— Я не знаю, Дасти... — начала Дэб. — Но скажи, по поводу Джона Барретта не будет никакого давления?
   — Ну почему я должен оказывать на тебя давление, детка? Ты ведь сказала, что вы практически отложили выплату долга, пока мы не соберем все деньги.
   — Я знаю, что я сказала. Вопрос в том, могу ли я тебе верить?
   Дасти улыбнулся, утвердительно кивнул и, обхватив ее одной рукой за талию, притянул к себе. Дэб запрокинула голову, и он, тихо застонав, начал жадно целовать ее нежную кожу, влажные губы. Нащупав трепещущий пульс на ее шее, Дасти ласково дотронулся до него губами, затем стал подниматься все выше и, слегка ухватив зубами бархатистую кожу на подбородке, впился в ее приоткрывшийся, жаждущий поцелуев рот.
   Дэб казалось, она вот-вот умрет от наслаждения. Она пошатнулась и уцепилась за Дасти. Кровь горячим потоком пробежала по венам. Дэб все крепче прижималась губами к его рту, стремясь впитать в себя его запах, вкус. Она мечтала об этом мгновении с прошлого воскресенья, эти поцелуи ей снились по ночам.
   Наконец, переведя дыхание, Дэб слегка отстранилась от Дасти.
   — Я думаю, если мы не уедем сейчас, не уедем никогда.
   Дасти запустил пальцы в ее пышные волосы.
   — Может, и так, но нам некуда спешить.
   — Чего ты ожидаешь от этого уикенда? — осторожно спросила она.
   Дасти застыл на мгновение.
   — Что ты имеешь в виду, Дэб? Я приглашаю тебя на ранчо, чтобы приятно провести время, изменить обстановку, но не предлагаю разделить со мной постель. Хотя, если ты захочешь, вряд ли смогу тебе отказать.
   — Ладно, все это глупые выдумки.
   — Неужели мы продолжаем играть в детство? Я думал, мы уже из него вышли. Я хочу тебя. По-моему, это уже не секрет. И, принимая во внимание твое участие в наших страстных поцелуях, думаю, тебе они не совсем безразличны.
   Дэб пожала плечами.
   — Не безразличны, но и не очень интересны.
   — Твое поведение говорит об обратном.
   — Я имею в виду — длительные отношения.
   — А как насчет не длительных?
   Дасти явно дразнил ее. Но Дэб решила не сдаваться.
   — Сейчас меня больше всего беспокоит карьера. Мне необходимо сосредоточиться именно на ней.
   — Ладно, детка, пойдем есть пиццу.
   — Пойдем, я знаю чудесное местечко, — дружелюбно согласилась Дэб.
   Это было шумное, душное и людное место.
   Зал для посетителей от кухни отделяла лишь касса. Дети всех возрастов толпились у игровых автоматов. Кассир быстро выкрикивал номера заказов, и люди, толкаясь, подходили к стойке.
   Дасти склонился к Дэб и, пытаясь перекричать гам, царивший в пиццерии, сообщил:
   — Ты меня удивляешь, детка. Это вообще ни на что не похоже. Я думал, мы отправимся в тихий итальянский ресторанчик, где готовят настоящую пиццу.
   — Я всегда покупаю себе пиццу здесь, уверенно заявила Дэб, оглядываясь вокруг.
   Правда, покупая пиццу, она никогда не ела ее здесь, а приносила домой. Но ей всегда хотелось прийти сюда и сесть за столик, не одной, а с кем-нибудь.
   — Ты какую пиццу будешь? — снова закричал Дасти, осматриваясь в поисках свободного места.
   — С ветчиной, перцем и грибами.
   — Как насчет пива?
   Дэб кивнула, внезапно ощутив себя неуверенным подростком. Может, они зря сюда пришли? Может, надо было заказать что-нибудь домой из ресторана? Может...
   Дасти забрал со стойки кувшин с пивом и две кружки.
   — Где ты хочешь сесть?
   Она увидела несколько пустых столиков.
   Один из них стоял в углу, на безопасном расстоянии от компании хохочущих подростков.
   Дэб указала на этот столик, и они расположились за ним.
   Дасти разлил пиво в кружки, поставил кувшин на столик и, подвинув стул, сел рядом с Дэб.
   — Часто сюда заходишь? — поинтересовался он, склоняясь к ней.
   — Пару раз в месяц, — ответила Дэб, умолчав о том, что никогда не садится за столик, тем более в чьей-либо компании.
   — Слушай, у тебя есть мелочь?
   — Я думаю, есть. — Господи, о чем это он?
   — Музыкальный автомат замолчал, и мы можем заказать то, что нам нравится.
   Дэб вытащила несколько монет и протянула их Дасти. Он взял их и, растворившись в толпе посетителей, вернулся через пару минут с перечнем песен.
   — Что ты хочешь послушать?
   — Тебе решать, — предложила Дэб, изучив длинный список произведений, от тяжелого рока до церковных песнопений. Мгновение спустя Дэб услышала знакомую ковбойскую песню, которую Дасти слушал в своем грузовике и которая представляла собой перечисление качеств, необходимых мужчине для завоевания женского сердца.
   — И никаких костюмов, — констатировал Дасти, вовремя увернувшись от многочисленной семьи, которая проносила мимо них немыслимое количество пиццы к своему столику.
   — Что?
   — Я говорю, ни одного человека в деловом костюме. Тебя это не удручает?
   — А что, должно?
   — Просто не вписывается в мое представление о тебе.
   — Возможно, это твое представление о твоей бывшей жене..
   Между тем Дэб почувствовала, что рука Дасти прочно расположилась на ее плече. Она вспомнила, что они находятся в кафе, и попыталась отогнать от себя волнующее ощущение близости и сосредоточиться на непринужденной беседе.
   — Это семейное кафе. Для разнообразия неплохо, — заметила она.
   — А ты не чувствуешь себя одинокой женщиной в кафе, где принято собираться семьями?
   Дэб вздрогнула.
   — Оно немного напоминает мне детство.
   — Значит, в твоем детстве было хоть что-то хорошее.
   Она вдруг серьезно посмотрела Дасти в глаза и почувствовала сильное искушение рассказать ему о своей семье. Но она не должна возвращаться в прошлое. И не хочет ничего вспоминать.
   — А как поживает Метеор? — попыталась Дэб перевести разговор на другую тему.
   — Прекрасно. В среду лошадь вернулась домой. Уже не хромает, так что сможешь прокатиться на ней в выходные, если захочешь.
   — Я бы не отказалась, — согласилась Дэб, вспоминая их поездку верхом на ранчо.
   Наконец выкрикнули номер их заказа, Дасти встал и направился за пиццей. Дэб обратила внимание на то, что женщины за столиками, мимо которых проходил Дасти, дружно поворачивали головы в его сторону. При этом они выпрямляли спины, поправляли прически, улыбались. Этот мужчина, очевидно, умел производить впечатление на всех. Даже некоторые мужчины поглядывали на него с завистью, видимо чувствуя в нем соперника — неотразимого, дерзкого, самоуверенного.
   — Выглядит неплохо, — прокомментировал Дасти, ставя тарелку с пиццей в центр стола.
   — А ты часто ешь пиццу у себя на ранчо?
   — Айви готовит иногда, но очень неохотно.
   А доставка пиццы к нам невозможна.
   — А почему Айви не любит готовить пиццу? — спросила Дэб, беря кусок с тарелки.
   — Потому что тогда ей приходится делать ее слишком много.
   Внезапно он протянул руку и вытер капельку соуса на ее подбородке. Дэб тут же схватила салфетку, но Дасти наклонился к ее лицу совсем близко и произнес:
   — У тебя еще остался соус на губах. Можно я его вытру?
   Дэб поспешно прижала салфетку к губам, не в силах что-либо ответить. Она вновь пожалела о том, что они не остались у нее дома.
   — Наверно, идея с пиццей не очень удачная.
   — Удачной идеей сейчас, наверное, был бы холодный душ, — прокомментировал Дасти хриплым от волнения голосом.
   — Дасти!
   — Детка, знаешь, в чем твоя проблема?
   — Я думаю, ты будешь счастлив меня просветить!
   — В твоем мире бизнеса ты обдумываешь каждый шаг при осуществлении своего желания. А в моем мире каждый шаг и есть мое желание.
   — И что это значит?
   — Это значит, что мое желание — это ты. И это — мой следующий шаг.
   — Дасти...
   — Ты ведь тоже хочешь меня. Но прячешься от этой мысли, считая таким образом, что стоишь выше всяких низменных страстей. Мы оба — взрослые, самостоятельные люди. Мы ни с кем не связаны. Почему же не можем доставить себе такое удовольствие?
   — От твоих слов веет холодом.
   — Ласточка, это может быть все, что угодно, но никак не холод.
   Дэб ела медленно, пытаясь разобраться в своих чувствах. Ее привлекал этот мужчина.
   Привлекал больше, чем кто-либо когда-либо.
   Но он был совсем не тем, кого она искала. Она искала стабильность и успех. Она искала мужчину, который бы совсем не был похож на ее отца. А Дасти так его напоминал! Очаровательный, беспечный, живущий одним мгновением, словно ее отец. Как мама умудрилась влюбиться в человека, который не мог сберечь и цента? И как любовь могла превратиться в нестихающие раздражение, гнев и отчаяние?
   — Дэб! Ты меня слушаешь? — прервал ее мысли Дасти. — Ничего страшного, если ты скажешь «нет». Я же говорил, что в этот уикенд ты будешь только отдыхать. Айви хочет тебя видеть снова, остальные ребята тоже будут рады с тобой встретиться и поболтать на вечеринке.
   А вечером на соседнем ранчо намечаются танцы. Ты замечательно проведешь время.
   — Дасти, ты сведешь меня с ума.
   — Правда, мисс Харрингтон? — Он улыбнулся. — Вы тоже сводите меня с ума, так что есть шанс договориться.
   — Но только никаких танцев. Я к этому еще не готова.
   — Согласен.
   — Расскажите мне что-нибудь о своем ранчо, мистер Уилсон.
   — Что именно?
   — Как давно ты им владеешь? Оно принадлежало твоему отцу?
   — Нет, оно принадлежало его брату, Самуэлю Уилсону. Он умер несколько лет назад и завещал ранчо мне. У дяди было два сына. Один из них умер еще ребенком, а другой — мой кузен, Тод, погиб в автомобильной катастрофе. Он тогда только закончил колледж. Это совсем подкосило моего дядюшку. После его смерти я, честно говоря, был удивлен, когда узнал, что из племянников он выбрал в наследники именно меня. Наверное, он поступил так потому, что мы с Тодом были одного возраста, да и в детстве много времени проводили вместе.
   — Да, грустная история.
   — Всегда трудно пережить смерть своих детей.
   — А ты хочешь детей?
   — Конечно, полный дом. Это была одна из причин нашего развода с Марджори. Видимо, все, что ее интересует в этой жизни, — только ее собственная карьера. Ну как, ты доела?
   Дэб кивнула.
   — Остался еще кусочек. Съешь его ты.
   Дасти немного поколебался и взял с тарелки остатки пиццы.
   — А хочешь, подойдем к игровым автоматам?
   — Я никогда не пробовала играть на автоматах... — неуверенно ответила Дэб.
   — Ничего, я дам тебе несколько очков форы.
   — Тебе придется играть с дебютанткой.
   Час спустя Дасти проиграл Дэб шесть очков. Мальчишки вокруг Дэб выражали шумный восторг. За спиной Дасти девчонки вздыхали и охали с сожалением. Сам Дасти изумленно покачивал головой, а Дэб смеялась и благодарила свою «группу поддержки».
   — Нам пора уходить? — спросила она.
   Дасти посмотрел на часы и кивнул.
   — Хорошая игра. — Он привлек ее к себе и поцеловал.
   — Не давайте ему взять реванш, — посоветовал один из мальчишек, когда они уже направлялись к выходу.
   — Я постараюсь, спасибо, — с улыбкой ото-"" звалась Дэб и помахала ему рукой.
   — Ну и кто из нас дебютант? — поинтересовался Дасти, подходя к грузовику.
   — Я действительно никогда не играла раньше. Но когда эти ребята стали меня поддерживать, мне пришлось выигрывать.
   Была уже почти полночь, когда они подъезжали к ранчо Уилсона. После недели напряженной работы Дэб тихо спала, прислонившись к окну. Дасти с нежностью посмотрел на нее. Ему очень хотелось обнять и прижать се к себе, любоваться ею в свете мерцающего света дорожных фонарей. Однако надо было следить за дорогой. Когда они подъехали к дому, Дасти не захотел ее будить. Он открыл дверцу грузовика, взял Дэб на руки и отнес в комнату наверху. Бережно уложив ее на кровать, он снял с нее туфли и, подумав секунду, решил снять джинсы, которые всегда казались ему слишком тесными для Дэб. Расстегнув пуговицу и потянув за язычок молнии, он почувствовал нарастающее волнение. Судорожно сглотнув, он все-таки стянул с нее джинсы и аккуратно сложил их на стуле возле кровати.
   Дэб даже не шелохнулась.
   — Спокойной ночи, детка, — ласково произнес Дасти и поцеловал ее в губы.
   Дэб потребовалось несколько минут, прежде чем она поняла, где находится. Она села на кровати. Господи, когда же она успела снять джинсы?
   И тут Дэб услышала стук в дверь.
   — Эй! Пора вставать!
   — Я уже проснулась! — ответила Дэб и попыталась припомнить, что с ней произошло предыдущей ночью.
   — Я жду тебя в своем офисе. Завтрак через полчаса.
   Через двадцать минут Дэб стояла в дверях его «офиса». Дасти сидел за компьютером.
   — Играешь? — поинтересовалась Дэб.
   — Нет, к сожалению. Проверяю некоторые данные.
   Осторожно приблизившись к его столу, Дэб взглянула на экран. Там мелькали колонки цифр и еще какая-то информация.
   — Как насчет еды? — предложил Дасти, выключая компьютер.
   — С удовольствием, — ответила Дэб, заметив, что компьютер у него был самой последней модели. Еще она заметила, что общий вид его «офиса» оставляет желать лучшего. Занавески на окнах отсутствовали, стекла были мутными от грязи. Однако вид за окном был замечательным...
   Они вышли во двор и направились к домику для рабочих. Раннее утро было морозным, над горизонтом нависли тяжелые тучи, воздух наполнялся влагой.
   — Привет, милочка. Рада видеть тебя снова. Айви отошла от плиты, чтобы поздороваться с Дэб. — Дасти предупредил, что ты приедешь на эти выходные. Однако погода сегодня ни к черту.
   — Небольшой дождь никому не навредит, возразил Дасти.
   — Пока он не превратится в большой снег, угрюмо заметил Хэнк.
   — Присаживайся на свое место, Дэб, — скомандовала Айви. — Сегодня суббота, и я приготовила плотный завтрак. Какие у вас планы на сегодня?
   — Я бы хотела покататься верхом, — неуверенно сказала Дэб.
   — Не очень-то хорошая идея. Дождь может пойти неожиданно. Завтра прояснится, вот тогда и покатаешься, — заявил Дасти. — А у меня сегодня много работы, так что я уеду на весь день.
   — Я это уже слышала. Отдохни хоть сегодня, развлеки гостью, — проворчала Айви.
   — Не надо меня развлекать, — отказалась Дэб, удивляясь тому, что Дасти собирается работать в выходной день.
   Айви посмотрела на Дэб.
   — Мне потребуется помощь. Я думаю испечь пироги на ужин.
   Все присутствующие шумно приветствовали такое намерение, зная, какие восхитительные пироги печет Айви.
   — Конечно, я помогу, — согласилась Дэб, хотя никогда не пекла пироги.
   Дасти отодвинул стул и кивнул Дэб.
   — Выйдем со мной.
   Дэб последовала за ним, надеясь, что никто не заметил, как живо она вскочила и выбежала следом.
   — Что случилось? — спросила она, закрывая дверь и опираясь на нее. Дасти стоял совсем близко, положив одну руку на дверной косяк, его густые волосы шевелил ветер.
   — Если тебе нужны развлечения, детка, я к твоим услугам, но позже. Мне надо проехаться, проверить стадо, а если пойдет дождь, ты только напрасно промокнешь и замерзнешь.
   Дэб вдохнула свежий холодный воздух и почувствовала запах Дасти. Ей вдруг стало жарко.
   — Я бы не стал тебя приглашать, чтобы оставить совсем без внимания, но мне нужно отлучиться совсем ненадолго, осмотреть стадо. Хорошо?
   Дэб сглотнула и кивнула головой, не в силах вымолвить что-нибудь в ответ.
   Дасти улыбнулся и наклонился к самому ее лицу.
   — Помоги Айви, а вечером останемся лишь я и ты.
 

Глава 7

   — Дасти возвращается, — сообщила Айви, выглянув из окна кухни. Дэб сразу почувствовала, как дрогнуло ее сердце. — Вон, заехал в амбар. Может, сходишь к нему узнаешь, не хочет ли он чего-нибудь съесть?
   — Ладно, — согласилась Дэб, поставила последний пирог на стол охлаждаться и сняла фартук. Через две минуты она толкнула ворота амбара и вошла внутрь. В амбаре было тепло, пахло лошадьми и сеном. Дэб повертела головой в поисках Дасти и обнаружила, что он собирается снимать седло с Диего.
   — Привет, детка. Что случилось?
   — Айви просила узнать, будешь ли ты обедать?
   Дасти нагнулся к ней и втянул воздух.
   — Ты так замечательно пахнешь корицей и ванилью! А можно на обед получить тебя? спросил он, нежно поцеловав Дэб.
   — А может, я принесу тебе что-нибудь более съедобное? Как насчет яблочного пирога?
   — Только что из печки? — Он обнял Дэб и прижался прохладной щекой к ее щеке. — Знаешь что? Пойди возьми один пирог и принеси его сюда. У Айви есть мороженое?
   — Принести целый пирог?
   — Конечно, и мы его здесь съедим. Я люблю его есть с мороженым.
   — Дасти, мы не сможем съесть целый пирог. Дэб немного отстранилась, чтобы убедиться, что он говорит серьезно. На его лице не было и тени улыбки.
   — Почему не сможем? Если не доедим, остатки вернем на кухню.
   — И ты думаешь, Айви позволит мне преспокойно выйти из кухни с целым пирогом?
   — Нет, конечно. Тебе придется его стащить.
   И не забудь про мороженое. — Он ласково взял ее за плечи и, развернув, легонько подтолкнул к выходу. — Давай поскорее. Я пока распрягу Диего, а ты принеси пирог.
   Зайдя в пустую кухню, Дэб вдруг почувствовала себя шпионом, выполняющим сложную миссию. Она прислушалась, но в доме было тихо. Она прокралась к холодильнику и достала две коробки с ванильным мороженым. Затем, порывшись в ящиках шкафа, прихватила пару вилок и нож. Теперь надо было взять пирог. В этот момент Дэб услышала приближающиеся шаги и, метнувшись к столу, схватила пирог и выскочила во двор.
   — Я принесла! — радостно закричала она, вбегая в амбар.
   — Хорошая девочка! Я знал, что у тебя получится. И что сказала Айви?
   — А ее там не было.
   Дасти посмотрел на Дэб и лукаво прищурился.
   — Значит, скоро она выйдет на тропу войны.
   Ну что ж, давай есть пирог, пока мы еще живы.
   Они ели пирог, сидя на соломе в маленьком закутке наверху, напоминающем чердак. Редкие доски крыши закрывали их от надвигающегося дождя.
   — Tec! — Дасти вдруг прижал палец к губам.
   Дверь амбара распахнулась, и на пороге появилась Айви.
   — Дасти Уилсон, сукин ты сын! Выходи, ковбой несчастный! Я с тебя шкуру спущу!
   Дасти ласково улыбнулся, глядя в широко раскрытые от удивления глаза Дэб.
   — Ш-ш-ш! — Теперь он прикрыл ладонью рот Дэб.
   — Дэб! Ты тоже здесь? — позвала Айви, поднявшись на пару ступенек, ведущих к чердаку.
   Она подождала несколько секунд и стала тяжело спускаться по лестнице. — Дасти! На обед пирог ты не получишь! — сообщила Айви и вышла из амбара.
   — Мы пропали, — хихикнула Дэб.
   — Да. И на обед пирог не достанется. Поэтому надо наесться про запас сейчас. Открывай мороженое.
   — Но поступили мы все-таки нехорошо.
   — Не волнуйся, я возьму всю вину на себя.
   — Но ведь это все игра?
   — Не совсем. Поцелуй меня, Дэб.
   Дэб колебалась всего полсекунды. Прильнув к нему, она коснулась губами его губ. Дасти ответил горячим, страстным поцелуем. От него теперь тоже пахло корицей и ванилью.
   Дасти обхватил ее сильными руками и прижал к своей горячей мускулистой груди. Дэб уперлась руками в его грудь, а потом, схватившись за рубашку, притянула его к себе. Вскоре она почувствовала, как все его тело напряглось.
   Вдруг Дасти перевернулся на спину, продолжая крепко прижимать ее к себе. Дэб попыталась отпрянуть.
   — Успокойся, детка, расслабься. Мы не станем делать ничего, что тебе не понравится.
   Дасти начал целовать ее щеку, шею, подбородок, мочку уха и снова возвращался к губам. Он сводил Дэб с ума. Застонав, она запустила руку в его прохладные темные волосы, ей хотелось раствориться в нем. Ее тело горело от желания.
   — Коснись меня, — прошептала она.
   — Я касаюсь тебя.
   — Еще.
   Дасти поднял ее рубашку и тонкий кружевной бюстгальтер.
   — Господи, Дэб, как же ты красива, — хрипло произнес он, целуя шелковую, ароматную кожу ее груди. Дэб казалось, что она вот-вот умрет от непередаваемого блаженства. Она выгнулась, запрокинув голову, вцепившись в его плечи. Дасти слегка привстал и одним движением прижал ее к влажной соломе на полу, оказавшись между ее ног. Она почувствовала, как его рука нашла молнию на ее джинсах. — Дэб, ты уверена?
   В чем она может быть уверена, если его пальцы все решают за нее? Облизав губы, она приоткрыла рот, чтобы ответить, слегка повернула голову и.., дико завизжала, оттолкнув Дасти так, что он откатился в сторону и, вскочив на ноги, уставился на нее в изумлении.
   — Что случилось, черт возьми? — попытался он выяснить, хватая Дэб за плечи.
   Дэб в ужасе перевела взгляд в угол амбара.
   — Я видела мышь, — тихо сообщила она.
   — И это все? — поразился Дасти.
   Но Дэб его не слушала. Дрожащими пальцами она застегнула бюстгальтер, рубашку, молнию на джинсах.
   — Знаешь, полевые мыши иногда встречаются в сельской местности. Такая вот горькая правда жизни, — констатировал Дасти.
   Дэб посмотрела на него с возмущением и поспешила заправить рубашку в джинсы.
   — Так ты знал, что здесь водятся мыши? И собирался заниматься со мной любовью в амбаре, где они шныряют?
   Дасти пожал плечами и принялся застегивать свою рубашку.
   — Я даже как-то не думал об этом. Во всяком случае, не похоже, чтобы они собирались близко подбегать к нам, потому что очень нас боятся.
   — Ага, расскажи об этом кому-нибудь другому.
   — Но я никого не видел.
   — Зато я видела. Маленькая такая, серенькая, с длинным розовым хвостом. И сидела возле меня так же близко, как ты.
   — Ну, скажем, не так близко, как я...
   Но Дэб не успела ответить. Через открытые ворота донеслись стук копыт и мужские ,. голоса. Дасти отпрянул и произнес:
   — Мы можем только поблагодарить эту мышку. Работники возвращаются на ранчо.
   Дэб стремглав ринулась к лестнице, скатилась с нее кубарем и столкнулась нос к носу с Хэнком и Терри.
   — А вот и Дэб, — приветливо кивнул Хэнк. Как ты здесь оказалась?
   — Ищу Дасти. Но он, наверное, уже в доме, быстро объяснила Дэб и, не оборачиваясь, выбежала из амбара.
   Она не могла поверить, что позволила Дасти так прикасаться к ней. Но какое же это было наслаждение!
   ***
   Дасти слышал разговор Хэнка и Терри. Он лежал на влажной соломе на полу чердака и смотрел сквозь редкие доски крыши на дальние холмы. Без Дэб он стал замерзать. Наверное, он зашел слишком далеко, но Дэб была такой страстной, такой пылкой... Зачем он привез ее сюда? Чтобы любить ее на чердаке?
   Господи, из всех мест в доме он не нашел ничего лучшего, чем чердак в амбаре! Наверняка она уже складывает вещи и собирается поскорее сбежать отсюда.
   Как только Хэнк с Терри вышли из амбара, Дасти встал, отряхнул одежду и направился к дому. Он прошел в кухню и удивился, застав там Дэб.
   — Думаю, нам стоит избавиться от улик, объяснил он, убирая тарелки и вилки в шкаф.
   — Мне лучше уехать, — тихо произнесла Дэб.
   — Нет, Дэб, не надо. Я отвезу тебя завтра после обеда, как мы и договаривались. Останься еще на день. — Дасти стоял посреди кухни с растерянным видом. — Я понимаю, я должен был развлекать свою гостью. Если бы ты настояла, я бы не уехал сегодняшним утром. Дасти шумно вздохнул и уставился в потолок. Черт, не верится, что я перед тобой оправдываюсь!
   — Ты не обязан это делать.
   — Тогда давай проясним кое-что. Я не хочу, чтобы ты влюблялась в меня. Я хочу спать с тобой. А это большая разница! Я не верю в сказку о «счастье когда-нибудь потом»! Я попробовал разок, и мне плюнули в лицо. Все, больше не надо! Мы оба свободные и независимые люди, и если у нас общий зуд на почве секса, так почему бы от него и не избавиться сообща?
   — Очень романтичное предложение!
   — А ты не жди от меня романтики. Худшее, что ты можешь причинить себе, — это влюбиться в меня!
   — Разве я говорила, что влюблена в тебя? Да такого не будет никогда! — выкрикнула Дэб, кипя от возмущения.
   — Почему? — тихо спросил Дасти. Но голос его звучал зловеще. Обстановка накалилась до предела.
   — Потому что ты слишком похож на моего отца.

Глава 8

   — Твоего отца? — Дасти ожидал чего угодно, но только не этого. — Как я могу напоминать тебе отца?
   — Он был такой же, как ты, — обаятельный, дерзкий красавец. Всегда с большим удовольствием веселился, но не мог удержаться ни на одной работе. Светлое будущее всегда пряталось за ближайшим поворотом. Да, радужных идей у него было хоть отбавляй, но для их воплощения требовалось работать больше, чем хотелось моему отцу. Он с неповторимым очарованием мог объяснить каждому, почему у нас нет денег. Но легче от этого не становилось. Мы почти каждый день питались дешевыми лепешками, постоянно переезжали с места на место. Нас просто выгоняли из дома из-за неуплаты. Знаешь, как здорово жить неделями в стареньком разваленном автомобиле?
   Но отец воспринимал это как игру. А насмешки в адрес докторов? Он рассказывал всем, что не доверяет медицине и поэтому мы не обращаемся к врачам. Но у нас просто не хватало денег, чтобы им заплатить, и пару раз я и мама чуть не умерли, прежде чем отец все-таки пригласил врача. Он всегда веселился, рассказывая, что не может позволить своей дочери носить приличную одежду. Ему с легкостью удавалось быть неотразимым. Но нам жить с таким человеком в реальном мире было совсем не так легко.
   Дасти смотрел на Дэб, но ему представлялась маленькая испуганная девочка, которая боится завтрашнего дня, потому что ее отец не может обеспечить ей никакого будущего. Дасти вспомнил свое детство, спокойное и радостное. В доме его родителей никогда не испытывали недостатка в любви и деньгах.