— Тогда никто не задал вопроса, который ты, мой король, не задал и теперь. Почему похитили единорогов?
   Бен тоже остановился, на миг задумался и пожал плечами.
   — Это прекрасные создания. Я думаю, что волшебники сами пожелали завладеть единорогами.
   — Да, да и еще раз да! Это все, на что ты способен?
   — Ну, гм… — Бен снова помолчал, чувствуя себя дураком. — Почему ты просто не можешь все объяснить, черт возьми? — вспылил он.
   Дирк пристально смотрел на Вена.
   — Потому что не хочу, — тихо проговорил кот. — Потому что ты должен научиться снова видеть все в истинном свете.
   Бен быстрым взглядом окинул кота, оглянулся на кыш-гномов (те наблюдали за Дирком и Беном с безопасного расстояния) и устало скрестил руки на груди. Бен не имел ни малейшего представления, о чем толкует Дирк, Но спорить с котом не было никакого проку.
   — Хорошо, — наконец произнес Бен. — Я попробую еще раз. Волшебники узнали, что феи послали единорогов через Заземелье в миры смертных. И похитили единорогов для себя. Похитили их потому, что… — Бен осекся, внезапно вспомнив пропавшие книги и рисунки. — Волшебники похитили единорогов, чтобы присвоить их волшебную силу! Вот что означали рисунки в книге! Рисунки как-то связаны с исчезнувшими единорогами!
   Дирк с Лесной опушки приподнял голову:
   — Ты правда так думаешь, мой король? Любопытство кота было таким искренним, что Бен растерялся. Он ожидал, что Дирк согласится с ним, а тот, казалось, был удивлен вдвойне.
   — Да, я правда так думаю, — наконец заявил Бен, но изумление не проходило. — Я думаю, что пропавшие единороги и пропавшие книги связаны, а черный единорог имеет какое-то отношение и к тем, и к другим.
   — Это разумно, — согласился Дирк.
   — Но как украли единорогов? И как могли волшебники присвоить волшебную силу этих существ? Разве единороги не такие же могущественные, как волшебники?
   — Говорят, что такие же, — снова согласился Дирк с Лесной опушки.
   — Тогда что же с ними произошло? Где их спрятали? Как ты думаешь?
   — Возможно, они носят маску.
   — Маску? — недоумевая переспросил Бен.
   — Как ты. Возможно, они носят маску, и мы их не узнаем.
   — Как я?
   — Ты можешь не повторять каждое мое слово?
   — Но о чем ты говоришь, черт побери? Дирк бросил на Бена взгляд, говорящий: «Надоел ты мне со своими вопросами», — и втянул носом воздух уходящего утра, как будто в этом воздухе носились все ответы. Черный хвостик покачивался из стороны в сторону.
   — Я хочу пить, Ваше Величество. Не желаете ли присоединиться ?
   Не дожидаясь ответа, Дирк встал и, сойдя с тропинки, поспешил за деревья. Мгновение Бен смотрел коту вслед, а затем пошел за ним. Вскоре они подошли к пруду, питающемуся водой из реки, и стали пить. Бен пил быстро, жажда была сильней, чем он думал. Дирк не торопился, его изящная медлительность даже не раздражала, он лакал с чувством и с толком, часто останавливался и тщательно старался не замочить лапы. Бен знал, что сзади за ними наблюдают Щелчок и Пьянчужка, но не обращал на них внимания. Он следил только за котом и ждал, что теперь скажет Дирк, потому что кот наверняка собирался что-то сказать, или Бен совсем ничего не понимал!
   Минуту спустя Дирк снова сел и огляделся.
   — Посмотри на себя в воду, мой король, — приказал кот.
   Бен повиновался и увидел свое искаженное отражение, но все же свое.
   — Теперь посмотри на себя без зеркала, — продолжал Дирк.
   Бен так и сделал и увидел истрепанную одежду и разбитые башмаки, сажу и грязь, неухоженное, немытое, несвежее тело. Лица он не видел.
   — Теперь снова посмотри на себя в воду, смотри получше.
   Бен посмотрел и на этот раз увидел, как его образ тускнеет и превращается в отражение какого-то незнакомого, чужака в такой же одежде, как у Бена.
   Бен резко поднял голову:
   — Я больше не похож на себя, даже сам вижу себя другим!
   В голосе слышался страх, который Бен тщетно пытался скрыть.
   — А все потому, любезный король, что ты начинаешь терять себя, — тихо проговорил Дирк с Лесной опушки. — Маска становится лицом! — Черная мордочка наклонилась ниже. — Найди себя, Бен Холидей, прежде чем маска совсем превратится в лицо. Сорви маску с себя, и тогда, возможно, ты отыщешь способ снять ее с единорогов.
   Бен глянул в пруд и, к великой радости, увидел в воде свое прежнее отражение. Но черты едва вырисовывались. Изображение как будто блекло.
   Бен снова поднял взгляд на Дирка, но кот уже пустился прочь, разогнав пугливых гномов.
   — Поторопитесь, Ваше Величество, — крикнул кот Бену. — В Бездонной Пропасти не стоит искать себя после сумерек.
   Бен медленно поднялся, теперь он был не только сбит с толку, но и напуган.
   — И зачем я задаю вопросы этому чертову коту? — огорченно пробормотал он.
   Но на этот вопрос он, конечно, уже знал ответ. Размышляя, как обстоят дела, Бен покачал головой и поспешил вслед за Дирком.
   К середине дня они достигли Бездонной Пропасти. Бездонная Пропасть не изменилась и не поддавалась изменению. Темные, непроницаемые грязные пятна на залитой ярким солнцем территории леса, они вжались в землю, как дикий зверь перед прыжком. В разверзшейся бездне Бездонной Пропасти тени играли в прятки с туманом, пропасть расползалась медленными, неровными движениями, охватывая деревья, трясину и мрак. Ничего не было видно. Жизнь спряталась, тайно пустилась в жесткую и порочную игру на выживание, где награда ждет лишь быстрых и сильных. Звуки были приглушены, краски потухли, везде царил серый цвет. В Бездонной Пропасти только смерть была как дома и только смерти ничего не угрожало. Бен и его спутники это ощущали. Стоя на краю бездны, они смотрели вниз, в темноту, и каждый думал о своем.
   — Ну ладно, можно спускаться, — наконец пробормотал Бен.
   Он вспомнил, как в последний раз ходил в Бездонную Пропасть и какие ужасные видения создавала перед ним Ночная Мгла, чтобы не впустить его: Бену мерещилось бесконечное болото, ящерицы и призраки похуже. Он думал о встрече с ведьмой, эта встреча чуть не стоила ему жизни. Он не жаждал повторить то же представление.
   — Ну ладно, — снова произнес Бен, и его слова утонули в тишине.
   Никто не обращал на него внимания. Дирк сидел рядом с прикрытыми глазами, с сонным видом загорал в пятнышке солнечного света и следил за тем, как в Бездонной Пропасти движется туман. Щелчок и Пьянчужка стояли слева на расстоянии метров десяти от кота и Бездонной Пропасти. Гномы перешептывались тихо, взволнованно.
   Бен покачал головой:
   — Щелчок, Пьянчужка! — Кыш-гномы съежились от страха и сделали вид, что не слышат. — Подойдите сюда! — раздраженно рявкнул Бен, гномы и кот истощили его терпение.
   Щелчок и Пьянчужка двигались робко, осторожно, мелкими шажками, бросая тревожные взгляды на Дирка, который, как обычно, презирал гномов. Когда они подошли так близко, насколько могли, Бен встал на колени, чтобы заглянуть им в глаза.
   — Вы уверены, что Ночная Мгла здесь, внизу? — спокойно спросил Бен.
   — Да. Ваше Величество.
   — Внизу, Ваше Величество. Бен кивнул.
   — Тогда будьте осторожны, — тихо предупредил он гномов. Теперь не время для нетерпения и гнева, и Бен подавил и то, и другое. — Будьте очень осторожны, хорошо? Я хочу, чтобы вы не делали ничего такого, что может поставить вас под удар. Только спуститесь в пропасть. Мне нужно знать, там ли Ивица или была ли она там. Это самое главное. Выясните это. — Бен умолк, и гномы с какой-то неловкостью отвели широко раскрытые карие глаза. Бен минуту подождал и снова поймал их взгляд. — Есть уздечка, сотканная из золотых нитей, — продолжал Бен. — Ночная Мгла куда-то ее спрятала. Эта уздечка мне очень нужна. Я хочу, чтобы вы посмотрели, нельзя ли ее найти. Если можно, я прошу вас украсть ее. — Карие глаза вдруг увеличились до размеров блюдца и часто заморгали. — Пожалуйста, не пугайтесь, — быстро успокоил Бен гномов. — Не нужно воровать уздечку, если ведьма будет поблизости, только если ее не будет или можно взять уздечку так, чтобы ведьма не заметила. Просто постарайтесь тихо сделать что сможете. Я вас прикрою.
   Большей лжи Бен, пожалуй, не произнес за всю жизнь. Он никак не мог прикрыть гномов. Но ему надо было как-то вселить в них уверенность, чтобы они не смылись при первой возможности. Может, они все равно сбегут, но Бен надеялся, что уважение к его королевскому титулу не пропадет у них до тех пор, пока работа не будет сделана.
   — Ваше Величество, ведьма нам навредит! — возопил Щелчок.
   — Она нам навредит! — поддакнул Пьянчужка.
   — Нет, не навредит, — успокаивал Бен. — Если вы будете осторожны, она даже не узнает, что вы спустились к ней. Вы же были здесь прежде, правда? — Две головы снова кивнули. — Так почему же она заметит вас сейчас? Только делайте, как я сказал, и будьте осторожны.
   Щелчок и Пьянчужка смотрели друг на друга долгим тяжелым взглядом. В их глазах было столько тревоги, что не надо было слов. Наконец они снова перевели взгляд на Бена.
   — Спустимся только один раз, — сказал Щелчок.
   — Только один раз, — повторил Пьянчужка.
   — Хорошо, хорошо, только один раз, — согласился Бен, нетерпеливо поглядывая на тускнеющее послеполуденное солнце. — Но поторопитесь, ладно?
   Гномы неохотно полезли в мрачные щели. Бен наблюдал, пока они не скрылись из виду, а затем уселся ждать.
   Он ждал и думал о масках, которые неоднократно упоминал Дирк с Лесной опушки. На Бене маска. На исчезнувших единорогах тоже маска. Кот так сказал, но что он имел в виду? Бен прислонился к стволу дерева, расположенного метрах в десяти от солнечного пятна, в котором нежился кот, и попытался обдумать положение. В конце концов настало время хоть что-то обдумать. Считается, что юристам это по силам, это положено им по званию. Пусть Бен — король Заземелья, но он все-таки человек с привычками юриста и присущим юристу образом мышления. «Ну так думай! — увещевал себя Бен. — Думай!»
   Он стал думать. Ничего не придумалось. Маски носят актеры и бандиты. Чтобы скрыть лицо. Их надевают, а потом, когда не надо прятаться, снимают. Но какое это имеет отношение к нему, Бену? Или к единорогам? «Ни я, ни они не хотят прятаться, — подумал Бен. — Микс хочет скрыть свое лицо. А кто хочет замаскировать единорогов?»
   Волшебники, которые их похитили, вот кто.
   Ответ пришел мгновенно. Бен выпрямился. Волшебники похитили единорогов, а потом спрятали их. Бен кивнул. Это разумно. И каким образом их спрятали? Под маской? Превратили их в коров, в деревья или во что-то еще? Нет. Бен нахмурился. Начнем сначала. Волшебники похитили единорогов (не важно как), чтобы украсть их волшебную силу. Волшебники хотели присвоить ее себе. Но зачем она им? Какая им от нее польза? И куда делась эта волшебная сила?
   Бен изумленно раскрыл глаза. Сейчас остался лишь один настоящий волшебник
   — Микс. Источник его силы — пропавшие и вновь обретенные волшебные книги; в этих книгах, вероятно, собраны колдовские рецепты, которые волшебники приобретали годами, и в этих книгах нарисованы единороги! Рисунки в книгах, по крайней мере в одной из них, наверняка изображали исчезнувших единорогов!
   Но зачем нужны были рисунки? А может, это и есть единороги? — Да! — в удивлении прошептал Бен. Это было настолько невероятно, что раньше не приходило ему в голову, но невероятно лишь в его мире, а не в Заземелье, где волшебство было естественно! Потерянные единороги, единороги, которых столетия никто не видел, сохранившие волшебную силу, томились в книгах волшебников! Значит, в книгах не было ничего, кроме изображений единорогов, потому что книги содержали лишь волшебные рецепты единорогов, украденные волшебниками!
   И обращенные ими себе на пользу? Бен не знал, Он заговорил с Дирком, но оборвал себя на полуслове. Нет смысла спрашивать кота, прав ли Бен; кот только снова ухитрится все запутать. «Сообрази сам!» — посоветовал себе Бен. Волшебники превратили единорогов в рисунки в пропавших книгах, этим объясняется исчезновение единорогов; итак, Микс послал Тьюсу сон о книгах, потому что колдуну нужны книги. Теперь даже ясен разговор Дирка о масках.
   Или еще ничего не ясно?
   Бен стушевался. Еще несколько вопросов остались без объяснения. Например, черный единорог. Может, это просто белый единорог, который удрал из книг или из первой книги, той, в которой обгорели страницы? Почему же он черный, если раньше он был белый? Почернел от пепла или сажи? Глупо! Почему этот единорог в течение многих лет то появляется, то исчезает, если он был заперт в волшебных книгах? Почему он так отчаянно понадобился Миксу именно сейчас?
   Бен сжимал и разжимал пальцы. Если одному единорогу удалось сбежать, почему это не сделали все остальные?
   Замешательство Бена нарастало. Микс намекнул, что Бен чем-то чуть не разрушил планы колдуна, но не сказал как. Если так и было, это касается единорогов, черных и белых. Но Бен не имел представления, что он мог сделать.
   Он сидел и безуспешно ломал голову, а между тем день перешел в вечер, и солнце исчезло на западе. Тени почти незаметно закрыли весь лес. Темень и туман Бездонной Пропасти медленно вылезли из своего дневного заточения, протянули руки теням и окутали Бена и Дирка. Дневное тепло сменилось вечерней прохладой.
   Бен прервал размышления и перевел взгляд на спуск в бездну. Где Щелчок и Пьянчужка? Не пора ли им вернуться? Бен встал и подошел к краю пропасти. Ничего не было видно. Бен прошел по краю несколько сотен метров. Сначала в одну сторону, затем в другую, перешагивая через кочки и кустики и заглядывая во Мрак. Тщетно. Бену стало как-то не по себе. Он не Дерил, что маленьким гномам угрожает опасность, а то он бы не послал их вниз одних. Вдруг он ошибся? Вдруг он принял желаемое за действительное?
   Бен вернулся на свое место и беспомощно уставился на грязную впадину — вход в Бездонную Пропасть. Раньше гномов никогда не волновали опасности, таящиеся в пропасти. Может, что-то изменилось? Черт побери, надо было пойти с ними!
   Бен взглянул на Дирка. Дирк как будто спал. Бен продолжал ждать, у него не было другого выбора. Минуты тянулись вечность. Быстро темнело. Предметы стали трудно различимы в сгустившихся сумерках.
   Потом вдруг у края пропасти кто-то зашевелился. Бен выпрямился, сделал шаг вперед и остановился. Кусты расступились, и на поверхность вылезли Щелчок и Пьянчужка.
   — Слава Богу, с вами все… — начал Бен и умолк. Кыш-гномы оцепенели от страха. Окаменели. Косматые мордашки застыли в страдальческих масках, глаза были блестящие и неподвижные. Они не смотрели ни направо, ни налево, ни даже на Бена. Они пялились в пустоту. Гномы стояли спиной к кустарникам со сложенными, как у маленьких детей, ручками.
   Бен испуганно рванулся вперед. Он сердцем почуял — произошло что-то ужасное.
   — Щелчок! Пьянчужка! — Бен встал перед ними на колени, пытаясь разрушить сковавшие их чары. — Посмотрите на меня! Что с вами?
   — Я с ними, игрушечный король! — прошептал неприятно знакомый голос.
   Бен поднял голову и за спиной у остолбеневших гномов увидел возникшую будто по волшебству высокую черную фигуру — он оказался лицом к лицу с Ночной Мглой.

Глава 13. ВЕДЬМА И ДРАКОН, ДРАКОН И ВЕДЬМА

   Бен безмолвно уставился в холодные зеленые глаза ведьмы, и, если бы ему было куда бежать, он ринулся бы туда сломя голову. Но от Ночной Мглы не убежишь. Она держала Бена на месте просто своим присутствием. Это была стена, которую не обойти и через которую не перелезть. Это была тюрьма. Ведьма говорила шепотом:
   — Кто бы подумал, что ты настолько глуп, чтобы вернуться сюда.
   И впрямь глуп, молча согласился Бен. Он заставил себя протянуть руки к напуганным гномам и прижать их к себе, чтобы они были подальше от ведьмы. Они упали на него, как тряпичные куклы, дрожа от облегчения, и спрятали косматые мордочки в складках рубашки Бена.
   — Пожалуйста, помогите нам. Ваше Величество! — еле-еле проговорил Щелчок.
   — Да, пожалуйста! — вторил ему Пьянчужка.
   — Все будет хорошо, — обнадежил их Бен. Ночная Мгла тихо рассмеялась. Она была точно такая, как прежде: высокая, с резкими чертами лица, кожа бледная и гладкая, как мрамор, волосы цвета воронова крыла, лишь в середине белая прядь; худое, угловатое тело облачено в черное. Она была по-своему величественна, неподвластное возрасту существо, каким-то образом отдалившее смерть. Но ее лицо не выражало чувств, а только это делает величие неотразимым. Глаза были бездонны и пусты. Они были готовы поглотить Бена.
   «Ну, я сам на это напросился», — подумал Бен. Страх замер, и в глазах Ночной Мглы появилась какая-то неуверенность. Она шагнула вперед, вглядываясь в Бена.
   — Что это? — тихо спросила она. — Ты не такой… — Ведьма смущенно умолкла. — Но это точно ты, гномы называли тебя королем… Дай-ка я посмотрю на тебя при свете.
   Ночная Мгла протянула руки. У Бена не было сил сопротивляться. Холодные, будто сосульки, пальцы сжали его подбородок и повернули его голову к свету луны. Ведьма мгновение держала голову Бена и забормотала:
   — Ты другой и в то же время такой же. Что с тобой сделали, игрушечный король? Или ты хочешь поиграть со мной в новую игру? Ты не Холидей? — Бен чувствовал, как дрожат и цепляются за него крошечными ручками Щелчок и Пьянчужка. — А, тут Не обошлось без колдовства, — резко прошептала Ночная Мгла и резко выпустила из рук лицо Бена. — Чьи это чары? Отвечай быстро!
   Бен удержался, чтобы не вскрикнуть от боли, и ухитрился ответить ровным голосом:
   — Это чары Микса. Он вернулся. Он стал королем, а меня сделал… вот таким.
   — Микса? — Зеленые глаза прищурились. — Этого злосчастного шарлатана? И у него хватило умения, чтобы сделать такое? — Она презрительно скривила губы.
   — У него недостает чар, чтобы завязать собственные ботинки! Как ему удалось изменить твою внешность?
   Бен не знал ответа. Ведьма изучала Бена в долгом молчании. Наконец сказала:
   — Где медальон? Покажи его!
   Бен сразу не отозвался, и она быстрым движением протянула руку. Несмотря на решимость этого не делать, Бен невольно вытащил из-за ворота рубашки потускневший кругляш и показал ведьме. Секунду Ночная Мгла осматривала медальон, затем снова стала осматривать лицо Бена, медленно улыбнулась, как хищник, разглядывающий обед.
   — Так, — прошептала она.
   Больше она ничего не сказала. Этого было достаточно. Бен тут же понял, что она догадалась, какие его опутали чары. Он понял, что ведьме стала известна природа изменившего его внешность колдовства. Бена бесило сознание того, что Ночная Мгла все раскрыла. Это было даже хуже того, как она держала его голову. Бену хотелось закричать. Он должен выяснить, что она узнала, но она ни за что на свете не скажет ему.
   — Как ты жалок, игрушечный король! — продолжала ведьма таким же тихим голосом, но с намеком. — Ты всегда был удачлив, но туповат. Удача ушла от тебя. Я почти согласна отпустить тебя. Почти. Но не могу забыть, что ты мне сделал. Я хочу заставить тебя за это страдать! Ты удивился, увидев меня снова? Наверное, да. Мне кажется, ты думал, что я ушла навсегда, ушла в царство фей и там погибну. Как ты глуп!
   Она встала перед Беном на колени, так что ее глаза встретили его взгляд. В ее глазах была такая ненависть, что Бен отшатнулся.
   — Я улетела в туманы, как ты приказал мне, как мне было велено, игрушечный король. Волшебный порошок из царства фей подчинил меня твоей воле, и я не могла отказаться. Как я тебя презирала! Но ничего не могла поделать. И я полетела в туманы, но я летела не торопясь, игрушечный король, не торопясь! В полете я старалась разрушить чары волшебного порошка, я старалась изо всех сил!
   На лицо Ночной Мглы медленно вернулась жестокая улыбка.
   — И наконец я разрушила эти чары. Я разбила их вдребезги и прилетела назад. Однако было слишком поздно, слишком поздно, игрушечный король, потому что я уже попала в сказочные туманы и они мне уже принесли вред! Я получила страшную рану, боль от нее не заживает! Я удрала еле живая. Много месяцев ушло на то, чтобы восстановить хоть малую часть моей волшебной силы. Я лежала в болоте, как затаившийся зверь, беспомощная, словно маленький ежик. Я была сломлена! Но не сдавалась перед лицом боли и страха, я думала лишь о тебе. Я думала о том, что я с тобой сделаю, только попадись мне. И знала, что когда-нибудь я найду способ притащить тебя сюда… — Она помолчала. — Но я даже и не мечтала, что это произойдет так скоро, глупенький правитель. Ну и счастье мне привалило! Ты пришел ко мне из-за того, что твоя внешность изменилась, да? Из-за этого, но что ты хочешь? Отвечай, игрушечный король! Я все равно вытяну из тебя все.
   Бен знал, что это так. Нет никакого смысла пытаться скрыть что-либо от ведьмы. Бен видел в пустых зеленых глазах, что его ждет. Пока будет длиться беседа с ведьмой, Бен останется жив, а пока он жив, есть надежда. В его положении надеждами не бросаются.
   — Я ищу Ивицу, — пряча голову на груди, ответил Бен.
   Он не хотел, чтобы гномы ему мешали, мало ли как получится. Надо быть начеку, вдруг подвернется какая-нибудь возможность. Однако гномы приклеились к нему, как липучка.
   — Дочь Владыки Озерного края? Сильфиду? — Во взгляде Ночной Мглы был вопрос. — Что ей здесь делать?
   — Ты ее не видела? — удивленно спросил Бен. Ведьма неприятно улыбнулась:
   — Нет, игрушечный король. Я не видела никого, кроме тебя и твоих дурачков из горного народца. Что сильфиде от меня может быть нужно?
   Бен помедлил, потом глубоко вздохнул:
   — Золотая уздечка.
   Вот он и проболтался. Лучше уж сказать правду и посмотреть, нельзя ли чего выведать у Ночной Мглы, чем строить из себя умника. Бороться с ведьмой слишком опасно.
   Ночная Мгла была искренне изумлена.
   — Уздечка? Но зачем?
   — Потому что она нужна Миксу. Потому что он послал Ивице сон об уздечке и черном единороге. — Бен быстро рассказал ведьме о сне Ивицы и ее решении попытаться разузнать об уздечке. — Ивице сказали, что уздечка здесь, в Бездонной Пропасти. — Он помолчал. — Сильфида должна была прийти сюда раньше меня.
   — Жаль, что она не пришла, — сказала Ночная Мгла. — Я люблю ее немногим больше, чем тебя. Я уничтожила бы ее почти с таким же удовольствием. — Ведьма умолкла и задумалась. — Черный единорог, да? Как интересно! Уздечка его укротит, так говорил сон? Да, это возможно. В конце концов уздечка волшебная. И много лет назад я украла ее у волшебника…
   Ведьма рассмеялась. Она пристально смотрела на Бена, и на лице ее появилось хитрое выражение.
   — Эти несчастные типы, которые липнут к тебе… ты послал их украсть у меня уздечку?
   Щелчок и Пьянчужка что есть силы прижимались к Бену, но Бен этого даже не чувствовал. Он думал совсем о другом. Если Микс однажды владел уздечкой, значит, вероятно, он ею пользовался, даже, возможно, поймал с ее помощью черного единорога. А единорог каким-то образом ускользнул. Так, может быть, Микс послал Ивице этот сон, чтобы вновь завладеть уздечкой и поймать единорога? Если Бен прав, при чем тут единороги из пропавших волшебных книг…
   — Не трудись отвечать, игрушечный король, — прервала Ночная Мгла мысли Бена. — Ответ в твоих глазах. Эти придурковатые зверюшки спустились в Бездонную Пропасть именно с такой целью, да? Залезли в мой дом как воры. Вползли на своих кошачьих лапках.
   Упоминание о кошачьих лапках вдруг напомнило Бену о Дирке с Лесной опушки. Где призматический кот? Бен совсем забыл про него! Он стал озираться по сторонам, но Дирка нигде не было.
   — Кого ты ищешь? — тут же спросила Ночная Мгла. Ее глаза, будто ножи, пронзили насквозь лежащий за спиной Бена темный лес. — Тот, кого ты ищешь, должно быть, покинул тебя.
   Однако ей потребовалось еще время, чтобы убедиться в своей правоте, только после этого ведьма снова повернулась к Бену.
   — Твои воры такие же жалкие, как и ты, игрушечный король, — возобновила нападение Ночная Мгла. — Они думают, что они невидимы, но они невидимы, лишь когда я не хочу их видеть. Их старания были так очевидны, что я не могла не заметить этих существ. Как только я их настигла, они стали звать тебя: «Великий король!», «Могучий король!» Какие дураки! Они выдали тебя даже прежде, чем я их о чем-то спросила!
   Щелчок и Пьянчужка дрожали от страха и толкали его так сильно, что Бен боялся упасть. Он положил ладонь на головки гномов, чтобы хоть как-то выразить утешение. Бену было искренне жаль этих малышей. В конце концов они вызвали гнев Ночной Мглы из-за него.
   — Ну, раз ты добралась до меня, почему бы тебе не отпустить гномов? — внезапно спросил ведьму Бен. — Ты сама говоришь, что они глупые существа, Я хитростью заставил их служить мне. У них не было выбора. Они даже не знают, почему они здесь оказались.
   — Тем хуже для них. — Ночная Мгла сразу же отвергла просьбу. — Никто из твоих приближенных не уйдет безнаказанно, игрушечный король. — Ведьма подняла голову, темные волосы развевались. Глаза еще раз вперились во мрак.
   — Мне здесь не нравится. Иди со мной.
   Она встала, раскинула руки, и ее черная тень раздалась в размерах. Одеяние колыхалось, как парус. По деревьям внезапно пробежал холодный резкий ветер, из Бездонной Пропасти поднялась темень и окутала и ведьму, и Бена, и гномов. Луны и звезды исчезли во тьме, и пришло неожиданное чувство освобождения и полета. Кыш-гномы еще сильнее уцепились за Бена, и он тоже крепко схватил их, так как ему больше не за что было держаться. Раздался свист рассекаемого воздуха, и наступила глубокая тишина.