[117] В Махаянасанпариграхашастре Асанга перечисляет семь пунктов, по которым махаяна превосходит шравакаяну. "Махаяна - всеобъемлюща: принимается все, чему учил Будда, а не только Шакьямуни в течение своей жизни; более того: как мы видим, все, что сказано хорошо, считается словом Будды. Во-вторых, махаяна стремится к общему спасению, а не к индивидуальному избавлению, выделяясь, таким образом, любовью ко всему сотворенному. В-третьих, махаяна интеллектуально выше хинаяны; последняя отрицает реальность я, а первая идет намного дальше и отрицает вообще всякую феноменологическую реальность. В-четвертых, махаяна вселяет духовную энергию; искать быстрого избавления для отдельного я - это не ее цель, это цель шраваки. В-пятых, махаяна имеет разнообразные средства {(упая)}, ведущие людей к освобождению; она неистощима в различном их применении. Кроме того, она ведет к более высокому идеалу; адепт стремится стать не просто святым, а Буддой в полном его совершенстве. Наконец, когда адепт становится Буддой, он располагает безграничной силой самопроявления во всей вселенной в теле блаженства. См. Suzuki, Mahayana Buddhism, ch. II.
   [118] Васубандху говорит, что преходящий характер существования и вечность нирваны предполагаются реальностью абсолюта.
   [119] В хинаяне физическое тело Будды отличается от тела закона, который каждый человек должен постичь для себя. Позже в Дивьявадане (стр. 19 и далее, см. Digha N., III. 84) мы находим идею о том, что материальное тело Будды является телом, тогда как его душа - это закон. Истинная природа, или душа. Будды - это интуиция {(праджня)} или просветление {(бодхи)}, достигнутые им. С точки зрения метафизики душа представляет собой первичную реальность, которая лежит в основе феноменологической вселенной. В то время как эта реальность принадлежит каждому Будде, говорят, что каждый Будда имеет в то же время свою собственную {дхармакаю}. {Дхармакая} отождествляется с {татхатой} примитивной, недифференцированной реальностью, нутром татхагаты, источником всякого индивидуального бытия (Lamkavatara, p. 80). Каждый Будда постигается как обладающий телом невыразимого великолепия, которое называется {санбхогакайей}. Чандракирти объясняет отношение санбхогакайи к дхармакайе. (Madhyamakavatara, III. 12.) Те, кто наделены мудростью {(джняной)}, например будды, достигают дхармакайи, а те, кто обладают заслугами {(пунья)}, например бодхисаттвы, достигают самбхогакайи. Однако нельзя быть уверенным в этом, ибо в литературе махаяны Амитабху и Шакьямуни наделяются видимой формой.
   [120] См. Sutralamkara, IX. 77 и Karandavyuha. Нет абсолютного бытия, возможно даже для Будды.
   [121] "Тех, кто поклоняется бодхисаттвам и читает Махаяна-сутры, называют махаянистами". (J-Tsing (англ. перев. Такакусу), р. 14.) В Каноне выдвигается понятие закона как тела Будды. Саутрантики, по-видимому, принимают тело блаженства, одну из трех кай.
   [122] Понятие абсолюта, выражающегося в буддах и бодхисаттвах, представляет собой огромную ценность с точки зрения религии. Оно показывает, как абсолют соединяется с индивидом, чтобы обеспечить ему блаженство освобождения.
   [123] Лучезарная виджняна преобразуется в активный интеллект и преобразуется в мир материи и сознания.
   [124] См. также Mahavastu.
   [125] Бодхисаттва, не ища сострадания, готовится встретить муки ада. (Bodhicaryavatara, VI. 120; Siksasamuccaya, p. 167.) Страдания бодхисаттв это не наказание за грехи в прошлом, а возможности для испытания их совершенств. (Bodhicaryavatara, VI. 106.) Бодхисаттв мы обязаны почитать и поклоняться им. Исповедуясь в своих грехах бодхисаттвам, мы заслуживаем их прощение. (Там же, VI. 119. 122. 124; ср. также Siksasamuccaya, p. 160 и далее.) Передавая свои заслуги другому, можно угодить бодхисаттвам. (Bodhicaryavatara, V. 85; Siksasamuccaya, p. 127.) Шантидэва хорошо понимает безрассудство человека, который отдает свое тело на растерзание диким зверям, вместо того чтобы нести другим драгоценный дар знания истинной веры (Siksasamuccaya, стр. 119, 34 и далее; Bodhicaryavatara, V. 86 и далее; Boddhisattvabhumi, I IX.) Нет отвращения к жизни. Суровость монашеской жизни смягчена, и считается, что глава семейства находится в благоприятном положении для достижения состояния будды.. См. Suzuki, Mahayana Buddhism, chap. XII.
   [126] Мы не можем сказать, как возникает просветление. "Только лишь древние знали непостижимую веру действия, с помощью которой они вели людей к освобождению даже тогда, когда те переставали думать о просветлении". (Bodhicaryavatara, IV. 27.)
   [127] Ragadvesamohaksayat parinirvanam.
   [128] В Вималакирти-сутре дается положительное объяснение нирваны. В ней признается возможность развития проницательности даже тогда, когда человек находится в самой гуще жизни со всеми присущими ей развлечениями. Нирвана это сансара, и мы должны пытаться достичь нирваны при жизни и благодаря жизни, а не с помощью отрешения от всякой деятельности. Согласно Махаяпасанпариграхашастре Асанги, Будда, хотя он и свободен от привязанности и скверны, все еще полон сострадания к душам покойников, которые он должен освободить.
   [129] См также К. J. Saunders, Epochs in Buddhist History; Sir Charles Eliot; Hinduism and Buddhism; J. B. Pratt, Pilgrimage of Buddhism.
   {Глава одиннадцатая [ 1]}
   ШКОЛЫ БУДДИЗМА
   {Введение. - Четыре школы реализма и идеализма. - Вайбхашики. - Природа реальности. - Познание. - Психология. - Саутрантики. - Познание внешнего мира. - Бог и нирвана. - Иогачары. - Их теория познания. - Природа алая-виджняны. Субъективизм. - Его критика Шанкарой и Кумарилой. - Индивидуальное я. - Формы познания. - Теория мира йогачар. - Авидья и алая. - Нирвана. Неопределенность алая-виджняны. - Мадхьямики. - Литература. - Критика мадхьямиками йогачар. - Феноменализм. - Теория отношений. - Два вида познания. - Абсолютизм. - Шунья-вада. - Нирвана. - Этика. - Заключение.}
   1. ЧЕТЫРЕ ШКОЛЫ БУДДИЗМА
   Будда использовал критический анализ как путь к истине. Он настаивал на наблюдении и рассуждении. Его религия не была догматической. К Будде как нельзя лучше подходит изречение: "Не нужно принимать мой закон на веру, сначала испытай его, как золото испытывают огнем"[2]. Оставив метафизические проблемы нерешенными, Будда увеличил путаницу в вопросе о первооснове вещей. Ранний буддизм содержал зародыши, которые могли развиться в различных направлениях. Одним и тем же мыслям не все придают тот смысл, который в них вкладывали их авторы. Поэтому, когда умозрительные философы выхолостили из буддизма большую часть того, что имелось в нем живого и своеобразного, он был сведен к ряду абстрактных положений, которые различные мыслители в соответствии с их склонностями развили в разнообразные системы. Согласно Будде, опыт является единственно доступной нам реальностью, реальным существованием, тем основным фактом, с которым должно согласовываться всякое мышление. Эмпиризм Будды ведет к всесторонней критике и разрушению традиционных верований. Эмпиризм буддистских школ является разумным применением критического метода к самому опыту. Буддизм распался на различные философские школы скорее под влиянием логики, а не по установленной схеме. Сразу после смерти Будды начали выявляться расхождения в верованиях и действиях. Даже во время собора в Вайшали происходили догматические дебаты, поведшие к большому собранию, Махасангхе раскольников, которые сами распались на восемь различных школ. Тхеры, созвавшие собор в Вайшали, также распались во II веке до н. э. на несколько школ, хотя их основная ветвь поддерживала сарвасти-ваду, или реалистическую теорию, утверждавшую, что все существует. Канон пали свидетельствует о противоположном движении мысли, и Катхаватту имеет дело со многими из этих сект и школ[3]. Индуистские философы не ссылаются на эти школы буддистской философии, появившиеся до I века до н. э. Согласно им, существуют четыре главные буддистские школы, из которых две принадлежат к хинаяне и две к махаяне. Школы хинаяны включают вайбхашиков и саутрантиков, которые являются реалистами, или сарвастивадинами, верящими в то, что существует независимая вселенная, действительная в пространстве и времени, где разум наравне с другими вещами является конечным. Школы махаяны включают йогачар, которые являются идеалистами, и мадхьямиков. Иогачары утверждают, что мысль является самосозидательной и все производящей. Это основной принцип и даже основной тип и форма реальности. Философия мадхьямиков - это отрицательная критическая система, формулирующая метафизические основы Махаяна-сутр. Мадхьямиков иногда называют {сарвавайнашиками}, или нигилистами[4].
   Тенденции спекулятивных систем буддизма, хотя они существовали уже долгое время, оформились и приобрели стройность только после Канишки. Системы индуистской философии критикуют эти школы, и факт этот указывает на то, что последние относятся к периоду более раннему, чем сами индуистские системы. Мы не намного ошибемся, если отнесем их ко II веку н. э., хотя некоторые выдающиеся представители той или иной школы могли жить и в более позднюю эпоху. В III веке после смерти Будды большое значение приобрели вайбхашики, а саутрантики - в IV веке после его смерти. Согласно Арьядэве, мадхьямики появились спустя пять веков после смерти Будды. Асанга, основатель школы йогачар, жил не позднее III века н. э. Буддистская философская мысль достигла своего расцвета в V, VI и VII веках.
   II. ВАЙБХАШИКИ
   Умозрительные школы, примыкавшие к хинаяне, относятся к сарвасти-ваде[[131]], или плюралистическому реализму[5]. Вайбхашики называются так потому, что они считали язык других школ абсурдным, {вируддхабхаша}[6], или потому, что они следовали Вибхаше - комментариям к Абхидхарме. Они отвергали целиком значение сутр и признавали только Абхидхарму. Вайбхашики обращаются к опыту, который порождает неоспоримые свидетельства о природе вещей. Под опытом они понимают знания, полученные путем непосредственного контакта с объектом. Мир открыт для восприятия. Неправильно думать, что нет восприятия внешнего мира, так как без восприятия не может быть вывода. Мы не можем вывести {вьяпти}, или общеутвердительное суждение, если мы не будем иметь восприятий, получаемых с помощью наших органов чувств. Говорить о выводе, абсолютно независимом от каких-либо воспринимаемых объектов,- значит противоречить здравому смыслу[7]. Поэтому вайбхашики считают, что существуют объекты двух видов, воспринимаемые и выводимые, чувственные и мыслимые. С помощью заключения можно узнать о том, что внешние объекты существуют повсюду, однако, как правило, на их существование указывает восприятие. Устанавливается различие между внутренним миром идей и внешним миром объектов. Существует различие между тем, каким образом вещи взаимосвязаны в мышлении, и тем, как они взаимосвязаны в природе. Вайбхашики являются дуалистами в понимании природы и отстаивают независимое существование природы и разума. Эпистемологически их теория является наивным реализмом. Разум осознает объекты. Наше знание, или знакомство с вещами, которые не являются духовными, представляет собой не сотворение, а только раскрытие их. Вещи даны нам. Сущность вещей в своем постоянном существовании проходит через три фазы прошлое, настоящее и будущее.
   Постоянными субстанциями являются не преходящие явления, а элементы, которые лежат в их основе. Некоторые сарвастивадины отстаивают вечное существование ноуменальных эквивалентов пяти {скандх}, или элементов вещей. Они избегают трудностей, связанных с проблемой причинности, так как, согласно им, причина и следствие относятся к двум фазам одной и той же вещи. Вода является общей субстанцией льда и пара. Фазы мгновенны, а сущность постоянна. Арьядэва выразил этот взгляд на причину в следующих словах: "Причина никогда не исчезает, она только изменяет свое название, когда она становится следствием, изменившим ее состояние. Например, глина становится кувшином, изменившим свое состояние, и в данном случае исчезает название "глина" и появляется название "кувшин"[8].
   Объекты, которые мы видим, перестают существовать, когда они не воспринимаются. Они существуют, но очень короткое время, подобно вспышке молнии. Атомы немедленно разъединяются, и их совокупности существуют кратковременно. Вещи существуют четыре момента: рождение, существование, разрушение и смерть. Однако мы не можем воспринимать того, что делает их объектами. Объекты существуют независимо от нашего восприятия, даже если они перестают существовать в тот момент, когда мы перестаем их воспринимать. Однако вайбхашики, как и саутрантики, допускают постоянную реальность основных элементов, или их внеумственное существование. Не дается определенной оценки отношению между основной реальностью и ее феноменальными проявлениями. Взгляд на элементы или ноуменальные эквиваленты вещей не ясен. Нам часто говорят, что даже эти элементы мгновенны. Их иногда сводят просто до гипостазированных понятий[9]. Я, называемое пудгала, не существует вне элементов личной жизни[[133]]. Единство индивида является фикцией с точки зрения непрерывного потока душевных состояний. Эта теория покоится на натуралистических предпосылках и, строго развитая, приводит нас к материализму или сенсуализму. Осознавая, что мы имеем дело с преходящими явлениями, саутрантики доказывают, что основополагающие субстанции выводятся нами, а не непосредственно воспринимаются.
   Вайбхашики и саутрантики допускают реальность внешнего мира. Объекты делятся ими на бахья, или внешние, и {абхьянтара}, или внутренние. Под первыми они разумеют {бхуту}, или элементы, и {бхаутику}, или объекты, принадлежащие элементам. Под последними они подразумевают {читту}, или интеллект, и {чаитту}, или то, что принадлежит интеллекту[10].
   Существует только четыре, а не пять элементов: земля, которая тверда, вода, которая прохладна, огонь, который горяч, и воздух, который подвижен. Пятый элемент - акаша - не признается. Внешние объекты являются результатами скопления первичных атомов в соответствии с их качествами. Атомистическая теория принимается и вайбхашиками и саутрантиками[[134]]. Все объекты, в конечном счете, сводятся к атомам. Вайбхашики утверждают, что атом имеет шесть сторон и все же он един, ибо пространство внутри атома не может быть разделено. Они также утверждают, что атомы могут восприниматься в массе, так как мы не можем видеть их поодиночке, так же как мы видим массу волос, а не отдельный волос[11]. Согласно Васубандху[[136]], атом является мельчайшей частицей рупы[12]. Он не может быть куда-либо помещен, раздавлен, измерен или притянут. Он не длинный и не короткий, не квадратный и не круглый, не кривой и не прямой, не высокий и не низкий. Он неделим, не поддается анализу, невидим, неосязаем, не имеет вкуса[13]. Атомы не могут проникать друг в друга. Вайбхашики и саутрантики не допускают сдвоенных или строенных атомов, хотя они признают неопределенные атомные совокупности. Сложные субстанции состоят их первичных элементов. Тела, которые являются объектами ощущения, представляют собой совокупности атомов. Материальные вещи, которые воспринимаются органами чувств, являются совокупностью четверичного субстрата рупы: цвета, запаха, вкуса, осязания. Частица, обладающая этим четверичным качеством, называется {параману}, или первичным атомом, который не поддается анализу. Параману становятся воспринимаемыми, когда они комбинируются. Воспринимаемая атомарная частица называется {ану}, она является комбинацией параману. Атомы одинаковы во всех элементах, обладающих качествами земли, воздуха, огня и воды. Хотя материальные вещи обладают качествами четырех различных элементов, тем не менее иногда случается, что ряд элементов проявляет свою активность, тогда как другие находятся в потенциальном состоянии. В твердом металле преобладает элемент земли, в жидком потоке - элемент воды, в горящем пламени - элемент огня. Сарвастивадины различают два мира: {бхаджаналоку}, вселенную как обиталище вещей, и {саттвалоку}, мир живых существ. Первый служит второму. Читтавипраюкта дхармы являются составными энергиями, отличными от материи и разума, такими как {прапти} и {апрапти}. Они не активны, а только потенциальны, и становятся действительно существующими, когда они связывают себя с духовной или материальной основами.
   Несоставных элементов три. Первый - акаша, который свободен от всех различий и ограничений. Это - вечная, всеохватывающая, положительная субстанция[14]. Она {существует}, хотя и не имеет формы {(рупы)} и не является материальной вещью {(васту)}. Второй элемент - апратисанкхьяниродха, это невосприятие дхармы, вызванное отсутствием {пратьяя}, или условий, и не воспроизводимое с помощью знания[15]. Это - напряженное сосредоточение на субъекте, так чтобы все другие влияния были устранены. Третий элемент пратисанкхьниродха[ [137]] - представляет собой положительное использование трансцендентального знания, высший идеал сарвастивадинов. Нирвана, согласно этой школе, не является точно таким же существованием, как существование, обусловленное скандхами, но и не отличается от него. Так как вайбхашики признают постоянное существование атомов скандх, нирвана не может быть состоянием, полностью независимым от скандх. Шанкара критикует три несоставные, или {асанскрита}, дхармы, такие как {авасту} (не субстанциональная), {абхаваматрам} (только отрицательно отличная) и {нирупакхья} (лишенная формы)[16]. Он говорит: верно, что они неопределимы, но это не значит, что они нереальны.
   Истинными и доступными нам инструментами познания являются восприятие и понятие. Восприятие, или {грахана}, дает нам истину, ибо оно свободно от всякого воображения, или {калпаны}. Но оно дает нам только неопределенные представления. Понятие или сознание {(адхьявасая)} не дает нам знания, хотя оно определенно, ибо оно идеальное или воображаемое. Восприятие не иллюзорно, но неопределенно. Понятие иллюзорно, хотя и определенно. Абсолютно неопределенного объекта восприятия не существует. Действительно, трудно различить данный и идеальный аспекты объектов познания. Здесь, кажется, обнаруживается несостоятельность теории вайбхашиков, ибо, если восприятие так неопределенно, то как мы можем сказать, что оно дает нам знание реальности вещей? Возможно, что через посредство восприятия мы сталкиваемся с реальностью и чувствуем, что существует что-то реальное. Но для установления природы объекта, с которым мы приходим в столкновение, необходимо умозаключение.
   Воспринимающий, или {упалабдхри},- это виджняна, и субстрат сознания ({читта}, или ум) - постоянен. Память - это {читтадхарма}, или качество читты. Объектами, действующими на органы чувств, являются рупа (цвет или форма), вкус, запах, осязание и звук. В соответствии с существованием пяти видов объектов, действующих на органы чувств, мы имеем пять органов чувств. После восприятия внешних объектов индрии пробуждают {читту}, или ум, и возбуждают {виджняну}, или сознание. Эти индрни, которые воспринимают объект, по своей природе материальны.
   Каждая индрия имеет две части, главную и вспомогательную. В случае зрительного восприятия зрительный нерв будет главным, а глазное яблоко вспомогательным. Говорят, что существует шесть видов различений, которым соответствуют пять органов чувств и шестой - ум, являющийся внутренним чувством. Посредством шестого чувства - ума - мы познаем не только конкретный цвет, но и цвет как таковой или звук как таковой. Согласно Васубандху, читта то же самое, что разум, {виджняна}, или способность проводить различия[17]. Не существует души, отличной от виджняны или читты[ [138]]
   Согласно учению этой школы, Будда является обыкновенным человеком, который после достижения ограниченной нирваны в результате достижения просветленности (состояния будды) и после достижения состояния окончательной нирваны в результате смерти перестал существовать. Единственным божественным элементом у Будды было его интуитивное знание истины, которого он достиг без помощи других.
   III. САУТРАНТИКИ
   Второй школой хинаяны является школа саутрантиков[18]. Саутрантики признают внеумственное существование феноменального мира. Но только у нас нет непосредственного восприятия этого мира. Мы располагаем представлениями, содержащимися в нашем уме, с помощью которых мы делаем вывод о существовании внешних объектов. Они должны существовать, ибо без объектов восприятия не может быть восприятия[19].
   Мадхава в Сарвадаршана-санграхе излагает аргументы, с помощью которых саутрантики приходят к выводу о существовании внешнего мира: "В конце концов, сознание должно иметь какой-то объект, так как оно обнаруживает себя в двойственности... Если бы данный объект был только формой сознания, он должен был бы проявлять себя как к таковой, а не как внешний объект". Современная логика может рассматривать это как смешение объективного и внешнего. Если говорят, что внутреннее начало проявляет себя, как если бы оно было чем-то внешним, саутрантики отвечают: "Это, мнение несостоятельно, ибо, если бы не было внешних объектов, то не было бы их генезиса; сравнение, "как если бы оно было чем-то внешним",- незаконно. Ни один здравомыслящий человек не скажет, что Васумитра подобен сыну бездетной матери"[20]. Мы предполагаем объективное существование, исходя из определенных свойств, так же как "о сытости судят по удовлетворенному виду, о национальности - по языку и о чувствах - по выражению"[21]. Далее: "Сознание само по себе повсюду одинаково, и если бы существовало только оно, то мир должен был бы быть единым. Однако мы порой имеет синее, порой красное. Это происходит благодаря различиям в самих объектах". Разнообразие форм сознания указывает на существование внешних объектов. Кроме того, "те вещи, которые, пока вещь существует, проявляют себя только временами, должны зависеть от чего-то другого, чем эта вещь". Сознание проявляет себя только временами как синее и т. п. Далее: "Именно знание субъекта {(алая-виджняна)} и есть то, что интересует ego. Именно знание объекта {(правритти-виджняна)} является тем, что обнаруживает синее, и т. д." Наконец, этот внешний мир не возникает по нашей воле. Чтобы объяснить зависимую природу чувственного восприятия, мы должны признать реальность мира, способного порождать звук, вкус, запах, осязание, цвет, наслаждение, боль и т. д. Следовательно, этот мир является внешним по отношению к сознанию. Наша вера в него основывается на умозаключении. Мы можем спросить, действительно ли существование этого мира настолько абсолютно, самоочевидно и доказуемо, что оно может рассеять любое сомнение. Декарт возражает: "Не может быть, чтобы какой-то злобный дух витал над нашими умами и пробуждал в них идеи вещей, которые в действительности не существуют". В этом случае мы, кажется, приближаемся к взгляду йогачар, согласно которому непосредственные объекты сознания, о которых мы имеем какое-либо представление, являются нашими идеями. Никакой ложный дух не может обмануть нас в отношении их. Как только нарушается единство мышления и бытия, когда мы отделяем сознание я от непосредственного сознания мира, оба они перестают существовать. Теория мадхьямиков последовательно располагает {я} и {не-я} и ведет нас к абсолютному единству, стоящему выше различия {я} и {не-я}.
   Утверждая, что не может быть перцептивного знания объектов без существования внешних объектов, саутрантики заявляют, что эти внешние объекты - мгновенны. Все вещи - мгновенны[22]. Если объекты, определяющие формы сознания, являются всего лишь мгновенными, то каким образом мы получаем иллюзорные представления постоянных объектов? "Формы объектов одна за другой проникают в разум. Иллюзия одновременности вызывается быстротой смены впечатлений. Точно так же, как стрела, так сказать, одновременно проходит через восемь листьев цветка, а вращение горящей головни образует круг"[[140]]. Используя выражение Гамильтона, саутрантиков можно назвать гипотетическими дуалистами или космотетическими идеалистами. Они отрицают какое-либо непосредственное познание независимого мира, но признают его реальность, с тем, чтобы объяснить наши восприятия и образы. Объекты даются нам через представления, содержащиеся в уме. Нет сомнения, что, поскольку это есть психологический факт, вайбхашики стоят на более прочной основе. Саутрантики говорят, что во время восприятия мы имеем идею или представление. Непосвященный индивид, ум которого не испорчен психологическими учениями, подтверждает мнение вайбхашиков, когда говорит, что он воспринимает дерево, а не идею, благодаря которой он предполагает существование дерева. Вносить результаты психологического анализа в непосвященный ум воспринимающего индивида - значит совершать психологическую ошибку. Индивид видит дерево, которое не существует в нем. Говорить, что он воспринимает идею, которую позже относит к внешней вещи,- значит искажать очевидные факты. Современная психология подтверждает теорию вайбхашиков о том, что восприятие является актом сознания, который связан с недуховным существованием физического объекта.
   Дхармоттара в Ньяябиндутике, комментарии к Ньяябинду Дхармакирти, рассматривает {самьяк-джняну}, или правильное знание, как единственное средство осуществления всех желаний, которые могут появиться у человека. В то время как истинность суждения состоит в его согласии с объектом, проверкой истины является успешная деятельность. Всякое познание служит определенной цели. Оно начинается с представления идеи и оканчивается осуществлением желания, подсказанного ею. Поскольку восприятие и вывод помогают нам в осуществлении наших желаний, они являются действительными формами познания. Представление непосредственно только в восприятии, а в выводе оно опосредствовано {лингой}, или доводом. Сны и иллюзии представляют собой примеры неверного знания.