Голову он поднял без проблем, а вот убрать руку которая частично была под его торсом стоило больших усилий и времени.
   Когда он переждал наплыв дурноты снова поднял голову, то увидел его. Не сомненно, это был именно он, даже одежда была той же, - белые брюки и небесно0голубая рубашка с белым же воротником. И как тогда он не смог разглядеть его лица, да и не только лица, - он весь был как в тумане и ни каких резки очертаний не было видно.
   – Кто?… Что… что нужно?
   Незнакомец прикоснулся своей рукой к груди сталкера и нащупав по свитерам многослойный кевлар что то одобрительно, и даже восторженно сказал.
   Этот язык был странным, очень странным, страннее его был только сам владелец. Слова он произносил ровным, гортанным и вибрирующим голосом в какой-то самой отдаленной степени похожим на речь горцев. Но все равно, равных ему и похожих на земле не было, и Курт даже не знал, с чем его сравнить.
   Незнакомец тем временем отвлекся и куда то отошел, а когда вернулся, то сел рядом и вложил в ладонь Курту что-то маленькое, холодное и тяжелое. В тот момент когда их руки соприкоснулись, Курт ощутил холод его ладони и странное, но очень не приятно чувство в живое, словно там что-то ворочалось и резкую острую боль. Сталкер выкрикнул и поспешно ее заглушил, после чего выслушал одобрение и даже как будто удивление незнакомца.
   Затем он что-то сказал, то ли извинялся, то ли прощался, а может и то и другое вместе. Но Курт схватил его за руку и сказал что профессору тоже нужна помощь. Он сказал это по русски надеясь что он все таки его поймет. Но он не понял. Тогда Курт перевернулся и указал на профессора. Тот лежал на спине с открытыми глазами на безмерно удивленном лице, а очки съехали с его лица и лежали рядом на земле. На боку у него красовалась большая кровавая рана, с уже запекшейся кровью.
   Незнакомец обошел Курта и присел у профессора, положил руки на его голову и спустя минуту убрал их, и утвердительно покачал головой.
   Тем временем Курт встал, и шатаясь подошел к серой стене здания и вытащил нож, который капитан оставил сталкеру. Он не видел незнакомца, о знал что тот все еще здесь и внимательно следит за его действиями. Курт царапал острым как бритва лезвием стал царапать изображение своей солнечной системы. Он почувствовал как за его спиной выросла фигура незнакомца а и спустя минуту он стал слева от сталкера. Естественно этот рисунок был очень условным, но сталкер и не постарался передать размер и точное расположение всех планет, нет, но в центре нарисовал самый крупный объект а третью по счету от него планету обозначил стрелкой. Не знакомец с интересом смотрел за его действиями, и когда Курт указал на планету в центре рисунка а затем на само солнце и на конец на планету отмеченной стрелкой и себе под ноги. За всеми его действиями его спаситель наблюдал с легкой усмешкой и даже пренебрежительно, но когда понял что тот не шутит, погрустнел. Курт дал ему свой нож но он его отверг, и стал водить по стене рукой. Он обвел ладонью рисунок Курта по периметру, и пальцем, который оставлял неглубокие вмятины в старом и твердом кирпиче, нарисовал по периметру стилилизованное изображение бесконечности. Как понял Курт, он изобразил бесконечность галактики, а потом рядом нарисовал еще одну солнечную систему, и провел к ней длинную линию, и указал на себя. Курт понял, он все понял, - перед ним был посланец другого мира, и встречаются они уже второй раз. Он никогда раньше не чувствовал такого душевного подъема, на глаза навернулись непроизвольные слезы, а когда он подумал что на самом еле есть мир где абсолютно все такие как этот незнакомец, - добрые, всемогущие, одним словом идеальные. Тогда сталкер дрожащей рукой указал на себя, затем на это другой мир и сделал вопросительный жест.
   «А как ты считаешь»? - Вдруг услышал он чужой, посторонний голос в своей голове.
   «Я ни как не считаю, потому и спрашиваю. Но одно знаю точно, - это не мой мир».
   «Я не имею права отвечать на этот вопрос. Я отвечу по другому. Посмотри на то, что в твоей руке».
   Курт разжал ладонь. Это был маленький металлический и плоский полукруг, с зубчатым местом отрыва, что означало что есть и вторая его половина. Вся его поверхность была исписана маленькими идущими по спирали символами, значение которых Курт конечно не знал.
   «Что это? И где вторая половина?
   «У того, кто ждет тебя там». Он снова указал на свой рисунок.
   На глаза Курту опять навернулись слезы, да и он не старался их сдерживать, - он узнал главное, - он не сумасшедший еретик в этом самодовольном мире зажравшихся мещан, нет, действительно есть место второму, совсем другому миру, откуда он и есть, если верить незнакомцу. Вся прошлая жизнь представилась ему в совсем новом свете, все поступки он переосмысливал и теперь понимал по другому… Весь мир казался ему другим и собственное существование не казалось больше безликим и как затерянному путнику в лесу казалось что он один во всем мире, а услышав лай собак близкой деревни или иной другой звук мира, он понимал что не один, и голод, холод и прочие невзгоды больше не могли испугать.
   Незнакомец даже еще ничего не сказал, даже не сдвинулся с места, но Курт понял что он собирается уходить.
   «Стой, ты уходишь»?
   «Да, больше не могу задерживаться».
   «Но у меня еще масса вопросов! Как так»?!
   «Ты задашь их не мне и не здесь. Вот только когда, -сказать не могу, поскольку не знаю».
   «А кому»?
   «Сам потом поймешь»?
   «Подожди, я могу уйти с тобой»?
   Незнакомец некоторое время раздумывал, и для Курта эти секунды были самыми тяжелыми и решительными в жизни.
   «Нет, пока нет. Извини, это не я решаю. Но если ты сам это сделаешь, - никто противиться не станет. Вспомни нашу первую встречу… Ты действительно ничего не помнишь»?
   У Курта в голове были десятки, сотни вопросов, и видно он по не опытности не умея хорошо владеть телепатическими способностями передал их собеседнику все и сразу.
   Тот поморщился от такого обилия информации, и Курт поспешно привел свои мысли в порядок.
   «Что я должен помнить?
   Собеседник повторил свой вопрос.
   «Помню. Помню город и девушку… Вот и все.
   «Вспомни нашу первую встречу, и ты все поймешь. Эй, профессор, не ужели это вы? А я вас сразу не признал…» Профессор тоже пришел в себя, и с невыразимым изумлением смотрел на посланца другого мира.
   Посланец еще раз извинился за то что спешит и не может ответить на вопросы, еще раз посоветовал вспомнить их первую встречу и пропал. Но пропал не сразу, - Вокруг него образовалось что-то вроде пространственной воронки которая исказила предметы и сделала их вытянутыми, и спустя мгновение все пропало, и Курт обессилено прислонился спиной к стене и закрыл глаза.

1

   – Тогда нас назвали «Призрачным НИИ», поскольку мы полностью абсорбировались от внешнего мира… Министерство ИАЗ такой расклад полностью удовлетворял, поскольку мы не просили ни финансирования, ни рабочих рук ни исследовательского материала. Чего проще было послать переодетого лаборанта и продать пару редких артефактов, которые мы сами же и создали… - Профессор затянулся и впервые не закашлялся от крепкого дыма. Они сидели среди развалин птицефермы и курили, наблюдая за заходящим солнцем. Все постройки из бетонных плит были разрушены еще до Второй Аварии, и от большего и мощного хозяйства остались лишь асфальтированная сеть дорог, с поросшими по бокам асфальтового покрытия высокими тополями и каштанами.
   – Вы даже не представляете чего мы добились за те несколько лет! Вы тогда правильно говорили, человечество зря отвергает то чего не может понять, это глупо, очень глупо… Мы последовали по тому же принципу, - но только ничего не отвергали, а на оборот целиком прониклись Зоной и сбросили с себя оковы привычного мироздания. За полтора года мы поняли что иначе нельзя, иначе никто и никогда не поймет Зону используя привычные способы и науки. Вы это тогда тоже сказали, но я сделал вид что не понял. За полтора года все мы из убежденных реалистов превратились в мистиков, шаманов. Если раньше после работы мы стерилизовали рабочую одежду очищая ее от кислот и щелочей, то теперь произносили заклинание-оберег… Да, да, не смейтесь, - мы тоже смеялись с себя и той ситуации в которой оказались, но опыт показал, - иначе мы ничего не достигнем. Тогда различные НИИ вырастали как грибы после дождя, и на наше никто не обращал особого внимания, на оборот, мы всячески давали понять что ничем особенным не занимаемся, потому и предоставляли на отчетах и ежемесячных заседаниях всяческую шелуху, дребедень.
   А началось все с мелочи. Один наш сотрудник яро пытался разгадать и усилить регенеративное поле «Крови камня», - он строил различные гипотезы, каждая из которых имела место жить, - что мол этот артефакт имеет новое, совершенно не изученное излучение на подобие радиоактивного, но только на оборот не губительного, а усиливающего регенерацию тканей. Одним словом за два месяца все это так и осталось гипотезами, а к самой разгадке он не приблизился и на сотую долю. Но однажды в интернет он нашел текст старинных мантр - слов и заклинаний свои биополем усиливающих воздействие на материальные объекты обычных слов. С помощью их можно было вызывать дождь, удачу, проклинать врагов… Да что вам рассказываю, вы лучше меня знаете что такое мантры. Естественно все приписываемые им свойства были на уровне легенд и ни одно из них не было зафиксировано документально, но наш сотрудник после отчаяния решил ими воспользоваться. Совершенно не надеясь на результат и с некоторой доли иронии. Он положил перед собой артефакт и произнес одно заклинание, свое природой которое должно было передавать энергетику владельца предмету и на оборот, с его помощью старославянские воины заклинали холодное оружие. Ничего не произошло. Но вечером, придя домой со службы он решил починить электропроводку, и получил сильнейший удар током. Но он остался жив и без каких либо травм, если не считать ожога ладони. Но спустя несколько минут он полностью прошел. И так было с десятком иных царапин и порезов, который ошарашенный ученый делал себе почти не отдавая отчета в происходящем. Но потом он понял, - он вспомнил свое заклинание и артефакт, и постепенно выстраивалась логическая цепочка. Но он не удивился тому что раны на нем почти мгновенно заживали, -хоть это были первые годы после появления Зоны, но никого уже не удивляли таинственные свойства артефактов. Но в том то и дело, что ни каких артефактов рядом с ним не было…
   На следующий день он рассказал о всем директору НИИ, нашему духовному и материальному руководителю. Первые годы изучения Зоны и ее детищ были самыми тяжелыми и безрезультатными, и наш директор Кумачев Олег Дмитриевич согласился. Но согласился не потому что его все устраивало, а потому что Семенов, - тот самый сотрудник, - рассказал не все детали своего научного плана… Но это ни сколько не повлияло на решение Кумачева, поскольку уже через неделю ему предоставили отчеты по проведенной работе, фантастические в прямом смысле слова. Ему поведали о том, что научились производить деление «Вспышки» на частицы любого размера и при том сохранять все ее свойства. А еще через несколько дней был найден способ ее активации. Но когда Кумачев потребовал технический отчет о том как это происходит, то вместо вразумительного ответа и письменного доклада ему на стол лег почти что детский рисунок какого-то устройства. Позже ему объяснили, что для этого был создан специальный прибор на основе «Лунного камня» в форме кольца и закрепленным в середине стержнем из трансформированного «Кулона». Исходя из этого, кольцо из «Лунного камня» на столько гасило и концентрировало аккумулированное статическое электричество в частице «Вспышке», а стрежень из «Кулона точено их повышал в несколько раз и своим проникновением в «Вспышку» как бы его высвобождал, и в результате мы получили мощнейший выход электричества… Мы передали это в главный филиал Киевского ИАЗ, а спустя еще месяц была создана так называемая гаусс-винтовка, - уменьшенная до размеров обычного ружья рельсовая пушка, где снаряд разгонялся мощным пучком плазмы, вызванной электрической дугой между двумя пластинами метала, и дуга эта в свою очередь влекомая магнитным полем разгоняла снаряд до десяти-двенадцати километров в секунду… И если же этого использовать такое устройство пулей весов в один-два грамма пробивающим почти любую броню в полевых условиях было не возможным по той причине, что было проблематичным тянуть за собой толстый кабель для подачи электроэнергии… Потом было создано что-то вроде одноразовой батареи на которая выделяла энергии из-за взрыва оболочки из тротила, но все равно переносить такой цилиндр весом в семьдесят килограмм было сложновато, а наше же изобретение позволяло получать десятки тысяч вольт без каких либо усилий. Тогда был создан первый прототип гаусс-винтовки, но естественно военным хотелось оружие которое бы не требовала постоянной перезарядки, тогда они отказались от самого принципиального использования каких либо предметов играющих роль снарядов, и теперь противник поражался чистым сгустком плазмы, который при полете оставлял за собой яркий след. Эта первая удача так нас ободрила, что мы забросив все прежние работы стали собирать сливки, а все остальное нас ни сколько они интересовало, мы извлекали из артефактов только саамы полезные или не очень свойства, главное чтобы они были очень емкими. Но в процессе мы поняли что опять же классическими методами нам мало удавалось чего либо добиться, а Кумачев по прежнему требовал детального научного объяснения всех процессов, и естественно на некоторые его вопросы мы не могли ответить. Тогда он поставил вопрос ребром и обозвав нас средневековыми алхимиками. Этого момента Семенов и ждал, и собрав всех работников сопоставил результаты и объемы прежних робот и работ проведенных после того случая с Семеновым. Разница и объемы поражали, и тогда всем без исключения стало ясно куда клонит Семенов. И самое удивительное было то, что наш Кумачев в принципе не являлся узколобым бюрократом, но все равно от него все ждали не такой реакции… А реакция была следующая, - он долго и казалось бессмысленно смотрел на график а потом заявил что полностью поддерживает предложение Семенова и данной ему властью объявляет что теперь и отныне все работы в институте будут проводится по утвержденному плану который составит старший научный сотрудник Семенов. Его слова странно подействовали на окружающих, и на следующий день больше половины из них перевелись в другие научные учреждения, вероятно они считали все эту затею бессмысленной и глупой, а на самом совещании едва сдерживали недоуменные улыбки.
   Но Семенов ни сколько не растерялся, он даже был рад такой «чистке», а новых сотрудников он в течении недели набрал в Киевских институтах и различных других ведомствах. Это были молодые, задорные и полные энергии парни и девушки, которым казалось что именно им дан шанс перестроить всю привычную науку и т.д. и т.п.
   И работа закипела, - в течении полугода мы достигли не бывалых величин… Мы могли почти все, - охлаждать окружающею среду преодолевая барьер так называемого Абсолютного Нуля, с помощью только одно силы мысли размягчать новое и самое твердое вещество в мире именуемое «Алмазным шаром», с превратить «Платину» в почти безграничный жесткий диск для компьютера, - некий порог у него конечно же был, но мы его так и не установили, остановившись на отметке в двести максибайтов, превращали уже ранее упомянутую «Кровь камня» в идеальный производитель человеческого иммунитета, который был так силен, что уничтожал раковые клетки и СПИД… - Все эти слова профессор произносил с огромной гордостью и так увлекся, что Курту пришлось его деликатно прервать, хотя речь ученного была безмерно интересна.
   – И на ряду с этим мы фиксировали сотни других и казалось бы незначительных процессов и явлений, но стоило любо из них начать дорабатывать как выяснялось что это очередная сенсация, которая как и все остальные может изменить мир. Но стоило нам отвлечься и пытаться ухватить все и сразу, так сказать погнаться за двумя зайцами, и все пропадало, нам ничего не удавалось. Тогда мы плюнули на все, - на жесткую систематизацию, официальность и сроки, на конец на область экспериментов, дошло до того, что даже саамы простые и не очень искушенные наукой лаборанты тащили из института к себе домой тексты новых и ранее не известных заклинаний, сами создавали амулеты на удачу и прочую дребедень, а на роботе во время очень коротких и честно сказать совершенно не нужных перерывов они впадали в транс и обращаясь к самой Зоне потом рассказывали такое… простите, опять отвлекся… Вы читали «Понедельник начинается в субботу»? - Спросил он Курта.
   – Конечно, я прочел все произведения этих авторов.
   – Ну так вот, - вся наша деятельность да и сами мы уподобились работника тамошнего НИИ, а некоторые особенно ретивые так достигли таких высот как в аномальной физике, химии прочих научных отраслях а особенно биомеханике, что с помощью банальной тренировке головного мозга развивали в себе телекинез и прочие сверх способности. И при чем не столько явные и ярко выраженные, что порой нам всем стало страшно…
   А в самом институте тем временем творился полный бардак, - трое друзей-химиков каким-то образом оживили… да, да! Именно оживили чучело совы, и при этом она, сова, превратилась во что-то не понятное, многоногое, зеленное, очень противное и орущее маты голосом нашего завхоза, и она, простите за выражение, эта хрень бегает по институту, пугает и смешит сотрудников, при этом разбрызгивая грязные ругательства по поводу какого-то Сеньки-уродца, так и не отдавшего ему садовый инвентарь… А физик Якушин создал в своей лаборатории эффект обратного хода времени, на столько быстрого что теперь там прорастают лианы и возможно очень скоро забегают динозавры, а забежавшую в эту комнату в припадке истеричного желания помолодеть пожилую сотрудницу разбил инсульт, - она жива но никто вытащить ее оттуда не спешит…
   А тем временем тот же Якушев сообщает, что если положить на кафель «Магнит» а в трех с половиной сантиметрах правее горстку обычного сигаретного пепел, то пепел это начинает светиться очень подозрительным светов. Именно на кафель, именно пепел и не переменно в трех с половиной сантиметра и не левее а правее, иначе весь процесс не медленно прекращаться.
   Фанатичный биолог Коробкин с помощью «Души» ввел своего лаборанта в летаргический сон, когда того пытаешься разбудить, он начинает очень противным голосом рассказывать тому, кто пытается нарушить его покой, самые не приятные и сокровенные этапы его жизни, так что будить его так же не спешат, а молоденькая учетчица Людочка узнав это теперь боится даже проходить мимо, а сразу краснеет и замыкается.
   … Трое вышеупомянутых друзей химиков решили отметить сомнительный успех медицинским спиртом, и чем больше они пьют, тем сильнее их… их… хреннотень злиться буянит, и дошло уже до того, что она бегает за Кумачевым и плюет в него. Но я естественно рассказываю вам именно забавные и воистину волшебные происшествия, куда чаще у нас происходили в большей степени физические, биологические химические явления непосредственно с самими артефактами.
   – И что было дальше?
   – Как я уже говорил мы не хотели размениваться и собирали одни сливки, впрочем кроме них там ничего и не было, если судить логически… Мы решили дотянутся до звезд, - мы решили создать артефакт. Но не просто необъяснимую красивую игрушку, а с конкретными свойствами.
   – И какими же? Хотя уже начинаю догадывается…
   – Да, именно так. И пред нами стояла титаническая задача, и самое главное, что мы даже не знали с чего начинать. Но тем не менее нам это удалось, и мы искусственным соединением и полимеризацией создали совершенно новый артефакт. Во время работы над ним мы не знали радоваться нам или плакать, так все удачно продвигалось. И это не могло быть случайностью, - у нас было такое ощущение, что мы действуем оп чьему-то давно составленному плану, по другому это нельзя было объяснить. Это было похоже на то, если бы мы собирали примитивный детский конструктор, и единственное различие между ним и наши творением было в том, что наш «конструктор» просто нельзя было собрать не правильно…И вот настал тот день, и мы решили его испытать сразу на трех подопытных, тех самых друзьях-химиках, чтобы потом быть более точным в описываемых ощущениях и прочем. В первые же секунды все они повалились на пол, а одному и самому устойчивому психически удалось прекратить процесс активации.
   После долгого выяснения обстоятельств мы выяснили, что все происходит верно, но нет такого человека для которого активация ста процентов его мозга прошла бы безвредно.
   В то время мы представляли одну большую и дружную семью, и на нас работали трое сталкеров. Они были кем-то вроде вас, - тоже не от мира сего и очень отличались от обычных людей. Они предпочитали вносить вклад в науку, и регулярно снабжали на с артефактами и выполняли различные поручения, вот на них мы и решили испытать наш новый артефакт. И опять же каждый был почти на сто процентов уверен в успехе, и не ошиблись. Ну что и он дает вы так же знаете сами, а потому не буду вас утомлять.
   – Я не понимаю, а что происходило с результатами ваших открытий? - Спросил Курт.
   – Извечный бюрократизм, он всему виной. Видите ли, в ИАЗ - требовали именно открытий и материалов разгадывающих ту или иную, пусть и самую малую часть или область Зоны, а мы для них с нашими бегающими чучелами и «перемоткой» времени были ни чем иным как обычными вещами, - просто они сравнивали наши явления и явления Зоны, - согласитесь, и те и те также же были не изученными и опасными, так что мы оказались в очень дурацкой ситуации, и если переубедить несколько десятков человек Семенову удалось, то врят-ли он сможет это сделать со всей ученной верхушкой ИАЗ. Они принимали только то что можно было использовать для создания оружия, - им хорошо засел в головы случай с деленной «Вспышкой».
   Потом произошло многое, - нагрянула инспекция чего мы совсем не ждали и очень опасались, естественно нас закрыли, а на некоторых сотрудников и в частности на Семенова и Кумачева, забрали все результаты и материалы. Но мы даже были этому рады, - на кое-что на них обратят внимание! Но ничего не произошло, - либо они на всегда сгинули в бездонных бюрократических Украины, либо они хранятся в спецхране СБУ как особо опасные, или же просто их продали Западу, как это у нас очень хорошо умеют, и не только их…
   На тот момент мы создали три таких артефакта и отдали их на так сказать тестирование…
   – И что, не боялись что больше не увидите их? Я имею в виду и владельцев и сами артефакты.
   – Нет, ни сколько. Мы давно поняли что такие как они не являются обычными людьми… Как и вы. Вот вы бы вернули?
   – Не знаю… Если бы потом в замен мне подарили бы еще одни, так сказать в оплату. - Грустно улыбнулся Курт.
   Платонов очень внимательно на него смотрел, как будто не верил его словам. Но он верил, просто Курт не мог знать, что в точности повторил слова тех троих сверх людей, что работали на ученных.
   – Вы один в один повторили их слова… Так же сказали и они. Сначала мы колебались, но время шло, и мы все больше убеждались что та троица не способна на подлость или какое-то крупное преступление, что всевластие не может вскружит им головы, поскольку они воистину превосходили всех нас в первую очередь по психическому и нравственному развитию, как и вы. На то момент когда к нам не сомненно по чьей-то наводке прибыли сотрудники СБУ, артефакты и сами сталкеры находились в Зоне, так что им ничего не угрожало. Время шло, но они не давали о себе знать, пока один из них не пришел домой ко мне, и не отдал артефакт. Он был очень подавлен, и сказал что его друзья погибли и больше не вернутся, он осекся и понял что сказал что-то не то, но было поздно… Он отдал артефакт и сказал что тот ему больше не нужен. Я даже не успел спросить по чему и что все таки случилось, как он пропал. Пропал в прямом смысле слова, и я понял что значит его фраза, -«Он мне больше не нужен… Они погибли, и больше не вернутся…», -они где-то там, откуда не возвращаются, но не на том свете… А фраза что артефакт ему больше не нужен, значит то, что его мозг после такой длительной стимуляции заработал в сто процентовой режиме самостоятельно, без помощи артефакта.
   – Ну и где те двое? Вы сказали что поняли что с ними произошло.
   – Понял. Тот посланник другого мира, что спас вас и меня, это был Отшельник, - самый молодой и злой из них.
   Платонов на долго замолчал, а Курт уже почти без удивления переваривал всю эту информацию. Да, как это ни странно, но Зона переменила все, и теперь можно смело отсчитывать новейшую истории начиная с 2006, года появления Зоны, а эту новую эру назвать Сверх Новой.
   … Он не один в этом мире, - есть мир где все такие как он, или на оборот, не важно. Важно то, что он не зря все это время ощущал себя лишним в этом жалком мирке, и час назад получил это подтверждение. И там, есть тот, кто ждет его и помнит… Курт достал из кармана амулет, как он его сам окрестил, и еще раз, в сотый раз посмотрел на него…