18


   Генерал-полковник Вандергильт вошла в северо-западную гостиную Твар, и Майджстраль отметил, что надменности у нее поубавилось. Теперь, когда она должна была пробиться через толпу репортеров у ворот поместья и испросить разрешения у слуг войти в дом, она смотрелась совсем по-другому.
   Даже волосы ее не выглядели столь пугающе — из-под шлема выбилось намного больше непослушных прядей, и это тоже порядком сбивало спесь с их хозяйки.
   Дрейк не мог скрыть, как обрадовала его эта перемена.
   — Генерал Вандергильт, — обратился он. — Дворецкий сказал мне, что у вас есть новости?
   Вандергильт ответила по-уставному, уделяя внимание только фактам:
   — Майор Зонг созналась, что участвовала в заговоре с целью вашего убийства путем провокации ряда дуэлей. Кроме того, она созналась в намерении похитить гроб вашего отца.
   Майджстраль кивнул.
   — Поздравляю, видимо, у вас блестящая техника ведения допросов, — сказал он. — Я думал, она окажется более крепким орешком.
   Вандергильт дотронулась до выбившейся пряди и собралась было накрутить ее на палец, но быстро отдернула руку.
   — Я тут почти ни при чем, — ответила она. — Элвисы велели ей признаться.
   — А-а-а. Очень любезно с их стороны.
   — Тот Элвис, что участвовал в заговоре, — Элвис XIV, кстати, тоже сознался. Думаю, остальные Элвисы подвергнут его официальному отречению.
   — Элвисы, — улыбнулся Майджстраль, — несомненно, вместилище мудрости.
   Вандергильт немного покраснела.
   — Что же касается организатора заговора… — начала она.
   Майджстраль улыбнулся шире, а Вандергильт зарумянилась сильнее.
   — Вы имеете в виду адмирала флота Зонга? — прервал он ее. — Нельсона Неервиндене? Героя Человеческого Созвездия? Рьяного борца за чистоту человеческой расы?
   Вандергильт откашлялась.
   — Да, — пробормотала она. — Адмирала Зонга. Как персона, официально объявленная покойной, он не может быть наказан по всей строгости закона, но, похоже, это уже и не нужно. Гроб его пострадал — не то от удара, не то от случайной пули, а потом упал в воду и… произошло короткое замыкание.
   Майджстраль подумал о том, что же случилось, когда гроб вспыхнул.
   — Адмирала больше не существует? — спросил он.
   — То существование, в котором он пребывал, прервано.
   — Какой постыдный конец для великого человека, — усмехнулся Майджстраль. — Участие в пошлом, злобном заговоре, направленном на похищения и убийства.
   Майджстралю удалось сдержаться и не расхохотаться.
   Он уставился на ботинки генерал-полковника. Она снова откашлялась.
   — Такое впечатление, что капитан Хэй в заговоре не участвовал, — сказала она, — и защищал исключительно честь своей невесты. Он серьезно ранен выбросами энергии из гроба адмирала Зонга и в настоящее время находится в больнице.
   — Какой позор, — ухмыльнулся Майджстраль.
   — Безусловно, — согласилась Вандергильт, и в глазах ее снова появился металлический блеск. — Остается только выяснить, кто нелегально проник в Грейсленд, чтобы освободить вашего отца, и устроил перестрелку в месте священного упокоения. — В голосе Вандергильт зазвучали нотки надежды. — Эти люди, если они будут найдены, непременно будут арестованы.
   — Рад бы помочь вам, генерал, — произнес Майджстраль. — Но, увы, я и понятия не имею, кто бы это мог быть. Единственное, что мне известно, так это то, что мой отец каким-то образом снова оказался в своей комнате. На вашем месте, — предложил он, — я бы порасспрашивал Элвисов. Может быть, это они разузнали про заговор и действовали сами.
   Глаза Вандергильт потемнели. Она тряхнула головой, чтобы отбросить со лба волосы.
   — Я это учту, — ответила она.
   — Конечно, — соврал Майджстраль, — я исхожу из своих сведений и делаю вывод, что Элвисы были столь потрясены происшедшим в месте священного упокоения, что они никогда не станут официально преследовать того, кто пытался нанести оскорбление их касте.
   Вандергильт кисло усмехнулась:
   — Вы располагаете информацией, вот как?
   — К несчастью для юрисдикции, да, — ответил Майджстраль.
   — Остается решить вопрос, — сказала Вандергильт, — о вашем иске. Если майор Зонг предстанет перед судом, вам, конечно, придется пересмотреть свои планы и задержаться на Земле на неопределенное время, что крайне неудобно лично для вас и для вашей карьеры.
   В глазах Вандергильт промелькнула слабая надежда.
   — И потом — дело получит громкую огласку, — добавил Майджстраль.
   — Верно. — Вандергильт уцепилась за эту соломинку. — Вам этого не хочется, я уверена.
   — И конечно же, огромный резонанс вызовет обличение морального банкротства прочеловеческого движения, что будет иметь непредсказуемые последствия для принятия «Акта о безопасности и подстрекательстве», который легализует формы дискриминации в отношении инопланетян и значительно расширит рамки действия, помимо других инстанций, Корпуса специальной службы, в котором вы состоите.
   Лицо Вандергильт превратилось в застывшую маску.
   — Я не могу об этом судить, сэр.
   Ленивые глаза Майджстраля загорелись любопытством.
   — А вот я не понимаю, какие уж такие неудобства сулит мне судебное разбирательство, — сказал он. — Мое присутствие может и не понадобиться, если майор Зонг признала свою вину. Ну и конечно, — добавил он, тонко улыбнувшись, — так называемая справедливость требует, чтобы я учинил преследование по закону.
   — Как пожелаете, сэр, — отчеканила Вандергильт.
   — Я должен что-нибудь подписать?
   — Вот здесь, сэр.
   Майджстраль поставил на протоколе размашистую, с завитушками, подпись.
   — Что ж, прекрасно, генерал Вандергильт, — проговорил он. — Приступайте.
   — Да, сэр.
   Майджстраль командирски взмахнул рукой:
   — Идите и арестуйте преступников, офицер!
   — Да, сэр.
   Генерал-полковник Вандергильт строевым шагом направилась к двери, яростно засовывая под шлем выбившиеся пряди.
   Майджстраль, чрезвычайно довольный беседой, отправился из северо-западной гостиной в комнату, смежную с юго-восточной.
   Николь оторвалась от документов, которые изучала. А изучала она, где лучше готовят мясо по-нормандски в Луна-Сити — городе, куда она должна была вскоре лететь.
   — Все прошло хорошо, Дрейк? — спросила она.
   — Похоже, да.
   Он сел рядом с ней на диван.
   — Очень многое произошло с твоей помощью, — сказал он.
   — Я очень рада. Эти люди — настоящая отрава.
   — Это точно. А теперь они не только проиграли, но еще обличены и унижены.
   Николь посмотрела на Майджстраля своими знаменитыми голубыми глазами:
   — У тебя на редкость опасная жизнь, Дрейк.
   — Может быть. Но мне все-таки везет. — Он взял ее за руку. — А больше всего мне везет на друзей.
   — Спасибо.
   — Я всегда буду благодарен тебе за нашу дружбу.
   Она склонила голову набок и внимательно посмотрела на него:
   — Почему-то мне чудится здесь какой-то подвох.
   — Мне жаль, Николь.
   — И мне тоже. — Она задумалась. — Ты — единственный мужчина, которому удавалось меня победить, Дрейк, знаешь? Целых два раза.
   — Несмотря на все разочарования, я думаю, что процент твоих побед остается потрясающе высоким.
   Она усмехнулась:
   — Возможно.
   — Надеюсь, это не помешает тебе время от времени интересоваться. Я могу и передумать.
   — Ну… — Николь высвободила руку и встала с дивана. — Наверное, это было глупое предложение.
   — Я так не считаю, моя госпожа.
   Майджстраль встал, проводил Николь до двери и обнюхал ее уши.
   — Когда снова попадешь в смертельную переделку, — сказала Николь, — не забудь позвонить.
   — Не забуду. Спасибо тебе за все.
   — Передай мою любовь Роману.
   — Непременно. Спасибо еще раз.
   Сердце его сжалось от грусти, когда он смотрел вслед Николь. «Если бы только, — думал Майджстраль, — я мог раздвоиться или расстроиться, тогда бы уж я точно сделал правильный выбор. Раздваиваюсь же я, когда показываю фокусы. Жаль, что это длится недолго».

 

 
   Немигающие темные глаза князя Хунака смотрели немного неуверенно. Майджстраль вспомнил об обсидиановых ножах и окровавленных алтарях.
   — Я только что обо всем узнал, — сказал Хунак.
   — Очень любезно с вашей стороны.
   Хунак моргнул:
   — Я должен извиниться, верно? Я неправильно все понял.
   — Кое-какие хитрецы приложили к этому руку.
   — Спасибо. И все-таки меня слишком легко обвели вокруг пальца.
   — Вы позволили ее милости герцогине Беннской уговорить себя не торопиться, и это помогло мне разобраться с ситуацией. Я благодарен вам за отсрочку.
   В глазах Хунака снова блеснули обсидиановые ножи.
   — Я считаю, что зачинщиков следует наказать. Я послал эмиссаров, чтобы они проучили майора Зонг и Элис Мэндерли, которые так подло злоупотребили моим гостеприимством.
   Элис Мэндерли, Кении Чанга и Дрекслера отпустили, как только отряд Майджстраля вернулся из Грейсленда. Майджстраль сильно подозревал, что Элис и Кенни надо срочно заказать билеты на первый же лайнер, стартующий с Земли.
   Дрекслеру, лишенному всех сбережений, придется где-то разжиться деньжатами, чтобы удрать, а эта задача усложнилась из-за того, что весь воровской инструментарий хозалиха остался у Майджстраля. Дрейк не сомневался в том, что Дрекслеру уже никогда не устроиться на службу к первоклассному взломщику после того, как его вероломство было так старательно изложено всеми средствами массовой информации.
   — Вы случайно не знаете, — спросил Хунак, — где найти мисс Мэндерли?
   — Боюсь, не знаю, — ответил Майджстраль и задумчиво повертел на пальце перстень с бриллиантом. — Я был бы вам крайне признателен, если бы вы отложили все разбирательства с майором Зонг до окончания судебного процесса. Мне бы очень хотелось, чтобы ее дело получило широкую огласку и имя было дискредитировано.
   Хунак кивнул:
   — Я серьезнейшим образом обдумаю вашу просьбу.
   — Благодарю вас.
   — Моим эмиссарам никак не удается схватить Мангулу Эриш — она все время скрывается, как только они появляются.
   Майджстраль сдержал улыбку:
   — Это ужасно огорчительно, ваше высочество.
   — А теперь я узнал, что она уволилась и улетела из системы.
   — Может быть, это тоже своеобразная победа.
   — Это надо обдумать. Впрочем, сначала я постараюсь оповестить о ее бегстве как можно больше народу.
   — Надеюсь, другие журналисты запомнят этот случай.
   Хунак зловеще улыбнулся:
   — Я тоже надеюсь. И полагаю, вы не откажетесь снова посетить мой Подводный дворец. На этот раз я обещаю вам более приятное времяпровождение.
   Майджстраль кивнул:
   — Не премину воспользоваться вашим приглашением. Сейчас я не слишком уверен в своих планах.
   — Что ж, тогда до свидания. Благодарю вас за понимание.
   — Прощайте. Пламенный привет рыбе-жабе.
   — Всенепременно передам.
   Лицо Хунака растаяло на экране. Майджстраль был жутко доволен.
   Все шло хорошо.

 

 
   — Папа?
   — Дрейк? Это ты, Дрейк?
   — Да, это я.
   Майджстраль сел на стул и дал охранникам знак удалиться.
   Он не позволит, чтобы отцом завладел какой-нибудь очередной политический безумец. Он нанял отряд до зубов вооруженных телохранителей — вернее, гробохранителей, которым полагалось сидеть в комнате рядом с гробом и оберегать его от всяких приключений, пока экс-Дорнье не будет перевезен в фамильный склеп.
   Правда, охранникам приходилось выслушивать болтовню покойного, но им за это хорошо платили.
   — Как дела, папа? — спросил Майджстраль.
   — Ну… — отозвался покойный герцог. — Я, похоже, мертв.
   — Да, — согласился Майджстраль. — Я заметил. Я хотел узнать, как ты себя чувствуешь после пережитого приключения?
   — Это ты про Берти? Все в порядке. Я так повеселился!
   — Берти?
   — Ну, мой школьный дружок. Он такой изумительный розыгрыш придумал. Из области метафизики.
   Майджстраль на минутку задумался, но ничего путного в голову не пришло.
   — Рад, что тебе понравилось, — сказал он. — Хочешь чего-нибудь?
   — Хорошо бы чашечку какао с бисквитом.
   Майджстраль вздохнул.
   — Ладно, — сказал он. — Может, и получится.

 

 
   — Тебе горячий привет от Николь.
   — Благодарю вас, сэр.
   — Тебе еще что-нибудь нужно?
   — Благодарю вас, сэр, нет. У меня есть все необходимое.
   Уходя из палаты Романа, Майджстраль улыбнулся.
   Хозалих быстро поправлялся. Пугающая краснота с него мало-помалу сходила, и он приобретал нормальный, здоровый серый цвет. Постепенно пробивался черный пушок. Новое годичное кольцо подживало.
   Линька Романа, слава Двенадцати Смиренным Добродетелям, закончилась.
   Но в больницу слуга угодил не из-за линьки. Подняв над головой гроб адмирала Зонга, Роман потянул мышцы спины.
   «Лорду, — подумал Майджстраль, — подобает лежать в постельке, когда у него болит спинка». Пусть Роман привыкает к таким привилегиям.
   Майджстраль пересек холл и постучался в палату Роберты. Войдя, он увидел, что Роберта сидит в кровати, улыбается и болтает с Младшим, который приехал ее навестить.
   Во время потасовки в Грейсленде Роберта получила перелом нескольких ребер. В больницу она согласилась лечь больше из-за того, что тут уже находились близкие — Батти и Пааво Куусинен. Она решила присоединиться к их компании.
   — Привет, Роберта. Привет, Уилл.
   Младший встал со стула:
   — Привет, Дрейк.
   — Рад видеть тебя, Уилл.
   Майджстраль обнюхал уши Роберты и чмокнул ее в щеку.
   — Ну, как ребрышки?
   — Неплохо.
   — А у мистера Куусинена как дела?
   — Врачи хотят понаблюдать за ним. Но пока ничего серьезного не нашли.
   — Прекрасно.
   Младший неловко переминался с ноги на ногу.
   — Я пожалуй, пойду, — промямлил он. — Только вот… — Он улыбнулся. — Дрейк, хочешь посмотреть карточный фокус?
   — Очень хочу.
   Фокус Уилл показал сложнейший — с подменой, сдвижкой и подтасовкой. И когда в конце концов он вытащил из колоды три «гребца», Майджстраль и Роберта страшно удивились и поздравили его с успехом.
   — Здорово сработано, — похвалил Майджстраль.
   — Спасибо, — просиял Младший. — А можно добиться большего совершенства?
   — Ну, можно еще немного позаговаривать зубы зрителям. И потом, с моего места видно, как ты согнул мизинец.
   Младший немного расстроился:
   — О…
   — Отработай это перед зеркалом.
   — Обязательно. Спасибо. — Он задумался. — Знаешь, Дрейк, мне бы хотелось попросить у тебя совета, если можно.
   — Конечно.
   — Джозеф Боб интересуется, не вызвать ли ему Элис Мэндерли и майора Зонг на дуэль.
   Майджстраль немного поразмыслил.
   — Дело в том, что револьвер украл Дрекслер, а не Элис.
   — Джей Би не станет стреляться со слугой.
   — Я этого не знал. Но можно было предположить. Майору Зонг грозит суд, в результате чего она будет дискредитирована навсегда, как я думаю.
   Младший грустно кивнул:
   — Это верно.
   — И еще — строго между нами… — Майджстраль взял Младшего за руку и улыбнулся. — Поединки — это ужасно глупая традиция, как тебе кажется?
   Младший, похоже, удивился.
   — А-а… Ну, если ты так считаешь. — Он шаркнул подошвами. — Я уже и так отнял у вас уйму времени. До свидания, Дрейк, и спасибо тебе. Увидимся, Роберта.
   Роберта помахала ему рукой:
   — Пока, Уилл.
   Майджстраль присел на краешек кровати Роберты.
   — Наверное, я не отблагодарил тебя как следует, — сказал он. — Ты избавила меня от пыток Хунака и так рисковала вчера. Ты была великолепна, и я рад, что все твои страдания — это несколько сломанных ребер.
   Фиалковые глаза Роберты потеплели.
   — Я так рада, что все закончилось, — сказала она.
   — Я тоже. — Он улыбнулся и взял ее руку. — У меня было время подумать.
   — Наконец-то. — Роберта мигом подобралась. — Ну и каков итог твоих раздумий?
   — Ты сделала мне удивительно лестное предложение…
   Роберта помрачнела:
   — Но ты не собираешься принимать его?
   — Сейчас моя жизнь слишком нестабильна, чтобы думать о женитьбе…
   — Ждать нельзя, — коротко бросила Роберта.
   — У нас даже не было возможности спокойно провести какое-то время вместе, чтобы получше узнать друг друга.
   Она вздохнула:
   — Я знала, что так случится. С нашей первой ночи.
   Майджстраль изумленно навострил уши:
   — Прошу прощения?
   — Ну… Понимаешь, той ночью все было… не так, как я ожидала. Мне было очень приятно… и ты был очень мил, но чего-то… не хватало.
   Майджстраль был потрясен.
   — Но это ж была наша первая ночь, — пробормотал он. — Следовало ожидать, что что-то не получится.
   Она махнула рукой:
   — Нет, не в этом дело. Просто… ну… я ведь хотела быть с тобой много лет. А все оказалось не так, как я себе представляла.
   Майджстраль обиделся. «Разве я виноват, — подумал он, — что не смог соответствовать идеалу порочных фантазий школьницы?»
   — Может быть, — выдавил он, — ты ждала чего-то необыкновенного.
   — А что скажешь об Уилле?
   Майджстраль выпучил глаза:
   — Извини?
   — Не выйти ли мне за него замуж?
   — А-а-а…
   — Если уж не за тебя, — печально проговорила Роберта, — то хоть за кого-то. В последние дни я много общалась с Уиллом. Он кажется мне вполне подходящим.
   Майджстраль задумался.
   — С точки зрения родословной пара получается достойная.
   Глаза Роберты вспыхнули.
   — Он, правда, немного неопытный, — призналась она, — но, думаю, мне удастся превратить его в мужчину.
   Майджстраль ужасно радовался тому, что не согласился на помолвку. Конечно, все могло замечательно сложиться поначалу, но вряд ли выдержало бы проверку временем.
   — Если мне будет позволено высказать свое мнение, — проговорил Майджстраль, — то я считаю, что мужчин не делают, они ими становятся сами. Партнерша может облегчить эту задачу, но не может ничего сделать за мужчину.
   Роберта нахмурилась.
   — Проблема Уилла в том, — добавил Дрейк, — что он не способен ни на что неординарное. Если вы поженитесь, вдохнови его на то, чтобы он стал кем-то еще, а не только принцем-консортом.
   Роберта немного заинтересовалась:
   — Думаешь, ему нужно какое-нибудь хобби?
   — Ты — знаменитая наездница, — заметил Майджстраль. — Наверное, не будь у тебя этого увеселения, ты была бы не такой выдающейся?
   — Хм-м-м… — пробормотала она и нахмурилась.
   Выйдя от Роберты, Майджстраль постарался припомнить ночь, проведенную с ней, и ощутил холодное раздражение и обиду. «А тогда ей так понравилось», — подумал он. И ему показалось, что он был на высоте.
   А потом у него закралось подозрение: уж не маленькой ли местью было все это? Весьма возможно.
   Он заглянул в палату к Куусинену и увидел, что тот спит. Куусинена придется поблагодарить позже.
   В соседней палате лежала тетушка Батти. Майджстраль зашел к ней, высказал свое восхищение Робертой, а потом упомянул о том, что должен с превеликим сожалением отказаться от женитьбы на герцогине.
   — Вот как, — пробормотала тетушка Батти, и ее ушки наклонились вперед от огорчения. — Это не лучшим образом скажется на моем положении в семействе. Большинство домашних считает, что Бобби ведет себя эксцентрично, а я ее поощряю. И когда начнутся выяснения, мне здорово нагорит.
   — Если это послужит вам хоть каким-то утешением, то она, похоже, уже нашла мне замену. Это Уилл Младший.
   Батти задумалась.
   — Что ж, — проговорила она, — могло быть и хуже.
   — Надеюсь, это не скажется пагубно на моей биографии.
   Батти нахмурилась:
   — Некоторые из родственников сочли бы подобный отказ оскорблением. А я, пожалуй, смотрю на это более лояльно. Я постараюсь исполнить свой долг историка и избежать того, чтобы случившееся как-то отразилось на вашем, так сказать, доблестном образе.
   «Доблестном?» — подумал Майджстраль и почувствовал приступ паники.
   Он непременно должен взглянуть на эту рукопись.

 

 
   В последней палате лежала Кончита. Она, как и Куусинен, в драке лишилась сознания, и за ней тоже наблюдали врачи. Майджстраль приоткрыл дверь в палату и увидел, что Кончита смотрит видео.
   — Привет, — сказал он и постучал.
   Она просияла:
   — Привет! А я видюшку смотрела.
   Майджстраль взглянул на экран и увидел мужчин в «стетсонах», которые верхом мчались по прерии.
   — Ты любишь вестерны? — спросил он.
   — Больше всего на свете.
   «Все лучше и лучше», — подумал Майджстраль.
   Кончита улыбнулась и похлопала по кровати рядом с собой. Майджстраль закрыл дверь, лег рядом с Кончитой и обнял ее.
   Поцелуй получился долгим и очень приятным.
   — Почему бы тебе не остаться? — спросила Кончита, оторвавшись от его губ.
   — Других планов у меня и нет, — ответил Майджстраль и на мгновение задумался. — Пожалуй, запру дверь.
   — Ты можешь запереть больничную дверь?
   — Если лучший взломщик в галактике не может придумать, как это сделать, — заметил Майджстраль, — то грош ему цена.

 

 
   Чуть позже Кончита свернулась клубочком под боком у Майджстраля, положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Майджстраль думал о случившемся.
   — Ты не разочарована?
   — Разочарована? С какой стати?
   — Скажем, у тебя нет чувства, что твои фантазии не осуществились? Твои ожидания не обмануты?
   — Не говори глупостей, — пробормотала она и зевнула. — Не возражаешь, если я вздремну немножко, а?
   «Роберта, — решил Майджстраль, — просто ошиблась».
   Тут судьей был опыт.
   — Я только об одном хочу попросить, — сказал он.
   — М-м?
   — Ты должна изменить прическу.
   — Гребень? Но из-за него я кажусь выше ростом!
   — У тебя и без того прекрасный рост.
   — Ну, ладно. Спасибо за комплимент.
   — Гребень к чертям, ладно?
   — О… — сонно пробормотала Кончита. — Ну если ты так настаиваешь…
   Кончита уснула, а Дрейк заметил, что фильм все еще идет. Он поискал глазами сервисную пластину, чтобы отключить видеоплейер, но оказалось, что до нее не дотянуться, чтобы не разбудить Кончиту.
   Майджстраль посмотрел на экран. Вестерн закончился, и на Дрейка уставилась рыжеволосая кукла с идиотской ухмылочкой.
   «Ронни Ромпер, — подумал в ужасе Майджстраль. — О нет!»
   Он в отчаянии уставился на сервисную пластину.
   — Проклятие, дядюшка Амос, — говорила кукла. — Ну я и напугался! Аж коленки друг о дружку стукались!
   — Да, страшные были динозавры, — сказал дядюшка Амос, попыхивая трубочкой. — Я и сам разволновался.
   — Я так перепугался, что чуть не дал деру.
   — Но не дал, — отметил дядюшка Амос. — Это-то и важно.
   Ронни выпучил глаза:
   — Не понял, дядюшка Амос?
   Дядюшка Амос смотрел на Ронни из-под пушистых седых бровей.
   — Храбрость — это не значит ничего бояться, — пояснил он. — Парнишка, на которого могло налететь стадо динозавров, выглядел бы очень глупо, если бы не испугался, разве не так?
   — Черт. Наверное, так.
   — Герой — это тот, кто, преодолевая страх, делает то, что должен делать.
   — Потрясно, дядюшка Амос, — проговорила кукла. — А я и не знал.
   Майджстраль смотрел на экран.
   «И я не знал», — подумал он.
   И тут его охватило чудесное чувство. Он лег на спину и вспомнил всю свою жизнь. В шестнадцать лет он должен был впервые драться на дуэли, и тогда решил, что он трус.
   Но ведь он же дрался на поединке — и не на одном — всего несколько дней назад, да и в промежутках ему приходилось попадать в такое положение, что он либо сам стрелял в людей, либо они стреляли в него, или — все вместе. А вчера, во время налета на Грейсленд, он отдавал приказы так, словно был искушенным бойцом, а не трусливым воришкой.
   Не сказать, чтобы все это время он не испытывал страха. Но, точно также, как Ронни Ромпер, он сделал то, что должен был сделать, и не убежал. Вернее, убежал тогда, когда пришла пора убегать.
   И, конечно, смысл его профессии в том, чтобы забираться в дома других людей. Предпочтительно, конечно, в такое время, когда никого нет дома, но это скорее обычный здравый смысл, а не следствие его храбрости.
   «Пожалуй, — решил он, — в юности я себя недооценил».
   Он посмотрел на экран и моргнул.
   «Спасибо, Ронни».
   Кукла в конце концов пригодилась.
   Кончита мирно спала у него на плече. Майджстраль смотрел вверх, сквозь больничный потолок, на Вселенную, которая таила в себе необычайные возможности.

 

 
   Несколько месяцев спустя, когда они с Робертой вернулись в Империю, тетушка Батти обнаружила, что ее рукопись пропала.
   Исчезли все сведения, почерпнутые ею из составленной Романом родословной, записи разговоров с Джозефом Бобом и отцом Майджстраля. Все испарилось.
   А ведь она помнила, что самым тщательным образом упаковала записки.
   Батти долго думала об этом. «Как глупо», — решила она. Память у нее была прекрасная, и, уж конечно, она могла обойтись теми сведениями, которые оставались у нее дома. Второй том был почти завершен. А с третьим придется повозиться.
   «Никогда не обижай своих биографов, — подумала Батти. — Они… то есть мы умеем мстить».
   А уж если и существовал мастер интерпретации, легкой мистификации, способной бросить тень на образ героя, поставить под сомнения его поступки, — без сомнения, это и был биограф.
   «А уж я постараюсь, — пообещала она, — очень даже постараюсь, работая над фигурой Майджстраля. И если он пожалеет о результатах, кто же в этом будет виноват?»