планетную систему:
- Это же направление на Центр! - проявил он осведомленность.
Акбар несколько раз кивнул, явно радуясь догадливости подчиненного.
- Временное правительство сейчас дебатирует, как должна развиваться
война, - сказал каламари.
Сальм открыл было рот, адмирал приподнял плавник.
- Ничего нового, - урезонил Акбар бдительного генерала. - Ничего
такого, что нельзя услышать в кантине или у стойки бара. Сейчас об этом
говорят даже незаинтересованные гражданские, как с той, так и с другой
стороны.
Сальм сник. Зато начало набирать обороты буйное кореллианское
воображение.
- Мы собираемся на Корускант? - от возбуждения у Веджа зазвенел
голос. - На Центр Империи?
Сальма чуть было не расперло от возмущения, но Акбар не позволил
генералу открыть рот еще раз.
- Если мы хотим победить, у нас нет иного выхода. И учтите, господа,
до окончательной победы еще далеко. Сменятся поколения...
Сальм почтительно кашлянул в кулак.
- Многие моффы заняли выжидательную позицию, - как ни в чем ни бывало
продолжил Акбар. - Иные, подобные Зсинжу, объявили себя диктаторами и
выпрыгивают из воды, лишь бы отхватить у соседа кусочек его акватории. И
любой из них способен посчитать Корускант лакомой наживкой и
провозгласить себя наследником Империи.
- Так что нам надо урвать сладкий кусочек самим, - завершил
начальственную тираду Антиллес, посмотрел на собеседников и поспешно
поменял формулировку: - Занять плацдарм первыми.
Сальм закатил глаза. Каламари не обратил внимания, он давно махнул
плавником, отчаявшись привести в уставные нормы хотя бы речь
кореллианина.
- Или продемонстрировать решительное намерение преследовать такую
цель и лишить прочих претендентов желания узурпировать наше место в
Галактике, - сказал Сальм.
Привычная кислая мина на лице генерала постепенно вытеснялась почти
детской восторженностью. Сальм аж зарумянился.
- Наглые претенденты узнают, - пламенно вещал генерал, - что мы вовсе
не для того так долго и тяжко трудились, чтобы дать им возможность
мародерствовать и насиловать целые системы!
Ведж внимал, приоткрыв рот. Желание спорить с генералом почему-то не
возникало. Да и сказывалось ошеломление от новостей. Пробить брешь в
обороне Корусканта не то же самое, что разозлить хатта. Хотел бы он
видеть того ненормального, кто сунется туда первым.
- А по мне гораздо умнее стравить моффов, пусть Снежная королева
ломает голову, что с ними делать.
- Такое мнение тоже высказывалось, - отозвался Акбар. - Решили, что
отдать в ее нежные и заботливые руки пусть даже и имперского офицера -
преступление еще большего масштаба.
Ведж добросовестно рылся в памяти, сопоставляя все, что ему довелось
узнать на совещаниях и в кулуарах из случайно оброненных фраз. Йсанне
Исард - Снежная королева - поднялась из безвестности и заполнила вакуум,
образовавшийся после гибели Императора. Дочь начальника службы
внутренней безопасности, она выросла при дворце Палпатина. Ведж слышал
пересуды, будто бы она была любовницей Императора; проверить слух у него
не было ни желания, ни возможности, а верить на слово он традиционно не
желал. Но то, что дамочка выдала Императору собственного отца, обвинив
родителя в пособничестве повстанцам, он знал наверняка. Исарда-старшего
приговорили к смерти без суда и следствия. Поговаривали, что юная
интриганка лично его расстреляла. Ведж отказывался верить и в это; но
когда он пристал с расспросами к Тикхо, тот поежился, будто от холода, и
виновато попросил сменить тему. Как бы то ни было, Император поставил
дочь на место отца, и теперь Йсанне Исард трудилась во благо Империи,
держала в руках Корускант и весьма преуспевала.
Мон каламари вновь вывел Антиллеса из задумчивости. Акбар указывал на
звездную карту.
- С базы на Таласеа Разбойный эскадрон будет обеспечивать охрану
наших разведчиков.
- Хотите узнать, сильно ли Снежная королева даст сдачи? - хмыкнул
непочтительно умный кореллианин, вновь вызвав негодование со стороны
Сальма. - И оцените ее возможности по скорости и силе реакции, - Ведж
кивнул сам себе. - Не знаю, кто у вас в штабе такой умный, но у него в
черепушке есть масло.
- А заодно выясним каналы снабжения Корусканта, - Акбар сделал вид,
что не расслышал последней фразы. - В нужное время мы их перережем.
На некоторое время Ведж перестал подозревать штаб в повальном
идиотизме. Конечно, каждый волен летать так, как хочет, но все-таки
существуют базовые правила, как, куда и откуда летит корабль. Перед
прыжком нужно набрать положенную скорость и удерживать ее во время
собственно прыжка, и иметь пространство для манера на выходе. Если
двигаться достаточно быстро, можно даже не опасаться черных дыр и
нейтронных звезд. Но многие - в отличие от счастливого обладателя
"Тысячелетнего сокола" - предпочитали более консервативные и безопасные
пути.
Объекты с большой массой - звезды и имперские крейсера-тральщики -
оставляют в гиперпространстве своеобразную гравитационную тень. От нее
надо держаться подальше. В первом случае несчастье грозит всем без
исключения, во втором страдают, как правило, повстанцы, пираты и
контрабандисты.
Разумеется, основная сложность не в этом, а в точном расчете
параметров прыжка - чтобы в точке выхода не влететь во что-нибудь
наименее для того подходящее.
Поэтому навигаторы предпочитают пользоваться лоциями с уже
просчитанными маршрутами, внося коррективы по мере необходимости, а
торговля идет по устоявшимся коридорам. Даже вольные торговцы, и те
выбирают подчас проторенные пути, которые позволяют им посетить богатые
населенные миры с минимумом затрат на топливо. Точек входа и выхода было
наперечет, у самых посещаемых выстроены терминалы, полетные векторы
известны, и, как результат, - пиратство, которое цвело пышным цветом на
проторенных путях.
Если Альянс сумеет оборвать пару-тройку (а то и более) имперских
каналов, он получит двойную выгоду. Во-первых, гарнизоны противника
лишатся материального обеспечения для ведения боевых действий, а
во-вторых, то самое обеспечение получит Альянс. Малые истребители и
большие линейные корабли у Империи и Новой Республики были разных
систем, зато бластеры, провиант, обмундирование и бакта одинаково
приветствовались обеими сторонами.
Ведж потер ладонью челюсть. Так вот почему Сальм сейчас изойдет на
пену от негодования! Перед визитом к начальству Антиллес забыл
побриться. Молодец. С другой стороны, если бы его не вытащили из-под
"крестокрыла" в самый ответственный момент, он успел бы и душ принять, и
даже сменить вонючий и испачканный в смазке комбинезон.
- Задание мне понятно, - Ведж украдкой затолкал в задний карман
свисавшую оттуда промасленную ветошь. - Но у меня есть вопрос.
Сальм скривился, будто надкусил неспелую радужную ягоду. Акбар
радушно кивнул:
- Прошу вас, коммандер.
- Нас выбрали, потому что подобная задача для нас - раз плюнуть, или
нами пользуются в качестве пугала?
- Хороший вопрос, - мон каламари несколько раз беззвучно открыл и
закрыл рот; цвет его кожи посветлел до нежно-розового. - Честный. Я
спорил, я не хотел так рано вводить вас в строй, но остальные члены
правительства постоянно указывают, что если не задействовать вас
немедленно, наши операции обречены на провал. Разбойный эскадрон -
символ Альянса. И ставя вас во главе атаки, мы демонстрируем, что
способны освободить Галактику.
- О символе должны говорить, иначе - какой смысл? - подхватил
Антиллес. - И о нас должны говорить те самые диктаторы и военачальники,
которым полагается трястись от ужаса при одном лишь упоминании нашего
имени.
Узкие плечи мон каламари печально поникли.
- Вы просто цитируете мои споры с правительством. Но Борск Фей'лиа
умеет быть убедительным, и во многих случаях Мон Мотма охотно
подставляет ухо его речам.
Ведж едко глянул на Сальма.
- И после этого вы считаете Тика угрозой безопасности, генерал!
Сальм отреагировал незамедлительно:
- Капитан Селчу не рисковал своей шкурой, чтобы передать Альянсу
сведения о Звезде Смерти!
- Ага, с него всего лишь чуть было не спустили вышеозначенную шкуру,
когда он помогал ее уничтожить! Такой пустяк, право слово!
Акбар торпедой вклинился между раздухарившимися подчиненными:
- Господа, господа, прошу вас! Если бы мне хотелось слушать злобный
лай, я отправился бы на заседание правительства, а не обсуждал с
разумными людьми насущные вопросы. Я понимаю, как вам важно нажаловаться
друг на друга и выплакать взаимные обиды, но драться я вам не позволю.
Тем более, что вы постоянно гоните одну и ту же волну!
- Прошу прощения, сэр, - Антиллес злобно смотрел на Сальма.
Интересно, сможет ли он когда-нибудь выдрессировать свою гордость,
чтобы не становилось так тошно, когда по душе проходятся сапогами? Пусть
даже начищенными до зеркального блеска. Если бы Ведж не опасался
получить по морде от тяжелого на руку, но быстрого на подъем
соотечественника, давно бы спросил у Соло, как тому удалось пережить
унижение?
- Приношу свои извинения, генерал, - мучительно выдавил он.
Сальм снисходительно отмахнулся.
- Принимаю, коммандер. Прошу прощения, адмирал.
Акбар неторопливо склонил голову. Ведж знал, что каламари не
свойственно вздыхать, но мог держать пари, что адмирал горестно
вздохнул. Должно быть, не поверил в раскаяние обоих. И правильно сделал,
между прочим.
- Коммандер Антиллес, чтобы минимизировать ущерб, который может быть
причинен эскадрилье публичным оглашением ваших действий, мы будем
держать место базирования в секрете. Что значит, даже ваши собственные
пилоты до самого отлета не будут знать, куда именно их переводят. Им
сообщат лишь, что они отправляются на масштабные учения. Интендант
подготовит список необходимого оборудования и припасов, а капитан Селчу
доставит все это на эль-челноке.
- То есть координаты ребята будут получать перед каждым отдельным
прыжком? - уточнил Ведж.
- Именно так. Предоставьте командирам звеньев несколько маршрутов на
их выбор, а сами координируйте полет всей эскадрильи. Будете извещать
своих пилотов перед каждой сменой курса, - мон каламари ткнул плавником
в дисплей. - Система Моробе. Двойная красно-желтая звезда, удаленная
пара. Таласеа - четвертая планета на орбите желтой составляющей. Мир
холодный и влажный. Насекомые и рептилии. Есть и млекопитающие, но это
одичавшие потомки домашних животных, оставшиеся от первых колонистов.
Ваша база находится на самом крупном из островов. Там часты туманы, но
жить можно. Мир безопасен.
Разумеется, подозрительность взяла верх над субординацией. Кто бы
сомневался?
- А что произошло с колонистами?
Мон каламари грустно вздохнул.
- Их дети разлетелись по планетам, где не надо так тяжело работать и
можно видеть звезды по ночам. А оставшиеся совершили ошибку. После Войны
Клонов они приютили у себя рыпаря-джедая. В назидание остальным
Повелитель Тьмы уничтожил их всех. Развалины поселения находятся
недалеко от базы, но наша разведка уже перерыла их и сказала, что там
ничего не осталось.
- Дом, милый дом, - пробормотал Антиллес. - И когда мы обязаны там
появиться?
- Максимум через неделю, считая сегодняшний день.
Ведж присвистнул:
- Ну, вы даете!
- Я знаю. И большего дать не могу. И да пребудет с вами Великая сила,
коммандер. Надеюсь, она вам не понадобится.

    Глава 12



Киртан сцепил пальцы сложенных за спиной рук. Может быть, так они
перестанут дрожать?
- Я у вас в долгу, госпожа, и всегда к вашим услугам.
- Ты очень любезен, агент Лоор, - холодно усмехнулась женщина.
Она вертела в пальцах крошечный пульт. Быстрое движение, и на окна
надвинулись щиты. В комнате зажегся свет; теперь стал виден высокий
сводчатый потолок и толстые деревянные балки. Сами стены и покрывающий
пол ковер были одинакового темно-синего цвета, на фоне которого
выделялись два ярких пятна - отделка ковра и одежда Йсанне Исард.
Ярко-красные, цвета артериальной крови, того же оттенка, что плащи и
доспехи имперских гвардейцев.
Комната была почти пуста, только в углу располагался рабочий стол и
несколько кресел. Киртан удивился. Он давно насмотрелся на богатые
кабинеты начальников всех мастей. Кабинет Йсанне Исард потрясал
пустотой. Спустя секунду он понял: в мире, где так много людей и прочих
существ и так мало места, единственной роскошью становится пространство.
Йсанне Исард, как кореллианская песчаная пантера, расхаживала по
ковру, сужая круги вокруг своей жертвы. Она носила адмиральский мундир,
но не белый, а красный. И никаких знаков различия, она в них не
нуждалась. От женщины и так веяло силой и властью.
Она была старше Лоора - лет на десять, а то и больше. И она была
очень красива. Любая женщина убила бы или продала душу, только бы
обладать таким же высоким, чистым лбом, точеными скулами, сильным
подбородком, небольшим носом, крупным ртом и невероятно огромными
глазами. Длинные тяжелые волосы были черны, как траурная повязка на
левом рукаве ее мундира, и на этом траурном фоне две белые пряди
казались ослепительными.
Она великолепна, думал Лоор. Великолепна, но желания не вызывает. Она
не хочет, чтобы ею восхищались, чтобы ее любили. Страх и боль - вот и
все, что от нее можно получить. Как должна она была завидовать Дарту
Вейдеру...
У нее были необычные глаза. Правый глаз - словно голубоватая льдинка,
холодный, как Хот, и жестокий, как резвящийся хатт. Левый был цвета
расплавленной лавы.
Киртан Лоор все-таки вздрогнул. Женщина коротко рассмеялась.
- Агент Лоор, в твоем досье написаны интересные вещи. К примеру, там
упоминается исключительная зрительная память. Почти сто процентов
запоминания.
Девяносто восемь процентов, поправил про себя Лоор.
- Если я вижу что-нибудь, то запоминаю, - вслух сказал он.
Он никогда не задумывался над особенностями своей памяти, просто
пользовался ею, как инструментом или оружием.
- Полезный инструмент, если применять его с умом.
Лицо Исард слегка смягчилось, но у Лоора почему-то не появилось
ощущения, что беда миновала.
- В рапорте ты упоминаешь, что не использовал во время допроса
скиртопанол, потому что до ареста Бастра ввел себе дозу нейтрализующего
препарата. На Кореллии у тебя уже было одно дело, которое закончилось
негативно по той же причине.
- Подозреваемый умер, - подтвердил Лоор.
- А поскольку на Бастру сообщение о скорой смерти не произвело
должного впечатления, ты начал общепринятый допрос.
- Обычная процедура, - опять подтвердил Киртан, не вдаваясь в
подробности. Глупо предполагать, что шеф управления разведки понятия не
имеет о том, как проводится допрос, - все шло нормально, пока болезнь не
вошла в заключительную фазу. Пришлось передать подозреваемого врачам.
- И лечение убило его, - закончила Исард. - Знаешь, почему?
- Анафилактический шок. Реакция на бакту.
- Знаешь, почему?
Он чуть было не воспользовался объяснениями, предоставленными ему
дроидом-медиком. В памяти всплыла сцена: мертвое тело в бакта-камере,
жалкое электронное блеяние 2-1Б, собственные ярость и бессилие.
- Нет, - сказал он. - Я не знаю.
Исард так удивилась, что даже не сумела этого скрыть. Пауза
затягивалась, и Лоор вдруг понял, что наказания не последует. То есть
выволочку он получит, и нехилую, но прогнозы пилотов не оправдаются. Он
умрет не сегодня.
- ЗК1449Ф, - совсем другим тоном поинтересовалась Исард. - Тебе это о
чем-нибудь говорит?
Номер он узнал, как только Исард его произнесла, но Киртан
воздерживался от мгновенного ответа, пока не расставил детали в нужной
последовательности. К немалому его изумлению, Исард спокойно ждала, не
хватаясь за бластер.
- Это серийный номер партии бакты. Бакта была произведена с
отклонениями в технологии, попала в Центр Империи, от нее пострадали
почти два миллиона военных и гражданских лиц. Я могу назвать более
точную цифру, но сейчас это не нужно. Бакта стала для этих людей
аллергеном, - Киртан помолчал. - Гил Бастра никогда не был в Центре
Империи.
- Но наверняка тебе неизвестно? Видимо, все-таки был, - Исард уселась
в кресло. Закинула ногу на ногу. - Впрочем, это теперь уже неважно,
потому что с зараженной бактой он мог повстречаться где угодно. Партию
было приказано уничтожить, но у меня есть данные, что она попала на
черный рынок. Но даже это не имеет значения. А важно вот что:
бластонекроз поражает примерно два процента людей, которые могли иметь
контакт с зараженной бактой. Дроиду-медику следовало спросить у
пациента, не назначалась ли ему бакта-терапия в течение двух последних
лет. Стандартных, разумеется.
Она замолчала, выжидательно глядя на стоящего перед ней человека.
- Но из-за того, что я отдал приказ, - безнадежно продолжил за нее
Лоор, - дроид не стал спрашивать, а симптомов не распознал, и Гил Бастра
умер.
- Да нет, - усмехнулась одними губами Йсанне Исард. - Твой Бастра
совершил самоубийство.
- То есть?
- В твоем досье есть рапорты Бастры. Какой-то умелый "ледоруб" сумел
подчистить архивы на Кореллии, но до моих архивов дотянуться не сумел.
Кстати, он хорошо поработал. Когда-нибудь мне понадобятся его таланты.
Хотелось бы знать его имя.
Изображать святую невинность и полное неведение не было смысла,
поэтому Киртан Лоор просто промолчал. Во-первых, Исард не интересовал
его ответ - пока. Во-вторых, Киртан не хотел признаваться начальнику
собственного управления, что тем умельцем был он сам.
- Лучшую оценку может дать только враг, - медленно произнесла Исард в
пространство.
Было страшно. Так, что подташнивало. Киртан выпрямился во весь рост.
Нет, такого удовольствия он этой женщине не доставит.
- Могу себе представить, что там написано...
- Нет, не можешь. Бастра, надо отдать ему должное, был не дурак. Он
отметил, что ты слишком полагаешься на память и считаешь, что
запоминание информации может каким-то образом компенсировать недостаток
анализа. Что ты очень много знаешь, и в этом твоя беда. Между прочим,
мало кому известен антагонизм лекарственных препаратов. Но из-за твоих
обширных знаний ты не сумел разглядеть совершенно очевидную линию
обороны, выстроенную Бастрой. В ином случае, мастер Бастра все еще был
бы с нами.
Исард разгладила безупречно сидящий мундир.
- Бастра слишком хорошо знал тебя, чтобы лелеять надежду о долгой и
счастливой жизни. Он продержался, сколько смог, выигрывая время для
своих товарищей.
Значит, бравада Бастры не была пустой. На этот раз память сыграла с
Лоором злую шутку. В ушах вновь зазвучал издевательский голос старого
кореллианина. Киртан почувствовал, что краснеет. Бастра ловко сыграл на
его чувствах, и он пошел следом за ним, словно глупый нерф на
скотобойню. Два года он валял дурака!
Исард с интересом следила за безуспешными попытками скрыть дрожь.
- Меня дурачили больше двух лет, - с горечью произнес Лоор. - Гораздо
дольше.
- Неплохо, - губы женщины дрогнули, как будто она собралась
улыбнуться. - Но вина в том не только твоя. Веру в собственную
непогрешимость вбивают в головы наших офицеров еще в академии. А
страдает Империя. Даже Император этого не замечал.
Киртан решил, что лучше всего сделать вид, что не замечает явного
приглашения оспорить мудрость Императора или затеять дискуссию на тему
ума Палпатина. Лично Лоор считал, что с умом там было все в порядке, но
это не его, Киртана, дело.
Вместо этого он вернулся к предыдущему вопросу.
- Ссора Бастры и Хорна была ловко разыграна. Я счел очевидную причину
глупой. Я ошибся.
- Очень неплохо. - Исард с интересом разглядывала подчиненного.
- Я сознаю, как дурно я воспользовался предоставленными мне
возможностями, - продолжил каяться Лоор.
Женщина провела указательным пальцем по верхней губе. Ногти у нее
были алые, в цвет мундира.
- У тебя улучшается зрение, - хмыкнула она. - Если бы ты удосужился
прочесть оценку Бастры вместо того, чтобы стирать ее из досье, услышал
бы хвалебную песнь гораздо раньше.
- И они были бы у меня в руках.
- Ты и так неплохо потрудился. Не впадай в новый грех.
Киртан вновь вспыхнул.
- Прошу прощения. Мне действительно жаль.
- Самое печальное, что это неправда. Ты играешь в важную персону. Ты
видишь превосходство там, где нет ничего, - Исард встала, прошлась по
кабинету. - Император однажды решил, что если он уничтожит всех джедаев,
то его личный рыцарь-джедай плюс кучка обученных управлению Силой
агентов смогут держать под контролем Галактику. Я предупреждала его, но
он не желал слушать. Уничтожь всех, потенциально угрожающих тебе, и
обязательно появится новая неизвестная угроза. Он был слеп, и с ним
справились те, кто не умнее и не примечательнее тебя. А в результате
Империя разваливается на части, а Альянс строит из себя возрождающуюся
Республику.
- А вы хотите восстановить Империю. - Киртан пристально рассматривал
узор ковра.
- Нет, - ее голос сумел бы заморозить и карбонит. - Моя цель -
уничтожить мятежников. Империя восстанет из пепла, только если рухнет
Альянс. А это произойдет, если мы одурачим их военных, пошатнем
управление, сломим их дух. Сможешь ты выдержать такое давление, а?
Киртан неторопливо кивнул.
- Смогу. Чем я могу служить вам?
На этот раз она все-таки улыбнулась, и Киртан пожалел об этом. Она
была красива, умна и сильна, но улыбка не делала ее привлекательной. Так
может улыбаться смертельно ядовитая змея. Природа напрасно старалась,
наделяя эту женщину красотой.
- Твоя цель - сердце Альянса. Тебе никогда не хотелось стереть с лица
Галактики Разбойный эскадрон?
Он чуть было не ответил ей честно! Эта женщина умела делать
предложения, от которых невозможно отказаться. Лоор вовремя спохватился.
- Я не пилот, - сказал, он осторожно.
- Да или нет?
- Да.
- Значит, в наличии есть желание и нужный мне опыт. Ты служил на
Кореллии, эскадрильей командует кореллианин.
- Ведж Антиллес, я знаю, - Лоор задумчиво сдвинул брови. - Но его я
не знаю. Я видел отчеты, сводки боевых действий и присланную на него
разработку. Вот и все. А об эскадрилье мне вообще ничего не известно.
- Но ты не потерял способности учиться.
- Да, учиться я могу.
- И ты научишься, - женщина кивнула ему, потом резко вскинула голову.
- Между прочим, у тебя в этом деле будет и личный интерес.
- Да? - вот она - ядовитая колючка, которую он ожидал.
- Из достоверного источника мне стало известно, что командиром звена
там служит один твой приятель, невероятно одаренный талантами...
Лучшую оценку может дать только враг.
- Корран Хорн...
- Вот видишь, ты знаешь о них больше, чем думал. В последний раз
спрашиваю: ты согласен?
- С удовольствием, госпожа, - улыбку он спрятал. С большим
удовольствием.

    Глава 13



Корран заставил себя расслабиться. Это было непросто, а через пять
минут пришлось все начинать сначала. Командир объявил, что полет -
простое упражнение по навигации и расчетам, и не более. Босс особо
упирал на этот факт, и Корран позволил себе в этом усомниться, потому
что печенкой и прочими внутренними органами чувствовал: что-то не ладно.
Антиллес темнил неумело. А с другой стороны, отправляйся они в патруль
или конвоирование, Ведж так бы и сказал. Но он ничего не сообщил,
потребовал только, чтобы народ упаковал пожитки и не забыл перед отлетом
сдать их Селчу, потом буркнул, что через полчаса жаждет видеть всех в
машинах, и удалился. Наверное, бриться. Ни приказ, ни поведение, ни
общее настроение командира с обычным тренировочным полетом никак не
вязались.
Корран полюбовался на свое отражение в изогнутом пластике фонаря.
Новые лычки на воротнике были на месте, но он потрогал их, чтобы в сотый
раз удостовериться - это не сон, он действительно командует целым
звеном.
Появился все еще хмурый Антиллес; душ и близкое общение с бритвой не
улучшили его настроения. Бурча себе под нос, комэск полез в кабину. О
чем-то повздорил с механиками, привстал, обвел взглядом эскадрилью,
махнул рукой: рванули, мол, отсюда, - и рухнул в кресло. Взлетал,
закрывал колпак кабины и надевал шлем Антиллес одновременно. Оставалось
лишь надеяться, что из-за растрепанных чувств босс выполнит все в нужной
последовательности и не забудет подключиться к системе жизнеобеспечения.
Свеженький лейтенант тоже хмурился, так как полагал, что комэску
следует больше доверять своим офицерам. Ну, уж ему-то Ведж мог сказать,
что стряслось.
Будем считать, что тревоги напрасны. Главное сейчас - тренировка, все
остальное - побоку. Поверхность Фолора, напоминающая покрытую шрамами
шкуру старого крайт-дракона, провалилась вниз, как всегда, неожиданно.
Луна стремительно сморщивалась в полумесяц. Корран порадовался, что Ведж
предложил лететь "змейкой", он любил этот порядок. А разомкнутый строй
вообще привел Хорна в восторг и окончательно разогнал уныние.
Конечно, состав третьего звена - еще тот фруктовый салат; командир
как будто нарочно слил туда родианку Андуорни Хьюи и Луйяйне Форж. Одна
отрада, что в ведомых верный друг Оурил. Спасибо, что Пешка Ври'сика
Антиллес зачем-то зачислил к себе в ведомые. А ведь мог и ботана
навязать на шею Хорну, причем без малейших угрызений совести. Зато
третьим и четвертым номерами у Антиллеса летели Навара Вен и краса и
гордость Тайферры Брор Джас. Везет же людям... ну, почти людям.
Тем не менее лейтенант Корран Хорн был преисполнен служебного рвения
и намерения исполнить свой долг во что бы то ни было и до последней