Венца державного достоин,
   И новый титул твой, непобедимый Сид,
   О царственном твоем призванье говорит.
   Меня достоин он, но он у ног Химены,
   И в дар он мною принесен!
   В их страсть и смерть отца не вносит перемены,
   И мщенье нехотя свершает свой закон.
   Пусть перед ней преступен он,
   Меж нами будут те же стены,
   И заповедь судьбы к несчастной так строга,
   Что любят пламенно друг друга два врага.
   ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
   Инфанта, Леонор
   Инфанта
   Куда ты, Леонор?
   Леонор
   Пред взоры королевны,
   Так счастливо опять обретшей мир душе!
   Инфанта
   Как обрету я мир среди таких скорбей?
   Леонор
   Живет надеждой страсть, но гибнет вместе с ней.
   Родриго вас пленять уже не может боле.
   Вы знаете, что он Хименой вызван в поле:
   Падет ли он в бою, ее ль получит он,
   Надежда умерла, и дух ваш исцелен.
   Инфанта
   Увы, далеко нет!
   Леонор
   Не все ль мечтанья тщетны?
   Инфанта
   Напротив, ни одни, как прежде, не запретны!
   Когда у них в бою стоит такой заклад,
   Я воспрепятствовать могу на всякий лад.
   Любовь, виновница моих живых мучений.
   Внушает, любящим сто тысяч ухищрений.
   Леонор
   На что надеяться, когда и смерть отца
   Воспламенить враждой не может их сердца?
   Ведь поведение Химены доказало,
   Что ненависть над ней не властвует нимало.
   Ей дозволяют бой, и тут же как бойца
   Она согласна взять случайного юнца,
   Чуждаясь помощи мечей неустрашимых,
   Давно прославленных и всенародно чтимых;
   Дон Санчо для нее удобен потому,
   Что драться в первый раз приходится ему.
   Ей нравится такой неискушенный воин;
   Он славой небогат, и дух ее спокоен;
   Легко понять, что ей устроив этот бой,
   Добиться хочется насилья над собой,
   Украсить милого победой, предрешенной
   И право получить казаться примиренной.
   Инфанта
   Я это чувствую, но в сердце не вольна
   И юным рыцарем сама покорена.
   На что решиться мне, любовнице несчастной?
   Леонор
   Блюсти с достоинством ваш сан высоковластный.
   Кому сужден король, той рыцарь не чета.
   Инфанта
   Уже не к рыцарю летит моя мечта.
   То не Родриго, нет, не наших слуг потомок;
   Для сердца моего он по-иному громок:
   То славный паладин, всех выше и храбрей,
   Неустрашимый Сид, властитель двух царей.
   Все ж я себя сломлю: не в страхе осужденья,
   Но чтобы не смущать столь верного служенья;
   Хотя б, в угоду мне, вручили скиптр ему,
   Я отданного мной обратно не возьму.
   И так как в час суда он победит бесспорно,
   Химене тот же дар я принесу повторно.
   А ты, свидетель мой в мучительной борьбе,
   Смотри, могу ль я быть верна сама себе.
   ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
   Химена, Эльвира
   Химена
   Как я измучена Эльвира, как несчастна!
   Не знаю, что желать, и над собой не властна:
   В душевных помыслах - смятенье и разлад,
   Я все мои мольбы сама зову назад.
   Я двух соперников вооружила к бою,
   Который только скорбь мне принесет с собою,
   И, тот или другой сужден ему конец,
   Или мой друг убит, иль не отмщен отец.
   Эльвира
   В обоих случаях вам будет облегченье:
   Или Родриго - ваш, иль вы свершили мщенье;
   И, на весах судьбы куда не ляжет груз,
   Вас осеняет честь и брачный ждет союз.
   Химена
   Мучительный ярем иль горестное иго!
   Союз с убийцею отца или Родриго!
   Так или иначе, мне будет дан супруг,
   Кровь, мне священную, еще не смывший с рук.
   Так или иначе, страшна моя невзгода;
   Я рада умереть, чтобы не знать исхода.
   Вы, мщение, любовь, владеющие мной,
   Мне вас не сладостно добыть такой ценой;
   И ты, на жизнь мою наславший эти беды,
   Окончи этот бой без чьей-либо победы,
   Чтоб из соперников никто не одолел!
   Эльвира
   Вы просите себе безрадостный удел.
   Не значит ли свой дух подвергнуть пытке новой
   Быть вновь обязанной будить закон суровый,
   Возвышенной вражде вручая торжество,
   И смерти требовать для друга своего?
   Не лучше ли, чтоб он, своей могучей дланью
   Завоевав венец, принудил вас к молчанью,
   Пусть боевой закон осилит вашу боль
   И быть счастливою вам повелит король.
   Химена
   Ужели я склонюсь перед победой Сида?
   Мой долг не так убог, не так мала обида;
   Меня не устрашат, смириться мне веля,
   Ни боевой закон, ни воля короля.
   Дон Санчо победить он, без сомненья, может,
   Но гордости моей вовеки не низложит;
   И, что бы властелин ни обещал ему,
   Я тысячу врагов навстречу подыму.
   Эльвира
   Смотрите, небеса, в возмездье непреклонной,
   Ей наконец и впрямь дозволят быть отмщенной!
   Как? Вы откажетесь от счастья и тогда,
   Когда вы можете умолкнуть без стыда?
   Чего вы ищете, какой судьбы хотите?
   Вы смертью милого отца не воскресите.
   Иль новой горести потребна череда?
   Нужна за скорбью скорбь и за бедой беда?
   Нет, если разум ваш так прихотлив и мрачен,
   То вы не стоите того, кто вам назначен;
   И правый гнев небес сразит его в борьбе,
   Чтобы надменную дон Санчо взял себе.
   Химена
   Эльвира, я и так удручена страданьем;
   Не умножай его зловещим предсказаньем.
   Я никому из них достаться не хочу;
   Но жажду счастия Родригову мечу.
   Не то чтоб стойкой быть мне не хватало силы;
   Но, если он падет, меня возьмет немилый.
   Повелевает страх желанью моему.
   Что вижу? Горе мне! Увы, конец всему.
   ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
   Дон Санчо, Химена, Эльвира
   Дон Санчо
   Мое оружие у ваших ног слагая...
   Химена
   Чтоб кровь передо мной дымилась дорогая?
   И ты еще прийти осмелился сюда,
   Ты, счастие мое отнявший навсегда?
   Рыдай, моя любовь, забудь свой плен суровый:
   Отец мой отомщен, ты можешь снять оковы.
   Отныне честь моя навек вознесена,
   Душа растерзана, и страсть моя вольна.
   Дон Санчо
   Когда спокойнее...
   Химена
   Молчи, злодей ужасный.
   Чьей гнусною рукой убит герой прекрасный!
   Ты взял предательством; не мог боец, как он
   Таким противником открыто быть сражен.
   Уйди; ты видишь сам своей услуге цену:
   Пытаясь защитить, ты умертвил Химену.
   Дон Санчо
   Вы мне не внемлете, но все же я прерву...
   Химена
   Ты хочешь, чтобы я внимала хвастовству,
   А ты расписывал неспешно, речью важной
   Его беду, мой грех и подвиг твой отважный?
   ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
   Дон Фернандо, дон Дьего, дон Ариас, дон Санчо,
   дон Алонсо, Химена, Эльвира
   Химена
   Позвольте, государь, открыться вам вполне
   Во всем, что утаить так трудно было мне.
   Вы знали - я люблю; но ради кровной чести
   Главу любимого я обрекала мести.
   Вы сами, государь, свидетелем тому,
   Служила ль я любви иль долгу моему.
   Но вот Родриго пал, и недруг, полный гнева,
   Теперь не более, чем горестная дева.
   Я почерпала месть в отеческой крови,
   А слезы отдаю тоскующей любви.
   Дон Санчо, мститель мой, убил мою отраду,
   И палачу души я отдана в награду!
   О, если королю понятен скорбный стон,
   Разрушьте, государь, жестокий ваш закон;
   За этот страшный бой пусть он получит в долю
   Мое имущество и пусть вернет мне волю,
   Чтоб я в святых стенах, до скорбного конца,
   Могла оплакивать Родриго и отца.
   Дон Дьего
   Короче, государь, правдивыми словами
   Она свою любовь признала перед вами.
   Дон Фернандо
   Утешься, дочь моя: твой верный друг живет.
   Дон Санчо побежден и ложный дал отчет.
   Дон Санчо
   Ее ввело в обман чрезмерное волненье.
   Я к ней пришел сказать, чем кончилось сраженье.
   Ее возлюбленный, мой благородный враг,
   Меч выбив у меня, сказал: "Пусть будет так;
   Победного венца я лучше не надену,
   Но не коснусь того, кто бьется за Химену.
   Мой долг меня зовет явиться во дворец.
   А перед нею ты предстань как мой гонец,
   Сложи к ее ногам твой меч, даримый Сидом".
   Я к ней пришел; она, обманутая видом
   Меча в моих руках, на нем узрела кровь,
   И тут внезапный гнев явил ее любовь
   С таким неистовством, с таким негодованьем,
   Что я не в силах был владеть ее вниманьем.
   Но я, хоть побежден, скажу, что я счастлив,
   И, сердце страстное забвеньем исцелив,
   Я даже буду рад моей утрате вечной,
   Дарящей торжество любви столь безупречной.
   Дон Фернандо
   Химена, не стыдись прекрасного огня
   И не ищи путей разубедить меня.
   Краснеть ни перед кем ты не имеешь права;
   Твой долг исчерпан весь, твоя блистает слава;
   И ты достаточно отмстила за отца,
   В своей суровости не дрогнув до конца.
   Ты видишь, небеса не так судили строго.
   Помысли после них и о себе немного
   И будь послушлива монарху и судьбе,
   Супруга милого вручающим тебе.
   ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ
   Дон Фернандо, дон Дьего, дон Ариас,
   дон Родриго, дон Алонсо, дон Санчо,
   Инфанта, Химена, Леонор, Эльвира
   Инфанта
   Забудь, Химена, скорбь и, как залог покоя,
   Прими из рук моих счастливого героя.
   Дон Родриго
   Да будет, государь, благоугодно вам,
   Чтоб в преданной любви я пал к ее ногам.
   Я прихожу сюда не за добычей бранной:
   Я жизнь мою принес, как дар для вас желанный,
   Наперекор любви защитой не избрав
   Ни волю, короля, ни боевой устав.
   Когда свершенного для отчей тени мало,
   Скажите, что свершить, чтоб мщенье замолчало:
   Сразиться с тысячью и тысячью врагов,
   Провесть по всей земле бразды мои трудов,
   Рассеять армию, взять лагерь голой шпагой,
   Героев сказочных затмить своей отвагой?
   И если этим смыть позволено вину,
   То я готов на все, и я на все дерзну;
   Но если и теперь неумолимой чести
   Лишь смерть виновного достаточна для мести,
   То более ничьих не требуйте услуг:
   Я здесь, и гибели я жду от ваших рук;
   Лишь вами должен быть сражен непобедимый;
   Утешьтесь местию, для всех недостижимой.
   Но этим правый гнев да будет утолен:
   Меня забвением да не карает он;
   И, так как смерть моя послужит вашей славе,
   Жить в вашей памяти, мне кажется, я вправе,
   Чтоб вы могли сказать, печальный взор склоня:
   "Он умер потому, что он любил меня".
   Химена
   Родриго, встань. Мой долг - пред королем сознаться,
   Что от моих речей мне поздно отрекаться. -~ --
   За многие черты Родриго я люблю;
   Никто противиться не смеет королю;
   И все ж хоть мой удел предустановлен вами,
   Ужели этот брак потерпите вы сами?
   И, если от меня подобной жертвы ждут,
   Допустит ли ее ваш справедливый суд?
   За все, чем заслужен Родриго пред страною,
   Ужели следует расплачиваться мною
   И обрекать меня терзаньям без конца,
   Что на твоих руках кровь моего отца?
   Дон Фернандо
   Теченье времени не раз узаконяло
   То, в чем преступное нам виделось начало.
   Родриго победил, ты быть должна его.
   И все ж, хоть он стяжал сегодня торжество,
   Я не уважил бы твою, Химена, славу,
   Вручив ему сейчас то, что его по праву.
   Отложенный союз, однако, нерушим,
   И, рано или нет, тебя он свяжет с ним.
   Жди, если хочешь, год, чтоб осушились слезы
   Родриго, а тебя вновь призывают грозы.
   Осилив мусульман на наших берегах,
   Разбив их замыслы, повергнув их во прах,
   Ворвись в пределы их, боец всегда счастливый,
   Ведя мои полки, опустошая нивы;
   Враги не устоят при имени твоем
   И Сида своего провозгласят царем.
   Но верность не забудь для славы легкокрылой:
   Вернись, коль можно быть, еще достойней милой;
   Ты должен жребий свой так высоко вознесть,
   Чтоб стать твоей женой она сочла за честь.
   Дон Родриго
   Для славы короля, для власти над любимой
   Чего я не свершу рукой неодолимой?
   Вдали от милых глаз приговорен страдать,
   Я счастлив, что могу надеяться и ждать.
   Дон Фернандо
   Надейся на себя, на царственное слово;
   Химена сердце вновь отдать тебе готова,
   А успокоить в ней неотжитую боль
   Помогут смена дней, твой меч и твой король!
   КОММЕНТАРИИ
   Сид - герой испанской реконкисты, семивековой освободительной борьбы коренного населения Пиренейского полуострова с мавританскими завоевателями (VIII - XV вв.) Настоящее имя - Родриго Диас де Бивар (XI в.) Подвиги Сида воспеты в поэмах "Песнь о моем Сиде" (XII в.), "Родриго" (XIV в.) и в романсах, собранных в "Романсеро о Сиде" (1612).
   Пьеса Корнеля была завершена в конце 1636 года и поставлена в парижском театре "Марэ" не позже первой декады января 1637 г. Первоначально "Сид" назывался трагикомедией, поскольку пьеса не кончалась гибелью героев, а основой ее сюжета был семейный и любовный конфликт. Однако уже в "споре о "Сиде" шедевру Корнеля предъявили требования, сформулированные Аристотелем для трагедии. Сам писатель в издании 1648 г. назвал пьесу трагедией, а позже нередко приводил ее в качестве примера "совершенной" трагедии. Пьер Корнель до конца дней защищал свой шедевр от обвинений противников "Сида". Важным его аргументом в этом споре были не только поэтическая интерпретация судьбы героя реконкисты, но и факты истории. В частности, в предисловии к изданию 1648 года цитируется следующий фрагмент из книги "Общая история Испании" (1616) испанского историка П. Марианы (1537-1624): "За несколько дней до того он сразился с доном Гомесом, графом де Гормас. Одолел его и предал смерти. И воспоследовало из этого события то, что он женился на донье Химене, дочери и наследнице сказанного графа. Она испросила у короля решить это дело так: либо пусть Родриго женится на (уж очень она была влюблена в великие его достоинства), либо пусть его покарают согласно законам за убийство отца. Женитьба состоялась, и всем она пришла по душе. Благодаря браку большое приданое невесты прибавилось к тому, что он сам унаследовал от отца, и таким образом могущество и богатство Родриго только упрочилось" (перевод Н. Томашевского). Простое сопоставление текста корнелевской трагедии с изложенными историком фактами показывает, сколь несправедливы были обвинения в "безнравственности", предъявленные пьесе его критиками, не желавшими заметить, что драматург, будучи прекрасно знаком средневековой интерпретацией изображенного им конфликта, осмыслил его как трагедийный и психологически чрезвычайно сложный. Помимо Сида среди персонажей трагедии много исторических лиц. Дон Фернандо - Фердинанд I (правил с 1035 по 1065 г.), - первый король Кастилии - королевства в центральной части Пиренейского полуострова, ставшего центром реконкисты. Активное наступление на мусульманские владения началось в период царствования Фердинанда I. Мариана упоминает донью Урраку (дочь Фердинанда I), дона Дьего, дона Ариаса (Гонсалеса). Эльвира и дон Санчо тоже названы в "Истории Испании", но там они - дочь и сын дона Фернандо.
   С. 90. Севилья - главный город Андалузии, старинной области на юге Пиренейского полуострова, которая, будучи во владении арабов, делилась на четыре эмирата. При Фердинанде I эмиры Андалузии объявили себя его вассалами: и платили ему дань. У Гильена де Кастро действие происходит не в Севилье, а в Бургосе (город в Старой Кастилии).
   С. 97; Гранада в трепете и Арагон в бессилье... - Гранадский эмират, (в XI в. территориальное владение арабов на юге Пиренейского полуострова). Оставался мусульманским до конца реконкисты. Взятие Гранады в 1492 г. означало окончательное завершение освободительной войны коренного населения Испании. Арагон - королевство (образовалось в 1035 г.), расположенное к востоку от Кастилии. Арагон то вступал в союз с Кастилией для борьбы с маврами, то враждовал с ней.
   С. 99. Родриго, храбр ли ты? - У Гильена де Кастро дон Дьего испытывает мужество своих трех сыновей и признает способным постоять за честь семьи только одного - Родриго.
   С. 101. До глуби сердца поражен... - знаменитый монолог Родриго, завершающий первое действие, написан стансами, чем подчеркивалось, что герой говорит как поэт - стихами (в то время как двенадцатисложный стих считался эквивалентным прозе). Известный поэт и критик Ф. д'Обиньяк (1604-1676) в своей книге "Практика театра" (1657), признавая красоту стансов Родриго, подчеркивал, что они неуместны, так как неправдоподобны, ибо, по его мнению, невозможно себе представить, что Родриго способен на импровизацию стихов.
   С. 113. Когда они сюда поднимутся с приливом. - Корнель в "Рассмотрении" (1660) пояснял, почему он выбрал Севилью в качестве резиденции дона Фернандо: "Пришлось выбрать Севилью, хотя дон Фернандо никогда не был ее властителем. Я был вынужден пойти на эту подтасовку, дабы придать хоть сколько-нибудь правдоподобия высадке мавров, войско которых никак не могло подойти с такой скоростью по суше. Только по воде. Этим я менее всего хочу доказать, будто морской прилив мог донести мавританские суда до городских стен Севильи, но поскольку путь по нашей Сене от моря до Парижа еще длиннее пути по Гвадалквивиру до севильских стен, то это рассуждение может показаться правдоподобным для тех, кто сам не бывал на месте нашего действия (перевод Н. Томашевского).
   С. 132. Адамант - старинное название алмаза.
   С. 133. Надежда и любовь простых людей и знати,.. - перевод этого стиха не точен. У Корнеля - "надежда и любовь народа, преклоняющегося перед ним".
   С. 135. Толедо - город и область в центре Пиренейского полуострова. При Фердинанде I был арабским владением, но зависел от Кастилии и платил ей дань.
   С. 136, Итак, я выступил с отрядом... - следующий затем длинный монолог Родриго - описание боя с маврами - не имеет аналога в пьесе Гильена де Кастро.
   С. 153. Ужели этот брак потерпите вы сами? - этим стихом начинается отказ Химены подчиниться условию дона Фернандо и немедленно сочетаться браком с Родриго. В более раннем варианте Химена высказывалась столь же решительно, однако ее возражение начиналось с того, что объединить в один день свадьбу и похороны отца, - значит запятнать ее честь и обречь ее на вечные угрызения совести. В варианте 1660 г., являющемся окончательным, психологическая сторона конфликта усилена, а исполнение воли короля отодвинуто в неопределенное (хотя санкционированное историческими фактами) будущее.
   Н. П. Козлова