"..." "Пусть погибнет она за весь город одна, Мы в молитвах ее не забудем; Лучше гибнуть одной, да за крепкой стеной От врагов безопасны мы будем!"
   И, лопату схватив и земли захватив, На Алёну он бросил в могилу, А за ним и другие уж стали бросать. Чтоб ее поскорей задушило.
   И в смущенье немом все стояли кругом, Лишь проворно работали руки, Но никто не глядел и взглянуть не посмел На несчастной предсмертные муки.
   Только солнце одно рассказать бы могло, Что пред смертью она испытала, Как ей горе-слеза застилала глаза, Как несчастная билась... дрожала...
   Вот исчезло чело...вот и всю занесло... Вот с краями могила сровнялась... И от жертвы живой за обычай людской И следа на земле не осталось. А.С.Гацисский. Коромыслова башня.
   Аналогичные факты известны и из истории других народов. В ХV1 веке в Ассаме на северо-востоке Индии при строительстве храма по приказу тамошнего раджи было умерщвлено и зарыто под фундамент 140 человек. Но и в ХХ веке в Индии был зафиксирован факт, когда при возведении моста через реку строители потребовали принести в жертву и положить под сваи несколько детей. Традиционные жертвы приносились не одной только Матери Сырой Земле, но и водной стихии - морю, рекам, озерам, колодцам. Отголоски подобных ритуалов запечатлены в былине о Садко (принесение в жертву самого себя) и в популярной песне о Стеньке Разине, написанной на основе народной легенды (пожертвование Волге персидской красавицы-княжны). В русской агиографической (житийной) литературе также говорится о древнерусском языческом обычае приносить жертву рекам и озерам (например, в Муромском крае).
   * *
   *
   Одной из главных причин поклонения женщине как Великой Богине, воплощенной в Матери-Земле, явилось также и то, что именно с женщин-собирательниц плодов земли зачалось искусство земледелия, сохранение семян и выращивание растений. Все это вместе взятое и слилось в священное таинство, олицетворением коего явилась женщина-мать, роженица и рожаница - рожающая детей и рождающая в эзотерическом союзе с землей урожай, обеспечивающая продолжение собственного рода и сохраняющая преемственность в жизни растительного (а затем и животного) царства. Она - сама царица в этом мире, она - Богиня (Деметра, Кибела, Рожаница, Гея, Рея, Мать Сыра Земля). Земля - мать всего сущего, считали эллинские мыслители: "все рождает земля и все берет она опять". Самые таинственные Элевсинские мистерии у афинян были связаны с культом Земли. Участники сакраментальных актов спускались в подземный храм Матери-Земли Деметры и тем самым превращались в ее детей, дабы подготовить в недрах подземной Богини к новому рождению после смерти из лона божественной матери. Что именно происходило в подземельях храма Деметры, известно лишь в общих чертах: каждый участник Элевсинских мистерий был связан обетом молчания, нарушение которого было хуже смерти и потому никто не оставил никаких свидетельств. Элевсинские мистерии надолго аккумулировали и законсервировали в символическо-закодированной форме древнейшую память о мифическом прошлом эллинов, включая и гиперборейскую старину. Общеславянские и русские мифы о Земле-матери очень древнего происхождения - они пронизывают все исторические эпохи, различие между которыми весьма условно. Вплоть до наших дней сохранились песни и заговоры о Матери Земле, к которой русский человек обращается в решающую минуту:
   Гой, земля еси сырая, Земля матерная, Матерь нам еси родная! Всех еси нас породила, Воспоила, воскормила И угодьем наделила...
   В "Сказании о Мамаевом побоище" есть потрясающее своим гуманизмом место, когда Мать-земля перед Куликовской битвой плачет о детях своих - русских и татарах, которым только еще предстоит погибнуть в кровавой сече. Один из сподвижников князя Дмитрия Донского - тоже Дмитрий Волынец - приник к земле правым ухом и услышал "землю рыдающую двояко: одна сторона точно женщина громко рыдает о детях своих на чужом языке, другая же сторона, будто какая-то дева вдруг вскрикнула громко печальным голосом, точно в свирель какую, так что горестно слышать очень". В поэтизированном представлении русского человека Земля всегда выступала подлинной матерью и покровительницей всех людей: она не только забирает их после смерти, но и является источником всего живого. "Земля, земля, мати сырая! Всякому человеку земля отец и мать!" - говорится в одном из духовных стихов. А Голубиная книга расшифровывает:
   Телеса наши от сырой земли, Кости крепкие от камени, Кровь - руда от Черна моря Наши помыслы от облак небесных.
   Земля-заступница дает человеку силу и могущество, стоит только к ней прикоснуться. Сказочные герои, ударяясь о землю, превращаются в богатырей, обретают силу великую. Земля одновременно и судья, искупительница грехов. Клятва землею - одна из самых древних, страшных и крепких. При этом землю целовали и даже ели. Первый русский мыслитель-экономист Иван Тихонович Посошков (1652-1726) в своей знаменитой "Книге о скудости и богатстве" приводит факты, когда крестьяне, поклявшиеся землей (с дерном на голове), не сдержавшие данного слова и уличенные во лжи, умирали прямо на меже. В народе говорили: "Не лги - земля слышит"; "Грех землю бить - она наша мать". Или: "Питай - как земля питает, учи - как земля учит, люби - как земля любит". Отсюда же строжайший запрет до 25 марта вбивать в землю колья - иначе она отомстит засухой. Народное благоговение переед землей вдохновенно выражено в двух тютчевских строках:
   Нет, моего к тебе пристрастья Я скрыть не в силах, Мать-Земля!
   Для русского человека земля, на которой он живет, - самое святое на свете. Он зовет ее Матерью и привязан к ней всеми фибрами своей души, каждой частичкой своего тела. Никому не хочется расставаться с ней, а если вдруг и случится час разлуки, все помыслы и устремления направлены к тому, чтобы как можно скорей вернуться назад. Хорошо известен широко распространенный обычай: отлучаясь надолго, брать с собою щепотку родной земли и носить ее на груди в ладанке. Русский народ, Родина, родная земля для русских людей - понятия неразделимые. Полнокровным содержанием, впитавшим всю любовь народа к родной земле, русское мировоззрение наполнилось, пройдя через множество этапов развития, и приобрело полновесное звучание с возникновением земледелия, когда начала доминировать идеология крестьянина-землепашца, а богатство России и ее народа стало напрямую зависеть от земельных просторов Руси и земли, как главного мерила богатства - материального и духовного. Выразителем и олицетворением этой крестьянской идеологии стал былинный богатырь Микула Селянинович (рис.71), чья сила в прямом смысле дарована самой землей и чья идеология целиком и полностью опирается на земную силу Руси. Первый русский оратай - любимый сын Матери Сырой Земли и русского крестьянства. В почесть ему, милостивому кормильцу и поильцу, справлялись коллективные пиры - столованья на братчинах - микулищинах, пелись громкие микульские песни в честь наступающего дня именин Матери Сырой Земли:
   Микула-свет, с милостью Приходи к нам, с радостью, С великою благостью... Мать Сыра Земля добра, Уроди нам хлеба, Лошадушкам овсеца, Коровушкам травки!..
   В древней обрядовой песне этой закодированы сразу три смыслозначимых символа русских крестьян - Корова, Лошадь и Мать Сыра Земля, объединенные общим символом, к тому же выразителем Света, Микулой Селяниновичем. В литературе отмечено, что традиционный языческий праздник в честь оратая Микулы Селяниновича впоследствии перевели на христианского святого, Николая Чудотворца. Оттого-то на Руси так Николу милостивого и почитают. Весенний праздник в честь Святого Николы (Миколы) был специально приурочен к празднику Матери Сырой Земли, что любит "Миколу и его род". Вот почему на Руси сходятся два народных праздника: первый - "Микула с кормом" (Никола-великий) 9 мая по старому стилю; другой - "именины Матери Сырой Земли" 10 мая. Микула Селянинович - носитель тяги земной, то есть силы Матери Земли. В сборнике П.Н.Рыбникова приведен прозаический пересказ былины о Святогоре и Микуле. Это удивительное и драгоценное свидетельство о древнейших космомифических воззрениях наших предков. В этой былине Святогор пытается догнать на широком пути-дороге прохожего и никак не может. И тогда проговорил богатырь таковы слова:
   - Ай же ты, прохожий человек, приостановись не то множечко, не могу тебя догнать на добром поле. Приостановился прохожий, снимал с плеч сумочку и кладывал сумочку на сыру землю. Говорит Святогор-богатырь: - Что у тебя в сумочке? - А вот подыми с земли, так увидишь. Сошел Святогор с добра коня, захватил сумочку рукою, - не мог и пошевелить; стал здымать обеими руками, только дух под сумочку мог подпустить, а сам по колена в землю угряз. Говорит богатырь таковы слова: - Что это у тебя в сумочке накладено? Силы мне не занимать стать, а я и здынуть сумочку не могу. - В сумочке у меня тяга земная. - Да кто ж ты есть и как тебя именем зовут, звеличают как по изотчины? - Я есть Микулушка Селянинович.
   Микула - носитель тяги земной в прямом смысле: он несет Силу Матери сырой земли в сумочке за плечами, легко обгоняя самого могучего старорусского богатыря Святогора. Тяга земная, заключенная в котомке, легко прикасается к своему источнику, питаясь необъятной силой Матери Земли, чтобы затем вновь вернуться на плечи Микулы, и передается сполна крестьянскому богатырю. Но точно таким же в античной мифологии был великан Антей, сын Посейдона и Геи, который черпал свою нечеловеческую силу, прикасаясь к Матери-Земле. Несомненен и общий индоевропейский источник происхождения двух казалось бы совершенно несходных образов. Функциональное сходство тем не менее практически абсолютное: оба героя черпают свою необъятную силу у одной и той же матери - Геи-Земли. Конец вот только у героев разный: Антея задушил Геракл, оторвав его от Земли и лишив тем самым силы, а равному по силе Микуле не нашлось ни среди людей, ни среди богатырей, ни среди Богов.
   * *
   *
   Мать Сыра Земля всегда выступала ядром русской идеологии. Достаточно сопоставить два периода - очень далекий, связанный с предысторией Руси, и недавний, когда древние образы по-новому переосмыслялись русскими мыслителями. Древний миф о Земле и Солнце сохранили для нас русские раскольники, скрывшиеся от преследования в заволжских лесах. Нижегородские легенды вдохновили А.Н.Островского на создание сказки о Снегурочке, погубленной Солнцем-Ярилой. Более древний миф о браке Земли и Солнца донес роман П.И.Мельникова-Печерского "В лесах", где воспроизведен заветный текст древнерусских космогонических воззрений, передававшихся из поколения в поколение.
   "Вот сказание наших праотцов о том, как бог Ярила возлюбил Мать Сыру Землю и как она народила всех земнородных. Лежала Мать Сыра Земля во мраке и стуже. Мертва была - ни света, ни тепла, ни звуков, никакого движения. И сказал вечно юный, вечно радостный светлый Яр: "Взглянем сквозь тьму кромешную на Мать Сыру Землю, хороша ль, пригожа ль она, придется ли по мысли нам?". И пламень взора светлого Яра в одно мгновение пронизал неизмеримые слои мрака, что лежали под спавшей землею. И где Ярилин взор прорезал тьму, там воссияло Солнце Красное. И полились через солнце жаркие волны лучезарного Ярилина света. Мать Сыра Земля от сна пробуждалася и в юной красе как невеста на брачном ложе раскинулась... Жарко пила она золотые лучи живоносного света, и от того света палящая жизнь и томящая нега разлились по недрам ее. Несутся в солнечных лучах сладкие речи бога любви, вечно юного бога Ярилы: "Ох, ты гой еси, Мать Сыра Земля! Полюби меня, Бога светлого, за любовь за твою я украшу тебя синими морями, желтыми песками, зеленой муравой, цветами алыми, лазоревыми, народишь от меня милых детушек число несметное...". Любы Земле Ярилины речи, возлюбила она бога светлого и от жарких его поцелуев разукрасилась злаками, цветами, темными летами, синими морями, голубыми реками, серебристыми озерами. Пила она жаркие поцелуи Ярилины, и из недр ее вылетали поднебесные птицы, из вертепов выбегали лесные и полевые звери, в реках и морях заплавали рыбы, в воздухе затолклись мелкие мушки да мошки... И все жило, все любило и все пело хвалебные песни: отцу-Яриле, матери - Сырой Земле. И вновь из Красного Солнца любовные речи Ярилы несутся: "Ох, ты гой еси, Мать Сыра Земля! Разукрасил я тебя красотою, народила ты милых детушек число несметное, полюби меня пуще прежнего, народишь от меня детище любимое". Любы были те речи Матери Сырой Земле, жадно пила она живоносные лучи и народила человека... И когда вышел он из недр земных, ударил его Ярила по голове золотой возжой - ярой молнией. И от той молоньи ум в человеке зародился. ........................................... Ликовала Мать Сыра Земля в счастье, в радости, чаяла, что Ярилиной любви ни конца, ни края нет... Но по малом времени красно солнышко стало низиться, светлые дни укоротились, дунули ветры холодные, замолкли птицы певчие, завыли двери дубравные, и вздрогнул от стужи царь и владыка всей твари дышащей и не дышащей. Задумалась Мать Сыра Земля и с горя-печали оросила поблекшее лицо свое слезами горькими - дождями дробными. Безмолвен Ярило. "Не себя мне жаль, - плачется Мать Сыра Земля, сжимаясь от холода, скорбит сердце матери по милым детушкам". Говорит Ярило: "Ты не плачь не тоскуй, Мать Сыра Земля, покидаю тебя не надолго. Не покинуть тебя на время - сгореть тебе до тла под моими поцелуями. Храня тебя и детей наших, убавлю я на время тепла и света, опадут на деревьях листья, завянут травы и злаки, оденешься ты снеговым покровом, будешь спать-почивать до моего приходу... Придет время, пошлю к тебе вестницу - Весну Красну, следом за Весною я сам приду". Плачется Мать Сыра Земля: "Не жалеешь ты, Ярило, меня бедную, не жалеешь, светлый Боже, детей своих! ...Пожалей хоть любимое детище, что на речи твои громовые отвечало тебе вещим словом, речью крылатою... И наг он и слаб - сгинуть ему прежде всех, когда лишишь нас тепла и света..." Брызнул Ярило на камни молоньей, облил колючим взором деревья дубравные. И сказал Матери Сырой Земле: "Вот я разлил огонь по камням и деревьям. Я сам в том огне. Своим умом-разумом человек дойдет, как из дерева и камня свет и тепло брать. Тот огонь - дар моему любимому сыну. Всей живой твари будет на страх и ужас, ему одному на службу". И отошел от Земли Бог Ярило... Понеслися ветры буйные, застилали темными тучами око Ярилино - красное солнышко, понесли снега белые, ровно в саван окутал в них Мать Сыру Землю. Все застыло, все заснуло, не спал, не дремал один человек - у него был великий дар отца Ярилы, а с ним и свет и тепло... Так мыслили старорусские люди о смене лета зимою и о начале огня. Оттого наши праотцы и сожигали умерших: заснувшего смертным сном Ярилина сына отдавали живущему в огне отцу. А после стали отдавать мертвецов их матери - опуская в лоно ее. Оттого наши предки и чествовали великими праздниками дарование Ярилой огня человеку. Праздники те совершались в долгие летние дни, когда солнце, укорачивая ход, начинает расставаться с землею. В память дара, что даровал Бог света, жгут купальские огни. "Что Купала, что Ярило -все едино, одного Бога звания".
   В народном мировоззрении образ Матери Сырой Земли сливался с образом Богородицы, что давало основание официальным представителям церкви постоянно говорить о двоеверии русского человека. Оба образа действительно тождественны, точнее было бы даже говорить о двух ипостасях одного и того же образа Великой матери, ведущего свое происхождение из незапамятных времен общечеловеческой культуры. Богородица была всегда объектом поклонения русских людей, а еще раньше - их праславянских и общеарийских предков. Под тем же именем. Лишь впоследствии христианство приспособило к испокон веков существовавшим традициям новую идеологическую концепцию и евангельскую историю о Марии - матери Иисуса Христа. Русский публицист Д.Ф.Самарин совершенно справедливо отмечал уже в начале ХХ века: "Русская Богородица более похожа на "Матушку сырую земельку", которая всех нас любит, поит и кормит (Богородица как мировая Душа, София), чем на историческую Деву Марию. Она-то "Сострадательнейшая Матушка наша" и была причиною отказа от ортодоксального христианского отрицания язычества, виновницей примирения древнего язычества и христианства". Новая Богородица впитала в себя многие черты, которые всегда характеризовали Великую Мать. Даже каноны иконографии остались прежними, нисколько не меняясь. Особенно это характерно для изображения Великой Матери - Великой Богини - Богородицы с распростертыми для благословения руками. Изображения, точнее их код, были одними и теми же и у древних египтян (рис.72), и на русских вышивках, воспроизводящих Великую Богиню в ее различных языческих ипостасях (рис.73), и на русских православных иконах (рис.74).
   САГА О ВЕЛИКОЙ БОГИНЕ
   Владычица-земля! С бывалым умиленьем И с нежностью любви склоняюсь над тобой, Лес древний и река звучат мне юным пеньем... Всё вечное и в них осталося со мной.
   .................................................. И призраки ушли, но вера неизменна... А вот и солнце вдруг взглянуло из-за туч. Владычица-земля! Твоя краса нетленна. И светлый богатырь бессмертен и могуч.
   Владимир СОЛОВЬЕВ
   На протяжении всего нашего повествования имена Матери Сырой Земли и Великой Богини-Матери используются как синонимы. Это не случайно, ибо отражает реальную логику исторического процесса и развития древнейших традиций. Образ Матери Сырой Земли - более поздний. Он возник и оформился в виде известной и поныне мифологемы в эпоху развитого земледелия, когда пахотная земля стала играть решающую роль в обеспечении хозяйственной жизни и процветания человеческого общества. Но земледелие существовало не всегда, и культ Великой матери всего живого возник задолго до того, как на бескрайние просторы полей вышли пахари и сеятели. По существу вся человеческая история и предыстория начиналась с поклонения Женскому началу и Женскому естеству. Прежде всего это относится к процессам воспроизводства себе подобных, где главную роль играет женщина, которой на роду написано быть матерью. Недаром на языке североамериканских индейцев навахо Земля называется naestsan, что дословно переводится как "опрокинутая на спину" (то есть "приготовившаяся к соитию женщина"). При этом, по представлениям индейцев, у Матери-Земли существует четыре чрева, в самом глубоком из них когда-то произошли и изначально жили люди. В основе оргиастических культов, распространенных по всей земле, лежали таинства оплодотворения, зачатия и родов. А объектами поклонения, жертвоприношения и соблюдения подчас достаточно жестоких ритуалов неизбежно становились природные и рукотворные феномены, выражающие женское естество: пещеры, ущелья, озера, колодцы, венки, кольца и пр. Так сложился культ Великой Богини, распространенный по всему миру, во все времена и у всех древних народов. Его корни уходят к самым истокам человечества. Свидетельство тому - многочисленные находки древних Богинь и изображений женского естества, которые найдены практически на всех континентах Земли (рис. 75). Исторический же период, соответствующий вечному символу и продлившийся несколько тысячелетий, как уже неоднократно подчеркивалось, получил название матриархата. С функцией жизненности и плодоношения Земли сопрягались не только представления о соитии и деторождении, не только основные моменты ежегодного земледельческого цикла, но и добыча руды и процесс выплавки из нее металла. Мирча Элиаде, досконально исследовавший историю данного вопроса так суммирует свои выводы:
   "Такие концепции чрезвычайно древние. Шахты, подобно устьям рек, приравнивались к лону Матери-Земли. На вавилонском языке термин pu означает как "исток реки", так и "влагалище"; на египетском - слово bi означает как "влагалище", так и "штольня шахты"; на шумерском buru также означает "влагалище" и "река". Вероятно, руды, добываемые из шахты, приравнивались к зародышам. Вавилонское слово an-kubu некоторыми авторами переводится как "эмбрион", а другими - "выкидыш". Во всяком случае имеется скрытая симметрия между металлургией и деторождением. Жертвоприношение, иногда выполняемое перед плавильным горном, напоминало родовспомогательное жертвоприношение. Горн приравнивался к лону, именно там "зародышевые руды" должны были завершить свой рост и проделать это за значительно более короткий промежуток времени, чем тот, который потребовался бы, если бы они оставались скрытыми под землей. Металлургический процесс во многом подобный сельскохозяйственному труду - и в такой же мере подразумевающий плодородие Матери-Земли - в конце концов, вызвал в человеке чувство уверенности и даже гордости: человек чувствовал, что может сотрудничать с Природой в ее работе, что способен ускорить процесс роста, происходящий во чреве Земли. Человек понуждает и ускоряет ритм этих медленных глубинных созреваний в некоторм смысле, он занимает место Времени".
   Древние этносы видели в космическо-небесных силах первоисточник сексуальной энергии - мужской и женской. Так, согласно греческой мифологии, основы которой прапредки эллинов принесли с Севера, одной из главных первопотенций Мироздания выступает всепронизывающий Эрос, "прекраснейший из всех вечных Богов":
   Сладкоистомный - у всех он Богов и людей земнородных Душу в груди покоряет и всех рассужденья лишает. Гесиод. Теогония. 121-122.
   Эрос первичен по отношению ко всему живому и неживому. Он появился во Вселенной задолго до небожителей и людей. Его рождение из первозданного Хаоса и Мрака вдохновенно описано античными поэтами:
   ...И вот из яйца появился Эрос сладострастный. Он явился в сверкании крыл золотых, легконогому ветру подобный. ...Всё смешала Любовь. Аристофан. Птицы. 696-699.
   Изначально-неуничтожимая сексуальная энергия, разлитая во Вселенной, отдельными порциями черпается индивидами, превращаясь в то неодолимое, объективно-бессознательное влечение, которому уже в наше время было дано название либидо. Однако индивидуальная любовь приходит и уходит, а Эрос продолжает царствовать - он вечен, он неуничтожим. И доминирует в нем женское начало, то, которое в тантризме получило наименование шакти (женская сексуальная энергия - по имени супруги Шивы Шакти). Естественно, в неразрывной гармонии с началом мужским. По древнеиндийским мифологическим воззрениям, носительницей космической эротической энергии выступала Утренняя Заря - Ушас, супруга самого Неба, рожавшая, подобно птице, сносящей яйцо, Солнце и тотчас же вступающая с ним в кровосмесительный брак. Ушас - одновременно и мать, и жена Солнца-Сурьи. Такой вот космический инцест, присущий, впрочем, очень многим Богам Древнего мира. В греческой мифологии, к примеру, Земля-Гея вступает в брачную связь с собственным сыном Небом-Ураном, которого "равного себе ширью" родила, "чтоб точно покрыл ее всюду", а от внука своего Посейдона порождает чудовищного великана Антея, возводившего кумирни из черепов загубленных им людей, пока его самого не задушил, подняв в воздух, Геракл. Среди бессчетного множества любовных избранниц Владыки Олимпа Зевса - его сестры Деметра и Гера, дочь Персефона (римская Прозерпина), внучка Ниоба, тетка Фемида, племянница Метида (1-я жена и мать Афины-Паллады) и т.д..
   * *
   *
   На Севере древнее Божество известно под разными именами. Наиболее известна - хотя бы по русским летописям - Злата Баба (гиперборейская Златогорка). У коренных же народов Севера матриархальный культ - отголосок глубочайшего прошлого. Большинство этносов, населяющих северные территории России в настоящее время, поселились здесь сравнительно недавно - в 1 и 11 тысячелетии новой эры. При этом почти у всех преобладало жесткое патриархальное мировоззрение - с абсолютным культом мужчины и подчиненным положением женщины. Матриархальные отголоски в культуре и традициях этих народов сохранились в самых глубинных пластах памяти. Например, в преданиях таймырских нганасан Великая Богиня древности выступает в своем первозданном виде. О себе она говорит так: "Какая я женщина? Всему живому, всем червям, птицам я мать. Из моего брюха они родились". Потрясающим мифологическим образом, восходящим к классическому прототипу Великой Богини, остается праматерь Ильматар из "Калевалы". В ее имени сохранились две древнейших корневых основы из некогда единого праязыка: иль - что издревле во многих семитских языках означает "Бог" (в данной вокализации "божественное слово" вошло и в оригинал Библии, откуда и прижившееся на Руси имя Илья); другой древнейший корень - матар - не нуждается в переводе. Известен и другой перевод: ильма - "воздух", тар "дочь", Ильматар - "дочь воздуха". Однако в архаичном смысле Ильматар означает Богоматерь. В этой роли она и представлена в начальной руне "Калевалы" - как дочь бескрайнего воздушного пространства (неба) и одновременно Мать воды, первичного океана. В безысходном одиночестве она сначала носится "средь пустынного пространства", а затем спускается вниз и плавает на просторах открытого моря. Море же вместе с буйным Ветром стали мужьями Ильматар. От этих двух отцов и родился главный герой карело-финского эпоса Вяйнямёйнен после 30-летнего пребывания во чреве матери. У других северных народов в образах женских божеств также явственно прослеживаются черты классической Великой Богини. Такова самодийская Мать Земли: у ненцев ее имя Я-небя, у селькупов - Ылэнта-кота. Обе - подлиные повелительницы людских судеб, обе определяют линию жизни каждого человека не только с момента рождения, но и даже задолго до того: они хранят не рожденные души, поочередно посылая их на кончиках лучей утреннего солнца к земным просторам. А вот у кетов (енисейских остяков) в соответствии с общемировой троичной традицией три женских Божества, три Великих Богини: вредоносная Хосэдем, живущая под землей или в скале (функционально она напоминает карело-финскую Лоухи и явно пришла из Древнекаменного века), живоносная Хаседбам и, наконец, лебединая Томэм - Мать жара, олицетворяющего огонь и Солнце. В разных обличиях предстает Великая Богиня в эскимосских сказаниях. И под разными именами. Повсеместно известна она, как Седна - "Хозяйка тюленей". Но в западной Гренландии ее зовут Арнаркугсан ("Старая Женщина"), в восточной Гренландии - Иман-инуа ("Мать моря"), а канадские эскимосы величают ее Нетсилик. Кроме того, по сообщениям этнографов и краеведов, на острове Врангеля в Северном Ледовитом океане находится природное святилище - гора, контуры которой напоминает лицо женщины. Раньше сюда в пору короткого полярного лета приплывали эскимосы-охотники, дабы поклониться и принести дары нерукотворному изваянию Великой Богини. По информации бывшего директора тамошнего заповедника Бориса Владимировича Кестера, лицо женщины (по-эскимосски Дрым-Хэд) впечатляет своими размерами - около километра. Его хорошо видно со склона противолежащей горы. Отголоски древней матриархальной эпохи слышатся и в легендах Лапландии. Известная писательница, знаток лопарской мифологии и хранительница саамского фольклора - Надежда Большакова - рассказывает о Водной Богине Сациен, живущей в северных реках и озерах. Она - настоящая Снежная королева: красота ее неописуема, лицо белое, волосы длинные, Богиня постоянно расчесывает их сидя на камне. Пред людьми предстает обнаженной, упорно преследует мужчин, сходится с ними для продолжения рода, а затем безжалостно топит в реках и озерах. Потомство Сациен необъятно, оно населяет все реки и озера Лапландии. Легенда наводит на мысль об амазонках, которые точно также после соития уничтожали пленных или соблазненных мужчин.