Мара Фокс
Поддайся соблазну

 

   Она оголила плечи и опустила простыню ниже, к груди. Люк не отрываясь следил за ее движениями. Казалось, он прикасается взглядом к каждому сантиметру ее кожи. Только Роксане было нужно больше, чем взгляд.
   — Подойди поближе.
   Люк не отводил глаз от ее едва прикрытой груди, Рокси не сомневалась, что тонкая простыня не скрывает, как напряжены ее соски.
   Люк сглотнул.
   — Боюсь, мне придется задержать тебя в целях обеспечения твоей безопасности.
   — И от кого ты будешь меня защищать?
   — От себя.
   Люк смотрел, как она садится в машину, и не мог не восхищаться ее великолепной фигурой, фантастически длинными стройными ногами, которых совершенно не скрывали коротенькие шорты. Еще немного, и у него, пожалуй, свесится язык и потечет слюна. В таком настроении ему трудно будет вести машину. Он готов заняться с ней любовью прямо тут, на сиденье.
   Все-таки Люк сел за руль и поехал. Он был рад необходимости все время смотреть на дорогу, потому что ему надо было срочно на что-нибудь отвлечься. Эта Рокси была та еще штучка. Шериф подозревал, что она может стать одной из тех проблем, безболезненно решить которые не удается.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Роксана Адамс открыла глаза и облизнула пересохшие губы.
   Я снова справилась, черт побери.
   Она осторожно подняла голову и убрала руки с рулевого колеса. Перед глазами промелькнула кошмарная сцена из прошлого, которую никак не удавалось забыть.
   Тогда она сильно перебрала. Пьяный мужчина, едва подняв голову, невнятно пробормотал что-то вроде: «Какая красотка», и она, совершенно голая, посмотрела в его мятое лицо и вдруг поняла, что в скором времени станет такой же.
   Потом была наркологическая клиника и множество новых друзей в Обществе анонимных алкоголиков. Это продолжалось более двух лет.
   Я могу справиться с этим. Я справлюсь. Мне придется справиться.
   Роксана взглянула в зеркало заднего вида и увидела на своем лбу отпечаток от руля. Этот след — сколько раз он появлялся на ее лбу, и не сосчитать.
   Когда она была навеселе, ей становилось смешно.
   Но не сегодня.
   Сегодня Роксана была трезва. Она справилась.
   Стук по оконному стеклу привлек ее внимание.
   Девушка повернула голову и встретилась взглядом с человеком в форме. Похоже, это он ее разбудил.
   До боли знакомая ситуация!
   — Пожалуйста, откройте дверь. Я больше повторять не буду.
   Что он, интересно, собирался сделать? Разбить окно? Вытащить ее из машины за волосы? Этот «порше» был совершенно легально зарегистрирован на ее имя. Подарок любящего отца за то, что она целый год совсем не пила. Сейчас она скажет этому огромному копу пару ласковых… Вежливо, разумеется.
   — Медленно выходите из машины.
   С некоторыми подвидами копов лучше не спорить. Похоже, этот как раз к таким и относится взгляд как у акулы.
   Рокси осторожно опустила ногу и нащупала землю. И вдруг на нее нахлынул знакомый страх потерять равновесие.
   Она сделала глубокий вдох, набрав в легкие как можно больше воздуха. Медленно выдыхая, она покосилась на полицейского. Кажется, он начинал выходить из себя.
   — Прошу прощения, офицер. Сегодня я не очень устойчиво стою на ногах. Я приняла лекарство и забыла позавтракать. Закончился бензин. Не утро, а сплошное разочарование.
   Роксана вовсе не старалась произвести хорошее впечатление на этого копа. Вот уж чего она не умела и не любила, так это подлизываться, хотя порой это могло бы выручить ее из очень неприятных ситуаций.
   Полицейский смотрел на нее так, если бы она на его глазах задавила насмерть беспомощную старушку.
   — Как вы думаете, вы сможете пройти медэкспертизу? — спросил он.
   Конечно, что еще может подумать доблестный шериф? Только самое худшее.
   Роксана, повернувшись на сиденье, опустила на землю правую ногу. Теперь она сидела лицом к полицейскому, ее лодыжки щекотала трава. Рокси подавила в себе внезапно появившееся желание поправить слишком короткие шорты. Это только привлечет его внимание к ее голым ногам. Наверняка в этих краях все, кто не носит джинсы и ковбойские сапоги, подвергаются задержанию за создание аварийной ситуации на дороге.
   — Я не пила. — Она попыталась улыбнуться и поправила волосы. Пусть думает, что хочет, только подвезет ее до ближайшей заправки. В багажнике есть пустая канистра.
   Полицейский оглядел ее с головы до ног.
   — Какое лекарство вы принимаете?
   Он, несомненно, обратил внимание и на круги под глазами, и на немытые и нерасчесанные рыжие волосы. Наблюдательный коп попался.
   — Здесь можно найти апельсиновый сок? У меня падает уровень сахара в крови.
   — Вы хотите сказать, что вы диабетик? — Его тон звучал скептически.
   — Да, я диабетик. И у меня закончился бензин.
   Поэтому я поеду вместе с вами. Помогите мне встать и отвезите в ближайший город. — Роксана сделала паузу. — Если, конечно, в этих богом забытых местах есть города.
   — Вы даже не знаете, где находитесь? Вы не знаете, что это очень опасно, когда у вас кончается бензин в Западном Техасе в разгар самого жаркого за последние десять лет июля? Да вы бы изжарились в своей машине за несколько часов, а здесь нет ни воды, ни тени на десятки километров в обе стороны.
   Роксана поморщилась. Он крайне неоригинален.
   Все копы любят читать лекции.
   — Да, я проделала весь этот путь только для того, чтобы начать ловить попутки здесь на дороге. Она откинула назад волосы. — С вашей стороны нехорошо лишать меня такой блестящей перспективы.
   — То, что вы знаете такие длинные слова, вовсе не говорит о том, что вы умны. Вы могли погибнуть от теплового удара.
   Роксана облизнула пересохшие губы, представив, что она могла бы торчать здесь в полном одиночестве, и пить бы ей хотелось еще больше, чем сейчас.
   — Я просто не подумала о том, что может произойти.
   Она говорила правду. Ее приятель Джо полгода держался без выпивки, а потом попытался покончить жизнь самоубийством. Эта новость повергла Роксану в шок, и ей срочно потребовался допинг.
   Она чувствовала, что ей просто необходимо что-нибудь выпить.
   Но вместо этого она схватила ключи и поехала куда глаза глядят, лишь бы подальше от центральных улиц, ярко освещенных неоновым светом вывесок баров и кафе.
   — Мэм, не могли вы бы показать мне свои документы. Вы откуда?
   — Из Далласа. Сейчас найду права. Они где-то здесь.
   Рокси посмотрела на сиденье рядом с собой и опустила руку на пол, чтобы найти сумку под ним.
   Она всегда клала свою сумочку на переднее сиденье справа. Потом она заглянула назад. Вне всяких сомнений, сумки в машине не было. Она так торопилась сбежать подальше от цивилизации и алкоголя, что не вспомнила ни про сумку с документами, ни про мобильный телефон.
   — Черт побери!
   Роксана снова повернулась к полицейскому и пожала плечами.
   — Простите, не могу найти сумку.
   — Мисс из Далласа, вы не можете ответить мне ничего конкретного и у вас нет документов?
   — Я могу ответить на множество вопросов. Просто вы мне пока ни одного не задали.
   — Хорошо, начнем. Вы часто ездите, не имея с собой прав?
   Роксана снова пожала плечами.
   — Когда я выехала их дома, я была немного расстроена. — Как мило это звучит. — И я их забыла.
   — У меня не остается выбора. Вам придется проехать со мной в Редвинг и провести некоторое время в отделении, пока я установлю вашу личность.
   — Редвинг?
   — Городок в десяти милях отсюда. Вам повезло, что у меня в этих краях были дела, а то бы вам пришлось несладко. По этому участку дороги мало кто ездит.
   — А там есть апельсиновый сок и заправка? — попыталась съязвить Роксана.
   Коп кивнул в ответ.
   Сарказм излишен, подумала она. Этот тип его даже не замечает.
   — Мне нужны ключи от вашей машины. Я ее закрою. — Полисмен смотрел на Роксану выжидающе.
   Не сразу до Рокси дошло, что он ждет, пока она встанет. Понимая, что самостоятельно подняться ей вряд ли удастся, она протянула руку.
   — Если вы не хотите поднимать меня с земли, лучше помогите. Мне дурно, и я не могу встать.
   Полицейский взял ее за руку с таким видом, как будто это самое отвратительное, что ему когда-либо приходилось делать.
   — Спасибо, — сквозь зубы произнесла Роксана.
   Ей показалось, что он с большим удовольствием взял бы за лапу дохлую кошку.
   Коп кивнул, опустил ключи себе в карман и подхватил ее за локоть. Рокси попыталась встать, но от этого у нее закружилась голова. Ей пришлось опереться на его руку, и коп повел ее, словно древнюю старушку, к своей машине.
   Ну и черт с ним! Его безучастное поведение совершенно меня не задевает, убеждала себя Роксана, мне совершенно наплевать, как относится ко мне красавец-коп из этой дыры — как к женщине или как к бродяге. Скорее всего, на ранчо его ждут жена и семеро детей.
   Самое главное, что она смогла себя пересилить.
   Что она сдержалась и не выпила ни капли, когда, казалось, устоять невозможно. Этим она доказала себе… Да ничего она себе не доказала! Ей двадцать шесть лет, и ей приходится бежать от самой себя, потому что у нее не хватает силы воли справиться со своими желаниями. После двух лет абсолютной трезвости она все еще боится сорваться.
   Я все равно буду бороться, так же, как и раньше, день за днем. Сегодня будет еще один хороший день, день без выпивки.
   Подходя к полицейской машине, Рокси тихо шептала что-то себе под нос.
   Шериф Люк Херман завел машину и вырулил на трассу из-за лимонно-желтой «Порше». Раньше Люк не видел таких машин, но почти не сомневался, что в таком цвете они продаются только на заказ.
   Машинка была просто конфетка. И ее хозяйка тоже.
   Они ехали молча, и Люк не пытался завести разговор с этой рыжеволосой штучкой, назвавшей себя мисс из Далласа. Херман давно уже не робел в присутствии красивых женщин. Просто сейчас он был на работе, а женщины, которые спят в своих машинах, не бывают стройными высокими красотками.
   Люк покачал головой.:
   Бесполезно гадать, что именно она натворила.
   Тем более, что у нее с собой нет ни прав, ни других документов. Скоро он все выяснит.
   — Как вас зовут? — спросила она.
   Ее голос звучал, как у курильщика с сорокалетним стажем. А на вид ей никак не больше тридцати.
   Люк взглянул на девушку. Она улыбнулась ему так широко, что сразу стало понятно, как она «любит» копов. Если бы она высказала все, что о нем думает, это была бы целая речь. Но она осторожно выбирала слова.
   — Меня зовут шериф Херман.
   Девушка кивнула и снова замолчала. Потом откинулась на спинку и, казалось, заснула. Люк настороженно косился в ее строну — от этой дамы можно ждать любых сюрпризов.
   Вообще-то, он не любитель сюрпризов. По этой причине он и остался жить в городке, где родился и вырос. Люк знал здесь каждого — кто из какой семьи, чем живет и насколько предрасположен нарушать закон. Как правило, причиной всех неприятностей было пьянство, и Люк мог предвидеть проблему и предотвратить ее.
   Всегда. Или — почти всегда.
   Он, конечно, не герой, но он отчаянно защищал то, что было ему дорого.
   Но почему-то эта длинноногая мадмуазель не вызывала в нем защитных инстинктов. Ее огненно-рыжие волосы и припухшие губы будили иные чувства.
   Полегче, сказал он себе. Ты умеешь и будешь думать головой, а не другим местом.
   Девица на соседнем сиденье пошевелилась. Значит, не спит.
   — Мне нужно знать ваше имя. — Хотя, может, ему и не надо спрашивать — документов у нее нет, так что она может назваться кем угодно. Но стоит попробовать.
   — Меня зовут Рокси. Роксана Адамс.
   Шериф кивнул. В любых других обстоятельствах он ответил бы: «Рад с вами познакомиться». И действительно так бы думал. Но не сейчас.
   — Вы немногословны, мисс Адамс.
   — Угу Люк снова покачал головой. Он понятия не имел, что ему теперь с ней делать.
   — Как вы себя чувствуете?
   Рокси повернулась к нему, не отрывая головы от подголовника. Люк только сейчас заметил, что глаза у нее голубые. Голубые, как вода в озере рядом с Комстоком, куда он ездит на рыбалку. И ясные, как весеннее небо. Непохоже на похмелье или отходняк после наркотиков.
   И машину она не угоняла. В этом он был уверен на все сто: эта женщина и эта желтая машина абсолютно подходили друг к другу.
   — Хорошо. — Сказав это, она отвернулась и уселась поглубже, правым коленом опираясь на бардачок.
   Люк украдкой взглянул на ее ноги.
   Да, ножки были что надо. Он даже не сделал ей замечание за то, что она ногами касается панели его машины. У него пересохло во рту, и он подумал, что хорошо бы достать баночку «Доктора Пеппера» из загашника за его сиденьем. Барабаня пальцами по рулю, Люк пытался представить, как можно такие длинные ноги уместить в маленькой спортивной машинке.
   Пока он исподтишка наблюдал за ней, Роксана заснула. Она провалилась в сон легко, как ребенок, будто у нее был выключатель. Люк уже смело оглядел ее. Ее фигура была столь же хороша, как и ноги. Шериф с неудовольствием понял, что с трудом отводит взгляд от ее высокой красивой груди.
   Эта штучка может стать для него проблемой. У нее явно какие-то неприятности, и ему придется это выяснить. Люк отвел глаза от Роксаны и попытался сконцентрироваться на дороге. Но при ее каждом едва слышном вздохе шериф крепко сжимал руль руками.
   Он подъехал к местной больнице и, остановившись, осторожно потряс девушку за плечо. На ее побледневшей коже были отчетливо видны веснушки, как будто на ее лицо просыпались крошки темного тростникового сахара.
   Херман с сожалением наблюдал, как она возвращается к действительности. Еще секунду назад девушка была сонной и трогательно беззащитной. Затем она узнала его, и выражение ее лица стало жестким. Да, у нее явно какие-то неприятности. А он пялится на длинные ноги.
   Роксана, моргнув, выпрямилась на сиденье и посмотрела в окно.
   — О, черт! Больница. Единственное, что может быть хуже медпункта при полицейском участке.
   — У вас такой богатый опыт?
   Рокси обернулась к полицейскому. Ее глаза улыбались.
   — А вы сомневаетесь?
   Люк неопределенно пожал плечами. Что он мог ответить? Эта женщина интриговала его до безумия.
   — Мне нужно позвонить папе. Он будет волноваться.
   — Мисс Адамс, я дам вам возможность связаться с отцом, когда мы будем внутри.
   Пусть ее посмотрит кто-нибудь из врачей. И скажет, что у нее за проблема с лекарством — может, привычка их принимать?
   Рокси кивнула.
   — Да, это хорошая идея. Лучше будет, если я буду разговаривать с ним в более вменяемом состоянии, а то он сразу помчится в аэропорт к своему самолету.
   Интересно, подумал Херман, каково это, когда у тебя есть твой собственный самолет. Что же все-таки за птичка залетела в его скромный огород?
   — Ну что ж, пошли? Буду сдавать кровь из вены? Роксана потерла руку, словно иголка уже коснулась ее.
   — Тест.
   — На наркотики? — Она высоко вскинула брови.
   Брови были такого же цвета, что и волосы. Люк все время ждал подтверждения, что где-то в ней скрывается фальшь. Но цвет волос, во всяком случае, был настоящим.
   — Тест на содержание сахара в крови.
   Роксана одарила его широкой улыбкой, меткой, как удар в челюсть.
   — Надо же, у вас делают такие сложные анализы.
   А я была уверена, что вы лечитесь заговорами да пиявками.
   Херман отвернулся и открыл дверь. Он должен опередить ее, а то еще сбежит куда-нибудь. Но Рокси вышла из машины раньше, чем Люк успел приблизиться к ней. Вышла и закачалась, как камыш на ветру. Херману пришлось поспешить, чтобы обогнуть машину и, схватив ее за плечи, не дать ей упасть.
   — Поймал.
   Роксана Адамс попробовала освободиться.
   — Ну вас к черту. Я могу дойти до больницы сама. Если я пообещаю ногам, что скоро смогу угостить их апельсиновым соком, то они вполне смогут сделать несколько шагов. Там точно можно найти апельсиновый сок?
   Она была очень хороша — такое целеустремленное, решительное лицо, огненные локоны… Но Люк запретил себе думать об этом. Ей прежде всего нужна помощь.
   — Я настаиваю. Мне не очень хочется, чтобы вас здесь зашивали после падения вниз головой с какой-нибудь лестницы. — Шериф почти тащил ее на себе. Вот оно — преимущество быть выше и сильнее любой самой высокой представительницы прекрасного пола. — А то еще потом предъявите полиции обвинение в жестоком обращении.
   — Жестокое обращение — это то, как вы меня держите. Вы боитесь, что я сбегу или затеряюсь в толпе? — Рокси окинула взглядом пустынную улицу.
   Люк усмехнулся и слегка ослабил хватку.
   Опыт полицейского подсказывал Люку, что с этой женщиной нужно держать ухо востро, но мужчина в нем противоречил полицейскому. Роксана была чертовски привлекательна, и его тело отчаянно сигнализировало об этом. В любом случае мисс из Далласа была проблемой, как на нее ни смотри.
   Ему стоило не забывать о Карле, с которой они встречаются уже столько лет.
   Внезапно девушка обмякла и буквально повисла у него на руках. Люка пронзило острое чувство тревоги. Реакции Хермана многократно подвергались проверке в самых разных ситуациях, но такое было с ним впервые. Он бережно подхватил Рокси и понес на руках в здание больницы, от всей души желая знать, какое испытание ждет его на этот раз.
   — Что вы так на меня смотрите? — У нее не хватило сил, чтобы поддержать раздраженный тон до конца фразы. Но взгляд был выразителен.
   Наверное, родители провели бессонную ночь, волнуясь о ней, подумал Люк. Он не мог справиться с тревогой, ожидая заключения врача, и сильно нервничал.
   Ему срочно надо увидеться с Карлой. Они почти ежедневно встречаются уже несколько лет, но сейчас он не может вспомнить даже запах ее духов.
   Зато весь день его не оставляет память о ванильном освежителе воздуха в салоне «Порше».
   — Ну что, мисс из Далласа, когда последний раз вы делали остановку, чтобы выпить хотя бы стакан воды? Вы сильно обезвожены. Вы два часа пролежали под капельницей, помните?
   Рокси откинула волосы с лица.
   — Я помню, что врач разговаривал со мной, но не помню, что он делал. Я спала, как убитая.
   — Вы совсем не спали, вы даже отвечали ему.
   — А вы ждали, пока я очухаюсь, чтобы отвезти меня в участок? Вам так необходимо общество? Наверное, в этом городке не так уж много девушек младше восьмидесяти лет.
   — А вы считаете, у меня есть причины для того, чтобы везти вас в участок? — Шериф смотрел на нее испытующе. — Может быть, вы хотите мне в чем-то признаться?
   — Чувство юмора, как у похоронных дел мастера. Вы знаете, мне периодически снятся кошмары.
   И мне кажется, что в некоторых из них вы принимали участие.
   Люк очаровательно улыбнулся в ответ.
   — Придется вас немного попасти, чтобы убедиться, что вы никому не доставите неприятностей.
   — Да вы, оказывается, беспокоитесь обо всех, кроме несчастной женщины, остановившей машину на обочине из-за плохого самочувствия. Я потрясена вашим великодушием. — Роксана попыталась сесть на кушетке, борясь с воротником душившего ее больничного халата. Дурацкие подозрения этого деревенского копа были осязаемы, можно сказать, материальны.
   Шериф сделал такое движение руками, будто пытался осадить вставшую на дыбы лошадь.
   — Спокойнее. Лучше прилягте. Думаю, вам надо подождать прихода врача, который решит, готовы вы встать или еще нет. — Он вытянул руки в предупреждающем жесте, словно боясь, что она заразна.
   — Я хочу писать, дорогой фермер, и не собираюсь дать себя подвесить к какому-нибудь катетеру.
   От всех этих штук мне чертовски больно. — Рокси схватилась за спинку кровати и смогла наконец-то принять сидячее положение.
   Люк Херман отступил на шаг назад. Еще одно усилие, и Роксана встала на ноги. Боль исказила ее лицо. Полегче, сказала она себе. Она не сможет устоять, если пол не перестанет раскачиваться у нее под ногами. Рокси пробурчала под нос какое-то ругательство. Собравшись с силами, она сделала два шага на трясущихся ногах и обернулась через плечо.
   Взгляд шерифа был прикован к ее голым ногам.
   Рокси слабо улыбнулась и ободряюще помахала рукой, отчего лицо Хермана вспыхнуло не хуже красной мигалки на крыше его патрульной машины. Очевидно, ему вовсе не хотелось быть пойманным за созерцанием ее ножек.
   Шериф практически выскочил из палаты, громко захлопнув за собой дверь.
   Рокси едва доковыляла оставшийся метр до дверей в ванную. Рядом больше не было мужчины, чье ошалевшее от восхищения лицо придавало ей сил.

ГЛАВА ВТОРАЯ

   Что здесь делает Тед? — шериф Херман вопросительно указал на доктора, выходящего из ее палаты с папкой в руке.
   — Он безнадежно в меня влюблен, но, честное слово, мне нравятся мужчины совсем другого типа, — улыбнулась Рокси и надела сандалии.
   После того, как шериф выскочил из ее палаты, она готова была спорить на любые деньги, что он больше к ней не зайдет. И проиграла.
   — Кажется, вам уже лучше. Вы мне сами расскажете, что от вас было нужно Теду, или мне пойти спросить у него?
   Роксана вздохнула. Он всегда такой нервный?
   — Он был здесь в качестве консилиума, решающего вопрос о выписке. Я собираюсь уйти отсюда, и они не хотят нести за меня ответственность.
   Шериф смотрел не на нее, а на какую-то точку на скучно-серых обоях над ее головой.
   — Я слышал, вы наделали тут много шума.
   «Много шума» было ее вторым именем. Когда-то родители, воспитатели и учителя пытались вылепить из Роксаны милую девицу, предназначенную для семейного счастья с выгодным супругом, но у них ничего не вышло.
   — Вы приехали, чтобы отвезти меня в полицию, фермер? — Она полностью контролировала свой голос, звучащий спокойно и почти приветливо. Пусть не думает, что она робеет оттого, что он все время сшивается где-то рядом, такой официальный, что кажется, что с минуты на минуту будет придушен собственным туго застегнутым воротничком. — Это преступление — отказаться провести ночь в больнице?
   Шериф поднял руку к воротничку.
   — Обычно люди выписываются из больницы тогда, когда они к этому готовы. Доктор хотел сделать вам как можно лучше, мисс из Далласа. — Он смотрел на нее без тени улыбки. — Когда мы сюда приехали, вы соображали не слишком хорошо, чтобы созвониться с кем-нибудь, кто мог бы переслать вам денег. А сейчас все банки закрыты. Где собираетесь ночевать?
   — Вы отвезете меня в полицию или нет? — повторила вопрос Роксана.
   Ее машину уже успели перегнать, и она стояла в городе. Все документы нашлись в бардачке и были в полном порядке. Шериф нашел и ее страховую карточку. Ничего незаконного Херман обнаружить не смог.
   — Сколько раз вы собираетесь меня об этом спрашивать? Закон вы не нарушали. Просто вам было нехорошо. Доктор сказал, что из-за низкого сахара и обезвоживания у вас могли путаться мысли.
   — Вы ему верите? — Похоже, сарказм слетал с ее языка незаметно для нее самой.
   Херман сделал вид, что не замечает этого.
   — У меня нет никакой причины везти вас в участок.
   Роксана вскочила на ноги.
   — Вы правы, черт побери.
   — Просто я подумал, раз я еду мимо, может, подвезти вас к мотелю «Уютный приют»? Там в чистом номере пару дней поживете, придете в себя.
   Рокси подошла ближе к шерифу. У него были широкие плечи, он вообще был великолепно сложен, но во всем его облике было что-то очень полицейское.
   И несмотря на это, а может быть именно поэтому Роксане нравилось дразнить его, он так смешно краснел, прямо как мальчик из церковного хора, глядя на ее фривольный наряд. Ей определенно становилось все лучше и лучше.
   — Вы так спешите меня выпроводить из города?
   И не хотите дать мне возможность задержаться здесь, чтобы полюбоваться окрестностями?
   — Уверен, вам здесь не понравится. Послушайте, у вас с собой ничего нет, ни сумки, ни кошелька.
   Поэтому я подумал, что мог бы вам помочь — одолжить некоторую сумму.
   — Сумму? Вам не кажется, что вы излишне официальны? — Роксана подошла вплотную к шерифу, грациозно покачивая бедрами. — А вы можете предложить мне приют на ночь с уютной кроватью и утренним кофе?
   У шерифа заметно порозовели щеки.
   — Я могу дать вам взаймы, пока вы не получите денег из дома.
   — Как же я смогу получить деньги? Ведь для этого мне надо связаться с ними, а у меня ни кредитной карточки, ни чековой книжки. — Роксана доверительно наклонилась к шерифу.
   — Но я готов помочь вам, — кивнул Люк.
   — С чего бы это? — Рокси дотронулась до верхней пуговицы на его форме.
   Шериф отступил назад так поспешно, словно ее прикосновение обожгло его.
   — Просто вам нужна помощь. А больше вы в городе никого не знаете.
   — Вас я тоже не знаю. Сегодня утром вы смотрели на меня с таким выражением, будто я склизкий червяк, выползший из грязи. А сейчас вы изо всех сил торопитесь отправить меня обратно, туда, откуда я приехала. Я кажусь вам настолько опасной?
   — Ну, во-первых, я не смотрел на вас, как на грязь. Мне просто не хотелось, чтобы вы умерли от теплового удара. Сегодня днем, между прочим, было сорок градусов в тени. Я лишь выполнял свою работу.
   Роксана сделала еще шаг вперед, преодолев ту дистанцию, которую он установил между ними. Люк сжал губы, но на этот раз не двинулся с места. Рокси хищно улыбнулась. Протянув руку, она коснулась капельки пота, выступившей на его лбу. Его темные волнистые волосы были в нескольких сантиметрах от ее пальцев, и Роксане вдруг захотелось провести по ним рукой. Она глубоко вздохнула. От этого мужчины пахло потом и чем-то еще. Чем-то очень мужским, очень волнующим. От этих давно забытых ощущений у Роксаны вдруг защемило сердце.