Энефер Дуглас
Последний трюк

   ДУГЛАС ЭНИФЕР
   ПОСЛЕДНИЙ ТРЮК
   Глава первая
   На девушке, стоявшей за прилавком в табачном киоске, была простая белая блузка с черным галстуком - бабочкой, скрывавшейся под складками воротника, густые отливающиеся медью волосы спускались по обе стороны овального лица, а за очками в ярко-красной оправе сверкали зеленые глаза.
   Мне пришло в голову, что если бы она сняла очки, то выглядела бы гораздо привлекательнее, но я стал упоминать об этом, а просто попросил сигарет. Она выбила сумму на кассовом аппарате и рукой с изящными ухоженными пальцами придвинула мне сдачу на стеклянном подносе.
   - Спасибо, - кивнул я. - Неплохой сегодня день, верно?
   - Вы так считаете? - безразличным тоном спросила она.
   - Я так полагаю.
   - Весьма признательна вам за эту информацию. - Она продемонстрировала мне свою спину, начав рыться в задней части прилавка. Я спрятал сдачу в карман и надорвал пачку сигарет, что должно было означать, что я все ещё нахожусь здесь, когда она снова обернулась.
   - Вы собираетесь тут оставаться целый день?
   - А разве место для парковки не свободно?
   Ее зеленые глаза метнулись куда-то в сторону, затем снова вернулись на меня.
   - Просто я хотела сказать, что кто-нибудь ещё может захотеть купить сигарет. А прилавок такой маленький...
   - Не вижу, чтобы кто-то крутился поблизости.
   Она поставила локти на крохотный прилавок.
   - Все равно, поторапливайтесь.
   - Почему?
   - Потому что я не могу целый день болтать с любым парнем, зашедшим купить сигарет, вот почему.
   - Я и не собирался оставаться здесь на целый день, - сказал я. - Я вообще не собирался здесь оставаться, если бы не...
   Она не дала мне закончить. Ее глаза за стеклами очков сверкнули.
   - Приятель, вы собираетесь развлечься?
   - Нет.
   - А все выглядит так, словно хотите.
   - Вовсе нет, - я с любопытством посмотрел на нее. Я действительно собирался уйти после небрежного замечания о хорошем дне; если бы она не так явно пыталась от меня отделаться, я бы давно уже ушел.
   - О-о, - протянула она. - Во всяком случае, я покупателям свиданий не назначаю.
   Я усмехнулся.
   - Я уже назначил свидание. С минуты на минуту здесь должна быть Элизабет Тейлор.
   - Вы много о себе воображаете, верно?
   - Я знал, что вы скажете что-то в этом роде.
   - Да?
   - Что-то в этом роде, или что я - продувной парень, точно?
   - Убирайтесь, - лаконично бросила она.
   Сама сняла очки и начала крутить их в руке. Потом не слишком любезно посмотрела на меня и принялась подчеркнуто внимательно изучать рекламный буклет табачной компании. Почти сразу же она спохватилась и попыталась снова водрузить очки на нос, но было слишком поздно. Я протянул руку и, прежде чем она успела опомниться, деликатно снял очки с её носа и внимательно их осмотрел.
   Краска медленно прилила к её лицу, затем она побледнела. Я протянул ей очки и наклонился над прилавком.
   - Весьма интересные очки.
   - Вы всегда ведете себя так нахально, снимая чужие очки?
   - Но это не очки, вернее не настоящие очки, - заметил я. - Простые стекла, как в окне.
   Ее лицо стало белее снега и, если что-то могло быть холоднее её взгляда, то я такого не знаю.
   - Я же сказала вам, чтобы вы поторапливались, - повторила она.
   - Возможно, - сказал я, - вы не сторонница теории, что джентльмены не ухаживают за девушками, которые носят очки?
   - Убирайтесь.
   - Это устаревший взгляд на вещи.
   - Так вы уберетесь или мне позвать на помощь, чтобы вы перестали надоедать?
   Я пожал плечами и зашагал по тротуару. Потом, подчиняясь какому-то импульсу, я вернулся обратно, сунул голову в её крохотный собственный мирок и весело сказал:
   - И тем не менее и в них вы выглядите весьма симпатично.
   На этот раз она не посмотрела на меня; её взгляд был устремлен на что-то за моим правым плечом. Из-за угла вывернул автомобиль, причем его мотор был почти не слышен, раздавалось только шуршание шин. Я заметил, что она напряженно вглядывается в автомобиль, и только начал разворачиваться, как услышал, что кто-то торопливо бежит по тротуару и что-то такое сильно меня двинуло. Я рухнул на бетонный бордюр, больно ударился и откатился к водосточной канаве.
   Взвизгнула женщина, что-то прокричал мужчина и я быстро вскочил, на всякий случай взмахнув левым кулаком. Потом я увидел машину, движущуюся по улице с такой скоростью, что водитель наверняка бы заработал штраф, окажись поблизости полицейский. Это был красный "олдсмобиль" - кабриолет, с бежевым тентом и помятым задним крылом. Вымазанный грязью номер я прочитать не мог, и толком рассмотреть людей в машине - тоже.
   Я взглянул на свой сжатый кулак и пожал плечами. Ушибленное плечо болело, на боку горела ссадина, которую я заработал, когда падал. Потом посмотрел вслед исчезнувшей машине и выругался про себя.
   Пожилой человек в черной фетровой шляпе, пенсне которого висело на черной ленте, прикрепленной к отвороту пиджака, коснулся моего рукава и дрожащим голосом спросил:
   - Молодой человек, вы не пострадали?
   - Думаю, поцарапался, а в общем, ничего страшного.
   - Невероятно, просто невероятно.
   - Я даже не понял, как все произошло. А вы видели?
   - Из машины, когда она ещё двигалась, выпрыгнул мужчина...
   - И налетел на меня, - закончил я его фразу. - Уж удар - то я почувствовал. А как он выглядел?
   - Видите ли, я несколько близорук. Боюсь, что я недостаточно хорошо рассмотрел его лицо, чтобы запомнить.
   - Да, все равно это не помогло бы, хотя...
   - Просто невероятно, - пробормотал он. - Это весьма показательно для нынешнего общества. Ни следа хороших манер, в нынешнее время в нашем городе люди совершенно не умеют себя прилично вести. Ужасно, ужасно...
   Но я не стал слушать дальнейшее изложение его взглядов на сомнительные манеры населения города Нью-Йорка в середине шестидесятых годов двадцатого века. Я хотел кое-что спросить у девушки с фальшивыми очками.
   И в этот момент я сделал интересное открытие, заключавшееся в том, что её там больше не было.
   Я оглянулся в поисках старичка в фетровой шляпе. Однако тот тоже исчез. По тротуару шел высокий симпатичный парень в спортивном пиджаке и узких синих брюках. Я спросил его, не видел ли он рыжую девицу в очках или старика в пенсне. Парень изумленно посмотрел на меня, покачал головой и пошел дальше. Я вспомнил, как вскрикнула проходившая мимо женщина, но та тоже исчезла. Видимо, она решила, что совершено преступление, и не захотела быть втянутой в дело в качестве свидетельницы. Такие вещи случаются постоянно, вот почему у полицейских такие усталые и измотанные лица. Но ведь никого не застрелили, не зарезали, не обворовали и не ограбили. Дейла Шенда, тридцатисемилетнего частного детектива просто отшвырнул в сторону какой-то мужчина, который куда-то спешил, но теперь все пришло в норму... Разве не так?
   Табачный киоск находился на тихой улочке в нижней части Бродвея, недалеко от Сити-холл парка и штаб-квартиры городской полиции. Мне нечего было сказать блюстителям закона, но пришло в голову, что может быть следует на всякий случай заглянуть за прилавок в киоске, не лежит ли там обладательница очков с разбитой головой в луже крови.
   Это представлялось маловероятным, так что меня не слишком удивило, что мисс Очки там не оказалось. Там стоял низенький стульчик, на котором она могла посидеть, если начинали болеть ноги, и там же был термос, видимо с кофе. Больше там, пожалуй, ничего особенного не было, если не считать торговых запасов - картонных ящиков с сигаретами, дешевых сигар в прозрачной упаковке и больших упаковок жевательной резинки. Но на нижней полке я обнаружил небольшой клочок бумаги. Я протянул руку и прочел, что там было нацарапано. Керол Премайс, Плимут апартментс, Лейтон стрит, в пятницу, семь тридцать утра.
   Сегодня была пятница и около четырех часов пополудни. Может быть, эта записка не предназначалась для глаз частного детектива, пытавшегося разобраться, что же только что произошло у прилавка табачного киоска на тихой улочке в нижней части Нью-Йорка? С другой стороны, может быть, в ней что-то для меня и было, если я достаточно заинтересуюсь, чтобы этим заняться. Я завернул записку в чистый носовой платок и зашагал по улице, размышляя, что делать дальше.
   Потом из-за угла показалось такси и положило конец моим размышлениям. Я остановил его, помахав рукой, и сказал водителю, куда ехать.
   Мы уже были почти на месте, когда я вспомнил, что не взял свой пистолет.
   Глава вторая
   Плимут апартментс располагался к югу от Ректор-стрит у начала линии метро лицом к Баттери. Не все квартиры в этих домах выходили окнами на юг. Квартира мисс Очки - тоже.
   Я вошел в квадратный холл, достаточно большой для того, чтобы там разместился квартет современного джаза, если только все они не решат играть одновременно, и подошел к стойке. За нею сидела бледная жеманного вида девица, читавшая увесистую книгу, которая вполне могла оказаться американским романом, а может быть и чем-то другим. На ней тоже были очки. Складывалось впечатление, что сегодня днем мне встречались девушки только в очках. Но эти очки были настоящими, с толстыми линзами. У неё было бледное лицо и темные тусклые волосы, и казалось, она совершенно не замечает моего присутствия.
   Я вытянул руку и повернул книгу так, что та оказалась у неё на коленях, что позволило мне прочитать заглавие. Это были "Воспоминания графини-ведьмы".
   - Ага! - сказал я.
   Она даже подпрыгнула, с шумом захлопнула книгу и сердито посмотрела на меня из-под очков. На щеках у неё появились два розовых пятнышка.
   - Послушайте, что вы себе позволяете! - Она произнесла это так, словно я последовал за ней в комнату, где дамы пудрят носик.
   - Простите, - сказал я. - Это просто из любопытства. Никогда не могу удержаться, чтобы не прочесть название книги.
   - К тому же вы меня испугали, - чопорно продолжала она. - А кроме того, это весьма нахально с вашей стороны.
   - Понимаю. Мои манеры давно испорчены. Мне просто захотелось узнать, не читаете ли вы историю про принцессу - златовласку?
   - О-о!
   - Очень интересная история и неплохо написано, верно?
   - Меня не интересуют ваши литературные вкусы, - отрезала она.
   Я вздохнул.
   - Я так и думал. Но ведь я же извинился.
   В её голосе было не больше тепла, чем у ледника в горах.
   - Вы хотели кого-то видеть?
   - Да, строго по делу. Мне нужна мисс Керол Премайс.
   Дежурная сняла очки, подышала на них, потом протерла кусочком мягкой кожи, вновь водрузила на нос и сказала:
   - В самом деле? В такое время мисс Премайс, конечно, на работе.
   - Да, обычно так и бывает, но она мне позвонила, сказала, что сегодня уйдет пораньше и просила подъехать к половине пятого, - солгал я. Потом взглянул на свои часы. - У меня ещё есть в запасе пара минут.
   - Да? - хмыкнула она, постучала ногтем по нижним зубам и кисло процедила: - Сегодня все мужчины ей интересуются. Уже четыре раза ей звонили. Как будто мне нечего делать, кроме как отвечать...
   - Я уверен, что у вас очень много работы, и прошу прощения за то, что отнимаю у вас время.
   - Ну... - начала она.
   - Вы очень симпатичная девушка, - сказал я. - Встреча с вами доставила мне большое удовольствие, даже если мисс Премайс и не появится.
   Я считал, что мои слова звучат страшно фальшиво, но никогда нельзя предвидеть, какое они могут оказать воздействие. Девушка несколько раз моргнула, и в уголках её почти бесцветных губ появилась слабая улыбка, причем совсем не жеманная.
   - Да ладно, хватит вам, - отмахнулась она.
   Я закурил и осторожно выпустил дым так, чтобы он не коснулся её очков.
   - Знаете, - весело заметил я, - после того, как я встретился с вами, просто не знаю, что делать с моим свиданием с мисс Премайс:
   Последовала характерная для таких ситуаций пауза. Когда возникла некоторая неловкость, я сказал:
   - Но, подумав немного, я решил, что, может быть, мне стоит все-таки подняться наверх и проверить, не оставила ли она мне записки?
   - Ладно, я...
   - Если она этого не сделала, возможно, вы... - Я позволил своей фразе умереть, не дозвучав...
   - Возможно, - сказала она.
   - Тогда я просто поднимусь наверх и взгляну, чтобы убедиться.
   - Семнадцатый номер, - небрежно бросила она.
   - Спасибо.
   - Но если мисс Премайс ушла, скорее всего, она взяла ключи с собой, верно?
   - Возможно, она оставила дверь незапертой, - сказал я и начал подниматься по лестнице.
   Девушка за моей спиной мягко напомнила:
   - Я буду ждать.
   На последнем слоге её голос слегка взмыл, как у Вильмы, когда она звала Фреда Флинстоуна. Мне пришло в голову, что я вел себя не совсем корректно: я достаточно хорошо понимал, что она рискует потерять место из-за того, что позволила мне пройти в здание. В таком доме не слишком приветствуют, чтобы живущие здесь девушки принимали в своих квартирах друзей-мужчин, и наиболее пуританские инстинкты Шенда такие правила одобряли. С другой стороны, я не видел иного способа попасть внутрь без серьезных проблем.
   Семнадцатый номер была расположен в конце длинного и узкого коридора с потертым голубым ковриком на полу, выглядевшим так, словно постелили его во времена празднования первого избрания Франклина Д. Рузвельта на пост президента США и с тех пор не меняли. Сбоку от двери была бронзовая кнопка, нажав которую я услышал внутри пронзительный звонок, но никто не ответил. Я убрал палец с кнопки и повернул дверную ручку. Дверь слегка приоткрылась. Я какой-то миг поколебался, но потом широко распахнул дверь и вошел.
   Оказалось, что это чуть больше, чем одна комната, - позднее я обнаружил, что там помимо маленькой спальни имелась ещё и крохотная кухонька. Но вначале я попал в средних размеров комнату с широким окном, письменным столом возле окна, небольшим диванчиком, покрытым чехлом из мебельного ситца, двумя креслами с такими же чехлами, на одном была небольшая дырка, и комбинированной телерадиоустановкой.
   Мисс Керол Премайс лежала на диванчике, откинувшись назад и вытянувшись во весь рост. Или это был кто - то, кто мог оказаться мисс Премайс. Я не мог быть в этом достаточно уверен, так как на ней не было очков, а большую часть лица скрывала весьма эффективного вида затычка.
   Я осторожно прикрыл за собой дверь, так что замок всего лишь тихо щелкнул, и быстро пересек комнату. Кроме кляпа обнаружились ещё весьма грубого вида веревки, которыми были связаны её лодыжки, колени и локти. Руки, лежавшие на коленях, тоже были связаны. На ней была розовая шелковая пижама, прикрывавшая фигуру, заслуживавшую большего, чем простой беглый взгляд.
   Она испуганно взглянула на меня и я спросил:
   - Есть у вас в спальне ножницы?
   Она кивнула, я нашел ножницы и освободил её, а потом вытащил кляп изо рта. Тот был засунут не слишком глубоко, но пробыл во рту достаточно долго, так что все её усилия что-нибудь сказать не дали результата.
   - Не пытайтесь разговаривать, - посоветовал я. - Подождите, пока рот и все мышцы не придут в норму.
   - Аг... - каркнула она
   - Не старайтесь. Я принесу чего-нибудь выпить. Найдется в вашем доме виски?
   Она снова кивнула, и взгляд её обежал комнату.
   Я нашел закрытую бутылку, плеснул немного в стаканчик, из которого она наверняка пила перед сном горячее молоко, обнял её за плечи и поднес стаканчик ко рту.
   - Сначала только маленький глоток. Подержите виски во рту перед тем, как проглотить. Вот и хорошо, а теперь попробуйте еще.
   Так мы упражнялись несколько секунд. Потом она откинулась назад, глотая воздух. У неё были серо - зеленые глаза, и мне показалось, что она слегка страдает астигматизмом. Потом я увидел на столике её очки. Я поднял их и понял, что в них настоящие линзы.
   Надев очки, она стала немного похожа на девушку из табачного киоска, причем сходства было вполне достаточно, чтобы обмануть покупателей, которые не тратят времени на лишнее разглядывание, когда забегают за сигаретами.
   - Как я полагаю, вы и есть Керол Премайс, - сказал я.
   - Да. - Она впервые заговорила мягким голосом со своеобразными модуляциями, которые не часто слышишь к северу от линии Мейсон-Диксон. Сквозь мягкость прорывались нотки страха, совсем немного, - она не была похожа на девушку, которую легко запугать. Потом она взглянула на свою пижаму и слегка покраснела.
   Я прошел в спальню, принес халат и набросил ей на плечи.
   - Все нормально, - сказал я. - Я вас не связывал и никогда прежде вас не видел. Так что произошло?
   Она вздрогнула.
   - Это... это случилось рано утром... Я только что проснулась. - Она запнулась и пристально взглянула на меня. - А вы... кто вы?
   - Меня зовут Шенд, Дейл Шенд. Я - частный детектив. У меня есть контора в центре города, я - честный человек и большую часть времени я трезв.
   Она хрипло рассмеялась.
   - Но... я хотела сказать... как...
   - Сегодня днем около четырех часов со мной случилось нечто странное, сказал я. - А я достаточно любопытен, чтобы попытаться в этом разобраться. Вот как я оказался здесь. Иначе бы вас долго ещё развязали.
   - Спасибо, - прошетала она.
   Я подробно ей рассказал, что случилось, или, по крайней мере, что знал, хотя знал я не так уж много. Она спокойно лежала, внимательно слушала и пристально смотрела на меня.
   - Видимо, кто-то продержал вас связанной и с кляпом во рту, пока другая девушка выдавала себя за вас за прилавком вашего табачного киоска, сказал я. - А вот зачем это было сделано, я пока не могу понять.
   - Это... это какое-то безумие.
   - Но причина существует, мисс Премайс, причина должна существовать. Вы уже достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы рассказать, что с вами случилось?
   Она поморщилась.
   - Это... это было ужасно, мистер Шенд. Я только проснулась, как кто-то набросил мне на голову одеяло или что-то в этом роде. Потом я почувствовала, как чьи-то руки крепко меня схватили. Я подумала, что сейчас задохнусь. Потом меня стащили с постели и связали. Я не слышала никаких голосов, но мне показалось, что в комнате было несколько мужчин.
   - Если это были мужчины.
   Глаза её расширились.
   - Почему... неужели вы думаете?
   - Я не знаю. Я только считаю, что вы не можете уверенно говорить о мужчинах, если никого не видели.
   - Да, верно.
   - Они об этом позаботились. Однако они сняли с вас попону.
   - Да. Меня развернули и сунули в рот кляп. Я почувствовала, как пистолет или что-то твердое уперлось мне в спину, меня вытолкнули в комнату и посадили на диванчик. Потом я услышала шаги и осталась одна.
   Она взъерошила свои отливающие медью волосы. Они были немного другого оттенка, чем у фальшивой мисс Очки, и у неё был несколько иной овал лица. В их облике было немало различий, но очки делали их относительно незаметными для не слишком внимательного наблюдателя.
   - Я ужасно, ужасно вам благодарна, - прошептала она. - Думаю, вы не имеете ни малейшего представления о том, что произошло?
   - Кто-то, - задумчиво протянул я, - хотел убрать вас на время, чтобы другая девушка сыграла вашу роль в табачном киоске. Разгадку удастся найти, если понять, зачем понадобилось целый день стоять за вашим прилавком.
   - Возможно, этого мы никогда не узнаем, - сухо заметила она.
   - Мисс Премайс, с вами последнее время не происходило чего-то с виду незначительного, что могло бы объяснить происшедшее?
   - Нет, ничего, что я могу припомнить.
   Одна вещь меня поразила.
   - А как получилось, что вы целый день день провалялись связанной, и никто не зашел и не нашел вас?
   Она улыбнулась.
   - Девушки, которые здесь живут, домашними делами занимаются сами. Никто к нам не заходит и мы запираем комнаты, когда уходим.
   - Но ваша комната не была заперта, мисс Премайс.
   - Да, я забыла запереть дверь, когда ложилась спать. Но здесь никто даже не попытается войти, все думают, что дверь заперта.
   - Понимаю. Кстати, не хотите вызвать врача?
   Она поднялась, потянув за собой халат, потом набросила его на плечи. Мне никогда до этого не приходилось видеть девушек в пижаме и очках. Эта была весьма симпатичной, куда более привлекательной, чем все прочие девушки в очках, с которыми мне пришлось столкнуться за последний час.
   - Нет, - сказала она. - Не думаю, что мне нужен врач. Конечно, я чувствую себя не на сто процентов, но думаю, все наладится. Со мной все будет в порядке, мистер Шенд.
   - Может быть, позвонить в полицию?
   Она склонила голову на бок и спросила:
   - Вы считаете, я должна сообщить обо всем в полицию?
   - Да, как гражданин, уважающий закон и порядок, - сказал я. - С другой стороны, это вызовет массу неприятностей, тяжеловесные полицейские начнут топать по всей вашей квартире и задавать вопросы, ответов на которые вы не знаете. Вот в чем дело... мы не сможем сказать им ничего такого, что имеет хоть какой-то смысл. Правда... - я посмотрел на телефон.
   - Я тоже думаю, не стоит с этим связываться, - спокойно сказала она. Это вызовет в доме такую сенсацию... Кроме того, вполне вероятно, что люди, которые меня связали, захотят проделать это ещё раз.
   - Не думаю, мисс Премайс. Полагаю, они просто хотели убрать вас на какое-то время, чтобы что-то проделать. И что бы это ни было, думаю, что они уже все сделали.
   - Ну, тогда, я хотела бы принять ванну и одеть что-то более подходящее, - спокойно сказала она. - А после этого - поесть...Я голодна, как волк.
   - Можем поужинать вместе, - предложил я.
   - Вы меня приглашаете?
   - Да, если вы не против.
   - Если вы позволите мне оплатить счет. Мне кажется, я вам весьма обязана.
   Я рассмеялся.
   - Отлично, вы платите за еду, я - за выпивку.
   - Договорились.
   - Я отвезу вас в одно место в Виллидж, которое хорошо знаю. Вы сможете съесть бифштекс из вырезки и послушать хороший джаз, гораздо лучший, чем во многих других местах.
   - Неплохо. Мне никогда не приходилось бывать в подобных местах.
   - Тогда все в порядке. - Я посмотрел на часы. - Сейчас ещё немного рановато, но перед этим мы можем выпить в другом месте.
   - На мой пустой желудок?
   - Всего по рюмочке, и вы можете растянуть её до тех пор, пока не придет время ужинать.
   - Прекрасно! - Она пересекла комнату, направляясь к двери, потом наполовину обернулась и сказала: - Я недолго. Налейте себе, чтобы не скучно было ждать. Боюсь, что кроме виски у меня в доме ничего нет.
   - Виски - как раз то, что нужно.
   - Тогда угощайтесь от души, - загадочно сказала она.
   Потом она исчезла за дверью и я услышал шум воды. Присев на краешек дивана, я начал размышлять о мисс Керол Премайс.
   Интересно, снимает ли она очки, принимая ванну?
   Глава третья
   Она была готова меньше чем через двадцать минут. Когда мы выходили, очкастая дежурная отсутствовала, и это было к лучшему. Я угостил мисс Премайс в маленьком баре, где обычно собирались газетчики и телевизионщики, но в тот час их там было немного. Мы там неплохо посидели, но, тем не менее, пришли в клуб в Виллидж слишком рано - там было почти пусто.
   Владелец заведения Марти Элтон прогуливался по фойе с вращающимися стеклянными дверями. Марти проводил подобным образом значительную часть своего времени, так как придерживался мнения, что владельца клуба должны не только знать в лицо, но и почаще видеть. В прошлом, во времена "Всех Звезд" Эда Ленг-Джо Венути и "Любителей Чарльстона" он играл в оркестре на тромбоне и таким образом зарабатывал на жизнь. Возможно, он и дальше жил бы подобным образом, если бы необходимость зарабатывать на жизнь не отпала, когда он получил довольно крупное наследство.
   - Думаю, что я мог бы и дальше играть ради собственного удовольствия, - как-то сказал мне Марти, - но я всегда сомневался, хватит ли у меня таланта, чтобы оказаться в первых рядах.
   Вместо этого он приехал в Нью-Йорк и открыл клуб, в котором мог предложить хорошую кухню и хороший джаз, но главное - встречаться с людьми, что он любил больше всего на свете. Теперь он брал в руки свой старый тромбон только тогда, когда после закрытия джаз начинал что-нибудь импровизировать.
   При виде нас по его загорелому лицу расплылась теплая улыбка, а от уголков глаз разбежались морщинки.
   - Привет, Дейл; давно тебя не было видно.
   - Если быть точным, около трех недель, так мне кажется.
   - В любом случае рад тебя видеть.
   Его голубые глаза скользнули по мисс Премайс. Он сделал это совершенно ненавязчиво, но инвентаризация была полной, вплоть до невидимого глазу ценника на её костюме из магазина Бонвита Теллера. Костюм был черным и сверкающим, и мисс Премайс знала, как носить одежду такого сорта. В ответ её очки на миг блеснули.
   Я представил:
   - Мисс Керол Премайс, моя приятельница. Надеюсь, она тебе понравится.
   - Дейл, твоя надежда уже исполнилась.
   - Я так и думал.
   Марти широко улыбнулся, продемонстрировав первоклассную работу стоматолога. На самом деле вам пришлось бы очень тщательно приглядеться, чтобы убедиться, что стоматолог тут не при чем.
   - Здесь все - твои друзья, - дружелюбно сказал он. - Как я понимаю, вы поужинаете?
   - Да, конечно, - кивнул я. - Марти, ты не мог бы попросить ребят сыграть "Прощальный блюз"?
   - С удовольствием. Кстати, сегодня у нас небольшая группа весьма значительных гостей, которым следует оказать подобающий прием.
   - Это не компания Кондона?
   - Нет, да и трудно ожидать, что Эдди будет здесь играть после того, как приобрел собственный клуб.
   - Я спросил без всякой задней мысли, - - заметил, усмехнувшись, я. - А кто у тебя сегодня играет?
   - Небольшая смешанная группа из Сан Франциско; сейчас там лучший джазовый центр после Нового Орлеана, где собственно и зародился джаз. Думаю, они вам понравятся.
   - Если они нравятся Марти Элтону, то понравятся и Дейлу Шенду.