Слишком они были дороги, чтобы вот так их терять.
   Аделаиду Фандан отправили в Кресла для безопасности. На Зеленой палубе Казок призвал к немедленной атаке. Через двадцать минут она началась.
   Грохнула серия взрывов, самодельная взрывчатка пробила потолок между Каютами и Пурпурным уровнем.
   Штурмовые команды, по двадцать человек в каждой, перенесли войну на территорию Халифи. Размахивая мечами, сделанными из стальных крепежных полос пола, стреляя из арбалетов и пращей, штурмовые группы ворвались в роскошные апартаменты принцев. Из гарема с воплями разбегались женщины, а Казок вел своих воинов вперед.
   Полдюжины Халифи взяли в плен и уволокли вниз. Несколько принцев решили драться, и кого-то из них убили, кто-то был ранен или изувечен.
   Но, захватив Пурпурный уровень, штурмовые группы обнаружили, что он почти пуст. Халифи ушли к шлюзам или были уже на пути к планете.
   Их ждал Новый Мир. Новые дома, которые надо построить, фермы и имения, которые надо построить и населить. Новый Мир, принадлежащий только им.

Глава 29

   Хидео изо всех сил старался ни во что не влезать. Когда Мелисса показалась в дверях, он ответил «нет». Но она все равно вошла, настояла на своем и, проверив поставленную ею нуль-зону, вытащила из пакета пару складных скафандров.
   — Я остаюсь с тобой, Хидео, — объявила она. — Восстание вот-вот начнется, и у нас с тобой есть работа.
   — О чем ты говоришь?
   И тогда она ему рассказала.
   — Ты нужен мне, Хидео. Аделаида и я, мы не можем получить доступ к файлам. Мы не знаем плана околошлюзового сектора и расположение выходов к шлюзам. Ты должен достать мне план этажа.
   Хидео непроизвольно вздрогнул.
   — Если Халифи узнают, они сварят меня живьем и скормят своим собакам.
   — Они не должны узнать. У тебя есть доступ к данным.
   Хидео отказывался. Мелисса не уступала.
   — Ради меня, Хидео!
   В конце концов Хидео все-таки сдался. Он придумал липовый проект — дополнение к фандановской программе «Закрытие системы». Для оптических портов околошлюзового сектора следовало создать совершенно ненужные «обертки». Хидео создал липовый подкомитет, которому работа была поручена. И теперь этот подкомитет имел право запросить план околошлюзового сектора.
   Хидео, обливаясь потом, сформулировал этот запрос и послал его с удаленного терминала из офиса научного отделения. Набирая текст, он чувствовал, будто сидит в кипятке.
   Поначалу все шло гладко, и он вызвал из сети данных научной службы меню базы данных околошлюзового сектора. Перешел к разделу чертежей и попытался вызвать чертежи сектора.
   В этот момент должна была произойти автоматическая проверка на право доступа, но Хидео отменил ее своим приоритетным кодом. Это была самая опасная часть работы.
   Экран мелькнул, меню исчезло.
   Хидео задрожал. Влип в сетевую защиту! Сейчас арестуют?
   Но тут появилось другое меню с различными вариантами преодоления защиты. И это не было стандартное меню отмены защиты. В нем не было ни эмблемы Фанданов, ни другого логотипа. Оно будто взялось из ниоткуда и как-то внедрилось в резидентные программы. Начав его исследовать, Хидео наткнулся на пункт меню «Продолжение прерванной загрузки данных». Выбрав его, он после секундного ожидания получил поярусные планы околошлюзового сектора.
   Скопировав их в свой компьютер, он отключился от сети.
   Хидео тяжело дышал, на висках выступил пот, ноги подкашивались.
   Но Мелисса его крепко обняла, и Хидео раздулся от гордости, незнакомой ему до сих пор.
 
   И ради этой гордости он себя обрек на такое! Сидеть скрюченным в техническом колодце под полом околошлюзового сектора и слышать прямо над головой тяжелые сапоги охранников. Они топтались там уже несколько часов и еще столько же могли проторчать. Хидео чувствовал слабость от голода.
   Они с Мелиссой прошли три четверти пути к району верхних доков. Там они хотели через один из двенадцати шлюзов проникнуть в док и добраться до шаттлов. От трубы, ведущей к шлюзу, их отделяло всего несколько комнат с привинченным к полу оборудованием.
   Но в середине одной из комнат они услышали приближение охранников. Где-то рядом загрохотали двери, взвыла сирена.
   Восстание наконец разразилось. Хидео от страха был почти без сознания. К счастью, Мелисса не колебалась ни секунды. Дернув за кольцо в полу, она распахнула узкий люк между двумя стойками.
   — Туда! — приказала она, втолкнула его внутрь, сама прыгнула следом и захлопнула люк.
   Им удалось кое-как разместиться, но они были в ловушке, и неизвестно как надолго.
 
   Восстание бушевало. Повстанцы захватили несколько молодых Халифи и стащили их в Кресла. С них сорвали одежду, издевались, били, а потом подвесили за ноги. Казок включил связь с Пурпурным уровнем.
   — Быстро мне Ибрагима, — потребовал он. На экране появилось лицо Раса Ордера.
   — Ваша просьба об аудиенции отклонена. Казок рассмеялся, уверенный в своей силе:
   — Слушай, говнюк, давай сюда Ибрагима, и по-хорошему, а то пошлем тебе пару халифийских голов!
   Лицо Раса Ордера потемнело.
   — Это было бы глупой ошибкой, — ответил он. — Моя семья объявит кровную месть. Предупреждаю вас, это дело серьезное.
   — В гробу я видал твою кровную месть! — огрызнулся Казок. — Что вы с нами можете сделать, чего еще не сделали? Давай сюда Ибрагима, или…
   — Повторяю: не причиняйте вреда молодым людям, столь бесчестно вами захваченным. Развяжите их и верните нам.
   — Еще чего! — фыркнул Казок. — Считаешь нас идиотами?
   Рас Ордер сверкнул глазами:
   — Иначе мы отключим воздух.
   — Давай, черт тебя возьми. Они первыми пострадают.
   Рас Ордер несколько секунд помолчал.
   — Будь что будет. Если вы не сдадитесь полностью и безоговорочно, мы немедленно отключим воздух.
   — Сдаться? Ты спятил? У нас заложники, чего нам сдаваться!
   — Воздух уже отключают. Не пройдет и часа, как вы будете молить о глотке кислорода.
   — А твои люди?
   Рас Ордер ответил с печальным видом:
   — Они погибнут за семью как герои, и я в этом уверен.
   — Ушам своим не верю! — воскликнула Астрод Бененки.
   — Вот этого сюда! — приказал Казок, показав на одного из несчастных принцев, болтающегося на остатках дверцы багажного шкафа.
   Дюжие ребята из его группы содрали пленника вниз, приволокли и поставили перед экраном.
   — Вот тут принц говорит, что ты умрешь героем.
   — Нет! — взвыл парень. На его светло-коричневой коже наливались багровые синяки. Он молил о жизни. — Не бросайте меня!
   Принц Рас Ордер фыркнул:
   — Тебе бы более подобало сохранять достоинство. В тебе кровь Халифи, помни об этом.
   — Нельзя оставить нас умирать среди этих свиней!
   — Молчание!
   — Они пытали нас!
   — Ты встретишь свою смерть с честью и достоинством, понятно тебе?
   — Тебе легко говорить, ты не здесь! Я тебе описать не могу, в какую грязь мы попали! В экран влез Казок:
   — Давай-ка лучше Ибрагима. Голос Раса Ордера был ледяным:
   — Я передал вам ответ Ибрагима. Он ожидает, что члены нашей семьи примут смерть достойно. Связь прервалась.
   — Нет! — завопил парень под дружный аккомпанемент подвешенных к потолку своих товарищей.
   Через несколько минут два подразделения охранников по двенадцать человек в каждом атаковали уровень Кают через свежие бреши в потолке. Вниз полетели баллоны с нервно-паралитическим газом. Осторожно продвигаясь вперед, охранники взяли под контроль центральную секцию уровня Кают. Дымящиеся газовые баллоны послали на лифтах на уровень Кресел.
   По всему кораблю из динамиков раздалось:
   — Циркуляция воздуха отключена на палубах Кресел с Оранжевой по Зеленую.
   У семи тысяч человек не оставалось никакой надежды.

Глава 30

   В конце концов охранники ушли. Хидео был в этом уверен: уже двадцать минут не слышалось топота сапог. Еще дольше не было слышно жужжания или клацанья машин. Он легонько ткнул пальцем Мелиссу.
   — Что такое?
   — Они ушли.
   — Ты уверен?
   — Готов рискнуть жизнью.
   — Да, придется. Ладно, пойдем.
   Они подняли крышку технического люка и вывалились на пол машинного зала.
   Машин не было, зал был пуст. Мелиссе он показался огромным.
   — Куда теперь? — спросил Хидео. Мелисса взглянула на наручный компьютер.
   — Вот сюда!
   Хидео побежал следом.
   Двери были не заперты.
   Беглецы оказались в коридоре с гладкими стенами. В обе стороны он куда-то сворачивал — не было видно куда. Они шли по коридору, вздрагивая от каждого шороха, но никого не встретили и добрались до лифтов.
   Лифты были открыты.
   — Ничего себе самоуверенность! — Мелиссу поразило очевидное отсутствие какой бы то ни было охраны.
   Но Хидео был напуган до дрожи. Стук собственного сердца казался так громок, что мертвого разбудит.
   — Что-то мне не хочется туда заходить, — проговорил он неуверенно.
   — Обратной дороги нет, Хидео, и ты это знаешь, — тихо ответила Мелисса, втолкнула его внутрь и нажала кнопку.
   Лифт понесся вверх и скоро оказался в невесомости, выйдя в околошлюзовую зону в центре тора.
   После остановки сразу же открылась дверь, спустилась страховочная сеть, предохраняющая пассажиров от дрейфа в невесомости, и Хидео был мягко выведен из лифта страховочным поясом.
   Вдвоем они поплыли по коридору. Мелисса показала Хидео, как передвигаться при нулевой гравитации, держа ноги вместе и удерживая положение относительно стен и потолка. Хидео понемногу осваивался.
   Наконец они добрались до аварийного люка под давлением. Мелисса открыла его фандановским кодом-отмычкой.
   По ту сторону люка был космос.
 
   Для Рэндольфа Флекера жизнь больше не содержала сюрпризов. Рекрутированный Стрэнгом на войну с Халифи, он прошел тщательный инструктаж по методам этой войны.
   Всю ночь они мчались на угнанном вездеходе. Потом проникли на шаттл по фальшивым удостоверениям, предъявленным Стрэнгом.
   Когда «Основатель» был уже совсем близко, Стрэнг жестом позвал Флекера в корму и открыл синим ключом аварийный люк. В шлюзе было два космических скафандра.
   Любопытные пассажиры из задних рядов бегло на них глянули и отвернулись обратно к главному монитору, на котором вырастал близкий уже «Основатель».
   В шлюзе едва хватало места натянуть скафандр, но Стрэнг помог ему с искусством, свидетельствующим о хорошей тренировке, и когда Флекер загерметизировал последний шов, Стрэнг толкнул наружный люк, и их выплюнуло наружу в облачке пара и газа.
   Флекер никогда не бывал в открытом космосе, и поэтому он сначала дико закувыркался, но Стрэнг перехватил его и остановил вращение, искусно работая небольшими реактивными двигателями на запястьях и щиколотках.
   Флекер сглотнул пересохшим ртом.
   Они были на низкой круговой орбите около «Основателя». С одной стороны от них колебалась расплывчатая громада силового щита, с другой мерцал тор жилого отсека.
   Шаттл медленно подбирался к люку дока, откуда ему мигал маяк.
   Внизу, огромный и голубой, висел Новый Мир, и белые спирали облаков завивались над неохватными океанами.
   Когда дело дошло до маневров в нулевой гравитации, Флекер понял, что Стрэнг свое дело знает.
   Траектория резко пошла вниз, к кораблю, и вдоль изгиба силового щита Стрэнг повел Флекера почти к его заднему краю. Там лежала непроглядная тьма.
   Флекер испугался. Может быть, это ошибка? Им же наверняка к жилой зоне, туда, где воздух, свет и тепло…
   Но Стрэнг пристегнул Флекера за пояс страховочным концом и выпустил его руки. Поначалу Флекер лишь беспомощно вертелся, потом увидел тусклую и темную массу щита, развел руки, наткнулся на щит и мягко отлетел назад.
   Стрэнг притянул новичка к гладкой и твердой поверхности щита и стал пробираться к его краю. Страховочный конец натянулся и потащил Флекера за собой. Его перетащило через край щита и потянуло во тьму. Потом он увидел фигуру Стрэнга в слабом свете звезд, пробивавшемся между щитом и жилым отсеком.
   Внутренняя поверхность щита была прорезана радиально расходящимися канавами шириной и глубиной в шесть футов.
   Стрэнг притянул его вплотную и показал внутрь, потом его двигатели мягко фыркнули, и он полетел к середине задней поверхности щита.
   Стрэнг явно знал, что делает. Флекер почувствовал, как трос натянулся и потащил его следом.

Глава 31

   Аделаида и Тоуб оказались пленниками с особым статусом. Их отделили от прочих и доставили в личные апартаменты Раса Ордера.
   В черно-белых покоях, отделанных кожей, им подала мятный чай блондинка-рабыня почти без одежды.
   Когда она вышла, Аделаида мельком подумала о непроходимой пропасти, отделяющей Фанданов от Халифи.
   Затем широким шагом вошел Рас Ордер с озабоченным лицом под белой чалмой принца. Черный халат отливал тончайшим шелком, сияли драгоценные пряжки на туфлях.
   — Итак, — сказал он, беря руки Аделаиды в свои и склоняя к ней пристальный взгляд, — вы наконец посетили наш дом.
   Тоуб неловко пошевелился. Рас Ордер бросил на него взгляд.
   — А вы, молодой человек, живы и невредимы?
   — Да, принц, но Аделаиде нужен отдых. Здесь можно где-нибудь принять душ и отдохнуть?
   — Обязательно. Вы сами осмотрите ваши покои. Мы немедленно отыщем вам квартиры в Новом Дворце. Он будет великолепен. Весь город строится вокруг него.
   — Вы времени зря не теряете, — пробормотала Аделаида.
   Принц энергично кивнул:
   — Да, под мудрым руководством Ибрагима наши дела продвигаются быстро. Удалось ускорить выполнение всей программы.
   — И строительство дворцов?
   — Да, в каждом из новых дворцов разместятся несколько тысяч человек.
   — А остальные?
   — Ну, будут дома и для них. Рас Ордер громко щелкнул пальцами. Рабыня явилась на зов.
   — Клари, проводи молодого человека в душ и покажи ему покои, приготовленные для наших гостей.
   Рабыня увела Тоуба. И лишь выйдя за дверь, он понял, что Аделаида не с ним, что их разлучили.
   — Идем! — поманила его девушка. За ними внимательно наблюдал холодноглазый клонированный охранник семи футов роста, с грубыми чертами лица. Дверь была закрыта, поделать ничего нельзя. Тоуб решил обернуться поскорее.
 
   Оставшись наедине с Аделаидой, Рас Ордер обернулся к ней. Потом сел рядом. Слишком близко.
   — Аделаида, вам не следовало откладывать ваш приход так надолго, — сказал принц искренним тоном.
   — Рас Ордер…
   Он остановил ее протянутой вперед ладонью.
   — Не говорите этого. Я знаю. При нашей последней встрече я был недопустимо несдержан. Признаю, Я был непростительно груб и своим поведением уронил себя в ваших глазах.
   Лицо Аделаиды стало холодно-задумчивым.
   — Но теперь вы здесь, и я прошу вас еще раз обдумать ваш прежний отказ.
   — Как вас понимать? — Аделаида внутренне сжалась от страха.
   — Аделаида, что вы подумали? Я предлагаю вам быть моей невестой.
   Аделаида почувствовала, как заливается краской, но от стыда или от гнева, она так и не поняла.
   — Вы хотите, чтобы я вошла в ваш гарем? Так я поняла?
   Рас Ордер рассмеялся.
   — Гарем — это предмет, репутация которого чудовищно раздута за пределами моей семьи.
   — Вы хотите сказать, что предпочитаете общество ваших биомеханических сексуальных объектов?
   Принц снова рассмеялся, чуть более искусственно.
   — Здесь мы вступаем в область философии. Многие считают, что лучшая женщина — это наша искусственная красавица, из клона Клари или Анджи, Но те, кто так говорит, забывает, что женщина — это больше, чем машина для сексуальных удовольствий. У нее есть свой разум, и она — женская половина того целого, что есть жизнь человека! И потому самое глубокое наслаждение мы получаем от женщины, которая желает соединиться с нами всеми силами своей свободной воли и разума. По крайней мере таково мое мнение. Аделаида кивнула:
   — Значит, в вашей семье вы заядлый либерал. Принц просиял:
   — В своем образе жизни я либерален, и даже очень.
   Он снова рассмеялся, откинувшись в кресле. Аделаида смотрела на него в упор, слишком хорошо понимая, что находится в его власти. Восстание потерпело крах, как она знала наперед. И если не удастся с дальним прицелом предпринятая попытка Мелиссы, то о своем будущем Аделаида должна торговаться с этим человеком.
   — Итак, я снова спрашиваю вас: хотите ли вы быть моей невестой?
   — Мне надо подумать. Это слишком быстро. Ей хотелось плюнуть в эту хитрую физиономию.
   — Ах, с вами, Фанданами, всегда одно и то же. Всегда так трудно. — Рас Ордер резко сцепил ладони, встал и начал ходить по комнате. — Вы теперь ожидаете от меня, чтобы я нашел вам место во дворце, что очень трудно из-за большой конкуренции. И за это я от вас ничего не получу. Именно такую сделку вы мне предлагаете?
   — Послушайте, над своими чувствами я не властна. Меня воспитывали в понятиях, где ваши рабыни считаются мерзостью, и иначе я считать не могу. Варварство Халифи мне противно.
   Принц фыркнул:
   — Ах, вот как. — Рас Ордер взвел глаза к потолку и снова начал ходить по комнате. — До чего же трудно, до чего трудно с вами, Фанданами. — И вдруг повернулся к ней:
   — Возможно, ваше отношение к таким вещам переменится, когда вы поживете в Новом Дворце без почетного статуса. В качестве моей жены у вас были бы все привилегии этого титула. Без него все будет по-другому. Сами увидите.
   Дверь за спиной принца с шумом распахнулась, и в комнату влетел с мокрой головой Тоуб Берлишер.
   — Почему вы не в душе, молодой человек? — раздраженно спросил Рас Ордер.
   — Что здесь без меня было? — обратился Тоуб к Аделаиде.
   — Ничего, Тоуб. Совсем ничего. Тоуб насторожился. Ему не понравился ее потухший голос.
   — Что случилось? Что он пытался?.. — Тоуб покраснел.
   — Ничего, Тоуб! — Аделаида пыталась предотвратить взрыв.
   Еще раз прозвенел звонок.
   — Что на этот раз? — спросил Рас Ордер. Он щелкнул пальцами, и дверь открылась. Аделаида судорожно вдохнула. Это был сам Ибрагим.
   — Большая честь для меня, сир, — сказал Рас Ордер.
   — Приветствую, принц. Я пришел задать несколько вопросов твоим пленникам.
   — Они гости, сир.
   — Так-так-так, значит, Фанданы у нас в гостях? — хмыкнул Ибрагим.
   Тоуб легко мог себе представить, что Ибрагим велит таких «гостей» зажарить на завтрак.
   — Конечно, такой статус можно легко изменить. Бывает, пришедший как гость уходит как пес! — Ибрагим весело подмигнул Тоубу. — И все же я уважаю твой дар гостеприимства, принц. Однако настаиваю на возможности задать им несколько вопросов. Если не возражаешь, то прямо сейчас.
   Рас Ордер моргнул. Ибрагим вообще не любил формальностей, но это было все же слишком.
   — Разумеется, разумеется. Немедленно.
   Рас Ордер почуял, что происходит что-то очень важное.
   Ибрагим бросил взгляд по сторонам, Рас Ордер махнул рукой рабыням. Клонированные Клари и Анджи подвинули Ибрагиму стул, и древний правитель сел.
   Очередным щелчком пальцев Рас Ордер отправил девушек за дверь и приказал включить нуль-зону.
   Ибрагим сидел напротив Аделаиды.
   — Итак, моя дорогая, я хочу с вами поговорить о некоторых недавно обнаруженных нами маленьких странностях. Я говорю о вмешательстве в управление компьютерной системой корабля. — Глаза его, казалось, ввинчивались в нее. — Кто может быть в этом замешан? — Вдруг просияв, Ибрагим наклонился и потрепал Аделаиду по руке. — Скажите мне, и я вас щедро вознагражу.
   Мысли Аделаиды смешались в вихре. О каком вмешательстве говорит старик? Кто вообще мог добраться до банков памяти «Основателя»?
   — Извините, — ответила она, — но я просто не знаю. — И вдруг почувствовала, что не в силах больше сдержать гнев. — И вообще на вашей совести столько ненужной крови, что если бы я и знала — ни за что не сказала бы!
   — Ладно, ладно, — Ибрагим досадливо махнул рукой, — я с вами философствовать не собираюсь.
   — Не философия это, а людские жизни, погубленные из-за вашего предательства! У вас руки по локоть в крови!
   Ибрагим был невозмутим.
   — Боюсь, что эти жизни не имели значения. Нам они не нужны.
   Аделаида еще раз столкнулась с уверенностью Халифи в своем врожденном превосходстве над остальным человечеством.
   А Ибрагим говорил дальше:
   — Работа с ИР была проведена очень тонко. Детальное программирование, причем выполненное человеком, досконально знакомым с программными структурами «Основателя».
   Аделаида с облегчением пожала плечами:
   — Это не я. Я занималась маркетингом, и это все, что я знаю о компьютерах. А о кодах и программах Фанданов даже понятия не имею.
   — Я не говорил, что это вы.
   — Это не важно. Я о таких вещах вообще ничего не знаю — не моя область. Ибрагим неприятно улыбнулся:
   — Я думаю, вы знаете больше, чем признаете. А этот молодой человек — он, я полагаю, в этих вещах тоже осведомлен?
   Аделаида в недоумении ответила:
   — Тоуб тоже об этих кодах ничего не знает. Он был в юридической службе. Спросите его о сетях юридических учреждений, и он вам ответит, но в вопросах проекта он знает не больше моего.
   — Ха! Это вы так говорите. Мы его поспрашиваем. Если придется — под пыткой, чтобы иметь уверенность в полученных ответах.
   — Но он ничего не знает! Это бесполезно!
   — Увидим.

Глава 32

   Исход Халифи продолжался. В лесу возводились дворцы, и комнаты заполнялись еще до того, как дворец успевали достроить. Ссоры из-за апартаментов стали главной темой в семье Халифи.
   А вокруг под жарким солнцем, в дыму бетоноварок и пыли от мощных машин на строительных площадках истекали потом толпы рабочих. Халифи, одетые в традиционный черный шелк, восседали на балконах, потягивали мятный чай и смотрели, как продвигается работа. Бригады вальщиков продолжали сводить лес. Вокруг каждого дворца деревья уничтожались на мили вокруг.
   Вскоре появились поля. Специально созданные сельскохозяйственные бригады занимались посадками разных культур. На берегу задымил небольшой нефтехимический завод. Нефть нашли в двух крупных месторождениях совсем рядом, и скважины уже давали миллион баррелей в день.
   С завода пошел постоянный поток инсектицида. Главной напастью Нового Мира были общественные насекомые, которых уже окрестили «хитинами».
   На «Основателе» остались только старики с половинным составом телохранителей. Восстание было подавлено, но они не хотели рисковать. Переезжать они собирались лишь после окончания строительства их личных покоев.
   А Ибрагим был слишком занят странностями вокруг ИР «Основателя», чтобы даже думать об отъезде.
   Однажды, как раз в середине допроса Тоуба, старик получил срочное послание от Мерцика с просьбой немедленно прийти.
   Ибрагима уже ждали Фарук и Фейсал. Через минуту явился и сам Мерцик.
   — Добро пожаловать, братья, — сказал он, провел всех в соседнюю комнату и включил свет.
   Старики, остолбенев, с открытыми ртами уставились на странное существо, двуногое, стоящее в высокой клетке в центре комнаты.
   Ростом оно было с Амеша, с большими оранжевыми глазами и мордой то ли медвежьей, то ли львиной. Оно было покрыто короткой серой шерстью, на плечах длиннее.
   А между глазами был относительно большой череп. Это, значит, было не просто животное! Но больше всего поражали одежда из тщательно обработанных шкур и мокасины на огромных ногах. На самке был надет передник, украшенный бисером и мелкими красными перьями. Он был перехвачен ремнем на талии, и в верхней части его висели несколько карманов.
   Существо явно было женского пола, так как под передником отчетливо проступали объемистые груди. Она зашипела и что-то сказала на гортанном языке.
   — Что это? — спросил наконец Ибрагим, глядя во все глаза.
   — Местная разумная форма жизни, — ответил Мерцик. — Мы ее поймали в районе экватора. Там же заметили еще несколько, в основном в горных долинах.
   Неожиданно существо схватило огромными руками прутья решетки и стало яростно их трясти.
   — Похоже, ей не нравится твое обращение, — сказал Фарук.
   — Ее удалось поймать лишь с большим трудом.
   — Сколько их? И почему я до сих пор о них ничего не слышал?
   Мерцик неуверенно пожал плечами:
   — О них докладывала наземная группа, выброшенная в экваториальном районе. К сожалению, при возвращении произошел сбой в работе шаттла. После аварийного сброса давления на орбите никто из группы не выжил.
   Ибрагим хмыкнул:
   — Значит, свидетелей нет? Так, Мерцик?
   — Я этого не сказал.
   — Х-ха! Впервые замечаю за тобой такую утонченность.
   Мерцик набычился. Ибрагим продолжил:
   — Я так понимаю, что Мерцик считает необходимым истребление этих прекрасных созданий.
   — Конечно, они ведь могут оспаривать наше право на Новый Мир.
   — Но перед кем оспаривать? Судя по снаряжению этой особи, они не знакомы с техникой.
   Мы также не обнаружили радиосигналов или электрических огней. Физической угрозы они для нас не представляют.
   — Если хоть слово об их существовании проникнет на Землю, мы лишимся законных прав на Новый Мир.
   — Еще раз окажемся вне закона? — спросил Фейсал. — И что с того?
   — Фейсал прав, — отозвался Фарук. — И на этот раз нас будут отделять от так называемых властей четыре световых года.