Вопреки тому, что генерал Ариана Уинстон называла своим лучшим решением, она разрешила солдатам установить пост наблюдения и прослушивания в самой узкой части горного прохода, где северная армия оказалась после позорного разгрома. Райан доказал ей, что уникальные разведывательные таланты его солдат пропадают впустую, вынуждая их не принимать полноценного участия в военных действиях, в то время как боевые роботы, бронемашины и обычная штурмовая пехота воюет с Кланами.
   Как только Ариана дала разрешение, Райан посвятил генерала в свои планы.
   — Мы выдвинемся на расстояние примерно в пять прыжков и установим ряд постов наблюдения за дорогой. Ягуары обязательно воспользуются ею. Это ведь единственный путь через горы, и ни один наш разведчик не обнаружил иной тропы, нег? — Он ткнул указательным пальцем в слабо светящийся экран на мониторе Уинстон. — Если мы будем должным образом следить за всем, что происходит на участке, мы обязательно увидим врага намного раньше, чем он засечет наше присутствие.
   — Ну да, гммм, — согласилась Уинстон. — Учитывая ландшафт и среднюю скорость перемещения роботов по пересеченной местности, мы получим фору приблизительно в полчаса.
   — Гораздо больше, генерал, — возразил Райан. — У моих людей на руках две полностью функционирующие пусковые ракетные установки. Опять же, я знаю, что у вашей Легкой Кавалерии Эридани в распоряжении, как минимум, три установки «Артемис-4», если говорить о тех, что входят в боекомплект боевых роботов. К тому же у вас есть два танка «Чаппараль», оборудованных теми же установками. Подозреваю, что и у Комгвардии найдется пара-тройка таких же усовершенствованных машин. Как я понимаю, боеприпасы, прилагающиеся к «Артемис-4», — очень неплохая вещица. Я говорю о самонаводящихся управляемых ракетах. Так вот, я со своими людьми с точностью до сантиметра назову вам координаты целей для этих ракет. Вы знаете, что воины Кланов — не самые умелые артиллеристы, и они предпочитают не иметь дело с разными там ракетными установками. Впрочем, это известный военный принцип — те войска, у которых нет противовоздушных средств обороны, подвергаются наиболее плотному артиллерийскому огню; так же происходит и с машинами и с людьми…
   Уинстон тщательно взвесила предложение Райана. Наблюдая затем, как меняется выражение ее лица, Райан мог догадаться, в какой момент она колеблется и не решается согласиться с майором.
   Конечно, все необходимо взвесить. Если план сработает, то атака Ягуаров захлебнется, даже не успев начаться. Они потеряют живую силу, опытных водителей, машины, а главное — так лелеемые ими боеприпасы! Ягуары потеряют массу времени, дабы заменить запасными деталями разбитые части уцелевших машин. Им потребуется масса времени и сил… Такой поворот, конечно, резко снизит боевой дух, боеготовность врага, начнется ропот, дезертирство…
   С другой стороны, в традиции Кланов было расценивать артиллерийскую подготовку как поступок трусов, не решающихся напрямую ввязаться в сражение. Если Особый Отряд внезапно обрушит на наступающих Ягуаров залпы радиоуправляемых снарядов, существовала большая вероятность того, что Ягуары просто залягут, спрячутся и переждут шквальный огонь. А если так случится, разъяренные воины Клана набросятся на Райана и его отряд. И уж тогда никто из разведчиков в живых не останется…
   Да, в работе командира самое сложное — взвесить все потенциальные возможности и принять единственно верное решение. На совесть тяжелым грузом лягут все воины, погибшие в сражении…
   — Ну хорошо, майор, — произнесла наконец Уинстон. — Идите вперед, разворачивайте людей. Берите ракетные установки, но даже и думать забудьте о том, чтобы самим палить по Ягуарам, разве что у вас будет в целости устройство наведения или предельно точные расчеты нашей армейской команды. Все ясно?
   — Хай, Уинстон-сама. — Райан отвесил почтительный поклон. — Я вас понял.
   — Отлично, — кивнула Уинстон. — Теперь последнее: если ваш отряд окажется в опасности, то есть будет обнаружен и подвергнут обстрелу, считайте, что все ставки в нашей игре аннулируются. Уж если вы поступаете так, как считаете нужным, необходимо гарантировать безопасность и выживание вашей команды.
   — Хай, — опять повторил Райан, отвесив еще один поклон. Он прекрасно знал, что Уинстон поняла: его ребята — разведчики, воины особой породы. Они очень независимы и инициативны и поэтому часто изменяют первоначальный план, подстраиваясь под меняющийся ход сражения. Планируют они свои шаги сами, не дожидаясь приказов начальства. Но строгая преданность Райана кодексу бусидо не позволила бы ему никогда в жизни нарушить только что полученные приказы. И еще Райан понимал, что Уинстон — слишком хороший командующий, чтобы подрезать крылья ее способности реагировать на текущую ситуацию, а ведь генеральное сражение и было всегда самой непредсказуемой вещью.
   Яркий лучик местного солнца на мгновение вспыхнул и тут же спрятался в облаках. Серые угрюмые облака вновь сомкнулись на небе, не пропуская солнечного света.
   Наблюдение за узенькой полосой пустынной горной дороги на мрачной планете под проливным дождем — возможно, самое утомительное и тягостное дело из тех, которые можно доверить воину. Крохотный темный закуток, откуда видна только уходящая вдаль темная, — почти черная полоска дороги, так быстро повергает наблюдателя в уныние и апатию, что через какое-то время мимо может прошагать хоть целый полковой оркестр с боевыми маршами — и останется незамеченным. Чтобы не допустить притупления внимания у своих людей, Райан менял наблюдателей на посту через каждые пятнадцать минут. Он принципиально настоял на том, что сам, как и все, будет нести вахту в узкой горной расщелине.
   Пока все было спокойно, но в какой-то момент он уловил краем глаза движение где-то на периферии экрана прибора ночного видения — что-то дернулось в том месте дороги, где начинался крутой поворот, наполовину скрытый выщербленными скалами. Райан немедленно приблизил и укрупнил изображение участка: да, теперь четко просматривалась каждая маленькая лужица, каждая тень кустарника… А вот и причина движения! Огромная черная птица, похожая на ворону, только в два раза крупнее, приземлилась на придорожном валуне и увлеченно долбила клювом по какому-то предмету, напоминавшему большой орех или улитку.
   Осознав, что объект не представляет собой никакой опасности, Райан испытал удивление и облегчение: птица была первой местной формой жизни с момента их прибытия на Охотницу! Нет, возможно, на планете водились другие живые существа, но он не обращал на них внимания, Райан, успокоившись, снял четырехкратное приближение на приборе, и сразу же поле зрения расширилось, вбирая в себя большой участок дороги. Стали снова видны нагромождения камней, склоны, грязная земля на уходящей за поворот дороге… А это еще что?! В самом центре расширившегося поля экрана он, вздрогнув, увидел черно-серый, под цвет скал, пятнистый «Риокен»! Уродливый робот Клана вступил в область, которую Райан обязан был четко контролировать, пока он наблюдал за проклятой птичкой! Позади «Риокена» просматривались очертания еще нескольких роботов.
   Быстро настроив радиоканал на необходимую частоту, Райан взволнованно проговорил в микрофон, прикрепленный к шлему:
   — Команда, готовность номер один, — а затем вышел на связь с командным армейским постом, где должна была находиться Ариана Уинстон. — Балерина, это командир Кобры. Кобра вошла в контакт с врагом. По крайней мере одна звезда Оскаров Майкс движется по дороге в сторону моей позиции. Они приблизительно на расстоянии пять-ноль-ноль метров западнее моего местоположения. Не могу рассмотреть маркировку — слишком темно. Силы врага состоят исключительно из Оскаров Майке. Эхо за это время не попадало в поле зрения. Командир Кобры ждет дальнейших указаний.
   — Командир Кобры, это Орел. Балерина не может выйти на связь, — отозвался полковник Комгвардии Регис Гранди. — Оставайтесь на месте. Я передам ваш рапорт Балерине и подключу ее канал связи. Продолжайте наблюдение, будьте на связи.
   — Хай. Орел, вакаримас. Наблюдать и докладывать. Кобра остается на связи.
   К тому времени, когда Райан доложился начальству, сержант Райко опустился рядом с ним в неудобную каменную нишу. В то же время оставшаяся часть его крохотной команды занимала заранее выбранные позиции. Обычно каждый рядовой разведчик, идущий на задание, был вооружен легким противопехотным оружием, скрытым в металлической рукавице костюма. Для этой миссии отряду пришлось взять на вооружение более мощное оружие, способное сокрушить тяжелого робота, — в правые предплечья легких доспехов, или боевого костюма, как его называли, были вмонтированы мини-лазеры высокой поражающей способности. Как настоящие разведчики, люди Райана не забыли захватить с собой взрывчатку и мины — они всегда должны были быть под рукой. Если вражеские роботы подберутся достаточно близко, гранаты, мгновенно выхваченные из рюкзаков, могут разнести в клочья уязвимые колени и лодыжки механизмов. Такой взрыв был способен не просто нанести вред вражеской машине, но и полностью вывести ее из строя — ну куда годится робот с оторванной напрочь ногой?
   Рядовой Джинджиро Мицуги, последний оставшийся в живых из всей Четвертой Команды, был вооружен тяжелой портативной пусковой ракетной установкой ближнего радиуса действия. Боеголовки начинены адской зажигательной смесью. У сержанта Райко под рукой было, наверное, гораздо более опасное оружие из всего, доставленного командами Вторжения на Охотницу, — портативный десигнатор.
   Райко, закаленный в боях ветеран, не собирался тратить слова впустую. Вместо этого он сразу же расположил прорезь прицела десигнатора так, что она совпала с ближайшей к нему вражеской машиной. Пока приказа открыть огонь не поступало, а рисковать, раскрыв свое местоположение, тоже не имело смысла — и Райко не активизировал уникальное оружие.
   Райан, затаив дыхание, наблюдал за тем, как «Риокен» осторожно двигался по дороге. Пилот Ягуаров искусно управлял машиной — она грациозно покачивала широкими бедрами, почти как кокетливая женщина, и медленно шла вперед. Казалось, пилот осторожничает, предчувствуя какой-то подвох.
   «Возможно, воины Клана все-таки догадались, — думал Райан. — Нет, не думаю, чтобы они узнали наши планы слишком быстро, иначе у нас будут большие проблемы…»
   — Командир Кобры, Балерина на связи, — наконец послышался в наушнике голос Уинстон. — Доложите обстановку.
   — Балерина, на связи командир Кобры. Тактическая ситуация пока без изменений. Кобра по-прежнему видит по крайней мере одну звезду средних Оскаров Майке. Эха все еще нет.
   Райан слово в слово повторил предыдущий доклад, подтверждая, что перед ним действительно находятся пять боевых роботов без всякой поддержки воинов-эле-менталов.
   — Враг, похоже, до сих пор нас не обнаружил. Мое предположение — это разведывательный отряд Ягуаров. Я думаю, что их не стоит трогать до тех пор, пока они на нас не наткнутся. Если мы откроем огонь сейчас, то другие отряды Ягуаров тут же ринутся на подмогу, или же они просто обойдут наш пост и будут искать другой путь в горы.
   — Балерина согласна, командир Кобры, — после минутного раздумья ответила Уинстон. — Дайте возможность этой мелочи проплыть мимо вас невредимой. Ждите более крупного улова.
   — Вас понял, Балерина. Конец связи.
   — Что она сказала? — спросил Райко.
   — Она сказала, «ждите крупную рыбу», — хихикнув, ответил Райан. Он до сих пор не мог привыкнуть к манере офицеров, не принадлежащих к Синдикату Дракона, отдавать приказы.
   — Ну что ж, — согласился Райко, — именно так все и будет.
   Райан кивнул. Ему очень хотелось надеяться, что защитная система костюмов его маленького отряда не даст сбоя и будет защищать их от врага достаточно долгое время. Время, за которое в сеть приплывет та самая большая рыба.
   Надо сказать, что Райану не пришлось ждать очень долго. Прошло, наверное, минут десять с того момента, как мимо них медленно, осторожно прошла звезда разведчиков Ягуаров, не обнаружив замаскированный наблюдательный пост Райана. И вот в дальнем конце извилистой дороги появились несколько фигур крупных роботов. Первый из идущих выглядел как человек — голову заменяла низкая квадратная кабина, похожая на нее квадратная же лазерная установка крепилась на его правом плече, а равновесие достигалось благодаря огромной линзе прожектора, громоздившейся на левом. Райану потребовалось секунд десять, чтобы идентифицировать вражескую машину
   — это был «Локи», «Бог Обмана». Позади него четко просматривались более крупные штурмовые роботы. Кстати, кроме них там явственно виднелись легкие боевые бронемашины, а за ними двигались темные маленькие фигурки, напоминавшие очеловеченных демонических насекомых. Сходство усиливалось тем, что они то шли по земле, то неожиданно цеплялись за поручни на бортах броневиков и какое-то время двигались с ними вместе, то вновь пробегали чуть ли не под ногами гигантских собратьев по оружию.
   — Балерина, на связи командир Кобры. Большая рыба плывет в сети. Оценка косяка — тридцать голов, то есть три-ноль Оскаров Майке. На сей раз Эхо поддерживают их.
   — Сигнал принят, командир Кобры, — немедленно откликнулась Уинстон. — Вы можете оценить их внешний вид?
   — Да, Балерина. Большинство роботов в довольно хорошем состоянии. У некоторых — незакрашенные заплаты на броне. Предполагаю, что они были наскоро и недавно восстановлены.
   — Отлично, Кобра. — Уинстон немного помолчала. — Сколько времени потребуется врагу, чтобы войти в зону поражения десигнатора?
   Райан передал вопрос сержанту.
   — Возглавляющие колонну уже находятся в зоне, — ответил Райко. — Правда, это максимальная дистанция.
   Райан передал ответ генералу.
   — Отлично, Кобра. Выберите славного жирненького робота и ждите сигнала, чтобы начать игру, — ответила Уинстон. — Даю вам возможность самому решить, когда открывать огонь.
   В тот же момент Райан услышал долгий вой и звук взрывающегося снаряда, выпущенного первой большой установкой «Артемис-4». Ракета разорвалась на подлете к земле. Он почти мог видеть стремительную яркую полосу, оставленную ракетой в воздухе и отраженную рефлектором на плече головного робота Ягуаров. Яркий цветок взрыва расцвел в центре груди «Локи». Огромный робот пошатнулся и упал на одно колено — взрывчатая боеголовка вырвала едва ли не добрую тонну армированной стали прямо из груди робота, разрушив поддерживающий его костяк. Вторая ракета с воем ударила в корпус второго робота, бросив «Стервятника» лицом вниз прямо на каменные острия скал.
   Прежде чем Ягуары успели прийти в себя, еще две ракеты, выпущенные Райко, взорвались в гуще вражеского отряда. Одна, правда, разорвалась буквально в шаге от тропинки, окатив Ягуаров брызгами грязи и щебня, зато вторая настигла уже сильно пострадавшего «Локи», мгновенно превратив машину в дымящуюся груду железа. Райан был потрясен разрушительной мощью ракет «Артемис-4». Две крупные ракеты серьезно повредили боевого робота. Райко, пристроившись рядом, срочно менял координаты прицела на дисплее «Артемис», перемещая десигнатор чуть вперед и вбок от тропинки. Он азартно выцеливал новую жертву.
   Вдруг мощный взрыв, явно произведенный ракетой дальнего действия, потряс землю в нескольких шагах от укрытия Райана. Он приподнялся и увидел подраненного «Стервятника» с почерневшей дырой в левой груди, стремительно штурмующего холм. Позади него, жестикулируя, стоял еще один «Локи».
   «Вероятно, он тут командует», — промелькнуло в голове Райана.
   — Так, давай-ка по нему, — закричал он Райко, который и так, словно читая мысли, уже направлял тяжелую пушку десигнатора в сторону размахивающего руками робота.
   — Цель найдена. — Райан услышал голос из центра управления и координации огня. — Мочите их!
   В двух с половиной километрах к западу от позиций Райана размещался центр управления и координации огня, которым командовал капитан Легкой Кавалерии — он передавал данные кластеру роботов и транспортных машин, стоявших в дюжине метров от преобразованного в огневой центр лагеря. Первоначально лагерь был задуман для тренингов обычных пехотинцев да водителей бронетранспортеров, но теперь его пришлось срочно трансформировать в передвижной центр управления и координации огня. Это было практически все, что осталось от северной армии. Остальные погибли или попали в плен вместе с артиллерийскими частями во время ужасной ночной операции в предгорьях Когтей Ягуара.
   Почти немедленно две «Катапульты» включили легкие батареи и поддержали выстрелами «Артемис-4». Ракетная установка «Чаппараль», установленная на танке Легкой Кавалерии Эридани, откликнулась секундой позже. Три управляемые ракеты с шипением распороли облачное небо.
   Райан судорожно попытался всем телом вжаться в крохотное укрытие, отчаянно стараясь как можно глубже зарыться в землю и спастись от лазерного и орудийного шквала, который жег вокруг него землю и скалы. Шрапнель с визгом вонзилась в броню, защищающую живот Райко. Сержант зашатался. Райан услышал в наушниках болезненный стон — похоже, кусок металла прошил броню насквозь и вошел в тело сержанта. Тем не менее Райко устоял на ногах и, стараясь не стонать, опять навел прицел тяжелого механизма на грудь «Локи».
   Райан одним прыжком вскочил на ноги. Выпрямив правую руку, он навел дуло противопехотного лазера, вмонтированного над правой рукавицей, в самый центр темной серой массы роботов Ягуаров. Когда перекрестье цели загорелось на экране золотым цветом, он активизировал оружие, плавным жестом послав интенсивный поток смертельного невидимого света в гущу врага.
   Робот Клана, «Бешеный Кот», отреагировал на его атаку так, словно Райан попал не в его корпус, а в мешок безответных бобов. Совершенно не обращая внимания на раны от маленького лазера, прожегшего дыру в его левой ноге и корпусе, «Бешеный Кот», распрямившись, выбросил вперед левую руку. Райану показалось, что короткая кисть, на которой вместо пальцев грозно сверкала шестиствольная лазерная пушка, смотрит прямо ему в лицо. Если робот Клана нажмет на гашетку, ничто в мире не спасет Райана…
   И вдруг вновь Райан услышал прямо над головой резкий звук, словно от рвущейся парусины, — тяжелые ракеты «Артемис-4» безошибочно неслись к цели. Три из них разбились о корпус «Локи», который, казалось, руководил сражением. Еще две оторвали ногу изрядно потрепанному в боях «Нобори-нину». Оба боевых робота Клана упали и больше не подавали признаков жизни.
   Этот пятикратно увеличенный взрыв, должно быть, на секунду отвлек внимание пилота «Бешеного Кота». Райан поспешил воспользоваться моментом и нырнул обратно в неглубокое укрытие. В то же мгновение слепящий свет и жар ураганом пронеслись прямо над его головой, опалив верхушку шлема. И тут он увидел рядом со своим лицом закованные в броню ноги сержанта Райко; отчаянным рывком он попытался втащить его в безопасное укрытие. К ужасу Райана, только нижняя часть тела кувыркнулась на дно скалистой пещеры — тело выше пояса было напрочь сожжено лазером проклятого «Бешеного Кота».
   Вскрикнув, Райан конвульсивно оттолкнул в дальний угол пещеры то, что совсем недавно было его другом и надежным напарником. Его тошнило от вида того, во что может превратить лазер человеческую плоть. Что лазер воина Клана сделал с его другом…
   Майор Майкл Райан выскочил из укрытия, пылая жаждой мести. Он сжигал, распылял плоть врагов убийственным лазерным лучом, он прыгал, прятался, уворачивался от ответных выстрелов. В левой руке он крепко сжимал холщовый зеленый мешок. Вдруг он заметил, что два пылающих оранжевым трассера протянулись от корпуса боевого робота в его сторону — явно тот собирался всерьез разобраться с обидчиком. Взрывы разорвали землю буквально в шаге впереди и позади него, но ни один не достиг цели. Пульсирующий поток лазерной энергии вспорол землю прямо под его ногами, превратив в пар дождевые лужи. Взрывная волна сбила Райана с ног, и он, нелепо перекувыркнувшись в воздухе, свалился на камни. Уже в полете он почувствовал, даже услышал, как что-то страшно хрустнуло в его левом колене.
   С проклятиями он снова попытался подняться на ноги. Гнев и адреналин помогали Райану не чувствовать дикой боли в поврежденном колене. Он сделал короткий разбег, сгруппировался и прыгнул. Коротенькие крылья-стабилизаторы за спиной, вмонтированные в прыжковый рюкзак, скорректировали его мощный короткий прыжок. С грохотом, отозвавшимся болью во всем теле, Райан приземлился на левую ногу «Бешеного Кота».
   Вот тогда и пригодилась зеленая сумка: зацепившись правой рукой за броню ноги семидесятипятитонного робота, левой Райан вытянул кусок бикфордова шнура и крепко, в несколько витков, привязал сумку к зазору между броней верхней и нижней частей ноги. Он поджег шнур и тут же спрыгнул с верхней части ступни «Бешеного Кота» на землю. Взрыватель вытащен, и ничто на свете не спасет робота от страшной гибели.
   Как только ноги Райана коснулись земли, тело его, вплоть до шеи, прошила дикая, немыслимая боль. Казалось, позвоночник раскрошен в щепки, и тело не слушается его. Тем не менее каким-то немыслимым усилием ему удалось подавить приступ тошноты, и, изо всех сил сопротивляясь черноте, которая норовила поглотить его сознание, он вновь активизировал реактивный прыжковый ускоритель и отпрыгнул как можно дальше от готового взлететь на воздух «Бешеного Кота». Сейчас жизнь казалась майору Райану гораздо важнее боли в разбитом колене. Когда он приземлился, раненая нога подвернулась, и он тяжело свалился на землю.
   Позади себя он услышал мощный гулкий взрыв. Извергая проклятия и кусая губы от боли, он наблюдал за тем, как «Бешеный Кот» пытался как-то поправить почти оторванную левую ногу. Он силился повернуться, чтобы отыскать своего мучителя, но похоже, на одной ноге «Коту» было не устоять. Он зашатался, правая нога согнулась в колене, и с разрывающим барабанные перепонки воем «Кот» грохнулся на землю.
   Райан лежал на спине в самом сердце поля боя, из последних сил стараясь не провалиться в обморок.
   Позади он слышал, как по скалистой горной тропе спускались три боевых робота Клана. От брони одного из них валили густые клубы черного дыма. Остатки боевого порядка Ягуаров проходили через место сражения, не обращая никакого внимания на изувеченных, разбитых товарищей.
   — Командир Кобры вызывает кого-нибудь из отряда Кобры, — прошептал, задыхаясь, Райан в микрофон, вмонтированный в шлем. — Я ранен, но пока жив. Кто-нибудь дайте мне штаб связи.
   Никакого ответа.



XXI


   
Место дислокации северной армии

   
Когти Ягуара, Охотница

   
Кластер Керенского, Пространство Клана

   
29 марта 3060 г.

   — Командир Кобры вызывает кого-нибудь из отряда Кобры. Я ранен, но пока жив. Кто-нибудь дайте мне штаб связи.
   Ариана Уинстон оторвала взгляд от экрана, встретившись глазами с полковником Регисом Гранди. Ни один из офицеров не решался говорить, пока из левого репродуктора, заглушенный потрескиваниями, доносился голос майора Райана.
   — Кто-нибудь из Кобры, это командир. Дайте мне ситреп.
   Снова никакого ответа.
   — Балерина, это командир Кобры. Генерал, со стыдом рапортую, что Кобра не смогла остановить врага. Я наблюдаю по крайней мере тридцать, то есть три-ноль Оскаров Майксов с приданными Эхо. Они обходят наши позиции и двигаются по дороге в сторону ваших укреплений. — Райан на секунду замолчал.
   — Генерал, мой печальный долг доложить вам, что с Коброй покончено. Боюсь, что я единственный уцелевший. Я буду рапортовать вам о происходящем до тех пор, пока у меня хватит сил.
   Лицо Уинстон, разом постаревшее, испещренное морщинками — следствием постоянного напряжения и тревоги, превратилось в каменную маску.
   — Вас поняла, Кобра, — ответила она. И добавила по-японски: — Аригато. Саенара.
   — И это все?! — рявкнул Гранди. — Спасибо и прощайте?! Вы что, не собирайтесь выслать ему медпомощь? Возможно, кто-то из его людей мог остаться в живых. Вы даже не хотите попробовать помочь ему?!
   — Полковник Гранди, — прошипела Уинстон сквозь плотно сжатые зубы. — Вы что, думаете, что я просто не хочу послать ему подмогу? Во время этой кампании я потеряла слишком много боевых друзей и однополчан. Вы думаете, я не оплакала каждого из них?! Надо платить свою цену за то, что ты солдат, и еще большую, когда ты являешься командиром.
   — Простите, генерал, я не хотел…
   — Конечно, вы не хотели. — Уинстон резко распрямилась, вспышка гнева мгновенно прошла. — Давайте-ка обратим лучше внимание на Ягуаров.
   Уинстон внимательно разглядывала голографическое изображение Когтей Ягуара. Удивительно, насколько точной была полученна от агента Трента информация относительно Лутеры, Пан-сити, Баджеры и других крупных городов и областей вокруг них, настолько же смутным было представление Особого Отряда относительно отдаленных областей Охотницы. Информация о них была скудна и отрывочна в лучшем случае, и поэтому Особый Отряд Змеи скорее мог полагаться на карты, найденные в старом атласе, нежели на якобы точные военные карты.