Или это лишь сон? Брэнд же не из тех, кто связывает себя обязательствами. Уиллоу готова была кусать локти. Проклятие! Проклятие! Проклятие!
Брэнд, казалось, не замечал ее замешательства. Он поднес к губам руку Уиллоу и принялся целовать ее пальчики.
– Будьте моей женой. Прошу вас.
Уиллоу соскочила на пол и инстинктивно прикрыла руками грудь. Затем накинула халат.
– Да вы с ума сошли! Зачем?! – закричала она. – Я спрашиваю, зачем вы делаете мне подобные предложения? Кто дал вам право портить мне настроение? Кто позволил задавать глупые вопросы в такие прекрасные мгновения? И вообще, кто сказал, что из меня выйдет хорошая жена? – Уиллоу окинула Брэнда презрительным взглядом. – Ничего подобного! Я буду отвратительной женой.
Брэнд уже тоже встал с постели и теперь натягивал кальсоны.
– Неправда! Из вас получилась бы прекрасная жена! По крайней мере для меня. Тем более что я по уши влюблен в вас.
– Что?.. – Уиллоу еще больше удивилась. – Этого еще не хватало!
Брэнд пожал плечами. Непонятно, почему эта женщина ведет себя таким странным образом?
– Уиллоу! Я действительно полюбил вас. Поверьте мне. Но чего вы испугались? Ведь наверняка вам и до меня предлагали руку и сердце.
– Увы, на трезвую голову вы первый предлагаете. Вы ведь не пьяны? – Уиллоу шагнула к Брэнду и принюхалась к его дыханию. – Пожалуй, немного есть.
– Так почему же вы так испугались?
– Испугалась? Глупости! Замужество меня вовсе не пугает! Но почему вы сделали мне это предложение? – Уиллоу в волнении расхаживала по мягкому восточному ковру. – Не понимаю, почему вас потянуло на подобные признания? Чего пытаетесь добиться? Да, мы были близки. Провели несколько, приятных минут. Но это ничего не значит. И не имеет ничего общего с браком! О Господи! – Казалось, Уиллоу была в отчаянии.
– Значит, вы не поклонница семейных уз? Может, вас пугает сама мысль о любви между мужчиной и женщиной?
– Почему же? Отнюдь. Но для других, не для себя. – Уиллоу прищурилась. – И уж точно не для нас.
Брэнд с усмешкой проговорил:
– Кажется, вы собираетесь все решать за меня? Может, подскажете… чему отдать предпочтение – рисовому пудингу или пюре из винных ягод?
Уиллоу не приняла шутку.
– По-моему, вы тоже не очень-то склонны жениться. По крайней мере не были до сегодняшней ночи.
– Что ж, не буду спорить. Представить себя в роли супруга… Да такое и в страшном сне не могло бы мне присниться!.. Пока я не повстречал вас.
Уиллоу растерялась. Все, что говорил Брэнд, – это было ужасно! Но кажется, в неискренности его нельзя было упрекнуть. Проклятие!
Она по-прежнему расхаживала по ковру и время от времени погладывала на Брэнда.
– Мне хорошо, с вами. – Он остановил ее и взял за плечи. – Уверяю вас: несмотря на некоторые недоразумения в начале нашего знакомства, у нас получился прекрасный деловом союз. Не знаю, как вы, а я нисколько не сомневаюсь: мы могли бы стать прекрасной супружеской парой…
Отступив на шаг, Уиллоу проговорила:
– Конечно, же, вы мне тоже небезразличны. Разве можно по собственной, воле оказаться в постели с человеком который тебе неприятен? Но связать себя узами брака? Нет, увольте. Я не собираюсь становиться вашей женой, вообще не собираюсь выходить замуж. Прошу, Брэнд, поймите меня.
Он скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Уиллоу:
– Нет, не могу вас понять. Совершенно вас не понимаю. Ведь мне не каждый день случается делать предложение женщине. Не очень-то приятно получать отказ. К тому же я не вижу серьезных причин для отказа.
Уиллоу тяжко вздохнула. Упрямство Брэнда становилось невыносимым.
– Кажется, я вам уже объяснила. Но могу сказать еще раз. Поймите, я вообще не собираюсь выходить замуж!
– Что ж, понятно. – Брэнд шатнул к кровати и сгреб в охапку подушку и свое одеяло. – В таком случае удаляюсь в гостиную.
– Останьтесь, – попросила Уиллоу.
Брэнд уставился на нее в замешательстве:
– Вы не собираетесь выходить за меня замуж, но и не гоните прочь. Что за странная игра?
– Это вовсе не игра. Это правда. Правда, которую вы никак не можете уяснить. Чтобы быть вместе, совсем не обязательно связывать себя узами брака.
Брэнду сначала показалось, что он ослышался.
– Значит, после всего, что произошло между нами, – проговорил он наконец, – я могу надеяться на продолжение?
Этот вопрос Брэнда рассмешил Уиллоу. Ах, какой забавный он в минуты растерянности!
– Разумеется, можете. Но при одном условии. Вы прекращаете всякие разговоры о супружестве!
Брэнд нахмурился:
– Пожалуй, это условие ничуть не лучше вашего отказа. Неужели вы действительно не собираетесь выходить замуж?
– О Господи, да я уже дважды вам об этом говорила. А что здесь плохого? – Уиллоу пожала плечами. – Кажется, свобода гораздо лучше всяких условностей. Мужчины всегда ценили независимость…
– Я не из их числа, – перебил Брэнд и швырнул на пол подушку с одеялом. Пристально глядя на Уиллоу, он продолжал: – Ваше предложение мне совсем не по душе. Оно… как бы сказать… оно понижает уровень наших отношений. Одно дело – встречаться с любовницей, зная, что каждая новая встреча – лишь кратковременный союз ради физического удовлетворения. И совсем иное – влечение к женщине, которую хотел бы видеть своей женой.
– Прекратите! – не выдержала Уиллоу. – Вы все слишком усложняете. Нет ничего предосудительного в том, что мы будем вместе искать преступника и подарим друг другу несколько приятных ночей.
– А вы не думали о возможных последствиях? О детях не подумали? – Уиллоу в смущении проговорила:
– Знаете, я ожидала, что вы окажетесь более просвещенным… Ведь я взрослая женщина и знаю, как обезопасить себя. Жаль, вы недолго пробыли в «Серебряной шпоре». А то наверняка кое-что узнали бы. Так что не стоит об этом беспокоиться.
Брэнд молчал, и Уиллоу уже решила, что он сейчас повернется и уйдет. И тогда – все пропало. Тогда она уже не сможет наслаждаться его страстными объятиями.
– Не стану вас удерживать, – пробормотала она. – В конце концов, я все понимаю. Но лучше было бы, если бы вы не уходили. Прошу только об одном: не заводите снова разговоров о браке. Эта тема раз и навсегда закрыта.
Брэнд довольно долго молчал. Наконец проговорил:
– Думаете, оказавшись в подобной ситуации, любой мужчина чувствовал бы себя счастливцем?
– Я не очень-то хорошо знаю мужчин, но, пожалуй… пожалуй, сказала бы «да».
Шагнув к Уиллоу, Брэнд взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза.
– Что ж, тогда мне остается только гордиться тем, что я мужчина. Обещаю больше не досаждать вам разговорами о супружеских узах. Но учтите, Уиллоу, я все же постараюсь вас образумить. – Он усмехнулся. – Ведь не станете же вы обвинять мужчину за то, что он стремится очаровать красивую женщину?
Уиллоу вздохнула:
– Нет, наверное, не стану.
– Вот и хорошо. Потому что у меня есть одна задумка.
– Какая задумка? – удивилась Уиллоу.
В следующее мгновение Брэнд привлек ее к себе, и Уиллоу почувствовала, что ей уже ни о чем не хочется спорить.
– М-м… Я собираюсь домогаться вас, – пробормотал Брэнд, осыпая поцелуями ее лицо.
– И. как… как это будет происходить? – прошептала она.
– Пожалуй, начнем здесь… – Брэнд принялся целовать ее шею. – Потом спустимся сюда. – Он распахнул полы шелкового халатика, и его горячие губы, коснулись набухших сосков.
– О да, – выдохнула Уиллоу и запустила пальцы в его волосы. – Пожалуй, именно так.
Уиллоу не заметила, как снова очутилась на постели. «Задумка» Брэнда, вполне пришлась ей по душе.
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Брэнд, казалось, не замечал ее замешательства. Он поднес к губам руку Уиллоу и принялся целовать ее пальчики.
– Будьте моей женой. Прошу вас.
Уиллоу соскочила на пол и инстинктивно прикрыла руками грудь. Затем накинула халат.
– Да вы с ума сошли! Зачем?! – закричала она. – Я спрашиваю, зачем вы делаете мне подобные предложения? Кто дал вам право портить мне настроение? Кто позволил задавать глупые вопросы в такие прекрасные мгновения? И вообще, кто сказал, что из меня выйдет хорошая жена? – Уиллоу окинула Брэнда презрительным взглядом. – Ничего подобного! Я буду отвратительной женой.
Брэнд уже тоже встал с постели и теперь натягивал кальсоны.
– Неправда! Из вас получилась бы прекрасная жена! По крайней мере для меня. Тем более что я по уши влюблен в вас.
– Что?.. – Уиллоу еще больше удивилась. – Этого еще не хватало!
Брэнд пожал плечами. Непонятно, почему эта женщина ведет себя таким странным образом?
– Уиллоу! Я действительно полюбил вас. Поверьте мне. Но чего вы испугались? Ведь наверняка вам и до меня предлагали руку и сердце.
– Увы, на трезвую голову вы первый предлагаете. Вы ведь не пьяны? – Уиллоу шагнула к Брэнду и принюхалась к его дыханию. – Пожалуй, немного есть.
– Так почему же вы так испугались?
– Испугалась? Глупости! Замужество меня вовсе не пугает! Но почему вы сделали мне это предложение? – Уиллоу в волнении расхаживала по мягкому восточному ковру. – Не понимаю, почему вас потянуло на подобные признания? Чего пытаетесь добиться? Да, мы были близки. Провели несколько, приятных минут. Но это ничего не значит. И не имеет ничего общего с браком! О Господи! – Казалось, Уиллоу была в отчаянии.
– Значит, вы не поклонница семейных уз? Может, вас пугает сама мысль о любви между мужчиной и женщиной?
– Почему же? Отнюдь. Но для других, не для себя. – Уиллоу прищурилась. – И уж точно не для нас.
Брэнд с усмешкой проговорил:
– Кажется, вы собираетесь все решать за меня? Может, подскажете… чему отдать предпочтение – рисовому пудингу или пюре из винных ягод?
Уиллоу не приняла шутку.
– По-моему, вы тоже не очень-то склонны жениться. По крайней мере не были до сегодняшней ночи.
– Что ж, не буду спорить. Представить себя в роли супруга… Да такое и в страшном сне не могло бы мне присниться!.. Пока я не повстречал вас.
Уиллоу растерялась. Все, что говорил Брэнд, – это было ужасно! Но кажется, в неискренности его нельзя было упрекнуть. Проклятие!
Она по-прежнему расхаживала по ковру и время от времени погладывала на Брэнда.
– Мне хорошо, с вами. – Он остановил ее и взял за плечи. – Уверяю вас: несмотря на некоторые недоразумения в начале нашего знакомства, у нас получился прекрасный деловом союз. Не знаю, как вы, а я нисколько не сомневаюсь: мы могли бы стать прекрасной супружеской парой…
Отступив на шаг, Уиллоу проговорила:
– Конечно, же, вы мне тоже небезразличны. Разве можно по собственной, воле оказаться в постели с человеком который тебе неприятен? Но связать себя узами брака? Нет, увольте. Я не собираюсь становиться вашей женой, вообще не собираюсь выходить замуж. Прошу, Брэнд, поймите меня.
Он скрестил руки на груди и пристально посмотрел на Уиллоу:
– Нет, не могу вас понять. Совершенно вас не понимаю. Ведь мне не каждый день случается делать предложение женщине. Не очень-то приятно получать отказ. К тому же я не вижу серьезных причин для отказа.
Уиллоу тяжко вздохнула. Упрямство Брэнда становилось невыносимым.
– Кажется, я вам уже объяснила. Но могу сказать еще раз. Поймите, я вообще не собираюсь выходить замуж!
– Что ж, понятно. – Брэнд шатнул к кровати и сгреб в охапку подушку и свое одеяло. – В таком случае удаляюсь в гостиную.
– Останьтесь, – попросила Уиллоу.
Брэнд уставился на нее в замешательстве:
– Вы не собираетесь выходить за меня замуж, но и не гоните прочь. Что за странная игра?
– Это вовсе не игра. Это правда. Правда, которую вы никак не можете уяснить. Чтобы быть вместе, совсем не обязательно связывать себя узами брака.
Брэнду сначала показалось, что он ослышался.
– Значит, после всего, что произошло между нами, – проговорил он наконец, – я могу надеяться на продолжение?
Этот вопрос Брэнда рассмешил Уиллоу. Ах, какой забавный он в минуты растерянности!
– Разумеется, можете. Но при одном условии. Вы прекращаете всякие разговоры о супружестве!
Брэнд нахмурился:
– Пожалуй, это условие ничуть не лучше вашего отказа. Неужели вы действительно не собираетесь выходить замуж?
– О Господи, да я уже дважды вам об этом говорила. А что здесь плохого? – Уиллоу пожала плечами. – Кажется, свобода гораздо лучше всяких условностей. Мужчины всегда ценили независимость…
– Я не из их числа, – перебил Брэнд и швырнул на пол подушку с одеялом. Пристально глядя на Уиллоу, он продолжал: – Ваше предложение мне совсем не по душе. Оно… как бы сказать… оно понижает уровень наших отношений. Одно дело – встречаться с любовницей, зная, что каждая новая встреча – лишь кратковременный союз ради физического удовлетворения. И совсем иное – влечение к женщине, которую хотел бы видеть своей женой.
– Прекратите! – не выдержала Уиллоу. – Вы все слишком усложняете. Нет ничего предосудительного в том, что мы будем вместе искать преступника и подарим друг другу несколько приятных ночей.
– А вы не думали о возможных последствиях? О детях не подумали? – Уиллоу в смущении проговорила:
– Знаете, я ожидала, что вы окажетесь более просвещенным… Ведь я взрослая женщина и знаю, как обезопасить себя. Жаль, вы недолго пробыли в «Серебряной шпоре». А то наверняка кое-что узнали бы. Так что не стоит об этом беспокоиться.
Брэнд молчал, и Уиллоу уже решила, что он сейчас повернется и уйдет. И тогда – все пропало. Тогда она уже не сможет наслаждаться его страстными объятиями.
– Не стану вас удерживать, – пробормотала она. – В конце концов, я все понимаю. Но лучше было бы, если бы вы не уходили. Прошу только об одном: не заводите снова разговоров о браке. Эта тема раз и навсегда закрыта.
Брэнд довольно долго молчал. Наконец проговорил:
– Думаете, оказавшись в подобной ситуации, любой мужчина чувствовал бы себя счастливцем?
– Я не очень-то хорошо знаю мужчин, но, пожалуй… пожалуй, сказала бы «да».
Шагнув к Уиллоу, Брэнд взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза.
– Что ж, тогда мне остается только гордиться тем, что я мужчина. Обещаю больше не досаждать вам разговорами о супружеских узах. Но учтите, Уиллоу, я все же постараюсь вас образумить. – Он усмехнулся. – Ведь не станете же вы обвинять мужчину за то, что он стремится очаровать красивую женщину?
Уиллоу вздохнула:
– Нет, наверное, не стану.
– Вот и хорошо. Потому что у меня есть одна задумка.
– Какая задумка? – удивилась Уиллоу.
В следующее мгновение Брэнд привлек ее к себе, и Уиллоу почувствовала, что ей уже ни о чем не хочется спорить.
– М-м… Я собираюсь домогаться вас, – пробормотал Брэнд, осыпая поцелуями ее лицо.
– И. как… как это будет происходить? – прошептала она.
– Пожалуй, начнем здесь… – Брэнд принялся целовать ее шею. – Потом спустимся сюда. – Он распахнул полы шелкового халатика, и его горячие губы, коснулись набухших сосков.
– О да, – выдохнула Уиллоу и запустила пальцы в его волосы. – Пожалуй, именно так.
Уиллоу не заметила, как снова очутилась на постели. «Задумка» Брэнда, вполне пришлась ей по душе.
Глава 22
Дни пролетали незаметно. Сразу после завтрака Уиллоу с Брэндом отправлялись следить за Вирджшюм Чатемом, вечера проводили в театре и на балах, в кругу друзей и знакомых Джеймса и Мэри Ксавье, а быстротечные ночи проходили так же, как их первая ночь в доме. Однако Брэнд держал слово – ни разу не заговорил о браке.
Но наконец настал день, когда им следовало явиться к Пинкертону для доклада.
– Даже не знаю, что еще предпринять, – говорила Уиллоу, сидя в кабинете Роберта. – Мы отслеживаем каждый его шаг. Чатем не так уж часто выходит из дома. В основном чтобы побывать в церкви…
И все же она чувствовала: они с Брэндом идут по верному пути. Только бы убедить в этом Роберта. Во-первых, Чатем почти ежедневно посещал богослужения, а во-вторых, его дом находился всего в нескольких кварталах от пристани, где полиция находила трупы женщин.
– Пришлось даже установить наблюдение за его слугой, – добавила Уиллоу.
– Да-да, необычайно уродливый тип, – усмехнулся Брэнд. – Представьте, выше меня ростом и совершенно голый череп. К тому же от него не услышишь ни слова. Нем как рыба.
– И что вы собираетесь делать? – спросил Роберт. Уиллоу поняла, что шеф недоволен. Что ж, ничего удивительного. Ведь особых успехов они с Брэндом не добились. План дальнейших действий родился у нее с молниеносной быстротой. Покосившись на своего напарника, она проговорила:
– Думаю, мы так и не добьемся результата, если будем просто следить за Чатемом. Лучше всего поймать убийцу на приманку.
– На приманку? – удивился Роберт.
Брэнд промолчал, однако нахмурился.
Уиллоу тяжко вздохнула. Она чувствовала, что ее план не вызовет у мужчин бурного восторга.
– Мне надо прикинуться проституткой и самой пойти в доки.
– Нет! Ни в коем случае! – Брэнд вскочил, опрокинув стул. Уиллоу увидела, что глаза его пылают; казалось, вот-вот вспыхнут ресницы.
Стараясь держать себя в руках, Уиллоу продолжала:
– Но это единственное, что нам остается. Если преступник не собирается останавливаться, он опять появится в доках и выберет новую жертву.
– Нет! – не унимался Брэнд.
– Мистер Донован прав, – вмешался Роберт. – Это слишком опасно. У нас просто не хватит людей, чтобы расставить их повсюду. А вот если хотите, чтобы ночная жизнь порта была под контролем, – я готов подключить к делу еще нескольких детективов.
– Но они же не смогут находиться одновременно повсюду, – сказала Уиллоу. – Представьте, что детектив видит, как к докам подъезжает экипаж, мужчина подзывает к себе женщину и увозит, чтобы развлечься с ней. Он тоже садится в коляску и следует за экипажем. А в это время Чатем совершает преступление! Или наоборот. Возможно, мы ошиблись и Чатем – просто один из тех, кто пользуется услугами портовых проституток. Все наши агенты бросаются за Чатемом – и упускают настоящего убийцу! Поймите, Роберт, невозможно выслеживать всех мужчин, приезжающих в доки.
Пинкертон молча пожал плечами. Но Брэнд вдруг спросил:
– И что же нам остается? Смотреть, как вы садитесь в неизвестный экипаж и уезжаете неизвестно куда? Ведь вас изнасилуют и убьют! Вы этого хотите? Или все-таки образумитесь? Согласитесь, что я прав.
– Конечно, нет, – заявила Уиллоу. Впрочем, она прекрасно понимала, что Донован очень за нее беспокоится – Поймите, Брэнд, самое страшное, что меня ожидает, – это оказаться в одном экипаже с мужчиной. Но если повсюду будут расставлены наши люди, то им не придется догонять все экипажи. Надо будет следить лишь за одним. Хотя, возможно, так далеко дело не зайдет, – добавила она. – Может, мне будет достаточно побродить по пристани часок-другой, и все станет ясно.
– Что-то не по душе мне эта затея, – поморщился Брэнд. – Нет, я на это не пойду.
Уиллоу в поисках поддержки взглянула на Роберта. Но Пинкертон по-прежнему молчал. Было очевидно, что и ему не по душе план детектива Хейстингз.
– Значит, вы на это не пойдете?! – вскричала Уиллоу. Она вскочила на ноги и пристально посмотрела в глаза Брэнда. – Имейте в виду, мистер Донован, я не позволю вам принимать за меня решения. Вы мне не отец, не брат и не муж. И не ваше дело указывать, что мне можно делать, а чего нельзя. Я сама знаю, как поступить, знаю, как поймать преступника. И я одна пойду в доки!
Брэнд в ярости стиснул зубы. Брови его сошлись на переносице. И тем более неожиданными оказатись его слова:
– Что ж, прекрасно. Я пойду с вами.
– Вот и хорошо, – кивнула Уиллоу. – И не беспокойтесь, ведь мы повсюду расставим наших людей. Вы прекрасно знаете в лицо и Вирджила Чатема, и многих других знакомых супругов Ксавье. Так что без труда узнаете нужного нам человека.
– Боюсь, вы не поняли меня, – усмехнулся Брэнд. – Я вовсе не собираюсь прятаться в тени, в то время как вы будете подвергать себя опасности. Мы будем прохаживаться по пристани вместе.
– Это невозможно! – заявила Уиллоу, опускаясь на стул. – Любой приехавший в доки подумает, что я уже нашла клиента. И если Чатем или кто-то другой узнает вас, то все наши планы рухнут.
– Но я не оставлю вас, – упорствовал Брэнд.
– Довольно! – неожиданно раздался голос Пинкертона. – Эта затея мне совсем не нравится. Боюсь, она опасна для вас обоих.
– Зря беспокоитесь, Роберт, – сказала Уиллоу. – Поверьте, мне приходилось оказываться, в более опасных ситуациях, чем эта. Когда знаешь, что свои люди в любой момент готовы прийти на помощь, ничего не страшно. Роберт поморщился:
– И все же я не позволю вам рисковать. – Брэнд с укоризной посмотрел на Пинкертона.
– Ладно, Донован, пойдете вместе с ней, – сказал тот после некоторого раздумья. – Будете все время находиться неподалеку от Уиллоу, но так, чтобы никто из вас не выдал себя.
Роберт взглянул на Уиллоу, и она невольно улыбнулась.
– Что-нибудь еще? – поинтересовался Пинкертон. Ему совершенно не хотелось становиться участником очередного спора своих подчиненных. Однако никто из них не проронил ни слова. – Вот и хорошо. Как только будете готовы, дайте знать. Я выделю столько помощников, сколько понадобится.
– Нет, не согласен, – в который уже раз заявил Брэнд.
– А мне кажется, идея превосходная, – вмешалась в разговор Мэри Ксавье. – Правда, будет непросто претворить ее в жизнь, но я верю, что все получится.
Брэнд, с удивлением поглядывал на женщин и хмурился. Да они словно сговорились! Это же безумие! Мало ему хлопот с Уиллоу, а тут еще и миссис Ксавье. И не только поддержала затею, но и согласилась помочь.
– Думаю, кое-что мы одолжим у кухарки, – сообщила Мэри. – А остальное сумеем подогнать по фигуре.
– Придется поторопиться. – Уиллоу носилась по комнате, собирая с кресел и стульев одежду и складывая ее на кровать. – Надо, чтобы к выходу из дома все было готово. Ведь переодеваться придется сразу же после спектакля. Времени останется не много. Поэтому надо подготовить костюм прямо сейчас.
– Нет уж, увольте! – воскликнул Брэнд. Он никак не мог смириться с новой идеей своей напарницы. – Хотя я и дал слово Роберту, но не думал, что дело зайдет так далеко. Лучше поеду из театра домой.
Уиллоу посмотрела на Брэнда с мольбой в глазах.
– Но ведь Роберт будет думать, что я в безопасности, – проговорила она.
Брэнд со вздохом плюхнулся на диван. О Господи, эта женщина просто невыносима!
– Пожалуй, схожу на кухню, посмотрю, что можно позаимствовать у нашей кухарки, – как ни в чем не бывало сказала Мэри. Казалось, она не собиралась считаться с мнением Брэнда. – Пора начинать примерку.
Миссис Ксавье направилась к двери, но вдруг остановилась. Немного помолчав, сказала:
– Не знаю, как благодарить вас. Вы столько сил отдаете на то, чтобы найти убийцу нашей дорогой Ивонны! – Голос Мэри дрогнул. Она хотела сказать еще что-то, но разрыдалась и выбежала из комнаты.
Слова несчастной женщины ошеломили Уиллоу. Брэнду же стало не по себе. Он тотчас забыл о самолюбии и обо всех своих возражениях. И понял, что должен сделать все, чтобы помочь Мэри найти убийцу!
Господи, только бы все побыстрее закончилось!
– Так что от меня потребуется? – спросил он. Лицо Уиллоу прояснилось.
– Раздевайтесь, и мы посмотрим, что из одежды подойдет.
Уиллоу рассматривала разложенные на кровати вещи, а ее напарник тем временем снял рубашку, ботинки и брюки и остался в одних панталонах.
Брэнд знал, что прекрасно сложен. Широкие плечи, узкие бедра и могучая грудь… Стоя сейчас перед Уиллоу, он видел, что она им любуется. Уиллоу же не только любовалась, но и всем своим видом давала понять, что сгорает от желания. И Брэнд вдруг почувствовал, что и его к ней влечет.
– Миссис Ксавье вернется через несколько минут, и у нас есть немного времени. – Он шагнул к Уиллоу, хотя знал, что Мэри может вернуться в любой момент.
Уиллоу поняла намек и отрицательно покачала головой:
– Нет, Брэнд. Это невозможно.
Она откашлялась и покосилась на дверь. Было очевидно, что сейчас не самое подходящее время для страстных объятий.
– Думаю, по поводу чулок и ботинок беспокоиться не стоит, – продолжала Уиллоу. – Можете надеть свои. Под длинной юбкой их никто не заметит.
Брэнд шумно выдохнул. Ничего не поделаешь – пришлось возвращаться к суровой действительности.
– Но надо что-то придумать с вашим бюстом. – Уиллоу склонилась над кроватью и вскоре нашла то, что искала.
Брэнд в ужасе уставился на свою напарницу.
– Что вы собираетесь со мной делать? – воскликнул он, увидев в ее руках бюстгальтер и корсет.
– Ну, видите ли… у мужчин обычно слишком широкие плечи и узкие бедра. Придется придать вашей фигуре необходимые формы.
Потом, расхаживая вокруг Брэнда, Уиллоу долго возилась со шнурками и тесьмой – затягивала в одном месте и ослабляла в другом.
– Вот так, очень хорошо. Подержите-ка здесь, – сказала она наконец. – Теперь глубоко вдохните. Так, прекрасно. И задержите дыхание.
Брэнд стоял навытяжку, а Уиллоу что-то бесконечно обмеривала, привязывала и подгоняла. Казалось, мучениям не будет конца. Он тяжко вздохнул, чем вызвал искренний смех Уиллоу.
– Эй, да не будьте же ребенком! Женщины каждый день проходят через это.
Какое счастье, что он не женщина! И кто только придумал эти ужасные женские штучки? Лишь раз увидев, какие следы остались на коже Уиллоу от косточек корсета, Брэнд возненавидел корсеты. И вот теперь сам оказался в этой роли!
– Кажется, вы успели заметить, что я не женщина, – съязвил Брэнд.
– Ох, в этом я успела убедиться в полной мере, – снова рассмеялась Уиллоу. Сейчас она пыталась с помощью скомканных чулок придать пышность ягодицам Брэнда. – Вдохните еще разок. – Она склонила голову, чтобы полюбоваться своей работой.
Затем Уиллоу вытащила из ящиков комода еще несколько пар толстых шерстяных чулок и, скомкав их, занялась «бюстом» Брэнда.
– Но-но, поаккуратнее! – воскликнул он. – Кажется, вы слишком увлеклись. Пожалуй, моя грудь станет больше вашей!
– Не беспокойтесь. Женская фигура должна быть пропорциональной. А с учетом вашего роста… Я даже не стану вступать в состязание! – Уиллоу наполнила чашечку бюстгальтера очередной парой чулок. – А если уж ваши пышные формы будут выглядеть слишком соблазнительно, то обещаю, что тоже надену бюстгальтер! Что ж, теперь можно повернуться!
Брэнд повернулся и, увидев свое отражение в овальном зеркале, чуть не лишился чувств. Забавное было зрелище! Хлопковые панталоны до колен – и мощный торс, затянутый в корсет. Мускулистые руки – и пышная грудь!
– Господи, на кого же я похож? Наверное, на покойную матушку! Да они с отцом оба перевернулись бы в гробу, если бы только увидели, как вырядился их сын!
– Ничего, не беспокойтесь! – улыбнулась Уиллоу. – К тому же так надо для нашего общего дела. Ваши родители гордились бы вами, если бы узнали, что их сын на все готов ради поисков убийцы!
– Вы их не знали, – вполголоса пробормотал Брэнд. За дверью послышались торопливые женские шаги.
– О Боже! – Миссис Ксавье замерла на пороге, прижимая к груди ворох одежды. – Пожалуй, лучше примерить вот это. А в таком виде вам едва ли удастся изображать женщину! Господи, никогда не видела таких волосатых ног! – Она чуть прищурилась. – Даже у Джеймса!
Мэри протянула Уиллоу позаимствованную у кухарки одежду. Теперь подле Брэнда суетились сразу две женщины. Миссис Ксавье помогала просовывать его руки в рукава просторной бежевой блузки, а Уиллоу застегивала на талии широкую темно-синюю юбку. Потом на голову Брэнда водрузили светлый парик и закрепили его несколькими ужасно острыми шпильками. Миссис Ксавье с гордостью сообщила, что приобрела парик специально для предстоящей операции и жертвует в пользу агентства Пинкертона.
Наконец с переодеванием было покончено. Брэнд рассматривал отражение в зеркале и глазам своим не верил. Он превратился в рослую крутобедрую даму. Правда, не слишком привлекательную и не очень-то женственную, скорее – нескладную и неуклюжую. Однако издали его вполне можно было принять за представительницу прекрасного пола.
– Жаль, совсем не осталось времени повозиться с гримом, – сказала Уиллоу. – Придется гладко побриться перед выездом в театр. Иначе кто-нибудь заметит щетину! Итак, решено: после спектакля мы садимся в экипаж и по дороге к докам переодеваемся.
Брэнд облегченно вздохнул. Слава Богу, мужчины бреются без помощи женщин! Сейчас ему больше всего на свете хотелось освободиться от опеки и вдохнуть полной грудью.
– Интересно, как теперь прикажете дышать? – Он повернулся к дамам и скорчил гримасу.
– Очень осторожно, – ответила Уиллоу, едва удерживаясь от смеха. На дородную даму, в которую превратился Брэнд, невозможно было смотреть без улыбки.
– Пожалуй, ему лучше прикрыть плечи шалью, – заметила миссис Ксавье и отправилась в гардеробную.
Брэнд вздыхал и кряхтел, не в силах смириться с навязанной ему «женской» ролью.
– Ну как, довольны своей работой? – пробурчал он. – Когда закончится этот маскарад, непременно отомщу за издевательство!
Уиллоу подняла голову, и взгляды их встретились. Она прекрасно поняла, какую месть Брэнд имеет в виду и что происходит в эти минуты в его душе. Не говоря ни слова, она шагнула к нему и заключила его в объятия. Даже в корсете, даже в женских одеждах тело Брэнда оставалось телом мужчины.
– Мне остается лишь с нетерпением ждать обещанного отмщения! – со смехом проговорила Уиллоу.
Она опустила глаза и увидела, что синяя юбка Брэнда подозрительно топорщится – давало о себе знать то, что не удалось бы замаскировать никакими ухищрениями.
Но наконец настал день, когда им следовало явиться к Пинкертону для доклада.
– Даже не знаю, что еще предпринять, – говорила Уиллоу, сидя в кабинете Роберта. – Мы отслеживаем каждый его шаг. Чатем не так уж часто выходит из дома. В основном чтобы побывать в церкви…
И все же она чувствовала: они с Брэндом идут по верному пути. Только бы убедить в этом Роберта. Во-первых, Чатем почти ежедневно посещал богослужения, а во-вторых, его дом находился всего в нескольких кварталах от пристани, где полиция находила трупы женщин.
– Пришлось даже установить наблюдение за его слугой, – добавила Уиллоу.
– Да-да, необычайно уродливый тип, – усмехнулся Брэнд. – Представьте, выше меня ростом и совершенно голый череп. К тому же от него не услышишь ни слова. Нем как рыба.
– И что вы собираетесь делать? – спросил Роберт. Уиллоу поняла, что шеф недоволен. Что ж, ничего удивительного. Ведь особых успехов они с Брэндом не добились. План дальнейших действий родился у нее с молниеносной быстротой. Покосившись на своего напарника, она проговорила:
– Думаю, мы так и не добьемся результата, если будем просто следить за Чатемом. Лучше всего поймать убийцу на приманку.
– На приманку? – удивился Роберт.
Брэнд промолчал, однако нахмурился.
Уиллоу тяжко вздохнула. Она чувствовала, что ее план не вызовет у мужчин бурного восторга.
– Мне надо прикинуться проституткой и самой пойти в доки.
– Нет! Ни в коем случае! – Брэнд вскочил, опрокинув стул. Уиллоу увидела, что глаза его пылают; казалось, вот-вот вспыхнут ресницы.
Стараясь держать себя в руках, Уиллоу продолжала:
– Но это единственное, что нам остается. Если преступник не собирается останавливаться, он опять появится в доках и выберет новую жертву.
– Нет! – не унимался Брэнд.
– Мистер Донован прав, – вмешался Роберт. – Это слишком опасно. У нас просто не хватит людей, чтобы расставить их повсюду. А вот если хотите, чтобы ночная жизнь порта была под контролем, – я готов подключить к делу еще нескольких детективов.
– Но они же не смогут находиться одновременно повсюду, – сказала Уиллоу. – Представьте, что детектив видит, как к докам подъезжает экипаж, мужчина подзывает к себе женщину и увозит, чтобы развлечься с ней. Он тоже садится в коляску и следует за экипажем. А в это время Чатем совершает преступление! Или наоборот. Возможно, мы ошиблись и Чатем – просто один из тех, кто пользуется услугами портовых проституток. Все наши агенты бросаются за Чатемом – и упускают настоящего убийцу! Поймите, Роберт, невозможно выслеживать всех мужчин, приезжающих в доки.
Пинкертон молча пожал плечами. Но Брэнд вдруг спросил:
– И что же нам остается? Смотреть, как вы садитесь в неизвестный экипаж и уезжаете неизвестно куда? Ведь вас изнасилуют и убьют! Вы этого хотите? Или все-таки образумитесь? Согласитесь, что я прав.
– Конечно, нет, – заявила Уиллоу. Впрочем, она прекрасно понимала, что Донован очень за нее беспокоится – Поймите, Брэнд, самое страшное, что меня ожидает, – это оказаться в одном экипаже с мужчиной. Но если повсюду будут расставлены наши люди, то им не придется догонять все экипажи. Надо будет следить лишь за одним. Хотя, возможно, так далеко дело не зайдет, – добавила она. – Может, мне будет достаточно побродить по пристани часок-другой, и все станет ясно.
– Что-то не по душе мне эта затея, – поморщился Брэнд. – Нет, я на это не пойду.
Уиллоу в поисках поддержки взглянула на Роберта. Но Пинкертон по-прежнему молчал. Было очевидно, что и ему не по душе план детектива Хейстингз.
– Значит, вы на это не пойдете?! – вскричала Уиллоу. Она вскочила на ноги и пристально посмотрела в глаза Брэнда. – Имейте в виду, мистер Донован, я не позволю вам принимать за меня решения. Вы мне не отец, не брат и не муж. И не ваше дело указывать, что мне можно делать, а чего нельзя. Я сама знаю, как поступить, знаю, как поймать преступника. И я одна пойду в доки!
Брэнд в ярости стиснул зубы. Брови его сошлись на переносице. И тем более неожиданными оказатись его слова:
– Что ж, прекрасно. Я пойду с вами.
– Вот и хорошо, – кивнула Уиллоу. – И не беспокойтесь, ведь мы повсюду расставим наших людей. Вы прекрасно знаете в лицо и Вирджила Чатема, и многих других знакомых супругов Ксавье. Так что без труда узнаете нужного нам человека.
– Боюсь, вы не поняли меня, – усмехнулся Брэнд. – Я вовсе не собираюсь прятаться в тени, в то время как вы будете подвергать себя опасности. Мы будем прохаживаться по пристани вместе.
– Это невозможно! – заявила Уиллоу, опускаясь на стул. – Любой приехавший в доки подумает, что я уже нашла клиента. И если Чатем или кто-то другой узнает вас, то все наши планы рухнут.
– Но я не оставлю вас, – упорствовал Брэнд.
– Довольно! – неожиданно раздался голос Пинкертона. – Эта затея мне совсем не нравится. Боюсь, она опасна для вас обоих.
– Зря беспокоитесь, Роберт, – сказала Уиллоу. – Поверьте, мне приходилось оказываться, в более опасных ситуациях, чем эта. Когда знаешь, что свои люди в любой момент готовы прийти на помощь, ничего не страшно. Роберт поморщился:
– И все же я не позволю вам рисковать. – Брэнд с укоризной посмотрел на Пинкертона.
– Ладно, Донован, пойдете вместе с ней, – сказал тот после некоторого раздумья. – Будете все время находиться неподалеку от Уиллоу, но так, чтобы никто из вас не выдал себя.
Роберт взглянул на Уиллоу, и она невольно улыбнулась.
– Что-нибудь еще? – поинтересовался Пинкертон. Ему совершенно не хотелось становиться участником очередного спора своих подчиненных. Однако никто из них не проронил ни слова. – Вот и хорошо. Как только будете готовы, дайте знать. Я выделю столько помощников, сколько понадобится.
– Нет, не согласен, – в который уже раз заявил Брэнд.
– А мне кажется, идея превосходная, – вмешалась в разговор Мэри Ксавье. – Правда, будет непросто претворить ее в жизнь, но я верю, что все получится.
Брэнд, с удивлением поглядывал на женщин и хмурился. Да они словно сговорились! Это же безумие! Мало ему хлопот с Уиллоу, а тут еще и миссис Ксавье. И не только поддержала затею, но и согласилась помочь.
– Думаю, кое-что мы одолжим у кухарки, – сообщила Мэри. – А остальное сумеем подогнать по фигуре.
– Придется поторопиться. – Уиллоу носилась по комнате, собирая с кресел и стульев одежду и складывая ее на кровать. – Надо, чтобы к выходу из дома все было готово. Ведь переодеваться придется сразу же после спектакля. Времени останется не много. Поэтому надо подготовить костюм прямо сейчас.
– Нет уж, увольте! – воскликнул Брэнд. Он никак не мог смириться с новой идеей своей напарницы. – Хотя я и дал слово Роберту, но не думал, что дело зайдет так далеко. Лучше поеду из театра домой.
Уиллоу посмотрела на Брэнда с мольбой в глазах.
– Но ведь Роберт будет думать, что я в безопасности, – проговорила она.
Брэнд со вздохом плюхнулся на диван. О Господи, эта женщина просто невыносима!
– Пожалуй, схожу на кухню, посмотрю, что можно позаимствовать у нашей кухарки, – как ни в чем не бывало сказала Мэри. Казалось, она не собиралась считаться с мнением Брэнда. – Пора начинать примерку.
Миссис Ксавье направилась к двери, но вдруг остановилась. Немного помолчав, сказала:
– Не знаю, как благодарить вас. Вы столько сил отдаете на то, чтобы найти убийцу нашей дорогой Ивонны! – Голос Мэри дрогнул. Она хотела сказать еще что-то, но разрыдалась и выбежала из комнаты.
Слова несчастной женщины ошеломили Уиллоу. Брэнду же стало не по себе. Он тотчас забыл о самолюбии и обо всех своих возражениях. И понял, что должен сделать все, чтобы помочь Мэри найти убийцу!
Господи, только бы все побыстрее закончилось!
– Так что от меня потребуется? – спросил он. Лицо Уиллоу прояснилось.
– Раздевайтесь, и мы посмотрим, что из одежды подойдет.
Уиллоу рассматривала разложенные на кровати вещи, а ее напарник тем временем снял рубашку, ботинки и брюки и остался в одних панталонах.
Брэнд знал, что прекрасно сложен. Широкие плечи, узкие бедра и могучая грудь… Стоя сейчас перед Уиллоу, он видел, что она им любуется. Уиллоу же не только любовалась, но и всем своим видом давала понять, что сгорает от желания. И Брэнд вдруг почувствовал, что и его к ней влечет.
– Миссис Ксавье вернется через несколько минут, и у нас есть немного времени. – Он шагнул к Уиллоу, хотя знал, что Мэри может вернуться в любой момент.
Уиллоу поняла намек и отрицательно покачала головой:
– Нет, Брэнд. Это невозможно.
Она откашлялась и покосилась на дверь. Было очевидно, что сейчас не самое подходящее время для страстных объятий.
– Думаю, по поводу чулок и ботинок беспокоиться не стоит, – продолжала Уиллоу. – Можете надеть свои. Под длинной юбкой их никто не заметит.
Брэнд шумно выдохнул. Ничего не поделаешь – пришлось возвращаться к суровой действительности.
– Но надо что-то придумать с вашим бюстом. – Уиллоу склонилась над кроватью и вскоре нашла то, что искала.
Брэнд в ужасе уставился на свою напарницу.
– Что вы собираетесь со мной делать? – воскликнул он, увидев в ее руках бюстгальтер и корсет.
– Ну, видите ли… у мужчин обычно слишком широкие плечи и узкие бедра. Придется придать вашей фигуре необходимые формы.
Потом, расхаживая вокруг Брэнда, Уиллоу долго возилась со шнурками и тесьмой – затягивала в одном месте и ослабляла в другом.
– Вот так, очень хорошо. Подержите-ка здесь, – сказала она наконец. – Теперь глубоко вдохните. Так, прекрасно. И задержите дыхание.
Брэнд стоял навытяжку, а Уиллоу что-то бесконечно обмеривала, привязывала и подгоняла. Казалось, мучениям не будет конца. Он тяжко вздохнул, чем вызвал искренний смех Уиллоу.
– Эй, да не будьте же ребенком! Женщины каждый день проходят через это.
Какое счастье, что он не женщина! И кто только придумал эти ужасные женские штучки? Лишь раз увидев, какие следы остались на коже Уиллоу от косточек корсета, Брэнд возненавидел корсеты. И вот теперь сам оказался в этой роли!
– Кажется, вы успели заметить, что я не женщина, – съязвил Брэнд.
– Ох, в этом я успела убедиться в полной мере, – снова рассмеялась Уиллоу. Сейчас она пыталась с помощью скомканных чулок придать пышность ягодицам Брэнда. – Вдохните еще разок. – Она склонила голову, чтобы полюбоваться своей работой.
Затем Уиллоу вытащила из ящиков комода еще несколько пар толстых шерстяных чулок и, скомкав их, занялась «бюстом» Брэнда.
– Но-но, поаккуратнее! – воскликнул он. – Кажется, вы слишком увлеклись. Пожалуй, моя грудь станет больше вашей!
– Не беспокойтесь. Женская фигура должна быть пропорциональной. А с учетом вашего роста… Я даже не стану вступать в состязание! – Уиллоу наполнила чашечку бюстгальтера очередной парой чулок. – А если уж ваши пышные формы будут выглядеть слишком соблазнительно, то обещаю, что тоже надену бюстгальтер! Что ж, теперь можно повернуться!
Брэнд повернулся и, увидев свое отражение в овальном зеркале, чуть не лишился чувств. Забавное было зрелище! Хлопковые панталоны до колен – и мощный торс, затянутый в корсет. Мускулистые руки – и пышная грудь!
– Господи, на кого же я похож? Наверное, на покойную матушку! Да они с отцом оба перевернулись бы в гробу, если бы только увидели, как вырядился их сын!
– Ничего, не беспокойтесь! – улыбнулась Уиллоу. – К тому же так надо для нашего общего дела. Ваши родители гордились бы вами, если бы узнали, что их сын на все готов ради поисков убийцы!
– Вы их не знали, – вполголоса пробормотал Брэнд. За дверью послышались торопливые женские шаги.
– О Боже! – Миссис Ксавье замерла на пороге, прижимая к груди ворох одежды. – Пожалуй, лучше примерить вот это. А в таком виде вам едва ли удастся изображать женщину! Господи, никогда не видела таких волосатых ног! – Она чуть прищурилась. – Даже у Джеймса!
Мэри протянула Уиллоу позаимствованную у кухарки одежду. Теперь подле Брэнда суетились сразу две женщины. Миссис Ксавье помогала просовывать его руки в рукава просторной бежевой блузки, а Уиллоу застегивала на талии широкую темно-синюю юбку. Потом на голову Брэнда водрузили светлый парик и закрепили его несколькими ужасно острыми шпильками. Миссис Ксавье с гордостью сообщила, что приобрела парик специально для предстоящей операции и жертвует в пользу агентства Пинкертона.
Наконец с переодеванием было покончено. Брэнд рассматривал отражение в зеркале и глазам своим не верил. Он превратился в рослую крутобедрую даму. Правда, не слишком привлекательную и не очень-то женственную, скорее – нескладную и неуклюжую. Однако издали его вполне можно было принять за представительницу прекрасного пола.
– Жаль, совсем не осталось времени повозиться с гримом, – сказала Уиллоу. – Придется гладко побриться перед выездом в театр. Иначе кто-нибудь заметит щетину! Итак, решено: после спектакля мы садимся в экипаж и по дороге к докам переодеваемся.
Брэнд облегченно вздохнул. Слава Богу, мужчины бреются без помощи женщин! Сейчас ему больше всего на свете хотелось освободиться от опеки и вдохнуть полной грудью.
– Интересно, как теперь прикажете дышать? – Он повернулся к дамам и скорчил гримасу.
– Очень осторожно, – ответила Уиллоу, едва удерживаясь от смеха. На дородную даму, в которую превратился Брэнд, невозможно было смотреть без улыбки.
– Пожалуй, ему лучше прикрыть плечи шалью, – заметила миссис Ксавье и отправилась в гардеробную.
Брэнд вздыхал и кряхтел, не в силах смириться с навязанной ему «женской» ролью.
– Ну как, довольны своей работой? – пробурчал он. – Когда закончится этот маскарад, непременно отомщу за издевательство!
Уиллоу подняла голову, и взгляды их встретились. Она прекрасно поняла, какую месть Брэнд имеет в виду и что происходит в эти минуты в его душе. Не говоря ни слова, она шагнула к нему и заключила его в объятия. Даже в корсете, даже в женских одеждах тело Брэнда оставалось телом мужчины.
– Мне остается лишь с нетерпением ждать обещанного отмщения! – со смехом проговорила Уиллоу.
Она опустила глаза и увидела, что синяя юбка Брэнда подозрительно топорщится – давало о себе знать то, что не удалось бы замаскировать никакими ухищрениями.
Глава 23
Он едва ли смог бы пересчитать, от скольких грешниц уже избавил мир. Но их еще оставалось на свете гораздо больше. Если и дальше так пойдет, то целой жизни не хватит, чтобы исполнить эту великую миссию.
Пожалуй, он избрал неверный путь. Следовало бы уделять внимание не только явным грешницам. Скрытые – куда опаснее для общества.
Жаль только, что так получилось с Ивонной. Он не предполагал, что вынужден будет наказать ее за грехи. Но, что ему оставалось? Особенно после того позора. Ведь она связалась с этим выскочкой Паркером Каннингтоном. Обидно. Сначала Ивонна казалась прекрасной невинной девушкой с незапятнанной репутацией. О, как мечтая он предложить ей руку и сердце! Их союз стал бы примером служения великому делу.
Он до сих пор жалел, что убил Ивонну. Она была настоящей красавицей. И, несмотря на явную безнравственность поступков, в ее душе оставался уголок кротости и чистоты. Но грешницы должны дорого платить за свои пороки. В этом деле глупо списывать грехи на милые мордашки и высокое положение в обществе.
Надо искать более тщательно… Проститутки ведь не только разгуливают в доках, продаваясь первому встречному за горстку монет. Гораздо страшнее те, кто носит дорогие платья и высоко держит голову, считая, что безопасность им обеспечена особым положением в обществе. Этот тип продажных женщин куда опаснее, чем первый. Да-да, гораздо опаснее!
Но теперь перед ним возник другой образ. Она была восхитительна. И не раз мелькала на светских раутах. Говорили, что эта женщина сделала потрясающую партию, выйдя замуж за сказочно богатого мужчину. Но не только это интересовало его.
Она была порочна по своей сути.
Прежде всего потому, что была необыкновенной красавицей. А еще потому, что вела себя возмутительно. Господи, да ведь он сам стоял неподалеку и слышал, как откровенно она признавалась Клодии Бартон в том, что покидает вечер, чтобы поскорее оказаться дома и заняться с мужем развратом! Это ли не грех?
Надо понаблюдать за ней повнимательнее. Это будет несложно. К счастью, парочка часто появляется в обществе, в тех же местах, что и он.
Пора! Следует избавить мир от следующей грешницы!
Он не сомневался, что теперь настала очередь Уиллоу Донован.
Пожалуй, он избрал неверный путь. Следовало бы уделять внимание не только явным грешницам. Скрытые – куда опаснее для общества.
Жаль только, что так получилось с Ивонной. Он не предполагал, что вынужден будет наказать ее за грехи. Но, что ему оставалось? Особенно после того позора. Ведь она связалась с этим выскочкой Паркером Каннингтоном. Обидно. Сначала Ивонна казалась прекрасной невинной девушкой с незапятнанной репутацией. О, как мечтая он предложить ей руку и сердце! Их союз стал бы примером служения великому делу.
Он до сих пор жалел, что убил Ивонну. Она была настоящей красавицей. И, несмотря на явную безнравственность поступков, в ее душе оставался уголок кротости и чистоты. Но грешницы должны дорого платить за свои пороки. В этом деле глупо списывать грехи на милые мордашки и высокое положение в обществе.
Надо искать более тщательно… Проститутки ведь не только разгуливают в доках, продаваясь первому встречному за горстку монет. Гораздо страшнее те, кто носит дорогие платья и высоко держит голову, считая, что безопасность им обеспечена особым положением в обществе. Этот тип продажных женщин куда опаснее, чем первый. Да-да, гораздо опаснее!
Но теперь перед ним возник другой образ. Она была восхитительна. И не раз мелькала на светских раутах. Говорили, что эта женщина сделала потрясающую партию, выйдя замуж за сказочно богатого мужчину. Но не только это интересовало его.
Она была порочна по своей сути.
Прежде всего потому, что была необыкновенной красавицей. А еще потому, что вела себя возмутительно. Господи, да ведь он сам стоял неподалеку и слышал, как откровенно она признавалась Клодии Бартон в том, что покидает вечер, чтобы поскорее оказаться дома и заняться с мужем развратом! Это ли не грех?
Надо понаблюдать за ней повнимательнее. Это будет несложно. К счастью, парочка часто появляется в обществе, в тех же местах, что и он.
Пора! Следует избавить мир от следующей грешницы!
Он не сомневался, что теперь настала очередь Уиллоу Донован.
Глава 24
– Не представляю, как вы, женщины, переносите такие ужасные мучения.
Уиллоу слышала эти слова уже в четвертый раз за последние десять минут, и каждый раз жалоба Брэнда сопровождалась одергиванием корсета.
По правде говоря, ее ужасно веселило то, что ему пришлось влезть в женскую шкуру. Ничего! Пусть знает, как несладко приходится бедным дамам, подвергающим себя этой пытке ежедневно!
В отличие от Брэнда, Уиллоу корсет не надела. Она раздобыла видавшую виды темно-коричневую юбку и, заколов подол, укоротила ее почти до колен, чтобы открыть взорам мужчин стройные ножки в шелковых чулках. И еще надела блузку, украшенную розовым бантом и с глубоким вырезом на груди. Костюм дополняла старенькая серая шаль, совершенно не защищавшая от ветра, прохлады и сырости. Уиллоу собрала волосы в узел на затылке и заколола их шпильками – оставила на щеках лишь несколько локонов, они могли бы послужить неплохой приманкой для «клиента».
Уиллоу слышала эти слова уже в четвертый раз за последние десять минут, и каждый раз жалоба Брэнда сопровождалась одергиванием корсета.
По правде говоря, ее ужасно веселило то, что ему пришлось влезть в женскую шкуру. Ничего! Пусть знает, как несладко приходится бедным дамам, подвергающим себя этой пытке ежедневно!
В отличие от Брэнда, Уиллоу корсет не надела. Она раздобыла видавшую виды темно-коричневую юбку и, заколов подол, укоротила ее почти до колен, чтобы открыть взорам мужчин стройные ножки в шелковых чулках. И еще надела блузку, украшенную розовым бантом и с глубоким вырезом на груди. Костюм дополняла старенькая серая шаль, совершенно не защищавшая от ветра, прохлады и сырости. Уиллоу собрала волосы в узел на затылке и заколола их шпильками – оставила на щеках лишь несколько локонов, они могли бы послужить неплохой приманкой для «клиента».