлической оправе. Джинн был связан, во рту у него торчал кляп из капканных веревок – магических пут, от которых никогда не освободиться, если только вы не знаете волшебного слова-пароля. К счастью, такие веревки можно приобрести в любом магазине любого измерения, и мало кому приходит в голову заменить фабричный пароль.
   – Живо развяжитесь! – скомандовал я.
   Путы упали с джинна, как переваренные макароны.
   – Вы! – удивленно воскликнул джинн, тыча в меня пальцем. Кстати, я заметил, что палец у него дрожит. Крошке-джинну требуется немало мужества, чтобы бросить вызов извергу. У нас репутация громил во всех измерениях, и она вполне заслужена. – Как вы смеете удерживать представителя Совета Магов… погодите одну минутку, меня ведь связали совсем не вы!
   – Нет, конечно. Ведь это была женщина, не так ли? – спросил я у джинна, помогая ему выбраться из кустов.
   Джинн поправил очки и уставился на меня. Было видно, что он удивлен и растерян.
   – Да, откуда это вам известно?
   – Спросите короля, – посоветовал я ему, подсаживая представителя Совмага к пустым носилкам. – Его Королевское Величество, король Генриартурджон, владыка Брейкспира.
   – Меня зовут Темоло, я член Совета Магов, – произнес джинн, протягивая руку, которая тотчас утонула в огромной королевской ладони. Джинн поправил на носу очки. – Боже мой, кажется, произошла чудовищная ошибка.
   – Надеюсь, это не очередной прикол, коротыш, – сказал я и помог ему поудобнее усесться в носилках.
 
   Три последних участника летели к финишу вдогонку за Глори. Мы, пятеро судей, парили в воздухе прямо над ними, следя за тем, чтобы в последние минуты соревнований никто не сжульничал. Впервые за всю охоту я заметила, что Глори несколько сбавила темп. И хотя она была в превосходной спортивной форме, усталость постепенно начала сказываться. Ведь принцесса находилась в бегах уже целый день – а это, скажу я вам, настоящий подвиг, даже здесь, на Брейкспире.
   Охотники были одни. Последние три дракона сошли с дистанции, налетев на невидимую веревку, натянутую между двумя древними дубами, росшими по обе стороны замка. Древние деревья слегка согнулись под тяжестью драконьих туш, что повисли на веревке подобно белью, вывешенному на просушку. Но уже в следующее мгновение силой упругости драконов отбросило назад, и они шлепнулись на землю бесформенной грудой, не понимая, что, собственно, такого с ними стряслось. Глип уселся перед ними и принялся вылизывать грязь из-под когтей. Тоже мне, пижон. Откуда-то из толпы придворных показался Нунцио, чтобы помочь Глипу привести себя в порядок. Больше от него уже ничего не требовалось. Чего не сказать обо мне. Глори еще так и не успела добежать до подъемного моста. Я видела, что она тяжело дышит. Гиппусы настигали принцессу с каждым мгновением – они были все ближе, и ближе, и ближе. Самирам протянул длинную чешуйчатую руку и едва не ухватил беглянку за прядь длинных светлых волос.
   Я выпустила из рук отобранное у Самирама устройство по манипулированию драконами. Оно полетело вниз, больно стукнув своего бывшего владельца по голове. Самирам громко выругался. Гиппус, почувствовав, что ездок расслабил ноги, в ответ слегка замедлил шаг. Самирам задрал вверх голову, высовывая от злости длинный раздвоенный язык.
   – Ой! – воскликнула я и положила руки себе на плечи. – Извините, я не хотела.
   Что ж, со стороны это действительно можно было принять за неосторожность.
   Тем временем Глори и двое оставшихся охотников ушли далеко вперед, где-то ярдов на сто. Восемьдесят. Шестьдесят. Придворные высыпали на стены замка и теперь подбадривали принцессу ликующими криками. Сорок ярдов. Двадцать. Осталось совсем чуть-чуть! От напряжения я затаила дыхание.
   Неожиданно девол Альф метнул Боширу в лицо пригоршню какого-то порошка.
   – Снять десять очков! – прогремел Карисведер.
   И каким-то загадочным образом – я даже скрестила на всякий случай пальцы – облако порошка отнесло назад в физиономию самому же Альфу, на принца же не попало ни пылинки. Прохиндей-девол закашлялся и расчихался и слетел со своего гиппуса.
   Осталось всего десять ярдов. Затем всего два. Глори уже было поставила одну ногу на доски подъемного моста, когда вельф сильной рукой схватил ее и, оторвав от земли, усадил впереди себя на загривок гиппусу.
   – Ага, попались, миледи! – воскликнул принц.
   Ликующие возгласы придворных моментально стихли. Несколько мгновений у принцессы был по-настоящему расстроенный вид. Но затем она посмотрела в лицо своему похитителю и радостно улыбнулась.
   – Примите мои поздравления, милорд, – выдохнула она, И оба обменялись взглядами, от которых щечки принцессы зарделись как майские розы. Бошир тоже залился краской и улыбнулся. Ну конечно, подумала я. Ведь об этом можно было догадаться с самого начала. Ликующие возгласы донеслись с бастиона с удвоенной громкостью.
   На подъемном мосту судьи взяли парочку в кольцо и сравнили записи в своих блокнотах. Затем Карисведер взмыл на несколько ярдов вверх, чтобы объявить результаты.
   – Милорды и миледи! Мне выпала честь объявить победителя сегодняшней охоты. Это принц Бошир! А вот и Его Величество! Король Генриартурджон сейчас вручит победителю заветный приз.
   И действительно, вскоре из-за последнего холма показался король, за ним Ааз, а за ним гиппусы, которые везли носилки с волшебным ларцом. Постойте! Я удивленно заморгали Ларца-то на носилках как раз и не оказалось! Вместо приза них восседал растерянный джинн, и все, больше ничего. Вид Ааза был мрачный. Мы встретились с ним взглядом, и мой друг покачал головой. Все понятно, ящик не уберегли. Все наша меры предосторожности оказались тщетны.
 
   Король подъехал ближе, и хотя принцесса, судя по всему, торопилась спуститься на землю, помог дочери слезть со скакуна победителя соревнований. Король поцеловал любимое чадо, обменялся рукопожатием с принцем, после чего поднял руку вверяя призывая своих подданных и гостей успокоиться.
   – Мы хотели бы поблагодарить наших слуг и друзей, а также в особенности нашего нового друга Ааза, который буквально несколько мгновений назад пришел к нам на помощь, – произнес король и помахал рукой в мою сторону. – Увы, к моему великому прискорбию, я вынужден сообщить вам, что приз, который мы первоначально намеревались вручить самому галантному из победителей, был украден.
   Было видно, что Бошир расстроен. Генриартурджон похлопал его по спине.
   – И в первую очередь хотелось бы принести наши извинения принцу Боширу. Увы, даже самые высокопоставленные персоны в стране не застрахованы от посягательств со стороны деятелей преступного мира. Однако этот храбрый и честный молодой человек не уйдет отсюда, не будучи по достоинству вознагражденным. Из всех моих сокровищ я дарю ему самое дорогое…
   Глориннамарджоли пролезла вперед и взяла принца под руку…
   – …руку его дочери!
   – Что? – переспросил отец и лишь потом заметил, что Глори крепко уцепилась за руку принца.
   Брови Его Величества тотчас удивленно поползли вверх, однако король из тех людей, кто умеет смело смотреть правде в лицо, даже если эта самая правда больно бьет по физиономии.
   – Ого-го! Ну и отлично! Руку моей дочери!
   Толпа разразилась ликующими возгласами. Глори и принц Бошир прямо-таки лучились счастьем.
   Я стоял чуть в стороне от толпы, скрестив на груди руки. Маша опустилась рядом со мной.
   – Ну что ж, все хорошо, что хорошо кончается. Я заметила, что между этой парочкой летают искры еще до начала соревнований.
   – Кажется, он доволен, – заметил я, кивая в сторону принца. – Еще бы, получить нечто куда более ценное, чем сейф.
   – Но куда подевался ларец? – не унималась Маша. – Ты ведь следовал за королем. Интересно, как вообще кому-то удалось ограбить Его Величество, если ты постоянно был рядом?
   Я сердито посмотрел на нее в ответ. Кому нравится признавать собственную оплошность, даже если она случилась во имя правого дела. Мне меньше всего нравилось, что моя репутация в очередной раз пострадает. Лицо Маши смягчилось – она пожалела о том, что допустила резкость в мой адрес. Ей было искренне меня жаль. Что, кстати, тоже не менее обидно.
   – Маша, – довольно резко обратился к ней я. – Возможно, кто-то и считает меня непогрешимым, но я не могу быть одновременно в самых разных местах. Согласно плану грабеж должен был состояться посреди густых зарослей на другой стороне холма. Грабители наверняка уже давно поджидали в засаде. Откуда мне было это знать. Ведь тропинки, по которым должны были проехать охотники до начала соревнований, были закрыты для посторонних лиц.
   – Верно, – согласилась Маша. – Скажи, а ты не заметил на земле отпечатков чьих-либо ног? Ты можешь хотя бы сказать в какую сторону ушли грабители? – не унималась она.
   – Маша, – ответил я ей, набравшись бесконечного терпения. – Ты видела этих ребят? Неужели для тебя главнее куда подевался приз? Вон даже король, и тот не слишком-то переживает. Кстати, вельфа меньше всего интересовала эта чудо-жестянка. Ему ведь ничего не нужно, кроме твоей воспитанницы. Как и ей – ничего, кроме него, если я, конечно, по-прежнему хотя бы что-то смыслю в подобных вещах. И это куда лучший результат. Не вмешайся воры и не унеси они ларец, все было бы куда прозаичнее. А главное, Глори лишилась бы удобного предлога предложить себя в качестве главного приза.
   – Ой! – До Маши дошел ход моих мыслей. Она от удивления открыла рот и посмотрела на меня с уважением. – Ты, как всегда, прав, зеленый ты мой и чешуйчатый. Ведь если бы не грабители – кто бы они ни были, возвращаться принцу Боширу домой с пустыми руками. Нет, я все-таки круглая идиотка! Ведь я рада тому, как все завершилось!
   – Никакая ты не идиотка. Просто ты еще не видишь всей картины.
   В эту минуту к нам присоединились Нунцио и Глип. Мы с Нунцио обменялись заговорщицкими взглядами. Глип подскочил ко мне, норовя в очередной раз обслюнявить языком.
   – Кыш, не мешай!
   Я оттолкнул поганца в сторону.
   – Всей картины? – Маша наклонила голову. – Или ты хочешь сказать, что тоже причастен к этому делу? А? Признавайся!
   Я положил руку на грудь и принял вид оскорбленной невинности.
   – Маша, как только у тебя язык поворачивается говорить такие вещи? Нет, я просто в шоке!..
   – В тот день, когда ты будешь в шоке, ты, сентиментальная ящерица… – Она даже прищелкнула языком, потом задумалась. – Полагаю, ты все-таки не видел, куда они скрылись. А то давай догоним нахалов, отберем у них ларец, а потом преподнесем его Глори в качестве свадебного подарка.
   Я поморщился.
   – Маша, если мне не изменяет память, я прибыл сюда, чтобы оказать тебе услугу личного характера, а вовсе не ради розысков какого-то пропавшего сундука с сокровищами. Я уже и без того, сидя в седле, до волдырей натер свой бедный многострадальный зад. С меня хватит, я уже внес свою лепту в процветание любви на Брейкспире. Пойдем-ка лучше в замок. Готов поспорить, там произносят тосты за счастливую пару. Я бы тоже не отказался от бокала вина.
   – Да и я, честно говоря, тоже, – рассмеялась Маша и, взяв меня под руку, повела к дворцовым воротам. – Я тоже.