Кэрол Финч
Упрямый ангел

   Посвящается моему мужу Эдду с благодарностью за любовь и поддержку, а также моим детям Кристи, Джиллу и Курту. С любовью, Кэрол Финч.

Глава 1

   Сан-Антонио, Техас
   Закончив осмотр последнего пациента, Джедедая Уинстон тяжело вздохнул. Взглянув на молодую симпатичную медсестру, он с улыбкой сказал:
   – Я искренне тебе благодарен, Шианна. Думаю, что за прошедшие несколько лет я мог бы много раз потерпеть неудачу, не будь здесь тебя.
   Шианна Кимбалл протянула доктору сумку с медикаментами, тот снова улыбнулся.
   – Смею надеяться, что мой отец, когда вернется, получит такой же уход. Если только заболеет…
   – Все еще неизвестно, что с Блейком? – спросил Джедедая.
   Шианна отрицательно покачала головой, и на глаза ее навернулись слезы. При упоминании о ее отце она обычно старалась скрывать чувства, но это не всегда у нее получалось. Пытаясь утешить ее, Джедедая положил руку ей на плечо.
   – Мне очень жаль, Шианна. Наверное, очень нелегко так долго ждать известий об отце. Эта проклятая война коснулась всех нас. И тех, кто был в армии, и тех, кто ждал их.
   Доктор со вздохом взглянул на своих пациентов – некоторые из них находились на волосок от смерти, сражаясь в составе Техасского корпуса. Только сейчас, спустя долгое время, бывшие солдаты начинали поправляться и забывать об ужасных ранах и мучительных переживаниях. Однако ранения постоянно о себе давали знать. Много месяцев прошло с тех пор, как южане капитулировали перед северянами, а люди все еще умирали.
   – Я покорен твоей силой духа, Шианна. Ты до сих пор ждешь отца… и все же решила помочь другим.
   Проводив молодую женщину к двери, доктор негромко рассмеялся и добавил:
   – Это словно зажечь свечу с обеих сторон, а затем спустя годы искать ее середину. Для столь юного возраста ты неплохо справляешься со своими обязанностями.
   – Разве двадцать один год – такой уж юный возраст? – с удивлением спросила Шианна. – Я чувствую себя совсем старухой.
   Джедедая прикоснулся к седой пряди на ее голове.
   – Нет, моя дорогая. Твоя старость еще далеко. – Он провел ладонью по блестящим черным волосам, закрывавшим плечи Шианны. – Ты еще будешь любоваться своей сединой и морщинками на лице.
   Девушка внимательно посмотрела на доктора и ласково улыбнулась ему. Уинстон заменил ей отца, и Шианна преклонялась перед этим пожилым человеком. Коснувшись его плеча, она сказала:
   – Своими искусными руками, доктор, вы спасли множество жизней. А каждый ваш седой волос – это доброе дело, которое вы совершили в Сан-Антонио.
   – Довольно похвал, – проворчал Джедедая. – Ты заставляешь меня уверовать, что я – святой.
   – Но так оно и есть! – воскликнула Шианна. – Да-да, поверьте…
   Доктор нахмурился и покачал головой:
   – Нет, дорогая, я не святой. А завтра… Завтра даже и не показывайся. Ты заслужила отдых.
   Шианна лишь ухмыльнулась в ответ и, переступив порог, махнула на прощание рукой. Да, какими мерками ни мерь, а доктор Уинстон действительно был святым, и она хотела хоть немного походить на него. И хотя Шианна хотела вызвать сочувствие доктора, ее нельзя было назвать слабохарактерной. Более того, она признавала, что ее характер столь же опасен, как «кольт» 45-го калибра, висевший у нее на бедре. Подгоняя своего вороного жеребца, она то и дело хмурилась. Доктор прав: во всем виновата проклятая война. До нее Блейк Кимбалл продавал шкуры, а также обеспечивал говядиной и кониной почти все приграничные форты. Но когда началась Гражданская война и шестьдесят тысяч техасцев выступили в поход, а еще двадцать семь тысяч остались защищать свой штат, Блейк просто не смог остаться в стороне. Вместе с другими хозяевами ранчо близ Сан-Антонио он присоединился к армии конфедератов. Увы, Шианна в то время находилась далеко от отца, она училась в школе мисс Браун в Хьюстоне. Если бы она тогда была дома, то, конечно же, возразила бы против вступления отца в действующую армию. Святые небеса, он же только вернулся с войны против Мексики! С него хватило бы и одной войны.
   Вначале Блейк еще наведывался домой. Его самая долгая отлучка длилась пять месяцев. Затем он пропал, и Шианна совсем не получала от него вестей. Когда война закончилась, Шианна почувствовала великое облегчение – надеялась, что отец наконец-то появится. Но очень скоро она поняла, что ее мучения только начинаются. Ее переполняли ужасные предчувствия, и казалось, жизнь потеряла всякий смысл. Участники этой жестокой войны возвращались по домам еще в течение двух лет, и Шианна с надеждой всматривалась в лица всадников и пеших, постоянно появлявшихся в окрестностях Сан-Антонио. Но месяц проходил за месяцем, а Блейк Кимбалл все не появлялся – его не было среди тех, кто возвращался в Техас.
   С каждым днем Шианна все более склонялась к мысли, что ее отец никогда не вернется и она никогда не узнает, что с ним произошло. Рамона и Карлос Сантос заботились о ней как о собственной дочери, но она постоянно думала об отце. Ее мучила неопределенность, и она боялась принимать любое сколько-нибудь значимое решение, пока не узнает, что же случилось с Блейком Кимбаллом.
   – Это все из-за Уэйда Бердетта, – пробормотала Шианна. – Если бы не он, папа находился бы там, где должен был находиться.
   Шианна никогда не видела того, кто убедил ее отца вступить в армию южан, но она все равно ненавидела его. Ведь ее отец, поддавшись на уговоры этого велеречивого конфедерата, повел свое стадо по опасным дорогам, где то и дело встречались вражеские отряды. До Шианны доходили слухи о других перегонщиках скота, захваченных северянами, и она подозревала, что ее отец не избежал этой участи. Только теперь, спустя два года после капитуляции генерала Ли, армия Союза освободила заключенных южан.
   «Если отец сейчас томится в неволе, то пусть Уэйда Бердетта постигнет та же участь, – думала Шианна. – Папа достаточно настрадался во время войны с Мексикой».
   И разве мало того, что она потеряла мать во время холеры? Почему же она должна терять отца из-за какого-то мятежника, убедившего его гнать скот по опасным дорогам?
   Рев мула, донесшийся издалека, вывел Шианну из задумчивости. Она посмотрела в сторону ручья – и замерла на несколько мгновений. На берегу, рядом с ревевшим мулом, лежал человек, на котором не было ни клочка одежды. Он лежал, раскинув в стороны руки, и Шианна даже издали видела, что все его тело ужасно обгорело на солнце.
   Оправившись от изумления, девушка задумалась… Ей очень не хотелось приближаться к незнакомцу, ведь это смутило бы их обоих. К тому же она не знала, что это за человек, не знала, чего от него ожидать.
   В конце войны толпы бездомных южан устремились в Техас; одни прибыли, чтобы начать здесь новую жизнь, другие же просто разбойничали, нападая на владельцев ранчо и поселенцев. Невозможно было предсказать, кого встретишь на дороге. Именно поэтому Шианна не выходила за пределы асиенды без оружия.
   Но этот незнакомец… он совершенно голый, так что Шианна не могла определить, на кого наткнулась.
   Однако было очевидно, что он стал жертвой команчей или банды Хедена Римса. Или же на него просто напали какие-нибудь бродяги.
   Присмотревшись, Шианна заметила, что незнакомец был худощавым, но мускулистым. Вероятно, он отказался подчиниться напавшим на него людям и тем самым вконец разозлил их.
   Вспоминая про доктора Уинстона, девушка невольно вздохнула. Она нисколько не сомневалась в том, что доктор, окажись он на ее месте, непременно помог бы попавшему в беду человеку, кем бы тот ни был. И отчитал бы ее за нарушение клятвы Гиппократа, если бы узнал о ее колебаниях.
   Решив, что нельзя бросить на произвол судьбы того, кто, возможно, нуждается в помощи, Шианна направила коня к ручью. Если бы она поступила иначе, ее бы замучила совесть. Несколько секунд спустя она поняла, что этот человек действительно нуждался в помощи – его руки были крепко привязаны к поваленному дереву.
   Однако по мере приближения к незнакомцу девушка все больше смущалась. Теперь она уже могла разглядеть его лицо, покрытое волдырями, и копну густых черных волос, поблескивавших в солнечном свете. «На вид ему лет тридцать», – мысленно отметила Шианна. А орлиный нос, высокие скулы и сильный подбородок делали лицо незнакомца весьма незаурядным. Затем она разглядела на его щеках черные полосы, – возможно, следы от ударов плетью. А чувственные губы… Да-да, на губах его играла улыбка! «Странно, – удивилась Шианна. – Ведь у него сейчас нет ни малейших оснований улыбаться». А потом она вдруг подумала о том, что впервые видит такого привлекательного мужчину. Даже если этот человек был негодяем – он был на редкость красив.
   Подъехав еще ближе, Шианна спешилась. Затем посмотрела на широкую грудь незнакомца, покрытую густыми волосами, обратила внимание и на его мускулатуру, а также на шрамы, покрывавшие ребра и плечи. Судя по всему, этот человек участвовал в сражении и умел за себя постоять. И еще ей почему-то казалось, что он не из местных жителей – во всяком случае, не из Сан-Антонио.
   Тут взгляд девушки скользнул чуть ниже его груди и живота, и она, покраснев, отвернулась – Шианна впервые увидела абсолютно голого мужчину. Собравшись с духом, она снова на него посмотрела и у нее перехватило дыхание… Сердце же, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Ярко-зеленые глаза незнакомца смотрели так, словно он раздевал ее взглядом!
   Шианна снова залилась румянцем. Мужчина же, посмотрев на одеяло в ее руках, громко расхохотался.
   – Милая леди, я сейчас меньше всего нуждаюсь в шерстяном одеяле, – он поморщился и добавил: – Здесь жарко как в пекле. Неужели вы не заметили?
   Щеки девушки загорелись еще ярче. «Черт возьми, одеяло нужно мне, а не ему, и мы оба это прекрасно знаем», – с раздражением подумала Шианна. Она вспомнила, как доктор Уинстон даже во время ухода за больными всегда особо заботился о том, чтобы пациенты в присутствии женщины были как следует укрыты.
   Шианна промолчала и отвела глаза. Затем решительно приблизилась и прикрыла его одеялом. Направившись за своей медицинской сумкой, она услышала за спиной громкий издевательский смех.
   «Что же он за человек? – думала Шианна. – Скорее всего какой-нибудь отъявленный головорез… Наверное, только такие люди способны смеяться, оказавшись в подобной ситуации». К тому же он не просто смеялся – он насмехался над ней, хотя она пыталась ему помочь.
   Не долго думая Шианна запрыгнула в седло. Пусть этот наглец лежит на солнцепеке, а она не станет ему помогать!
   – Эй, леди! – окликнул ее незнакомец. – Пожалуйста, заберите свое одеяло. Я лучше изжарюсь живьем, чем буду задыхаться под шерстью.
   «Какая наглость, – подумала девушка. – Как он смеет надо мной насмехаться? Я ведь ему помогаю».
   Стиснув зубы, Шианна сдернула с седла сумку. Она решила, что все-таки поможет этому высокомерному болвану. Побыстрее обработает его ожоги и, не задерживаясь, отправится в путь. И конечно же, она не станет задавать никаких вопросов, так как не следовало вступать в беседу с таким человеком.
   Снова спешившись, девушка молча подошла к незнакомцу и приступила к привычному делу. Смочив в ручье чистые тряпки, она осторожно орошала живительной влагой ожоги своего незнакомца, и ей даже показалось, что она слышала шипение, когда капли попадали на покрасневшую кожу.
 
   Холодная вода принесла Уэйду Бердетту временное облегчение. Бандиты долго мучили его, привязав на берегу ручья таким образом, чтобы он видел воду, но не мог напиться или искупаться.
   – Не будете ли вы так любезны поцеловать меня или приложить к губам эту тряпку, – проговорил Уэйд с улыбкой. – Я хоть и обгорел на солнце, но от жажды умру скорее.
   Шианна и на сей раз промолчала. Сняв шляпу, она наполнила ее водой и протянула незнакомцу. Тот с жадностью выпил воду и, тяжело дыша, прохрипел:
   – Почему вы молчите? Почему ни о чем не спрашиваете? Разве вам не интересно, что со мной случилось?
   Шианна принялась накладывать на волдыри повязки. И она по-прежнему молчала. Хотя хладнокровие незнакомца и возбудило ее любопытство, Шианна твердо решила, что не станет разговаривать с ним. И все же она не могла не восхищаться его могучими мускулами – было совершенно очевидно, что этот человек необычайно силен. Закончив накладывать повязки, Шианна выпрямилась и отступила на шаг. Затем, немного помедлив, снова склонилась над незнакомцем и принялась наносить мазь на его плечи.
   – Боже, как хорошо… – выдохнул Уэйд, когда к нему прикоснулись руки девушки. Когда же она стала наносить мазь на его бедра, у него перехватило дыхание.
   Эта молчаливая красавица сразу же его очаровала. Открыв глаза и увидев ее перед собой, Уэйд тотчас подумал о том, что мечты его наконец-то начинают сбываться. Молодая женщина, сидевшая на черном жеребце, казалась спустившейся с небес богиней, пусть даже на этой богине были тяжелые ботинки, бриджи и расстегнутая у ворота рубашка. И он сразу же обратил внимание на ее удивительные глаза, черные, блестящие, бездонные… Взгляд этих чудесных глаз, казалось, прожигал насквозь. Губы же красавицы так и манили к себе – Уэйд вряд ли бы удержался от поцелуя, развяжи она ему руки. А когда она, спешившись, направилась к нему, он невольно залюбовался ее грацией и изяществом, ее стройной фигурой. Уэйд мог бы поклясться, что влюбился в прекрасную незнакомку – по крайней мере в эти мгновения.
   Уэйд повидал на Юге немало красавиц, но эта черноглазая соблазнительная нимфа… она казалась чем-то исключительным. Ее глаза притягивали подобно магниту, а нежные прикосновения возбуждали. Увы, ему оставалось лишь гадать, насколько сладостными могли бы быть ее ласки, если бы она прикасалась к нему именно с этой целью.
 
   Внезапно Шианна отпрянула – словно обожглась; она вдруг поняла, что получила от этого удовольствие. Да-да, прикасаясь к этому мужчине, она, оказывается, получала удовольствие… Но что же на нее нашло? Ведь она никогда о мужчинах не думала…
   Девушка невольно нахмурилась. Уэйд же расплылся в улыбке; он заметил беспокойство, промелькнувшее в черных глазах красавицы, и мог бы поклясться, что она была смущена. Перехватив взгляд Уэйда, Шианна залилась румянцем и на мгновение потупилась; она снова почувствовала, что не может выдержать этот пронзительный взгляд – казалось, зеленые глаза незнакомца видели ее насквозь. Инстинктивно отодвинувшись от него, она принялась укладывать в сумку медикаменты.
   – Как вас зовут, принцесса? – прохрипел Уэйд. Шианна не ответила. Она не собиралась рассказывать этому бродяге о себе, вообще не хотела с ним общаться. И она решила, что не стоит его развязывать – ей казалось, что так будет безопаснее. А если бы подобный проходимец постучал в дверь ее дома, то она тотчас же схватилась бы за оружие – Шианна нисколько в этом не сомневалась.
   Поднявшись на ноги, девушка приторочила медицинскую сумку к седлу и потянулась к другой сумке.
   – Черт возьми, вы что – немая? Вы спасли мне жизнь. Скажите хотя бы, как вас зовут! – выпалил Уэйд на одном дыхании.
   Но красавица, стоявшая сейчас спиной к нему, даже не обернулась. Уэйду показалось, что она что-то искала в седельной сумке. Да, она по-прежнему оставалась холодной и неприступной и не давала ему ни малейшего шанса. И все же Уэйд не мог ею не восхищаться. Техасская красавица очаровывала его, и теперь он уже не сомневался, что влюбился в нее, потому что не влюбиться было невозможно.
   Тут она вдруг резко развернулась, и Уэйд заметил кинжал, блеснувший в ее руке. Шианна решила, что теперь пора освободить незнакомца от пут. Приблизившись к нему, она наклонилась и, сунув лезвие под кожаный ремень, одним резким движением перерезала его, освободив левую руку Уэйда. Затем вдруг отстранилась, отступив на шаг, и вытащила из кобуры револьвер.
   «Ну вот, теперь она отправит меня к праотцам, – подумал Уэйд. – Но тогда какого же черта она…»
   Тут грянул выстрел и Уэйд почувствовал, как лопнул ремень, стягивавший правую руку. Сунув револьвер в кобуру, Шианна запрыгнула в седло и тотчас же пустила своего коня галопом.
   Ошеломленный произошедшим – он до последнего мгновения думал, что девушка собиралась его пристрелить, – Уэйд еще долго лежал, глядя ей вслед. Красавица была прекрасной наездницей и с оружием обращалась не хуже мужчины. И судя по всему, она обладала многими талантами.
   «Если эта очаровательная незнакомка живет в Сан-Антонио, – подумал Уэйд, – я немедленно ее найду, чего бы мне это ни стоило. И тогда уж ей не удастся от меня убежать…»
   Внезапно сообразив, что все еще лежит на земле, Уэйд невольно усмехнулся. Медленно поднявшись, он размял ноги и выпрямился во весь рост. Затем отвязал стоявшего рядом мула и подобрал свою одежду – к счастью, бандиты не забрали ее.
   Вероятно, на ранчо Кимбаллов его давно уже ждали, но Уэйд решил, что не стоит торопиться, более того, ему ужасно не хотелось заводить знакомство с Шианной Кимбалл. Он подозревал, что Блейк пытался женить его на своей дочери – потому и просил заехать к ней. Наверное, девица просто не могла найти себе мужа – иначе давно бы уже вышла замуж. Но он вовсе не собирался на ней жениться, чтобы укрепить дружбу с ее отцом. Да, у него были совсем другие планы. Во всяком случае, женитьба в его планы не входила, поскольку вокруг было множество красивых и доступных женщин, которые могли бы утешить любого мужчину, ни к чему его не обязывая.
   Утвердившись в этой мысли, Уэйд сел на мула и направил его вдоль берега. Он решил, что сначала вернется к тому месту, где в последний раз разбивал лагерь, и отдохнет как следует. Затем, оправившись от ожогов, поедет в Сан-Антонио, чтобы приобрести оружие и патроны. А уж после этого можно будет заехать к мисс Шианне Кимбалл.
   Вспомнив о дочери друга, Уэйд нахмурился. Ведь люди, забравшие его оружие, взяли также и письмо, которое ему передал Блейк. Черт возьми, теперь у него не будет никаких доказательств того, что он действительно приехал по просьбе Блейка. «Впрочем, – подумал Уэйд с усмешкой, – это не имеет ни малейшего значения. Старая дева поверит во что угодно, если у нее в доме появится мужчина. Проклятие, неужели отец не мог пораньше выдать ее замуж? Как бы то ни было, он не станет опускаться до извинений только потому, что она – дочь Кимбалла! Да, в последние годы они с Блейком очень сдружились, но он вовсе не собирался жертвовать свободой даже ради сьоего друга! Ему вообще не следует думать об этой пухленькой перезрелой девице с темными глазами-бусинками – именно такой представлялась Уэйду дочка Блейка.
   Тут Уэйд вспомнил об освободившей его красавице и расплылся в улыбке. Ему казалось, что он все еще чувствовал, как пальчики прекрасной незнакомки массировали его плечи и грудь. Но когда она вытащила из кобуры револьвер… Черт побери, в тот момент ему действительно показалось, что она собиралась его прикончить. К счастью, все закончилось благополучно. Так что теперь ему оставалось лишь выполнить поручение друга, а потом он непременно найдет незнакомку. Да, он отыщет ее во что бы то ни стало.
 
   Входя в дом, Шианна невольно улыбнулась – праздная болтовня Рамоны Сантос всегда ее забавляла. Увидев девушку, Рамона тотчас же принялась рассказывать обо всем, что происходило в этот день на ранчо. Женщина говорила по-испански, и Шианне пришлось сосредоточиться, чтобы понять ее.
   Рассказав обо всех происшествиях, Рамона стала упрекать Шианну за то, что та поехала в Сан-Антонио без сопровождения. Шианна выслушивала подобные упреки почти ежедневно, но это не останавливало ее от рискованных поездок в город, когда она уезжала, чтобы помочь доктору Уинстону.
   – Боже мой! – восклицала Рамона. – Ведь здесь так много бандитов! Да еще и индейцы… я не для того тебя воспитывала, чтобы ты попала в руки команчей!
   – Не стоит беспокоиться. – Шианна пожала плечами и, сняв шляпу, взяла со столика стакан с прохладительным напитком. – Ведь людям Хедена Римса приказано не трогать меня, а с команчами я не ссорилась. Так что мне ничего не грозит.
   Рамона в раздражении фыркнула.
   – Если ты и дальше будешь отказываться от предложения сеньора Римса, то потеряешь его покровительство. А команчам доверять нельзя. Сегодня они тебя не замечают, а завтра снимут скальп! К тому же в окрестностях появилась новая банда. – Рамона погрозила девушке пухлым пальцем. – Запомни мои слова. Ты попадешь в беду, если будешь ездить без провожатого. Если бы сеньор Кимбалл был здесь, он проследил бы, чтобы ты лучше о себе заботилась. С тех пор как он уехал, ты совсем от рук отбилась. – Рамона тяжко вздохнула и добавила: – Уверена, твой отец тебя не узнает, когда вернется.
   При упоминании об отце Шианна нахмурилась.
   – Какое это теперь имеет значение? – Девушка направилась в свою комнату. – Я уже начинаю думать, что папа вообще никогда не вернется.
   Плечи Районы поникли. Она молча наблюдала, как девушка поднималась по лестнице. Эта ужасная война заставила Шианну до срока взять на себя бремя ответственности за отцовское ранчо. Конечно, Карлос, муж Рамоны, помогал ей управляться с хозяйством, но все же ответственность лежала именно на ней. У Шианны почти не оставалось времени на развлечения, и Рамона искренне ей сочувствовала.
   Но кто же снимет с плеч Шианны такую тяжелую ношу? Во всяком случае, не Хеден Риме. Эти двое никогда бы друг друга не поняли. Девушка была слишком независимой, чтобы терпеть такого тирана, как Хеден. Да, он весьма состоятельный человек. К тому же в присутствии Шианны Риме вел себя как джентльмен. Но если бы они стали мужем и женой, то это было бы подобно схватке мангуста и кобры. И вообще, можно ли доверять этому человеку. Скорее всего – ни в коем случае, ведь про него рассказывали ужасные истории. Хотя то были всего лишь слухи – никто не посмел бы бросить вызов Хедену Римсу, открыто обвинив его в чем-либо, – Рамона нисколько не сомневалась: от таких, как он, следует держаться подальше.
   А если бы Шианна все же решилась выйти замуж за Хедена… Черт побери, такой брак стал бы катастрофой! «Но Шианна никогда не согласится стать женой Хедена», – утешала себя Рамона. Более того, казалось, что сеньорита вообще не собиралась выходить замуж – по крайней мере до тех пор, пока не узнает, что случилось с ее отцом. Что же касается Римса, то Шианна уклонялась от окончательного ответа, прогоняла его, когда он начинал настаивать.
   Тяжко вздохнув, Рамона подумала о том, что Шианна, возможно, никогда не найдет того, кто ей понравился бы – у всех она находила недостатки. Сеньорита была одной из самых богатых в Техасе наследниц, но, судя по всему, замуж выходить не желала. Похоже, Шианна хотела найти идеального мужчину. Увы, таких просто-напросто не бывает. Впрочем, дело было не только в этом. Хеден Риме никому не позволял ухаживать за Шианной, потому что считал ее своей невестой. Но если бы она все-таки захотела, то наверняка забыла бы о своих мечтах и нашла бы подходящего мужчину.
   «Да-да, все это – глупые фантазии… – думала Рамона, направляясь в ванную комнату. – Еще не родился тот, кто по-настоящему бы ей понравился. А если и родился, то наверняка погиб на войне – как и Блейк Кимбалл».
   – Какая жалость… – размышляла вслух Рамона. – Малышка потеряла мать, прежде чем научилась произносить ее имя. А теперь она лишилась отца, прежде чем в ее жизни появился мужчина.
   Рамона снова вздохнула. Оставалось надеяться только на чудо – на то, что появится такой смельчак, который понравится Шианне и который сумеет избавить ее от Хедена. Если найдется такой необычный человек, то это действительно будет самое настоящее чудо.

Глава 2

   Как Шианна ни старалась, ей никак не удавалось забыть о красивом незнакомце. Эти мысли ужасно смущали ее, поэтому она и поспешила скрыться в своей комнате. Но и здесь она то и дело вспоминала о дерзком красавце – временами ей даже казалось, что она слышит чуть хрипловатый голос и видит его насмешливую улыбку.
   Чтобы хоть как-то отвлечься, Шианна решила заняться бухгалтерскими книгами отца, однако у нее ничего не получалось – перед ней постоянно появлялись зеленые глаза, пристально смотревшие на нее.
   Отложив книги, Шианна поднялась из-за стола и вышла на балкон. Услышав криксовы, она осмотрелась. Немного помедлив, перелезла через перила и спустилась вниз по увитой виноградной лозой решетке. Затем побежала к загону, где стоял ее конь Дельгадо. Подозвав его тихим свистом, Шианна запрыгнула ему на спину и выехала из загона. Крепко ухватившись за гриву жеребца, девушка пустила его галопом. Тут снова раздался призывный крик совы. Шианна, сжав бока вороного босыми пятками, погнала еще быстрее; она волновалась так, словно мчалась на встречу с судьбой.
   То и дело подгоняя коня, девушка удалялась все дальше от тусклых огней асиенды. С тех пор, как она последний раз слышала крик совы, прошло два месяца. Если бы Рамона знала, к кому скакала Шианна, она упала бы в обморок.
   Увидев высокого широкоплечего индейца, Шианна остановилась и спешилась. Маманти же подошел к ней и заключил в объятия.
   Затем красавица отстранилась и заглянула в лицо индейца. Она восхищалась Маманти (имя его переводилось как Небесный Странник – Тот-кто-касается-неба; чаще же его называли Пророком Совы). Он был шаманом племени кай-ова и команчей. Его другие имена – Одинокий Волк и Дикая Лошадь – были хорошо известны в американской армии, однако Пророк Совы оставался неуловимым и его власть среди готовых к войне индейцев была огромной.