— Я не похож на твоего отца, — твердо произнес он.
   — А я думаю, что похож, Дасти. А твоего обаяния хватит на четырех моих отцов.
   — Но он же умер, так ведь?
   — Он умер, когда я училась в старших классах школы.
   — А твоя мама?
   — Мама умерла, когда мне было восемь лет.
   Но я помню ее. Я помню их скандалы с отцом, крики, оскорбления — все из-за нехватки денег.
   Я помню, какие убийственные слова они бросали в лицо друг другу. — Неожиданно Дэб вздрогнула. — Я ненавижу скандалы. Я ненавижу вопли и громкие звуки даже сейчас, спустя много лет. Но я скучаю по маме. — Опустив взгляд, Дэб отвернулась, не веря, что рассказала ему всю печальную историю своего детства.
   Ей вдруг захотелось убежать, спрятаться, вернуться в свое прежнее, спокойное существование — до вторжения этого человека в ее жизнь.
   Дасти взглянул в окно.
   — Темнеет. Скоро ужин. Если хочешь, я отвезу тебя домой сегодня вечером. Если хочешь — оставайся до завтра, погода должна наладиться, и ты покатаешься на Метеоре. В общем, решай сама.
   — Я бы хотела проехаться верхом. Если это удобно, я останусь.
   — Прекрасно.
   — Я помою тарелки из-под пирога.
   — Не беспокойся. Я скажу Айви, что сам взял пирог, и мне ничего не будет.
   У Дэб задрожали губы, на глаза навернулись слезы. Только что она разрушила что-то очень ценное, хрупкое. Игра окончена. Голос Дасти был усталым и равнодушным. Ребяческий дух товарищества, царивший между ними сегодня днем, испарился вместе со съеденным пирогом. Это ее вина.
   Дэб не знала, что Дасти сказал Айви, но та за ужином ни словом не обмолвилась о пироге. Айви вообще ни разу не обратилась к Дэб.
   Когда ужин закончился, Дасти встал и убрал за собой посуду.
   — Мне надо поработать в кабинете. Возможно, Дэб останется и посмотрит телевизор вместе с вами. — Не дожидаясь ответа, он повернулся и вышел из кухни.
   К тому времени, когда Дэб была вдоволь сыта просмотром всех программ, дождь уже закончился. До домика для рабочих, где находился Дасти, было несколько десятков метров, и Дэб решила пойти туда. Воздух посвежел, сквозь темные облака проглядывали звезды, ветер стих. Свет горел лишь в одном окне — в «офисе» Дасти.
   Дэб поднялась в дом и остановилась в дверях, не зная, с чего начать разговор. Дасти сидел, положив ноги на стол, заваленный бумагами, и что-то читал, и то, что он читал, ему явно не нравилось. Его лицо было угрюмым, брови нахмурены. Время от времени он делал какие-то пометки на полях документа.
   — Дасти?
   Он поднял взгляд и еще больше нахмурился.
   — Что?
   — Я бы хотела поговорить с тобой. У тебя найдется минутка?
   Он убрал ноги со стола, отложил бумаги и ручку и спросил:
   — О чем?
   — О том, что произошло сегодня днем. Я жалею, что наговорила тебе лишнего. Я не имела права говорить такие вещи. И не хотела ранить твои чувства или как-то обидеть тебя.
   — Не сожалей ни о чем. Ты лишь расставила все на свои места.
   — Я могу как-нибудь все исправить?
   — Зачем, Дэб? Дело и так понятно. Я тебе даже не нравлюсь. Что ты хочешь исправить?
   Завтра покатаешься верхом, потом я отвезу тебя домой, и конец всем отношениям.
   — А может быть, я не хочу, чтобы они заканчивались, — медленно произнесла Дэб.
   — И я должен буду ждать, когда ты, может быть, что-нибудь решишь? Завтра ты поедешь домой и подумаешь о том, чего же все-таки хочешь в этой жизни. А если твои желания будут включать и меня, позвони как-нибудь, и я скажу тебе, что думаю по этому поводу. — Дасти перевел взгляд на свои документы. — Это все?
   — Да, — ответила Дэб и, развернувшись, в смятении выбежала за дверь.
   На следующее утро Дэб проснулась поздно. Никто не стучался в дверь, чтобы разбудить ее. Никто не позвал ее на завтрак. Она отправилась на кухню, но Айви там не было.
   Дэб заглянула в буфет и нашла там единственный кусок яблочного пирога. Он сразу напомнил ей вчерашний день. Выпив чашку горячего кофе и не найдя никого в доме, она пошла в амбар.
   — Эй! — позвала она с порога.
   — Привет! Дэб, это ты? — Навстречу ей вышел Терри.
   — А где все?
   — Ушли в церковь. А Дасти, Хэнк и Стив проверяют, не промок ли корм для коров после вчерашнего дождя.
   — Терри, ты мог бы запрячь для меня Метеора? Дасти сказал, что я могу проехаться верхом, осмотреть окрестности.
   Выехав за ворота, Дэб решила направиться на ранчо Джона Барретта. Она поговорит с ним еще раз и сообщит, что собирается отложить выплату долга. Через два часа Дэб остановила лошадь и огляделась вокруг. Ей казалось, что она помнит дорогу, но ранчо Джона нигде не было видно. Дэб поняла, что безнадежно заблудилась. Между тем небо стремительно затягивалось темными тучами. Ей сказочно повезет, если дождь не пойдет до того, как она доберется до ранчо. Но она совершенно не представляла, в каком направлении ехать.
   — Молодец, Дэб. Это все оттого, что ты решила заняться тем, чего не знаешь. Ты не ковбой. Ты банкир. Осталась бы в родном Денвере, сидела бы сейчас в своей квартире... — бормотала она себе под нос, пытаясь сообразить, куда же ехать дальше. Она слезла с лошади и, взяв Метеора за уздечку, побрела к ближайшему холму. Ноги ныли от долгого сидения в седле. — Как я понимаю, Метеор, у нас два выхода. Первый — едем дальше, пока не встретится кто-нибудь, кто доставит нас домой. И второй — остаемся здесь и ждем, когда кто-нибудь нас найдет. — Не получив ответа, Дэб вздохнула и вновь вскарабкалась на лошадь.
   Взглянув на часы, Дэб обнаружила, что уже почти пять. Скоро начнет темнеть. Уставшая, голодная, она почувствовала, как внутри у нее начинает шевелиться противный липкий страх.
   — Надеюсь, нам не придется здесь ночевать, — попыталась успокоить себя Дэб и заметила, как у Метеора дернулись уши, словно лошадь прислушивалась к ее голосу. — Вообще-то, я не очень привыкла жить под открытым небом, хотя, возможно, мне так только кажется.
   Становилось довольно холодно, подул порывистый ветер. Дэб подгоняла лошадь, и они обогнули еще один холм.
   — Дасти! — Приподнявшись в седле, она стала выкрикивать его имя. Вдруг, случайно бросив взгляд вправо, что-то заметила вдалеке. Приглядевшись внимательнее, она рассмотрела неясный силуэт коня, а на нем всадника.
   — Йа-а-хо-о-о! — Дэб изо всех сил дернула за уздечку и пришпорила Метеора. Лошадь, поколебавшись мгновение, резко рванулась с места, и Дэб, потеряв равновесие, с визгом слетела на влажную жесткую землю. — Наверное, я еще не научилась так быстро скакать, предположила Дэб, поднимаясь на ноги и отряхивая грязь. Бедро страшно болело, но она, стиснув зубы, залезла на топтавшуюся рядом лошадь. Всадник, заметивший ее, уже скакал навстречу.
   — Дэб! Слава Богу, нашлась! Мы так волновались. — Терри остановился возле нее. — Какого черта ты здесь делаешь? Я думал, ты поехала к Джону.
   — Спасибо, Терри, ты меня спас. Я окончательно заблудилась.
   Ковбой улыбнулся.
   — Дасти всех поднял на ноги, когда выяснил, что ты уехала одна. В наших местах легко заблудиться.
   Проехав немного вперед, они увидели, как навстречу им мчится Дасти. По его взволнованному лицу струился пот, лошадь под ним тяжело дышала.
   — Ну, как ты? — выдохнул он, пристально вглядываясь в Дэб.
   — Нормально. Извини, я заблудилась. Хотела найти округ "Б", чтобы доехать до ранчо Джона, поговорить с ним.
   — Ты имеешь хоть какое-нибудь представление о том, куда тебя занесло? — разъяренно выкрикнул Дасти.
   Дэб отрицательно замотала головой.
   — Барретт находится совсем в другой стороне. — Он махнул рукой. — А ты, если бы ехала дальше, добралась бы до штата Вайоминг. И, насколько я знаю, между этим домом и границей больше нет никаких строений.
   Во дворе ранчо их ждали человек пятнадцать. Дэб сразу же заметила Айви, Сьюзен и некоторых других знакомых ей работников ранчо.
   — Вижу, ты в целости и сохранности. — Айви сделала шаг навстречу. — Мы беспокоились о тебе, милочка.
   — Спасибо, что отправились меня искать.
   Мне надо было захватить с собой карту.
   Этот комментарий Дэб был встречен дружным смехом. Дасти взял ее за руку и повел к домику для рабочих. В кухне их ждала гора ароматно пахнущих хот-догов и гамбургеров.
   Во время еды Дэб благодарила всех по очереди: она действительно была тронута добротой и заботой этих людей.
   — Готова? — спросил Дасти, посмотрев на ее пустую тарелку. Сердце Дэб заныло. Пора отправляться домой.
   — Да, я только соберу вещи. Спасибо, Айви.
   Все было очень вкусно.
   — После целого дня голодания все покажется вкусным, милочка, — заметила Айви.
   — Но не таким вкусным. Твоя еда особенная. До свидания.
   Попрощавшись с остальными, Дэб вышла из кухни в сопровождении Дасти.
   — Ты выпачкалась сзади и вся промокла.
   — Это я так приземлилась во время падения с Метеора.
   — Тебе надо принять горячую ванну.
   — Но мы собрались ехать в Денвер.
   — Незачем спешить. Поедем завтра утром.
   — Я не могу. На завтрашнее утро у меня назначена встреча.
   — Тебя убьют, что ли, если ты пропустишь одну встречу?
   — Это непрофессионально. Я слишком много работала, чтобы пренебрегать своими обязанностями из-за таких пустяков.
   — Отдохни, прими ванну, а завтра с утра мы выедем достаточно рано, чтобы ты успела заглянуть домой и переодеться к началу работы.
   — Ну, хорошо, — согласилась Дэб. Слова Дасти звучали разумно и убедительно.
   Сидя в горячей ванне, Дэб ощущала настоящее блаженство. Теперь она испытывала даже некоторую гордость, вспоминая свои сегодняшние приключения. Все было бы не так уж плохо, если бы не Дасти. Но при мысли о нем Дэб вдруг машинально поднесла пальцы к губам, пытаясь представить прикосновение его губ. И ее моментально захлестнула такая обжигающая волна, что даже горячая вода в ванне стала казаться освежающе прохладной...
   — Дэб? Ты там не утонула? — Дасти постучался в дверь.
   Дэб, прикрыв глаза, улыбнулась себе. Нет, она не собирается тонуть. Она вообще не собирается больше терять ни минуты.
   — Дэб?
   Дверь приоткрылась, и прохладный воздух наполнил душную ванную комнату.
   — Дэб, ты не заснула?
   Приподняв влажные ресницы, она смотрела прямо в блестевшие от возбуждения голубые глаза Дасти.
   — Нет. — Медленно поднявшись, она стояла в ванной, вода стекала по ее разгоряченной коже. — Ты бы не мог мне подать полотенце?
   Дасти сглотнул, не в силах отвести взгляд.
   — Господи, детка, как же ты красива! — Дасти на ощупь сорвал с крючка полотенце, завернул в него Дэб и на руках вынес из ванной.
   Его губы нашли губы Дэб, она задрожала, прижимаясь к нему всем телом. Полотенце соскользнуло с нее, но Дасти и не думал его поднимать. — Дэб, я хочу тебя.
   — У нас вся ночь впереди, — прошептала она, обнимая его за шею.
   — Скажи это, скажи еще раз, я боюсь ослышаться.
   — Я хочу тебя, Дасти, — тихо повторила Дэб, перебирая его волосы.
   — Даже если я дерзкий, самоуверенный, грубый, легкомысленный, несносный ковбой?
   У Дэб сжалось сердце. Она поняла, как обидела его.
   — Я хочу тебя. Если бы я могла забрать свои слова назад, я бы сделала это. Но если ты хочешь отомстить, что ж, тогда отвергни меня.
   — Возможно, я не тот мужчина, который тебе нужен, но я не идиот. И если мне понадобится отомстить, найду другой способ. — Дасти нежно сжал ее и понес в спальню.
   Опустив Дэб на кровать, он принялся судорожно расстегивать рубашку, но его пальцы путались, и он дернул за пуговицы, которые со стуком отлетели в угол спальни. Дэб обняла его за обнажившиеся плечи и стала медленно целовать его грудь, гладя кончиками пальцев гладкую кожу налитых мускулов. Дасти застонал и опрокинул ее на спину.
   — Если ты не остановишься хотя бы на минуту, я даже не успею снять ботинки, — почти прорычал он. Дэб рассмеялась и немного отстранилась. Дасти окончательно избавился от одежды и лег рядом с нею. — Ты уверена, детка?
   — Я уверена, как никогда, Дасти.
   Его руки стали легко гладить ее стройное тело, он целовал, едва касаясь губами, тонкую кожу, вдыхал ее запах. Пальцы коснулись напрягшихся сосков, и он почувствовал, как Дэб задрожала. Ее дыхание стало прерывистым.
   — Дасти, я вся горю.
   И вдруг ее пронзило острое, всепоглощающее чувство, будто что-то взорвалось внутри, заставив ее изогнуться и вскрикнуть. Она подалась вперед, стремясь слиться с его телом, стремясь остаться в этом мгновении.
   — Не спеши, Дэб, не спеши.
   — Я не могу остановиться, — прошептала она, чувствуя приближение новой волны блаженства.
   — Я хочу, чтобы это продолжалось всю ночь, ответил Дасти, все еще не веря в происходящее. Слившись в одном движении, они не могли остановиться — они словно растворились друг в друге и в неповторимом наслаждении, которое отрывало их от земли и уносило к звездам.

Глава 9

   Дасти окончательно запутался. Как же все произошло? Кто кого, черт возьми, пытался одурачить? Они ведь не собирались быть вместе. Он ей не нравился как человек. Она ему казалась хуже Марджори, если такое, конечно, возможно. Марджори, во всяком случае, не считала его неудачником. Дьявол, как Дэб могла такое подумать? У нее что, нет глаз?
   — Дасти, — прошептала она, целуя его в шею.
   — Ммм? — Должно быть, ей неудобно и тяжело, он почти вдавил ее в постель, продолжая сжимать в своих объятиях. Но ему было так хорошо, что не хотелось даже шевелиться.
   — Только никогда не меняйся, — мягко произнесла она и обняла его обеими руками.
   — Что? — Он приподнялся на локтях и посмотрел на нее сверху. Дэб была прекрасна. Ее светлые блестящие волосы, еще влажные после ванны, разметались по подушке. Нежная мягкая кожа словно светилась в полумраке спальни.
   Глаза блестели, губы были приоткрыты.
   — Я люблю тебя таким, какой ты есть. Я знаю, что у нас не может быть общего будущего, но мне бы хотелось, чтобы мы остались хотя бы друзьями.
   — А любовь — это, по-твоему, то же, что и дружба?
   Дэб ничего не ответила. Ну как можно понять женщину?
   — Знаешь, что я сделаю, Дэб? — прошептал Дасти. — Отпущу тебя. Думаю, это все, что я могу сделать. Ты живешь совсем другой жизнью. Но узнавать тебя, детка, — это великое наслаждение.
   Дэб проснулась среди ночи, чувствуя рядом горячее мужское тело. Она улыбнулась, вспоминая каждую секунду их близости. Кончиками пальцев она осторожно провела по упругим мускулам его груди. Медленно, стараясь не разбудить Дасти, дотронулась губами до его кожи и ощутила ее соленый вкус.
   — Не останавливайся, детка, — раздался сонный голос Дасти.
   — Я не хотела тебя будить.
   — Если ты собираешься меня будить таким образом, не стесняйся.
   — Дасти, меня снова тянет к тебе...
   — Детка, всегда, когда захочешь.
   И вновь они оказались в своем маленьком мире. Горячие, страстные слова, трепетные прикосновения... Они заснули, обессиленные и счастливые, лишь спустя несколько часов.
   — Дэб?
   Сердце Дэб дрогнуло от звука его голоса.
   Ей совсем не хотелось просыпаться.
   — Вставай, Дэб. Пора ехать. Тебе ведь надо попасть домой перед работой.
   Работа! Дэб открыла глаза. Было еще темно, но свет из холла проникал сквозь дверь спальни. Она лежала в его постели, ей было тепло и уютно, однако Дасти уже успел одеться и сидел на краю кровати.
   — Поднимайся, детка. У тебя есть время быстро принять душ, и через полчаса нам надо выезжать.
   — Я успею.
   Он улыбнулся и встал.
   — Я знаю, что могу на тебя рассчитывать...
   Ни одного поцелуя, ни слова о том, что произошло ночью. Дасти был сама деловитость. Дэб с сожалением бросила прощальный взгляд на ранчо. Она всегда будет помнить чудесные дни, проведенные здесь.
   Через два часа они подъехали к ее дому в Денвере.
   — Спасибо, что вытащил меня на выходные из дому, — вежливо поблагодарила Дэб. Ей совсем не хотелось покидать его грузовик.
   — До свидания, Дэб.
   Дэб смотрела на него, изо всех сил пытаясь выдавить улыбку. За годы работы она привыкла скрывать свои чувства за маской вежливого безразличия. Придется проделать это еще раз.
   — До свидания, Дасти.
   Дэб вылезла из машины и направилась к своему дому. Дасти не мог видеть, как по ее щекам текут слезы.
   Казалось, понедельник не закончится никогда. Она отложила встречи, назначенные на вечер. Бедро, ушибленное после падения с лошади, болело, настроение было отвратительным. Она даже накричала на Аннелиз, На это секретарша лишь усмехнулась и прокомментировала:
   — Я же предупреждала, что этот ковбой принесет одни неприятности.
   Когда во вторник Дэб появилась в офисе, оказалось, что Фил крутится возле документов
 
   на ее столе. Она потребовала у него объяснений, но не получила в ответ ничего определенного, кроме двусмысленных ухмылок. Покачав головой, Дэб предупредила, чтобы впредь, если ему что-нибудь понадобится в ее документах, он обращался к ней за разрешением.
   В среду Дэб готова была бросить все и отправиться к Дасти на ранчо. Она ни на мгновение не переставала о нем думать. Она не хочет, чтобы они были только друзьями. Она хочет большего. Всю первую половину среды Дэб мысленно перебирала возможности работать в Денвере и жить на ранчо. Или, например, Дасти мог бы перебраться на какое-нибудь ранчо поближе к Денверу. Или их банк вдруг откроет филиал в окрестностях ранчо Уилсона...
   — Или вдруг свиньи научатся летать, — вслух завершила свои размышления Дэб и швырнула карандаш в угол кабинета. Все!
   Сейчас она закончит работу и отправится покупать рождественскую елку, а потом придет домой и начнет ее украшать. Может быть, это хоть на время отвлечет от мыслей о чертовом ковбое!
   Когда вечером зазвонил телефон, Дэб сначала решила не снимать трубку. Огоньки на елке были уже развешены, и она украшала дерево разноцветными игрушками. Но, подумав, она подошла к телефону.
   — Дэб?
   — Дасти? — Дэб села, так как колени предательски задрожали.
   — Да. Звоню узнать, как ты себя чувствуешь после воскресной поездки и падения с Метеора.
   — Хорошо, спасибо. Правда, бедро отливает всеми цветами радуги, зато хромота дает повод для интересных бесед с коллегами. А как поживают Айви, Хэнк и другие?
   — Тебя действительно это интересует?
   — Меня интересуешь ты, — тихо призналась Дэб.
   — Я скучаю по тебе.
   — Я тоже. Я так боялась, что наше прощание в понедельник окажется последним.
   — В тебе есть что-то такое, детка, что пленяет мужчину и никак не дает вырваться.
   Дэб, задыхаясь от волнения, ответила:
   — Дасти, я не хочу говорить об этом по телефону. Рада, что ты позвонил. Я много о тебе думала. Нам было хорошо вместе. Я никогда никому не посвящала столько времени, кроме работы...
   — Да, понятно, опять работа. Ничто на свете не изменит прекрасную, но занудливую красавицу.
   Дэб замолчала. Значит, он считает ее занудой.
   — Черт! — Дасти откашлялся. — Дэб, я не думаю, что ты занудливая, просто вырвалось. Я тоже вспоминаю этот уикенд. Но что тебе понравилось больше всего? Яблочный пирог?
   Дэб хихикнула.
   — Катание на Метеоре?
   — Ммм.
   — Дэб, если ты не признаешься, я намылю тебе шею.
   — Ладно, лучше всего была ночь. И мне хотелось бы се повторить. Ну что, доволен?
   — Доволен? Послушай, ты сейчас в Денвере, это два часа езды, я на ранчо, и ты мне говоришь такое. Ты думаешь, это меня удовлетворит?
   Дэб поколебалась секунду.
   — Тогда ты, может быть, приедешь в Денвер на выходные?
   — Я думаю, смогу. Ты включишь меня в свое рабочее расписание?
   Проигнорировав его колкость, Дэб продолжила:
   — Мы бы сходили в кино, в кафе...
   — Я хочу пойти потанцевать. Ты знаешь какое-нибудь местечко?
   — Аннелиз наверняка знает. Я завтра с ней посоветуюсь.
   — Договорились. А где мне остановиться?
   — У меня.
   — О'кей. Положись на меня, Дэб. Все будет хорошо. До пятницы.
   Положиться на него. Как бы ей этого хотелось.
   — Так-так. В твоих глазах появился счастливый блеск, — констатировала Аннелиз на следующее утро, глядя на Дэб.
   Дэб радостно кивнула.
   — Ты знаешь какой-нибудь хороший дансинг?
   — Дансинг? Кто собирается идти в дансинг и когда? Уж не тот ли разбойник с большой дороги?
   Дэб кивнула.
   — Мы встретились еще раз. Случайно, конечно.
   — Ладно, я тебе напишу список лучших дансингов в городе. Но тебе необходимо купить что-нибудь новенькое из одежды. Надо пойти в бутик на Шестнадцатой улице. Там самая модная и стильная одежда.
   — Может, во время обеденного перерыва?
   — Не может, а обязательно. Я сама пойду с тобой, — заявила Аннелиз.
   Дэб, поколебавшись мгновение, согласилась. Они договорились о времени и вернулись к работе.
   Однако внимание Дэб переключалось с важных банковских проблем на подготовку к предстоящему визиту Дасти. Нужно убрать квартиру, купить что-нибудь для завтрака и обеда. Хорошо, что она уже поставила елку.
   Наверное, надо будет испечь рождественское печенье. А вечером они могут куда-нибудь пойти поужинать. Дэб не любила готовить, но печь — это другое дело. Список домашних дел к обеду возрос до внушительных размеров.
   Поход по магазинам прошел замечательно.
   Аннелиз заставила босса перемерить десяток разных нарядов. Дэб понравились два платья темно-синее и кремовое. Не зная, какое все-таки выбрать, она купила оба, чем сильно удивила Аннелиз и саму себя. Подбирая аксессуары, Дэб увидела пару изумительных сережек и купила их в подарок своей секретарше.
   Платья висели с обратной стороны двери в ее кабинете, на полу стояли пакеты с другими покупками из бутика. Она надеялась, что Дасти понравится ее новый имидж. В примерочной она выглядела просто потрясающе...
   Громкий стук дверью в ее приемной стал первым сигналом надвигающейся катастрофы. Дэб вскочила и снова опустилась в кресло, наткнувшись на пылающий от ярости взгляд Дасти.
   — Ты скрытная, лживая ведьма! — Вместе с обвинением Дасти швырнул ей в лицо пачку каких-то бумаг, которые разлетелись по всей комнате, а один лист приземлился ей на плечо.
   — Дасти? Что это?..
   — Я верил тебе! Я верил тебе, несмотря на здравый смысл. А ты оказалась расчетливой карьеристкой, прикинувшейся святой!
   — Я не знаю, о чем ты говоришь! — Его крик почти парализовал Дэб. Она вдруг вспомнила, как отец кричал на маму. Она не могла вздохнуть, скованная ужасом.
   — Я говорю о деле Джона Барретта. О том, как ты морочила мне голову, обещая отложить выплату его долга, а сама за моей спиной продолжала обтяпывать делишки своего славного банка. Черт, тебе не стоило спать со мной, чтобы потом растоптать мое доверие к тебе.
   Здесь ты, по-моему, слегка перегнула палку!
   — Я не делала этого! — Дэб встала и вышла из-за стола. — Я ничего не делала за твоей спиной. Я не лишала Джона его ранчо. Мы собираемся...
   Дасти покачал головой.
   — Достаточно, мисс Харрингтон. Документы пришли сегодня утром. Я уже поговорил с вашим шефом. Он ничего не хочет менять.
   Однако ему любопытно было узнать о том, как его исполнительная помощница водит за нос честных клиентов. Если он привык так же вести дела, то вы друг друга стоите! В завершение беседы я все же договорился с твоим боссом, что полностью оплачу долг Джона.
   Но в следующий раз, если моему другу понадобится брать кредит, он обратится в другой банк. Прощайте, мисс Харрингтон, желаю вам сгнить в вашем замечательном банке!
   Развернувшись, Дасти вылетел в приемную, хлопнув дверью так, что новые платья Дэб с шорохом слетели на пол. Дэб, совершенно растерянная, в оцепенении стояла посреди кабинета.
   — Дэб! — Аннелиз появилась на пороге и была ошарашена не менее самой Дэб. — Мистер Монтгомери хочет тебя видеть прямо сейчас. Он звонил дважды и, по-моему, не на шутку взбешен.
   Дэб подъехала к своему дому и, выйдя из машины, медленно побрела к квартире. Дом выглядел празднично, у соседей в окнах горели рождественские огоньки, на дверях висели нарядные елочные венки, украшенные разноцветными лентами. Она с сожалением посмотрела на пакеты с новыми нарядами. Может, она наденет что-нибудь в субботу. Так просто, для себя. Слезы катились по ее щекам. Поискав в кухонном шкафу, Дэб вытащила бутылку бренди, налила полбокала и, зажав пальцами нос, выпила все залпом. Наполнив бокал вновь, села на диван в гостиной. Она снова будет встречать Рождество одна. Как всегда.
   Дасти въехал во двор ранчо и заглушил мотор. Дорога из Денвера не остудила кипевшую в нем ярость. С силой ударив кулаком по рулю, он выругался. Дасти не мог понять, кто больше выводит его из себя: Джон, так долго не обращавший внимания на чертовы послания из банка, или Дэб, которая все это время лгала ему, или он сам, безоглядно поверивший каждому ее слову.
   Оставив дверцу грузовика открытой, Дасти вбежал в дом. С ним обошлись как с круглым дураком. Пора забыть об этом и жить дальше.
   Ведь его обманывали не в первый раз и, скорее всего, не в последний. Он никогда не угрожал таким людям, но и не пытался оградиться от них. В следующий раз он будет благоразумнее. Хотя как можно быть благоразумным, когда красивая женщина с ангельской внешностью рассказывает грустную историю своей жизни, а потом безжалостно разбивает все надежды, обнаруживая свою лживую сущность?
   Ну, ничего, по крайней мере мисс Безжалостная Банкирша будет вынуждена серьезно объясниться со своим шефом — Дасти в ярости чуть не разнес кабинет президента этого дурацкого банка.
   Вбежав в свой «офис», он швырнул шляпу на стол и, подойдя к окну, с тоской уставился на земли, оставленные ему в наследство дядей. Ничего бы не произошло, если бы Дасти с самого начала догадался о том, что эта карьеристка принимает его за идиота. Черт, как же он заблуждался, посчитав, что Дэб чем-то отличается от Марджори! Ее слезливая история о беззащитности была рассчитана на сочувствие и жалость с его стороны. А она тем временем и не думала останавливать дело о долге Барретта.