- Да и мне тоже хотелось бы пойти с вами.
   - Не знаю, это может вам повредить. Вскоре в хижине снова появился Маккой с лекарями. На этот раз шаманы потребовали, чтобы никто из посторонних не присутствовал во время их процедур. Поэтому Маккой повел Вильмовского и Томека в соседнюю комнату и закрыл соломенной циновкой проем между двумя помещениями.
   - Почему они потребовали, чтобы мы ушли? - спросил Вильмовский.
   - Негры племени банту верят, что любая болезнь вызывается чарами, посланными кем-либо на больного, - пояснил ирландец. - Они убеждены также в том, что умершие обладают огромной властью, будто бы от их воли зависят выздоровление, наступление дождей и даже урожай. Они считают, что некоторые люди могут творить чудеса, например: превращаться в животных, уничтожать посевы, губить у соседей скот или могут сглазить человека, наслав на него болезнь. Поэтому они намерены снять чары, чтобы раненый выздоровел. Они не допускают, чтобы кто-либо присутствовал при их тайных обрядах.
   - Я знаю суеверность негров, но ведь вы утверждаете, что кабака учится в Англии? - изумился Вильмовский.
   Ирландец улыбнулся и ответил:
   - У меня здесь трудная роль. Чтобы завоевать доверие негров, надо быть снисходительным. Я веду в этой дикой стране пионерскую работу. Кем я тут только не был! Строителем, плотником, столяром, лекарем, полеводом, животноводом, плантатором, портным, поваром и даже охотником. Но я убедился, что прежде всего здесь надо уметь привлекать к себе сердца людей. Лучшее средство к этому - снисходительность и доброта. Шаманы знают действие ядов и умеют исцелять отравленных людей. Не будет большой беды, если знахарь, применив подходящие лекарства, начнет совершать над больным древние обряды.
   Во время этой странной беседы Томек, обеспокоенный положением раненого друга, проковырял пальцем отверстие в соломенной циновке и время от времени заглядывал в соседнее помещение. Оно было заполнено облаками дыма от сжигаемого на огне зелья. По полу ползала ядовитая змея, выпущенная из корзины; она приподняла голову и качала ею в такт звуков барабана, на котором играл один из знахарей; остальные пели, танцевали и резкими жестами изгоняли злых духов из тела больного. Потом шаманы, склонясь над спящим Смугой, промывали его рану отваром зелья, вливали больному в рот какую-то жидкость, накрывали его одеялом и снова открывали, проделывая все это так быстро и ловко, что у Томека закружилась голова. Через два часа "главный лекарь", старый, худой, как скелет, негр, с покрытым морщинами лицом, пригласил их к постели раненого.
   - Мы ослабили болезнь. Под влиянием наших лекарств она уснула. Однако надо проследить, чтобы болезнь никогда не проснулась, - заявил шаман.
   - Это значит, что вам не удалось изгнать болезнь из тела раненого? - тревожно спросил Маккой.
   - Этого никто не в состоянии сделать. Слишком долго яд был в человеке, но мы ослабили его действие. А раненый человек сильный и крепкий, как баобаб.
   - А что будет, если болезнь проснется опять? - спросил Маккой.
   - Все может быть. Ночь может связать руки или ноги, а может закрыть губы, глаза или мысли... Все может быть. Теперь надо семь дней пить лекарство, а потом мы будем смотреть.
   Вильмовский одарил знахарей подарками, а когда они ушли, обратился к ирландцу:
   - Какой же диагноз поставил этот странный лекарь? Я не понял его слов.
   Маккой серьезно сказал:
   - Яд, который был на конце ножа, действует на нервы человека. Он может вызвать потерю зрения, речи, паралич конечностей и даже мозга. Больной жив, что является лучшим доказательством небольшой дозы яда в крови. Я начинаю думать, не выработался ли у вашего друга иммунитет против местных ядов во время его прежнего пребывания в Африке.
   - Мой друг не любит много говорить о своем прошлом, но он упоминал, что длительное время жил среди негров в экваториальной Африке. Возможно, что тогда он был в дружественных отношениях с шаманами. Смуга принадлежит к числу беспокойных людей.
   - Значит, он не только ловит диких животных, но и... любит необыкновенные приключения? Это объясняет многое. Надо думать, что все окончится хорошо.
   В этот момент послышались звуки барабанов и выстрелы из винтовок.
   - Ваши друзья прибыли в город, - заявил Маккой.
   - Ура! - крикнул Томек, который уже тосковал о веселом боцмане. - Идем скорее их встречать!

XIV
Тень мухи цеце

   Доставая с помощью Томека из чемодана праздничный костюм, боцман Новицкий говорил:
   - Когда корабль приходит в порт, экипаж, прежде чем сойти на берег, надевает парадную форму, потому что людей, как-никак, встречают везде по одежке. Сразу видно, что бугандийцы культурный народ, хотя большинство граждан ходит в хламидах, а то и в козьих шкурах. Дикари не приветствовали бы нас так торжественно. Если они это делают, потому что мы поляки, то нам надо показать себя с лучшей стороны. Самбо, приготовь немедленно воду, чтобы я мог обмыть грешное тело!
   - Нам надо спешить, потому что в полдень нас ждет аудиенция у молодого кабаки, - вмешался Томек.
   - Спешить - людей смешить! Но ты, браток, не бойся, я буду скоро готов. Взгляни-ка, что делает дядя Смуга.
   Томек на цыпочках вошел в соседнее помещение. Быстро вернулся и обрадованно сказал:
   - Дядя Смуга все еще спит, но горячки у него нет - лоб совсем холодный. Может быть, эти шаманы действительно помогли? Маккой говорил, что они умеют приготовлять разные противоядия.
   - Чудак этот секретарь кабаки, - заметил моряк.
   - Папа считает, что он очень разумный человек. Думаю, папа прав, потому что Маккой много знает о Польше.
   - Наверняка разумный, если твой уважаемый батюшка так утверждает, ведь он обо всем рассуждает так, словно читает по книжке.
   - Скорее, скорее! Катикиро прийти уже за белый буано, - позвал Самбо, вбегая в хижину. - Белый буана идти к кабака и говорить ему очень много. Они уже ждут.
   - Посмотри-ка, браток! У бугандцев нет часов, а пунктуальность не хуже, чем у дежурного трубача Мариацкого костела в Кракове, который с такой точностью трубит каждый час, что по его трубе можно проверять любые, самые лучшие часы.
   - Вы говорите, что у них нет часов? - удивился Томек.
   - Конечно, ведь нельзя сделать часы из мелких частей такими толстыми пальцами.
   - Вы опять шутите, а там нас уже ждут. Идем скорее!
   Они вышли из хижины и присоединились к ожидавшим их Вильмовскому и Хантеру, около которых стояли масаи с подарками для кабаки и его министров. Во главе торжественного шествия занял привычное место Самбо с польским флагом, а за ним - охотники, в обществе катикиро и Маккоя.
   Дворец кабаки был окружен высокой оградой, сплетенной из слоновой травы. У ворот стояла большая печь, сложенная из камней и глины, в которой слуги поддерживали постоянный огонь.
   - Видимо, это царская пекарня? - сказал боцман, разглядывая оригинальную печь.
   - Ш-ш-! - предостерегающе шепнул Маккой. В этой печи день и ночь горит "святой огонь кабаки", который угасает только в момент смерти царя.
   - А Томек говорил, что ваш молодой кабака принял христианство,вполголоса сказал моряк.
   - Томек сказал правду, но следует помнить, что в Уганде верных сзывают на богослужение не колоколами, а звуками тамтамов...
   - Черта с два разберешься со всем этим, - пробурчал в сердцах боцман и сконфуженно умолк.
   Бугандский царек жил в примитивно построенном деревяннном дворце. Кабаке Дауди Хва минуло всего девять лет. Сейчас он сидел на возвышении, покрытом шкурами леопарда, украшенном стеклянными бусами и птичьими перьями. Одежда царя состояла из белой накидки. В правой руке он держал покрытое резьбой древко копья. Звероловы подошли к оригинальному трону. Молодой кабака поднялся и протянул им руку для рукопожатия. Когда пришла очередь Томека, тот крепко пожал руку царя, искоса взглянул на пояс из чистого золота, которым была перетянута талия кабаки. После столь любезного знакомства катикиро предложил белым звероловам сесть на железные стулья, стоявшие вокруг трона. Начались торжественные речи, которые, чем длинней и напыщенней бывают, тем больше нравятся неграм. После обмена приветственными речами Вильмовский вручил кабаке, министрам и присутствующим на аудиенции вождям подарки. В числе их были два револьвера, несколько стальных ножей, разноцветные ткани, стеклянные бусы, медная проволока, гребни и коробки консервов. Хозяева громко выражали свое удовольствие. Вдруг Томек встал со стула. Ближе всех к нему сидел боцман Новицкий, который, заметив предостерегающий взгляд Вильмовского, пытался посадить Томека на место, потянув его за штаны, но опоздал. Томек, которому, по его мнению, пришла в голову гениальная идея, быстро подошел к трону кабаки и сказал:
   - Ваш секретарь, Маккой, сообщил нам, что вы, ваше величество, симпатизируете полякам, поэтому я хочу преподнести вам дар из Польши. В день моего отъезда из Варшавы в Австралию дядя подарил мне серебряные часы. На крышке виднеется барельеф, представляющий вид Старого города, очень прошу вас принять эти часы в дар от меня.
   Говоря это, Томек достал из кармана свои любимые часы и протянул их кабаке. Дауди Хва не совсем понял быструю речь Томека, но Хантер, побуждаемый Вильмовским, помог Томеку. Он перевел слова мальчика на местное наречие. Царь протянул руку за подарком.
   - Скажите ему, что если завести часы вторым ключиком, они играют как куранты, - воскликнул Томек.
   Хантер даже крякнул, но как-то перевел слова Томека. Звероловы облегченно вздохнули. Молодой царь рассматривал часы с большим интересом. Он передал министру свое копье, потом, указав на прикрепленные к часам два ключика, сказал по-английски:
   - Покажи мне, как их заводить!
   Томек приблизился к кабаке, завел часы, а когда послышался тихий звон, Дауди Хва обрадованно захлопал в ладоши и сказал:
   - Большое спасибо! Очень красивые часы. Я возьму их с собой в Англию, когда поеду туда в будущем году в школу.
   - Вот интересно, я тоже учусь в Англии. Может быть, мы там встретимся, - ответил Томек.
   Боцман Новицкий весело слушал беседу мальчиков, но Вильмовский и Хантер сидели, как на горячих угольях. Еще немного, и был бы нарушен торжественный церемониал царской аудиенции. Вероятно, катикиро тоже опасался этого, потому что многозначительно кашлянул. Дауди Хва взглянул на него и сразу же стал серьезным, словно вспомнил вдруг свою важную роль.
   - Ты должен прийти ко мне один. Я хочу поговорить с тобой о школе,сказал он, подмигнув Томеку.
   - Хорошо, я обязательно приду, - обещал Томек и вернулся к своим товарищам.
   Кабака кивком головы подозвал катикиро. Премьер-министр немедленно подошел к нему. Они о чем-то пошептались, после чего катикиро объявил Томеку, что у кабаки есть специальный ловчий, умеющий дрессировать диких животных, кабака дарит Томеку двух молодых ручных гиппопотамов и приказывает своему придворному ловчему принять участие в охоте белых путешественников.
   На этом аудиенция закончилась. Возвращаясь к себе, звероловы обменивались впечатлениями от визита у кабаки.
   - Подумать только, как этот мальчуган управляется с неграми, - говорил боцман. - Он только кивне головой и министры тут же кланяются ему в пояс. Если бы все царьки африканских племен были так щедры как этот, то мы вывезли бы половину Африки, не двинув даже пальцем. За старые часы Томек в три мига выманил у него двух гиппопотамов.
   - Во-первых, не выманил, а во-вторых, для меня это была память о Варшаве, - отрезал мальчик. - Вы что, уже забыли, сколько труда потребовалось, чтобы разыскать эти часы в гнезде беседковых птиц в Австралии, которые у меня их стянули?
   - Что верно, то верно, - признал моряк.
   Вильмовский отчитал боцмана за то, что тот наговорил мальчику, будто бы у бугандцев нет часов, и тем самым подсказал ему идею подарка. Сына он предупредил, чтобы в будущем тот не вмешивался в официальные переговоры с неграми. Оказалось, однако, что своим поступком Томек привлек к себе и к членам экспедиции сердца молодого кабаки и его министров. На следующий день кабака со своей свитой нанес звероловам визит и пригласил Томека к себе. С этого момента Томек стал ежедневным гостем юного царька. Они чрезвычайно подружились и вместе поехали посмотреть на подаренных Томеку гиппопотамов. Томек был очень рад подарку. Он восторженно рассказывал отцу и друзьям о том, как "толстяки" весь день сидят в воде, а по вечерам выходят на сушу, где царский ловчий готовит для них пищу в большом деревянном корыте. Было решено, что звероловы заберут гиппопотамов на обратном пути, после охоты на горилл и окапи.
   Прошла неделя. Смуга почувствовал себя значительно лучше и мог уже самостоятельно ходить на длительные прогулки. Звероловы решили отправиться в дальнейший путь. Вильмовский, Хантер и Смуга тщательно разработали будущий маршрут экспедиции. Они намеревались идти вдоль реки Котонга до озера Георга и дальше до Катве на берегу озера Эдуарда. Между южной оконечностью гор Рувензори и северным побережьем озера Эдуарда находилась узкая равнина. Здесь они намеревались перейти границу Конго [48], где в джунглях Итури предполагали организовать охоту на горилл и окапи.
   Накануне отъезда путешественники нанесли визит кабаке, чтобы поблагодарить его за гостеприимство. Катикиро, выполняя поручение владетеля Буганды отрядил в распоряжение экспедиции двадцать человек носильщиков. В присутствии белых звероловов он предупредил своих подданных, что в случае непослушания они, после возвращения домой, будут казнены. Вместе с носильщиками в экспедицию отправился царкий ловчий Сантуру, который должен был стать советником звероловов.
   Томека смутила суровость кабаки, который угрожав носильщикам смертью в случае непослушания, но Маккой сказал мальчику, что нынешний кабака очень добр и снисходителен по сравнению со своими предшественниками. Дело в том, что африканские царьки имеют неограниченную власть над своими подданными. Еще совсем недавно во время погребальных церемоний в честь умершего вождя или царя приносили в жертву людей, чтобы после смерти владетели располагали свитой, соответствующей их положению. Во время погребальных торжеств царей Уганды и Лунды в жертву приносили сотни негров.
   Под гром прощального салюта караван выехал из столицы Буганды. Негры снова били в барабаны и размахивали большими флагами. А Самбо опять нес впереди каравана польский флаг.
   Восхищенный почетом, с которым жители Буганды встретили белых звероловов. Самбо сочинил новый хвалебный гимн в честь Томека. Размахивая флагом, он пел:
   "Малый белый буана, сильный, как большая гора! Он убить страшного Черное Око, он не бояться львов и ловить живых горилл, которые служат ему как собака! Белый буана не бояться даже слона! Все кабаки большие друзья белый буана! Белый буана сам великий кабака белых и черных людей..."
   Слушая этот гимн, Томек от радости надувался как индюк. Искоса он поглядывал на боцмана, который после приема в Буганде строгим голосом погонял носильщиков.
   - Вы что-то стали тверже и безжалостнее по отношению к нашим неграм,заметил Томек.
   - Путешествие по чужим странам многому учит человека, - хвастливо ответил боцман. - Ты видел, как малолетний кабака держит их в руках?
   - Стыдно так поступать, дядя боцман! Папа говорит, что человек никогда не должен измываться над другим человеком.
   - Я верю всему, что говорит твой уважаемый отец, - ответил боцман, сконфуженный замечанием приятеля, и сейчас же переменил тему беседы. Посмотри, как тут обработаны поля! Кукуруза, бататы, земляной орех и сахарный тростник. А вот скота маловато.
   - Я говорил с катикиро. На Уганду набросились крылатые враги, уничтожающие скот и... людей, - вмешался Смуга. - В стране появилась муха цеце, которой раньше здесь не было. Начался падеж скота, люди стали болеть сонной болезнью. В Уганду прибыла специальная комиссия для разработки мероприятий по борьбе с ней. В состав этой комиссии откомандирован и врач из порта Кампала.
   - А чтоб их дохлые киты пожрали! Только этого нам еще не хватало,встревоженно сказал боцман.
   - Здесь мы пока в безопасности, но дальше, на западе придется быть начеку, - добавил Смуга.
   - Я не очень-то интересуюсь этими мухами и спячкой. Как говорится, чур меня от беды подальше! - пробормотал боцман и быстро достал манерку с ромом, который, по его мнению, прекрасно предохранял от любых болезней.
   Томек тревожно привстал на седле; он искоса посмотрел на Смугу. Серьезное выражение лица путешественника убедило его в том, что настало время надеть на себя и Динго защитную одежду из меховых хвостов.
   К вечеру караван подошел к долине реки Котонга. Дорога ухудшилась. Она вела через поросшие травой болота, кишевшие земноводными и пресмыкающимися. Вокруг людей и животных носились тучи насекомых; путешественники то и дело проваливались по колена в болото, но все же караван добрался до берега реки, где и остановился на ночлег.
   На рассвете звероловы направились дальше, двигаясь на запад вдоль русла реки. Томек ехал рядом со Смугой во главе каравана, поглядывая на песчаные, раскаленные солнечными лучами дюны и мечтая об освежающем купании. Внезапно Динго предостерегающе заворчал. Лошади отпрянули в сторону, громко фыркая от испуга.
   Смуга натянул уздечку. Караван остановился. Песчаные берега реки были покрыты не очень густыми зарослями колючих кустарников. Охотник некоторое время смотрел на песчаные берега.
   - Крокодилы! - воскликнул он.
   - Где? Где? - допытывался Томек.
   Вильмовский, боцман и Хантер подъехали к Смуге, который говорил:
   - Ты видишь эти борозды на песке? Это следы хвостов крокодилов. Крокодилы любят дремать на горячем песке.
   Томек внимательно смотрел на борозды, проделанные крокодилами на песке. Некоторые из них исчезали среди колючих кустарников, но одна вела прямо к большой дюне. Мальчик вздрогнул, увидев полузасыпанное песком зеленовато-серое туловище крокодила.
   - Вижу, вижу его. Вот он сидит на вершине дюны! - закричал Томек.
   - Судя по следам, здесь очень много крокодилов, - ответил Смуга. Посмотри, вон там, на самом берегу, лежит второй крокодил. Ага, заметил нас и пытается скрыться в реке!
   Крокодил медленно поднялся на широко расставленные лапы. Он осторожно, волоча брюхо и хвост, полз по земле, забавно вертя при этом туловищем.
   - Ну и ленивое животное! - сказал Томек, наблюдая, с какой смешной важностью крокодил спускался в воду.
   - Ты так думаешь? - вмешался Хантер. - Подожди, я тебе покажу, что крокодилы могут двигаться быстрее, чем ты себе представляешь.
   Он прицелился из винтовки в крокодила, спящего на верху дюны, и выстрелил. Перед самым носом бестии брызнул фонтан песка. Крокодил в один миг сорвался с места и молниеносно бросился к реке. Туловище он держал высоко над землей, и только хвост его бессильно тянулся по песку. Крокодил прыгнул в воду и сразу же исчез из поля зрения. Звук выстрела разбудил еще нескольких крокодилов, которые наперебой бежали теперь к реке. Смуга спрыгнул с лошади, держа в руках винтовку. Он прицелился. Раздался выстрел! Ближайший к охотникам крокодил вдруг захлопнул пасть и зарылся головой в песок. С минуту его хвост дергался, а потом вытянулся неподвижно. Другие животные исчезли в реке. Из воды виднелись только их ноздри и глаза, тупо обшаривающие побережье. Вскоре, однако, выяснилось, что они отличаются великолепным зрением и слухом, потому что, как только негры бросились с криком к убитому животному, крокодилы как духи погрузились в воду. О присутствии Ужасных обитателей реки свидетельствовали только небольшие водяные круги.
   Звероловы поспешили вслед за неграми, чтобы рассмотреть убитого крокодила.
   - Прекрасный выстрел, - похвалил Хантер. - Пуля пробила висок и попала в мозг.
   - Крокодил лежал в профиль ко мне, поэтому я мог целиться только в место, где кожа, защищающая мозг, тонка, - сказал Смуга. - В противном случае я только даром потерял бы патрон.
   - Я себе не представляю, чтобы вы могли промахнуться, - сказал Томек.
   - Не в этом дело, мой друг. Если пуля точно попадет в висок, животное погибает мгновенно. В противном случае пуля отскакивает от твердого панциря на голове или пробивает туловище, не нарушая мозга. Тем самым животное не лишается способности двигаться. В большинстве случаев раненый крокодил успевает скрыться в воде.
   Негры копьями перевернули крокодила на спину и стали острыми ножами вырезать куски светло-розового мяса.
   - Неужели они будут есть это мясо? - удивился Томек.
   Хантер, стоявший рядом с мальчиком, пояснил:
   - Только мусульмане не едят мяса крокодилов, гиппопотамов и свиней. Мясо крокодилов отличается замечательным вкусом, нежностью и считается деликатесом тропической кухни. Я лично охотно съем кусок прекрасного жаркого.
   Негры завернули мясо в кору и банановые листья, чтобы приготовить себе обед во время постоя. Караван двинулся дальше вдоль реки, кишевшей крокодилами. Любопытный Томек забрасывал спутников вопросами. Он узнал, что крокодилы питаются в основном рыбой, хотя ни одно животное не может чувствовать себя в безопасности, если очутится вблизи страшной пасти крокодила. Крокодил сидит на дне реки или озера и внимательно следит за всем, что происходит на берегу. Беда человеку или животному, неосторожно подошедшему к воде, чтобы утолить жажду. Спрятавшаяся на дне бестия молниеносным движением хватает жертву за ногу или голову, затягивает под воду и держит там до тех пор, пока жертва не захлебнется. Только после этого начинается пир. Множество зубов в пасти крокодила служит только для того, чтобы отрывать крупные куски, которые целиком попадают в желудок крокодила, где у взрослых особей находится по нескольку килограммов гранитных камней; с помощью этих камней животное дробит и перемалывает пищу, сжимая и разжимая стенки желудка.
   Томек, наслушавшись ужасных рассказов о случаях нападения крокодилов на людей, как только завидел торчащую из воды голову животного, схватил штуцер и выстрелил. Он метко попал в цель и вокруг животного тут же закипела вода: это другие крокодилы бросились на мертвого товарища, разрывая его тело на части.
   Караван задержался на отдых рядом с песчаной косой. Томек и боцман бродили по берегу реки в ожидании обеда. Они с интересом рассматривали огромную массу ракушек, лежавших на песке, и наблюдали греющихся на солнце юрких красивых ящериц с оранжевой спиной, желтой шеей и фиолетовой головкой. В некотором отдалении от лагеря они вспугнули двух крокодилов, которые быстро побежали к воде. Оставленные ими на песке следы вели прямо к гнезду. По-видимому, они недавно отложили яйца, так как Томек и боцман нашли в гнезде около тридцати яиц, лежавших под тонким слоем песка. По величине яйца были не больше гусиных, но отличались от них тем, что были совершенно одинаковые с обоих концов.
   Рассматривая внимательно крокодиловые яйца, охотники убедились, что они покрыты довольно гибкой скорлупой, с малым содержанием извести, но весьма прочной. Поэтому маленькие крокодильчики не могут без помощи матери самостоятельно вылупиться из яйца. Любопытный боцман разбил одно яйцо и оба друга увидели внутри спирально свернутое маленькое существо. Это был еще недоразвитый крокодиленок. К сожалению, Самбо позвал их на обед и нашим друзьям пришлось прекратить свои наблюдения, так как сразу же после обеда караван снялся с места.
   Через два дня путешественники очутились в западной провинции Уганды. Подходя к озеру Георга, они стали все чаще встречать крупные стада животных.
   При виде людей стада антилоп разных видов бросались в степь; в небольшом болотце вблизи реки путешественники заметили сгрудившихся слонов. Великаны на минутку подняли головы, чтобы посмотреть на караван, а потом с совершенным равнодушием повернулись к лесу, не обращая больше внимания на людей. Стремясь лучше рассмотреть стадо слонов, исчезающее в лесу, Томек забрался на высокий термитник.
   Когда слоны скрылись, он вернулся обратно, сел в седло и сказал:
   - Вот странно, я залез на термитник, но не увидел там ни одного насекомого!
   - Термиты [49]строят длинные тунели, соединяющие их жилище с местами, где они добывают себе пищу. Поэтому вне гнезда их нельзя видеть. Кроме того, в термитниках царит особый микроклимат, к которому специально приспособлены термиты, - пояснил Вильмовский.
   - Интересно, как выглядит эта странная постройка внутри?
   - Гнездо термитов, или термитник, состоит из четырех частей: "царских палат", жилищ для рабочих, детских комнат и помещений, где термиты содержат плантации специальных грибов, которыми они лакомятся. Термиты, подобно муравьям, создают превосходно организованные "общины".
   - Ну, поехали дальше! - скомандовал Хантер.
   Караван продолжал свой путь.
   Когда охотники находились всего в нескольких километрах от озера Георга, Смуга обратил внимание на деревья, растущие вблизи дороги. Среди листвы диких мимоз и светло-пурпурных акаций кишела масса различных насекомых.
   - Ах, черт возьми! Вы только посмотрите на вьючных животных, - воскликнул Смуга.
   Томек увидел, что над ослами носится туча мух, по величине несколько больших, чем домашние, и с более крупными крыльями.
   - Чуфна! Чуфна! - закричали негры.
   - Это что за муха? - встревоженно спросил мальчик.
   - Это наша первая встреча с мухой цеце, - ответил Смуга.