«Такие люди опасны», — заметил однажды Цезарь, и для цезарей они действительно опасны; исмаилитов преследовали во всем мусульманском мире, были предприняты серьезные попытки истребить их полностью, когда имамом всего движения стал Хасан ибн Саббах.
   По циничному мнению Хасана (и многие иллюминизированные существа вроде тибетских лам с ним были согласны), большинство людей не имеют ни стремления, ни способности к духовной и интеллектуальной независимости. Поэтому он реорганизовал орден исмаилитов так, чтобы люди мелкого ума всегда оставались на низших ступенях.
   В этом ему помогали знаменитый «Сад Наслаждений» в его аламутском замке (прекрасная имитация Рая, описанного в Коране, с красивыми и усердными гуриями, обещанными Пророком правоверным) -и еще некое «магическое снадобье». Исмаилитов низшего ранга доставляли в Аламут, давали им это чудесное зелье и впускали на несколько часов в Сад Наслаждений. Они выходили оттуда убежденными, что действительно побывали в раю и что Хасан ибн Саббах — самый могущественный святой в мире. Затем их уверяли, что если они будут верно ему служить, послушно исполняя все приказы, пусть даже ценой собственной жизни, то после смерти вернутся в этот Рай.
   Эти люди стали первыми «кротами» в истории международной политики. Если три главные противоборствующие религии того времени на Ближнем Востоке (христианство, иудаизм и ортодоксальный ислам) утверждали, что отречение от своей веры — это непростительный грех, то Хасан внушал, что Аллах простит такую маленькую невинную ложь, если она служит достойной цели. Таким образом, его агенты могли выдавать себя за христиан, иудеев или ортодоксальных мусульман и проникать в любой двор, орден или штаб. Поскольку в других религиях существовал вышеупомянутый запрет на такую ложь, к самим исмаилитам проникнуть не мог никто.
   Об использовании агентов-"кротов" в качестве ассасинов, или наемных убийц, много говорится в нашем романе. Любопытно мнение Вейсгаупта о том, что Хасан открыл «моральный эквивалент войны». Хасану ни разу не приходилось отправлять свою армию сражаться, а те войска, которые посылались против него, вскоре останавливались из-за внезапной смерти полководцев.
   Одним из преемников Хасана был Синан, который перенес штабквартиру секты из Аламута в Мессиак и который, возможно, был автором того письма о Ричарде Львиное Сердце, которое вспоминает Джордж в Третьем Трипе. Синан, как утверждали его современники, совершал чудесные исцеления, общался с невидимыми существами, и никто никогда не видел, чтобы он ел, пил, мочился или испражнялся. Ему приписывали дар телепатии и способность убивать животных одним взглядом. Именно он (а не Хасан ибн Саббах, как утверждают многие авторы популярных книг) приказал двум низшим членам ордена совершить самоубийство, чтобы произвести впечатление на посетившего его посла и показать, насколько велика его власть над последователями. (Эти двое подчинились, прыгнув в пропасть со стены замка.) Синан также предпринимал попытки вступить в альянс с рыцарями-тамплиерами, чтобы вытеснить из своего региона как ортодоксальных христиан, так и ортодоксальных мусульман, но, очевидно, эти попытки провалились.
   Несмотря на мощную сеть шпионов и убийц, ассасины все же были разгромлены, когда весь Ближний Восток захватили орды монголов. Эти враги пришли из такого далека, что до них лазутчики просто никогда не добирались. Прошло несколько столетий, прежде чем орден ассасинов сумел оправиться от удара и превратиться в нынешнее мирное исмаилитское движение под руководством Ага-хана.
   Когда Хасан ибн Саббах находился на пороге смерти, он якобы изрек афоризм, который принес ему мировую известность и несколько раз цитируется в романе: «Ничто не истинно. Все разрешено». Ортодоксальный мусульманский историк Аль-Джувайни — который, возможно, и придумал этот эпизод, — добавляет, что, едва с губ Хасана сорвались эти кощунственные слова, «его душа провалилась в адскую бездну».
   С тех пор как Марко Поло поведал миру о Саде Наслаждений, западные комментаторы считали, что «магическим снадобьем» Хасана был чистый гашиш. Однако современная наука поставила это утверждение под сомнение, поскольку сейчас ясно, что гашиш и другие препараты конопли были хорошо известны на Ближнем Востоке за тысячи лет до рождения Хасана. Это растение найдено в тамошних поздненеолитических курганах, которые датируются примерно 5000 г. до н. э., о чем упоминает в романе Хагбард. Вряд ли изобретательный ибн Саббах опустился бы до того, чтобы выдавать этот наркотик за нечто новое и магическое.
   Есть предположение, что Хасан, который, как известно, в юности много путешествовал, мог привезти с Востока опиум и смешивать его с гашишем. Доктор Джоэл Форт в книге «Искатели наслаждений» идет дальше и утверждает, что магическим зельем Хасана была смесь вина с опиумом без каких-либо конопляных компонентов. В книге «Священный гриб и крест» доктор Джон Аллегро доказывает, что и у Хасана, и у первых христиан райские видения в действительности возникали в результате употребления гриба amanitamuscaria, то есть мухомора, который в больших дозах ядовит, но в малых является психоделиком (или, по крайней мере, вызывает галлюцинации).
   Высказываемая в нашей книге гипотеза, согласно которой «черный аламут» — это практически чистый гашиш, куда добавлено совсем немного белладонны и дурмана, — основана на:
   1) веском этимологическом доводе: люди, называвшиеся хашишинами, должны были так или иначе быть связаны с гашишем;
   2) неубедительности того, что вино, опиум, грибы или любая их комбинация может объяснить этимологическую и историческую ассоциацию Хасана с гашишем;
   3) вышеуказанных причинах сомневаться в том, что это мог быть только гашиш;
   4) способности дурмана и белладонны (в малых дозах) создавать чрезвычайно яркие зрительные образы, намного превосходящие те, которые возникают даже от самых лучших сортов гашиша;
   5) том факте, что дурман и белладонна использовались в элевсинских мистериях и в современных Хасану европейских ведьмовских культах (см. Р. Мастере, «Эрос и Зло»).
   Поскольку в этой книге мы не намерены смешивать факты с вымыслом, укажем, что эти аргументы убедительны, но не безупречны. Есть множество других альтернатив, таких, например, как гашиш-белладонна-мандрагора, гашиш-дурман-опиум, гашиш-опиум-белладонна, гашиш-опиум-буфотинин (Средневековые маги умели получать буфотинин. Они добывали его, как записал Шекспир, из «жабьей кожи»), и т. д., и т. д. С определенностью можно лишь сказать, что, по мнению Хагбарда Челине, правильная формула — это смесь гашиша с белладонной и дурманом (в соотношении 20:1:1), а мы верим Хагбарду — почти всегда.
   Точная связь между ассасинами и европейскими иллюминатами остается невыясненной. Мы видели (но, к сожалению, не сохранили) публикацию Общества Джона Берча, в которой доказывалось, что альянс между хашишин и рыцарями-тамплиерами все-таки был заключен и с тех пор европейское масонство так или иначе испытывало на себе влияние хашишин. Более вероятной кажется теория Дараула: после того как хашишин превратились в нынешнюю мирную исмаилитскую секту, рошани (иллюминаты) скопировали их прежние тактики и в свою очередь стали образцом подражания для испанских аллумбрадос и, наконец, баварских иллюминатов.
   Девять ступеней обучения у хашишин, тринадцать ступеней посвящения у иллюминатов Вейсгаупта, тридцать два градуса у масонов и т. п. — все это, разумеется, произвольные числа. У буддистов-тхеравадинов принята система из сорока медитаций, каждая из которых поднимает на определенную ступень развития. В некоторых направлениях индуизма признаются лишь две ступени: дхьяна (подчинение чувства "я") и самадхи (слияние с Целым). С равным успехом можно использовать пять или сто пять ступеней. Но во всех системах есть нечто общее: в тот или иной момент обучаемого пугают чуть ли не до смерти (Интересные сведения о традиционной системе мексиканских индейцев, в целом очень похожей на все вышеперечисленные системы, сообщил антрополог Карлос Кастанеда, обучавшийся у шамана из племени яки; он красочно описывает некоторые из пережитых им страхов в «Учении дона Хуана», «Отдельной реальности», «Путешествии в Икстлан» и «Сказках о силе». Дон Хуан применял пейот, дурман и магический гриб (вероятно, тот самый psilocyblemexicana, который принимал Тим Лири для своего первого трипа)).
   Различие же между системами заключается в том, что одни из них стремятся освободить кандидата, а в других, вроде систем Саббаха и Вейсгаупта, высшие члены секты сознательно поддерживают неведение низшего большинства, чтобы можно было эксплуатировать его до бесконечности. Такая же игра иллюминизированного меньшинства, использующего в корыстных целях суеверное меньшинство, наблюдалась в Тибете, пока китайская коммунистическая оккупация не положила конец власти верховных лам. Благожелательный рассказ о тибетской системе, чуть ли не оправдывающий ее, можно найти в книге Александры Дэвид-Нил «Тайные учения тибетского буддизма»; а недоброжелательный рассказ мистика-скептика — в «Исповеди Ллистера Кроули».
   По поводу «черного аламута» скажем еще вот что: он не предназначен для новичков. Например, в первый раз, когда его попробовал Саймон Мун — а было это в самом начале 1968 года, — ему понадобилось воспользоваться уборной в кинотеатре «Биограф» (куда, находясь под его воздействием, он отправился смотреть «Желтую подводную лодку»). Освободив кишечник, он потянулся за туалетной бумагой и с ужасом увидел штамп в начале бумажного рулона:
 
   ОФИЦИАЛЬНЫЕ
   БАВАРСКИЕ ИЛЛЮМИНАТЫ
   EWIGE BLUMENKRAFT!
 
   Конечно, под марихуаной или гашишем тебя иногда глючит, но это не настоящие галлюцинации. Глюки проходят, если в них всмотреться. Но, как Саймон ни таращился на туалетную бумагу, на ней все равно оставался штамп:
 
   ОФИЦИАЛЬНЫЕ
   БАВАРСКИЕ ИЛЛЮМИНАТЫ
   EWIGE BLUMENKRAFT!
 
   Саймон вернулся в зал совершенно потрясенный. Впоследствии он еще долго размышлял, была ли у иллюминатов некая зловещая причина внедриться в туалетно-бумажную промышленность или же все это было настоящей галлюцинацией и первым сигналом, как он для себя сформулировал, о том, что «эта чертова дурь срывает мне на фиг крышу». Он так и не разгадал эту загадку, а потом и вовсе перестал об этом думать.
   Что касается Хасана ибн Саббаха Икса и культа Черной Матери, то авторам удалось узнать о них очень мало. Поскольку очевидно, что они каким-то образом связаны с ассасинами и культом богини разрушения Кали, можно отнести их к иллюминатской, или Валяйской, стороне Священного Хао. Поскольку же они больше похожи на бизнесменов, чем на фанатиков, а Кали — это, в принципе, та же Эрида, можно числить их и на дискордианской, или Шаляйской, стороне. Окруженные этой мрачной тайной, они идут своей темной дорожкой, приторговывая белым и проповедуя весьма странные доктрины о белых. Возможно, они намерены предать всех, сбежав с деньгами в подходящий момент, — а может быть, они-то и есть единственные убежденные революционеры. Когда мы попытались выяснить суть убеждений Хасана ибн Саббаха Икса, он сказал только: «Я кому угодно зад надеру и от всего тащусь». Вот и вся философия. Он действительно тот еще жеребец, так что мы не стали к нему больше приставать.

Приложение Цади
23 сваливай

   Лингвистам и этимологам пришлось немало постараться, чтобы хоть как-то объяснить смысл этого выражения. Английское skidoo (сваливать) было выведено из более древнего слова skedaddle (улепетывать, драпать), а то, в свою очередь, — из греческого skedannumi (поспешно исчезать). Число 23, разумеется, заставило этих умников напрячься еще больше, поскольку они не знакомы с тайными учениями Магии. Один теоретик, заметив, что Сидни Картон из «Повести о двух городах» Диккенса был двадцать третьим человеком, которого гильотинировали в финальной сцене (Литературное толкование, которое из-за пристрастия к модернизму упустил Саймон Мун), высказал предположение, что те театралы, которые стремились выйти из зала, пока не началась давка в дверях, считали количество казней и, насчитав 23, сваливали. Другой не менее выдающийся ученый предполагает, что это выражение имеет какое-то отношение к людям, которые раньше околачивались у старого Флатирон-билдинга на Двадцать третьей улице Нью-Йорка — все знают, что там очень ветреный угол, — чтобы понаблюдать за взлетающими на ветру дамскими юбками. При приближении копа они сваливали. Третьи неубедительно мямлят, что первоначально у телеграфистов сигнал «23» означал «конец передачи», «освободи линию» или, если грубо, «заткнись», но никто не знает, почему такое значение телеграфисты приписали именно числу 23.
   Подлинное происхождение этой фразы остается тщательно охраняемой тайной Древних Жрецов Единого Мумму, знать которую Саймону «не по рангу». Однако Диллинджер достиг нужного ранга и вполне уместно употребляет слова «23 сваливай» в сцене банковского ограбления в Третьем трипе. А в свое время они были напечатаны «Братом Пердурабо» (Алистером Кроули) в «Книге лжей» (1915). В этой любопытной книжке глава 23 представляет собой заклинание:
 
   КЕФАЛИ КГ (23)
 
   Сваливай
 
   Какой человек спокоен в своих внутренних покоях?
   Выйди вон.
   Огромен мир и холоден.
   Выйди вон.
   Ты допущен во внутренний круг.
   Выйди вон.
   Но нельзя выйти вон тем же путем, каким вошел вовнутрь.
   Путь вон — это ПУТЬ.
   Выйди вон.
   Ибо ВОН — это Любовь, и Мудрость, и Сила.
   Выйди ВОН.
   Если у тебя уже есть Н, сначала получи ОН.
   Затем добудь В.
   И тогда наконец выйди ВОН.
   Фишну Чипсу, как и всем остальным персонажам, дали возможность внимательно прочитать рукопись этой книги до публикации и исправить ошибки, которые могли вкрасться в текст. По поводу данного Приложения он высказался так: «По-моему, ребята, вы меня снова разыгрываете. Я подозреваю, что Кроули написал эту штуку в 1915 году, чтобы посмеяться над читателями, а вы нашли ее и вставили в вашу историю упоминание о магической формуле, которой якобы пользовался Диллинджер, специально для того, чтобы потом состряпать это приложение и „объяснить“ его». Такой мелочный скептицизм можно сравнить с точкой зрения библейских фундаменталистов, которые утверждают, что Иегова создал Вселенную за шесть дней в 4004 г. до н. э. и тогда же специально приготовил ископаемые окаменелости и другие ложные указания на то, что Вселенная якобы намного старше. С таким же успехом можно утверждать, что Космос появился из Пустоты секунду назад вместе с нами и нашими ложными воспоминаниями о том, что мы якобы находимся здесь уже давно.

Приложение Bay
Льненьги и конопленьги

   Первые льненьги («льняные деньги») ввел в дискордианских группах в 1968 году этот загадочный Малаклипс Младший, Хранитель Священного Хао. Конопленьги появились год спустя и были выпущены доктором Мордехаем Малигнатусом, Хранителем Нотари Соджака. (В романе — и это один из тех редких случаев, когда мы позволили себе вольно обойтись с исторической правдой, — мы отодвинули создание этих денежных систем в прошлое и приписали выпуск конопленег еще Древним Жрецам Единого Мумму.)
   Идея, стоявшая за эмиссией льненег, конечно же, стара как мир: частные деньги существовали задолго до государственных. Первым революционным (или реформистским) применением этой идеи для сдерживания ростовщичества с его высокими процентами стали «благочестивые банки», созданные Доминиканским орденом католической церкви в конце средневековья. Доминиканцы, обнаружившие, что проповеди против ростовщичества никак не влияют на деятельность ростовщиков, основали собственные банки и начали выдавать беспроцентные ссуды; такая «этическая конкуренция» (как позднее назвал это Джосая Уоррен) вытеснила коммерческие банки с тех территорий, где банковской деятельностью занимались доминиканцы. Такие же частные деньги ссужались под низкие проценты (но не беспроцентно) шотландскими банками, пока британское правительство, действуя от имени монополии Банка Англии, не остановило это проявление свободного предпринимательства. Такая же идея была успешно опробована в американских колониях до Революции, и опять этой практике положило конец британское правительство; кстати, некоторые еретически настроенные историки считают истинной причиной Американской Революции именно это, а не налоги, о которых пишется в большинстве учебников.
   В XIX веке многие анархисты и индивидуалисты пытались выпускать низкопроцентные или беспроцентные частные валюты. Воспоминания о таких попытках, написанные их основателями, содержатся в книгах полковника Уильяма Грина «Взаимосберегательный банк» и Джосаи Уоррена «Истинная цивилизация». Анархист Лайсандер Спунер, который к тому же был специалистом по конституционному праву, обстоятельно доказывал, что Конгресс не имел никакого права запрещать обращение таких частных денег (см. его книгу «Наши финансисты: их невежество, узурпации и обманы»). Общий обзор таких попыток свободного предпринимательства, вскоре задавленного капиталистическим государством, приводится Джеймсом М. Мартином в его книге «Люди против государства» и Рудольфом Рокером в «Пионерах американской свободы» (название ироническое, поскольку его пионеры проиграли все свои главные сражения). Лоренс Лабади из Сафферна, штат Нью-Йорк, собрал (хотя еще и не опубликовал) сведения о тысяче таких экспериментов; один из авторов данного романа, Роберт Антон Уилсон, в 1962 году откопал сведения о том, что во время Великой Депрессии 1930-х в Йеллоу-Спрингсе, штат Огайо, происходила частная и беспроцентная эмиссия денег. (На эту крайнюю меру пошли местные бизнесмены, которые плохо понимали значение основного принципа беспроцентной ссуды и отказались от нее сразу же после снятия ограничений денежного кредита, когда Рузвельт начал наводнять страну банкнотами Федерального резервного банка.)
   Либеральные историки по традиции насмехаются над такими проектами, называя их «курьезными деньгами». Они ни разу не объяснили, в чем серьезность денег правительственных. (Например, реальная стоимость тех денег, которые находятся в обращении на территории США сейчас реально составляет 47 % от их «декларированной» номинальной стоимости.) Если вдуматься, деньги вообще штука забавная, но никакие частные деньги, конкурирующие на свободном рынке, никогда не будут такими же комическими (и трагическими), как нынешние банкноты с магической печатью Дядюшки Сэма, которые обеспечены только его обещанием (или угрозой), что, несмотря ни на что, он, с божьей помощью, компенсирует их и заплатит по ним проценты за счет налогообложения бесконечных поколений наших потомков. Так называемый Национальный Долг — это, естественно, не что иное, как наш долг банкирам, которые «ссудили» эти деньги Дядюшке под проценты после того, как он милостиво предоставил им кредит, позволивший им взять этот заем. Конопляным деньгам, и даже кислотным или пейотным, никогда не стать такими же клоунскими, как эта денежная система, которую могли выдумать только иллюминаты (если они действительно существуют). У этой системы есть только одно преимущество: с каждым годом она делает банкиров все богаче. Больше никому — от капиталиста-промышленника до шахтера — она не приносит прибыли, и все платят налоги, которые превращаются в уплату процентов, которая делает банкиров все богаче. Если бы иллюминаты не существовали, их надо было бы придумать — иначе чем может объясняться существование такой системы? Хотя находятся отдельные циники, которые винят во всем безграничную человеческую глупость.
   Идея, заложенная в конопленьгах, более радикальна, чем идея частнопредпринимательской валюты как таковой. Конопленьги, которые фигурируют в романе, уменьшаются в стоимости; таким образом, это не просто беспроцентные, но отрицательно-процентные деньги. Ссудодатель в буквальном смысле платит получателю ссуды, чтобы тот на время изъял у него деньги. Это придумано немецким торгово-промышленным экономистом Сильвио Гезелем и описано в его книге «Естественный экономический порядок», а также в «Деньгах-марках» Ирвинга Фишера.
   Закон Томаса Грэшема, подобно большинству «законов», которые преподаются в государственных средних школах, не совсем справедлив (по крайней мере, в том виде, в каком его обычно преподносят). «Плохие деньги вытесняют хорошие» только в авторитарных обществах, но никак не в либертарных. (Грэшем был достаточно трезвомыслящим, чтобы отчетливо заявить, что он описывает только авторитарные общества; в его формулировке «Закон» начинается словами «Если король пускает в обращение два вида денег...», а это подразумевает, что для выполнения «Закона» должно существовать Государство.) В либертарном обществе хорошие деньги вытесняют плохие. Такое утопическое утверждение, к которому любой здравомыслящий читатель отнесется крайне скептически, можно найти в книге Хьюго Билгрима и Эдварда Леви «Причина экономических кризисов» со строгим логическим доказательством, основанным на аксиомах экономики.