– Как ты сюда сегодня попала? Мне важно это знать.
   Грейси открыла рот, чтобы ответить, потом снова закрыла. Неловко заерзала у матери на коленях. Глаза ее забегали по комнате. Она обернулась к матери, потом снова отвела взгляд.
   – В машине.
   – Ах вот как? И кто же вел машину?
   Грейси бросила мимолетный взгляд на Клер, но тут же опустила глаза.
   – Мисс-ас Мэкки, – прошептала она едва слышно.
   – Нет! – вскрикнула Клер сдавленным голосом. – Это была не я!
   – Зачем ты говоришь не правду, Грейси? – послышался суровый голос Сэма.
   Нижняя губа Грейси задрожала.
   – Достаточно. – Эмма поднялась на ноги, не выпуская Грейси из рук. – Шериф, отвезите нас, пожалуйста, домой.
   – Черт побери! – перебил Сэм. – Я хочу добраться до сути.
   Эмма круто обернулась к нему. Лицо ее выражало холодную ярость.
   – По-моему, мы уже добрались до сути. А вам, дорогой мой, лучше бы всерьез заняться вашей женой.
   Она решительно направилась к двери и вышла из дома, хлопнув дверью.
   Элвис последовал за ней. В отличие от Эммы он не считал, что они все выяснили, однако, взглянув на ее застывшее лицо, на дрожащие губы Грейси, решил подождать с вопросами. В иные моменты лучше ничего не узнавать, а после такого стресса все выяснения стоит отложить, особенно если действительно хочешь что-то выяснить. Нет никого яростнее и кровожаднее, чем молодая мать, почуявшая, что ее ребенку грозит опасность.
   По дороге в город они не произнесли ни слова. Эмма постепенно начала успокаиваться, ее агрессивность утихла. Она взглянула на Грейси. Что-то здесь не так… Дочь ведет себя как-то странно. Сидит слишком тихо. Слишком тесно прижалась к матери. Эмма даже набросила привязной ремень.
   – Ты видела, что тут есть у Элвиса, в этой большой старой машине, моя сладкая? Тут всяких интересных штучек больше, чем в любой мастерской.
   Грейси даже не взглянула на нее. Крепко обхватив руками шею матери, она лежала, зарывшись в ее грудь. Что происходит?.. Обычно в подобных случаях Грейси болтает без умолку, задает кучу вопросов. Она должна бы сейчас расспросить обо всем этом полицейском оборудовании, все потрогать. И потом… Грейси ведь даже не поняла, что ее искали. Почему же она такая тихая, как будто напуганная? Чувствует за собой какую-то серьезную вину?
   Они подъехали к площади.
   – Давайте проедем вокруг гостиницы к задней площадке, – тихо попросила Эмма.
   История, выдуманная Клер, звучала слишком не правдоподобно. Клер – умная женщина. Неужели она не могла придумать что-кибудь более похожее на правду, что-нибудь такое, во что легче было бы поверить… А может, она сама верила во все, что говорила?
   Эмма попыталась припомнить, оставила ли машину на парковочной площадке, когда побежала искать Грейси. Нет.., ни за что на свете ей не удалось бы это вспомнить. Наверное, машина была здесь, иначе ее отсутствие сразу бросилось бы в глаза. Хотя в таком состоянии она не заметила бы и танк, если бы он появился на парковочной площадке.
   Трудно сказать, что Эмма ожидала увидеть на стоянке за пансионом, однако машина оказалась на том же месте, где она обычно ее оставляла. Она с трудом выбралась из полицейской машины и с Грейси на руках подошла к своему автомобилю. Откинула защитный чехол, проверила дверцы, наклонилась, заглянула внутрь, обошла вокруг, осмотрела свой «шевроле» со всех сторон. Ее снова охватила ярость.
   – Господи, ну что я за идиотка такая!
   – Да? – услышала она голос Элвиса сзади и чуть не подскочила. – Это почему же?
   – Да потому что я подумала… – Эмма раздраженно встряхнула головой. – Нет-нет, надо мыслить реально. Ну кому пришло в голову увести мою машину, да еще с такими предосторожностями? И зачем, в конце концов? Господи, неужели я могла на это купиться? Наверное, Клер вполне способна прикинуться этакой дрожащей, трепещущей, беспомощной жертвой. Мол, ну почему, почему вы мне не верите? Возможно, она и сама искренне верит своим выдумкам. Просто… – Эмма запнулась,
   – растерянно глядя на Элвиса.
   – Просто тебе захотелось ей поверить.
   – Да, черт возьми!
   – А как насчет того, что сказала малышка?
   Элвис перевел взгляд на Грейси, однако увидел только ее затылок. Она так и не подняла голову от материнской груди с того момента, как они сели к нему в полицейскую машину.
   – Тебе не хотелось бы полностью разочароваться в Клер или ты что-то почувствовала своим материнским сердцем?
   Глаза Эммы снова вспыхнули яростью, однако на этот раз она быстро взяла себя в руки. Вполне законный вопрос, в конце концов.
   – Элвис, клянусь Богом, я сама не знаю, что об этом думать.
   Она приподняла Грейси на руках, перехватила ее поудобнее. Утомленно провела рукой по вьющимся волосам дочери. Все тело словно налилось свинцовой тяжестью.
   – Мне надо об этом поразмыслить. Пожалуйста, дайте мне время. Надо подумать и поговорить с… – Эмма многозначительно кивнула на дочь. – С глазу на глаз. Как только выясню что-нибудь, я вам тут же позвоню. Обещаю.
   Элвис кинул взгляд на молчаливую, словно застывшую девочку, крепко прижавшуюся к матери, на женщину, в чьих усталых, измученных глазах проглядывала с трудом сдерживаемая страсть. Кивнул.
   – Хорошо.
   Эмма почувствовала себя так, словно из нее вынули стержень.
   – Спасибо. Спасибо за все, Элвис! – Глаза ее наполнились слезами. Она сморгнула их, взяла Элвиса за руку. – Не знаю, как бы я пережила сегодняшний день без вас. – Эмма импульсивно сжала его руку. Так же импульсивно приподнялась на цыпочки и поцеловала Элвиса в губы. – Спасибо!
   Она уже входила в дверь черного хода, когда голос Элвиса остановил ее.
   – Эмма… Если ты действительно хочешь отблагодарить меня… – Он с трудом удержал слова, готовые сорваться с языка. – Пожалуйста, не говори ни с кем о произошедшем, до тех пор пока мы не узнаем точно, что именно случилось на самом деле. Хорошо? – Увидев, как она раскрыла рот, Элвис поспешно продолжил:
   – Я знаю, все будут допытываться, где нашли Грейси. Так вот, пока говори всем, что супруги Мэкки ее нашли, и больше ничего. Прошу тебя.
   – Хорошо. Но только пока.
   – Это все, о чем я тебя прошу. Спасибо.
   Эмма кивнула и исчезла за дверью пансиона.

Глава 8

   Расставшись с Эммой, Элвис направился к Мэкки. Через пятнадцать минут он постучал в дверь их дома. На пороге появилась Клер.
   – Надо поговорить, – сказал он.
   Она открыла дверь пошире, отступила назад, и Элвис прошел в гостиную. Клер последовала за ним. Из кухни появился Сэм с бутылкой безалкогольного пива в руке.
   – Привет! – бросил он. – Хочешь? – Он указал на бутылку.
   – Да, это было бы неплохо.
   Сэм снова вышел. Вернувшись, подал Элвису охлажденную бутылку. Клер в напряженной позе сидела на кушетке. Сэм сел рядом.
   Элвис сделал глоток, поставил бутылку, серьезно посмотрел на Клер.
   – Я хотел бы услышать от тебя о сегодняшних событиях. Начни с того момента, когда Грейси появилась у дверей вашего дома. Припомни все, что сможешь.
   – Она не лгала, Элвис, если ты это имеешь в виду. И она не помешанная.
   Сэм проговорил это ровным, бесцветным тоном, однако выражение его лица и настороженность свидетельствовали о том, что он готов сражаться за жену, отстаивать ее невиновность, чего бы это ни стоило. Клер обернулась к мужу, раскрыв рот от удивления.
   Элвис подался вперед, упершись руками в колени.
   – А я разве сказал, что подозреваю ее в этом?
   – Но ты же здесь, правда? Вместо того чтобы допросить ту маленькую паршивку.
   – Сэм! – раздался изумленный возглас Клер. – Что ты говоришь! Не называй ее так, пожалуйста.
   – Действительно, Сэм, это же трехлетний ребенок! Ты что, предлагаешь устроить ей допрос с резиновым шлангом вместо плетки?
   – Не возражал бы! – Сэм взглянул на жену. – А ты почему ее защищаешь? Ты уложила девочку в кроватку Эвана, разрешила играть его игрушками, заботилась о ней. И чем она тебе за это отплатила? Ножом в спину! Оболгала тебя.
   – Она же еще ребенок, Сэмми. – Клер погладила мужа по руке, пытаясь успокоить. – А ты изображаешь ее какой-то Лолитой.., хитрой и испорченной. Она просто запуталась, вот и все.
   – Или кто-то запутал ее.
   Эти слова Элвиса тотчас привлекли внимание обоих.
   – Или она говорит правду, – продолжил он. – Успокойся, Сэм. – Элвис взглянул в глаза Клер. – Для того чтобы разобраться в случившемся, мне нужно знать все факты. Расскажи мне свою версию.
   Клер медленно заговорила, не спуская с него глаз и стараясь держаться спокойно.
   – Около часа дня в дверь позвонили. На пороге стояла Грейси, совсем одна. Это меня очень удивило: Эмма никогда не отпускала ее от себя дальше чем на несколько шагов. Но машину Эммы я сразу узнала. Она стояла в конце подъездной дорожки, со стороны утеса, развернувшись в сторону, противоположную от дома. За рулем сидела женщина, блондинка, с такими же волосами, как у Эммы. Наблюдала за Грейси в зеркальце заднего обзора. Грейси сказала мне, что ее мама спрашивает, не смогу ли я присмотреть за ней в течение нескольких часов. Я помахала Эмме рукой в знак согласия, она помахала в ответ и уехала.
   Много лет Элвис тренировался, пытаясь научиться распознавать, когда ему лгут. Сейчас интуиция подсказывала ему, что Клер говорит правду. Или сама верит в то, что говорит. Однако в ее рассказе кое-что не сходится. Эмма появилась в его офисе чуть позже часа дня. Слишком быстро. За это время она не успела бы вернуться в город, спрятать машину и домчаться до его офиса – даже если предположить, что Эмма сама выдумала всю эту невероятную историю, которую легко проверить, проследив по минутам все ее действия до того момента, когда она появилась в его кабинете и заявила, что Грейси исчезла. Но тогда как же отнестись к рассказу Клер?
   Возможно, она действительно не в себе и верит всему, о чем рассказывает. Да, это, конечно, возможно.., но… Что-то здесь не так. Слишком резко изменилось ее состояние. Это не похоже на Клер. Так что все-таки произошло? И тут Элвиса посетила еще более странная мысль. Господи…
   – Ты не заметила в поведении Грейси чего-нибудь необычного?
   – В общем, нет. Вначале она вела себя так, будто для нее это новое приключение, и была очень возбуждена. Потом, после сна, Грейси забеспокоилась, когда приедет мама. Но… Элвис.., я как-то не обратила на это особого внимания. Она такая прелесть, ее так легко отвлечь…
   Сэм громко фыркнул. Клер взволнованно обернулась к нему.
   – Ради Бога, Сэм! Я очень ценю то, что ты хочешь меня защитить – поверь мне, – но ты ведешь себя неадекватно. Изображаешь эту малышку какой-то злодейкой, которая что-то против меня замышляет.
   Сзм неопределенно хмыкнул в ответ. Однако Клер достаточно хорошо его знала. Да, муж именно так и думает, и переубедить его невозможно, хотя он и не собирается сейчас с ней об этом спорить. Черт! Иногда Сэм такой упрямый! Поразительно, от этой мысли у Клер поднялось настроение.
   Раздался звонок в дверь. Клер встала:
   – Я открою.
   Она обрадовалась возможности хотя бы на несколько минут покинуть комнату, в которой физически ощущалось почти невыносимое напряжение.
   Элвис с любопытством наблюдал за своим старым другом. Он никогда еще не видел Сэма в такой ярости – и против кого! Против безобидной маленькой девчушки. В чем же тут дело? За этим явно кроется нечто большее, чем подозрение, что ребенок лжет.
   За дверью послышался голос Эммы Сэндс. Оба насторожились.
   – Грейси хочет вам что-то сказать, Клер. Так ведь, Грейси?
   Грейси заговорила дрожащим голосом, не похожим на ее обычный жизнерадостный голосок:
   – Постите меня, мисс-ас Мзкки.
   Воцарилось напряженное молчание, после чего Эмма сурово спросила:
   – И что же дальше? Одного «простите» недостаточно. Продолжай, Грейси Мелина. Что ты еще должна сказать?
   – Я вам сказая непавду, – прошептала Грейси.
   –
   Элвис высадил их у пансиона Руби. Эмма очень надеялась сразу пройти наверх, к себе в комнату. Однако их заметили сразу же, хотя они вошли в гостиницу с черного хода. Не успела она опомниться, как их с Грейси окружила толпа.
   – Так вы нашли ее?! Слава Богу! Где она была?
   Перебивая друг друга, все выкрикивали примерно
   Одни и те же вопросы. В первый момент Эмма едва не поддалась искушению пуститься в подробный рассказ обо всех перипетиях сегодняшнего дня, едва устояв перед искушением изобразить Клер Мэкки в самом черном свете. Ее удержало обещание, данное Элвису. Но не только это. Она сознавала, что осталось еще слишком много невыясненных вопросов, слишком много неразгаданных загадок.
   Толпа между тем напирала все сильнее, крики оглушали. Грейси снова опустила голову к шее матери, крепко обвила ее руками. Эмма прижала дочь к себе, погладила по голове.
   – У нас сегодня был очень трудный день. – Она оглядела толпу, потом обратилась к Руби:
   – Прошу вас… Не будем сейчас вдаваться в подробности. Достаточно того, что Грейси в полном порядке, цела и невредима.
   – И слава Богу. – Руби погладила Грейси по волосам. Обернулась к собравшимся и заговорила сухим, деловым тоном:
   – Ну ладно, друзья, дайте им пройти. Мы обсудим все интересные подробности позже. Бонни, лапушка, посторонись. И ты, Бад, отойди с дороги, дай им пройти..
   Эмма ответила ей благодарной улыбкой.
   – Спасибо, Руби. – Она снова подняла глаза на толпу – И вам всем спасибо. Я знаю, что вы за нас беспокоились, и очень вам за это благодарна.
   Она проскользнула в узкий проход, образовавшийся благодаря усилиям Руби, и быстро поднялась по лестнице.
   Однако, даже оказавшись в знакомой комнате, Грей-си не хотела отрываться от матери. Страшное подозрение, впервые закравшееся в душу Эммы еще в машине при виде необычного поведения дочери, вернулось. Когда Грейси снова ухватилась ручонками за ее ноги, Эмма взяла дочь на руки, опустилась в кресло и усадила малышку к себе на колени. Откинув светлые завитки волос со лба девочки, она заговорила тихим, мягким голосом:
   – Тебе кто-нибудь сделал больно? Или, может быть, неприятно?
   Грейси мотнула головой.
   – Помнишь, мы с тобой говорили про стыдные местечки? – Эмма непроизвольно задержала дыхание. – Может, кто-нибудь тебя трогал там?
   – Нет.
   Эмма с облегчением вздохнула. Слава Богу! Все остальное – пустяки.
   – Кушать хочешь, сладкая моя?
   Грейси вскинула на нее большие карие глаза.
   – Немножко.
   – Знаешь, что мы с тобой сделаем? Поедем в кафе
   – «Дэйри-Фриз» и съедим по гамбургеру.
   За неимением на острове «Макдоналдса» Грейси успела полюбить «Дэйри-Фриз» больше всего. К тому же так им удастся избежать встреч со знакомыми в кафе у Руби, уйти от необходимости отвечать на вопросы, пока не имеющие ответов.
   Через десять минут они вышли из комнаты, спустились по лестнице и проскользнули через черный ход на заднюю парковочную площадку, где стоял «шевроле» Эммы. Она сняла с машины чехол, небрежно свернула и бросила в багажник. Отперла дверцу, пропустила Грейси на специально оборудованное безопасное детское сиденье, захлопнула дверцу и села за руль. Вставила ключ в зажигание, кинула сумочку на сиденье и потянулась к дочери, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Именно в этот момент Эмма почувствовала постороннее присутствие.., чей-то чужой запах… Рука замерла на полдороге, не застегнув ремень.
   Запах чьих-то духов пропитал обивку сидений и, казалось, застыл в салоне машины. Эмме вдруг показалось, будто в этом запахе она улавливает что-то смутно знакомое. Где-то совсем недавно она уже вдыхала похожий запах. Но где?.. Хоть убей, не вспомнить. Эмма обернулась к дочери. Грейси исподлобья кидала на нее виноватые взгляды. Эмма уронила руки на колени и посмотрела дочери в лицо.
   – Рассказывай, Грейси Мелина. Я хочу знать все, что произошло сегодня, и немедленно!
   Клер взглянула вниз, на несчастное личико девочки, стоявшей на пороге. Перевела глаза на ее мать. Распахнула дверь и отступила назад, чувствуя неимоверное облегчение.
   – Проходите же.
   – Я хочу присоединиться к извинениям Грейси. – Эмма и Грейси вошли в холл. – Мне следовало… – Она запнулась. Что, собственно, ей следовало сделать? Лицемерить Эмма никогда не умела. А при той информации, которой она обладала до последнего момента.., случись то же самое еще раз, Эмма скорее всего повторила бы ошибку. Она беспомощно пожала плечами. – Простите, Клер. Мне очень неловко.
   Однако сейчас, помимо того, что Эмма действительно ощущала страшную неловкость, перед ней стояла другая, гораздо более сложная проблема.
   Грейси съежилась, теснее прижалась к ногам матери. Эмма вскинула глаза – в холл вышли Сэм и Элвис. Клер, проследив за испуганным взглядом девочки, обернулась и улыбнулась, увидев мужчин.
   – Эмма и Грейси вернулись, чтобы исправить ошибку. Грейси призналась, что она сказала не правду.
   Сэм сверкнул на девочку яростным взглядом. Та попыталась укрыться за ногами матери.
   – Тебя надо бы как следует выпороть, девчонка!
   Для перепуганной вконец Грейси это оказалось последней каплей. Она привыкла к тому, что все ее хвалят, ласкают и восхищаются ею. Никто никогда не разговаривал с Грейси таким злым тоном. Похоже, этот человек действительно хотел бы отшлепать ее. Что за несчастный день сегодня! Грейси не выдержала и громко расплакалась.
   – Мама меня уже отшлепа-а-а!
   Грейси так и не поняла, что она сделала такого ужасного. Ну да, конечно, ей не следовало делать того, о чем постоянно предупреждала мама. Но ведь та дама не совсем чужая… И она, Грейси, сделала только то, что ей говорили…
   – Сэмюэл! – негодующе воскликнула Клер.
   Элвис перебил ее:
   – Черт побери, Сэм, если ты в таком настроении, пойди лучше поймай пару бабочек и оборви у них крылья!
   Он нагнулся, обнял Грейси, оторвал ее от ног матери и поднял на своем протезе. Маленькие ручонки крепко обхватили его шею. Девочка прильнула к нему, сотрясаясь от рыданий.
   – Тихо, тихо, малышка. – Элвис обнял ее голову, теснее прижал к себе, возмущенно глядя на друга. – Ш-ш-ш, все в порядке, маленькая.
   Эмма почувствовала горячую благодарность к нему, но не позволила себе расслабиться и обратила холодный взгляд на Сэма:
   – Может, вам интересно услышать, почему она сказала не правду, мистер Мэкки?
   Эмма пыталась не злиться на Сэма за его несправедливое отношение к дочери, однако это оказалось нелегко. Она всегда и во всем вставала на защиту своего ребенка. Это не было продиктовано слепым всепрощением. Эмма сознавала, что сегодня ее дочь стала причиной многих неприятностей, но вместе с тем понимала, что основная ответственность за все случившееся лежит не на Грейси.
   Почувствовав, что все трое осуждают его, Сэм наконец осознал, какую боль причинил ребенку. Сейчас к желанию защитить жену примешивались стыд и раскаяние. В конце концов стыд и раскаяние одержали верх. Ах, черт! Он же невольно сделал ребенка козлом отпущения за то, в чем был виноват сам, не поверив вначале рассказу Клер и решив, что она повредилась рассудком. Почему-то Сэм сразу вообразил, будто она пошла и похитила дочь Эммы. Лишь после того, как он услышал, что жена дала Грейси игрушки Эвана, у него закрались первые сомнения.
   Сзм беспомощно провел рукой по волосам, глядя на содрогающуюся от рыданий спину девочки.
   – Да.., мне это было бы интересно.
   Эмма перевела дыхание. Вот сейчас начинается самое трудное. Эмма перевела дыхание. Вот сейчас начинается самое трудное.
   – Грейси, расскажи нам всем, кто возил тебя сегодня кататься в маминой машине.
   Рыдания девочки начали утихать благодаря успокаивающему голосу и, теплым сильным рукам Элвиса. Она проглотила остатки слез и судорожно вздохнула.
   – Мне не хочется, ма…
   – Я знаю, что тебе не хочется, сладкая, но все равно придется. Ты сегодня очень нехорошо поступила по отношению к Клер, когда сказала не правду, будто бы это она привезла тебя к себе домой. Ты должна признаться ей, почему так поступила. Ну, расскажи всем, кто тебя сюда привез.
   Грейси отвела взгляд от человека, державшего ее на руках.
   – Мама шелифа Эйвиса…
   – Что?! – Элвис едва не уронил девочку. Встретился взглядом с Эммой. – Но это невозможно! Мама улетела…
   – Ну вот, опять она… – с отвращением пробормотал Сэм. – Этот ребенок вообще когда-нибудь говорит правду?
   Эмма начала терять терпение.
   – Замолчите, Сэм! – Огромным усилием воли она овладела собой. – Иди ко мне, крошка.
   Она взяла девочку из рук Элвиса. Обернулась к Клер, смотревшей на нее и Грейси без недоверия и скептицизма.
   – Может, мы присядем? Это довольно длинная история, а я совсем выдохлась.
   – Да, конечно, пойдемте в гостиную.
   К этому моменту Клер, кажется, готова была поверить любой дикой фантазии. Главное, что ее больше никто не считает умалишенной похитительницей чужих детей.
   Эмма без сил опустилась на диван, посадила Грейси к себе на колени, повернула лицом к остальным, обняла и подняла глаза на мужчин.
   – Полагаю, рассказ Грейси, во всяком случае, большую его часть, можно проверить. Например, позвонить в аэропорт и узнать, улетела ли Надин тем рейсом. – Она приподняла подбородок Грейси, заглянула дочери в глаза. – Расскажи шерифу, а также мистеру и миссис Мэкки все, что произошло сегодня. А вам, – Эмма снова перевела холодный взгляд на Сэма, – я буду очень благодарна, если вы воздержитесь от замечаний, пока Грейси не закончит. – Эмма посмотрела на Элвиса. – Вы допускаете, что я каким-то образом замешана в сегодняшнем исчезновении Грейси?
   – Нет, – ответил он не задумываясь. – В то время, о котором говорила Клер, это было бы никак невозможно.
   Эмма снова перевела взгляд на Сэма:
   – В таком случае вам следует задуматься вот над чем. Каким-то образом моя дочь оказалась в вашем доме в то время, как я носилась как сумасшедшая по всему городу вне себя от страха, что ее убили или изувечили. Как она оказалась у вас? Ведь она не сама сюда пришла.
   – Да-да.., вы правы. Простите меня.
   Эмма взглянула на дочь, вынула палец у нее изо рта.
   – Расскажи им все, что рассказала мне, малышка.
   – Может, не надо, ма?..
   – Надо, сладкая моя.
   Грейси глубоко вздохнула. Судорожно выдохнула.
   – Мисс-ас Дони сдеая это в лестоане.
   Она сложила три пальца вместе с большим, указательный палец согнула крючком и сделала жест, словно подзывая кого-то. Подняла глаза. Шериф и миссис Мэкки смотрели на нее с любопытством. Даже грозный мистер Мэкки, казалось, больше не сердился и с интересом слушал ее. Грейси моментально воспрянула духом: ничто на свете не доставляло ей такого удовольствия, как заинтересованная аудитория.
   – Она сказая, что мама хочет, чтобы я сыгая одну такую шутку. – Грейси улыбнулась невинной детской улыбкой. – Я очень люблю шутки.
   – Я тоже, – вмешался Элвис. – Но прежде чем ты продолжишь, давай уточним кое-что. Где ты была, когда она тебя поманила?
   – Под стоом.
   – А где была моя мать?
   Его мать!.. Элвис почувствовал физическую тошноту. Нет, здесь какая-то ошибка. Этого не может быть.
   – За двелью. В коидое.
   – И какую шутку она предложила тебе сыграть?
   – Чтобы мы плитволились, как будто она моя мама. Она взяя мамину машину и надея такие воосы, как у мамы. Очень смешно. – При этом воспоминании Грейси весело заулыбалась. Припомнила песенку, которую пела миссис Дсннеллк. – «Ты пьосто гончая собачка, и бойше ничего», – пропела она со счастливым выражением лица.
   Внутри у Элвиса все сжалось. До последнего момента он еще пытался убедить себя, что Грейси все это выдумала, неизвестно зачем. Песенка Элвиса Пресли положила конец всем его сомнениям. Больше никакого доказательства не требовалось. «Черт побери, ма, во что это ты впуталась?!»
   Элвис поднял глаза. Сэм медленно выпрямился в своем кресле. Взгляды их встретились. Да, Сэм верит в виновность Надин. Но зачем, Господи, зачем она это сделала? Какой в этом смысл? Ведь она же не могла не понимать, что рано или поздно все раскроется.
   – А почему ты сказала маме, что это я привезла тебя к себе домой, Грейси? – мягко спросила Клер.
   Грейси съежилась на коленях у матери. Именно за это ее уже отшлепали сегодня. Наверное, за это. А может быть, еще и за то, что разговаривала с посторонним человеком.
   – Мисс-ас Дони мне так пликазая. – Она осторожно взглянула на Клер, чтобы проверить ее реакцию. Увидев, что та не сердится, девочка продолжила уже немного увереннее:
   – Она сказая, если меня кто-нибудь спосит, чтобы я ответия, что мисс-ас Мэкки. Это быя часть нашей шутки.
   Сэм вскочил. Грейеи моментально съежилась. Он застыл на месте, как от удара. Боже правый, она боится его! Господи, ведь он еще совсем недавно был отцом! Ему ли не знать, как впечатлительны дети, как они податливы, как ими легко манипулировать. Они готовы пойти на все, чтобы доставить удовольствие взрослым. А он чуть не вцепился в горло этому ребенку. Но уж Надин он не спустит! Она за все ему ответит!
   Однако она наверняка не единственная виновница…
   Сэм присел на корточки перед Грейси. Девочка теснее прижалась к матери, не вынимая палец изо рта.
   – Я наговорил тебе много злых слов, – серьезно сказал он.
   – Угу.
   – А знаешь почему?
   Грейси на минуту задумалась.
   – Мама говолит, вы на меня асседились за то, что я сказая непавду.
   – Так и есть. Но теперь я вижу, что ты делала только то, что тебе велела Надин.., миссис Доннелли.
   Грейси вынула палец изо рта, глядя на него с любопытством и подозрением.