Ветры прекратились без всякого вмешательства Фалларинов. Перед путешественниками было только белое пространство, где смешалось небо и земля.
   Геррит посмотрела туда и сказала:
   — Наш путь ведет в ту сторону.
   Старк почувствовал дыхание Богини на своей щеке и вздрогнул.
   — Богиня Льда покорила юг, — сказал он.
   — Там есть кое-кто другой — женщина со странными глазами. Она ждет нас.
   — Сангалейн.
   — Сангалейн, — повторила Геррит.
   Фалларины подняли ветер, чтобы надуть парус, но у них не хватило сил. Лед сковал их темное оперение и крылья. Это был холод, против которого ничего не помогало. Мужчины и женщины, кутаясь в плащи, жались вокруг кухонного очага. Педралон все время дрожал. Эштон держал свой маленький передатчик под рубашкой, боясь, чтобы его пальцы не примерзли к аппарату, когда он будет спрашивать вечное безмолвие неба. Только Собаки чувствовали себя превосходно.
   Корабль проник в белое пространство, его окутали ленты снежного тумана. Он двигался вслепую и о его бока бились льдины. Люди с оружием в руках держались на своих постах, но ничего не видели. Собаки ворчали, но ни о чем не сообщали. Старк держал весло управления. Позади него, за кораблем, появлялась борозда и сразу же исчезала. Он привык к холоду и не так страдал от него, как его спутники. Но примитивный И Хан ворчал и скулил в нем, также обеспокоенный, как и Собаки.
   Наконец лед остановил судно. Люди и Собаки слышали в тумане призрачные голоса: скрежет, бормотание, жалобы прибрежного льда.
   Затем другой голос заговорил в мозгу Старка, глубокий, как зимний прибой у скал:
   — Я — Морн, Темный Человек. Эти воды принадлежат мне. Моя армия под корпусом твоего судна.
   — Мы идем с миром, — ответил Старк.
   — Тогда прикажи этим зверям с черными говорящими разумами быть послушными, когда я поднимусь на борт.
   — Они будут послушны.
   Старк заговорил с Собаками и им стало страшно, что они не учуяли Морна и тех, кто был с ним.
   — Закрытые разумы, И Хан. Мы не можем их слышать.
   — Окажите им доверие.
   — Они друзья?
   — Нет. Но они не враги.
   — Они нам не нравятся, так как мы их не слышим.
   — Окажите доверие.
   Глаза собак горели красным пламенем, тигриные когти царапали палубу, однако они послушно легли.
   У кормы, где была свободная вода, в опасных отверстиях между плитами льда, показались круглые головы, блестящие, безволосые, с громадными глазами, привыкшими видеть в морских глубинах. Скоро Морн, огромный и мокрый, перелез через борт. Он обвел взглядом Старка, Собак, Фалларинов, завернувшихся в свои темные крылья, тарфов, которые безразлично смотрели на него из-под угловатых век. Он посмотрел на Геррит и коротко поклонился.
   — Ваш разум видит далеко. Госпожа Сангалейн ждет вашего прибытия.
   Геррит наклонила голову. Ее ответа Старк не слышит, так как она ответила мысленно.
   Они все могли видеть Морна, и все могли слышать его, когда он этого хотел, но когда говорили эти двое, остальные ничего не слышали.
   В первый раз, когда Старк увидел Морна, когда он и госпожа Сангалейн спасали его от толпы в садах удовольствий в Гед Дароде, Морн был одет в нарядный костюм, который он надевал, выходя на землю — в красивую тунику из прекрасно обработанной блестящей кожи. У него был скипетр — массивный трезубец, инкрустированный жемчугом. Теперь на нем было только его морская одежда: короткая сетка, в петлях которой держалось его оружие.
   Ему не требовалось никакого трезубца, чтобы выглядеть внушительно. Он был на голову выше Старка. Он был природной амфибией, эволюционировавшей из какого-то древнего млекопитающего в противоположность умышленной мутации Детей Моря. И также, в противоположность Детям, у Морна и его соплеменников не было шерсти. Кожа их была гладкой, темной на спине и светлой на животе — камуфляж против хищников в глубоких водах. Они были умны и их сложное общество было хорошо организовано. Дети Моря охотились за ними, как за пищей. Они же охотились за Детьми Моря, как за свирепыми морскими животными.
   Народ Морна назывался Сусмингами. Они были телепатами, потому что мысленный язык в морском мире более удобен, чем речь. Их связи с царствующих домом Джубара были очень древними, очень таинственными и очень глубокими. Старк знал, что никогда по-настоящему не поймет природы этих связей. Возможно, их происхождение идет от какого-нибудь симбиоза. Джубары, рыбаки и торговцы, без сомнения, хорошо снабжали Сусмингов и в обмен получали жемчуг, морскую кость и другие редкости.
   Теперь оба члена этой древней связи должны были бежать со своей родины, подгоняемые темной Богиней.
   Морн был глашатаем госпожи Сангалейн. Когда он мысленно заговорил, его услышали все:
   — В Джубаре мы в ловушке. Войдете ли вы туда? Или повернете обратно?
   — Мы не можем вернуться, — сказала Геррит.
   — Тогда бросайте канаты. Мой народ проведет вас через льды.
   Канаты были спущены. Сусминги были могучими пловцами. Часть из них взялась за канаты и потянула судно в узкое отверстие между льдами. Из-за тумана рулевые не могли видеть такие отверстия.
   — Пусть ваши Собаки-демоны следят. Погасите огонь и соблюдайте тишину. Мы должны пройти мимо армии.
   — Какой армии? — Старк говорил вслух, чтобы слышали его спутники. Морн, по-видимому, слышал все прекрасно.
   — Короли Белых Островов шли на север. Четыре племени, с имуществом, осадили Джубар.
   — Зачем?
   — Богиня сказала им, что настало время взять назад их древние земли за морем. Им нужны наши суда.
   — Сколько их?
   — Четыре тысячи, а то и больше. Все воины, кроме грудных детей. Женщины так же злобны, как и мужчины, и даже дети отчаянно сражаются. Они целятся в горло своими копьями.
   Судно скользило по черной воде, между громадными льдинами. Туман стал менее плотным, но не исчез. Сусминги неутомимо плыли. Путешественники сидели в полной тишине. Собаки следили за окружающим.
   — Люди, И Хан, люди и существа. Там.
   Лучники отогревали свои луки на собственных телах, потому что мороз делал их ломкими, а тетива под одеждой оставалась сухой. Старк оставил лучников на боевых постах, на всякий случай, а сам с Эштоном зарядил автоматы. Боеприпасы были незаменимы, но сейчас было не время для экономии, Старк и Эштон сели по обеим сторонам, а Морн взял кормовое весло.
   Они слышали голоса в тумане, видели слабый свет факелов. Этот свет сначала был перед их судном, потом сзади, а затем окружил корабль со всех сторон. С незаметным всплеском корабль проходил через середину армии.
   — И Хан! Существа идут!
   Всплеск. Сусминги исчезли. Канаты свободно повисли.
   — Нас заметили. Пусть ваши Собаки убивают, а Фалларины надуют парус. Быстро.
   Крылья Элдерика свистнули в воздухе. Его товарищи последовали его примеру. В одно мгновение парус надулся и корабль сдвинулся с места. Глаза Собак Севера горели дьявольским огнем. Белый пар вырывался из открытых пастей.
   Вода бурлила. Существа с телами громадных выдр и мехом, похожим на мех снежного барса, рыча, подскакивали и снова падали вверх брюхом, как метровые рыбины. Голоса в тумане подняли тревогу. Гудели раковины. В ледяном тумане сбегались тени. Они бежали быстрее, чем двигался корабль. На палубу упали копья с костяными наконечниками.
   Старк резко поднял руку.
   — Огонь!
   Щелкнули автоматы. Силуэты в мехах поскальзывались и падали на лед. Поднялось яростное рычание, но оно затихло вдали, потому что корабль быстро набирал скорость и шел по свободной воде, оставив за собой прибрежный лед.
   Течения, быстрые вдоль берега, оставляли свободной эту часть моря, где плавали только льдины. Туда и устремилась флотилия лодок, отчалив от края прибрежного льда.
   — Убейте, — сказал Старк, не выпуская из рук автомата.
   Собаки заворчали.
   Люди на лодках замешкались, смешались и гребли наугад. Однако, умирали немногие, да и то не сразу.
   — Мозги противятся страху. Нелегко.
   — Жители Белых Островов не знают страха, — сказал Морн. — Это безумцы. Они умирают сотнями под нашими стенами. Теперь зная, что у нас голод, они идут на решительный штурм. Смотрите!
   Показался Джубар, полуостров, прислонившийся к горам и покрытый снегом от пиков гор до берега моря.
   — Эти поля, — сказал Морн, — должны быть вечно зелеными, а все это море чисто ото льда, но Богиня захватила нас и держит наши корабли в порту. Даже если мы сумеем освободить их и провести через лед, как провели вас, то островитяне потопят нас и захватят наши корабли один за другим. — Он протянул руку.
   — Вот наша стоянка.
   Старк увидел укрепленный город и порт. Над укреплениями возвышался замок. Единственная высокая башня, стоявшая на скале, не имела бойниц. На такой неприступной высоте защита была не нужна.
   Недалеко от замка из воды выступал остров, совсем непохожий на крутые берега.
   — Шеллафон, — сказал Морн, — наш город. Разграбленный, как Джубар. И осужденный на смерть, как Джубар.
   Замок стоял сбоку от порта, как рука, кистью которой была башня. Вторая такая же башня была напротив первой, на краю укрепленного мола. Обе башни были вооружены и охранялись. Узкий проход можно было закрыть поперечными брусьями.
   Спокойная вода в порту была покрыта льдом. Но для корабля Старка путь был свободен до края королевской набережной.
   — Больше не думайте, — сказал Морн Фалларинам. И они обрадовались, потому что Богиня подорвала их силы.
   Сусминги снова схватились за свисающие канаты и ввели судно в порт. Борозда от судна сразу же покрывалась корочкой льда. Судно бросило якорь возле другого корабля. Старк подумал, что он мог принадлежать только Сангалейн. В порту стояла тишина. Корабли, покрытые инеем, стояли неподвижно.
   — Ну вот, — сказал Морн. — И вы в ловушке, хотя еще и не знаете причин этого.
   Старк посмотрел на Геррит, но она держалась в стороне.
   Главный портал замка был открыт. Там появилась женщина в коричневом. Старк знал, что это должна быть Сангалейн и что ее сопровождали, но все его внимание было устремлено на Геррит.
   Она совершенно переменилась, стала как бы выше ростом, усталость и неуверенность от путешествия исчезли. Она опустилась на набережную и никто не осмелился предложить ей помощь. Старк собирался идти за ней, но остановился, на ступенях башни ждали Сангалейн и ее свита.
   Геррит огляделась вокруг, посмотрела на серое небо. Казалось, что-то величественное коснулось ее. Она откинула капюшон и ее волосы сверкнули собственным светом. Дочь солнца, сияющая в этом месте смерти. Сердце Старка пронзила боль.
   Геррит заговорила. Ее голос звучал среди камней сильно и нежно.
   — Теперь я знаю, почему моя дорога вела сюда.
   Сангайлен спустилась по ступеням.
   Придворные не шевельнулись, но двойной ряд женщин в коричневых платьях и с закрытыми вуалями лицами пошли за ней. Они вышли на набережную и остановились перед Геррит. Все женщины склонились в низком поклоне. Сангайлен протянула руки.
   Геррит взяла их. Обе женщины, держась за руки, стояли неподвижно и смотрели друг на друга. Затем они повернулись и темная шеренга тоже повернулась. Коричневые юбки хлопали на ветру.
   И Старк вспомнил, он снова был в Тире, в доме Мастера Железа. Хагот, король Жатвы, в ярости повернулся к Геррит, которую он мечтал принести в жертву.
   — Ты пророчествовала для меня, Дочь Солнца, — сказал он, — теперь я буду пророчествовать для тебя. Твое тело накормит Старое Солнце, хотя это и не будет нашей прощальной жертвой.
   Старк бросился на набережную, чтобы схватить Геррит, но Морн преградил ему дорогу.
   — Она идет на это по своей воле, Темный Человек.
   — На жертву? Для этого и ждала ее Сангайлен?
   Собаки были теперь рядом со Старком, но им преградили дорогу сусминги.
   Они были вооружены и их мозга Собаки не могли коснуться. Старк увидел лучников в ливреях Сангайлен на внутренних укреплениях замка. Их луки были приготовлены для боя.
   — Мы убьем всех вас, если понадобится, — сказал Морн. — То, что должно произойти, изменить нельзя.
   Вместе с госпожой Джубара Геррит поднялась по ступенькам и вошла в серую холодную башню.


20


   Они были в холодной комнате с каменными стенами, затянутыми потускневшими коврами. В очаге горело немного каменного угля. Сангайлен и женщины в коричневом — орден, верховной жрицей которого она была — всю ночь оставалась возле Геррит. Теперь они оставили Мудрую женщину Ирнана и ее спутников.
   На Геррит было широкое платье цвета ее волос. Волосы свободно лежали на плечах и блестели ярче, чем свет очага. Сидя за столом, она наклонила голову над чашей с прозрачной водой, принесенной слугами.
   Халк, Элдрик, Педралон и Себек стояли у стола и ждали, что она скажет. Саймон Эштон держался чуть в стороне. Старк сел в другом конце комнаты, как можно дальше от Геррит. По его лицу можно было предположить, что он убил бы Геррит своими руками, очутись она рядом.
   Когда она начала пророчествовать, он слушал, как и остальные, но Эштон беспокойно поглядывал на него.
   — Люди севера начали свою Вторую Миграцию, — сказала она. — Фалларины покинули Место Ветров.
   Ровное хлопание крыльев Элдерика всколыхнуло пламя свечей.
   — Они идут к югу, в Юронну, — продолжала Геррит. — Очары, которые еще живы, делают то же самое. В Юронне большинство племен готовится уйти, потому что погибший урожай не сможет прокормить их зимой.
   Голубые глаза Себека смотрели очень внимательно из-под традиционной вуали.
   — За жестокими Горами, Ведьмины огни навсегда запечатаны. Дочь Скэйта и ее народ сделали выбор. Корабли Пенкавра, я думаю что их нападение на Детей кончилось провалом, покинули Скэйт. Херсенеи давно уже рассеялись по дорогам юга.
   Кузницы Тиры погасли, народ ушел. Харгот, король Жатвы, ведет свой народ Башен к югу. В Изванде люди с волчьими глазами мечтают о плодородных землях. Другие, имена которых я не знаю, покидают свои голодные места. Будет много сражений, но города-государства останутся за своими стенами. Только Ирнан будет покинут из-за голода. Я вижу дым над его кровлями. Его народ найдет убежище в других городах-государствах.
   Халк закусил губу, но молчал.
   — Южный прилив миграции будет уменьшаться по мере того, как выжившие найдут лучшие земли. Страна Педралона и его соседей сможет принять большинство беженцев. Однако их образ жизни сильно изменится. Но там не найдется помощи нашему делу. Наши армии придут сюда, на белый юг, как я вам предсказывала. Сангайлен через ясновидение узнает, что на Скэйте больше нет места ни для ее народа, ни для сусмингов. Звездные корабли их единственная надежда.
   Голосом резким, как клинок, Старк сказал:
   — Я не стану служить Сангалейн.
   — Этого и не нужно. Когда случиться то, что должно будет произойти, иди к королям Белых Островов. Они будут твоим копьем. И ты поведешь их к победе.
   — Зачем?
   Вопрос был двойной и она поняла это.
   — Потому что ты Темный Человек пророчества. Хочешь ты или нет, но это твоя судьба, и нити этой судьбы связаны с Гед Дародом, где ты дашь свой последний бой Фернанду и Бендсменам, — она подняла руку, чтобы помешать ему заговорить. — Я знаю, что пророчество почти не имеет для тебя значения. Ты приехал на Скэйт с единственной целью — помочь Саймону Эштону. Корабль, который ты требовал, придет, но Лорды Защитники имеют теперь средство оттолкнуть его. Это вещь из другого мира, которую Педралон оставил в их руках.
   — Передатчик, — сказал Педралон.
   Она наклонила голову.
   — Спеши со своей армией, Старк. Иначе Лорды Защитники отошлют корабль или уничтожат его, и вы навсегда останетесь пленниками Скэйта.
   — У нас тоже есть передатчик, — напомнил ей Старк.
   Она покачала головой.
   — Я вижу, что вы идете в молчании к Гед Дароду и в ваших руках нет ничего из другого мира.
   — Даже автоматов?
   — Даже их нет.
   Эштон взглянул на Старка, но Старк видел только Геррит.
   — А корабли Белых Островов будут сражаться? — спросил Халк. — Зачем они станут помогать нам.
   — А потому что они хотят отобрать свои древние земли.
   — А где эти земли?
   — Там, где сейчас находится Гед Дарод.
   Наступило долгое молчание. Геррит по-прежнему смотрела в прозрачную воду. Затем она вдохнула и выпрямилась.
   — Больше я ничего не вижу, — она посмотрела на них, значительно улыбаясь. — Вы были честными товарищами, мы хорошо сражались вместе. Теперь идите. Не забывайте, что передышка будет короткой. Богиня уже царит в Джубаре.
   Все поклонились ей, кроме Элдерика, который отсалютовал ей по-королевски. Они вышли, и Саймон Эштон вышел вместе с ними. Старк остался.
   Он не подошел к Геррит, как будто боялся собственной злобы.
   — Значит, ничто не может отклонить тебя от этой отвратительной вещи? спросил он, и голос его казался болезненным вскриком.
   Геррит посмотрела на него с любовью и нежность. Она посмотрела на него издалека, из такого места, куда он не мог проникнуть, из места, которое он ненавидел всей своей душой.
   — Такова моя судьба, — сказала она ласково. — Мой друг, моя великая честь. Это как раз то, что мне осталось сделать. Именно поэтому я и не могла идти с другими на звездный корабль. Поэтому моя дорога вела меня на юг, в белый туман, где однако я видела только кровь. Мою кровь, теперь я это знаю.
   — А Сангалейн будет держать нож?
   — Это ее долг. Мое тело, принесенное в жертву Старому Солнцу, спасет многих, и знай, что моя планета будет свободной. Не сердись на меня, Старк, то, что я делаю, не должно пропасть даром из-за твоего гнева. Не обмани моих ожиданий, освободи Скэйт, потому что это предназначено сделать тебе. Ради меня.
   В очаге танцевали огоньки. Снежная буря свистела за окнами. Старк не мог больше выносить взгляда Геррит. Он опустил голову, и Геррит улыбнулась ему с нежностью.
   — Вспоминаешь ли ты с радостью тот долгий путь, который мы прошли вместе? Как вспоминаю я?
   Сердце Старка окаменело. Он не мог говорить. Он молча вышел, как выходят из дома, где царит смерть.
   Сангалейн ждала снаружи со своими женщинами в коричневых платьях — ее почетной стражей — и Морном. Госпожа Джубара была в том же коричневом платье. Ее стройное тело было очень привлекательным — узкая талия, пышные бедра и груди. Лицо ей не было закрыто и прядь черных волос блестела на лбу. На ней не было никаких драгоценностей, все они находились в сейфах Пенкавра. Лицо ее выражало беспокойство. Серые глаза напоминали зимнее море в лучах солнца: глубокие, темные и сияющие. Старк подумал, что мужчина может легко потеряться в этих глазах. Он нашел ее красивой.
   При его появлении рука Морна легла на кинжал.
   Сангалейн спокойно выдержала взгляд Старка.
   — Этот мир — не твой, — сказала она, — и его обычаи не твои.
   — Это правда, — сказал Старк. — Однако, постарайся, чтобы я никогда больше тебя не видел.
   Он ушел.
   Сангалейн и ее завуалированные женщины вошли в комнату Геррит.
   — Пора, — сказала госпожа Джубара.
   — Я готова, — ответила Геррит.
   Она вошла вместе с Сангалейном и жрицами по длинным коридорам. Морн и почетная стража шли за ними с факелами. Спиральная лестница вела на плоскую обледеневшую площадку, без какого-то бы ни было ограждения. В центре круглой платформы стоял гроб, задрапированный богатыми тканями, скрывающими хворост, на котором стоял гроб. Было еще темно, белый туман Богини окутывал башню и факелы еле горели.
   Геррит молча повернулась к востоку. Наконец сквозь темному и туман пробился медный луч.
   Сангалейн протянула руку к Морну.
   — Нож.
   Морн с низким поклоном обеими руками подал нож. Женщины тихо запели. Сангалейн опустила вуаль на лицо.
   Геррит подошла к гробу. Гордая, добровольная жертва. Она вытянулась в гробу и увидела в белом прозрачном воздухе блестящее опускающееся лезвие.
   Когда взошло Старое Солнце, как медный признак в тумане, люди Белых Островов увидели на вершине башни гигантское пламя.
   Эрик Джон Старк ушел один, со своей болью и яростью, в пустынные холмы. И никто, даже Саймон Эштон, не пошел за ним.
   Но Собаки Севера беспрерывно выли три дня. Страшный реквием по Мудрой женщине.


21


   Ужасно, но это оказалось правдой. Жертвоприношение оказалось действенным.
   После того, как оно брызнуло пламенем с вершины башни, туман, почти непроницаемый, разошелся. К полудню лицо Старого Солнца после бесконечно долгого перерыва снова стало видно. Народ валялся в снегу, чтобы почувствовать ласку Старого Солнца. Потом с севера пахнул теплый ветер. В этот день началась оттепель. С холмов стремительно понеслись потоки, в порту таял снег. Жители Джубара, воспрянув духом, занялись работой по приведению в порядок своих кораблей.
   Люди Белых Островов, под которыми таял прибрежный лед, атаковали Джубар непрерывно, отчаянно, но вход в порт был прегражден, а стены хорошо охранялись.
   На четвертый день Старк вернулся из своих странствий, похудевший и со странным взглядом. Он прошел на корабль и послал гонца за своими спутниками.
   Те пришли. Никто не осмелился заговорить, кроме Халка, который посмотрел в лицо Старка и сказал:
   — У нее была лучше смерть, чем у Брики. Старк наклонил голову и обернулся к Эштону:
   — Ты слышал что-нибудь по рации?
   — Нет еще.
   — Пожалую, тебе лучше обождать здесь, Саймон. Я собираюсь провести переговоры с королями, и вполне возможно, что они не дадут мне и рта раскрыть.
   Эштон пожал плечами и сел на свое обычное место с двумя автоматами в руках. Старк приказал гребцам грести. Но в последнюю минуту на набережной появился Морн.
   — Я поеду с тобой, Темный Человек.
   Старк взглянул на него с дикой ненавистью.
   — Зачем?
   — Потому что ты не знаешь королей. Ты даже не знаешь их имен. Ты ничего не знаешь об их обычаях и истории, без меня тебя не станут слушать.
   Старк поколебался, но потом кивнул. Морн поднялся на борт. Собаки Севера заворчали. Старк приказал им замолчать. Весла погрузились в воду и корабль приблизился к выходу из порта. Затворы заграждений раскрылись, чтобы пропустить их. Пока они плыли, Морн заговорил. Старк слушал его, потому что Саймон Эштон многому научил его.
   Когда им навстречу вышли первые кожаные лодки, Старк крикнул:
   — Мы просим проводить нас к правителям Джангана и Священного острова. Будь проклят тот, кто нам в этом откажет!
   Скрепя сердцем, люди в лодках положили оружие и составили что-то вроде эскорта, а четыре лодки поплыли вперед, между тающими и двигающимися льдинами.
   Старк видел, что большинство островитян поставили палатки на берегу там, где почва была достаточно высокой. Лучи Старого Солнца, полученные такой ценой, побудили островитян снять меховую одежду. Их головы были тоже обнажены. Их волосы были перевязаны лентой по обычаю воинов, чтобы враг за них не схватил, и были разных оттенков. Лица загорели на ветру и были более бледными там, где обычно были закрыты меховыми капюшонами. Все лица носили одинаковый отпечаток дикости, были с мощными челюстями, выступающими скулами и глубоко посаженными злобными глазами.
   Старк сомневался, умеют ли эти люди улыбаться.
   — Остаток пути придется проделать пешком, — сказал Морн, — посмотри туда.
   Старк увидел вершину громадного айсберга, сверкнувшего на солнце.
   — Это Священный Остров. Оставь Собак и оружие, они тебе не понадобятся. Возьми эскорт, но не более четырех человек.
   Пошли Педралон, Эштон, Элдерик и Халк.
   Себек остался командовать судном, а Тачвар — Собаками. Ему трудно было их успокоить. Они чувствовали жесткость и красный цвет убийства, которые их окружали.
   Жители Островов вытащили свои лодки на лед и пошли за Старком. Пешком они двигались с размеренной яростью, ставя ноги, как зверь перед прыжком. Но оружия они не касались.
   — Это воины, — сказал Морн, прочтя мысли Старка, — машины для убийства. Кроме этого, они ничего не умеют. Каждый ребенок, показавший страх или робость, бросается охотничьим собакам.
   Несколько животных в леопардовых шкурах показались на льду, быстро передвигаясь на коротких и сильных лапах, широкие ноги которых могли одним ударом распороть живот человеку. Островитяне следили за ними и время от времени отгоняли тех, кто чересчур интересовался запахом чужого тела.
   Сверкающий пик айсберга приближался. Старк увидел его широкое массивное подножие. Настоящий ледяной остров. Светлый склон был усеян темными пятнами, расположенными правильными рядами.
   — Там они хоронят своих королей, — сказал Морн.
   Четыре человека стояли у штандарта, укрепленного на высоком копье, из обработанной морской кости. Штандарт блестел на солнце, как золото. Его вершина имела форму человеческой головы. Лицо выражало мягкое и печальное достоинство.
   Под штандартом стояли четыре короля Белых Островов и глядели на иноземцев волчьими глазами.
   Зилбан, Дерик, Эстрап и Эюд — сыновья Джигана.
   Четыре маленькие отдельные группы составляли, без сомнения, почетную стражу четырех королей. И со всех склонов айсберга мертвые короли смотрели на них, стоя в своих погребальных нишах, вмерзшие в лед и сохраняемые нетленными в вечном холоде. Старк не мог сосчитать их, да и ряды, вероятно, шли вокруг айсберга.
   Струйки воды уже бежали по льду, и Старк подумал, что случиться со Священным Островом, когда племена двинутся на север.