Майджстраль обернулся к Роману:
   — Отнеси туда Дрекслера. Поговорим с ним, когда он очухается.
   — Хорошо, сэр.
   Роман вытащил детектор и принялся обыскивать Дрекслера. Не обнаружив ничего подозрительного, он ухватил своего соотечественника за воротник и выволок из комнаты, словно куклу.
   Майджстраль обернулся к Твар:
   — Мисс, вы проводите Романа в темницу?
   — С восторгом.
   — Роман, после того как разместишь пленного, отвезешь нас с Кончитой Спэрроу в Грейсленд.
   Слуга остановился на полпути к двери:
   — Мисс Спэрроу, сэр?
   — Нам понадобится технарь, — объяснил ему Майджстраль.
   — Гр-р-р-р, — задумчиво прорычал Роман — Хорошо, сэр.
   — Вперед.
   Майджстраль помедлил, чтобы насладиться зрелищем: Роман поволок за собой беспомощного Дрекслера.
   Хотя он и не чувствовал себя в полной мере капитаном судна собственной судьбы, по крайней мере он вырос в собственных глазах. Дрейк ощущал себя сержантом. А может — и лейтенантом.


15


   Ты шпионил на Империю, Дорнье!
   Шпионил? Ах, не говорите глупостей. За кого вы меня принимаете — за Тайного Драгуна?
   Ты принадлежал к Имперскому Кругу. К Ассоциации Высоких Традиций, к Ностальгической Партии. К Обществу Защиты и Воссоединения Имперских Вооруженных Сил. К Имперской партии. К Ассоциации Благородных Старейшин…
   Ах да. Благородные Старейшины. Чудесная была компания.
   Ты был в сговоре с ними против Созвездия!
   У нас были такие блестящие планы насчет возвращения Императора…
   Ты признаешь это!
   Конечно. В этом не было никакой тайны. Протоколы наших заседаний были опубликованы.
   Мне нужно, чтобы ты сознался в том, что не было опубликовано. Кто собирал информацию? Кто шпионил?
   Не понимаю, о чем это вы.
   Об Ассоциации Благородных Старейшин! Кто шпионил?
   Благородные Старейшины. Какая прелесть. Какая прелесть!
   Назови их имена.
   А вы не Берти?
   Берти? Кто такой Берти?
   Мы были такие приятели. Мы вместе учились в школе, знаете ли.
   Я не Берти!
   Он был такой шутник. Знаете, все так похоже на одну из его шуток.
   Это не шутка, Дорнье!
   Он мог подкрасться ночью и крикнуть: «Бу-у-у!» Ну и хохотали же мы.
   Я твой инквизитор, и это Ад!
   Ах да. Совсем забыл.
   Это продлится вечно, Дорнье. Вечно!
   О, конечно же, нет. Уверен, у меня назначена какая-то встреча…
   Дорнье! Слушай меня!
   …Где же это было? Не на Земле ли? Если бы только я мог вспомнить…

 

 
   Двое ночных патрульных Грейсленда вздрогнули, когда из темноты появился Роман.
   — Стой! — крикнул один из них.
   В тени, отбрасываемой фигурой Романа, стояла Кончита Спэрроу, одетая в плащ с капюшоном. Она держала поднос с фарфоровой посудой. Роман, зловеще рыча, приблизился к охранникам.
   Один из караульных откашлялся:
   — Что вам надо?
   — Я несу восстановительный чай принцу-епископу Наны в Медитационный Зал.
   Сторожа явно ощутили облегчение из-за того, что Роман не пригрозил переломать им хребты.
   — Проходите.
   Роман, продолжая порыкивать, прошел мимо.
   Охранники, выпучив глаза, смотрели на Романа и ни тот, ни другой не заметили, как мягко взметнулась над ними волна ночного воздуха, обозначавшая полет знаменитого вора, облаченного в костюм-невидимку.

 

 
   Майджстраль вошел в Медитационный Зал Джунглей и на миг остановился. Он знал, что Грейсленд перестроен — об этом свидетельствовал его экстравагантный вид, — но ничего подобного он никогда не видел.
   Папоротники и настоящие пальмы тянулись к куполу, а на нем красовалась фреска «Элвис, покоряющий блюз». Фигуру «короля» покрывали блестки, венчали звезды, а ноги покоились на розовом закатном облаке. Пол был устлан звериными шкурами. В озерцо, обрамленное вулканической лавой, ниспадал серебристый водопад, похожий на поток ртути. Щиты, копья и более экзотическое оружие украшали стены, и его хватило бы на целую армию варваров. Чучело носорога, ряды слоновьих бивней. Мебель, покрытая мехами.
   Самым будничным, на взгляд Майджстраля, был вид его самого, Дрейка Майджстраля, облаченного в одеяние священника и храпящего на кушетке.
   Майджстраль подлетел к кушетке, опустился на пол и отключил голографический камуфляж.
   — Мартин.
   «Майджстраль», вздрогнув, проснулся:
   — Сэр!
   Он вскочил и отключил голограмму, сразу приняв свое обличье — небольшой человечек со светлыми жиденькими волосами.
   — Я вас не ждал.
   — Что здесь происходит?
   — Как только я прибыл сюда, один из Элвисов — Элвис XXIII — позвонил и предложил персональную экскурсию по Грейсленду на завтра. Я поблагодарил его за любезность и сослался на занятость.
   — Отлично, Мартин. Спасибо.
   Мартин улыбнулся:
   — Было интересно хоть несколько часов побыть знаменитостью.
   — Боюсь, звезда твоей славы закатилась. — Майджстраль обернулся к Кончите и Роману, которые бесшумно вошли следом. — Надевай плащ мисс Спэрроу и уходи вместе с Романом.
   Лакей изящно поклонился:
   — Хорошо, сэр. Показать вам, как тут включается звук и изображение?
   Майджстраль не устоял перед столь интригующим предложением. Мартин подвел Майджстраля к пульту управления и нажал клавишу «звук». По залу, эхом отлетая от купола, понеслись вопли обезьян, крики птиц и далекий рев зверей, вышедших на охоту.
   — Слишком громко, — сказал Мартин. — Шум мешал мне медитировать, и я выключил звук.
   — Сделай теперь то же самое.
   — Хорошо, сэр.
   — А изображение?
   — Вверху масса проекторов, поэтому можно смотреть несколько видео одновременно.
   — И что за фильмы?
   — О, их тут множество, сэр. Вот клавиша — «Каталог». Здесь настоящие записи Элвиса. Но я не большой поклонник Элвиса, поэтому я ими не воспользовался.
   — Хорошо. Спасибо, Мартин.
   Майджстраль вручил Мартину оговоренную сумму и премию. Мартин улыбнулся, убрал деньги, поблагодарил и поклонился.
   Майджстраль обернулся к Роману:
   — Проводи Мартина к мисс Твар, а потом будь на стреме с машиной. Если я найду отца, мне понадобится помощь, чтобы вывезти его.
   Слуги ушли. Майджстраль посмотрел на Кончиту:
   — Мы готовы.
   Она усмехнулась. Под плащом на ней был надет серебристо-серый костюм-невидимка, и теперь она включила голографический камуфляж.
   — Все в ажуре, босс.

 

 
   — Прошу прощения, сэр, — сказал барон Санчо Сандоваль Кабеса де Вака. — Где я могу найти Мангулу Эриш?
   Неподалеку сиял Грейсленд — восхитительный, сказочный, напыщенный. За воротами столпились преданные делу репортеры. Они надеялись поймать Майджстраля, хотя их точно так же устроило бы землетрясение или кровавое побоище. Один из репортеров кивнул.
   — Леди вон там, — показал он рукой. — С высоченной прической.
   — Благодарю вас, сэр.
   Барон Санчо расправил плечи и направился к своей цели. Мангула с головой ушла в наладку информационных сфер, которые разместила по всему периметру Грейсленда, и не заметила, как к ней приближается подтянутый старикан. Она обнаружила его появление только тогда, когда барон, которому воспитание не позволяло ударить женщину палкой, легонько шлепнул Мангулу по физиономии шелковой перчаткой.
   — Трусом меня называть? — крикнул он. — Я требую сатисфакции!
   Мгновение Мангула смотрела на него, а потом, к всеобщему удивлению, развернулась и убежала.

 

 
   Без толку. Все без толку.
   В апартаментах майора Зонг никаких следов отца Майджстраля не обнаружилось, не оказалось там и самой Зонг. У Элис Мэндерли здесь комнат не было, но она могла таиться или скрываться под псевдонимом или прятать отца Майджстраля у каких-нибудь неизвестных соратников, так что перед Кончитой с Майджстралем возникла серьезная проблема — проверить все помещения в зданиях, предназначенных для посетителей. А так как через несколько дней начинался Мемфисский конкурс — величайшая оргия имитаторов Элвиса, — почти все комнаты были заняты.
   — Неужели Элвис действительно жил среди всего этого? — удивился Майджстраль. — Ведь легенда гласит, что он был простым провинциальным пареньком.
   — О нет, — ответила Кончита. — Первоначально Грейсленд был даже меньше поместья Твар. Но он был разрушен во время Новомадридского землетрясения столетия назад. С тех пор обожатели Элвиса выстроили то, что они называют «творческим пересмотром» оригинала.
   — Лучше бы они были менее расточительны, — заметил Майджстраль.
   — Лучше бы они были менее многочисленны, — угрюмо буркнула Кончита.
   К счастью, комнаты были не столь просторны, чтобы разместить предмет размером с криогроб, поэтому на проверку уходило немного времени. Однако, когда Кончита и Майджстраль закончили осмотр, восток уже заалел.
   — Мы не проверили только одно крыло, — проговорил Майджстраль по закодированной линии связи. — То, где находятся покои самих Элвисов.
   — О нет, — донесся испуганный голос Кончиты из-под голографического камуфляжа. — Они на это не пойдут, что вы!
   — Достаточно одного-единственного фанатика.
   — Это понятно. — Она вздохнула. — Но комнат столько…
   — Давай побыстрее, а то солнце вот-вот взойдет.
   — Давай.
   Они вылетели в экстравагантный Павильон Элвисов — нервное средоточие Грейсленда, где клоны Элвиса правили своей гигантской империей.
   Здесь имелся культовый очаг с храмами и священниками. Элвиса пока не причислили к официальному хозалихскому Пантеону, но была надежда, что это произойдет. Огромное пространство занимал сам Грейсленд — гигантский туристический центр. Концертные залы и аудитории. Конкурс в Мемфисе, где имитаторы со всей галактики соревновались за право получить Ремень Чемпиона. Здесь можно было обрести величие, получить лицензию, управлять концессиями.
   Обитателям Грейсленда банкротство не грозило.
   Территория тщательно охранялась. Караульные патрулировали по двое, и все кругом было напичкано детекторами, для отключения которых потребовался полный набор черных ящиков Кончиты. Заглядывая в окна, лишенные сигнализации, Майджстраль и Кончита видели Элвисов — старых и молодых, жирных и стройных, спящих и медитирующих, жующих и постящихся. Элвисы, Элвисы, кругом Элвисы… и никакого гроба.
   — Проклятие, — выругался Майджстраль. — Дождались. Солнце восходит, пора сматываться.
   Он вспотел, но не от солнечных лучей. Преломление света, вызываемое костюмами-невидимками, днем проявлялось намного сильнее, чем ночью, да и людей становилось все больше.
   — Элвис идет, — сообщила Кончита. — Лучше подождать.
   Элвис — пожилой, с жидкими седыми волосами — ехал на современной подделке «Харлея». На подъезде к резиденции послышалось тихое электрическое жужжание. Элвис припарковал мотоцикл и направился к воротам, украшенным древними нотами в обрамлении золотых листьев, которые бесшумно открылись перед ним.
   Майджстраль насторожился:
   — Откуда ворота знают, что его надо пропустить?
   Пожилой Элвис пошел вверх по тропинке, вымощенной громадными изумрудами и рубинами, вырезанными из породы, добытой на астероиде, к дверям, сделанным из трилистника Кантеры, украшенным рельефами Элвиса, исцеляющего глухих, которые так же послушно распахнулись.
   — Наверное, у него есть какая-то идентификация, которая позволяет проходить, отключая систему безопасности, — предположила Кончита.
   — Если мы такую раздобудем, мы тоже будем везде вхожи.
   — Особенно если будем выглядеть, как Элвис.
   — Давай стащим.
   — Хорошо, босс.
   Пожилой Элвис снова попался им на глаза — он поднимался на вершину одной из башен Павильона на внешнем застекленном подъемнике (кабина лифта была выполнена в форме древнего микрофона). Майджстраль и Кончита подлетели к верхушке башни (сделанной в виде гигантского лотоса) и стали смотреть сквозь оконное стекло (украшенное изображением Элвиса, заключающего мир с аборигеном Геронимо), как Элвис вошел, зевнул, разделся и отправился в ванную. Майджстраль быстро нейтрализовал сигнализацию комнаты — в глаза бросались детекторы в виде масок ухмыляющихся демонов, — открыл окно и влетел, после чего своими приборами обследовал брошенную одежду Элвиса. Булавка с алмазной головкой в виде древнего автомобиля «кадиллак» выдала сложный энергетический сигнал, и Майджстраль забрал ее.
   — Ты уверен, что это именно оно? — спросила Кончита, когда он, вылетев, закрыл за собой окно.
   — Нет. Лучше проверить.
   Он подлетел к одной из дверей, ведущих в Павильон, и бросил булавку на порог. Сигнализация не сработала. Двери бесшумно открылись. Майджстраль подобрал устройство, а потом, осторожно лавируя, полетел обратно, в Медитационный Зал Джунглей.
   — Исследуй прибор и скопируй его, — попросил он Кончиту, напяливая поверх костюма-невидимки облачение священника. — Если этот Элвис важная птица, в чем я не сомневаюсь, сия отмычка проведет нас куда угодно.
   — Придется поторопиться, босс, — сказала Кончита. — Когда Элвисы обнаружат пропажу, они перепрограммируют всю систему безопасности на вызов охраны.
   — Думаю, старикан только что явился со службы и ложится баиньки. Значит, несколько часов у нас есть.
   — Надеюсь, он будет спать долго. — Кончита взглянула на булавку и убрала в карман. — Ладно, я полетела.
   — Спасибо тебе, Кончита. Ты молодец.
   — Ага, — ухмыльнулась она. — Обычно я в таких делах прокалываюсь, но пока что я не терялась, верно?
   — Верно.
   — Постараюсь и дальше не проштрафиться.
   Она включила камуфляж и полетела к дверям, которые открылись от ее прикосновения. Вдруг она вскрикнула, проход закрылся и Кончита вернулась.
   — Охранники, босс! Их там сотни!
   Сердце Майджстраля было готово выскочить из груди, когда он бросился к дверям, рывком распахнул их и выбежал наружу. И действительно, на открытой площадке собралась охрана, строилась в шеренги, держала равнение направо, не замечая Майджстраля, да и форма на них была легкая, не боевая. Все они были безоружны. Майджстраль обернулся к Кончите.
   — Похоже, это просто утреннее построение, — сказал он. — Скорее всего получают инструкции.
   Кончита облегченно вздохнула:
   — А я-то подумала, что опять натворила что-нибудь ужасное.
   — Подожди, пока они уйдут. Если хоть один глянет в ту сторону, куда ты полетишь, — все пропало.
   — Точно, босс.
   Майджстраль сел на кушетку для медитации и посмотрел на чайный сервиз, который принесла Кончита:
   — Тут настоящий чай?
   — Конечно. Подогреть?
   — Ради всего святого.
   Кончита села на кушетку рядом с Майджстралем и дала чайнику соответствующие распоряжения. Майджстраль потянулся и зевнул.
   — Интересно, когда я в последний раз спал?
   — Вы выглядите усталым, босс. Хотите, я вам сделаю массаж?
   — Это было бы славно.
   Майджстраль улегся и подставил Кончите спину. На удивление сильные маленькие ручки быстро сняли напряжение Майджстраля. Он выпрямился. Спину приятно покалывало.
   — Спасибо, — сказал он. — Это было весьма кстати.
   Он поднял голову и увидел, что Кончита не спускает с него глаз.
   — О! — Дрейк, немного подумав, обнял ее.
   — Давно пора бы заметить, — проговорила Кончита, — что я слоняюсь по вашим вентиляционным колодцам не только потому, что это безумно весело.
   — Прости, — пробормотал Майджстраль. — Но я был так занят.
   — Я прощу тебя, если ты меня немедленно поцелуешь.
   — Хорошо.
   «Раз уж я капитан корабля своей судьбы, — решил Майджстраль, — можно ненадолго бросить штурвал».


16


   Давай-ка вспомним твои грехи, Дорнье!
   Прошу прощения?
   Твои грехи, Дорнье, твои грехи!
   Ах, ради всего святого. Почему вы все время повторяетесь?
   Потому что ты, похоже, не осознаешь своего положения.
   О, напротив. Я в этом… как его там… Аду, и мне грозит это… ну, как сказать?
   Искупление, Дорнье, искупление!
   Да-да. Вот это самое.
   Напоминаю тебе о «Лиге Юности Империи».
   Ах, да. У нас были ужасно веселые собрания.
   Вы пытались соблазнить детей Созвездия чужеродными идеями.
   Ай, какая чепуха. Вы такую несусветную чушь несете, знаете? Чушь и… как же это называется-то?
   Я здесь для того, чтобы напомнить тебе о твоем прошлом! Чтобы ты признался в том, что состоял в заговоре против Созвездия.
   Мы распевали песенки на собраниях. И ели маленькие вкусные пирожные из кондитерской мисс Гинко.
   Вы плели заговор, Дорнье! Заговор!
   Чудесные пирожные с клубникой. И маленькие сливочные булочки с этой, ну знаете, с начинкой. А потом еще такие… с орешками. Вот бы сейчас попробовать…
   Сознавайся в своих преступлениях, Дорнье!
   …Да как же они называются, эти орешки?
   Прекрати болтать про орешки, Дорнье! Ты должен увидеть последствия своих преступлений и сознаться!
   Я почти что чувствую вкус этих булочек… А у вас, случаем, не припасено парочки в буфетной?
   Нет! Ты мертв, ты в Аду! Не будет тебе больше никаких булочек!
   Не будет булочек? Какая жалость. Ну, может быть, тогда хоть бисквитик с джемом?
   Ты мертв! Ты мертв! Какие бисквитики?!
   Ах, правда. Простите.
   Ну, Дорнье, начнем сначала. И на этот раз будь повнимательнее.
   Если вы опять приметесь повторяться, дружочек, не вижу причин быть внимательнее.
   Я тебе не дружочек!
   Ну, да. Следовало бы догадаться. Но почему бы не вести себя вежливо даже в Аду?

 

 
   — Охранники уходят. Через минутку можешь лететь.
   — Заметано, босс.
   — Я позвоню Роману и попрошу забрать меня на флайере. Похоже, нам предстоит веселенькое утречко. Но я хочу, чтобы ты немедленно приступила к расшифровке кода Элвисов.
   — С радостью.
   — Кончита?
   — Да?
   — Не откажешься ответить на вопрос?
   — С превеликим, босс.
   — Ты не собираешься за меня замуж, правда?
   — А что? Хочешь сделать мне предложение?
   — Нет, если честно.
   — Правильно. Тебе нужно сначала поближе со мной познакомиться. И потом, я, пожалуй, еще слишком молода.
   Улыбка.
   — Ну, спасибо.
   — Нет проблем, босс.
   — Ага, нет проблем.

 

 
   Темнота давила. Эта темнота молила, чтобы ее разорвала вспышка молнии или мощный аккорд органа, но вместо этого ее нарушил голос.
   И признаться, неприятный.
   — Дрекслер, почему бы тебе самому не сказать, что очнулся. Нейромониторы доказывают это неопровержимо.
   Глаза Дрекслера решительно раскрылись.
   — Мне нужен врач, — пробормотал он. — Я ранен.
   — А почему ты думаешь, что я не доктор? Ты лежишь на обычном хирургическом столе, привязан, как положено, тут есть желобки для стока крови и прочее. А на мне, к твоему сведению, медицинский фартук — увы, немножко запачканный после последней операции, но пока еще в полном порядке.
   — Почему у вас на лице маска, а голос электронно изменен?
   — Потому что если ты откажешься отвечать на мои вопросы, я приступлю к хирургическому вмешательству, которое Медицинская Ассоциация может не санкционировать. Инструменты уже готовы.
   Тело Дрекслера дернулось.
   — Что это такое?
   — Мои хорошенькие ритуальные инструменты.
   Дрекслер выпучил глаза:
   — Хорошенькие?
   — Вот мои любимые ножницы, которые режут из центра, а не наоборот. А вот этим приспособленьицем, первоначально придуманным для удаления зубов, можно вырвать… ну, почти все, что угодно…
   — Отпустите меня! Отпустите!
   Фигура в маске успокаивающе подняла руку:
   — Только после того, как я вас прооперирую, мистер Дрекслер.
   — Какая операция? Мне не нужна операция!
   — А уж это врачу виднее, правда? Пожалуй, нужно кое-что удалить. Кое-что вытянуть. Или информацию, или еще что-нибудь…
   — Что вы хотите знать? Я все скажу!
   — Почему вы сговорились с Элис Мэндерли против вашего работодателя?
   — Потому что мне платили, конечно! И намного больше того, что мне стоил Майджстраль!
   — Что? Как это Майджстраль мог стоить вам денег?
   — На Сильверсайде я работал на Джеффа Фу Джорджа. Мы с Челисом поспорили с Грегором и Романом насчет того, кто похитит «Крылышко» раньше — мой хозяин или Майджстраль. Я поставил на карту все свои сбережения и проиграл. Я хотел начать собственную карьеру взломщика после того, как уйдет Джефф Фу Джордж, и не смог. А теперь отпустите меня!
   — Ваша операция не закончена.
   — Положите эту штуку!!!
   — Не учите врача, мистер Дрекслер.
   — Ну, пожалуйста, положите! Я все вам скажу.
   — Прекрасно. Кто вас нанял?
   — Человек, назвавшийся «командиром Худом». Он вольнонаемный громила.
   — И когда он вас нанял?
   — Примерно три месяца назад, сразу после того, как я начал работать на Майджстраля. На Кобайяши.
   — Он сказал, на кого работает?
   — Нет.
   — Я не верю вам, мистер Дрекслер…
   — Уберите эту штуку!!!
   — Но если вы не дадите мне вытянуть из вас правду, мне придется вытянуть…
   — Я говорю правду!
   — Я, пожалуй, оставлю инструменты на виду. Ну и что именно велел вам делать командир Худ?

 

 
   — Дрейк! С возвращением!
   — Спасибо. — Майджстраль склонился к запястью Роберты. — Надеюсь, тетушка Батти здорова?
   — О, с ней все хорошо. Ее выпишут из больницы сегодня утром.
   — Прекрасно. Еще новости?
   — Эта коротышка… с такими волосами… примчалась около часа назад, потребовала комнату и с тех пор работает.
   — Отлично.
   — А я только что просмотрела по монитору допрос Дрекслера, который проводила Твар.
   — Ну и?
   — Дрейк, я такой жути в жизни не видела. Она напялила фартук Дикого Саймона и стала такая страшная!
   — Похоже, она добилась признания?
   Роберта поежилась:
   — Да, но… знаешь, мне кажется, она слишком долго пробыла среди этих… орудий пыток и заразилась от них.
   — Она как-то обмолвилась насчет того, что хозалихи страшны в гневе. Не стоит попадаться ей под горячую руку. И что же сказал Дрекслер?
   — Его нанял какой-то командир Худ.
   — Худ? Встречал такого. Несколько лет назад он попал в историю и его вышвырнули с флота. Потом вел жизнь наемного громилы. Стиля — ни капельки. Он даже не смог пробиться к санкционированной форме воровства.
   — Дрекслер клянется, что не знает, на кого работал Худ.
   — К счастью, это знаем мы.
   — Дрекслер признался, что он подбросил револьвер Джозефа Боба в вентиляционный колодец. Но в основном он просто шпионил за тобой. Номер, по которому он должен был передавать информацию, зарегистрирован на имя мистера Худа.
   — Дрекслер знает, куда увезли моего отца?
   — Нет. И я склонна ему верить.
   — Что ж… — Глаза Майджстраля под тяжелыми веками превратились в узенькие щелки. — У меня для Дрекслера есть еще парочка заданий — пожалуй, стоит попросить Твар не снимать пока фартук Дикого Саймона.
   — Что ты придумал?
   — Во-первых, хочу, чтобы он позвонил командиру Худу и сказал, что я решил улететь на Тасманию и спрятаться там.
   — Чтобы усыпить их бдительность?
   — Именно.
   — А во-вторых, я хочу, чтобы он перевел свои… сколько там, шестьдесят нов?
   — Да, шестьдесят.
   — Пусть переведет их на мой счет. С какой стати позволять ему наживаться на этом? Все остальные сбережения пусть также переведет на мое имя.
   — Я в восторге от такой справедливости.
   — Спасибо.
   Дверь со стуком распахнулась. Роберта вскочила на ноги.
   — Босс!
   — Кончита. Ты знакома с ее милостью герцогиней Беннской?
   Кончита мельком взглянула на Роберту:
   — Да, мы познакомились вчера вечером. Я расщелкала код, и мы можем проникнуть в Грейсленд в любое время. Сколько вам потребуется закодированных булавок?
   — Одну для меня, одну для Романа, одну для тебя…
   — И для меня.
   — Спасибо, Роберта. Это, конечно, не обязательно…
   — Мне будет приятно поприсутствовать при развязке, так сказать. И Куусинену тоже.
   — Тогда пять штук.
   — Хорошо, босс.
   — Отправляйся в Мемфис и купи пять топографических копий Элвиса.
   — Понятно, босс. Больше ничего?
   — Нет.
   — Ну ладно. Пока.
   Дверь снова хлопнула.
   — Роберта. Ты, похоже, озадачена.
   — Я просто поражаюсь твоим знакомствам, Дрейк. Я и не догадывалась о существовании таких людей, как мисс Спэрроу, а теперь, похоже, мы с ней сообщники.
   — Тебе тоже не мешает расширить круг своих знакомых, Роберта. В конце концов таких, как Кончита, больше, чем таких, как мы с тобой. Подобное общение пойдет тебе на пользу.
   — Сомневаюсь в энергетической ценности подобного продукта. Почему ты улыбаешься?
   — Тебе ни к чему это знать.

 

 
   Экран вспыхнул. Нечеткое изображение расплывалось.
   — Мисс Мэндерли?
   — Кто это? Вы в костюме-невидимке?
   — Позвольте, я настрою камеру. Так лучше?
   — А-а-а-а! Нет! Что он делает с Кенни?
   — Подвесил его за ноги над Большим Каньоном, мисс Мэндерли.
   — Прекратите! Я заплачу сколько угодно!
   — Боюсь, пока я не могу приказать этого, мисс Мэндерли.
   Элис Мэндерли упала в кресло.
   — Почему этот хозалих лысый и размалеван красной краской? Он, наверное, сумасшедший.
   — Просто он так линяет, мисс Мэндерли.
   — Так никто не линяет!
   — Кенни не причинят вреда, если вы согласитесь на наши требования.
   — Я на все согласна.
   — Сию же секунду садитесь во флайер, который стоит на лужайке. Оружия, устройств связи и локаторных маяков не брать.
   — Да! Да! Только не делайте ему больно!

 

 
   — Мисс Эриш?
   — Да.
   — Меня зовут Копак. Князь Квинтана Ру послал меня… Подождите! Вернитесь!