- Мэгги. Здорово он тебя отделал. Я здесь для того, чтобы попытаться привести тебя в порядок.
   - Чтобы он снова мог мной заняться? - Эмил сжала зубы, чтобы подавить вопль боли, когда девушка принялась омывать ей спину.
   - Точно. Он хочет, чтобы ты еще пожила малость.
   Заметив следы кровоподтеков вокруг глаз девушки, Эмил сказала:
   - А ведь он и к тебе приложил руку.
   - В замке нет ни одной женщины, с которой бы он не проделывал подобных штук. Он умалишенный, этот ублюдок.
   Услышав в голосе Мэгги неприкрытую ненависть, Эмил спросила:
   - Поможешь мне?
   - Могу дать снадобье, которое вырвет тебя из его поганых лап.
   - Да нет, я не о том. - Эмил была поражена, что девушка так легко предложила ей яд, обрекая на трусливый и грешный уход из жизни. - Помоги мне сбежать.
   - Как только выяснится, что тебя нет на месте, меня изрежут на кусочки.
   - Тогда бежим со мной. Черный Парлан или моя семья с радостью примут тебя, если ты мне поможешь. - Эмил заметила, что девушка после этих слов на мгновение замерла, и поняла, что попала в точку. Искушение и в самом деле оказалось сильным. - Он убьет меня, если я останусь в замке. Я умоляю тебя, помоги.
   - Не сомневаюсь, что и меня он тоже убьет.
   - Ну, так поможешь ты мне или нет?
   - Я готова. До тебя мне никто не предлагал места, где я могла бы укрыться. Только я не знаю, что делать.
   - Если мне удастся выбраться во двор замка, сможешь ты вывести меня за его пределы так, чтобы никто не заметил?
   - Это нетрудно. А вот выйти из этой комнаты тебе будет трудновато.
   - Так только кажется. Принеси мне крепкую веревку, и я спущусь из окна во внутренний двор.
   - Неужели ты согласишься на такое? Ты, оказывается, смелая! проговорила Мэгги. Глаза ее расширились от возбуждения.
   Хотя Эмил так и не удалось окончательно убедить Мэгги в реальности подобного плана, ей по крайней мере удалось заручиться согласием девушки принести веревку. Эмил старалась не думать о том, насколько слаба она сейчас. Она была уверена, что страшная судьба, ожидавшая ее, заставит тело напрячь все силы. Если ее ждала смерть, она предпочитала встретить ее при попытке спастись, нежели окончить дни под ударами озверевшего маньяка.
   Она отдыхала, набираясь сил. Побои почти лишили ее возможности передвигаться. Эмил задумалась о Мэгги. Девушка была весьма привлекательной, особенно ее украшали каштановые локоны и продолговатые глаза газели. Нечего было удивляться, что она привлекла внимание Рори. Эмил оставалось надеяться, что искренность девушки равнялась ее красоте и ненависть к Рори была подлинной. Эмил слишком хорошо представляла себе, чем для нее могло обернуться предательство служанки.
   Когда Мэгги снова прокралась в ее комнату, спрятав под пышными юбками одежду и прочную веревку, Эмил почувствовала укол совести. Нельзя же, в самом деле, подозревать всех! Служанка в немом изумлении наблюдала, как Эмил, постанывая от боли, облачалась в костюм пажа, а затем закрепляла на ставнях конец веревки. Наверняка эта простушка думает - Эмил слегка развеселилась, - что все дворяне в той или иной степени безумные.
   - Где Рори? - осведомилась Эмил, проверяя прочность затянутых узлов.
   - Пьянствует в большом зале. Вряд ли он соберется еще куда-нибудь сегодня ночью.
   - Очко в нашу пользу. Он узнает о нашем исчезновении лишь через несколько часов после того, как мы ускользнем. - Эмил взялась за подоконник, давая понять, что намеревается вылезти. - Теперь уходи. Встретимся внизу через несколько минут. - Заметив, что Мэгги недоуменно нахмурилась, Эмил с улыбкой добавила:
   - Я довольно часто проделывала подобные штуки в прошлом. Так что не беспокойся за меня. Даже если я упаду и разобьюсь, такая смерть куда лучше, чем мучения в руках Рори. В его руках мы будем умирать медленно и мучительно, да еще и доставляя этим ему удовольствие.
   Слова Эмил заставили служанку приободриться, что, впрочем, не избавило ее от мысли, что спускаться на веревке из окна сродни сумасшествию.
   - Может, попробовать увести для нас лошадь? Я-то сама ездить верхом не умею, зато ты умеешь, да?
   - Попытайся. Это было бы нам на руку. Но не рискуй слишком. Если о нашем с тобой плане прознают, то конец всему.
   После того как Мэгги удалилась, Эмил произнесла коротенькую молитву, в которой просила Господа помочь служанке. Боль лишила Эмил сил, и она знала, что для них с Мэгги лучше ехать на лошади, чем брести пешком.
   Спускаться вниз по стене на веревке было мучительно тяжело. Малейшее напряжение мышц отзывалось острой болью в израненной спине, тело сотрясалось от напряжения, а кожа мгновенно покрылась холодным потом, служившим доказательством ее слабости. Эмил старалась не думать о том, что будет, если ее поймают при попытке к бегству. Все ее помыслы были сосредоточены на одном: поскорее достичь плит, которыми был вымощен внутренний дворик. Когда она наконец добралась до земли, то некоторое время лежала без движения, опасаясь, что израсходовала все силы.
   - Эй, миледи, ты что, упала? - раздался свистящий шепот Мэгги, укрывавшейся в тени стены. - Поднимайся, я раздобыла лошадь.
   Сильные руки Мэгги без труда водрузили Эмил на спину животного, после чего служанка вывела коня через боковой ход за пределы замка. Только когда они достигли зарослей, что находились к востоку от замка Фергюсонов, Мэгги забралась на лошадь при полном отсутствии какой-либо грации и умения. К тому времени Эмил уже достаточно пришла в себя, чтобы взять в руки поводья.
   - Мы что, едем в горы? - с удивлением спросила Мэгги после того, как они некоторое время пробыли в пути.
   - Да, к Черному Парлану. Подумав, я решила, что Рори первым делом станет искать меня на дороге к дому. До Парлана ближе.
   - Говорят, горцы - жуткие люди. Так по крайней мере я слышала. - В голосе Мэгги звучал страх.
   - Не больше, чем все остальные, Мэгги. Для меня, например - а я живу в приграничной области, - они даже ближе, чем люди из долины.
   - Черный Парлан жарит себе на ужин маленьких детей и ковыряет у себя в зубах их косточками, - с ужасом прошептала Мэгги.
   Эмил улыбнулась:
   - Бедный Парлан. Нет, Мэгги, он этого не делает.
   Возможно, вид у него и грозный, но при этом в нем есть самая настоящая мягкость. И благородство. К примеру, к тем, кто пристает к женщинам, используя силу, он беспощаден. - Она услышала, как Мэгги недоверчиво хихикнула. - Да-да. Он не терпит, когда сильный грубо обращается со слабыми - то есть с детьми и женщинами.
   Поверь мне, я знаю, что говорю, поскольку была с ним близка, как никто. В Дахгленне нет места жестокости. Ну а теперь слушай меня внимательно. Я объясню, как управлять лошадью. Я очень слаба, и может возникнуть необходимость передать поводья тебе. Будет глупо потерять все, если я, к примеру, не доезжая до Дахгленна, упаду в обморок, а ты останешься стоять в чистом поле, потому что не знаешь, как натягивать поводья.
   К большому облегчению Эмил, Мэгги продемонстрировала природную склонность к верховой езде. Она сможет, подумала Эмил, управлять конем, если того потребуют обстоятельства. Обучению во многом способствовала и лошадь, на которой они ехали, - это было покорное животное, чутко реагировавшее на малейшие движения всадниц. Скоро Мэгги вполне освоилась и научилась правильно натягивать поводья, чем значительно облегчила тяжесть, давившую на исхлестанные кнутом плечи Эмил.
   Когда взошло солнце, распухшие глаза Эмил почти перестали видеть, ее голова устало клонилась вниз, в животе бурлило. По настоянию Мэгги они сделали остановку, и Эмил опорожнила желудок, после чего провалилась в беспамятство.
   Она очнулась, когда Мэгги положила ей на глаза полоску мокрой ткани и от ощущения того, что они потеряли много времени. Застонав, Эмил присела, сразу же при этом выяснив, что все еще ничего не видит.
   - Тебе нужно было перебросить меня через седло и продолжать ехать, слабым голосом произнесла она, без особого, впрочем, осуждения.
   - Тебе было необходимо отдохнуть, миледи. Я-то надеялась, что с глазами у тебя будет малость получше, да только зря. Они очень сильно распухли, так что даже и щелки не видно.
   - Да, наше ночное бегство только ухудшило мое состояние. Я вижу лишь узкую полоску света, да и то с трудом.
   Где находится солнце?
   - Прямо над головой, миледи. Далеко нам еще?
   - Когда доедем до замка, то совсем стемнеет. И это при условии, что мы будем ехать без остановок. Сейчас Рори, наверное, уже знает, что я убежала.
   - Может, и знает. Все будет зависеть от того, кто обнаружит твое отсутствие первым, миледи. И посчитает ли нужным докладывать об этом Рори. Лэрд не любит, когда его будят слишком рано, особенно если сообщают дурные новости. Люди могут поостеречься идти к нему с такой вестью.
   - Тогда давай молиться, чтобы всякий, кто заметит мое отсутствие, оказался трусом. Нам надо ехать на восток. Помоги мне влезть на лошадь.
   - Тебе надо сесть передо мной. Тогда мне будет легче тебя поймать, если тебе сделается дурно.
   Попытка вскарабкаться на спину лошади лишила Эмил почти всех сил, но она усилием воли старалась по возможности держаться прямо. Служанка охватила ее руками, чтобы держать поводья и не дать ей упасть в случае обморока. Падение с лошади, несомненно, окончательно бы доконало Эмил.
   - Я не пожалела бы состояния своего отца, чтобы выяснить, кто нас предал, - пробормотала она, когда они с Мэгги наконец снова отправились в путь.
   - Женщина, - ответила Мэгги. - Я ее видела. И даже слышала, как она рассказывала Рори о том, где вас можно застать врасплох.
   - Кто это был? Как ее звали? - Эмил, признаться, давно уже догадывалась, как звали эту женщину, но не хотела давать воли воображению, понимая, что ревность, которую она испытывала к Кэтрин, могла предопределить ее выводы.
   - Имени я не знаю, зато могу рассказать, как она выглядела. Очень красивая, и у нее великолепные каштановые волосы. Она еще говорила, что хочет, чтобы тебя, миледи, вытащили из постели Черного Парлана. Для того, стало быть, чтобы она сама могла в нее залезть. Эта женщина гостила в Дахгленне и считала, что, стоит тебе исчезнуть, она сможет занять твое место.
   - Кэтрин. Точно, она. Нет сомнения, что эта шлюха сейчас врачует раны Парлана, чтобы потом получить возможность врачевать его сердце.
   ***
   Кэтрин решила, что за все свои старания по уходу за Парланом она не получила и сотой доли той благодарности, на которую рассчитывала. Ей даже не удалось ни разу остаться с Черным Парланом наедине, поскольку старая Мег постоянно совалась со своими заботами, мешая Кэтрин и заставляя ее едва ли не вопить от раздражения. Единственное, что позволяло ей сдерживаться, была мысль, что Эмил приходится несладко в руках Рори. Она знала, что Рори постарается проучить девицу, если, разумеется, не убьет сгоряча. Представляя себе все это, Кэтрин наконец смогла улыбнуться и снова принялась ухаживать за пребывавшим в дурном расположении духа Парланом.
   Дважды он поднимался с постели, но только растравлял рану, потому что всякий раз кровотечение возобновлялось.
   Наконец здравый смысл возобладал, а угрозы связать его и напоить возымели действие, и лэрд остался в постели. Лежать и знать, что в это время, возможно, жизнь Эмил в опасности, было для него худшей из мук. И он превратил в ад жизнь всех, кто его окружал, бросался без всякой причины на каждого, кто подворачивался под руку.
   - То, что ты рычишь, как дикий зверь, на своих друзей и родных, ничуть не поможет девушке, - проворчала старая Мег, перевязав Парлану рану. Предварительно она потребовала, чтобы Кэтрин вышла из комнаты и оставила их с Парланом наедине.
   Тот вздохнул:
   - Извини, Мег. Просто стоит мне представить себе, как этот подонок издевается над Эмил, и я начинаю сходить с ума. Она мучается - а я валяюсь тут беспомощный на кровати и ничего не могу для нее сделать.
   - Отправь своих людей в набег. Малколм и Лаган умеют воевать и знают толк в маневрах. Ты, кстати, мог бы поработать головой - вместо того чтобы бросаться на людей. Она-то у тебя в порядке.
   - Набег должен совершить я сам. Ведь в том случае, если Эмил вернется, больше всех выиграю я.
   - Думаю, что такого рода соображения твоих людей волнуют мало. Они всегда готовы обнажить мечи против Ферпосонов - вне зависимости от причины.
   - Ты, как всегда, права. Придется мне спрятать гордость в карман и позволить другим сражаться за себя. Позови Лагана. И еще Лейта - если он все еще в моем замке.
   Давно уже пора вернуть Эмил.
   ***
   Отряд выехал из замка и поскакал в сторону владений Фергюсонов несколькими часами позже. Выбрали такое время, чтобы подъехать к цели под покровом темноты. Добровольцев вызвалось множество - отобрали самых лучших.
   Лейт скакал между Малколмом и Лаганом, мрачно улыбаясь при мыслях об отце. То-то бы Лахлан удивился, узнав, что его сын принял участие в набеге Макгуинов. Обдумав этот вопрос, Лейт пришел к выводу, что реакция отца его занимает мало. Эмил значила для него куда больше, чем одобрение или неодобрение родителя. Оставалось только молить Бога, чтобы они не опоздали.
   ***
   Мэгги сидела и печально смотрела на лежавшую перед ней на земле Эмил. Оставалось только удивляться, что им удалось уехать так далеко. Еще некоторое время после того, как Эмил потеряла сознание, Мэгги упорно продолжала двигаться вперед. Но наконец удерживать бесчувственную женщину ей стало непереносимо тяжело, и она была вынуждена сделать остановку.
   Служанка перебинтовала раны Эмил и теперь сидела и ждала, когда та очнется. Больше делать было нечего. Домой вернуться она не могла - да, признаться, и не хотела. Она вообще не могла теперь передвигаться, в противном случае ей пришлось бы бросить Эмил на дороге. Теперь ее жизнь была связана с этой лежавшей без сознания девушкой.
   Когда послышался топот копыт, первым побуждением Мэгги было подняться и убежать. Но тут она поняла, что лошади движутся по направлению к землям Фергюсонов.
   Скрываясь в густой тени деревьев, она пробралась поближе к тропинке, по которой ехали всадники. Узнав цвета клана Макгуинов, в которые были облачены верховые, Мэгги метнулась из укрытия, отчаянно размахивая руками и вопя во все горло, позабыв о том, что ей может угрожать опасность.
   Всадники осадили коней. Затем с лошади соскочил крупный мужчина и приблизился к девушке, ругая ее на чем свет стоит.
   - Куда ты лезешь, дурочка? Мы же едва тебя не затоптали. Есть хотя бы унция разума в этой глупой голове?
   - Скажите, вы из Дахгленна? Вы люди Макгуина? - спросила она, вглядываясь ему в лицо.
   - Да, - ответил за Малколма Лаган. - А ты кто такая?
   - Мэгги Робинсон. Вам больше никуда не надо спешить. У меня есть то, что вы ищете. Ведь вы разыскиваете Эмил Менгус?
   - Где она? - закричал Лейт, соскакивая с коня.
   - Сюда. - Мэгги повела людей к Эмил, инстинктивно опасаясь их прикосновений. Пребывание в замке Рори научило ее тому, что эти прикосновения могут быть ужасными.
   - Боже мой! - простонал Лейт, становясь на колени рядом с лежавшей на земле Эмил. Его примеру последовали Малколм и Лаган. - Скажи, он ее изнасиловал?
   - Нет. Не знаю почему. Наверное, хотел, чтобы она помучилась в ожидании этого. Он ведь умалишенный.
   - Ax бедняжка, - только и сказал Малколм, и его светло-карие глаза увлажнились.
   - Поосторожнее, - предупредила Мэгги, когда Малжолм нагнулся, чтобы взять девушку на руки. - Она вся исполосована кнутом.
   Когда они наконец нашли способ перенести Эмил, не причиняя той боли, Мэгги рассказала, как они с Эмил бежали от Рори. Девушка ни разу не упомянула о том, что Эмил обещала позаботиться о ней. Тем не менее те же заверения она получила от мужчин, которые бережно переносили Эмил.
   Их слова ободрили Мэгги, и она - совсем уже в другом настроении забралась на свою лошадь, вежливо отклонив приглашения кое-кого из мужчин поехать с ними вместе.
   Несколько всадников прикрывали отход, в то время как основная группа повернула в сторону Дахгленна. Оставшиеся должны были выяснить, нет ли погони со стороны Ферпосонов, а если таковая обнаружилась бы, перебить преследователей.
   Итак, отряд направился в сторону Дахгленна. Кое-кто был бы рад отомстить за мучения Эмил, но все знали, что куда важнее доставить ее поскорее в замок. Кроме того, люди Парлана понимали, что лэрд наверняка пожелает лично отомстить обидчику Эмил.
   - Малколм, та девушка снова начинает от нас отставать.
   Постарайся ее убедить, чтобы она согласилась ехать с кем-нибудь из наших, - сказал Латан через некоторое время.
   Эмил, которая совершенно неожиданно пришла в себя и обнаружила, что находится в объятиях брата, услышала приказ Лагана и проговорила:
   - Она не согласится. Она приходит в ужас, когда до нее дотрагивается мужчина.
   - Ясно. Я заметил у нее синяки. - Лицо Малколма потемнело от гнева. Стало быть, Фергюсон и ее поколачивал. - Он все же начал поворачивать коня, чтобы вернуться за Мэгги. - Я сам возьму ее поводья. Этого будет вполне достаточно, чтобы она держалась с нами вровень.
   - Как ты себя чувствуешь? - спросил Лейт, ненависть которого к Рори Фергюсону увеличивалась по мере того, как он рассматривал изуродованное лицо сестры.
   - Черт знает как, - вздохнула девушка. - Без помощи Мэгги мне бы ничего не удалось сделать. Нужно найти для нее местечко в замке.
   - Обязательно найдем, моя радость. Можешь об этом не волноваться. Как только я тебя увидел, то сразу понял, что ты ей обязана жизнью.
   - Как поживает Парлан?
   - Теперь лучше, - ответил Лейт. - После того как мы угрозами заставили его оставаться в постели. А ведь ему смерть как хотелось поехать с нами.
   На распухших губах девушки появилась улыбка. Она представила себе Парлана, прикованного к постели раной и измучившего всех домочадцев. Когда она стала впадать в беспамятство снова, то вспомнила: существует нечто важное, о чем она должна была рассказать Лейту. Но с этим ей пришлось подождать.
   ***
   Рев Парлана был слышен еще до того, как его вооруженные люди успели войти в замок. Он услышал, что его люди вернулись значительно раньше, чем предполагалось, и теперь желал знать, что произошло. Призывы Кэтрин лежать спокойно вызывали только ругательства. Она пожалела, что не прислушалась к внутреннему голосу и не уехала из замка, когда открылась дверь и люди во главе с Малколмом внесли в спальню ту самую девушку, о которой она уже думала как о покойнице.
   Мэгги заметила попытку Кэтрин выскользнуть из комнаты и поторопилась во всеуслышание заявить:
   - Это она! Та самая женщина, которая сказала Рори Фергюсону, где искать госпожу Эмил.
   Кэтрин выбежала из комнаты. За ней уже хотел было устремиться Лаган, но Парлан остановил его;
   - Теперь она не посмеет показать свое лживое лицо ни здесь, ни в любом другом месте, где будем мы. Остаток своей жизни она проведет в мучениях, поскольку мы поставим в известность о ее предательстве всех, кого только можно, и все двери перед ней будут закрыты. Этого вполне достаточно. Расскажи лучше, что произошло?
   Мэгги пришлось повторить историю с самого начала, а старая Мег тем временем занялась Эмил, уложив ее на широкую постель рядом с Парланом по его настоянию. Пока Мэгги говорила, взгляд его темных глаз ни на секунду не отрывался от лица Эмил. Степень жестокостей и издевательств, которым подверг ее Рори, выявилась окончательно, когда старая Мег раздела девушку. Хотя Парлан исходил чудовищной яростью, разглядев раны любимой, он вдруг ощутил желание оплакать ее страдания.
   - Бедная, бедная девчушка, - причитала старая Мег, не сводя проницательного взгляда с лица Парлана. - Однако могло быть и хуже. Она могла потерять ребенка.
   - Что? - шепотом спросил Парлан, нарушая мгновенно установившуюся в комнате тишину.
   - Ребенка, я говорю, олух ты олух. А уж как ты старался ради этого любо-дорого было смотреть. Так что радуйся - свершилось.
   - Эмил вынашивает моего ребенка? - озадаченно переспросил он, не сводя изумленного взгляда со стройной талии девушки, поскольку простыни закрывали только ее бедра.
   - Ага. На этот раз ты не стал разбрасывать доброе семя на все четыре стороны. Я догадалась о том, что она забеременела, уже довольно давно. Так что жди - скоро она начнет округляться. То, что находится у нее внутри, держится хорошо и крепко. Даже Фергюсону оказалось не под силу стряхнуть яблочко с деревца, хотя он старался изо всех сил.
   - Но почему она ничего не сказала мне? - Парлан дрожащей рукой отвел волосы с покрытого синяками и кровоподтеками лица Эмил.
   - Не думаю, что она об этом знала, - вдруг заговорила Мэгги. - Пару раз ее тошнило, но ей-то казалось, что это от побоев. Я ходила за ней по приказу хозяина. Нет, она ни о чем не подозревала.
   - Теперь ты должен на ней жениться, - сказал Лейт. - И к черту выкуп.
   - Да, я должен это сделать. Если ты помнишь, я говорил тебе об этом как раз перед нападением Рори Фергюсона. - Лейт кивнул, а руки Парлана сжались в кулаки. - Одной смерти для этого негодяя мало. Как жаль, что я не могу убить его несколько раз. Но он - клянусь Богом! - сам будет валяться у меня в ногах, вымаливая смерть!
   Эмил сквозь пелену забытья слышала этот столь знакомый и любезный ее сердцу рев, который, как бы ни был грозен, не пугал, а лишь радовал ее.
   - Парлан?
   Он поймал ее маленькую руку и сжал ее.
   - Это я, малышка. Теперь ты в Дахгленне в полной безопасности. И снова в моей постели.
   - Я хочу рассказать тебе о Кэтрин, Парлан. Это она предала тебя.
   - Мы уже знаем. В будущем она не сможет нам вредить. Она побоится снова попасться нам на глаза.
   Эмил кивнула, жалея только об одном - что она не может видеть его лица.
   - Ты все еще сердишься, что я приказала Элфкингу увезти тебя с места засады? Рори тебя бы убил!
   - Да, убил бы, хотя и обещал Кэтрин, что не станет этого делать. Нет, конечно же, не сержусь, хотя, признаться, в тот момент я был в ярости.
   Ей удалось изобразить на губах улыбку.
   - Я тогда не знала, что он хочет и меня убить, поэтому мой поступок казался мне наиболее разумным выходом...
   - Понятно. Надо было мне рассказать тебе о Рори, но я не хотел тебя зря пугать и, кроме того, считал, что в Дахгленне ты в полной безопасности. - Парлан взглянул на Лагана и Малколма. - Слышу, наш арьергард возвращается. Подите узнайте, не было ли стычки. Старая Мег, проводи Мэгги в ее комнату.
   - Хм, - буркнула старая Мег, выводя Мэгги из спальни. - Возлежит на кровати и отдает приказания - прямо как король какой-нибудь!
   - Лейт еще здесь?
   - Рядом с тобой, Эмил. - Лейт подошел к кровати.
   - Я должна поговорить с отцом, - сказала Эмил и содрогнулась при воспоминании о тех откровениях, которыми одарил ее Рори в промежутках между сеансами порки.
   - Да, Лейт, - прорычал Парлан. - Пригласи своего напашу. Пусть сам увидит, как человек, которого он избрал в мужья своей дочери, с ней обошелся. - Он сокрушенно покачал головой. - Вот доказательство его безумия, которое мы искали, хотя - видит Бог - я не хотел, чтобы оно досталось нам такой ценой.
   Лейт вышел из комнаты, прежде чем Эмил смогла добавить что-либо. Ему не терпелось дать знать отцу, что слухи о безумии Рори Фергюсона оказались истинной правдой. Теперь-то свадьбе не бывать. Даже Лахлан Менгус не мог отдать свою дочь в руки подобного человека.
   - Скажи, Эмил, он тебя изнасиловал? - спросил Парлан, сообразив, что никто не сказал ни слова по этому поводу, и опасаясь услышать худшее.
   - Нет, Парлан. Он знал, что, несмотря на мою браваду, я боюсь этого больше всего на свете, и решил отложить...
   Он хотел, чтобы я как можно дольше мучилась.
   - Клянусь, для меня это не имело бы никакого значения - в том смысле, что я не посчитал бы изнасилование Худшим из изуверств Рори. - Парлан провел пальцем по испятнанной кровоподтеками щеке Эмил. - Он заплатит за каждый синяк, за каждый рубец. Клянусь тебе.
   - Он не из тех, кто будет сражаться честно, Парлан.
   Можешь не тешить себя иллюзиями, что он будет противостоять тебе с мечом в руке лицом к лицу.
   - Об этом я знаю хорошо, так что можешь за меня не беспокоиться, малышка. Мне приходилось иметь дело с гадами ползучими вроде Рори и раньше, так что я умею обращаться с ними.
   - Не уходи! - воскликнула она, когда он попытался было высвободить руку из ее слабых пальцев.
   - Куда же я пойду с дырой в ноге? - поддразнил он ее тихонько. Просто я хочу, чтобы ты отдохнула, Эмил.
   Отдых - вот лучшее лекарство.
   - Похоже, что ничего другого мне не остается, - пробормотала она, чувствуя, что снова проваливается в черноту.
   Когда Эмил заснула или, вернее, провалилась в забытье, он принялся внимательно осматривать ее. Казалось чудом, что она была еще жива, не говоря уже о том, что в таком ужасном состоянии она оказалась способна совершить побег.
   Осторожно, так, чтобы не потревожить ее ран, он провел пальцем по ее животу - по тому самому месту, где зрело вложенное им семя. Провел - и подивился, что все обрушившиеся на нее беды не лишили их этого столь драгоценного дара. Дитя стремилось к появлению на свет со всем упорством, присущим его родителям. Если бы Рори знал о беременности Эмил или просто продержал ее у себя еще несколько дней, подумал Парлан, то ребенок был бы потерян для них навсегда.
   - Скажи, Мег, не опасно, что она все время спит? - спросил Парлан старуху, когда та появилась с подносом, уставленным холодными закусками, предназначавшимися для больных.
   - Это естественный сон, - сообщила та, присмотревшись к тому, как спит Эмил. - Так уж эта девица зализывает раны. Ребенок, кстати, тоже может иметь к этому отношение.