Сандра Браун
Тайный брак

   Никогда не стоит откладывать жизнь на завтра

1

   Дэни почувствовала нервный озноб. — Да ведь это просто смешно!.. Надо взять себя в руки, — пробормотала она. К сожалению, чуда не произошло — дрожь не проходила. Если человек начинает разговаривать сам с собой, стало быть, дела его плохи.
   Вспотевшие ладони дрожали, когда она закрывала дверцу машины. Сунув под мышку сумочку, провела влажной трясущейся рукой по золотистым волосам, собранным на затылке в тугой узел. Если бы можно было так же просто стянуть в узел нервы…
   Глубоко вздохнув, Дэни направилась к зданию, из окон которого доносилась музыка, весьма популярная десять лет тому назад. Она миновала дверь, распахнутую настежь, чтобы не создавалось толчеи, и словно бы мягко натолкнулась на басовый ритм знакомой мелодии. В глаза ударили блики от вращающегося под потолком освещенного прожекторами шара. Слышались взрывы смеха и обрывки громких разговоров. Атмосфера веселья подействовала на нее успокаивающе, хотя еще некоторое время она продолжала в нерешительности стоять неподалеку от входа.
   — Дэни! Господи, да ведь это Дэни! Дэни Куинн!
   Женщина, сидевшая за регистрационным столом, сорвалась со стула, обогнула стол и крепко обняла Дэни, прижав ее к своей груди, которая, кажется, стала еще больше, чем десять лет назад. В те давние времена эта грудь была предметом зависти всех девчонок класса… да что там класса — всей школы!
   Обладательница могучего бюста отстранила Дэни и оценивающе оглядела ее с головы до ног. На живом, подвижном лице женщины появилась гримаса, выражающая крайнее удивление.
   — Господи, кошмар какой-то! Ты не набрала ни одного фунта за эти десять лет! Выглядишь великолепно! Просто потрясающе!
   Дэни засмеялась:
   — Привет, Картошка… то есть Ребекка!
   — Как и прежде — Картошка! — хохотнула дама.
   — Ты хочешь сказать, что до сих пор любишь жареную картошку?
   Женщина хлопнула себя по пышным ляжкам, которые за десять лет увеличились чуть ли не вдвое.
   — А разве не видно?
   Они снова рассмеялись и обнялись.
   — Ты не меняешься, Картошка! Как приятно снова тебя видеть!
   — И тебя тоже… Хоть мы постоянно видим твои фото в далласских газетах… Я рассчитывала обнаружить приметы возраста или предательские шрамы. — И снова внимательно вгляделась в лицо Дэни. — Никаких подтяжек… Красивая, молодая, черт возьми! Держись подальше от Джерри, — ворчливо заключила она.
   — Вы до сих пор женаты?
   — Как же, конечно! Кто еще способен меня выдержать?
   Джерри и Картошка дружили начиная со второго класса средней школы. Было чему позавидовать.
   — Как насчет детей?
   — Четверо… Все разбойники! Но сегодня вечером они с няней, и я на несколько благословенных часов отключилась от них и намерена как следует клюкнуть и повеселиться. — Она повернулась к столу. — Вот твой личный номерок, самая красивая девочка в классе!
   — Спасибо.
   Картошка сдернула облатку с клеящейся стороны номерка и по-матерински заботливо и аккуратно прикрепила его к лифу шелкового платья подруги.
   — По сравнению с тобой мы выглядим провинциалками, Дэни, Взять хотя бы это платье! — Она окинула взглядом стройную фигурку Дэни, остановила взор на плетеном пояске с огромной медной пряжкой, на туфлях-лодочках, цвет и материал которых гармонировали с сумочкой. — Нейман — Маркус? Ты всегда одевалась так, что нам впору было бежать домой переодеваться.
   — Мне надо было надеть потрепанные джинсы?
   Картошка похлопала ее по плечу.
   — Дорогуша, ты и в мешковине будешь смотреться как принцесса. — Она понизила голос и наклонилась к Дэни: — Ты его еще не видела?
   Дэни нервно облизала губы и отвела глаза.
   — Кого?
   — Ой господи, Дэни! Ты ведь знаешь кого. Конечно, Логана!
   Но ведь все давно прошло!.. Она больше не намерена снова переживать этот ужас. Впервые за много лет Дэни испугалась, когда несколько недель назад получила фотокопию письма от Картошки, в котором та извещала о предстоящей встрече одноклассников по случаю десятилетия окончания школы. Ей показалось, что все внутри ее оборвалось. Она прерывисто и неровно задышала.
   — Логана? Нет, я не видела его с того времени… уже десять лет. Он собирался прийти?
   — Президент нашего класса? Университетская звезда? Конечно же, придет! Он участвует во всех мероприятиях Хардуика. Столп общества! Логан даже помог мне разослать уведомления о встрече.
   Дрожащей рукой Дэни дотронулась до золотого медальона с малахитом, висевшего на цепочке.
   — Как он поживает? — Дэни знала, что этот безразличный тон вряд ли обманет Картошку.
   — Ты хочешь спросить, как он выглядит? — Она засмеялась, на ее лице застыло плотоядное выражение. — Скажем так. Я предупредила Джерри, что в мире есть только трое мужчин, за одну ночь с которыми я рискну десятью годами счастливой семейной жизни. Двое из них — Роберт Редфорд и Ричард Гир.
   — Вот как!
   — К сожалению, Логан всегда считал меня лишь добрым приятелем. — Картошка схватила Дэни за руку и подтолкнула ее в сторону толпы. — Да что это я держу тебя здесь? Иди пообщайся, возьми что-нибудь выпить! Тебя очень многие хотят видеть… А мы с тобой еще поговорим попозже.
   После того как Дэни увиделась с несколькими бывшими одноклассниками, ей удалось преодолеть скованность. Атмосфера праздника захватила ее. Она знакомилась с супругами, выслушивала отчеты друзей о том, как складывалась их жизнь в последние десять лет. Известный в классе Ромео, постоянно искавший любовных приключений и еще не угомонившийся сейчас, после трех неудачных женитьб и рождения шестерых детей, сегодня опекал Дэни.
   — Дэни, малышка, хочешь выпить? Назови свое пойло.
   — Коку, пожалуйста, Эл.
   Он вытаращил от изумления глаза:
   — Наконец-то наша Дэни перестала мучиться угрызениями совести! Я слышал, что на Гринвилл-авеню в Далласе умеют ловить кайф…
   Хочешь научить старых приятелей новым штучкам?
   — Кока — это всего лишь кока-кола, Эл. Со льдом, пожалуйста.
   — А-а, вот оно что, — разочарованно произнес он. — Да, конечно, подожди здесь минутку.
   Улыбнувшись, Дэни посмотрела на избирательный бюллетень, который кто-то сунул ей в руки. В конце вечера, когда все вдоволь пообщаются друг с другом, будет вручен какой-нибудь нелепый и смешной приз самому лысому, самому изменившемуся, самому многодетному отцу и самой многодетной матери, —тому, кому пришлось добираться на встречу дольше других, и так далее.
   — За кого собралась голосовать?
   Прошло десять лет, но она мгновенно узнала этот голос. Только теперь в нем появились густые бархатистые нотки. Когда-то этот голос сводил ее с ума. Но сейчас показался ей нереальным, словно пришел из ее снов.
   Дэни подняла голову и посмотрела на Логана, чувствуя, как все внутри ее цепенеет.
   Он стал еще красивее, еще притягательнее, чем прежде. Подобно листу, втянутому в водоворот, она оказалась в некой магической ауре, которая окружала его и привлекала к нему всех — и мужчин, и женщин.
   Лицо, словно сошедшее со скандинавского рекламного плаката, за десять лет мало изменилось. Едва обозначившиеся паутинки возле глаз и рта делали его еще более привлекательным.
   Светло-каштановые, непокорные, как всегда, волосы падали на лоб. Из-под густых темных бровей смотрели ясные голубые глаза, напоминающие летнее техасское небо. Прямой нос чуть расширялся к концу, что, по мнению многих женщин, свидетельствовало о чувственности и силе. Продолговатая ямка на подбородке показалась Дэни более глубокой, чем ей запомнилось, а сам подбородок, кажется, стал еще более квадратным, не позволяя усомниться в решительности его обладателя.
   — Так за кого собралась отдать голос? — повторил Логан свой вопрос.
   Ей стало жарко, в голове зашумело, словно она сделала большой глоток бренди. Все вокруг затуманилось, расплылось, и только Логана Дэни видела удивительно ясно и четко.
   — Мой голос? По какому пункту?
   — По пункту «Чье появление меня удивило более всего?» — Он не улыбался. Глаза его внимательно изучали ее лицо.
   — Ты думал, что я не приду? — Да.
   — Почему?
   — Считал, что у тебя не хватит мужества.
   Теперь он улыбнулся. Эта ленивая, насмешливая улыбка вкупе с обидными словами подействовала на нее как пощечина. Дэни была шокирована и уязвлена. Но она не успела ответить, поскольку в этот момент появился Эл и сунул ей в руки стакан, из которого выплеснулось несколько капель кока-колы ей на платье.
   — Прости, Дэни. Привет, Логан.
   — У тебя нет салфетки? — спросила Дэни, стряхивая с руки капли.
   — Салфетки? — недоуменно переспросил Эл. — А-а, салфетки нет.
   Логан как-то незаметно умудрился сунуть руку в задний карман джинсов и извлечь безупречной белизны носовой платок. Развернув его, церемонно протянул Дэни.
   — Спасибо, — сдержанно сказала она, мечтая о том, чтобы у нее нашлось мужество швырнуть платок Логану в лицо. Промокнув руку, она вернула его.
   — Не за что. — Логан не отрывал взгляда от ее лица, когда задавал свой вопрос: — Какую жену ты привел сегодня, Эл?
   — Очень смешно, Логан. — Эл яростно глотнул виски. Судя по раскрасневшемуся лицу, это был не первый его стакан. — Боже мой, старина, знал бы ты, как мне достается! Я плачу алименты, но с меня еще дополнительно дерут три шкуры. Детям всегда нужны деньги то на танцевальные классы, то еще бог знает на что.
   — И это все, что ты имеешь за свои титанические усилия по заселению восточного Техаса? — «посочувствовал» Логан.
   — Да, ты верно говоришь. Трахнулся разок — и беги прочь, черт, прости, Дэни.
   В этот момент ей страшно захотелось быть как можно дальше от этого места. Зачем она пришла? Похоже, будет даже хуже, чем предполагала.
   — Ничего, Эл. — Улыбка получилась вымученной, Дэни подумала, что лицо ее может лопнуть от напряжения.
   — Знаешь, — гнул свое Эл, — ты правильно делаешь, что остаешься холостяком. Женитьба — это вроде занозы в заднице.
   — Женитьба или развод? — спросил Логан.
   — Для меня это одно и то же.
   Даже Дэни присоединилась к смеющемуся Логану, когда посмотрела на постную физиономию Эла.
   — Дорогой, я умираю от жажды. — Рядом с Логаном появилась эффектная рыжеволосая дама и обняла его за талию. Другую руку она игриво положила ему на грудь.
   У Дэни засосало под ложечкой. Она даже не сразу поняла, что больше всего раздражало ее в облике этой рыжей красотки, и еще раз окинула ее внимательным взглядом. Пышные рыжие волосы обрамляли капризное лицо и падали на обнаженные плечи. Белое сверкающее платье «а-ля Мерилин Монро» казалось совершенно неуместным для этого вечера. Женщина, очевидно, очень гордилась своей "великолепной грудью (возможно, стоившей немалые деньги), так как полупрозрачный лиф платья практически ничего не скрывал. Особенно эффектно выделялись крупные розовые соски, что, очевидно, доставляло ей особое удовольствие, если судить по взглядам, которые она бросала в сторону мужчин. Красотка просто воплощала собой сексуальный призыв.
   Логан по-хозяйски обнял рыжеволосую за голые плечи.
   — Лана, это Дэни Куинн, Эла ты знаешь.
   — Привет, — капризно проговорила она, затем подняла огромные глаза на Логана. — Дорогой, я страшно хочу пить.
   — О'кей! — Повернувшись вместе с ней, чтобы идти, он бросил через плечо: — Увидимся с тобой попозже. — И они направились к бару.
   — Черт! Этому Вебстеру всегда везло с бабами, — пробормотал Эл.
   Дэни смотрела им вслед, пока парочка не исчезла в толпе. Взгляд ее был прикован к Логану. Он являл собой воплощение мужской красоты. Широкие плечи распирали накрахмаленную рубашку-ковбойку. Книзу торс сужался и переходил в узкую талию. Дэни заметила, что игривая рука Ланы скользнула по его спине и забралась под ремень. Дэни не осуждала девицу. Ей самой до смерти хотелось это сделать.
   У Логана была медленная, свойственная техасцам ленивая походка, выработанная многими поколениями ковбоев. Уже она одна делала его сексуально привлекательным. Еле заметное покачивание бедер, внешне небрежная поступь и даже некоторая сутулость, за которыми скрывались сила и агрессивность, — все было притягательным и сексапильным. Джинсы на нем всегда были в обтяжку и откровенно подчеркивали все анатомические особенности тела. Они настолько красиво облегали его ягодицы и длинные крепкие ноги, что при взгляде на них останавливалось дыхание.
   — Вот только одно я не могу взять в толк. Дэни чуть вздрогнула — голос Эла вывел ее из транса, в который она погрузилась от созерцания крепких мужских ягодиц и длинных ног.
   — Что ты не можешь взять в толк?
   — Как это он позволил тебе вырваться?
   Она чуть ли не до крови закусила губу. Однако постаралась произнести как можно более беззаботным тоном:
   — Так уж решила судьба.
   — Тогда, — сказал Эл, оглядевшись по сторонам, — не хочешь ли ты потанцевать со мной, Дэни?
   Элу было двадцать восемь, а выглядел он лет на двадцать старше, и Дэни стало жаль его. Она знала, что сможет пережить этот уик-энд, если будет вести себя бесшабашно, поэтому лучезарно улыбнулась ему:
   — Конечно. А почему бы и нет?
   Директор хардуикской средней школы, возглавлявший ее десять лет назад, подошел к микрофону.
   — Вы счастливы сегодня. — Он быстро отодвинулся от микрофона, когда отчаянно зафонило. Затем снова приблизился, похоронив надежды присутствующих на то, что уже закончил выступление. — Мы рады, что среди нас находятся любимцы класса Логан Вебстер и Дэни Куинн. Заканчивая свою краткую речь, я хотел бы попросить их выйти сюда и открыть следующий танец. Вашим классом можно было гордиться. Веселитесь и знайте, вам всегда рады в хардуикской средней школе.
   Раздались вежливые жидкие аплодисменты на фоне звона бокалов и гула голосов. Половина присутствующих в зале уставилась на Логана; вторая половина устремила взоры на Дэни. Все ожидали дальнейшего развития событий.
   До этого взрывом бурного веселья было встречено вручение призов. Выпили изрядное количество спиртного. Многие забыли о своей диете. Обсудили старые сплетни и распустили новые. Каждый веселился как мог.
   Но сейчас наступил драматический момент. Все помнили, что на вечерах Логан и Дэни танцевали только друг с другом.
   Дэни вдруг захотелось испариться, чтобы не переживать этих двух минут, когда будет играть пластинка, которую сейчас ставили. Она посмотрела в другой конец зала, где стоял Логан, небрежно обнимая свою рыжеволосую подругу. В другой руке он держал бутылку пива. На раскрытой ладони с шиком поднес бутылку ко рту и сделал глоток, затем, глядя на Дэни, передал недопитое пиво насупившейся Лане.
   Медленным шагом хищника, который намерен слопать уже пойманную дичь, он пересек зал и остановился перед Дэни:
   — Станцуем?
   — Похоже, у меня нет выбора.
   — Это верно. У тебя нет выбора. Все наблюдают. Негоже проявлять малодушие, даже если очень хочется.
   Это был вызов — ловко замаскированный вызов, на который она не могла не ответить. Подбородок ее слегка приподнялся, в глазах сверкнула решимость. Логан заметил произошедшую в ней перемену и удовлетворенно улыбнулся. Он раскрыл руки, и она сделала шаг ему навстречу. Присутствующие зааплодировали.
   — Ура, Дэни! Ура, Логан! — Дэни услышала громкий ликующий голос Картошки.
   Послышались свистки и выкрики, когда Логан привлек ее к себе. Он обнимал даму так, как это делали в их юности, — обхватив обеими руками талию. Ей ничего не оставалось, как положить руки ему на плечи.
   — Лана наблюдает за нами.
   — Кого это волнует?
   — Ее. Ты слишком тесно прижимаешь меня.
   — Это медленный танец.
   Дэни ощущала его дыхание на своих волосах, жар его рук, сжимающих талию. Все ее чувства вмиг взбунтовались. Казалось, ее тело рвется испытать то, что они упустили за эти долгие годы разлуки. Дэни вдруг почувствовала себя беззаботной и веселой, как десять лет назад. Во взгляде сквозило лукавство, когда она встретилась с ним глазами.
   — Ты хотел, чтобы это был медленный танец?
   — Да.
   — Почему?
   — Глупый вопрос, Дэни. — Их тела соприкасались, но Логан еще сильнее прижался к ней. — Чтобы я мог обнять тебя. Почувствовать, что в тебе изменилось.
   — А ты помнишь, какой я была?
   — Помню.
   — И что же?
   — Есть кое-какие изменения.
   — Где? — игриво улыбнулась она.
   — Тут и там. — Произнося это, он выразительно взглянул на ее грудь.
   Улыбка ее погасла.
   — О! — смущенно произнесла она. Раскатистый смешок, зародившийся в его могучей груди, отозвался в ней чувственной дрожью.
   — Ты смущена?
   — Ты никогда раньше так не говорил.
   — Да, но тогда я был зеленый юнец с потными ладонями. Сейчас я мужчина и могу сказать вслух все, что думаю. — Он еще теснее прижал ее. — Меня восхищает твоя зрелая фигура.
   — Все равно мне не угнаться за Картошкой.
   Логан засмеялся:
   — Бедняга Джерри! Он проживет всю жизнь, зная, что каждый парень в классе постоянно норовил пощупать его жену.
   — И ты тоже? — Что?
   — Норовил пощупать.
   — Я попытался, когда мы учились, кажется, в восьмом классе. Она так огрела меня по голове, что посыпались искры из глаз. После этого я больше не решался повторять попытку.
   К ним присоединились другие танцующие пары, и теперь они не были на виду У всех. Оба улыбнулись, однако улыбка Логана быстро погасла.
   — Ты отлично выглядишь, Дэни.
   — Спасибо.
   — Ты не поняла, — недовольно процедил он. — Это не дежурный комплимент. Ты красива, как и раньше… Даже более красива. И твоя зрелая красота невероятно влечет меня. — Словно желая проиллюстрировать свои слова, он еще сильнее сжал Дэни в объятиях. Их тела вжались друг в друга, ее грудь уперлась в его мощный торс.
   Музыка смолкла.
   Дэни попробовала было освободиться из его объятий, но он не позволил.
   — Логан, музыка кончилась, — прошептала она, боясь посмотреть ему в глаза.
   — Ничего, сейчас опять начнется.
   — Но твоя подружка… — попыталась напомнить Дэни в тот момент, когда зазвучала мелодия следующего медленного танца.
   — Она подождет.
   — Ты уверен в этом?
   — Нет… Просто мне наплевать, если она не станет ждать.
   — Как ты можешь говорить такие вещи… — В голосе Дэни прозвучало искреннее возмущение.
   Он вспыхнул:
   — Она быстро найдет себе кого-нибудь еще. Ее можно взять напрокат на ночь и весело провести с ней время.
   — У тебя теперь такие взаимоотношения с женщинами?
   — Конечно. Приятно и без хлопот. А что я при этом теряю?
   — Самоуважение.
   Он хрипло засмеялся, но глаза его были невеселые.
   — Я потерял самоуважение к себе давным-давно, Дэни… Когда ты…
   — Пожалуйста, Логан, не надо…
   Она произнесла это таким тоном, что его гнев мгновенно растаял. К тому же Дэни наклонила голову и уткнулась лбом ему в грудь. Это окончательно растрогало его. На смену гневу внезапно пришло желание никогда не выпускать ее из своих объятий, защищать и любить, о чем он всегда мечтал.
   Теперь Логан с нежностью обнимал Дэни. Он посмотрел на копну ее волос — и ему страстно захотелось их поцеловать. Именно такими он их и помнил — светлые и блестящие — смесь лунного света и меда.
   Как же она была хороша! Воплощенная женственность… Когда они покачивались под музыку, слышно было, как от соприкосновения с его одеждой шуршит ее платье. У него появилось искушение стащить с нее все, чтобы увидеть тело.
   Он ощущал легкий, пьянящий аромат ее духов. Ему вдруг захотелось уткнуться носом в ее ушко, сжать губами бриллиантовую сережку, ощутить языком персиковую шершавость кожи… Логан едва не застонал, понимая, что не может сейчас этого сделать… ни сейчас, ни когда-нибудь потом… никогда! А он так хотел ее. Всю, без остатка!
   Логан снял ее руку со своего плеча и взял в свою. Расслабленные пальцы Дэни дотронулись до мозолей на его ладони.
   Она подняла на него чуть изумленный взгляд.
   — Мне приходится много работать, Дэни, чтобы заработать на жизнь.
   — На ферме твоих родителей?
   — Не совсем. Земля та же, только… Ну да ты увидишь это завтра. Там будет пикник… У меня.
   — Твои родители живут с тобой? Он покачал головой:
   — Они переехали в город и живут в небольшом доме.
   — Я знаю, что ты многого добился в жизни. Я читала о тебе в «Техасских новостях».
   — Прямо-таки история «от нищеты к богатству».
   — Я не сомневалась, что ты всего добьешься.
   — Это другие добились… Вроде твоих родителей, — с горечью добавил он.
   Она отвела глаза, и это рассердило его.
   — Скажи, Дэни, что они подумали бы, если бы увидели сейчас, как мы танцуем с тобой? Решили бы, что грязные руки этого грязного фермера не. должны прикасаться к тебе?
   — Это было очень давно, Логан.
   — Не так уж давно, чтобы забыть… Я сейчас достаточно чистый, достаточно добропорядочный, достаточно богатый, чтобы касаться тебя, Дэни?
   — Для меня это никогда не имело значения, — тихо сказала Дэни.
   — Почему же? Имело! — возразил Логан, наклонившись к ней. — Когда наступил решающий момент, именно это сыграло главную роль.
   — Прости меня, я не могу… — Дэни внезапно с силой толкнула его в грудь и вырвалась из объятий.
   Резко развернувшись, она натолкнулась на Эла.
   — Готова для танца с другим партнером? — пьяно хохотнул тот.
   — Не сейчас, Эл. Мне надо… в дамскую комнату.
   Дэни отыскала комнату отдыха, которая была на том же месте, что и десять лет назад. Здесь когда-то она и другие девчонки поправляли прически, подкрашивали губы и сплетничали по поводу того, кто с кем танцует. Сейчас Дэни хотелось лишь уединения, она никого не желала видеть до тех пор, пока не придет в себя. Когда она танцевала с Логаном, ей было сладко и одновременно тревожно, как и раньше. Хотя и не совсем так. Они больше не были влюбленными детьми. Оба прошли через душевные муки и страдание. Она больше не смотрела на мир сквозь розовые очки и не считала, что любовная история непременно закончится счастливо, подобно счастливым концам в волшебных сказках.
   Дэни стала женщиной. Ее желания созрели и сформировались. Если раньше она была наивной девочкой, чье тело оставалось для нее самой тайной, то сейчас она слишком хорошо знала, чего хочет. Она хочет Логана.
   Однако преграда оставалась все та же. Она не могла его иметь. Или, вернее, преград стало даже больше, чем раньше. А значит, она должна о нем забыть.
   Несколько успокоившись, Дэни вышла из комнаты отдыха и по пустынному вестибюлю направилась к танцевальному залу.
   Проходя мимо одной из дверей, Дэни машинально открыла ее. Это была кладовка, все такая же уютная, как и раньше.
   — Комната для выяснения отношений.
   Она вздрогнула от неожиданности и, обернувшись, увидела позади себя Логана. Он вошел в комнату, решительно втянул Дэни за собой и захлопнул дверь.
   — Что ты сказал? — задохнувшись, спросила она.
   — Так ее обычно называли ребята… Комната для выяснения отношений… Мы по очереди завлекали сюда девчонок во время танцев. Уж не знаю, известно ли начальству, какой славой пользовалась эта комната.
   Дэни слабо улыбнулась. Сердце у нее гулко колотилось, во рту пересохло, но она изо всех сил старалась сохранить внешнее спокойствие.
   — Мы, девчонки, знали, что вы здесь делали.
   — Правда? Мы догадывались. Но от этого игра становилась еще более забавной. — Он на шаг приблизился к ней. Дэни отступила и уперлась в стену. Дальше отступать было некуда.
   Ей очень не хотелось, чтобы он догадался, насколько беспомощной и беззащитной она себя сейчас ощущает.
   — Рада была снова тебя увидеть, Логан. Я вообще-то собиралась уже уйти, и вот…
   — Ты помнишь, что мы здесь делали с тобой в последний раз?
   — А как насчет Ланы?
   — При чем здесь Лана? — нетерпеливо переспросил он.
   — Она ищет тебя.
   — Нет, она не будет меня искать. Я передал ее Элу. Он был в восторге. — Логан приблизился к ней почти вплотную. — Забудь про Лану и про все остальное, кроме того последнего раза, когда мы были с тобой в этой комнате… Ты помнишь?
   — Нет… То есть да… Я не уверена… Логан, я ухожу… Спокойной ночи.
   Когда она попыталась выскользнуть, он схватил ее за руку и прижал к стене.
   — Ты помнишь! Как и я… Ты была в розовом платье. Одно плечо у тебя обнажено, здесь была оборка. — Он провел рукой по ее груди. Дэни тихонько ахнула. Каждая клеточка ее тела подавала сигнал тревоги. — У тебя были крохотные сережки в ушах, а здесь бусы. — Он коснулся рукой ее шеи, и отнюдь не спешил ее убрать. — Волосы твои были забраны вверх, но на щеки падали локоны. Вот сюда. — Логан легонько потянул за волосы, и она почувствовала их прикосновение к щекам.
   Дэни отлично все помнила, но продолжала отрицать.
   — Не помню.
   — Нет, ты помнишь. — Ее волосы обдало жаром его дыхания.
   Дэни задрожала, отвернулась к стене, но это его не остановило. Дэни чувствовала спиной прикосновение его разгоряченного тела.
   — До этого мы танцевали так близко, так терлись друг о друга, что еще чуть-чуть, и мы растаяли бы… Потом зашли сюда и целовались до тех пор, пока у нас не заболели губы… Ты была настолько вкусная и сладкая, что я никак не мог насытиться поцелуями. А когда попросил тебя прикоснуться ко мне, ты вытащила мою рубашку из брюк и положила ладони мне на грудь.
   — Перестань, Логан.
   — Ты и тогда сказала именно это. Когда я ласкал твою грудь, ты говорила мне «нет». Но ты хотела, чтобы я продолжал. Мы оба были как в огне… Ты хотела меня тогда так же, как и я тебя.