Диана ДУЭЙН


КАК СТАТЬ ВОЛШЕБНИКОМ




Пролог


   – А вдобавок – бормотала Нита, устремляясь вниз по Роуз авеню, – вдобавок никогда я не могу попридержать язычок.
   Она бежала без передышки уже целых пять минут, перемахивая через заборы, протискиваясь сквозь ограды, но они все равно догоняли. Они где-то там, позади, совсем близко. Ей даже казалось, что она слышит дыхание Джоанн и Гленды и всех остальных, которые норовят поймать ее и подновить уже побледневший с прошлого раза фингал под глазом.
   А что, собственно, произошло? Ну, приходит к ней Джоанн. Ну, хвастает своим новым, отливающим серебром великом. Ну, всякие там на нем рычажки, разные приборчики, спидометры, хронометры, прищепочки да фляжечки и прочие прибамбасы. Вертится перед носом да еще спрашивает, что Нита думает об ее паршивом велике. И Нита сказала! Сказанула, в общем. Все сказала, что думает… о ней! Велик, честно говоря, был что надо. Отличный велик, именно такой Нита мечтала получить на прошлый день рождения, когда ей вместо него отвалили кучу шмоток.
   «Жизнь иногда здорово бьет по башке, – думала Нита, – так и лупит, так…»
   Впрочем, сейчас ей некогда было додумывать. Тут бы спастись от настоящей трепки.
   – Эй, Каллахан! – заорали позади. Они всегда звали ее по фамилии. – Мы оставим от тебя мокрое место и разольем по бутылкам!
   «Интересно, сколько им потребуется бутылок?» – хмыкнула Нита, хотя ей было вовсе не до смеха.
   На велосипедах они ее быстренько догонят. А потом… Брр! Она старалась не думать об этом «потом». А после этого? Отец, воздевающий руки к потолку и возглашающий на весь дом: «Почему ты не дала им СДАЧИ?» Сестра, умеющая здорово махать руками после драки. Мать, сострадательно качающая головой.
   Нита просто не переносила этих сострадательных глаз. А печальные вздохи были для нее похуже, чем все синяки и ссадины на распухшей физиономии. А мама наверняка станет охать, ахать и промывать с причитаниями каждую царапину.
   «Проклятье!» – ругнулась Нита. Она остановилась перевести дух. Надо спрятаться и переждать, пока они проскочат мимо. Но где? На огородах? Но почему-то большинство людей в округе терпеть не может, когда дети бегают по их грядкам. Есть, правда, дом Чокнутого Свейла. Там громадный парк. Но среди соседских ребят ходят слухи, что в доме этого психа происходят странные, таинственные штуки. Нита и сама замечала, что у старины Свейла все не как у людей. Нет, лучше уж быть поколоченной, чем оказаться ТАМ.
   Но где же все-таки спрятаться? Она ринулась дальше по Роуз авеню, и судьба подкинула-таки ей подходящий выход, вернее, вход: дверь маленького кирпичного домика. Библиотека. Островок спасения. Убежище и безопасность. Свет в окнах. Значит, она открыта! Какая удача, что в воскресенье библиотека закрывается попозже! Слава Богу!
   Светящиеся окна библиотеки прибавили Ните сил. Она бросилась напрямик через опрятный газон, пронеслась по дорожке, в два прыжка одолела все пять ступенек веранды и ввалилась внутрь, грохнув дверью.
   Прежде библиотека была просто частным домом. Она и теперь, битком набитая книгами, сохраняла очень домашний вид. Стены обшиты красным деревом и дубом, пахнет уютом, книгами, теплым деревом.
   Услышав тяжелый удар двери, миссис Лессер, воскресный библиотекарь, подняла строгий взгляд от стола. Но, увидев тяжело дышащую, возбужденную Ниту, сразу обо всем догадалась. Она еще некоторое время хмурилась, а потом усмехнулась.
   – Внизу никого нет, – сказала она, кивнув головой на дверь полуподвала, где разместилась детская часть библиотеки. – Сиди тихо. Я постараюсь их спровадить.
   – Спасибо, – сказала Нита и загрохотала вниз по ступенькам.
   Не успела она спуститься, как наверху послышался скрип входной двери. Нита затаилась и прислушалась к приглушенным голосам, но ничего разобрать не смогла. Уверенная в том, что и ее не услышат, она радостно улыбнулась книгам на полках и ярким плакатам на стенах.
   Здесь было самое любимое ее место. Она вообще любила библиотеки – маленькую ли, большую ли, встречающую бесконечными рядами книг. О чем только они не рассказывали! Они словно бы ждали, что она с трепетом возьмет их в руки и забудет обо всем на свете. Когда нет друзей, с которыми можно поболтать, книжка всегда готова с тобой побеседовать, поднести тебе какую-нибудь потрясающую новость, расцветить слегка поднадоевшую жизнь удивительной картинкой.
   Где-то там, наверху, снаружи, льет дождь или дует в лицо холодный ветер, а тут из раскрытой книги глянет на тебя жизнь из давних, забытых времен или увидятся на смутном фото неясные кольца Урана, а то уставится громадный граненый глаз пчелы, увеличенный, может, в сто раз.
   И хотя ни один уважающий себя тринадцатилетний человек НИКОГДА не зайдет в библиотеку для малышни, она любила сидеть здесь, в чем, конечно же, не созналась бы никогда и под страхом смерти. Нита прочла тут, наверно, все книги еще в те времена, когда была значительно моложе. Она глотала все подряд – романы, волшебные сказки, научные книги, истории про лошадей, рассказы о собаках, учебники по музыке, книги по искусству, даже энциклопедии.
   «Книжный червь, четырехглазая, читайка-всезнайка», – вспомнила она все дразнилки, которыми награждали ее ребята. Что она могла им ответить? Что любит узнавать что-нибудь новое, неожиданное? Нита печально вздохнула. Для нее каждая такая кличка отдавалась болью, словно ее ударили под дых.
   Охваченная горькими размышлениями, она прохаживалась вдоль полок. И, постепенно успокаиваясь, улыбалась. Книги, которые она читала и перечитывала три, пять, а то и двенадцать раз, казались ей старыми приятелями. Всего лишь названия или имени автора было достаточно, чтобы снова пережить радостную встречу с героями книги или их приключениями. Странные создания, словно фениксы или привидения, разгуливающие по туманному Лондону сотни лет тому назад. Или звездные корабли, летящие к иным мирам в звездной ночи. Или принцессы в серебряных платьях, гуляющие под ручку с принцами. Или немыслимые герои с мечами, сверкающими словно острый луч солнца. Или монстры, возникающие из подернутых ряской прудов. Или же дикие животные, говорящие по-человечьи и ловко надувающие друг друга…
   Ей казалось, что мир, который она увидит, взрослея, будет похож на все это. Замечательный, волнующий, счастливый мир приключений, страхов и побед. На самом же деле…
   Что-то остановило руку Ниты, блуждающую по полкам. Она взглянула и увидела маленький аккуратный томик в ярко-красной обложке. От корешка тянулся тонкий шнурок, который будто бы сам собой обмотался вокруг ее пальца. Она стряхнула шнурок и прочитала название на корешке. Это была книжка из серии «Как стать?..» Обычные книжки о профессиях. «Как стать летчиком?», «Как стать ученым?», «Как стать медсестрой?»…писателем
   …шофером…
   Эта книга возвещала: «Как стать Волшебником».
   Кем, кем? Вита сняла книжку с полки, удивленная не столько ее названием, сколько тем, что никогда раньше не видела ее. Она думала, что знает наперечет все книги этой библиотеки. И все же эта ей не попадалась. Однако книжка явно стояла тут давно – переплет запылился, страницы словно бы пожелтели от времени, края их даже чуть обтрепались.
   «КАК СТАТЬ ВОЛШЕБНИКОМ» Хирнссен – название и имя автора. Издательства «Феникс Пресс». Ниже на корешке стоял выведенный аккуратным почерком миссис Лессер номер: 793,4.
   «Волшебником? Что это, шутка какая-нибудь?» – подумала Нита, вытягивая книгу с плотно набитой полки. Она осторожно раскрыла книгу, пролистала первые несколько страниц, заглянула в конец, чтобы прочитать содержание. Обычно Нита читала быстро, мгновенно пробегая глазами строчки. Но тут взгляд ее застрял на оглавлении. «Тест на способности», «Занятия колдовством», «Необходимое снаряжение Волшебника», «Введение в заклинания, связи с потусторонним и заговоры», «Советы начинающим», «Психотропные заклинания»…
   Психо… что? Нита быстро отыскала страницу с этой главой и прочитала написанные жирными буквами строки.

 
   ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

 
   Мысленные заклинания обладают силой, достаточной для того, чтобы совершить временные изменения в человеческом сознании, и наделяют обладателя этих сил способностями, которые могут оказывать неожиданное и непредсказуемое влияние. Практикующего ученика предостерегаем: нужно убедиться, что ваши мотивы великодушны, и только после этого можно пытаться ворожить…

 
   «Не верю!» – сказала себе Нита. Она захлопнула книгу и замерла, сбитая с толку, изумленная, сомневающаяся, но охваченная тайной надеждой. Вот бы… Нет… Но если это шутка, то грандиозная… А если нет?.. Нет, не будь дурочкой." А если, все же это не шутка?..
   Наверху тяжело бухали шаги людей, доносились обрывки фраз. Но Нита ничего не слышала. Она присела за один из низких столиков и углубилась в книгу. Первые две страницы были заняты предисловием:

 
   "Волшебство – один из самых древних и недооцененных видов искусства. Веками приверженцы его подвергались гонениям, вынуждены были творить свое таинственное дело во тьме и одиночестве, подвергая душу свою опасности.
   Современные Колдуны, вооруженные самым точным инструментарием, продвинулись в своем ремесле гораздо дальше, чем те, кто в древности пользовался кровью летучих мышей, пеплом драконьих костей и туманом ночных испарений. Сегодняшние Волшебники изощреннее средневековых демонов. Они знают, как далеки от истины образы сказочных колдунов. Колдовство – привлекательная, хотя и трудная работа: чародей вынужден действовать тихо, незаметно, не привлекая к себе чрезмерного внимания.
   Тех, кто решится взять на себя тяготы и ответственность занятий этим искусством и начнет упорно трудиться, Волшебство щедро наградит. Умение выпрямить искривленное, заметить и исправить ошибки, удовольствие и радость слышать и различать думы деревьев и разговоры животных, беседы с камнем и звездой – лучшая из наград за тяжкий труд.
   Не каждый может стать Волшебником. Те, у кого нет необходимых черт характера, никогда не поймут этой книги, никогда не смогут постичь все тайны, никогда не разберутся в тонкостях и особенностях нашего руководства по колдовству. Но как раз то, что эта книга у вас в руках, доказывает ваши способности. Это знак того, что вы МОЖЕТЕ…
   Приглашаем читателя прочесть несколько глав, следующих за нашим предисловием, и определить уровень своих способностей к Волшебству, вникнуть в детали и подготовиться к тому, чтобы овладеть этим искусством по-настоящему. Лишь прочитав книгу до конца, вы сможете решить, становиться ли вам ВОЛШЕБНИКОМ.
   Успехов!"

 
   «Глупая шутка», – подумала Нита. К своему удивлению, она не поверила сама себе и чувствовала, как ее захватывает неодолимое желание читать и читать дальше. Она принялась за следующую главу.

 
   ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ

 
   Способность к Волшебству – это больше нежели простое желание заниматься этим искусством. Для того чтобы стать Волшебником, необходимо несколько врожденных способностей и некоторое количество заново приобретенных. В этой главе перечислены лишь те колдовские качества, которые подтверждаются неоспоримыми фактическими данными.
   Пожалуйста, имейте в виду, что не обязательно обладать всеми перечисленными особенностями или даже большинством из них. Некоторые из великих Колдунов не были наделены теми качествами, которые находили в избытке у многих. Однако они все равно достигли уровня…

 
   Сначала медленно, с трудом Нита пробивалась сквозь эту оценочную главу, часто отрываясь, чтобы на клочке бумаги записывать, вычислять, определять уровень своих способностей. Но постепенно книга захватила ее, полностью затянула в омут безотрывного чтения. Внезапно ее остановила сноска в конце страницы:
   «Где круг влияния не ограничен лишь сельским пространством, большинство Волшебников управляет сферой с огромной плотностью населения, что обусловлено истончанием ГРАНИЦ МИРОВ и ведет, в свою очередь, к возрастающей концентрации обитателей».
   Нита, изумленная, откинулась на спинку стула. «границы миров». Это значит, что существуют и другие миры? Иные измерения, эти невидимые, неощутимые границы? И вещи могут проникать сквозь них? Вещи или люди?
   Нита сидела в оцепенении и удивлялась, поражалась, напрягала память и фантазию. Все старые волшебные сказки о людях, спускающихся в обыкновенный колодец и попадающих в неведомые страны или переносящихся в прошлое, а то и исчезающих в будущем – вовсе, значит, и не досужие выдумки? Значит, такое возможно? Если и в самом деле существует возможность проникать в другие миры, иные пространства и возвращаться назад…
   А-а, кто поверит человеку, вернувшемуся из такого путешествия и несущему всякую чепуху, рассказывающему невероятные истории, пусть даже он и зарисовал все, что видел?
   «Мне-то какое дело, верят этому или нет? – решила Нита. – Главное, чтобы это все было ПРАВДОЙ…»
   Она вновь склонилась над книгой. Читала и все же не могла поверить до конца – слишком уж все это было похоже на игру. Но вдруг перед глазами возникли строки, которые уж никак шуткой назвать нельзя было:

 
   "Волшебники понимают СЛОВО. Большинство из них много, очень много читают. Важное отличие Волшебника состоит в том, что он не может заснуть, не почитав на ночь. Любовь к слову, умение обращаться с ним, владеть им считается главной силой Колдуна. Главное в чародействе – умение управлять составными частями мира, будь то камень или дерево.
   Умело употребленное слово, убедительный тон, убежденный разум – вот основные инструменты Волшебника. С их помощью Колдун в состоянии остановить волну, возродить к жизни сухое дерево, замедлить или ускорить его рост, заморозить огонь, зажечь лед, даже ЗАМЕДЛИТЬ СМЕРТЬ ВСЕЛЕННОЙ.
   Это последнее неопровержимо доказывает, что Волшебники существуют. Смотри следующую главу".

 
   Нита оторвалась от книги и снова задумалась. Она знала из астрономии, что Вселенная понемногу теряет свою энергию, движение в ней замедляется. Кажется, так. И вроде это называется умным словом «энтропия». Но чтобы Вселенная умирала? Этого она никогда не слышала.
   Она изумленно покачала головой и еще раз перечитала то место, где перечислялись способности, необходимые Волшебнику. Она покопалась в себе и нашла, что таких способностей у нее достаточно. И, выходит, если она пожелает, то СМОЖЕТ стать Волшебницей.
   Лихорадочно перелистывая страницы, она читала и читала. Следующая глава называлась

 
   ТЕОРИЯ, ИСТОРИЯ, ФИЛОСОФИЯ И КОЛДОВСКИЕ ЗАКЛИНАНИЯ.

 
   Пятьдесят или шестьдесят Вечностей назад, когда на Земле зарождалась жизнь, вместе с ней возникали Силы и Возможности, творящие и созидающие.
   Одна из самых великих Сил долгое время таилась, держалась поодаль, наблюдая и не желая участвовать в процессе созидания, пока не сможет сотворить что-то такое, что не смогли или не пожелали другие Силы, нечто совершенно новое и необычное. Наконец Одинокая Сила нашла то, что искала. Другие творили планеты, свет, пространство, время. Одинокая Сила изобрела СМЕРТЬ и необратимо внедрила ее в необъятные пространства и миры. Вскоре другие Силы объединились и выгнали Одинокую Силу. Но ее создание – смерть – истребить не смогли.
   В различных мирах эту историю рассказывают по-разному, возвеличивая то Созидательные Силы, то, наоборот, Одинокую Силу. Однако ни одна из историй не изменит того факта, что энтропия существует и ее симптом – смерть – витает над всем и сегодня. Попытаться остановить ее или повернуть вспять так же бесполезно, как не замечать того, что она есть.
   Но Колдуны умеют обуздывать ее. На то они и существуют.
   Дело Волшебников – сохранять энергию, не давать ей истощаться. На простейшем уровне это такие, казалось бы, не Волшебные действия, как соблюдение самых простых житейских правил: «Уходя, гасите свет», «Не сорите», «Не теряйте времени по пустякам», «Не откладывайте на завтра то, что можно сделать сегодня» и еще много чего другого.
   Люди, склонные к Волшебству, обладают повышенной способностью к языкам. У Волшебников особый набор слов – СЛОВАРЬ, или ЯЗЫК. Язык предметов и живых существ в Словаре Волшебника может быть описан с большей точностью, чем на любом из человеческих языков. А то, что может быть точно описано, может быть и СОХРАНЕНО. Сохраненное и выпущенное на свободу может стать несокрушимым и грандиозным. Волшебник может оживить неодушевленные предметы, заставить их быть не тем, что они есть.
   Волшебник, использующий Словарь, говорящий на ЯЗЫКЕ, может замедлить смерть, заставить ее отойти, уйти на время, отодвинуть ее приближение. Творение, сохранение, преобразование – вот дела Волшебника, и ключ к этому – Словарь…

 
   Нита на секунду оторвалась от чтения, одурело помотала головой, попыталась собраться с мыслями. Все, что говорилось в книге, было туманно и в то же время абсолютно ясно, будто внушали тебе, убеждали тебя, толковали с тобой о том, что ты можешь и должен понимать и уметь. Казалось, что это просто, как ее домашний телескоп, в котором она знала каждый винтик и могла разобрать, починить и собрать в несколько минут. Неужто можно овладеть силой, которой подвластно ВСЕ – все живое и неживое, все миры, все пространства?.. Она глубоко вздохнула и снова нырнула в книгу, словно бы начиная чувствовать в себе эту силу.

 
   …Сила, дарованная использованием СЛОВАРЯ, конечно, не всеобъемлюща. Ее ограничивает сама смерть. Как заметил один известный Верховный Колдун – энтропия неизбежна. Не важно, сколь много мы сделаем для сохранения Вселенной, она в конце концов умрет. Но благодаря нашим усилиям она просуществует дольше на миг, на вечность, какая разница? Никто из нас не знает, родится ли новая Вселенная из обломков старой. Но наши усилия имеют смысл.
   Те, кому не дана сила Волшебства, не должны пользоваться СЛОВАРЕМ, который среди посвященных называется КОЛДОВСКИМ ЗАКЛИНАНИЕМ. Энергия, дарованная начинающему чародею, слишком драгоценна, чтобы расходовать ее попусту. Кроме того, нет наказания за бессмысленную трату дарованной силы, разве что тяжкое сознание, что Вселенная из-за потерянной энергии умрет быстрее хотя бы на миг.
   Но помните, что нет награды за служение Жизни кроме самой жизни. Волшебнику доступна радость работы в особом – Волшебном – пространстве, его наполняет счастьем умение проникнуть в тайны Вселенной, постигнуть суть вещей, тайные пружины их жизни.
   Но все начинается с веры. Волшебники, потерявшие веру в Волшебство мира, теряют свою силу. Чудо не живет в неверующей душе.
   Если вы хотите продолжить и узнать ЗАКЛИНАНИЕ, предупреждаем, что вам придется пройти суровое испытание, трудный тест на выявление вашей твердости, веры и способностей. Если же вам удастся это пройти, вы станете

 
   ВОЛШЕБНИКОМ…

 
   Последние слова заставили Ниту вздрогнуть. «А что, если я НЕ ПРОЙДУ?» – испугалась она.
   – Нита! – послышался голос спускающейся вниз по лестнице миссис Лессер. Через мгновение появилась и она сама, грузная брюнетка с добрыми глазами. – Что сидишь как мышка? Ты жива еще?
   – Я читала, – ответила Нита.
   – Они ушли, – бросила миссис Лессер. – Я их спровадила, как и обещала.
   – Спасибо, миссис Лессер.
   – А что все-таки там у вас произошло?
   – Ну-у… Джоанн опять лезла драться. Миссис Лессер удивленно повела бровями. В ответ на это молчаливое удивление Нита смущенно улыбнулась.
   – Может быть, я тоже немного виновата, – сказала она.
   – Ладно, оставим это, – прервала ее миссис Лессер, взглянув на лежащую на столике раскрытую книжку. – Ты хочешь взять только эту книгу или, может быть, я должна отдать тебе весь наш библиотечный фонд? – Она улыбнулась. – Еще немного, и у нас не останется не читанных тобой книжек.
   – Мне достаточно одной, – скромно сказала Нита, – вот этой. Отец и так уже косо смотрит на горы книг, которые я приношу домой.
   – Чтение книг напоминает поедание хрустящего картофеля: берешь один ломтик, хочется еще и еще, пока пакетик не опустеет. Остановиться невозможно. Хорошо, бери эту книгу домой. Принесешь в понедельник. Тут у нас появилось еще много новых книг, я их отложу для тебя.
   Нита порылась в карманах и смущенно сказала:
   – Миссис Лессер, я забыла свой читательский билет.
   – Ничего, я тебе доверяю, – успокоила ее миссис Лессер, протягивая книгу. – Запишу ее потом, когда принесешь. Итак, не забудь – в понедельник, не позже.
   – Спасибо, – сказала Нита.
   – Не стоит благодарности. Будь осторожна по пути домой, – добавила библиотекарша. – Приятного тебе чтения.
   Нита вышла на улицу и постояла на ступеньках у входа, озираясь в сгущающейся тьме. Ветер становился все холоднее, в сыром воздухе пахло дождем. Книжка в кармане, казалось, покалывала сквозь материю, словно требовала, чтобы ее скорее прочли.
   Она побежала к дому кружным путем – по Вашингтон, а не по Роуз авеню, потом через весь город по Носсау-роуд и дальше вниз по Ист-Клинтон. Она выбрала эту длинную дорогу, надеясь запутать преследователей.
   Однако Нита не учла, что они будут поджидать на соседней от ее дома улице, которую уж никак не миновать. И когда потасовка была закончена – шесть против одной, – Нита осталась с подбитым глазом, а колено Джоанн здорово распухло.
   Нита долго лежала там, где ее бросили, позади забора О'Доннела. Хозяев не было дома, и никто ее не потревожил. Она лежала и плакала, забыв уже и об этих шестерых, и о Джоанн. Она понимала, что все это будет продолжаться и еще не раз ее втянут в драку. Джоанн и ее дружки давно поняли, что Нита не драчлива, не полезет первой, не станет нарываться, пока ее не разозлят. Но ярость лишает ее сил и разума. Все приемы самозащиты сразу же вылетают у нее из головы. Вместе с болью.
   Они знали все это и хотя бы раз в неделю находили повод, чтобы втянуть ее в драку. А коли это у чих не выходило, они попросту нападали на нее из засады. Конечно, она нарочно изводила сегодня Джоанн, зная, что драки все равно не избежать. И она решила начать первой. Ведь если затягивать, то нервничаешь все больше и больше. Они опять застанут ее врасплох. Ну и что? Все равно они будут снова и снова изводить ее, и с этим ничего не поделаешь.
   «Хоть бы все это кончилось! – шептала Нита. – Хорошо бы, папа поговорил с отцом Джоанн. Нет, нет. Будет только хуже. Вот бы что-нибудь случилось, чтобы прекратить все это!»
   Она лежала на земле, а книга острым углом впивалась в бок, и все ушибы, синяки и ссадины ныли и болели. И сквозь боль она вспомнила о том, что недавно прочла в этой странной книге. Если есть заклинания, останавливающие смерть, то должны быть и такие заклинания, которые остановят ее мучителей.
   Но тут же она устыдилась своей глупости. Конечно же, вся эта чепуха не больше чем шутка, забавная, замысловатая шутка. Нита постаралась забыть о книге, медленно поднялась, охая и отряхиваясь. Она ощупывала себя и находила новые и новые синяки. К своему огорчению, она обнаружила и еще кое-что. Пропажу. Пропала ее любимая ручка. Особенная. Подарок дяди Джоэля. Этой ручкой можно было писать хоть на стекле, хоть на масле. Даже обратной стороной пера. Ею так здорово было делать контрольные по математике. Волшебная, космическая ручка! Дядя Джоэль так и говорил, что этой ручкой пользовались астронавты.
   Нита обхлопала все карманы, пошарила на земле, хотя уже понимала, что ручки ей не видать. Потерялась или, вернее, украдена. Просто потерять ручку было невозможно: она была надежно упрятана в боковой карман куртки. Значит, кто-то из компании Джоанн вытащил ее или подобрал во время драки.
   – А-аа, – застонала она, и слезы обиды вот-вот должны были брызнуть из глаз. Но слез не было. Они уже истощились.
   Нита перелезла через забор и захромала к дому. Их дом был как две капли воды похож на все остальные на улице. Белый. Аккуратный. С наружными ставнями. Только там, где у соседей зеленели просто газоны, у дома Ниты был прекрасный маленький сад. По земле вился плющ, клумбы пестрели цветами. Дом утопал в зелени до самой зимы.
   Нита с трудом доковыляла до порога, даже не взглянув на цветы, открыла дверь и с самым беззаботным видом прошла на кухню. Мамы здесь не было, но аппетитный аромат ее стряпни сразу же окутал Ниту. Она принюхалась. Ого, на ужин у них сегодня телячьи котлетки. В духовке обнаружилась жареная картошка, а в скороварке дышали паром кукурузные початки. Она как раз поспела к ужину.
   В столовой с газетой в руках сидел отец. Крупный, с прямой спиной и начинающими седеть густыми волосами, он был вполне элегантным мужчиной. Но руки его, сильные, все умеющие, «артистические» руки, как говорила мама, выдавали настоящего труженика. У отца было два крохотных цветочных магазина, и он был просто упоен своей работой. Все время он проводил в саду, среди цветов, совершенно бескорыстно разбивал клумбы на участках соседей. Ему доставляло бесконечное удовольствие испачканными в земле по локоть руками копаться на клумбах, холить и лелеять цветы. Все, чего он касался, росло и распускалось словно бы само собой. «Мы с растениями понимаем друг друга», – говаривал он. Так и было на самом деле. Но в отношениях с людьми у него так просто не получалось. Особенно со старшей дочерью.
   – Господи, Нита! – потрясение воскликнул отец, опуская газету. – Что случилось?
   «Будто сам не знаешь», – мысленно фыркнула Нита, исподлобья глядя на отца. По выражению его лица она догадывалась, о чем он сейчас думает.