– Разве я плохо справлялась с заданиями? Разве не нашла похищенные драгоценности?
Роберт усмехнулся. Уиллоу действительно прекрасно справлялась со всеми заданиями.
– Кстати, что случилось в Миссури? – спросил он. – Хотя нет, сначала придется выяснить подробности сегодняшнего происшествия на вокзале.
– Я и сама не поняла, как все произошло, – призналась Уиллоу. – Увидела Чарлза в толпе пассажиров. Он был взволнован, нервничал, то и дело смотрел по сторонам.
– Может, говорил о каких-то неприятностях?
– Да нет. – Уиллоу покачала головой. – Сказал, что просто задумался. – Она пристально взглянула в карие глаза Роберта. – Какое задание он выполнял?
– Ты же знаешь, в интересах клиентов агентство не разглашает информацию…
– Знаю-знаю, – перебила Уиллоу. – В инструкции сказано: «Агент допускается к секретным сведениям лишь тогда, когда информация непосредственно касается выполняемого им задания». Так вот, – продолжала она, снова взглянув, в глаза шефу, – получилось так, что я неожиданно оказалась в самом центре событий.
Уиллоу поднялась и принялась нервно расхаживать по комнате, а Роберт молчал. Опыт ему подсказывал: надо несколько минут посидеть в тишине. Постепенно страсти улягутся, и можно будет перейти к хладнокровному обсуждению возникшей ситуации.
– Видела что-нибудь подозрительное?
– Нет. – Уиллоу остановилась у стола. – Кажется, у Чарлза не было времени для праздных разговоров, и я решила не отвлекать его. Затем послышался душераздирающий женский крик. Я побежала… Но увидела лишь Чарли в луже крови. Ему уже невозможно было помочь.
– Не проверяла пассажиров?
– Зачем? Чтобы увидеть среди них убийцу с ножом в руке? Держу пари, он мгновенно скрылся с места преступления. Да, я расспрашивала пассажиров. Но удалось выяснить лишь одно: люди заметили подозрительного мужчину в голубой куртке.
Уиллоу тяжко вздохнула. Ох, если бы только узнать, что делал Чарлз на вокзале, тогда бы она описала картину преступления гораздо подробнее.
Глаза Пинкертона сверкнули, словно в голову ему пришла какая-то неожиданная мысль.
– Что? – Уиллоу вопросительно посмотрела на шефа.
– Откуда тебе известно, что орудием убийства стал нож?
Глаза Уиллоу округлились.
– Потому что выстрела слышно не было. А рана оказалась так широка, что кровь хлестала потоком, словно из Ниагарского водопада. Почему вы задаете вопросы, на которые мог бы ответить даже школьник?
– Потому что ты не справилась в Миссури с простейшим заданием. Уиллоу нахмурилась:
– Ну знаете ли, Роберт Аллен Пинкертон, это уж слишком. Операция в Миссури – моя первая и единственная неудача.
– Будем надеяться, что она станет и последней.
– Уверена, – кивнула Уиллоу.
– Ладно. Тогда расскажи, как получилось, что Сэмюелу Трайтону удалось бежать? – спросил Роберт, раскрывая толстую папку с бумагами по делу Сэмми.
– Да уж… Удрал прямо у меня из-под носа. – Уиллоу не стала рассказывать про Брэнда Донована – шеф мог бы подумать, что она оправдывается. Роберт терпеть не мог, когда детективы, допустившие какие-либо промахи, ссылались на непредвиденные обстоятельства.
– Что значит «удрал»? – Роберт строго взглянул на Уиллоу. – Мне нужны детали! Изложи все подробности, сначала – устно, а потом – в письменной форме.
– Я схватила Сэмми в темном переулке. Дело было почти сделано, но тут кто-то увидел нас. Вот тогда он и улизнул, воспользовавшись обстоятельствами.
– И это все?
– Все. Весь следующий день я рыскала по городу. И последующие дни, пока не получила весточку от вас. Надеюсь, я смогу вернуться и выполнить задание? – спросила Уиллоу.
– Нет.
– Но…
– Я сказал «нет». – Было очевидно, что Роберт уже принял решение и не изменит его. Он перевел дух и продолжал: – Ты ведь знаешь, что здесь творится, Уиллоу. Ты женщина, а моего отца уже нет в живых. И никто не сможет постоять за тебя. Агентство сурово расправляется с неугодными сотрудниками. Таковы правила. Но я сделаю все, что смогу. Постараюсь отстоять твои интересы. Хотя это будет непросто. Неудача с Сэмми – серьезный минус в твоей карьере. Директора набросятся на этот факт, как стая голодных волков.
Уиллоу снова присела на стул.
– Представляю, – кивнула она. – Но, Роберт, вы же знаете, что значит для меня работа в агентстве, как нужна она мне.
– Знаю. И добьюсь, чтобы ты оставалась с нами. – Пинкертон перелистывал страницы в деле Трайтона. – Но теперь ты должна быть предельно осмотрительной. Важно все – слова, поступки, круг общения… Понимаешь?
– Да.
– И с этого момента я отстраняю тебя от ведения дел.
– Что?! – Уиллоу в изумлении уставилась на Роберта. Он не должен был этого говорить! Работа в агентстве – смысл ее жизни! И источник существования. Никто не имеет права распоряжаться ее судьбой!
– Прости, Уиллоу. Поверь, мне ужасно неловко. Но сейчас, если ты возьмешься за какое-нибудь дело, все только и будут ждать твоего провала. Тебе лучше переждать, на время остаться вне игры, – немного помолчав, Роберт продолжал: – Не волнуйся, жалованье останется тем же. Мы подыщем для тебя какую-нибудь работу в конторе.
– Отдадите в помощь миссис Жирард? Может быть, я должна подносить вам, мистер Пинкертон, утреннюю чашечку кофе?
– Но, Уиллоу…
– Ничего страшного, Роберт. У меня безупречная репутация, прекрасный послужной список. И вы, черт возьми, знаете, что я работаю лучше доброй половины ваших мужчин.
– С этим фактом трудно не согласиться.
– Так почему же меня решили уволить?
– Уволить? Вовсе нет. Я временно удаляю тебя с поля боя. Пока дело Трайтона не будет завершено.
Уиллоу подошла к двери, сняла с вешалки накидку и подхватила свой сундучок. Зонтик как назло раскрылся, и бахрома перепуталась. Уиллоу принялась расправлять ее.
– Я буду в «Астор-хаусе». – Она назвала отель, где останавливалась до отъезда на Запад. Агентство обязано оплачивать сотруднику счет за гостиницу, пока тот не найдет другое жилье. Уиллоу вдруг захотелось задеть Пинкертона. Пусть раскошеливается! – Дайте знать, когда я понадоблюсь для более серьезной работы. – Уиллоу приоткрыла дверь. – Да, Роберт, кстати… Позже я напишу расписку, но… добавьте пятьдесят долларов на мой счет.
Роберт прищурился:
– Интересно, для чего?
Уиллоу кокетливо улыбнулась и чуть приподняла подол:
– Для покупки нового платья, вот для чего. Это безнадежно испорчено.
Глава 6
Глава 7
Роберт усмехнулся. Уиллоу действительно прекрасно справлялась со всеми заданиями.
– Кстати, что случилось в Миссури? – спросил он. – Хотя нет, сначала придется выяснить подробности сегодняшнего происшествия на вокзале.
– Я и сама не поняла, как все произошло, – призналась Уиллоу. – Увидела Чарлза в толпе пассажиров. Он был взволнован, нервничал, то и дело смотрел по сторонам.
– Может, говорил о каких-то неприятностях?
– Да нет. – Уиллоу покачала головой. – Сказал, что просто задумался. – Она пристально взглянула в карие глаза Роберта. – Какое задание он выполнял?
– Ты же знаешь, в интересах клиентов агентство не разглашает информацию…
– Знаю-знаю, – перебила Уиллоу. – В инструкции сказано: «Агент допускается к секретным сведениям лишь тогда, когда информация непосредственно касается выполняемого им задания». Так вот, – продолжала она, снова взглянув, в глаза шефу, – получилось так, что я неожиданно оказалась в самом центре событий.
Уиллоу поднялась и принялась нервно расхаживать по комнате, а Роберт молчал. Опыт ему подсказывал: надо несколько минут посидеть в тишине. Постепенно страсти улягутся, и можно будет перейти к хладнокровному обсуждению возникшей ситуации.
– Видела что-нибудь подозрительное?
– Нет. – Уиллоу остановилась у стола. – Кажется, у Чарлза не было времени для праздных разговоров, и я решила не отвлекать его. Затем послышался душераздирающий женский крик. Я побежала… Но увидела лишь Чарли в луже крови. Ему уже невозможно было помочь.
– Не проверяла пассажиров?
– Зачем? Чтобы увидеть среди них убийцу с ножом в руке? Держу пари, он мгновенно скрылся с места преступления. Да, я расспрашивала пассажиров. Но удалось выяснить лишь одно: люди заметили подозрительного мужчину в голубой куртке.
Уиллоу тяжко вздохнула. Ох, если бы только узнать, что делал Чарлз на вокзале, тогда бы она описала картину преступления гораздо подробнее.
Глаза Пинкертона сверкнули, словно в голову ему пришла какая-то неожиданная мысль.
– Что? – Уиллоу вопросительно посмотрела на шефа.
– Откуда тебе известно, что орудием убийства стал нож?
Глаза Уиллоу округлились.
– Потому что выстрела слышно не было. А рана оказалась так широка, что кровь хлестала потоком, словно из Ниагарского водопада. Почему вы задаете вопросы, на которые мог бы ответить даже школьник?
– Потому что ты не справилась в Миссури с простейшим заданием. Уиллоу нахмурилась:
– Ну знаете ли, Роберт Аллен Пинкертон, это уж слишком. Операция в Миссури – моя первая и единственная неудача.
– Будем надеяться, что она станет и последней.
– Уверена, – кивнула Уиллоу.
– Ладно. Тогда расскажи, как получилось, что Сэмюелу Трайтону удалось бежать? – спросил Роберт, раскрывая толстую папку с бумагами по делу Сэмми.
– Да уж… Удрал прямо у меня из-под носа. – Уиллоу не стала рассказывать про Брэнда Донована – шеф мог бы подумать, что она оправдывается. Роберт терпеть не мог, когда детективы, допустившие какие-либо промахи, ссылались на непредвиденные обстоятельства.
– Что значит «удрал»? – Роберт строго взглянул на Уиллоу. – Мне нужны детали! Изложи все подробности, сначала – устно, а потом – в письменной форме.
– Я схватила Сэмми в темном переулке. Дело было почти сделано, но тут кто-то увидел нас. Вот тогда он и улизнул, воспользовавшись обстоятельствами.
– И это все?
– Все. Весь следующий день я рыскала по городу. И последующие дни, пока не получила весточку от вас. Надеюсь, я смогу вернуться и выполнить задание? – спросила Уиллоу.
– Нет.
– Но…
– Я сказал «нет». – Было очевидно, что Роберт уже принял решение и не изменит его. Он перевел дух и продолжал: – Ты ведь знаешь, что здесь творится, Уиллоу. Ты женщина, а моего отца уже нет в живых. И никто не сможет постоять за тебя. Агентство сурово расправляется с неугодными сотрудниками. Таковы правила. Но я сделаю все, что смогу. Постараюсь отстоять твои интересы. Хотя это будет непросто. Неудача с Сэмми – серьезный минус в твоей карьере. Директора набросятся на этот факт, как стая голодных волков.
Уиллоу снова присела на стул.
– Представляю, – кивнула она. – Но, Роберт, вы же знаете, что значит для меня работа в агентстве, как нужна она мне.
– Знаю. И добьюсь, чтобы ты оставалась с нами. – Пинкертон перелистывал страницы в деле Трайтона. – Но теперь ты должна быть предельно осмотрительной. Важно все – слова, поступки, круг общения… Понимаешь?
– Да.
– И с этого момента я отстраняю тебя от ведения дел.
– Что?! – Уиллоу в изумлении уставилась на Роберта. Он не должен был этого говорить! Работа в агентстве – смысл ее жизни! И источник существования. Никто не имеет права распоряжаться ее судьбой!
– Прости, Уиллоу. Поверь, мне ужасно неловко. Но сейчас, если ты возьмешься за какое-нибудь дело, все только и будут ждать твоего провала. Тебе лучше переждать, на время остаться вне игры, – немного помолчав, Роберт продолжал: – Не волнуйся, жалованье останется тем же. Мы подыщем для тебя какую-нибудь работу в конторе.
– Отдадите в помощь миссис Жирард? Может быть, я должна подносить вам, мистер Пинкертон, утреннюю чашечку кофе?
– Но, Уиллоу…
– Ничего страшного, Роберт. У меня безупречная репутация, прекрасный послужной список. И вы, черт возьми, знаете, что я работаю лучше доброй половины ваших мужчин.
– С этим фактом трудно не согласиться.
– Так почему же меня решили уволить?
– Уволить? Вовсе нет. Я временно удаляю тебя с поля боя. Пока дело Трайтона не будет завершено.
Уиллоу подошла к двери, сняла с вешалки накидку и подхватила свой сундучок. Зонтик как назло раскрылся, и бахрома перепуталась. Уиллоу принялась расправлять ее.
– Я буду в «Астор-хаусе». – Она назвала отель, где останавливалась до отъезда на Запад. Агентство обязано оплачивать сотруднику счет за гостиницу, пока тот не найдет другое жилье. Уиллоу вдруг захотелось задеть Пинкертона. Пусть раскошеливается! – Дайте знать, когда я понадоблюсь для более серьезной работы. – Уиллоу приоткрыла дверь. – Да, Роберт, кстати… Позже я напишу расписку, но… добавьте пятьдесят долларов на мой счет.
Роберт прищурился:
– Интересно, для чего?
Уиллоу кокетливо улыбнулась и чуть приподняла подол:
– Для покупки нового платья, вот для чего. Это безнадежно испорчено.
Глава 6
В «Астор-хаус» Уиллоу попала под вечер. Она заняла самый роскошный и дорогой номер, потребовала принести обед в номер и заказала ванну. Наконец-то долгожданный отдых.
Но сначала следовала прочитать записку Чарли. Дождавшись, когда коридорный поставит вещи и удалится, Уиллоу отстегнула верхнюю часть платья, соединявшуюся с юбкой при помощи, широкого пояса. Обрывок бумаги был запачкан кровью. Кровь высохла и обрела темно-бордовый оттенок. Кровь Чарли… Вспомнив о безжизненном теле на полу пассажирского вагона, Уиллоу чуть не выронила бумажку. Лишь через несколько минут она усилием воли заставила себя развернуть окровавленную записку.
Но что это? Лишь одно-единственное слово, второпях нацарапанное посередине. «Гидеон».
– Гидеон? – пробормотала она. – Что же это значит?
Уиллоу разулась и сунула листок в носок ботинка. Так безопаснее. Отправилась в ванную.
Гидеон… Что же означает это странное слово? Гидеон. И какое отношение оно имеет к убийце Чарлза?
Может быть, это фамилия? Пожалуй, нет. Она никогда не встречала в Нью-Йорке человека по фамилии Гидеон.
Вероятно, это имя. Имя преступника, который всадил в Чарли кинжал и оставил умирать в вагоне. Чарлз, наверное, догадался, что за ним охотятся, и на всякий случай написал имя своего врага на клочке бумаги.
А что, если это вовсе не имя, не фамилия, а название города, театра или клуба?
Она вышла из ванной и направилась в комнату. Теперь самое время перекусить и улечься в постель.
Стук в дверь прервал ход ее мыслей. «Должно быть, принесли обед», – подумала Уиллоу. Накинув на мокрое тело свой любимый красный халат, она открыла Дверь.
У порога стоял Роберт.
– Это вы? Входите. – Уиллоу отступила, пропуская шефа в комнату. – Что-то случилось?
– Нет, ничего. – Он разделся и бросил пальто и котелок на ближайший стул. Потом плюхнулся на мягкий диванчик.
– Зря пытаетесь провести меня, – усмехнулась Уиллоу. Кожа ее покрылась мурашками. Она зябко поежилась и поплотнее запахнула полы халата. – Ведь что-то тревожит вас, разве не так?
– Ни-че-го, – произнес Роберт. – Наши агенты вместе с полицейскими прочесали каждый дюйм на месте преступления, но не нашли улик. И ни один из пассажиров не слышал и не видел ничего подозрительного.
Рассказать о предсмертной записке Чарлза? Уиллоу закусила губу. Нет, надо пока оставить записку при себе. Пусть в запасе будет хотя бы один козырь. Особенно теперь, когда волею судьбы детектив Хейстингз отстранена от дел. Если бы только Роберт был откровеннее! Тогда и она открылась бы на все сто.
Уиллоу уселась рядом с Пинкертоном и подобрала под себя ноги. Как бы заставить его раскрыть карты? Она опустила ладонь на колено Роберта.
– Может быть, я наконец узнаю, чем занимался Чарлз на вокзале?
Роберт устало вздохнул и прикрыл глаза.
– Нет, Уиллоу. Такова, политика агентства… Пока детектив не подключен к расследованию, он не должен получать, сведения по этому делу.
– Так подключите же меня!
– Что? – Пинкертон нахмурился. – Увы, это слишком опасно.
– Но такова работа любого сыщика. Знаю, сейчас вы припомните мою неудачу в Миссури. Но разрешите доказать, что я все-таки способна вести расследование. И достойна высокой чести носить на груди значок с эмблемой агентства.
Роберт пристально смотрел на свою сотрудницу.
– Тебе нельзя не доверять, Уиллоу, – сказал, он наконец. – Пожалуй, я доверяю тебе даже больше, чем другим агентам, работающим под моим началом. Знаю, что ты справишься с любым делом, какое бы ни поручили. Но сейчас речь идет о твоей безопасности. Я не имею права рисковать жизнью и здоровьем агента.
Уиллоу невольно поморщилась.
– Мне и раньше доставались чрезвычайно опасные задания. Или вы забыли тот случай, когда Уиллоу Хейстингз взяли в заложницы и она держала оборону против целой банды дезертиров, бежавших из армии?
Роберт отчеканил:
– Я никогда ничего не забываю.
– Тогда поручите мне это дело. Я сама разыщу негодяя, который убил Чарли.
Но Пинкертон был неумолим.
Прошло два дня, а Уиллоу все еще дулась на Роберта. «Но может быть, шанс реабилитироваться в глазах начальства еще не потерян и сдаваться рано?» – размышляла она, сидя на диване. Наконец поднялась и стянула волосы на затылке в тугой узел, оставив лишь несколько локонов, струившихся вдоль щек. Надела персиковый, в белую полоску, костюм – память о поездке в Индианаполис (облегающий жакет застегивался под горлом – оставалась лишь полоска кружев на воротничке белоснежной блузки, а длинная прямая юбка была украшена сзади огромным бантом). Туфли же подобрала под цвет костюма – атласные, на невысоких каблуках. А экстравагантная шляпа, украшенная дюжиной оранжевых и белых перьев, придавала ей особый шарм.
Захватив зонтик от солнца, Уиллоу, преисполненная оптимизма, вышла из отеля и зашагала по Пятой авеню в направлении агентства Пинкертона.
Миссис Жирард была, как всегда, приветлива. Оказалось, что Роберт уехал на встречу с Уорнером.
– Мистер Пинкертон скоро будет, – сообщила секретарша. – Вы можете пройти в кабинет, мисс Хейстингз. Я сообщу, что вы ждете.
– Спасибо, миссис Жирард.
Уиллоу вошла в уютный кабинет Пинкертона, уселась в большое кожаное кресло и принялась выбивать энергичное стаккато металлическим наконечником зонтика.
Роберт появился через несколько минут. Он был в зеленом охотничьем плаще, в коричневых брюках – и в прекрасном расположении духа.
– Уиллоу? – удивился он. – Что привело тебя сюда в такой чудесный солнечный день?
– Подумала, что неплохо бы нанести визит. – Она улыбнулась и, приподнявшись, чмокнула Роберта в щеку. – Есть что-нибудь новенькое по делу Чарлза?
– Представь себе, да.
Такого ответа она не ожидала. В голове теснились вопросы, мучившие ее уже несколько дней.
Роберт занял свое место за письменным столом и с усмешкой проговорил:
– Кажется, тебя распирает от любопытства? Узнаю агента Хейстингз – не может долго сидеть на одном месте. Или я не прав?
– Да, – выдохнула Уиллоу.
– Что ж, тогда приготовься слушать. – Уиллоу вся обратилась в слух.
– Полиция передала дело Чарлза нам, – сообщил Роберт.
Уиллоу взглянула на него с удивлением. Таких случаев в ее практике еще не было. Правда, Пинкертон всегда тесно сотрудничал с властями, но никогда еще полиция не отказывалась от расследования в пользу агентства.
– Они сделали все, что положено делать полиции. Осмотрели место преступления, оформили нужные бумаги. Но видишь ли, Баркер был нашим человеком, и поэтому бразды правления переданы агентству. Вчера пришла телеграмма от бостонского отделения «Юнион Пасифик». Поезд, где произошло убийство, принадлежит «Юнион Пасифик», вот они и предлагают прислать своего агента для проведения независимого расследования.
– Надеюсь, вы не собираетесь с ними сотрудничать?
– Не собираюсь – что? – не понял Роберт.
– Позволять им проводить свое расследование. Ведь мы не знаем, кто будет заниматься делом Чарли. Боюсь, своим вмешательством этот человек только расстроит наши планы.
– Ну что ты, Уиллоу. Уверен, агенты «Юнион Пасифик» знают свое дело. Конечно, они не чета нашим сотрудникам, – добавил Роберт, – но достаточно сведущи, чтобы помочь в расследовании. К тому же мы с Френсином уже обсудили этот вопрос и решили согласиться на сотрудничество.
Уиллоу судорожно сглотнула. Уж если за дело взялся Френсин Уорнер – значит, ее шансы на оправдание перед руководством равны нулю. У такого человека, как Уорнер, нет времени выслушивать точку зрения простого смертного. Вот Роберт, который уважает ее и доверяет ей, обычно долго взвешивает все «за» и «против», все тщательно обдумывает и лишь потом принимает решение. Уорнер же, напротив, воспринимает ее, Уиллоу Хейстингз, прежде всего как женщину, а не как опытного детектива.
– Тогда дайте время подумать, – сказала она. – Ведь надо разработать план действий. Причем сделать это следует до того, как к нам приедет офицер «Юнион Пасифик».
Роберт покачал головой:
– Увы, он уже в Нью-Йорке.
Уиллоу похолодела. Значит, ее карьере пришел конец?.. А ведь еще совсем недавно она выслеживала Сэмми и была уверена в успехе. И вот Нью-Йорк, кабинет Пинкертона и отстранение от дел. Неужели детективу Хейстингз придется вытирать пыль со старых папок и расставлять их на полки в алфавитном порядке? Неужели для нее не найдется более интересной работы?
«Нет, – подумала Уиллоу, – слишком много сил отдано службе в агентстве. Если боссы считают, что я недостойна быть настоящим сыщиком – раскрывать серьезные преступления, а не искать похищенный из чьей-то тарелки кусок рождественской индейки, – значит, мне нечего здесь делать».
Что ж, решение принято. Уиллоу поднялась с кресла.
– Роберт Аллен Пинкертон, – проговорила она, пронзая шефа сверкающим взглядом, – мне надо сказать вам только два слова: я увольняюсь.
– Что?! – изумился Роберт. Он вскочил со стула и, бросившись следом за Уиллоу, догнал ее уже у самой двери. – Ты не можешь уволиться.
Уиллоу понимала, что шеф в ужасе от ее заявления. «Забавно», – подумала она и улыбнулась.
– Милый мой Роберт… – Уиллоу коснулась губами его щеки, потом другой. – Как же я люблю вас! И все-таки я могу уйти, более того, намереваюсь сделать это.
Роберт преградил ей дорогу.
– Уиллоу Элизабет Хейстингз… – сказал он, глядя в глаза своей подчиненной. – Уиллоу, вы красивая, очаровательная – и чертовски упрямая женщина. Порой с вами нелегко, но вместе с тем вы прекрасно…
– Роберт, – перебила Уиллоу, – знайте одно. Не важно, как распорядится судьба, в любом случае для меня вы останетесь человеком, которому можно доверять самые сокровенные тайны. С вами я не побоялась бы пройти через все вересковые пустоши Шотландии.
– Знаю. Но, Уиллоу, ты не даешь мне договорить. Кроме красоты и надежности, я ценю в тебе еще одно качество: ты прекрасный детектив. Сложнейшие дела тебе удается распутывать с легкостью настоящего профессионала.
– Серьезно? – Уиллоу распирало от гордости.
– И я сделаю все, чтобы ты осталась в агентстве.
У нее перехватило дыхание. Неужели Бог услышал ее молитвы?
– Думаю, у вас остается лишь один шанс, мистер Пинкертон.
Роберт прищурился:
– И что же это за шанс?..
– Поручить мне следствие по делу Баркера.
– Что?! – Этого Роберт никак не ожидал. – Или я ослышался?
– Нет-нет, со слухом у вас все в порядке. Хотите, чтобы я осталась в агентстве, – поручите найти убийцу Чарли.
Пинкертон покачал головой и вернулся за письменный стол.
– Ну и цену ты заломила, мисс Уиллоу Хейстингз!
– Я того стою. – Она с невозмутимым видом пожала плечами.
Роберт надолго задумался. Детектив Хейстингз и впрямь заломила цену… Подняв голову, он пристально посмотрел в глаза Уиллоу.
– Что ж, я согласен, – проговорил он, пристально глядя в глаза Уиллоу. – Но лишь при одном условии.
Последние слова шефа заставили ее насторожиться. Сделка? Не слишком ли опасная?
– Так что же это за условие, мистер Пинкертон?
– Оно очень простое. Речь идет о сотрудничестве с представителем «Юнион Пасифик». Так я приглашаю агента?
Уиллоу медлила, взвешивая все «за» и «против». Впрочем, выбор был невелик. Либо оставить службу в агентстве и, если повезет, найти место прачки или гувернантки. Либо остаться и – чего бы это ни стоило смириться с необходимостью сотрудничать… В том, что офицер «Юнион Пасифик» будет только мешать, сомнений не возникало.
– Что ж, вы, сэр, не продешевили. Но я согласна. – И тут же раздался негромкий стук в дверь.
– Войдите! – крикнул Роберт.
Уиллоу услышала шаги за спиной. Но она по-прежнему смотрела на Роберта и не спешила поворачиваться к двери.
– Уиллоу Хейстингз, позвольте представить вас офицеру «Юнион Пасифик» Брэнду Доновану.
Но сначала следовала прочитать записку Чарли. Дождавшись, когда коридорный поставит вещи и удалится, Уиллоу отстегнула верхнюю часть платья, соединявшуюся с юбкой при помощи, широкого пояса. Обрывок бумаги был запачкан кровью. Кровь высохла и обрела темно-бордовый оттенок. Кровь Чарли… Вспомнив о безжизненном теле на полу пассажирского вагона, Уиллоу чуть не выронила бумажку. Лишь через несколько минут она усилием воли заставила себя развернуть окровавленную записку.
Но что это? Лишь одно-единственное слово, второпях нацарапанное посередине. «Гидеон».
– Гидеон? – пробормотала она. – Что же это значит?
Уиллоу разулась и сунула листок в носок ботинка. Так безопаснее. Отправилась в ванную.
Гидеон… Что же означает это странное слово? Гидеон. И какое отношение оно имеет к убийце Чарлза?
Может быть, это фамилия? Пожалуй, нет. Она никогда не встречала в Нью-Йорке человека по фамилии Гидеон.
Вероятно, это имя. Имя преступника, который всадил в Чарли кинжал и оставил умирать в вагоне. Чарлз, наверное, догадался, что за ним охотятся, и на всякий случай написал имя своего врага на клочке бумаги.
А что, если это вовсе не имя, не фамилия, а название города, театра или клуба?
Она вышла из ванной и направилась в комнату. Теперь самое время перекусить и улечься в постель.
Стук в дверь прервал ход ее мыслей. «Должно быть, принесли обед», – подумала Уиллоу. Накинув на мокрое тело свой любимый красный халат, она открыла Дверь.
У порога стоял Роберт.
– Это вы? Входите. – Уиллоу отступила, пропуская шефа в комнату. – Что-то случилось?
– Нет, ничего. – Он разделся и бросил пальто и котелок на ближайший стул. Потом плюхнулся на мягкий диванчик.
– Зря пытаетесь провести меня, – усмехнулась Уиллоу. Кожа ее покрылась мурашками. Она зябко поежилась и поплотнее запахнула полы халата. – Ведь что-то тревожит вас, разве не так?
– Ни-че-го, – произнес Роберт. – Наши агенты вместе с полицейскими прочесали каждый дюйм на месте преступления, но не нашли улик. И ни один из пассажиров не слышал и не видел ничего подозрительного.
Рассказать о предсмертной записке Чарлза? Уиллоу закусила губу. Нет, надо пока оставить записку при себе. Пусть в запасе будет хотя бы один козырь. Особенно теперь, когда волею судьбы детектив Хейстингз отстранена от дел. Если бы только Роберт был откровеннее! Тогда и она открылась бы на все сто.
Уиллоу уселась рядом с Пинкертоном и подобрала под себя ноги. Как бы заставить его раскрыть карты? Она опустила ладонь на колено Роберта.
– Может быть, я наконец узнаю, чем занимался Чарлз на вокзале?
Роберт устало вздохнул и прикрыл глаза.
– Нет, Уиллоу. Такова, политика агентства… Пока детектив не подключен к расследованию, он не должен получать, сведения по этому делу.
– Так подключите же меня!
– Что? – Пинкертон нахмурился. – Увы, это слишком опасно.
– Но такова работа любого сыщика. Знаю, сейчас вы припомните мою неудачу в Миссури. Но разрешите доказать, что я все-таки способна вести расследование. И достойна высокой чести носить на груди значок с эмблемой агентства.
Роберт пристально смотрел на свою сотрудницу.
– Тебе нельзя не доверять, Уиллоу, – сказал, он наконец. – Пожалуй, я доверяю тебе даже больше, чем другим агентам, работающим под моим началом. Знаю, что ты справишься с любым делом, какое бы ни поручили. Но сейчас речь идет о твоей безопасности. Я не имею права рисковать жизнью и здоровьем агента.
Уиллоу невольно поморщилась.
– Мне и раньше доставались чрезвычайно опасные задания. Или вы забыли тот случай, когда Уиллоу Хейстингз взяли в заложницы и она держала оборону против целой банды дезертиров, бежавших из армии?
Роберт отчеканил:
– Я никогда ничего не забываю.
– Тогда поручите мне это дело. Я сама разыщу негодяя, который убил Чарли.
Но Пинкертон был неумолим.
Прошло два дня, а Уиллоу все еще дулась на Роберта. «Но может быть, шанс реабилитироваться в глазах начальства еще не потерян и сдаваться рано?» – размышляла она, сидя на диване. Наконец поднялась и стянула волосы на затылке в тугой узел, оставив лишь несколько локонов, струившихся вдоль щек. Надела персиковый, в белую полоску, костюм – память о поездке в Индианаполис (облегающий жакет застегивался под горлом – оставалась лишь полоска кружев на воротничке белоснежной блузки, а длинная прямая юбка была украшена сзади огромным бантом). Туфли же подобрала под цвет костюма – атласные, на невысоких каблуках. А экстравагантная шляпа, украшенная дюжиной оранжевых и белых перьев, придавала ей особый шарм.
Захватив зонтик от солнца, Уиллоу, преисполненная оптимизма, вышла из отеля и зашагала по Пятой авеню в направлении агентства Пинкертона.
Миссис Жирард была, как всегда, приветлива. Оказалось, что Роберт уехал на встречу с Уорнером.
– Мистер Пинкертон скоро будет, – сообщила секретарша. – Вы можете пройти в кабинет, мисс Хейстингз. Я сообщу, что вы ждете.
– Спасибо, миссис Жирард.
Уиллоу вошла в уютный кабинет Пинкертона, уселась в большое кожаное кресло и принялась выбивать энергичное стаккато металлическим наконечником зонтика.
Роберт появился через несколько минут. Он был в зеленом охотничьем плаще, в коричневых брюках – и в прекрасном расположении духа.
– Уиллоу? – удивился он. – Что привело тебя сюда в такой чудесный солнечный день?
– Подумала, что неплохо бы нанести визит. – Она улыбнулась и, приподнявшись, чмокнула Роберта в щеку. – Есть что-нибудь новенькое по делу Чарлза?
– Представь себе, да.
Такого ответа она не ожидала. В голове теснились вопросы, мучившие ее уже несколько дней.
Роберт занял свое место за письменным столом и с усмешкой проговорил:
– Кажется, тебя распирает от любопытства? Узнаю агента Хейстингз – не может долго сидеть на одном месте. Или я не прав?
– Да, – выдохнула Уиллоу.
– Что ж, тогда приготовься слушать. – Уиллоу вся обратилась в слух.
– Полиция передала дело Чарлза нам, – сообщил Роберт.
Уиллоу взглянула на него с удивлением. Таких случаев в ее практике еще не было. Правда, Пинкертон всегда тесно сотрудничал с властями, но никогда еще полиция не отказывалась от расследования в пользу агентства.
– Они сделали все, что положено делать полиции. Осмотрели место преступления, оформили нужные бумаги. Но видишь ли, Баркер был нашим человеком, и поэтому бразды правления переданы агентству. Вчера пришла телеграмма от бостонского отделения «Юнион Пасифик». Поезд, где произошло убийство, принадлежит «Юнион Пасифик», вот они и предлагают прислать своего агента для проведения независимого расследования.
– Надеюсь, вы не собираетесь с ними сотрудничать?
– Не собираюсь – что? – не понял Роберт.
– Позволять им проводить свое расследование. Ведь мы не знаем, кто будет заниматься делом Чарли. Боюсь, своим вмешательством этот человек только расстроит наши планы.
– Ну что ты, Уиллоу. Уверен, агенты «Юнион Пасифик» знают свое дело. Конечно, они не чета нашим сотрудникам, – добавил Роберт, – но достаточно сведущи, чтобы помочь в расследовании. К тому же мы с Френсином уже обсудили этот вопрос и решили согласиться на сотрудничество.
Уиллоу судорожно сглотнула. Уж если за дело взялся Френсин Уорнер – значит, ее шансы на оправдание перед руководством равны нулю. У такого человека, как Уорнер, нет времени выслушивать точку зрения простого смертного. Вот Роберт, который уважает ее и доверяет ей, обычно долго взвешивает все «за» и «против», все тщательно обдумывает и лишь потом принимает решение. Уорнер же, напротив, воспринимает ее, Уиллоу Хейстингз, прежде всего как женщину, а не как опытного детектива.
– Тогда дайте время подумать, – сказала она. – Ведь надо разработать план действий. Причем сделать это следует до того, как к нам приедет офицер «Юнион Пасифик».
Роберт покачал головой:
– Увы, он уже в Нью-Йорке.
Уиллоу похолодела. Значит, ее карьере пришел конец?.. А ведь еще совсем недавно она выслеживала Сэмми и была уверена в успехе. И вот Нью-Йорк, кабинет Пинкертона и отстранение от дел. Неужели детективу Хейстингз придется вытирать пыль со старых папок и расставлять их на полки в алфавитном порядке? Неужели для нее не найдется более интересной работы?
«Нет, – подумала Уиллоу, – слишком много сил отдано службе в агентстве. Если боссы считают, что я недостойна быть настоящим сыщиком – раскрывать серьезные преступления, а не искать похищенный из чьей-то тарелки кусок рождественской индейки, – значит, мне нечего здесь делать».
Что ж, решение принято. Уиллоу поднялась с кресла.
– Роберт Аллен Пинкертон, – проговорила она, пронзая шефа сверкающим взглядом, – мне надо сказать вам только два слова: я увольняюсь.
– Что?! – изумился Роберт. Он вскочил со стула и, бросившись следом за Уиллоу, догнал ее уже у самой двери. – Ты не можешь уволиться.
Уиллоу понимала, что шеф в ужасе от ее заявления. «Забавно», – подумала она и улыбнулась.
– Милый мой Роберт… – Уиллоу коснулась губами его щеки, потом другой. – Как же я люблю вас! И все-таки я могу уйти, более того, намереваюсь сделать это.
Роберт преградил ей дорогу.
– Уиллоу Элизабет Хейстингз… – сказал он, глядя в глаза своей подчиненной. – Уиллоу, вы красивая, очаровательная – и чертовски упрямая женщина. Порой с вами нелегко, но вместе с тем вы прекрасно…
– Роберт, – перебила Уиллоу, – знайте одно. Не важно, как распорядится судьба, в любом случае для меня вы останетесь человеком, которому можно доверять самые сокровенные тайны. С вами я не побоялась бы пройти через все вересковые пустоши Шотландии.
– Знаю. Но, Уиллоу, ты не даешь мне договорить. Кроме красоты и надежности, я ценю в тебе еще одно качество: ты прекрасный детектив. Сложнейшие дела тебе удается распутывать с легкостью настоящего профессионала.
– Серьезно? – Уиллоу распирало от гордости.
– И я сделаю все, чтобы ты осталась в агентстве.
У нее перехватило дыхание. Неужели Бог услышал ее молитвы?
– Думаю, у вас остается лишь один шанс, мистер Пинкертон.
Роберт прищурился:
– И что же это за шанс?..
– Поручить мне следствие по делу Баркера.
– Что?! – Этого Роберт никак не ожидал. – Или я ослышался?
– Нет-нет, со слухом у вас все в порядке. Хотите, чтобы я осталась в агентстве, – поручите найти убийцу Чарли.
Пинкертон покачал головой и вернулся за письменный стол.
– Ну и цену ты заломила, мисс Уиллоу Хейстингз!
– Я того стою. – Она с невозмутимым видом пожала плечами.
Роберт надолго задумался. Детектив Хейстингз и впрямь заломила цену… Подняв голову, он пристально посмотрел в глаза Уиллоу.
– Что ж, я согласен, – проговорил он, пристально глядя в глаза Уиллоу. – Но лишь при одном условии.
Последние слова шефа заставили ее насторожиться. Сделка? Не слишком ли опасная?
– Так что же это за условие, мистер Пинкертон?
– Оно очень простое. Речь идет о сотрудничестве с представителем «Юнион Пасифик». Так я приглашаю агента?
Уиллоу медлила, взвешивая все «за» и «против». Впрочем, выбор был невелик. Либо оставить службу в агентстве и, если повезет, найти место прачки или гувернантки. Либо остаться и – чего бы это ни стоило смириться с необходимостью сотрудничать… В том, что офицер «Юнион Пасифик» будет только мешать, сомнений не возникало.
– Что ж, вы, сэр, не продешевили. Но я согласна. – И тут же раздался негромкий стук в дверь.
– Войдите! – крикнул Роберт.
Уиллоу услышала шаги за спиной. Но она по-прежнему смотрела на Роберта и не спешила поворачиваться к двери.
– Уиллоу Хейстингз, позвольте представить вас офицеру «Юнион Пасифик» Брэнду Доновану.
Глава 7
Уиллоу обернулась и чуть не выронила зонтик.
– Вы?! – вырвалось у нее.
У Брэнда же от удивления отвисла челюсть.
– Вы? – спросил он, в свою очередь.
– Так вы знакомы? – поинтересовался Роберт.
– Да, – кивнул Брэнд.
– Нет-нет, – возразила Уиллоу.
Донован заметил, что глаза ее сверкнули холодным синим пламенем.
– Да… э-э… однажды мы случайно встречались, – уточнила Уиллоу.
– Где же? – Роберт был явно заинтригован.
– В Джефферсон-Сити, – ответил Брэнд.
– В Сент-Луисе! – в тот же миг сказала Уиллоу, причем так громко, что Брэнд не услышал собственного голоса.
Донован вопросительно взглянул на стоявшую перед ним женщину.
– Ошибаетесь, сэр, – заявила она. – Уверена, это был Сент-Луис. – Повернувшись к Роберту, Уиллоу продолжала: – Наш поезд тогда простоял в Сент-Луисе несколько часов. От нечего делать я решила зайти в магазин модной одежды. Кстати… – Она прикоснулась к полям шляпки. – Вот эта великолепная вещица куплена именно там. Я уже выходила на улицу, как вдруг оступилась и чуть не упала. На счастье, мистер Донован проходил мимо. Он был так любезен, что поддержал меня. Ах, сэр, я так признательна вам…
– Не стоит благодарности, мисс Хейстингз, – ответил Брэнд, невольно принимая странную игру.
«К чему весь этот спектакль? – думал он. – Надо непременно расспросить Уиллоу, как только мы останемся наедине». В том, что это вскоре должно произойти, Донован не сомневался.
– Ну что вы, я действительно очень вам признательна, – не унималась Уиллоу. – Если бы не вы, я бы наверняка упала.
– Уверен, на моем месте точно так же поступил бы любой джентльмен.
– Ах, настоящих джентльменов в наше время можно по пальцам пересчитать! На самом деле…
– Ну полно, полно, – не выдержал Роберт. – Довольно обмениваться любезностями. Что ж, ценю ваш благородный поступок, мистер Донован, но должен напомнить, что мы собрались здесь по более важному поводу, чем светская беседа. Не так ли?
– Вы правы, Роберт, – кивнула Уиллоу. – Прошу прощения за свою глупую болтовню.
Брэнд в изумлении смотрел на Уиллоу. Да она держится как настоящая леди! Куда же делась Уиллоу Хейстингз из борделя «Серебряная шпора» – красотка, которая так умело искушала и раззадоривала, соблазняла и сводила с ума? Где та Уиллоу, что изящными движениями стягивала шелковые чулки, женщина, которая своим ангельским голоском сводила с ума публику?
Донован машинально прикоснулся к щеке – царапина еще беспокоила. Но почему-то еще большее беспокойство вызывал образ прекрасной Уиллоу, певички из Джефферсон-Сити.
– Уиллоу. Мистер Донован. Прошу вас обоих присесть.
Роберт долго перекладывал бумаги на письменном столе. Наконец поднял голову и вытянул перед собой руки.
– Итак, как вы оба знаете, два дня назад один из наших агентов был убит. Преступление совершено на Центральном вокзале, вскоре после прихода поезда, принадлежащего «Юнион Пасифик». – Роберт протянул Брэнду и Уиллоу по внушительному коричневому конверту. – Здесь фотографии, сделанные на месте преступления, и кое-какие заметки наших агентов. А также доклады полиции и материалы, которые я посчитал нужным приложить к делу.
Брэнд вытащил содержимое своего конверта и принялся рассматривать фотографии. Уиллоу же не спешила приступать к изучению документов. Донован недоумевал: что вообще делает эта женщина в агентстве Пинкертона? «Надо сразу расставить все по своим местам», – решил он.
– Прошу прощения, мистер Пинкертон, но почему вы вводите меня в курс дела в присутствии мисс Хейстингз? Не уверен, что разговоры о подробностях убийства будут приятны для слуха этой леди, – проговорил Брэнд, сделав ударение на последнем слове. – Может быть, нам лучше поговорить наедине? То есть без свидетелей, – уточнил он, скосив глаза в сторону Уиллоу.
Она поджала губы и промолчала.
Роберт откашлялся и отвел взгляд; лицо его покрылось красными пятнами.
– Мистер Донован, видите ли… Мисс Хейстингз… м-м… как бы это лучше сказать… Я хотел, чтобы вы и она… – Пинкертон умолк и снова закашлялся.
– Ох, Роберт… – Уиллоу не могла не прийти на помощь шефу в сложной ситуации. – Разрешите, я сама объясню ему.
Брэнд мысленно усмехнулся. Удивительно! Что именно собирается объяснять эта женщина?
Она встала и с улыбкой протянула ему руку:
– Мои поздравления, мистер Донован. Я ваш новый напарник.
Брэнд вскочил на ноги так резко, что чуть не опрокинул стул.
– Надеюсь, вы шутите! – завопил он неестественным фальцетом.
На лице Уиллоу появилась кошачья ухмылка – так выглядит кошка, проглотившая канарейку или вылизавшая горшочек сметаны.
– Нет, это не шутка, сэр, – ответила она.
Брэнд смотрел на Роберта глазами, полными ужаса.
– Она ведь шутит, мистер Пинкертон?
– Боюсь, что нет, мистер Донован.
– Я привык работать в одиночку, – соврал Брзнд.
– Я тоже, – сказала Уиллоу.
– Вы по-прежнему будете работать в одиночку. Но только потом, после выполнения этого задания.
– Кажется, наше руководство известило вас о том, что заинтересовано в расследовании убийства? – спросил Брэнд.
– Да, я получил от них телеграмму.
– Значит, вы понимаете, что я – человек опытный и не в первый раз берусь за расследование. Уверяю вас, я в состоянии выполнить задание самостоятельно, без вмешательства посторонних лиц, тем более женщин.
Роберт вспыхнул. Он уже раскрыл рот для ответной реплики, но Уиллоу опередила его. Вскинув подбородок, она смерила Брэнда презрительным взглядом:
– Знаете, мистер Донован, «посторонние лица», как вы только что изволили выразиться, и сами обойдутся – без вашего длинного носа.
– Ну, знаете ли… – Брэнд скрестил на груди руки и брезгливо поморщился. – Обязанность женщины – вести хозяйство, воспитывать детей и доставлять радость супругу, а не браться за мужскую работу. У меня пять сестер, – добавил он, – и я знаю, о чем говорю. Все они создали семьи и никогда в жизни даже не помышляли о том, чтобы распутывать преступления или ходить на службу, чтобы зарабатывать деньги.
Возмущению Уиллоу не было предела. Казалось, сердце ее вот-вот выпрыгнет из груди. Чувствуя, что лицо ее покрывается пурпурными пятнами, она выпалила:
– Вы; глупое, самодовольное, гадкое…
– Уиллоу! – не выдержал Роберт.
– …животное, – закончила Уиллоу. – Если возникают сомнения относительно моей личности, то, уверяю, наше мнение о женщинах скоро изменится.
– Я прекрасно понимаю, с кем имею дело. А если забыли вы, то разрешите напомнить подробности нашей первой встречи.
– Не стоит, мистер Донован. Напротив, это у меня возникают сомнения насчет вашей памяти. Особенно когда смотрю на синяк под вашим левым глазом. Подобное… увечье наводит на мысль: а действительно ли вы такой уж опытный? Так что не вы, а я отказываюсь от сотрудничества.
– Вы?! – вырвалось у нее.
У Брэнда же от удивления отвисла челюсть.
– Вы? – спросил он, в свою очередь.
– Так вы знакомы? – поинтересовался Роберт.
– Да, – кивнул Брэнд.
– Нет-нет, – возразила Уиллоу.
Донован заметил, что глаза ее сверкнули холодным синим пламенем.
– Да… э-э… однажды мы случайно встречались, – уточнила Уиллоу.
– Где же? – Роберт был явно заинтригован.
– В Джефферсон-Сити, – ответил Брэнд.
– В Сент-Луисе! – в тот же миг сказала Уиллоу, причем так громко, что Брэнд не услышал собственного голоса.
Донован вопросительно взглянул на стоявшую перед ним женщину.
– Ошибаетесь, сэр, – заявила она. – Уверена, это был Сент-Луис. – Повернувшись к Роберту, Уиллоу продолжала: – Наш поезд тогда простоял в Сент-Луисе несколько часов. От нечего делать я решила зайти в магазин модной одежды. Кстати… – Она прикоснулась к полям шляпки. – Вот эта великолепная вещица куплена именно там. Я уже выходила на улицу, как вдруг оступилась и чуть не упала. На счастье, мистер Донован проходил мимо. Он был так любезен, что поддержал меня. Ах, сэр, я так признательна вам…
– Не стоит благодарности, мисс Хейстингз, – ответил Брэнд, невольно принимая странную игру.
«К чему весь этот спектакль? – думал он. – Надо непременно расспросить Уиллоу, как только мы останемся наедине». В том, что это вскоре должно произойти, Донован не сомневался.
– Ну что вы, я действительно очень вам признательна, – не унималась Уиллоу. – Если бы не вы, я бы наверняка упала.
– Уверен, на моем месте точно так же поступил бы любой джентльмен.
– Ах, настоящих джентльменов в наше время можно по пальцам пересчитать! На самом деле…
– Ну полно, полно, – не выдержал Роберт. – Довольно обмениваться любезностями. Что ж, ценю ваш благородный поступок, мистер Донован, но должен напомнить, что мы собрались здесь по более важному поводу, чем светская беседа. Не так ли?
– Вы правы, Роберт, – кивнула Уиллоу. – Прошу прощения за свою глупую болтовню.
Брэнд в изумлении смотрел на Уиллоу. Да она держится как настоящая леди! Куда же делась Уиллоу Хейстингз из борделя «Серебряная шпора» – красотка, которая так умело искушала и раззадоривала, соблазняла и сводила с ума? Где та Уиллоу, что изящными движениями стягивала шелковые чулки, женщина, которая своим ангельским голоском сводила с ума публику?
Донован машинально прикоснулся к щеке – царапина еще беспокоила. Но почему-то еще большее беспокойство вызывал образ прекрасной Уиллоу, певички из Джефферсон-Сити.
– Уиллоу. Мистер Донован. Прошу вас обоих присесть.
Роберт долго перекладывал бумаги на письменном столе. Наконец поднял голову и вытянул перед собой руки.
– Итак, как вы оба знаете, два дня назад один из наших агентов был убит. Преступление совершено на Центральном вокзале, вскоре после прихода поезда, принадлежащего «Юнион Пасифик». – Роберт протянул Брэнду и Уиллоу по внушительному коричневому конверту. – Здесь фотографии, сделанные на месте преступления, и кое-какие заметки наших агентов. А также доклады полиции и материалы, которые я посчитал нужным приложить к делу.
Брэнд вытащил содержимое своего конверта и принялся рассматривать фотографии. Уиллоу же не спешила приступать к изучению документов. Донован недоумевал: что вообще делает эта женщина в агентстве Пинкертона? «Надо сразу расставить все по своим местам», – решил он.
– Прошу прощения, мистер Пинкертон, но почему вы вводите меня в курс дела в присутствии мисс Хейстингз? Не уверен, что разговоры о подробностях убийства будут приятны для слуха этой леди, – проговорил Брэнд, сделав ударение на последнем слове. – Может быть, нам лучше поговорить наедине? То есть без свидетелей, – уточнил он, скосив глаза в сторону Уиллоу.
Она поджала губы и промолчала.
Роберт откашлялся и отвел взгляд; лицо его покрылось красными пятнами.
– Мистер Донован, видите ли… Мисс Хейстингз… м-м… как бы это лучше сказать… Я хотел, чтобы вы и она… – Пинкертон умолк и снова закашлялся.
– Ох, Роберт… – Уиллоу не могла не прийти на помощь шефу в сложной ситуации. – Разрешите, я сама объясню ему.
Брэнд мысленно усмехнулся. Удивительно! Что именно собирается объяснять эта женщина?
Она встала и с улыбкой протянула ему руку:
– Мои поздравления, мистер Донован. Я ваш новый напарник.
Брэнд вскочил на ноги так резко, что чуть не опрокинул стул.
– Надеюсь, вы шутите! – завопил он неестественным фальцетом.
На лице Уиллоу появилась кошачья ухмылка – так выглядит кошка, проглотившая канарейку или вылизавшая горшочек сметаны.
– Нет, это не шутка, сэр, – ответила она.
Брэнд смотрел на Роберта глазами, полными ужаса.
– Она ведь шутит, мистер Пинкертон?
– Боюсь, что нет, мистер Донован.
– Я привык работать в одиночку, – соврал Брзнд.
– Я тоже, – сказала Уиллоу.
– Вы по-прежнему будете работать в одиночку. Но только потом, после выполнения этого задания.
– Кажется, наше руководство известило вас о том, что заинтересовано в расследовании убийства? – спросил Брэнд.
– Да, я получил от них телеграмму.
– Значит, вы понимаете, что я – человек опытный и не в первый раз берусь за расследование. Уверяю вас, я в состоянии выполнить задание самостоятельно, без вмешательства посторонних лиц, тем более женщин.
Роберт вспыхнул. Он уже раскрыл рот для ответной реплики, но Уиллоу опередила его. Вскинув подбородок, она смерила Брэнда презрительным взглядом:
– Знаете, мистер Донован, «посторонние лица», как вы только что изволили выразиться, и сами обойдутся – без вашего длинного носа.
– Ну, знаете ли… – Брэнд скрестил на груди руки и брезгливо поморщился. – Обязанность женщины – вести хозяйство, воспитывать детей и доставлять радость супругу, а не браться за мужскую работу. У меня пять сестер, – добавил он, – и я знаю, о чем говорю. Все они создали семьи и никогда в жизни даже не помышляли о том, чтобы распутывать преступления или ходить на службу, чтобы зарабатывать деньги.
Возмущению Уиллоу не было предела. Казалось, сердце ее вот-вот выпрыгнет из груди. Чувствуя, что лицо ее покрывается пурпурными пятнами, она выпалила:
– Вы; глупое, самодовольное, гадкое…
– Уиллоу! – не выдержал Роберт.
– …животное, – закончила Уиллоу. – Если возникают сомнения относительно моей личности, то, уверяю, наше мнение о женщинах скоро изменится.
– Я прекрасно понимаю, с кем имею дело. А если забыли вы, то разрешите напомнить подробности нашей первой встречи.
– Не стоит, мистер Донован. Напротив, это у меня возникают сомнения насчет вашей памяти. Особенно когда смотрю на синяк под вашим левым глазом. Подобное… увечье наводит на мысль: а действительно ли вы такой уж опытный? Так что не вы, а я отказываюсь от сотрудничества.