Бруенор был рад, что их отдых все же оказался им полезен и принес им некоторую ценную информацию. Его цель каждую минуту каждого дня заставляла его идти вперед, и когда он проводил слишком много времени не продвигаясь в направлении Митрилового Зала, даже если это был простой отдых, он начинал чувствовать себя виноватым. “Ты должен хотеть этого всем своим сердцем”, – часто бормотал он себе под нос.
   Но Харли снабдил их всей необходимой информацией об этих землях, которая могла пригодиться им в будущем, и поэтому Бруенор был удовлетворен, когда они сели ужинать в “Пушистом Посохе”. Дриззт присоединился к ним там, он был молчалив и угрюм, и не желал говорить много, когда его стали расспрашивать о встрече с ДельРоем.
   "Мы встретимся с ним еще раз”, – был ответ дроу на расспросы Бруенора. “ДельРой очень стар и мудр. Он может оказаться нашей единственной надеждой в поисках Митрилового Зала“.
   Бруенор и вправду был заинтересован будущей встречей.
   Дриззт беззвучно принялся за свою порцию еды, раздумывая над историями и образами его родины, которые он поведал ДельРою, вспомнив необычную красоту Мензоберранзана.
   И злые сердца, которые лишали части его красоты.
   Спустя некоторе время, Харли забрал Дриззта, Бруенора и Вулфгара на встречу со старым магом – Регис уговорил их оставить его в таверне. Они встретились с ДельРоем в маленькой, полутемной комнате, отблески света на подернутом возрастом лице мага, лишь усиливали ощущение тайны. Бруенор и Вулфгар пришли к выводу, что описание ДельРоя Дриззтом было абсолютно точно, большой жизненный опыт явно простматривался на его сморщенной смуглой коже. Его тело уже отказывалось ему служить как прежде, но блеск его глаз говорил о глубокой жизненной силе и остром уме.
   Бруенор развернул свою карту на круглом столе, рядом со свитками и книгами, которые принес ДельРой. Старый маг внимательно изучал ее несколько секунд, проследив за линией, которая привела друзей в Лонгсэддл. “Что ты помнишь о древних залах, дварф?” – спросил он. “Достопримечательности или соседние народы?”
   Бруенор потряс головой. “Образы в моей голове хранят только воспоминания о подземных залах и кузницах, где раздаются звуки железной наковальни. Свой побег мой клан начал в горах, это все что я знаю”.
   "Северные земли обширны”, – подметил Харли. “Многие из горных цепей могли быть вашим домом”.
   "Вот почему Митриловый Зал, несмотря на все его многочисленные богатства так и не был найден”, – ответил ДельРой.
   "В этом то вся и трудность”, – сказал Дриззт. “Мы даже не знаем где нам стоит начать наши поиски”.
   "Да, но вы уже их начали”, – ответил ДельРой. “Вы правильно сделали, что двинулись вглубь территории; большинство легенд о Митриловом Зале приходят из восточных земель, в основном с побережья. Похоже, что ваша цель лежит где-то между Лонгсэддлом и великой пустыней, однако севернее или южнее, я не могу предположить. Вы правильно поступили”.
   Дриззт кивнул и замолчал, когда старый маг принялся за изучение карты Бруенора, отмечая важные точки и часто обращаясь к книгам, которые он сложил рядом со столом. Бруенор вертелся вокруг ДельРоя, давая ему всякие советы, приходившие на ум. Дварфы были терпеливым народом, что было их характерной чертой, которая позволяла их кузнечному ремеслу затмить изделия других рас, и Бруенор старался быть как можно спокойнее, не желая давить на мага.
   Спустя некоторое время, когда ДельРой наконец закончил с переработкой доступной ему инфрмации, он вновь заговорил. “Куда бы вы пошли дальше”? – спросил он у Бруенора, – “если бы не получили совета здесь?”
   Дварф вновь взглянул на карту, Дриззт склонился над его плечом, и провел линию на восток своим узловатым пальцем. Он посмотрел на Дриззта, чтобы тот подтвердил, что точка, о которой они разговаривали на досуге, указана верно. Дроу кивнул. “Цитадель Адбар”, – произнес Бруенор, ткнув пальцем в карту.
   "Крепость дварфов”, – сказал ДельРой, не слишком удивившись. “Прекрасный выбор. Король Харбромм и его дварфы могли бы тебе помочь. Они были там, в Митриловых Горах, в течении многих столетий. Безусловно Адбар была стара уже в те дни, когда молоты дварфов выстукивали свою песню в Митриловом Зале”.
   "Значит вы советуете нам отправиться в Цитадель Адбар?” – спросил Дриззт.
   "Это ваш выбор, и лучшего я вам не могу предложить”, – ответил ДельРой. “Но путь далек, не менее пяти недель, если все будет хорошо. И он проходит по восточной дороге за Сундабаром, что маловероятно. Но все же вы можете добраться туда до первых зимних холодов, и затем вы сможете воспользовавшись информацией Харбромма, продолжить свое путешествие до следующей весны ”.
   "Значит выбор очевиден”, – произнес Бруенор. “В Адбар!”
   "Но есть еще, что вы должны знать”, – сказал ДельРой. “И это ценный совет, что я могу дать вам: Не упускайте своих возможностей в дороге из-за обнадеживающего вида конца пути. Ваш курс был правилен, вначале из Долины Ледяного Ветра в Лускан, затем из Лускана сюда. Есть множество причин, и не только монстры, которые могут заставить путника свернуть. На своем пути в Адбар, вы минуете Сильверимун, город мудрости и наследия, и леди Алустриель и Хранилище Мудрости, самую лучшую библиотеку во всех северных землях. Многие в этом прекрасном городе могут предложить вам большую помощь чем я, или даже король Харбромм. За Сильверимуном вы найдете Сундабар, древнюю крепость дварфов, где правит Хелм, известный друг дварфов. Его узы, связывающие его с твоей расой, очень крепки, Бруенор и проходят через многие поколения. Возможны они связывают его и с твоими людьми”.
   "Возможно!” – улыбнулся Харли.
   "Мы прислушаемся к твоим мудрым советам, ДельРой”, – сказал Дриззт.
   "Да”, – согласился дварф, укрепившись духом. “Когда мы покидали долину, я не знал куда нам идти после Лускана. Я лишь строил догадки. Халфлинг был мудр, что посоветовал нам придти в это место, где мы наконец-то нашли ключи к этой загадке!” Он оглянулся вокруг – Дриззт, Харли, ДельРой, и наконец он заметил Вулфгара, молчаливо сидевшего на своем стуле, скрестив руки на груди. Он наблюдал за происходящим без каких-либо эмоций. “Что скажешь, парень?” – обратился к нему Бруенор. “Тебе есть что добавить?”
   Вулфгар подался вперед, облокотившись на стол. “Нет”, – произнес он. “Я последую за тобой, какой бы путь ты не выбрал”.
   Бруенор принял его ответ и повернулся назад к ДельРою и Харли, чтобы выяснить некоторую дополнительную информацию о дороге. Однако Дриззт, неубежденный откровенностью слов Вулфгара, перевел взгляд на юного варвара, заметив необычное выражение в его глазах, когда он смотрел на Бруенора.
   Печаль?
   Они провели еще два дня в Плющевом Особняке, однако Дриззта ни на минуту не оставляли Харпеллы, которые хотели узнать как можно больше информации о его расе. Он спокойно воспринимал вопросы, понимая их добрые намерения, и отвечал как только мог. Когда Харли пришел, чтобы проводить их на утро пятого дня, они полностью восстановили свои силы и были готовы двигаться в путь. Харли пообещал позаботиться о том, чтобы вернуть лошадей их законным владельцам, сказав, что это последнее, что он может сделать для незнакомцев, проявивших такой интерес к городу.
   По правде говоря, друзья многое смогли узнать во время своей остановки. ДельРой и Харли снабдили их ценной информацией, и что еще более важно, подарили им новую надежду в их поисках. Бруенор был на ногах задолго до рассвета последнего утра, теперь ему нетерпелось как можно скорее вернуться на дорогу.
   Они выступили из особняка сказав бесчисленное количество прощаний и бросив множество последних взглядов через плечо, и даже Вулфгар, который пришел к магам с чувством глубокой антипатии, сказал несколько прощальных слов.
   Они пересекли мост, попрощавшись с Шардином, который слишком глубоко ушел в свои размышления о потоке, чтобы заметить их, и вскоре узнали, что строение рядом с конюшней было экспериментальной фермой. “Это изменит лицо всего мира!” – заверил их Харли, когда они подошли поближе, чтобы все рассмотреть. Подобно конюшне, ферма состояла из одной комнаты, однако часть ее не имела крыши и представляла собой поле внутри стен. На поле паслись миниатюрные коровы и овцы, а под их ногами бегали курицы размером с полевую мышь.
   "Конечно, это первый сезон и мы еще не видели результатов”, – объяснил Харли, – “но мы рассчитываем на большой урожай, несмотря на маленькие затраты ресурсов”.
   "Эффективно”, – засмеялся Регис. “Мало еды, мало пространства, и вы можете вернуть им первоначальный размер, когда захотите съесть их!”
   "Точно!” – сказал Харли.
   Далее они двинулись в конюшню, где Харли подобрал им прекрасных скакунов – двух лошадей и двух пони. Харли объяснил, что это были подарки. “Это последнее, чем мы можем помочь в таком благородном деле”, – сказал Харли низко поклонившись, чтобы предупредить любые протесты со стороны Бруенора и Дриззта.
   Дорога свернула, продолжая идти вниз по холму. Харли стоял некоторое время почесывая подбородок, с озадаченным выражением на своем лице. “Шестой столб”, – сказал он себе, – “но слева или справа?”
   Человек работавший на лестнице (еще одна забавная диковинка – видеть лестницу стоящую над изгородью и прислоненную к середине невидимой стены) пришел им на помощь. “Опять забыл?” – усмехнулся он над Харли. Он указал на изгородь. “Шестой столб слева от тебя!”
   Харли прогнал свое замешательство и двинулся вперед.
   Друзья с любопытством посмотрели на человека, когда шли мимо него, все еще держа в руках своих лошадей. У него было ведро и несколько тряпок, которыми он оттирал несколько красных пятен с невидимой стены.
   "Низколетящие птицы”, – сконфуженно произнес Харли. “Но не волнуйтесь, Регвельд работает над этой проблемой даже сейчас, когда мы говорим”.
   "Сейчас настало время нам прощаться, но даю слово, что пройдет еще много лет, прежде чем вас забудут в Плющевом Особняке! Дорога проведет вас через Лонгсэддл. Там вы можете пополнить ваши припасы – обо всем уже договорено”.
   "Мой глубочайший поклон тебе и твоему роду”, – сказал Бруенор, низко поклонившись. “Несомненно Лонгсэддл стал ярким пятном на серой дороге!” Остальные трое согласились с ним.
   "Значит, прощайте”, – вздохнул Харли. “Дайте Харпеллам знать, когда вы наконец найдете Митриловый Зал и вновь раздуете древние печи!”
   "Несомненно!” – заверил его Бруенор, когда они двинулись по дороге.
   Они выехали за пределы Лонгсэддла незадолго до полудня, их лошади скакали легкой рысцой с сумками полными припасов.
   "Ну, что ты предпочитаешь, эльф”, – спросил Бруенор на следующий день, – “удар копья солдата, или укол носа любознательного мага?”
   Дриззт лишь рассмеялся. Лонгсэддл так отличался от всех тех мест, где ему довелось побывать до этого, и в тоже время был так похож.
   Лишь Вулфгар, скачущий рядом с ним, пробормотал.
   "Дорогу”.

9
ЭТО НЕ ГОРДОСТЬ

   "Почему вы приближаетесь к городу, прежде чем наступит рассвет?” – спросил Ночной Страж у посланника торгового каравана, остановившегося под стенами Лускана. Ирдан, на своем посту рядом с Ночным Стражем, внимательно смотрел – этот отряд пришел из Десяти Городов.
   "Мы не стали бы нарушать правила, если бы наше дело не было таким срочным”, – ответил представитель каравана. “Мы не отдыхали два дня”. Еще один человек появился из вагона, на его плече безвольно висело тело.
   "Убит на дороге”, – объяснил представитель. “И еще один пропал. Кэтти-бри, дочь самого Бруенора Баттлхаммера!”
   "Дварфиха?” – выпалил Ирдан, подозревая что это не так, но стараясь скрыть свое возбуждение из-за боязни, что это может выдать его.
   "Нет, обычная женщина”, – запричитал представитель. “Самая прекрасная во всей долине, может быть даже на всем севере. Дварф удочерил ее и воспитал как собственное дитя”.
   "Орки?” – спросил Ночной Страж, более обеспокоенный потенциальной опасностью на дороге, чем судьбой одной женщины.
   "Это не работа орков”, – ответил представитель. “Кэтти-бри была бесшумно и коварно похищена, а возница убит. Мы все это обнаружили лишь на утро”.
   Ирдану больше не требовалось никакой информации, ни даже более подробного описания Кэтти-бри, чтобы сложить вместе все кусочки головоломки. Ее связь с Бруенором объясняла интерес Энтрери к ней. Ирдан посмотрел на восток, на первые лучи приближающегося рассвета, желая как можно скорее закончить свою смену, чтобы доложить о своих открытиях Дендибару. Этот кусочек информации должен был помочь смягчить гнев пятнистого мага, который он испытывал на него из-за потери следов дроу в доках.
***
   "Он не нашел их?” – прошипел Дендибар на Сидни.
   "Он не нашел ничего, кроме старых следов”, – ответила юная магичка. “Если они все еще в доках, то очень умело прячутся”.
   Дендибар помедлил, чтобы обдумать доклад своей ученицы. Что-то было не так в этом сценарии. Четыре существа не могли просто так исчезнуть. “Узнала ли ты что-нибудь об убийце или о его спутнице?”
   "Бродяги на улицах боятся его. И даже местные головорезы отдают ему дань уважения”.
   "Значит наш друг известен среди этих потрошителей”, – задумался Дендибар.
   "Я думаю, что он наемный убийца”, – предположила Сидни. “Вероятно с юга – возможно из Уотердипа, хотя тогда мы бы что-нибудь слышали о нем. Возможно он еще дальше с юга, из земель, которые находятся за пределами нашей досягаемости”.
   "Интересно”, – ответил Дендибар, пытаясь сформулировать какую-либо теорию, учитывавшую все факторы. “А девушка?”
   Сидни пожала плечами. “Я не верю, что она следует за ним по своей воле, хотя она не пытается бежать от него. И когда ты следил за ним с помощью Моркая, то он был один”.
   "Он обзавелся ей позже”, – раздался неожиданный ответ из дверей. Ирдан вошел в комнату.
   "Что? Без предупреждения???” – закричал Дендибар.
   "У меня есть новости – это не может ждать”, – смело ответил Ирдан.
   "Они покинули город?” – напомнила Сидни, чтобы еще больше подогреть злость, которую она прочитала на бледном лице мага. Сидни хорошо понимала опасности и трудности грозившие в доках, и почти сочувствовала Ирдану навлекшему на себя гнев беспощадного Дендибара. Но Ирдан оставался ее соперником в борьбе за благосклонность мага, а она не могла позволить симпатии встать на пути у ее амбиций.
   "Нет”, – резко ответил ей Ирдан. “Мои новости не касаются отряда дроу”. Он вновь взглянул на Дендибара. “Сегодня в Лускан прибыл караван – они ищут женщину”.
   "Кто она?” – спросил Дендибар, внезапно заинтересовавшись и сразу забыв свой гнев из-за вторжения.
   "Приемная дочь Бруенора Баттлхаммера”, – ответил Ирдан. “Кэт…”
   "Кэтти-бри! Ну конечно же!” – закричал Дендибар, знакомый со всеми выдающимися личностями Десяти Городов. “Я должен был догадаться!” Он повернулся к Сидни. “Мое уважение к нашему загадочному всаднику растет с каждым днем. Найди его и приведи ко мне!”
   Сидни кивнула, однако она боялась, что просьба Дендибара могла оказаться более трудной для выполнения, чем думал пятнистый маг, возможно вообще невыполнима.
   Всю эту ночь, до самого рассвета она провела обыскивая улицы и места встреч в районе доков. Но даже использовав свои связи на пристанях и все магические заклинания она так и не смогла обнаружить Энтрери и Кэтти-бри.
   Уставшая и расстроеная она вернулась в Башню Тайн на следующий день, и прошла мимо коридора ведущего в комнату Дендибара, несмотря на его распоряжение сразу должить ему по ее возвращении. Сидни была не в настроении слушать шумные тирады пятнистого мага о ее провале.
   Она вошла в свою маленькую комнатку, располагавшуюся в главной части Башни Тайн, под северной веткой, ниже комнаты Хозяина Северной Башенки, и заперла двери, дополнительно наложив на них запирающие заклинания, чтобы предупредить нежелательное вторжение.
   Она едва упала в свою постель, когда поверхность ее магического зеркала затуманилась. “Будь ты проклят, Дендибар”, – разозлилась она, считая, что причиной ее беспокойства был ее хозяин. Медленно подойдя к зеркалу, она уставилась в его глубину, приспосабливая свой мозг, чтобы сделать изображение более четким. Но тот кого она увидела, к ее облегчению был не Дендибар, а маг из далекого города, один из ее поклонников, которому невозмутимая Сидни давала надежду на ответные чувства, чтобы манипулировать им.
   "Приветствую тебя, прекрасная Сидни”, – произнес маг. “Я надеюсь, что не побеспокоил твой сон, но у меня есть потрясающие новости!”
   Обычно, Сидни бы тактично выслушала мага, проявив интерес к его истории, и вежливо бы уклонилась от встречи. Но сейчас, когда на ее плечах лежала тяжесть от требований Дендибара, у нее не было терпения на подобные речи. “Сейчас не время!” – резко ответила она.
   Маг, поглощенный своими новостями, казалось не заметил ее раздраженного тона. “Самая изумительная вещь, что когда либо происходила в нашем городе”, – сбивчиво произнес он.
   "Харли!” – закричала Сидни, чтобы остановить поток его слов.
   Маг остановился, удрученный. “Но, Сидни”, – сказал он.
   "В другой раз”, – настояла она.
   "Да как часто в наши дни можно увидеть и поговорить с настоящим темным эльфом?” – упорствовал Харли.
   "Я не…”, – Сидни внезапно остановилась, осознав последние слова Харли. “Темным эльфом?” – запнулась она.
   "Да”, – гордо объявил Харли, взволнованный тем, что его новости все-таки произвели впечатление на его обожаемую Сидни. “Его зовут Дриззт До’Урден. Он покинул Лонгсэддл два дня назад. Я хотел сказать тебе раньше, но весь особняк был на ногах из-за этого визита!”
   "Расскажи мне больше, милый Харли”, – соблазнително промурлыкала Сидни. “Расскажи мне все”.
***
   "Мне нужна информация”.
   Шелест замерла на месте от неожиданного голоса, сразу узнав говорившего. Она знала, что он был в городе, и также она знала, что он был единственным человеком, который мог обойти ее защиту, чтобы пробраться в ее секретную комнату.
   "Информация”, – вновь сказал Энтрери, выйдя из тени за ширмой для одежды.
   Шелест легким движением спрятала баночку с лечебной мазью к себе в карман и осмотрела человека. Слухи говорили о нем как одном из самых опасных наемных убийц, и она, достаточно хорошо знакомая с убийцами, знала, что на этот раз слухи были правдивы. Она чувствовала внутреннюю силу Энтрери, и видела его быстрые движения. “Мужчины не появляются в моей комнате без приглашения”, – смело предупредила она.
   Энтрери занял более удобную позицию, чтобы рассмотреть самоуверенную женщину. Он также слышал о ней, выжившей на улицах среди головорезов, прекрасной и смертоносной. Но сейчас Шелест была не так красива, как раньше. Ее нос был сломан и свернут набок вдоль щеки.
   Шелест поняла испытующий взгляд. Она подняла свои плечи и гордо забросила назад свою голову.
   "Несчастный случай”, – прошипела она.
   "Меня это не касается”, – ответил Энтрери. “Я пришел за инфрмацией”.
   Шелест вернулась к своим обычным делам, пытаясь казаться равнодушной. “Моя цена высока”, – хладнокровно сказала она.
   Она повернулась к Энтрери, уверенный но испуганный взгляд на его лицо, сказал ей, что ее жизнь будет единственной наградой в этой сделке.
   "Я ищу четырех путников”, – сказал Энтрери. “Дварф, дроу, человек и халфлинг”.
   Шелест была непривычна к подобной ситуации. Не было арбалетов прикрывавших ее, не было телохранителей, ожидавших ее сигнала за ближайшей потайной дверью. Она попыталась казаться спокойной, но Энтрери знал как силен ее страх. Она усмехнулась и указала на свой сломаный нос. “Я встречалась с твоим дварфом и твоим дроу, Артемис Энтрери”. Она сделала особый акцент на его имени, когда произносила его, надеясь, что ее узнавание поставит его в невыгодное положение.
   "Где они?” – спокойно спросил Энтрери. “И что им было нужно от тебя?”
   Шелест пожала плечами. “Если они еще в Лускане, то я не знаю где они. По всей вероятности они ушли – дварф взял у меня карту северных земель”.
   Энтрери обдумал ее слова. “Твоя репутация говорит сама за тебя”, – с сарказмом произнес он. “Ты получила такое ранение и упустила их из своих рук?”
   Взгляд Шелест налился злобой. “Я осторожно выбираю свои сражения”, – прошипела она. Эти четверо слишком опасны, чтобы мстить им из-за подобной мелочи. Пусть идут своей дорогой. Я не желаю больше иметь с ними дел”.
   Спокойное выражение лица Энтрери слегка изменилось. Он уже побывал в “Абордажной Сабле” и наслышался о подвигах Вулфгара. А теперь и это. Женщину, подобную Шелест было не так просто напугать. Возможно он должен был заново оценить силу своих противников.
   "Бесстрашный дварф”, – произнесла Шелест, чувствуя его неловкость и получая удовольствие, усиливая его его дискомфорт. “И бойся дроу, Артемис Энтрери”, – почеркнула она, пытаясь его также как и она заставить уважать четырех друзей, мрачными нотками в ее тоне. “Он ходит в тенях, которые мы не видим, и нападает из темноты. Он вызывает демона в виде большой кошки и …”
   Энтрери повернулся и пошел прочь, не желая больше выслушивать высказывания Шелест.
   Уверенная в своей победе, Шелест не могла отказать себе в удовольствии произнести последнюю фразу. “Мужчины не появляются в моей комнате без приглашения”, – вновь сказала она. Энтрери вошел в соседнюю комнату и Шелест услышала как хлопнула дверь, ведущая на улицу.
   "Я осторожно выбираю свои сражения”, – прошептала она в пустоту комнаты, восстановив часть своей гордости от этой угрозы.
   Она обернулась назад к маленькому столику и поставила на него баночку с мазью, абсолютно довольная собой. Она осмотрела свой нос в зеркале. Не плохо. Целебная мазь должна исправить это, как она исправляла многие другие шрамы, неизбежные при ее профессии.
   Она поняла свою глупость, когда в отражении зеркала заметила как за ней скользнула тень и почувствовала легкое прикосновение ветерка к ее спине. Ее род занятий не давал ей права на ошибку, и не предоставлял второго шанса. В первый и последний раз в своей жизни, Шелест позволила своей гордости взять верх над своей рассудительностью.
   Последний стон раздался из ее уст, когда украшенный драгоценными камнями кинжал глубоко вошел в ее спину.
   "Я тоже осторожно выбираю свои сражения”, – прошептал Энтрери ей на ухо.
***
   На следующее утро Энтрери стоял у здания, в которое он не хотел входить: Башня Тайн. Он знал, что у него не было другого выбора. Уверенный, что халфлинг и его спутники уже давно покинули Лускан, убийца нуждался в небольшой магической помощи, чтобы вновь вернуться на след. Ему понадобилось около двух лет, чтобы выследить халфлинга в Десяти Городах, и его терпение начало иссякать.
   Кэтти-бри неохотно но послушно щля рядом с ним, когда он приблизился к строению и был препровожден в зал для аудиенций, где его ждали Дендибар и Сидни.
   "Они покинули город”, – резко сказал Энтрери, прежде чем они успели поприветствовать друг друга.
   Дендибар улыбнулся, чтобы показать Энтрери, что он олпередил его на этот раз. “Больше недели назад”, – спокойно ответил он.
   "И ты знаешь где они”, – предположил Энтрери.
   Дендибар кивнул, на его лице сияла улыбка.
   Но убийце не нравилась эта игра. Он провел много времени, оценивая своего противника, отыскивая хоть какую-нибудь подсказку о намерениях мага. Дендибар делал тоже самое, все еще заинтересованный в союзе с этим жутким убийцей – но лишь на необходимый срок.
   "Цена информации?” – спросил Энтрери.
   "Я даже не знаю твоего имени”, – был ответ Дендибара.
   Достаточно справедливо, подумал убийца. Он низко поклонился. “Артемис Энтрери”, – сказал он, настолько уверенно, чтобы показаться правдивым.
   "И почему ты ищешь эту четверку, таская за собой дочь дварфа?” – нажимал Дендибар, выставив вперед руки, чтобы заставить наглого убийцу поволноваться.
   "Это мое дело”, – прошипел Энтрери.
   "Оно также и мое, если ты хочешь, чтобы мы были союзниками!” – закричал Дендибар, поднявшись с места, чтобы напугать Энтрери.
   Однако убийцу мало заботили выходки мага, он был слишком поглощен обдумыванием ценности подобного союза. “Я не спрашиваю о твоем деле к ним”, – через некоторое время ответил Энтрери. “Скажи мне лишь кого из четверых оно касается”.
   Теперь пришел черед Дендибара задуматься. Он хотел, чтобы Энтрери был на его стороне. Он не дал убийце ни одной зацепки, которая могла бы вывести его на артефакт. “У дроу есть то, что принадлежит мне, или по крайней мере он знает где это найти”, – сказал он. “Я хочу получить это”.
   "А халфлинг мой”, – потребовал Энтрери. “Где они?”
   Дендибар подал знак Сидни. “Они миновали Лонгсэддл”, – сказала она. “И направляются в Сильверимун, в двух неделях пути на восток”.
   Эти названия были незнакомы Кэтти-бри, но она была рад, что ее рузья сейчас далеко. Ей нужно был время, чтобы придумать план, хотя она не знала, что она сможет сделать в окружении таких могущественных противников.
   "И что ты предлагаешь?” – спросил Энтрери.
   "Союз”, – ответил Дендибар.
   "Но у меня есть вся необходимая мне информация”, – засмеялся Энтрери. “Что может мне дать союз с тобой?”