Лаймон Ричард. Во тьме

   – Не выкинет.
   – Тогда зачем тебе нож?
   Джейн не удивило, что Брейс догадался о нем. Джейн и сама его чувствовала там, на дне кармана рубашки, сбоку, как раз под грудью. Его рукоятка, должно быть, больно уперлась ему в ребра.
   – Это так, на всякий случай, – возразила она. – Я бы ни за что не пошла, если бы думала... ну, понимаешь, если бы мне угрожала настоящая опасность.
   – Эта штука не откроется сама по себе?
   – Теперь нет. Я натянула сверху хорошую крепкую резинку.
   – А ты сможешь его открыть в случае необходимости?
   – Разумеется. Но он мне не понадобится. А ты уклонился от ответа. Я все еще жду твоего обещания.
   – Обещаю, – произнес он.
   – Обещаешь что?
   – Не вмешиваться ни во что сегодня и не покидать твоего дома. Ну как?
   – Превосходно.
   Джейн наградила его долгим, страстным поцелуем. Отстранившись, она тыльной стороной руки вытерла свои влажные губы и посмотрела на часы.
   – Мне уже пора.
   Брейс посмотрел на свои.
   – Если ты отправишься сейчас, то будешь там на пятнадцать минут раньше.
   – Чем раньше я туда доберусь, тем раньше вернусь домой.
   – Но ты ведь не хочешь нарушать правила, так ведь? Он назначил в полночь.
   – Прошлой ночью мы пришли раньше, и он не возражал. Вероятно, несколько минут для него не играют особой роли.
   – Может быть.
   Она встала с колен Брейса и потянула его за руку:
   – Пойдем, проведешь меня к машине.

Глава 9

   По пути от дома к мосту Милл-Крик Джейн увидела в зеркале заднего вида машину и подумала сначала, что Брейс все же нарушил свое обещание. Но вскоре та свернула, и больше ей никто не повстречался.
   Остановилась она под уличным фонарем перед мостом – как раз на том месте, куда прошлой ночью подрулил Брейс, чтобы ее подобрать.
   Вынув его фонарь, она положила сумочку на пол, подальше от глаз случайных прохожих. Затем, прихватив ключи, вылезла из машины, опустила кнопку замка, захлопнула дверцу и зашагала в сторону моста, на ходу опустив связку ключей в передний карман джинсов.
   Это были хорошие, просторные джинсы.
   Да и передние карманы на поверку оказались достаточно просторными. Так фонарь – увесистая штуковина длиной примерно в фут с металлическим рифленым корпусом, напоминавшая скорее дубинку, – прекрасно вошел в карман и теперь слегка постукивал по бедру при каждом шаге. И еще оттягивал вниз джинсы, поэтому пришлось остановиться, просунуть руки под выпущенную рубашку, подтянуть их вверх и туже застегнуть ремень.
   Теперь они плотно и удобно сидели на поясе.
   Выйдя на середину моста, Джейн остановилась и перегнулась через бетонный парапет. В свете уличных фонарей ей едва удалось различить протекавшую внизу речушку, прибрежные заросли и скалы и лесистый склон у дальнего конца моста. Сбегавшая вниз по склону тропинка была невидна, но что она там была, Джейн знала, поскольку однажды ей уже довелось по ней спускаться. Это было в первый же выходной после переезда сюда, на новую работу.
   Весь тот день прошел в поисках местных достопримечательностей, но тропинка стала одним из ее первых открытий. Примерно с этого же места она заметила ее тогда, переходя по мосту ранним утром, и тропинка ее поманила.
   «Нет ничего более притягательного, чем неизведанная тропа», – подумала она.
   В тот памятный день Джейн спустилась по ней под самый мост. Вода, которая перед мостом искрилась и играла, перекатываясь через серые камни и топляки, здесь, в тени моста, становилась темной и холодной.
   Можно было пройти вдоль берега под мостом и выйти на солнце с другой стороны.
   Но через несколько шагов в темноту, едва успев оценить свежесть и прохладу, она внезапно поняла, что темное пятно у подножия одной из бетонных колонн вовсе не куст.
   Это был мужчина в грязных лохмотьях. Он сидел, привалившись спиной к столбу, прижав ноги к груди и обхватив их руками. Голова покоилась на одном колене и смотрела в сторону Джейн. Но головой ее назвать было трудно – сноп спутанных сальных каштановых волос и всклокоченная борода – лица, казалось, вовсе не было.
   Несколько секунд Джейн в изумлении глазела на него,затем резко развернулась и закарабкалась вверх по тропинке.
   После этого она еще не раз приходила в парк у Милл-Крик, чтобы отдохнуть на берегу речушки. Несколько раз даже заглядывала под мост, но, если не считать того первого утра, никто ей там больше не встретился. И все же она почему-то старалась держаться подальше от этого места.
   Отстранившись от парапета, Джейн пошла дальше по мосту.
   Неужто я и впрямь пойду туда вниз сама? Да еще и в полночь?
   От этой мысли она ощутила странное покалывание и зуд внизу живота.
   – Но ведь за четыре сотни баксов, – напомнила она себе. Четыре сотни, если МИР не отступит от своих правил, а это мой недельный заработок в библиотеке.
   Моли Бога, чтобы внизу не оказалось того противного пугала.
   Моего личного тролля.
   – Мой лилипусенький, – шепнула Джейн, – утю-тю, крохотулечка козлик Гуафф.
   Она улыбнулась и покрутила головой.
   «Оригинально, – подумала она. – Вот уж оригинально, так оригинально. Уму непостижимо, как я могла такое сморозить перед Брейсом. Повезло еще, что его не стошнило».
   И перед глазами возник его образ – вот он сидит развалившись на диване с книгой «Жеребая кобыла по кличке Хок»" на коленях.
   Как хотелось бы самой там очутиться.
   – Но это я только думаю, что он там, – напомнила она себе. Если он нарушил свое обещание не сопровождать ее...
   И она посмотрела по сторонам. К мосту приближался какой-то автомобиль, но на машину Брейса он не был похож. К тому же так не хотелось терять к нему доверие.
   По обе стороны дороги стояло несколько автомобилей: одиночные легковушки, пара фургонов и небольшой грузовичок. Все они уже были здесь, в этом она не сомневалась.
   В одном из них вполне мог находиться МИР, предположила она.
   Наверное, наблюдает за ней сейчас.
   – Нет, – пробормотала она.
   Если он здесь, то уж точно там, внизу. Поджидает меня под мостом.
   И Джейн нырнула в заросли за мостом. Спрятавшись за ствол дерева, она ждала, пока проедет машина. Как только та показалась, сердце неприятно защемило.
   Патрульная.
   Но та не только не остановилась, но и не притормозила.
   Джейн какое-то время провожала ее взглядом, и когда та отъехала на приличное расстояние, повернулась спиной к улице. Вынув из кармана фонарь, зажгла его и отыскала лучом начало тропинки. Затем погасила его.
   Без света тропинку практически не было видно, но Джейн не стала больше включать фонарь, решив, что лучше испытать некоторые трудности с поиском пути вниз, чем столь открыто выдать свое присутствие.
   Вполне вероятно, что там внизу кто-то есть. Ее персональный тролль, например. Или МИР. Или еще Бог знает кто.
   И она несла перед собой незажженный фонарь, готовая в любую минуту включить его или отбиваться им, если кто-нибудь набросится.
   Спускалась Джейн медленно, внимательно смотря под ноги на круто уходившую вниз дорожку, едва виднеющуюся в темноте, и стараясь не оступиться. Впечатление было такое, что тропинка довольно утоптана, так как почти полностью отсутствовала растительность – трава, сорняки и все такое.
   Вероятно, время от времени сюда заглядывали студенты колледжа.
   А скорее всего безрассудные парочки в поисках темных, укромных уголков.
   Интересно, сколько из них падало здесь на задницу.
   Джек упал и разбил голову...
   –Не хватало только грохнуться, – подумала Джейн.
   Весь день ныли все мышцы. И это от влезания на Безумного Коня.
   И всего-то взобралась на ту штуковину. А что было бы, если бы свалилась оттуда?
   –Но башку чуть не разбила тем не менее, – напомнила она себе.
   И ахнула, когда левая нога, которую она только что поставила и на которую едва успела перенести вес, резко оторвалась от скользкого склона.
   Приземлилась она на задницу. Острая боль молнией пронеслась по позвоночнику в голову.
   Джейн ощутила кинжальный удар под шишкой на голове, от которого к горлу подступил ком. Появилась резь и слезы в глазах.
   – Прекрасно, – пробормотала она, смыкая веки.
   Затем сделала глубокий судорожный вздох и размазала тыльной стороной свободной руки слезы по щекам.
   «Без труда не выловишь и рыбку из пруда», – подумала она и чихнула.
   За четыре сотни баксов можно и потерпеть.
   Затем Джейн почувствовала, как трусы пропитываются холодной влагой.
   С трудом поднявшись на ноги, она оттянула зад джинсов, балансируя на сыром от росы крутом склоне. Затем снова потянула за материю, нащупала трусы и отлепила их.
   Никакого толку.
   Они вновь прилипли при первом же шаге.
   – Могло быть и хуже, – успокаивала она себя. – Могла сесть на острый камень, или разбитую бутылку, или доску с торчащим гвоздем.
   Не будем об этом.
   Джейн стала двигаться медленнее и осторожнее, но, когда спустилась вниз, мышцы ягодиц и ног дрожали от перенапряжения.
   Выбравшись, наконец, на горизонтальный участок, она прислонилась к дереву, растущему недалеко от берега речушки, и перевела дыхание.
   Надо набирать форму.
   «Если так и дальше пойдет, – подумала она, – то либо стану ловчее, либо сойду с дистанции».
   Отдышавшись, Джейн почувствовала сухость во рту. Облизав запекшиеся губы, она обратила свой взор к речушке. Широкая черная полоска пестрела местами серебристыми блесками лунного света.
   Интересно, достаточно ли чиста вода, чтобы пить.
   По крайней мере звуки она издавала восхитительные – булькала и шипела, как ледяной горный источник.
   Сделаю глоток и рухну замертво прямо на...
   –Джейн! – послышался скрипучий мужской голос.
   Ее словно послали в нокаут. Оцепенев, она изо всех сил прижалась спиной к дереву.
   Что делать? Он увидел меня!
   Бежать?
   – А?
   – Тут так написано. Джейн. Дэ-жэ-е-й-эн.
   Произносит по буквам. Читает. Читает с конверта!
   «Их двое, и у них мой конверт. Но, по крайней мере, они не знают, что я здесь, – успокаивала она себя. – Это я так думаю, что не знают, потому что он не позвал меня, а просто прочитал мое имя».
   – Джейн, – повторил незнакомец. – Видишь? Буквы больше, чем твой нос.
   – Чем тебе мой нос не нравится? – буркнул другой голос. – Распечатывай!
   – Уж не знаю, следует ли? Это для какой-то Джейн. А я не Джейн. Да и ты явно нет.
   – В гробу я видал Джейн. Открывай, тебе говорю.
   – Наверное, открытка с днем рождения или еще какое-то дерьмо.
   Джейн подогнула дрожащие коленки. Опускаясь на корточки, она больно поцарапала спину о жесткую кору дерева. Затем встала на четвереньки, развернулась и выглянула из-за дерева.
   Сначала она никого не увидела, но, приглядевшись, заметила две фигуры под мостом, черневшие на более светлом фоне. Один из мужчин на вид был высоким и худым, и голова его показалась огромной и неправильной формы. Другой был ниже и выглядел широким и крупным. Его голова тоже смотрелась странно, но Джейн приписала эту необычность формы шляпе. Они находились дальше, чем она предполагала. «Поэтому они не увидели и не услышали меня», – решила она.
   Тогда почему их так хорошо слышно? Крикливые, надо полагать. Или голоса усиливались от того, что они стояли под мостом.
   – Совсем не похоже на открытку. Посвети спичкой.
   Через секунду вспыхнул огонек.
   Джейн вздрогнула.
   Нет!
   Не может быть, чтобы это был он. Но, разумеется, это он – так ведь и должно было случиться, разве нет? В конце концов, разве трудно было догадаться?
   В дрожащем ярко-красном свете спички стало видно, что причиной ужасного размера и формы головы высокого мужчины были волосы. Густые грязные космы, сбившиеся в кучу. Обильная растительность сливалась с бровями, усами и бородой, так что он казался совсем безликим.