Васк протирал глаза и смотрел вокруг себя.
   — Может, быть, я умер, — мечтательно спросил он. — Может быть, я у предков? Да нет, я вижу здесь машины, а там не должно быть машин!
   Какое-то время он смотрел на Хассила, потом на Ровна и, наконец, на Акки.
   — Вам удалось спастись, чужеземец? А я — я же был задет! В таком случае я должен быть мертв!
   — Вы живы. Мой друг Хассил прибыл вовремя и убил, тарека.
   — Я прибыл слишком поздно, — сказал исс, — хорошо, что Акки убил животное ножом, чтобы вас спасти, при этом почти расставшись с жизнью.
   Он поедал Акки свою мысль:
   — Хватит скромничать! Так оно и было, и это нам пригодится для наших будущих отношений с его народом, пусть он это знает!
   — Ножом! Вы его убили ножом?
   — Нет, только ранил. Хассил его прикончил фульгуратором.
   — Если вы его ранили, это все равно, что убили, он не сможет выжить.
   — В таком случае это сделали вы вашей стрелой!
   Васк с раздражением пожал плечами.
   — Откуда же вы прибыли? Стрелой нельзя убить тарека, если не попасть ему в сердце. Иначе рана будет слишком миленькой, кровь не будет течь и он выживет. Нужен нож, но очень редко, кто может смертельно ранить тарека и остаться живым!
   Жестом, полным благородства, он протянул свои руки.
   — Вы спасли мне жизнь и если вы не из берандийцев, я буду вам обязан до тех пор, пока не смогу сам отплатить вам тем же, и буду вашим другом на всю жизнь.
   — А если бы я был берандийцем?
   — В этом случае я должен был бы вам только цену за себя — пять слитков золота.
   Он повернулся к Роану.
   — А это берандиец. Что он здесь делает?
   — Он вынужден бежать со своей родины.
   — Он просит убежища?
   — Во имя Земли, я прошу убежища, — медленно произнес Роан. — Тогда ступайте с миром.
   — Что все это означает? — спросил Акки.
   — Это означает, мой дорогой друг, — ответил берандиец, — для того, чтобы вам избежать неприятностей, а также потому Что я не разделяю предубеждений моего народа в отношении васков, я попросил у них гостеприимства, обязуясь этим никогда не брать в руки оружия против них. Что делает из меня, если говорить о Берандии, вечного изгнанника.
   — Что-то подобное существовало у Креннов, до объединения их мира, — сказал Хассил. — Все первобытные или почти первобытные народы дают убежище врагам по их просьбе.
   Юноша размышлял.
   — Как же произошло, что вы не будучи берандийцем и вот он, кто походит на бринна не будучи им, так хорошо говорите на языке васков? Что касается его (он указал на Ровна), нет ничего удивительного. Кое-кто из берандийцев знает наш язык.
   — Мы не говорим на вашем языке, — ответил Акки и объяснил как .они могут обмениваться мыслями.
   Молодой человек с удивлением слушал.
   — У вас поручение, которое вы должны исполнить? Позвольте мне об этом доложить Совету Долин.
   — Мы можем передвигаться быстрее с помощью нашего гравилета. Они прошли к пульту управления, и Хассил включил внешний экран. Далеко внизу обозначились склоны, по которым двигались какие-то животные.
   — Мон овцы! — закричал васк. — Мы же летим словно орлы!
   — Орлы? — спросил координатор. Это земные птицы или же вы дали это название каким-либо летающим формам этой планеты?
   — Это земные птицы, — сказал васк с гордостью. — Там, где живут васки, живут орлы. Предки привезли их с собой. Мы их кормили до тех пор, пока дикие земные животные смогли расплодиться настолько, чтобы орлам было чем питаться на воле. Впрочем, теперь они могут питаться также животными этой планеты, во всяком случае некоторыми, совсем как мы. Высадите меня на землю, я должен отогнать свое стадо, день уже угасает.
   — Сможете ли вы нас проводить к вашему народу?
   — Я должен отогнать свое стадо. Деревня находится в верхней долине, позади этой горы. Вас там хорошо примут… если я смогу прибыть раньше вас.
   — Хорошо. Мы будем за вами следить сверху.

Глава 2
ДЕРЕВНЯ СРЕДИ ВЕРШИН

   В сумерках деревня выделялась более темным пятном на склоне горы, над горным потоком. Хассил включил экран ночного видения и довольно четко обозначились дома с их широкими крышами и с навесами со стороны фасадов. Внешние балки были выкрашены красно-коричневой краской. В центре деревни, на большой площади, высилась белая стена с округленным верхом, от которой, чуть ниже, отходила другая, перпендикулярная ей стена. Почти со всех сторон сходились стада овец, коров и других, не знакомых координаторам животных этой планеты.
   Они подождали, пока все стада возвратятся в свои стойла, чтобы не напугать животных, затем гравилет опустился вертикально на площадь. Подошла группа мужчин, которую вел юный пастух. Все они были высокого роста, худощавые, но широкоплечие, их лица повторяли характерные .черты молодого васка. Худой, державшийся прямо старик, в руках которого был посох с резьбой, подошел к гравилету.
   — Чужеземцы, вы пришли с миром, и земля васков будет для вас гостеприимной. Однако вы не васки и не можете на ней обосноваться, по крайней мере пока не попросите убежища, — сказал он торжественно.
   — Я не имею желания здесь обосновываться, — ответил Акки. Старик улыбнулся.
   — Эти слова в качестве Хранителя Обычаев я обязан был вам сказать. Теперь позвольте мне вас поблагодарить за то, что вы спасли моего внука Икера. И сказать вам также, что в наших хрониках известны только три случая, когда тареков убивали ножом. Два первых были убиты Драотцом!
   — Мне повезло, и мой друг Хассил прибыл вовремя, чтобы добить зверя, до того как он смог убить меня.
   — Икер мне сказал, что у вас есть к нам поручение. Каким бы оно ни было, должен решать Совет Долин. До того, как он соберется, вы будете моими гостями.
   Дом возвышался над потоком, через который был перекинут каменный мост. Спустившаяся ночь наполнилась незнакомыми шумами — гулом реки, криками домашних животных, отдаленными завываниями незнакомых зверей, охотившихся в горах, голосами мужчин, смехом детей. Все это под красноватым светом Лооны создавало новую для Акки картину, сильно отличавшуюся от того, что было ему знакомо в других местах. Это были не безмятежный покой Эллы, где не увидишь стоящих рядом трех домов, не исполненное силы спокойствие городов на Арборе, не гордая беззаботность Новатерры. Тем более это не было трусливым молчанием Вермонта — столицы берандийцев, которое тревожила лишь перекличка часовых, и ничто не шло в сравнение с давящей необъятностью, которую он когда-то испытал в степях Дзеи, когда ночной ветер шептался в травах и краснел огонь у входа в пещеры палеолита. Это просто спустилась ночь на пасторальную цивилизацию, вечерний покой, когда стада вернулись и работы были закончены, люди наслаждались досугом перед сном. Неясно вначале, а затем вполне осознанно он пожелал насладиться хоть на время этим покоем.
   Дом был просторный, обставленный массивной деревянной резной мебелью. Они сели вокруг тяжеловесного стола на скамьи. Старик позвал, и вошли две женщины.
   Одна из них — среднего возраста, высокая и стройная, в ней, пожалуй, было больше величия, чем изящества. Похоже, что раньше она была очень красива. Вторая — совсем юная, тонкая и гибкая, с черными как ночь волосами и темными глазами, с чертами лица, которые, не будучи совершенно правильными, имели особую красоту, освещенную тайнами души.
   — Моя сестра. Моя внучка Арги. Это все, что осталось от семьи Иригарая, еще Икер и я сам. Остальные… Он повернулся к Роану.
   — Остальные были убиты вашими! О! Я вас не обвиняю в смерти моих трех сыновей, они пали в боях. Но моя жена и их мать… Одна из ваших экспедиций их уничтожила, в то время мы жили ниже, ближе к границе. Я знаю, что это были не ваши люди, граф Роан, я вас знаю и знаю также, что вы никогда не допускали убийства женщин и детей вашими солдатами. Но другие… Ваш барон Неталь, например.
   — Мне тоже придется свести с ним счеты, как только закончится моя миссия, — сказал Акки. — Знаете ли вы, что этот Неталь велел убить герцога Верандии и захватил власть?
   — Нет. Это слишком серьезно и означает скорую войну. Что случилось с юной герцогиней?
   — Ей удалось бежать с помощью капитана лучников…
   — И с вашей, сеньор, — прервал Роан.
   — Это неважно. Она постарается найти убежище у изгнанников.
   — Хм! — сказал васк. — Среди изгнанников есть жестокие люди, было бы лучше попросить убежище у нас.
   — Поверьте, что она это сделает, лишь потеряв последнюю надежду. Мы должны попытаться найти ее в течение нескольких дней.
   Женщины подали золотистый медовый напиток.
   — За успех вашей миссии, чужеземцы, если она не будет враждебна для нас! — сказал старый Иригарай. — И за войну тоже. Пусть она будет победной. И за будущее Берандии. Пусть ею правят справедливые люди!
   На столе на длинном блюде дымилась почти целая туша оленя. Глиняные тарелки были немного грубоваты, но красивой формы..
   — Ваш друг, похожий на бринна, сможет ли он разделить с нами трапезу? — обеспокоился васк. — Бринны совсем не могут есть нашу пищу.
   — Хассил может есть это мясо. Ни один из продуктов, которые мы употребляем, не ядовит для него. В противном случае и нам пришлось бы избегать их пищу.
   Акки с удивлением отметил, что женщина средних лет занимала почетное место и правила за столом. Однако все то, что он успел заметить в деревне, не говорило о матриархате.
   — Вы окажете нам честь, расположившись на ночлег под нашей крышей, чужеземцы? — спросила она. — Места у нас, к счастью, хватает.
   — Благодарю вас, — ответил Акки.
   Из-за дворцового переворота в Вермонте время торопило, и, все, что могло его сблизить с васками, было сейчас насущно необходимо. Он почувствовал, что его ноги что-то коснулось, наклонился и взял на руки небольшое животное.
   — Это миссдольс! Нет, земной кот.
   Кошка запротестовала, ощетинилась и показала клыки.
   — Не сделайте ему больно, чужеземец, — крикнула девушка. — Это мой кот!
   — Да я и не хотел этого! Посмотрите.
   Успокоенный, кот свернулся калачиком у него на коленях.
   — У нас тоже есть кошки на нашей планете.
   — А где ваша планета? — спросил старик.
   — Далеко, очень далеко. Я обо всем этом расскажу на Совете Долин. Так, кажется, называется ваше правительство?
   — Какое правительство? У нас нет правительства! Васки — .свободный народ!
   — Но как же вы решаете споры между деревнями или между людьми?
   — Совет выслушивает и сравнивает противные стороны и принимает решение.
   — И оно соблюдается?
   — И да и нет. Если нет, то тем хуже для того, кто не подчиняется. Он сам себя исключает из общества, и никто с ним не разговаривает до тех пор, пока он не подчинится.
   В течение какого-то времени они ели молча. Акки чувствовал себя охваченным атмосферой спокойной уверенности, которая исходила от всех васков в этом доме. Хассил это тоже почувствовал и сказал:
   — Они делают честь твоей расе, Акки.
   — Не будем судить строго. В Берандии тоже есть славные люди. По окончании обеда они сели около большого камина, где потрескивали дрова. Выла еще весна, и в горах ночи стояли прохладные. Открылась дверь, вошел молодой мужчина. Он тоже был высокого роста и полностью представлял собой этнический тип хозяев. Иригарай его представил.
   — Отсо Иратзабаль, он скоро будет мужем моей внучки. Юноша сел рядом с девушкой, и между ними сразу же начался оживленный разговор. Отсо вернулся из разведки на нижних территориях. Вблизи берандийской границы он заметил сосредоточение войск на территории Берандии, около входа в долину, которая вела к деревне.
   — Вы не боитесь, что вас атакуют этой же ночью? — спросил Акки.
   — Нет. Им вначале необходимо преодолеть теснины Арритзаменди, которые постоянно охраняются. Или же они должны идти в обход через перевал Уршило и плато Ордоки. Дальше к северу проход через Эзюретаколепоа, но у бриннов там большие силы, это для них священное место, несмотря на то, что находится оно на земле васков. С нашего согласия они его усиленно охраняют. Нет, берандийцам понадобилось бы две недели, чтобы представлять настоящую угрозу. До тех пор Совет соберется, и мы вновь по ним ударим.
   — Хотел бы и я так думать, — спокойно сказал Хассил. Волна гнева пробежала по маленькой группе васков, Акки с удивлением взглянул на исса.
   — Оружие предков, Акки. Теперь, когда Неталь стал герцогом, у него ключи от арсенала. Это он должен был сделать в первую очередь. Акка поморщился.
   — Действительно, Иригарай, мы не подумали об этом. У них оста-лося", о чем мне рассказал герцог, кое-какое оружие, привезенное с Земли, хотя я не знаю, что это за оружие.
   — Они его никогда не использовали против нас, а бринны, те, которые испытали на себе его силу, не вернулись… и не могли рассказать что-либо об этом оружии, — озабоченно сказал старый васк.
   — Я его знаю, — вмешался Роан. — Я побывал в арсенале при старом герцоге, дедушке Анны. Там имеется оружие, похожее на ваши фульгураторы, Акки. Вполне возможно, оно неисправно, хотя в Берандии, конечно, ходят другие слухи! Имеются также ружья, пулеметы, пушки, и для них — большое количество боеприпасов!
   — Но вы будете на нашей стороне, не так ли? — сказал Иратзабаль, повернувшись к Акки.
   Смущенный координатор попытался выиграть время.
   — В этой войне, в настоящее время, мои симпатии На вашей стороне. Но вначале мы должны рассказать вашему Совету о задачах нашей миссии и услышать его версию всей вашей истории. Берандийцы обвиняют вас в том, что вы не помогли им, когда они терпели бедствие…
   — Это ложь! Мы им предложили .помощь, при условии, конечно, что они признают наш суверенитет на этой земле, оставят свои машины и будут следовать Жизненному Пути!
   — А также, чтобы они не уничтожали наших союзников бриннов, как они уже начали это делать, — добавила юная Арги.
   — Это правда, Роан?
   — Частично. Действительно состоялись переговоры между их и нашими предками, переговоры, которые не имели успеха. Условия, поставленные васками, были жесткими, вы это могли видеть. Наши предки были горды и отказались.
   — Они были глупы, — вмешался Икер.
   Старый васк выпрямился во весь свой рост.
   — Спокойно, Икер! Нельзя ругать изгнанника, который попросил убежища и который, к тому же, пожилой человек!
   Молодой человек с достоинством поклонился.
   — Извините мне мою молодость, господин Роан.
   — Тем не менее вы правы. Они были глупы не только потому, что не хотели принять ваши законы и пытались навязать вам свои, но главным образом потому, что плохо обращались с бриннами.
   — Прошлое мертво! Уже поздно, и наши гости устали. Скоро свет засверкает на вершинах. Идемте спать, — сказал как отрезал старые васк.
   Акки с трудом просыпался. Он с любопытством рассматривал коричневые балки потолка, стены, выбеленные известью, массивную мебель. Он Хорошо выспался на постели .с чистыми простынями из грубой ткани. На другой постели, в той же комнате, Хассил тихонько насвистывал исскую мелодию, раздражающую своей сложностью. Было довольно светло, и все в деревне уже давно проснулись. Координаторы быстро оделись и прошли в общий зал. Иригарай уже поджидал их там.
   — Совет соберется как можно скорее и состоится здесь в вашу честь. Ночью были зажжены призывные огни, и члены Совета, таким образом, предупреждены.
   — Сколько времени им потребуется, чтобы прибыть?
   — Относительно немного для тех, кто в долинах. Семь Долин расположены в виде звезды, и деревни находятся в верхней их части. Проходы в эту пору нетрудные. Но тем, из порта Биаррица, потребуется дней десять. Вы уже ели? Арги!
   Девушка вошла, и Акки смог впервые увидеть ее днем, а не при свете масляных ламп. Она по-своему была так же красива, как и герцогиня Анна: почти одного с ней возраста, такая же сильная, уверенная в себе, но более спокойная. Арги поставила перед ними мясо и черный хлеб, а также графин с напитжом, который васки получали из плодов одной из лиан с красными листьями.
   В дверном проеме мелькнула тень, появился Отсо. Он почтительно обратился к старому Иригараю.
   — Отец, не могли бы вы попросить чужеземцев переместить их металлическую птицу, которая находится перед фронтоном?
   Старик объяснил, что площадка, на которой они приземлились, была предназначена для игры в мяч, а поскольку был день отдыха, то, кроме часовых в их горных гнездах и кузнецов, кующих оружие, никто из мужчин не работал.
   — Охотно. Где нам посадить гравилет, чтобы он никому не мешал?
   — На лугу.
   — Я иду, — сказал Хассил.
   Гравилет вертикально взмыл а небо.
   Четверо юношей подошли и начали игру. Акки восхищался их гибкостью и ловкостью. Действительно, эти васки были прекрасными образцами землян. И хотя у Акки не было никакой склонности к древней философии, он предпочитал античные мифы васков берандийской Средневековой мешанине.
   Самым быстрым, самым уверенным был бесспорно Отсо, и самым спокойным тоже. У него не срывалось ни жеста досады, ни бранного слова, когда он случайно пропускай мяч.
   Партия окончилась и Акки поднялся.
   — Могу я тоже попробовать?
   Удивленные васки посмотрели друг на друга, затем один из них, смеясь, протянул ему мяч. Акки взвесил его на руке, ощупал. Мяч был очень твердый, обтянутый кожей. Он подбросил его и резко послал в стену. Мяч ударился о фронтон, отскочил. Он оказался именно там, где нужно, чтобы его вновь подхватить. Один из юношей Вступил в игру, и в течение нескольких минут они обменивались быстрыми бросками.
   Отсо подошел к Акки.
   — Похоже, игра вам знакома?
   — Она же пришла к вам с Земли, не так ли?
   — Да, но она всегда была нашей игрой. Другие земляне приняли ее и играли более или менее сносно…
   — Мы, на нашей планете, тоже ее знаем.
   — Хотите сыграем настоящую партию?
   — Каковы ваши правила?
   Отсо объяснил.
   — Они незначительно отличаются от наших. Согласен. Несмотря на то, что на Новатерре Акки был чемпионом по игре в пелот, он скоро заметил, что ему придется иметь дело с сильными соперниками. В его команде был совсем юный игрок, а им пришлось состязаться с Отсо и еще одним васком постарше. Долгое время игра была безрезультатной. В конце концов они проиграли, но весьма почетно. Весь в поту, Акки направился к скамейке, чтобы сесть, и с удивлением остановился. Добрая половина деревни была здесь и смотрела на него. Отсо подошел к нему улыбаясь.
   — Вы очень сильны! Вы заслуживаете быть васком. И он ушел, чтобы найти в толпе Арги.
   — Знаете ли вы, что состязались с чемпионом Сем Долин? — спросил старый Иригарай. — А если бы Арамбитз, игрок вашей команды, не был так юн, вы бы, возможно, выиграли. Я не знаю, какая цель вашей миссий, но вы ее начали хорошо.
   Акки про себя улыбнулся: «Инструкция для молодых координаторов. Глава II, параграф 6: Одно из самых несомненных средств завоевать Доверие какого-либо народа, стоящего на начальной стадии развития, — это Принять участие в одной из их игр. Однако не нужно слишком стараться и нельзя побеждать местного чемпиона, кроме случаев, когда речь идет о поддержании престижа».
   По правде говоря, его поражение не было притворным. Отсо в действительности был сильнее. Но он тоже достаточно поволновался, чтобы завоевать его уважение, не вызывая ревности.
   Когда вернулся Хассил, их на Площадке заменили другие игроки.
   — Гравилет на месте, готов к взлету, как только будет необходимо. Я сделал небольшой круг над лесом. Почти невозможно что-либо увидеть, но мне все же удалось заметить по дыму костров несколько лагерный стоянок. Их там примерно пять больших, внизу долины, со стороны верандии, и одна маленькая, очень далеко. Возможно, это Бушеран и герцогиня?
   — Надо было спуститься и посмотреть. Лес в эту пору не место для юной девушки, даже если это такой маленький демон, как Анна, и с нею Два или три верных человека, готовых пожертвовать собой.
   — Невозможно. Там не было поляны, дым еле пробивался сквозь ветви деревьев.
 
   Так прошло пятнадцать дней. За это время Акки освоился с Простой и здоровой жизнью своих хозяев. Несмотря на то, что тень войны висела над ними, здесь, казалось, ничего не изменилось. Каждое утро юные пастухи уходили со стадами в ближние горы, продолжались полевые работы. Только труба кузницы дымила с утра до вечера, и звонкий стук молотков придавал особое звучание лихорадочной деятельности оружейников. По вечерам мужчины собирались и тренировались в стрельбе из лука или метании из пращи. Акки часто принимал участие в этих упражнениях и снова завоевал уважение васков, посылая почти все стрелы в цель. Время от времени разведчики поднимались вверх по долине и приносили последние новости. В Берандии вражеские силы все больше концентрировались. Несколько раз координаторы летали на гравилете в надежде найти Анну и ее спутников, во растительный покрой леса был очень плотным, и они ничего не могли заметить.
   Затем наступил день Совета. Акки в то утро засмотрелся на четырех васков, с азартом игравших в пелот. Звук горна раздался над долиной, люди стали собираться.
   — Делегаты из долины Сара, — сказал Иригарай. — Это наши ближайшие соседи.
   Игра закончилась, люди занялись более серьезными приготовлениями. Сидя перед дверями своих домов или на скамьях, они осматривали оружие: большие луки, кожаные пращи, короткие кинжалы, боевые топоры, тяжелые острые мечи. В кузнице, звон молотов, казалось, усилился.
   Подошел Отсо и положил свою правую руку на Плечо Акки. Одного роста, они представляли собой два различных типа; васк — широкоплечий, с узкой талией и тонкими чертами лица, несмотря на широкие скулы, с орлиным носом и острыми темными глазами; Акки — светловолосый, с серыми, слегка раскосыми глазами, которые выдавали его частичную принадлежность к предкам по линий синзунов, а не землян, с чеканным лицом — прямым носом и выступающей челюстью. Похоже, он был на добрых двадцать килограммов тяжелее.
   — Чужеземец, это война! Наши часовые заметили берандийскую армию. Она разделена на две части; одна поднимается к нашим долинам, большая же часть продвигается к северу и начнет атаковать бриннов, чтобы затем повернуть в нашу сторону через плоскогорье. Сове" вскоре Соберется, чтобы выслушать ваше сообщение, но в любом случае он должен был собраться из-за войны. Ваш приход позволил нам выиграть время.
   Затем он резко обратился к нему на ты:
   — Будешь ли ты сражаться на нашей стороне? Ты жил в Верандии, и ты должен спасаться бегством от этих собак. Ты знаешь, чего они стоят. Если они победят, то на свободных землях васков будет рабство для наших женщин, смерть нашим старикам и нашим детям! О, мы уверены, что победим, если они не будут применять противозаконное оружие. Но если они используют адское оружие своих проклятых предков, которое те им передали, воспользуешься ли ты своим против них? Я полагаю, что их оружие будет словно зубы собаки против стального клинка?
   — Лучше сравнить их с зубами мыши. Но я надеюсь, что войны не будет. Я прибыл, чтобы покончить с войнами на этой планете. Отсо разразился смехом.
   — И ты жил в Берандии! Мы с удовольствием обойдемся без войны! Но они? Что они будут делать без своих рабов, эти изнеженные горожане?
   — Изнеженные? Не настолько, Отсо, и именно в этом опасность.
   — О, да! Они отважны в битве, это верно, но, кроме сражений, они ничего не хотят делать! Они охотятся только ради удовольствия, а не из-за того, чтобы обеспечить себя едой, а когда охота неудачна, они возвращаются со смехом! Они не пашут землю, не пасут скот, не гнут ткани! Все это за них делают рабы!
   — Не только рабы, простые люди тоже. Я полагаю, у них есть храбрые моряки. !
   — Да, это верно. Однако наши отважнее, по крайней мере — те, кто берет их суда на абордаж.
   — У них тоже есть несколько знающих людей, таких, как Роан, которые стараются познать тайны природы…
   Отсо поколебался с ответом:
   — Разве Они правы? Праотец говорил, что тайны природы не должны быть у нее вырваны, из этого ничего хорошего для человека не получится.
   — Мы пытаемся вызнать у природы возможно больше ее тайн, и это очень хорошо. Иначе мислики… Впрочем, об этом я буду говорить на вашем Совете. Вы сами разве не испытываете Любопытства? Вам не хочется узнать, например, почему и как растут растения?
   — Конечно, иногда. Но Праотец говорил, что знание делает человека жадным и злым.
   — Я в это не верю. Человек может быть злым независимо от того, кто он — ученый или невежда. Безусловно, если он ученый, он станет более опасным. Но зато добрый человек будет иметь больше могущества для того, чтобы делать добро.
   — Возможно. Это не мне решать. Так будешь ли ты сражаться на нашей стороне?
   — Нет, Отсо. Я не имею права вмешиваться в ссоры между жителями планет, на которых я нахожусь, разве что для их прекращения. Но я могу вам обещать одно: если берандийцы будут использовать против вас высокотехничное оружие, я сделаю так, что это оружие станет для них бесполезным. Это все, что я могу сделать, по крайней мере, если сам не буду атакован. В этом случае я, безусловно, буду защищаться. Но я хотел бы до начала Совета задать вам ряд вопросов. Каковы ваши отношения с бриннами? Правда ли то, что они каннибалы?
   Васк на какое-то время задумался.
   — Наши отношения? Хорошие. Нам принадлежат горы и море, им — равнина и леса. Праотец вступил в союз с ними еще в самом начале. С тех пор этот союз не нарушался. Я много раз охотился вместе с ними. Отдельные животные, которых они убивают, могут быть съедобными и для нас. Не все. Я полагаю, что в дружбе они верны. Что касается того, каннибалы они или нет, — не знаю. Во всяком случае, они никогда не ели васков. У них, говорят, есть обычай приносить в жертву людей, но свидетельств этого я никогда не видел.