Они оказались в просторном гараже. Здесь было пусто, но бензиновый воздух был словно бы наполнен ненавистью и яростью, враждебным выжидающим молчанием. Кит направил раскаленную антенну на охранное устройство под самым потолком. Оно зажужжало, и дверь гаража медленно поползла вверх.
   – Прошу прощения, – свистнул Фред, – не сделать ли небольшой тарарам на прощание? У меня скопилось немного лишней энергии.
   – Нет, нет, не сейчас, – крикнула на бегу Нита. Они уже проскочили опустившуюся за ними с грохотом дверь гаража и неслись по аллее. И тут их настиг дикий вой. Со всех сторон на них неслись перитоны! Нита выхватила светящийся лунный прутик и обрушила град ударов на разъяренные морды.
   – Сейчас, Фред! Устрой им тара…
   Громадная голубоглазая полосатая волчица нависла над ней в невероятном прыжке. Лунный прутик, разбрасывая белые искры, словно бенгальский огонь, впился в хищную морду. Перитон взвыл и, корчась, рухнул на землю. А потом был взрыв – Кита и Ниту отбросило в сторону горячей волной плотного воздуха. Вспышка молнии осветила улицу. Часть фасада черного здания рухнула водопадом острого зеркального стекла. Гигантским градом посыпались осколки кирпича, хороня под собой тротуары, мостовую, растерзанных перитонов.
   Нита поднялась на ноги, рядом с ней, мотая головой и отряхиваясь, стоял Кит. К ним подплыл сияющий Фред.
   – Ну как? Неплохой тарарам я им устроил? – хвастливо просвистел он.
   – С тобой все в порядке? – спросил Кит.
   – Жив-здоров, – бодро ответил Фред, – правда, перетратил чуть-чуть гамма-лучей, но, надеюсь, на мне это не скажется. Вы-то как?
   – Прекрасно! – засмеялся Кит.
   – А я думаю, что ничего еще не кончилось, – настороженно прислушалась к наступившей тишине Нита. – Давайте уносить отсюда ноги, пока не поздно.
   Они побежали вдоль Пятидесятой улицы, и густые тени поглотили их…



Глава шестая


ВОЛШЕБСТВО ПО УГОВОРУ


   Ограда высотой метра в полтора тянулась вниз Пятидесятой. Нита и Кит неслись вдоль нее по мостовой, выложенной серыми шестиугольными плитами. Вот они достигли Центрального парка и петляли теперь между голыми деревьями, тянувшими к ним сухие бесплодные ветки. Ребята чуть замедлили бег, стараясь отдышаться. Фред парил над верхушками деревьев, обозревая Пятидесятую и пересекающую ее Шестьдесят четвертую улицу, чтобы вовремя заметить погоню.
   Нита прислонилась к грязной стене, не обращая внимания на сажу и голубиный помет, полосами застывший на шероховатой бетонной поверхности. Она устала и чувствовала, как последние силы покидают ее. Во всех передрягах она всегда надеялась на свою неиссякаемую энергию. Даже после драки с Джоанн и ее компанией, избитая и, казалось, обессиленная, она через пять минут могла снова прыгать и бегать как ни в чем не бывало. Но здесь, сейчас она была изнурена до предела и почти физически ощущала, как энергия уходит из нее, опустошая и лишая опоры. Она даже боялась отдыхать, опасаясь, что обессилеет окончательно. Но легкие ее горели, хрипели, и так хорошо и спокойно было сидеть, прислонившись к стене, хоть на секунду забыв о смертельной опасности, преследующей тебя, словно охотник дичь. А ведь надо было сосредоточиться и выстроить в голове всю цепочку заклинания…
   «Если бы я знала, что попаду в такую переделку, взяла бы я волшебную книгу в руки? – думала она, – Стала бы давать Клятву?»
   Она потрясла головой и попыталась отделаться от этих трусливых мыслей. Всегда, всегда она трусила! И все ее неприятности от этого. И драки с Джоанн, в конце концов, тоже… Недаром Джоанн называла ее плаксой и трусливой козой.
   Нита засопела и потерла глаза, в которых уже закипали слезы.
   – Кит, – спросила она, – ты нашел нужное заклинание?
   Он листал волшебный учебник, водя пальцем по строчкам и шептал время от времени какие-то слова.
   – Да, – ответил он. – Оно достаточно простое. – Но продолжал хмуриться и сосредоточенно вышептывать символы и слоги.
   – Что-нибудь не так? – обеспокоенно спросила Нита.
   Кит откинулся к стене и серьезно посмотрел на нее.
   – Я все думаю о том человеке, который говорил по телефону. Кто он?
   – Мне показалось, что он прячет что-то и опасается это потерять.
   – Ага. Они наверняка знают, где находится Лунная Книга. И кто-то охраняет ее. Ты слышала, он говорил про какого-то Старейшего? А теперь охранников станет еще больше.
   – Кит, – вспомнила Нита, – он говорил о каком-то обычном выходе. Значит, есть и необычный?
   – Уверен. Если бы иметь хоть какую-то зацепку, намек, где спрятана Лунная Книга.
   – А заклинание не может нам указать это место?
   – Нет. Оно дает лишь направление поиска. – Кит опустил книгу на колени, устало вздохнул. – Я все думаю… о том человеке… И ничего не могу понять…
   – Что? – Нита вертела в руках рябиновый прутик и наблюдала, как он светится между пальцев, делая кожу прозрачной и тоже светящейся.
   – Он не выглядит злодеем, – продолжал Кит, – и разговор его по телефону… Кроме разве что последних фраз.
   – Да, Поглотитель Звезд само обаяние, – сказал Фред, – на него приятно поглядеть. До того, как он начнет поглощать Свет. Правда, и тогда он умудряется сохранять внешнюю красоту. Так говорили древние звезды. Именно поэтому он особенно опасен. Красота – это его оболочкам – Фред фыркнул пучком света. – Но самая страшная его сила в том, что он абсолютно уверен в своей правоте.
   – Но у него нет права уничтожать Свет! – воскликнул Кит.
   – Я не знаю.
   – Но ведь он борется с ними… ну, с теми, кто создал Лунную Книгу! – сказала Нита.
   – Прошу прощения, – смущенно просвистел Фред, – не мне судить. Вот вы Волшебники, вам дано право решать и знать, кто прав, а кто нет. Но вам должно быть известно, как велика сила веры. Веры в себя и свое дело. И как страшно, если эта вера в неправедных руках. Поверьте чему-нибудь – и Вселенная уже готова измениться. Потому что вы сами изменились благодаря вере. Сначала изменились вы, потом все остальное последует за вами. И вот вы уже существуете в измененном мире. Вот как все происходит, не так ли?
   Нита задумчиво кивнула. Она вглядывалась в темное пространство Центрального парка. Ветви деревьев были скрючены и словно бы завязались в толстые безобразные узлы. Плющ безжалостно душил деревья, по которым взбирался вверх, к небу. Дорожки раскинули ловушками ямы и колдобины. Кусты злобно вцеплялись друг в друга колючими ветками. Тени летали по парку, и, казалось, слышны были шорох и шелест их сумрачных крыльев.
   – Вот то, во что он верит, – вымолвил Фред, – и каким-то образом эта его вера преобразует здешний мир.
   Нита не нашлась что ответить. Да и что отвечать? Безмолвная тоска и горькая обреченность в облике деревьев с самого начала угнетали ее. Все растущее в этом парке тянулось вверх, к свету, хотя вряд ли видело и ощущало его когда-нибудь. Не светлая радость, а злоба и ненависть пульсировали в их мертвых стволах. Отравленные горечью соки наполняли их, словно стылая кровь.
   Особенно явственно почувствовала Нита эту злобную готовность к нападению на пересечении Пятой и Южной аллей парка, где в ее прежнем Нью-Йорке стояли конная статуя генерала Шермана и скульптура крылатой Победы. Славный всадник, отлитый из черного металла, здесь, в этом мире, вдруг оказался похожим на того молодого человека в офисе. Его приятное лицо с правильными чеканными чертами застыло в холодной и гордой улыбке победителя. Существо, на котором он восседал, было похоже на коня и все-таки ничего общего с этим животным не имело. Восемь ног. Голова-череп. В волшебном учебнике, вспомнила Нита, говорилось, что это существо одним звуком своих копыт несет смерть. А крылатая Победа с пальмовой ветвью мира в руках превратилась здесь в ухмыляющуюся фурию, держащую меч, с которого что-то мерно капало на землю. Деревья вокруг этих статуй омертвели. Ни малейшего движения, ни единой мысли не уловила Нита. Они, казалось, застыли в ужасе перед всемогущим повелителем.
   Нита взглянула на Кита. Он, словно бы услышав ее мысли, сказал:
   – Вот бы найти заклинание, которое оживило эти статуи. Впрочем, я не уверен, что здесь есть хоть одна, на которую не жалко было бы потратить Волшебное Слово… Однако пора начинать. Ты готова?
   – Да.
   Заклинание было коротким и ясным… Нита нашла нужную страницу в своем учебнике и нарисовала указанные там круг и диаграмму. Кит достал Книгу Тьмы и кинул ее в середину круга. Нита держала прутик над головой, освещая небольшое пространство вокруг. Они начали произносить заклинание.
   В заклинании было всего лишь три предложения, но к концу первого Нита увидела, как деревья стали наклоняться к ним, словно стараясь разглядеть все получше. Но даже намека на дружелюбное любопытство не было в них, а лишь жадное желание, жажда голодных и иссохших созданий. Даже абстрактные символы и слова Волшебного Языка давали им ощущение какой-то другой Вселенной, полной свободного света, которого они были лишены.
   Рябиновый прутик вспыхнул в конце второго предложения. Может быть, он реагировал на близкое присутствие неизвестных им темных сил? Нита даже подумала, что следовало бы прикрыть ладонью его свет, выдающий их присутствие. Но, как и всегда при произнесении заклинания, она была скована неподвижностью.
   А деревья вокруг все склонялись и склонялись с такой мольбой, с таким голодным нетерпением, что ей казалось, будто она окружена голодными детьми и лопает прямо перед их носом всякую вкуснятину, не давая им ни крошки. Деревья тянули к ней ветки, с треском выкручивая их, стараясь достать источник света, дотронуться до лунного прутика.
   Наконец Нита и Кит закончили заклинание. Кит наклонился за Книгой Тьмы. Она, как только было произнесено последнее слово заклинания, словно бы дернулась и переместилась в круге в сторону юга. Он поднял ее и почувствовал, как она раскалилась, жгла ладонь. Кит поскорей сунул ее в рюкзак. И даже когда он затянул горловину рюкзака и закинул его за спину, жар ее чувствовался. Китом овладело беспокойство, будто они теперь с раскаленной Книгой Тьмы в рюкзаке стали видимы для тех, кто охотился за ними.
   – Давайте-ка выбираться отсюда, – прошептал Кит так тихо, что Нита не расслышала его.
   Она приложила ладонь к стволу ближайшего дерева, словно желая утешить его. Увы, не в ее силах было пока подарить им хоть частицу света.
   – Как мне хотелось бы помочь вам, – вздохнула она, но никто ей не ответил.
   Эти деревья не умели откликаться на доброту, как и та машина, которую вылечил Кит.
   Девочка присоединилась к Киту, который осторожно выглядывал из-за стены.
   – Никого, – сказал он.
   Они перелезли через шершавую стену и поспешили вниз по Пятой улице. Позади них, где-то в глубине парка слышались неясные, угрожающие крики.
   – Прямо на юг? – спросила Нита.
   – Она, – Кит кивнул на рюкзак за спиной, – она толкает меня в сторону деловых кварталов города. Может быть, Лунная Книга там?
   – Угу. В заклинании, по-моему, что-то говорилось о финансовом районе.
   Нита вздохнула. Место это было не близко – несколько километров. Не слишком приятно тащиться в такую даль, особенно если знаешь, что за тобой охотятся.
   – Надо поторопиться, – сказал Кит.
   Они остановились на углу Пятой и Пятьдесят первой, огляделись. Когда ребята снова двинулись вперед, Кит продолжал:
   – Ты знаешь, меня все время донимает одна мысль. Почему он решил, что мы посланцы Светлого мира? Он даже сказал «заслали». Но ведь мы ничего такого пока не совершили. Ничего не изменили здесь.
   – А ты-то сам как считаешь? – спросила Нита. – Посланцы мы или нет? Ты же сам говорил, что мы оттуда.
   Кит молчал долго. Они уже подходили к Шестидесятой улице, когда он проговорил задумчиво:
   – Ну… может быть, если они знают о нас, то не думаешь ли ты, что пора бы им прислать нам подмогу?
   – Я не знаю. Но иногда мне начинает казаться, что мы и есть подмога. Мы присланы на помощь этому миру.
   – Ладно, разберемся, – пробормотал Кит. – Главное, что мы еще живы.
   Он свернул за угол и… отпрыгнул назад, побледневший и дрожащий.
   – Мы погибли! – крикнул он и бросился бежать обратно.
   Нита, не задумываясь, кинулась вслед за ним. Оглянувшись, она увидела целую свору желтых такси, громыхавших вниз по Шестидесятой улице. У переднего был искореженный бампер, торчавший зазубренным куском металла.
   – Где, где спрятаться? – повторяла она, задыхаясь. – Все двери здесь заперты.
   Кит понимал, что не успеет остановиться и вынуть антенну..
   – Фред, сделай что-нибудь!
   – После того взрыва? Я не умею восстанавливаться так скоро, – растерянно пискнул Фред.
   – Кит, – крикнула Нита, – бежим обратно в парк. Может, деревья их остановят?
   Они выскочили на мостовую, собираясь пересечь улицу и перебраться через стену, но было поздно.
   Из-за угла Шестидесятой, урча, вылетело такси, перерезав им дорогу. Целая орава машин вынырнула из-за поворота с Шестьдесят первой улицы и устремилась вниз по Пятой, окончательно отрезав им путь к бегству.
   Кит выхватил антенну, а Нита подняла над головой прутик. Но это, кажется, было слабой защитой против ощерившейся банды громадных машин. Такси медленно сближались, окружая ребят с двух сторон и образовывая тесный полукруг. Кит и Нита были притиснуты к стене темного здания. Каре машин теснилось до тех пор, пока между ними не осталось даже просвета. Два такси с боков въехали на тротуар и замкнули дышащую горячим бензином дугу. Нита затравленно озиралась и видела лишь похожие на скрежещущие зубы хромированные решетки и устремленные на нее голодно поблескивающие фары. Громоздкое такси-фургон выползло вперед, грозно рыкая. Зазубренный кусок его переднего бампера был в пятнах коричневой грязи. И вдруг Нита сообразила, что это была не грязь и не ржавчина, а кровь Кита. Перед ней трясся от злобы попробовавший человеческой крови хищник, тот самый, что напал на них раньше. Кит поднял в дрожащей руке антенну.
   Дружный яростный вой был ответом на это движение. Задние машины теснили передних, те в свою очередь немного упирались, с опаской поглядывая на блистающую молниями крохотную антенну в руке мальчика. Даже испачканный засохшей кровью желтый фургон, как видно главарь банды, старался не глядеть в сторону Кита. А задние все напирали. Раздался скрежет и скрип бамперов. Мотор фургона взревел. Хищник, казалось, приготовился к прыжку, чуть приподняв передние колеса.
   Вдруг позади него раздался тонкий вой несущегося на предельной скорости автомобиля. В следующее мгновение в его заднюю панель вгрызлась клыкастая решетка. Фургон дернулся и, взревев, подался назад. Что-то влекло его из тесного круга прочь. Метал скрипел и рвался, стекла сыпались на тротуар. И тут Нита увидела гладкую спину «Лотоса Эспри». Его челюсти намертво сомкнулись на багажнике фургона и трясли, рвали, крушили его. С визгом отлетела задняя ось. Фургон осел всем корпусом и беспомощно замер. А Лотос уже набросился на другую машину. Его клыки вспороли ей бок, взрезав крыло и часть дверцы, словно консервную банку. Плотное каре нападавших рассыпалось. Теперь у них появился новый враг, с которым справиться было не так-то просто. Лотос не давал им свободы маневра, не позволял развернуться и занять удобную позицию. Он рвал и терзал вертящиеся на месте в невероятной панике машины. Раненные, они отползали в сторону, волоча то вывернутые задние, то передние колеса с перекушенной осью.
   Нита и Кит словно очнулись от оцепенения. Она ринулась на ближнее такси, ударяя наотмашь лунным прутиком по лобовому стеклу. Такси взвыло, стекло пошло паутинными трещинами. Кит метал длинные молнии, от которых лопались фары, вспыхивали баки машин, и те опрометью неслись вниз по улице, стараясь сбить пламя.
   Одно такси наконец удачно развернулось и ринулось на Лотоса. Прыжок – и его передние колеса оторвались от мостовой. Сейчас оно рухнет всей тяжестью на изящный капот гоночной машины, раздавит его и заглушит двигатель. Но Лотос вдруг словно бы прижался к земле, осел на упругих рессорах, и его нос поддел такси. Оно тяжело крякнуло и перевернулось, беспомощно крутя колесами. А Лотос набросился на него и, будто акула, вгрызся в его брюхо, разбрызгивая бензин и масло. Он, урча, выдергивал из брюха машины внутренности – какие-то медные трубочки, гибкие шланги и провода. Машина мелко затряслась и затихла с протяжным свистом, словно испустила дух. Но другая машина, злобная и огромная, нацелилась в бок Лотосу, И тут Нита разглядела, что это был тот самый желтый фургон, предводитель банды, напавший на Кита и пытавшийся убить в дикой схватке гоночного красавца Лотоса.
   Лотос и желтый фургон медленно закружились, не выпуская друг друга из виду. Все остальные такси, еще способные передвигаться, отъехали подальше, наблюдая за схваткой двух разъяренных врагов. Фургон делал короткие броски, пытаясь застать Лотоса врасплох. Но тот ловко и быстро отскакивал назад, ни на секунду не поворачиваясь к противнику боком. Рев моторов не умолкал. Голос фургона звучал хрипло и надсадно. Лотос тонко и насмешливо пел, включив мотор на полную мощность.
   Фургон снова рванулся к Лотосу и, скрипя тормозами, осадил назад. Нита, затаив дыхание, следила за смертельной схваткой. Вдруг фургон резко развернулся и с диким торжествующим ревом понесся на ребят, которые все еще стояли, прижавшись к стене. «Вот оно», – подумала Нита со странным спокойствием. Инстинктивно она выбросила вперед руку с рябиновым прутиком, чтобы в последний раз хлестнуть гнусное животное по фарам, хотя бы ослепить его. В следующее мгновение она была отброшена к стене ужасной силой, оглушена диким металлическим визгом. В двух шагах от нее влип в стену громадный фургон и осыпался стеклом, сполз на асфальт бесформенной грудой. Нита с трудом поднялась, царапая пальцами стену, разогнулась и сделала два шага, припадая на ногу и оседая, как сломанная кукла. Оглушенная, обессиленная, она только сейчас осознала, что смерть была от нее на расстоянии вытянутой руки.
   Когда мир в ее глазах снова прояснился, она увидела слева от себя коричневый бок Лотоса, который стоял над поверженным фургоном. Это он, гоночный красавец, поддел на лету желтого бандита и отвел удар от девочки. А фургон, сморщенный, сплющенный, будто громадный аккордеон, вздрогнул в последний раз и затих. У Лотоса один его блестящий бок был поцарапан. Зато ни единой вмятины на длинном обтекаемом коричневом теле не появилось в этой ужасной битве. Он подъехал к мертвому фургону и с дикой яростью выдернул переднее колесо. Сейчас он был похож на хищного сокола, который ощипывает свою жертву перед тем, как разорвать ее и съесть.
   Нита поискала глазами. Кита. Он лежал тут же, пытаясь подняться. Она подала ему руку. Кит застонал и поспешил отойти от места бойни. Лотос внимательно наблюдал за ним. Как только Кит двинулся в сторону, Лотос оставил своих противников и медленно поехал ему навстречу. Воспользовавшись этим, два еще способных передвигаться такси развернулись и дали деру. Не обращая на них внимания, Лотос продолжал сближаться с Китом. Мальчик протянул к нему руку, и автомобиль вдруг покорно остановился, дав себя погладить. Они так и застыли на несколько мгновений. Потом Лотос подъехал к Киту вплотную и прижался гладкой своей щекой к его ноге, словно кошка, принимающая ласку.
   – Ну как? – спросил Кит прерывающимся голосом и добавил что-то непонятное, но, наверно, ясное им обоим: – Ты согласен?
   Нита всхлипнула. Слезы душили ее, но плакать она не могла, лишь закрыла на миг лицо ладонями. Все как будто кончилось хорошо, но она понимала, что ничего еще не кончилось. Она подождала, пока рыдание, сдавившее горло, отхлынет, и сказала:
   – Кит, нам нужно бы…
   Лотос теперь смотрел на нее. Огромный, опасный коричневый зверь. Загипнотизированная этим взглядом, она забыла, что хотела сказать. А Лотос вдруг улыбнулся ей. Нита смотрела на эту необычную хромированную, серебристо-решетчатую улыбающуюся физиономию автомобиля и непроизвольно сама начала улыбаться.
   – Ух, здорово! – восхищенно сказала она, поглядывая то на Кита, то на прижавшийся к нему автомобиль. – Нам нужно бы поскорей выбираться отсюда, Кит. Эти два сбежавших такси наверняка доложат, ты сам знаешь кому, о том, что нас не поймали и не убили.
   Кит кивнул и снова глянул на Лотоса. Тот, скосив подвижные фары, преданно смотрел на него снизу вверх. И свет его фар был радостным и торжествующим.
   – Ну так ты согласен? – спросил Кит. Вместо ответа Лотос вдруг распахнул двери – и стал похож на птицу, расправляющую крылья. А Нита вдруг вспомнила.
   – Фред! – позвала она.
   Он появился откуда-то сбоку, тихий и как бы пристыженный.
   – Фред, что с тобой? – спросил Кит, заметивший его почти болезненный угасающий свет.
   – Я ничего не мог сделать – понуро сообщил Фред, – я так и не восстановился пока.
   – Не переживай – сказала Нита, беря слабую искорку в руку. – Ты уже однажды спас нас от гибели. Теперь наша очередь помочь тебе. Садись ко мне на плечо и поезжай верхом.
   Она прикрепила Фреда, словно брошку, к отвороту куртки. Он затих, слабо вспыхнув от удовольствия.
   Кит и Нита нырнули в теплое нутро Лотоса, сели на упругие кожаные сиденья. Панель управления замигала циферблатами. Здесь, в кабине, приятно пахло металлом, маслом, кожей, слабыми парами бензина.
   Они сидели, крепко взявшись за руки, а Лотос весело заурчал, затрясся, захлопнул дверцы и стремительно понесся вниз по Пятой – подальше от кровавой бойни, на юг, к слиянию двух рек в старейшей части Манхэттена.
   Нита расслабилась и, откинувшись на спинку сиденья, разглядывала проносящиеся мимо улицы Манхэттена. Кит, сидя у руля, держал на коленях Книгу Тьмы, стараясь уловить, не изменилось ли указанное ею вначале направление. Он осторожно, обжигаясь и дуя на пальцы, прикасался к ней. Чем дальше они продвигались на юг, тем сильнее раскалялась Книга и тем нестерпимее было глядеть на нее – до рези в глазах. Волшебный учебник Кита объяснял этот эффект тем, что сближение обеих книг – Светлой и Темной – увеличивает силу их отталкивания и одновременного стремления победительно утвердить свою природу. Эта энергия отталкивания и борьбы и раскаляла сейчас Книгу Тьмы.
   Нита видела, как вздувается и перекашивается Книга, как сгущает и завихряет воздух вокруг себя, как искажаются в этом сгущенном воздухе ее контуры. Теперь ей становились понятными слова в учебнике о том, что ужасный смысл написанного в Книге Тьмы искажает ее и может поглощать даже того, кто проник в тайнопись ее страниц. Нита с опаской поглядела на держащего Книгу Кита. Она надеялась, что Кит все же надежно защищен заклятием и мрачная Книга не растворит его, тем более что ведь он только дотрагивался до нее, но не заглядывал внутрь, под раскаленный переплет.
   – Мы приближаемся, – сказал Кит напряженным голосом. – Ты в порядке?
   – У меня болит голова, но и только. Где мы?
   – М-м-м, проехали Перл-стрит. Подъезжаем к Сити-Холл.
   Нита дружески похлопала по дверце машины.
   – А твой дружок здорово крутит движок – неожиданно сказала она в рифму.
   – Да, – с нежностью откликнулся Кит. Лотос заурчал. Потом сердито рыкнул, словно давал понять, что не время сейчас для нежностей, надо спешить.
   – Фред, как ты себя чувствуешь? – спросила Нита.
   Фред скосил на нее свой тонкий лучик с отворота куртки.
   – Ничего. Но лучше было бы знать, что нас еще ожидает. Если мне опять придется излучать что-нибудь вроде кирпичей, предупредите заранее.
   – Опять твой излучатель барахлит? – спросил Кит.
   – Не уверен, что он вообще у меня есть после последнего излучения. И боюсь это выяснять.
   – Кит, пригнись! – неожиданно вскрикнула Нита, ныряя на дно машины. Лотос, рыча, промчался мимо пересечения Бродвея и Чамберс, гордо не обращая внимания на парочку унылых такси, которые опасливо заворчали на него, но не двинулись с места. Такси припарковались с обеих сторон лестницы, бегущей вниз, к станции метро. Чуть дальше по Бродвею, у следующего входа в метро, стояли еще два такси.
   Кит чуть приподнял голову.
   – Старые знакомцы, – сказал он.
   – «Обычные входы», – вспомнила вдруг Нита. – Может быть, они где-то здесь, в метро?
   – Не думаю, – засомневался Кит. А Фред вдруг просиял.
   – Великолепная догадка! – присвистнул он. Но Ниту ее догадка не обрадовала. Она и вообще-то недолюбливала метро, а тем более если его вестибюли и платформы не освещены и безлюдны. Даже там, в ее Нью-Йорке, подземные тоннели и их тайные обитатели вызывали у нее содрогание. Ладно бы мыши, крысы, кошки. Они уже привычны, все знают о них. Но существовали и другие, скрытые от всех существа. Им в волшебном учебнике была посвящена целая глава. Двадцать страниц убористого шрифта.
   – Они вокруг, – сказала Нита вслух, думая уже не только о гадких существах, но и о тех, кто подстерегает их. – Что будем делать?
   – О-ох! – коротко вскрикнул Кит. Книга Тьмы, лежавшая у него на коленях, вдруг яростно накалилась и, будто током, ударила в ногу. А Лотос продолжал нестись по Бродвею, проехал Сити Холл. Кит приподнялся, чтобы посмотреть через заднее стекло, где они сейчас находятся.
   – Кажется, мы проехали те место, где спрятана Лунная Книга, – сказал он, потирая обожженное Книгой Тьмы колено.
   Лотос повернул направо, в соседнюю улицу, и стал притормаживать, будто что-то искал. Наконец он въехал передними колесами на кромку тротуара и замер.