– Хорошо. – Лукас едва заметно кивнул. – Потому что в обозримом будущем ты не станешь встречаться с мужчинами.
   – Только потому, что формально мы еще женаты, ты не можешь мне приказывать.
   – Ты меня не поняла. Это не приказ, это прогноз. Ты ведь сама этого хочешь. Или сомневаешься?
   – Не твое дело. Я не собираюсь играть в твои игры!
   Лукас улыбнулся.
   – Постараюсь устроить так, чтобы ты передумала. – Он взглянул на часы. – Мне пора идти. Заеду за тобой в восемь. Не задерживайся.
   – Я еще не согласилась пообедать с тобой.
   – Нет, но мы оба знаем, что ты согласна. Ты ведь предпочла меня Нику.
   – Ты не знаешь, где я живу.
   – Правда? Тебя удивит, сколько всего я узнал о тебе за последние пару дней, Софи, – сказал Лукас, и сердце Софи сжалось. – Ты живешь в загородном доме. Ты начала работать здесь пару лет назад. У тебя небольшой счет в банке, но нет кредиток на имя Тэлбот. Как тебе, а?
   Софи почувствовала заметное облегчение. Он не знает о Томе!
   – Поразительно, что делают деньги!
   – Почему Тэлбот? Я так и не понял.
   – Я взяла фамилию бабушки по материнской линии. Это благодаря ей я начала интересоваться фотографией.
   – Мы ведь так и не дошли до разговоров о наших семьях, а? Слишком были заняты любовью, – с иронией заметил Лукас. – А теперь мне пора. До вечера. И, Софи… – он смерил ее холодным взглядом, – не вздумай сбежать.
   С этими словами Лукас наконец вышел, оставив Софи бессильно сидеть за столом в фойе. Она опустила голову, не веря в происходящее. Лукас, наверное, безумен, если думает, что она согласится на его план. Да, он имеет право злиться, что она ушла, не оставив ему шансов оправдаться, но расплата слишком высока!
   Софи потерла лицо ладонями. Должно же быть что-то, что заставит Лукаса передумать. И лучше найти выход сегодня, чтобы Лукас не вертелся вокруг нее и не узнал о Томе.
   Том! В животе что-то перевернулось при мысли, что сынишка будет дома, когда Лукас приедет за ней. А если он увидит Тома, то сразу поймет, что это его сын. Нужно спрятать Тома.
   Софи сняла трубку, набрала номер и вскоре услышала знакомый голос.
   – Привет, Дженни, это Софи. Я хочу попросить тебя о большом одолжении…
   Несколько минут спустя она вернула трубку на место и глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Все улажено. Теперь остается только пережить остаток вечера.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

   Вечером Софи приняла расслабляющую ванну, успокоенная мыслью, что Том останется у Дженни и никогда не узнает о Лукасе. Она обернула мокрые волосы полотенцем, накинула на себя другое и, прошлепав в спальню, стала прикидывать, что надеть.
   Выбор был невелик. Бюджет не позволял Софи покупать стильную одежду, к которой она привыкла. С маленьким ребенком на руках она предпочитала теперь удобные, а не шикарные вещи. Однако нужно создать настроение. Костюм – слишком формально, а что-нибудь сексуальное тоже не подойдет.
   Софи не хотела, чтобы Лукас заключил, что она согласна на его предложение. В конце концов, она остановила свой выбор на голубом шифоновом платье на тонких бретелях. Этому платью было сто лет, но оно идеально подходило для вечера.
   Кроме того, к нему имелись пара подходящих сандалий и вечерняя сумочка.
   Осталось только высушить волосы, что и сделала Софи, причесав их так, чтобы они мягкими волнами спадали на плечи. Неброский макияж завершил образ.
   Раздался звонок в дверь, и, убедившись, что все именно так, как она и хотела, Софи пошла открывать. Она не спешила.
   В смокинге, сшитом на заказ, Лукас выглядел сногсшибательно. Она любила его не за внешность, но сейчас сердце готово было выскочить из груди.
   Лукас был прав: ничего не изменилось. При виде его у Софи все так же дрожали колени, пересыхали губы, а маленькие волоски на затылке вставали дыбом.
   – Потрясающе, – объявил Лукас, оглядывая соблазнительные изгибы ее тела под платьем.
   Его голос привел Софи в чувство. Заставлять его переминаться на пороге не только невежливо, но и опасно: как бы не привлечь внимание соседей. А еще огромный лимузин у ворот. Вдруг Том выглянет в соседское окно…
   Это последнее, чего бы ей хотелось.
   – Входи, – поспешно пригласила она.
   Лукас вошел и остановился в центре гостиной, оставив за собой шлейф духов, которые раньше так нравились Софи. Он окинул взглядом уютную комнату, и Софи порадовалась, что не забыла убрать игрушки и фотографии Тома до его прихода. Лукаса тем временем повернулся к ней и протянул плоскую квадратную коробочку.
   – Это тебе.
   Софи неуверенно взяла коробочку, но тут же протянула ее обратно, распознав имя известного ювелира.
   – Я не могу это принять, – прошептала она.
   В горле неожиданно пересохло.
   – Почему нет? Это твое. Я купил это в тот день, когда ты ушла от меня. Хотел показать, как сильна моя любовь к тебе. Тогда я еще думал, что мои чувства взаимны. Тем не менее подарок есть подарок. Никто и никогда не станет носить это, кроме тебя. Открывай, дорогая, не бойся, не кусается.
   Ее пальцы задрожали, когда она подняла крышку. Подвеска в виде бриллиантовой слезы была столь прекрасна, что на минуту Софи лишилась дара речи.
   – Я не могу это принять! – шокировано воскликнула она. – Забери, пожалуйста.
   – Я знал в тот самый момент, когда увидел эту подвеску, чью шею она должна украшать. – Он взял подвеску и осторожно надел ее на Софи. – Конечно, я был ослеплен любовью к тебе, но это неважно. Я был прав, подумав, что тебе пойдет.
   Лукас отступил, чтобы полюбоваться своим подарком.
   – Нет, нет, нет! – воскликнула Софи, ища пальцами застежку. – Это неправильно. Сними, пожалуйста.
   – Оставь. Хотя бы на сегодняшний вечер. Потом можешь делать с ним, что хочешь, потому что я не возьму его обратно.
   – Ты сумасшедший!
   – Потому, что подарил красавице жене красивую подвеску? Едва ли меня осудят за это. Оставь, Софи. Считай это маленькой расплатой в сведении счетов.
   Софи ничего не оставалось, кроме как смириться. Вздохнув, она закрыла пустую коробочку и пробежала пальчиками по подвеске.
   – Хорошо, но только сегодня. Я не осмелюсь надеть ее еще раз. Она, наверное, стоит целое состояние!
   Лукас рассмеялся.
   – Дедушка учил меня, что джентльмену не пристало быть столь неделикатным, чтобы упоминать о деньгах. Но если тебя интересует, могу ли я себе такое позволить, не переживай. Это всего лишь капля в океане по сравнению с состоянием моей семьи.
   Династия Антонетти славилась умением вести дела. Но они все были филантропами и часто помогали тем, кто в этом нуждался.
   – Как твои родители? – поинтересовалась Софи, зная, что, несмотря на взаимную симпатию в прошлом, они не одобряли ее поступка. – Ты сказал им, что нашел меня?
   – Родители – нормально, и нет, я не упоминал о тебе. Они болезненно восприняли твой уход, ведь считали тебя дочерью. Ты разочаровала их.
   – Мне жаль. И я бы предпочла не говорить об этом.
   – Конечно. Так проще. Ничто не беспокоит твою совесть. Однако я пришел сюда не затем, чтобы говорить о моей семье. По крайней мере не сейчас. Ты готова? Я заказал столик на половину девятого.
   – Только возьму сумочку. Если хочешь выпить чего-нибудь, открой бар.
   – Это подождет, – вежливо отказался Лукас. – Иди, а я пока полюбуюсь из окна садом.
   Войдя в спальню, Софи подошла к зеркалу и поглядела на подвеску. Она действительно была прекрасна. На глаза навернулись слезы. Но сейчас не время для эмоций. Софи взяла с кровати сумочку и шаль и спустилась в гостиную.
   – Готова? – Лукас галантно предложил ей руку.
   – Это слишком, тебе не кажется? – отстранилась она.
   – Порадуй меня.
   – Еще одна маленькая расплата, да? – съязвила Софи, но взяла мужа под локоть.
   – У тебя короткая память, дорогая. Когда-то ты не могла дождаться, чтобы не приложить ручки к каждой части моего тела.
   – Я предпочитаю не помнить своих ошибок.
   – Но тогда ты можешь повторить их, – парировал Лукас.
   – Нет. Я хорошо усвоила урок.
   Он рассмеялся.
   – Могу представить, что это будет за битва. Уже не могу дождаться.
   – Запомни, я всего лишь согласилась пообедать с тобой.
   – Пока. Я готов дать тебе время привыкнуть к новой ситуации. И одна из причин, по которой мы обедаем сегодня вместе, это обсуждение условий.
   – Одна из причин?
   – Нам о многом нужно поговорить. Зачем и почему, как говорится.
   – Надеюсь, ты готов к одностороннему разговору.
   – Не волнуйся, любимая, после того, как ты со мной так нехорошо поступила, я ко всему готов.
   Шофер вышел из машины и открыл для них дверцу. Софи мысленно взмолилась, чтобы никто не заметил этого и не рассказал Тому. Лукас сел рядом с ней на заднее сиденье. Очевидно, водителю уже были даны все инструкции. Как только они устроились, он завел лимузин.
   – Куда мы едем? – поинтересовалась Софи, когда машина свернула на дорогу, ведущую к побережью.
   – Коллега порекомендовал мне ресторан с видом на море неподалеку отсюда. И я подумал, почему бы не сходить туда. Рыба должна быть хороша. И это напомнило мне о нашей первой встрече. В том ресторане на Бали. Помнишь?
   Конечно, Софи помнила. Она не забыла ничего из их совместной жизни. Софи поехала на Бали в отпуск с друзьями, один из которых не отходил от нее ни на шаг, пытаясь перевести их дружбу на другой уровень, чего не хотела Софи. Устав в ресторане от его приставаний, она вышла из-за стола и прошла на пирс. Там ее и нашел Лукас.
   – А ты поставила его на место, – сказал он, опершись на парапет рядом с ней.
   – Простите?
   – Я о твоем парне. Надеюсь, ты не собираешься поступать так же со мной?
   – Вы не слишком торопитесь? – мягко рассмеялась Софи. – Мы ведь не знакомы.
   – Нет. Но будем.
   – А мое мнение имеет значение? – поинтересовалась она.
   – Конечно. Где и когда, зависит от тебя.
   – Но не «если»?
   – «Если» быть не может. Нам обоим это известно.
   – Вы всегда так знакомитесь с девушками? Его улыбка обожгла приятным жаром.
   – У меня нет определенного способа. Я всегда выбираю линию поведения в соответствии с определенной женщиной.
   – И вы считаете, что со мной это сработает?
   – Разумеется. Ты заинтригована и хочешь знать больше.
   – Что меня интригует, так это ваше имя. У вас ведь оно есть?
   – Лукас Антонетти. А ты Софи Палмер. Я узнал у твоих друзей.
   – Вы ведь не сумасшедший, правда?
   – Нет, хотя ты способна свести мужчину с ума. Девушка рассмеялась, удивленно приподняв бровь:
   – Хочешь сказать, я заигрываю с тобой?
   – Это ты мне скажи. Ты всегда выполняешь обещания, которые дают твои глаза?
   Софи пожала плечами.
   – Зависит от того, что они обещают. Мне говорили, что они горят огнем, когда я злюсь, но я еще никого не прожигала взглядом.
   – В это я не поверю. Когда они излучают пламя страсти, они могут зажечь любого, – заспорил Лукас.
   – А ты всегда говоришь, что думаешь?
   – Только если ситуация подходящая. Сейчас я не могу рассказать тебе, что творится у меня в голове. Для этого нам нужно оказаться наедине.
   – Итак, Лукас Антонетти, что я должна о тебе знать?
   – Это зависит от того, насколько ты знакома с миром международного большого бизнеса.
   Софи не удержалась и наградила его кокетливым взглядом из-под ресниц.
   – Значит, ты бизнесмен. Впечатляет. Не припоминаю, чтобы я раньше знакомилась с бизнесменом, – рассмеялась Софи.
   – Это впервые для нас обоих. Я никогда раньше не знакомился с… – его губы расплылись в чарующей улыбке, – Софи Палмер.
   – И куда мы отсюда пойдем?
   – Я бы сказал тебе, но, боюсь, это невозможно.
   – Ты всегда такой шустрый? – догадавшись, о чем речь, поинтересовалась она.
   – Когда вижу то, что хочу, – да, – признался Лукас. – Но если ситуация требует, я могу притормозить…
   Сердце Софи сжалось от воспоминания о страсти, которой тогда оба поддались. Их роман стал головокружительным и захватывающим, но скоро Софи нужно было возвращаться домой. Как она полагала, на этом все и закончится. Вот только Лукас считал по-другому. И это привело к самой красивой свадьбе и, как оказалось, к самому жестокому предательству.
   – Софи? – услышала она свое имя и очнулась от грустных воспоминаний.
   Лукас пристально смотрел на нее.
   – Мы уже приехали? – неловко спросила Софи, чувствуя себя букашкой под микроскопом.
   – Уже близко. А вот где ты? Кажется, мысленно ты далеко отсюда.
   – От качки меня клонит в сон, – соврала Софи. – Я плохо спала последнее время.
   – Совесть мучила?
   – Ни на йоту, – снова солгала она. – Я бы снова поступила так же.
   – Как же я был слеп. Но теперь розовые очки разбились. Ты не одурачишь меня во второй раз, дорогая.
   Оставшуюся дорогу оба молчали. Ресторан был известен по всей округе и, разумеется, переполнен. Но их проводили к тихому столику у окна.
   Лукас заказал вина для Софи и виски для себя. Однако пока не принесли напитки и еду и не оставили их наедине, Лукас не заговорил. Софи не замечала, что вертит в руках свой бокал, зато это не ускользнуло от взгляда Лукаса.
   – Нервничаешь, любимая?
   – Я тебе не любимая, Лукас, – отрезала она. – И уже давно. Поэтому у меня нет причин нервничать. Почему бы тебе просто не спросить, что тебя интересует.
   Лукас откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу.
   – Отлично. Можешь начать с того, почему ты ушла от меня.
   У Софи перехватило дыхание. Ей-то казалось, что Лукас поверил тому, что она сказала ему раньше. Она растерялась.
   – Это важно? Теперь все в прошлом.
   – Еще как важно, дорогая! – Лукас впервые показал свою злость. – Ты стерла мою гордость в порошок, когда ушла от меня вот так. Честное объяснение – самое меньшее, что ты мне задолжала.
   – А если у меня его нет?
   – Ты же виртуозная лгунья, так придумай что-нибудь. Когда подойдешь близко к правде, я пойму.
   И Софи выпалила первое, что пришло в голову:
   – Хорошо, ты хочешь причины. Как тебе эта? Мне стало скучно. Чувствуешь себя лучше?
   – Не совсем. Я знавал женщин и могу сказать, что тебе не было со мной скучно.
   – Как же ты самоуверен! – разозлилась Софи. – Я не была… я не… как все женщины!
   – Нет. – Лукас склонился к ней. – Ты была для меня особенной. Я бы отдал за тебя весь мир!
   – Я никогда не просила у тебя весь мир!
   Софи хотела лишь доверять ему, а Лукас предал ее доверие. И это говорит о его любви? Если бы не Том, она бы высказала ему все. Но осторожность заставила ее молчать.
   – Нет, дорогая, – хохотнул он. – Когда любишь, это желание возникает само собой. И если бы ты любила меня так, как говорила, то знала бы об этом!
   Софи едва сдержала смех. Конечно же, она знала. Ведь до сих пор любила Лукаса, несмотря ни на что. Может, он тоже когда-то любил ее, но это не помешало ему встречаться с другими женщинами. Наверное, стоило рассказать ему о фотографиях и звонке, но Софи не стала. Такую любовь сложно вынести. Жить в сомнениях невозможно. А его злость трудно будет проглотить.
   Софи отодвинула стул, готовясь встать.
   – Мне нечего больше сказать. Это безумие. Забудь, Лукас. Отпусти меня! – воскликнула она в сердцах и попыталась встать, но Лукас перехватил ее запястье.
   – А вот эго я сделать не могу, любимая, – объявил он зловещим полушепотом. – Я уже говорил, что все еще хочу тебя. Больше того, до моего возвращения домой я намерен получить тебя!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

   От такого дерзкого заявления у Софи перехватило дыхание, но, снова усевшись на стул, она готова была продолжить битву.
   – Уясни себе: я не собираюсь иметь с тобой никаких отношений. – Она произнесла это твердым, уверенным тоном. – А теперь отпусти меня.
   Лукас проигнорировал просьбу. Вместо этого он перевернул руку Софи ладошкой вверх и начал нежно водить по ней большим пальцем.
   – Сейчас я уже не прошу связи на всю жизнь. Мы оба знаем, что на это ты не готова. Но что такое неделя-две твоей жизни, если потом ты обретешь свободу? – говорил он тягучим, как шоколад, голосом, от которого Софи всегда таяла.
   Это было… о, чертовски соблазнительно. Софи соврала бы себе, если бы не призналась в этом. Снова побыть с Лукасом, когда она уже решила, что все шансы упущены, было бы счастьем, но все же опустошило бы ее. Кроме того, она не сможет прятать Тома долго. Софи и так терзало чувство вины.
   Его прикосновение согревало, но она заставила себя собраться и отдернула руку.
   – Это не сработает, – стоически возразила она, сознавая, что не может позволить Лукасу снова соблазнить ее.
   Надо быть сильной – ради Тома.
   – Лгунья. Возможно, ты не хочешь реагировать, но все же делаешь это, – настаивал он, и она отдала бы все на свете, чтобы он был не прав.
   – Ты ошибаешься.
   – Неужели? – лениво улыбнулся Лукас. – Отнюдь. И могу доказать тебе это, но тогда нам придется уйти, а я хочу пообедать. Не разоблачать же тебя прямо здесь.
   На какой-то миг Софи превратно поняла слово «разоблачать» и неожиданно представила себе, как они занимаются любовью прямо на этом столе. Она покраснела. Хорошо, что освещение не позволяло заметить ее смущение.
   – Никогда не страдала эксгибиционизмом, – холодно отрезала она, но Лукас лишь рассмеялся.
   – Да, но наедине со мной у тебя не было запретов. Ты была страстной и открытой к экспериментам любовницей. Разве удивительно, что я хочу продолжения?
   – Тогда мы были женаты, – поспешно заметила Софи.
   – Мы и сейчас женаты. Все будет абсолютно законно.
   – Дело не в законе. Я не хочу, чтобы ты возвращался в мою жизнь, – отрезала она, надеясь, что он отступит.
   – Мы играли по твоим правилам. На этот раз правила устанавливаю я. И помни, что у меня в руках все козыри.
   Софи взяла свой бокал и отпила немного вина, словно его слова совершенно ее не волновали. Она положила локти на стол и оперлась подбородком на скрещенные пальцы.
   – Ты можешь так считать, но нам обоим хорошо известно, что ты не сможешь задержаться на севере надолго. У тебя бизнес. Так почему бы тебе не обрубить все концы и не отправиться домой?
   – Тебе так будет удобнее, правда, дорогая? Но мне некуда торопиться. Я взял отпуск.
   Им принесли еду. Очень кстати, обрадовалась Софи. Вряд ли она нашлась бы, что на это ответить. Она надеялась, что он поиграет с ней немного и уедет домой, но, очевидно, у Лукаса другие планы. Что же ей теперь делать?
   Этот вопрос настолько расстроил Софи, что она едва притронулась к еде, а вот Лукас, наоборот, ел с большим аппетитом. Она перестала притворяться и отодвинула тарелку.
   – Что-то не так с едой? Я попрошу принести что-нибудь другое.
   – Еда чудесная, просто я не голодна.
   – Хмм, я тебя понимаю. Плохо, когда все идет не так, как ты планируешь. Я потерял всякий интерес к жизни, узнав, что ты ушла от меня, – признался Лукас, и сердце Софи сжалось.
   – Я этого не хотела, – тихо сказала она.
   – Зачем ты извиняешься? Ты хотела уйти – и ушла. Нужно, чтобы и тебя бросили, чтобы понять, что я тогда чувствовал, – добавил Лукас. – И раз уж у нас время признаний, сознаюсь, что я тогда даже запил. О, не переживай, вскоре я осознал, что это не выход. На дне бутылки не было ответов. Чтобы отыскать их, нужно было найти тебя. И я пытался, но безуспешно.
   – Я не хотела, чтобы ты нашел меня, – призналась Софи.
   – Боялась того, что я мог сказать или сделать?
   – И того и другого. Я знала, что ты разозлишься.
   – Ошибаешься, дорогая. – Лукас склонился к ней. – Злость не то слово, чтобы описать чувства, которые я тогда пережил. Я любил тебя. И до сих пор тебя хочу. И есть только один способ выбросить тебя из головы. Снова стать любовниками до тех пор, пока это желание к тебе не исчезнет. Только тогда я освобожусь от тебя, а ты от меня.
   – Я могу стать свободной уже сейчас, если ты уйдешь! – с горячностью воскликнула Софи, желая, чтобы Лукас понял, что она никогда не согласится.
   – Кажется, мы в тупике, – пожал плечами Лукас и подозвал официанта, чтобы оплатить счет, потом встал и обошел стол, чтобы помочь ей подняться.
   Смущенная резкой сменой тактики, Софи взяла сумочку и шаль и вышла с ним на улицу. Она направилась на парковку, но Лукас взял ее под локоть и увлек в противоположную сторону, к морю.
   – Еще рано, – пояснил он. – Я не прочь прогуляться.
   – А я нет.
   – Даже если можешь услышать кое-что выгодное для себя?
   – И что же это?
   – Ах, – насмешливо улыбнулся Лукас, – тебе придется пройтись со мной, чтобы узнать. Пойдем? – он протянул ей руку, и Софи, засомневавшись на мгновенье, все же приняла ее. – Ну вот, все не так уж плохо, правда?
   Стоял чудесный вечер. Волны мягко омывали берег. Когда-то гулять вот так было бы чудесно, но сейчас Софи чувствовала себя невероятно одинокой. До этого момента она и не осознавала, как тяжело находиться рядом с любимым – и знать, что он тебя больше не любит. Она могла бы помечтать, но мечты – это для детей. Взрослым приходится жить с результатами их собственного выбора.
   Они уже отошли достаточно далеко от ресторана, когда Лукас наконец заговорил:
   – Ты когда-нибудь вспоминала о первых неделях нашей совместной жизни?
   Все время, сказала про себя Софи.
   – Я старалась не думать об этом, – соврала она. – Не могу представить, чтобы тебя тянуло их вспоминать.
   – Это помогало мне оставаться сосредоточенным. Хоть я никогда и не забывал, почему хочу снова встретиться с тобой.
   Софи сглотнула ком в горле.
   – И как, ситуация соответствует твоим ожиданиям?
   – Почти. Я ждал, что ты станешь противиться, но думал, скоро сдашься.
   – Думал, я сразу брошусь в твои объятия?
   – Нет! – рассмеялся Лукас. – Хотя это самое простое решение.
   – Для тебя – возможно. Но я не могу спать с кем-то, к кому не испытываю никаких чувств, – отрезала Софи, зная, что на самом деле все наоборот.
   Она не смогла бы спать с Лукасом из-за своих чувств к нему.
   – Никаких чувств? – усмехнулся тот. – Тебе не надоело врать?
   – О чем ты?
   – Ты ведь все так же хочешь меня.
   – Физического влечения недостаточно.
   – Это все, что меня интересует, и все, что мне от тебя нужно.
   Его слова ножом вонзились в сердце. Софи захотелось найти укромный уголок, где она могла бы выплакать свою боль.
   – Тогда спешу тебя разочаровать: я даже этого не испытываю!
   Лукас только рассмеялся.
   – Софи, Софи! Тебе должно быть стыдно. Но если это просто заблуждение, я могу легко доказать, что ты ошибаешься, – объявил он и, удержав ее за подбородок, поцеловал во влажные губы.
   Застигнутая врасплох, Софи растерялась. Его губы были теплые и такие знакомые, что она задрожала. Ее руки поднялись, но если Софи и хотела оттолкнуть его, то они предали ее, и она вцепилась в его широкие плечи. Простонав, она открылась навстречу его поцелую. Лукас, дразня, провел языком по ее губам, проникая в рот. Софи закрыла глаза, подавшись вперед всем телом. Она не могла больше сопротивляться. Так было всегда. Она обвила руками его шею. Лукас как будто ждал этого знака. Он отстранился и отступил, с удовлетворением глядя на Софи.
   – Я ждал этого с первого дня, как снова увидел тебя, – хитро улыбнулся. – А ты говорила, что не хочешь меня…
   – Это был нечестный прием! – возмутилась Софи.
   – Но я доказал, что прав. Тебя до сих пор тянет ко мне, Софи. Так же страстно, как и прежде.
   – Это ничего не меняет! – бросила она, гордо вздернув подбородок.
   – На твоем месте я бы подумал еще раз.
   – Ты мне угрожаешь? И что будет, если я откажусь? – фыркнула Софи, заметив, как его губы вытянулись в тонкую линию.
   – Ты и представить себе не можешь, на что я способен, – произнес он тоном, какого Софи никогда не слышала раньше.
   Она похолодела.
   – Нет, но я уловила безжалостные нотки, которые прежде никогда не слышала. Твой отец говорил так же? Яблоко от яблони, да? Такой ты в бизнесе? – Софи говорила, не думая, что может зайти слишком далеко.
   – Что ты этим хочешь сказать? – нахмурился Лукас.
   Софи опомнилась. Она разозлилась и наговорила лишнего, но сейчас уже невозможно взять свои слова назад. А значит, нужно двигаться вперед и использовать ситуацию для своей выгоды. Она готова была сделать что угодно, лишь бы Лукас убрался из ее жизни. Софи скрестила руки на груди и твердо взглянула на него.
   – Большие бизнесмены не лирики. Они должны быть жестокими и уверенными в себе. Ничто не остановит их на пути к своей цели. Ничто и никто.
   – Тебе придется объясниться, дорогая, – коротко бросил Лукас.
   – Как твоя компания стала такой успешной? Сколько людей твоя семья уничтожила на своем пути к вершинам? Сколько еще пожертвуют своей жизнью?
   – Довольно! – прогремел Лукас. – Мы не имеем ничего общего с теми ублюдками, и тебе это известно!
   Так и было, но какое это имеет значение сейчас? И что оставалось делать Софи?
   – Неужели? А что мне еще думать, когда ты угрожаешь мне?
   – Разве я когда-нибудь поднимал на тебя руку?
   – Все когда-то случается в первый раз!
   – Никогда я не поднимал руку на женщину. – Лукас едва не задохнулся от негодования. – И никогда не стану, как бы она ни провоцировала меня. Я мог бы поклясться, что ты знаешь об этом. Вот лишнее доказательство того, как глубоко я ошибся. Полагаю, пора отвезти тебя домой.
   Софи тихонько вздохнула и направились прямо к машине, даже не пытаясь завязать разговор.
   Дорога домой показалась бесконечной. Но, только свернув на подъездную аллею, Софи решилась задать самый важный вопрос: