– Прекратите, я прошу вас, немедленно прекратите это самоуправство! – вне себя от ярости заверещала Петти и накинулась с кулаками на сосредоточенного на дороге Юрия, – Вы простой водитель и я заплатила вам за то, чтобы вы просто довезли меня до этого гребаного Бэгли. Больше мне от вас ничего не нужно, вы слышите, упрямый старик?
   – Не нервничайте, мэм. Я желаю вам только добра! – защищая ладонью голову от хлестких ударов пассажирки, примирительно настаивал Юрий.
   – Знаете, что дяденька, а засуньте-ка вы свою безмерную доброту в свою русскую задницу! – не имея сил остановить водителя, устало откинулась назад Петти. Ей стало еще хуже и на грудь, словно навалилась стальная плита. Уронив назад голову, Петти стала жадно хватать ртом воздух. То, что вскоре должно было настичь ее, начало обгладывать ее измученное тело и душу.
   И в тот момент, когда Юрий уже повел машину на поворот, перед его глазами молниеносно промелькнула огромная бесформенная тень, а следом раздался глухой удар о бампер.
   – Ч-черт, что это было?! – резко вдавив в пол педаль тормоза, оторопело выдохнул Юрий. От сильного толчка Петти по инерции повалилась на бок и чтобы не удариться головой о спинку кресла водителя, ей пришлось выставить перед собой руки.
   – Что случилось, Юрий? – с трудом приняв вертикальное положение, с досадой простонала Петти.
   – Еще пока не знаю, но мне кажется, что я кого-то сбил, – быстрой скороговоркой выпалил русский и, заглушив двигатель автомобиля, буквально выдавил дверь наружу. Настороженно осмотревшись по сторонам, Юрий стал медленно обходить автомобиль со всех сторон. При этом он что-то тихо бормотал, возможно, на своем родном языке. Все это время Петти, не скрывая беспокойства, из окна наблюдала за водителем кэба.
   «Что задумал этот русский придурок? Зачем он повернул обратно и что успел увидеть, перед тем как нажал на тормоза»?
   Внимательно осмотрев сверху донизу автомобиль и дорогу, Юрий озадаченно почесал затылок и усталыми глазами посмотрел в небо. Но оно не могло ответить на его вопрос или, же не имело на это права. Небо, как обычно хранило молчание, предпочитая не вмешиваться в земные дела и тайны.
   – М-да… мэм, как вы там? – переведя взгляд на затаившуюся за стеклом пассажирку, заботливо спросил Юрий.
   Отворив заднюю дверь, Петти плавно выплыла наружу и, облокотившись на крышу автомобиля, уставилась на Юрия взглядом, готового к выстрелу снайпера. Без слов, угадав, о чем сейчас думает эта длинноногая русоволосая дива, закованная в непроницаемый панцирь роковой печали, Юрий робко обронил:
   – Вы такая красивая Петти и вам совсем не идет, когда вы хмуритесь.
   – Вас в России учили подхалимству, Юрий? – не отводя от смущенного водителя дерзких серых глаз, язвительно прошипела Петти.
   – Простите меня, Петти, но я точно видел, как что-то очень большое и темное бросилось мне под колеса. Возможно, это был лось, но тогда где же он? Я ведь ясно почувствовал удар о бампер! – не в силах выдержать уничтожающего взгляда пассажирки, отвел глаза в сторону Юрий. Присев на корточки, он сцепил кисти рук в замок и о чем-то усиленно задумался.
   – Ну и долго мы так будем стоять? – нетерпеливо вскрикнула Петти и в сердцах пнула острым носком туфли по колесу автомобиля. Вздрогнув от женского вскрика, Юрий медленно поднял голову и вдруг его взгляд остановился на яркой шевелящейся точке на стекле автомобиля.
   – Смотрите Петти! – вскинув руку, ткнул он пальцем прямо перед собой.
   – О чем вы? – проследив за направлением пальца Юрия, подалась грудью вперед Петти. Повернув голову, она увидела прилипшую к лобовому стеклу автомобиля большую темно-оранжевую бабочку, с темным опалом и рядами белых пятен на концах крыльев. Бабочка неподвижно сидела на окне, и лишь округлые концы ее крыльев слегка подрагивали, тем самым показывая, что она живая.
   – Какая красавица! – забыв о своем физическом недуге и дурном настроении, радостно всплеснула руками Петти. Протянув руку к бабочке, она осторожно пересадила ее себе на ладонь и приблизила к глазам.
   – Совсем ручная. Смотрите, Юрий, она совсем не боится меня, – любуясь совершенными формами живого небесного цветка, восхищенно заметила Петти. Восторг от созерцания бабочки внезапно преобразил ее бледное с налетом печали лицо, и она по-детски улыбнулась.
   – Я бы на вашем месте не брал ее в руки, – с видом боевой овчарки готовой к прыжку, тревожно заметил Юрий.
   – Вы опять начинаете? Лучше давайте сядем в машину и продолжим наш путь. Надеюсь, вы уже поняли, что ни к чему хорошему ваша самодеятельность не приведет? – слегка поглаживая бабочку по бархатистой на ощупь спинке, насмешливо прищурилась Петти.
   – О чем это вы? – напряг голос Юрий.
   – Расслабьтесь, Юрий. Мне кажется, ранняя смерть вам не грозит, – заметив на мужественном лице русского выражение растерянности и смятения, снисходительно фыркнула Петти. Забравшись обратно в автомобиль, она затворила за собой дверь, и казалось, мгновенно растворилась в обществе своей новой знакомой.
   Юрий с минуту потоптался на месте и, бросив тоскливый взор в сторону юго-востока, решительно толкнул на себя переднюю дверь автомобиля. Он, молча, завел двигатель и, развернув, застывший посреди трассы желтый лимон, покатил его на северо-запад. Когда машина набрала скорость, Петти окликнула молчавшего водителя:
   – Не беспокойтесь за меня, Юрий, со мной все будет в порядке.
   Странный русский водитель ничего не ответил на полные оптимизма слова пассажирки. Достав из пачки новую сигарету, он закурил, и нервно пуская дым в окно, слился в одно целое с телом серой гадюки, ползущей в сторону северо-запада. Петти же, наслаждаясь внезапно нахлынувшим умиротворением, пересадила послушную бабочку к себе на плечо и, подтянув под себя ноги, блаженно зажмурилась. Боль и раздражение отступили от Петти, ударившись о невидимую энергетическую защиту и этого ей было достаточно, чтобы ненадолго забыться спокойным крепким сном.
   Остаток пути прошел в полном молчании. Казалось, Юрий полностью абстрагировался от присутствия Петти, и его больше не волновала ее история. Лишь, когда на горизонте появились сверкающие на солнце крыши домов городка Бэгли, Юрий сбавил скорость автомобиля и негромким окриком, разбудил дремавшую пассажирку:
   – Мэм, проснитесь, скоро Бэгли!
   Петти приоткрыла один глаз и недовольно уставилась на Юрия.
   – Зачем вы так кричите, я не глухая.
   – Простите, мэм. Просто, пока мы не доехали до места, я хотел бы вас кое о чем попросить, – с прежним участием в голосе, произнес Юрий.
   – Говорите, я слушаю.
   Петти, стараясь не спугнуть, удобно устроившуюся на плече бабочку, выпрямилась на сиденье и недоуменным взором окинула резной профиль Юрия.
   – У вас есть кто-то, кому бы вы могли позвонить в случае чрезвычайной ситуации? – удивил Петти очередным вопросом странный русский.
   – Н-ну… вроде есть, а что? – не понимая к чему клонит Юрий, переспросила Петти.
   Юрий отворил бардачок и, достав оттуда маленькую записную книжку и зеленый карандаш, передал все это своей полусонной пассажирке.
   – Пишите! – тоном, не терпящим возражений, бросил он и снова надавил на педаль газа.
   – Я не поняла вас, Юрий, что писать? – машинально взяв в руки книжку и карандаш, коротко зевнула Петти.
   – Пишите адрес того, кому вы еще не безразличны и кто готов на все ради вас, – подсказал Юрий.
   – Ну, вы даете, Юрий! – поняв, наконец, чего от нее добивается этот странный русский, искренне удивилась Петти. – Наверное, ваши дети сбежали от вашей опеки, еще не дождавшись совершеннолетия?
   – Моя жена и дочь погибли в России, перед самым отъездом в штаты, – посуровевшим глухим голосом откликнулся Юрий.
   – Простите меня, я не знала, – осознав неуместность своей нечаянной остроты, прикусила язык Петти. Вырвав из блокнота листок, она быстро набросала на нем два ряда ломаных цифр и, сложив его пополам, потянулась к Юрию. Петти аккуратно сунула листок с телефонами в нагрудный карман рубашки Юрия и неожиданно для себя самой, крепко обхватила его руками за шею.
   – Спасибо вам, Юрий. Вы самый хороший русский, которого я когда-либо видела в своей жизни.
   – Мэм, что вы?! – ощутив на своей небритой щеке мягкие губы Петти, откровенно засмущался Юрий. – Что вы, мэм. Мне просто искренне хочется вам помочь.
   – Знаете, я за последнее время никого не встречала похожего на вас, – падая обратно на сиденье, откровенно призналась Петти.
   – Не отчаивайтесь, мэм. Наш мир не так плох и в нем еще не перевелись добрые люди, – растроганный благодарным поцелуем пассажирки, дрогнувшим голосом уронил Юрий.
   – Где вы были раньше, дорогой вы мой, русский? – нагнав на себя тень задумчивой печали, сокрушенно вздохнула Петти и, скосив взгляд на бок, кончиками пальцев погладила спящую бабочку.

Тобари ити

   Желтый лимон, неслышно шурша шинами по асфальту, прокатился по центральной Мейн-Авеню и остановился около белого двухэтажного здания с покатой крышей, покрытой синей черепицей и упирающимся в небо кирпичным дымоходом. С переднего фасада здания на улицу смотрели два ряда одинаковых окон, с распахнутыми ставнями, а с дугообразного карниза над парадным входом свешивалась строгая вывеска, заляпанная жирными кляксами японских иероглифов. Восточный стиль вывески имел мало общего с Георгианской классикой здания, но было в этом и нечто интригующее, что неизменно притягивало в этот «медвежий угол» охотников за пикантными впечатлениями со всей страны.
   Петти до вчерашнего дня ничего не знала про знаменитый мотель «То, что меняется» и когда планировала поездку в Бэгли, недолго думала при выборе места для ночлега и отдыха. Девушка, дежурившая на reception отеля Days Inn Saint Pauls, записала ей номера двух мотелей, находившихся в Бэгли и Петти, недолго думая, позвонила на первый номер из списка. Не утруждая себя необходимыми деталями, касающимися проживания в мотеле, Петти забронировала себе номер на три дня и стала паковать вещи. Теперь же, глядя из окна такси на покрытый свежей белой краской, аккуратный кубик мотеля, Петти внезапно засомневалась в правильности своего выбора. Настойчивые предупреждения Юрия оставили в ее душе неприятный осадок, и теперь ее надломленная душа разделилась надвое перед нелегким выбором: «in» or «up».
   Юрий, откинувшись на спинку кресла, блаженно зажмурил глаза и молча, ожидал, что скажет Петти. Он чувствовал ее внутреннюю неуверенность, но решил больше не вторгаться на частную территорию ее души. Пребывая во власти своих внутренних противоречий, Петти не заметила, как проснулась на ее плече оранжевая бабочка, и осторожно поводя длинными усиками, расправила яркие паруса крыльев. Она осторожно переползла с ее распущенных русых локонов на спинку сиденья, и суетливо взмахнув крыльями, выпорхнуло в открытое окно автомобиля.
   – Смотрите, Юрий! – запоздало спохватилась Петти, заметив, что ее новая знакомая незаметно сбежала от нее и летит в направлении парадной двери мотеля.
   – Похоже, это прекрасное насекомое все решило за вас, я прав, Петти? – настороженно наблюдая за волнообразным полетом бабочки, тихо произнес Юрий.
   – Да, выходит так, – согласно кивнула Петти и, вдохнув полную грудь воздуха, решительно толкнула от себя дверь автомобиля.
   – Постойте, Петти! – быстро выскочил следом за своей пассажиркой Юрий.
   – Да? – вынимая из багажника голубой дорожный чемодан, откликнулась Петти.
   – Послушайте, давайте договоримся вот о чем… – близко подходя к Петти, заговорщически прошептал Юрий.
   – О чем? – мягко улыбнулась своему добровольному ангелу-хранителю Петти.
   – Давайте договоримся так, что если через три дня вы не позвоните мне по этому номеру, – Юрий протянул Петти клочок сложенного листка из своего блокнота, – то тогда я позвоню по тем номерам, что передали мне вы.
   – Дэвид, тот, кому вы, возможно, позвоните, его зовут Дэвидом, – покорно принимая последнюю услугу странного русского, озвучила ему Петти имя человека, который еще возможно не забыл о ней.
   – Хорошо, я запомню… Дэвид. Ну что же, давайте прощаться, мэм, – коротко кивнул Юрий и робко протянул открытую ладонь Петти. Она слегка пожала его крупную руку и, потупив глаза вниз, смущенно пробормотала:
   – Почему вы помогаете мне, Юрий?
   Русский осторожно дотронулся кончиками пальцев до шевелящихся на легком ветру волос бывшей пассажирки и теплым голосом произнес:
   – Вы чем-то напоминаете мне мою погибшую дочь.
   – Удачи вам Юрий, – благодарно улыбнулась Петти русскому и, повернувшись к нему спиной, направилась к входной двери мотеля. Ее новая знакомая уже сидела на отливающей металлическим блеском дверной ручке, и казалось, ждала, пока Петти впустит ее внутрь здания.
   За спиной Петти громко завелся автомобиль и следом раздался резкий звук сигнала. Петти обернулась и, обдав сидящего за рулем Юрия ослепительной улыбкой, прощально помахала ему рукой. Водитель кэба послал ей в ответ прощальный «воздушный поцелуй» и озорно подмигнув, захлопнул за собой переднюю дверь.
   «Форд-Краун-Виктория» плавно сорвался с места, и быстро набрав скорость, скрылся за зеленым частоколом деревьев и фасадами одноэтажных домов. Петти неподвижным взглядом проводила убегающий вдаль желтый лимон, и грустно вздохнув, обратилась к сидящей на дверной ручке бабочке:
   – Вот мы и на месте, крошка!
   Открыв дверь, Петти решительно ступила через порог и оказалась внутри небольшого, но довольно уютного холла. Справа от парадной двери находилась полукруглая стойка, выполненная из вишневого дерева, а слева у противоположной стены стоял шикарный диван, туго обтянутый крашенной буйволиной кожей. Полы в холле были выложены светло-коричневой паркетной плиткой, удачно контрастирующей со стеновыми панелями в виде кусков искусственного кирпича. В самом конце холла справа находилась открытая дверь, а слева от нее начиналась деревянная лестница с резными перилами, по всей видимости, ведущая на второй этаж в номера. Тихо урчавший над стойкой кондиционер насыщал воздух мотеля прохладной свежестью, а запах свежесваренного кофе, возможно доносившийся из бар-буфета мотеля, навевал приятные ассоциации с уютом и отдыхом.
   – Доброе утро. Здесь есть кто-нибудь? – не заметив никого за стойкой, вопросительно воскликнула Петти. На ее голос из открытой двери, выпали двое мужчин зрелого возраста. Один был на вид чрезмерно грузен и имел обрюзгшее заросшее темной щетиной лицо и солидный «пивной животик». Одет толстяк был в мешкообразные синие джинсы с черными подтяжками и в старую рубаху в красную клетку. Его бесформенную грубо отесанную голову покрывала коричневая шляпа с широкими потертыми краями. Он совсем не напоминал хозяина мотеля и был больше похож на простого деревенского фермера или водителя дальнобойных машин.
   Второй мужчина по внешней фактуре являлся полной противоположностью первому и был высок, подтянут и строен. И хотя он был уже не молод, но во всем его облике чувствовалась какая-то аристократическая утонченность и благородная красота, которая неизменно привлекает всех женщин независимо от возраста и положения. Убеленный сединами красавец был облачен в летнюю униформу полиции штатов и на его груди тускло поблескивал пятигранный значок шерифа. Увидев Петти, он слегка приподнял на своей голове черную шляпу и, попыхивая зажженной сигарой, приветливо поздоровался с ней:
   – Доброе утро, мэм.
   Увидев полицейского, Петти как можно шире натянула на лицо дежурную улыбку и слащавым восторженным голосом, пропищала:
   – Добрый день, сэр…э-э-э….
   Сохраняя горделивую осанку и по-журавлинному вытягивая ноги, пожилой dandy пересек холл и с важным видом протянул холеную кисть Петти.
   – Джон Гербрахт, меня зовут Джон Гербрахт. Я шериф местной полиции и если вам вдруг потребуется моя помощь, то я всегда к вашим услугам.
   – Петти, Петти Чарли. Рада познакомиться с вами, сэр Гербрахт, – опасливо дотрагиваясь до холодных белых пальцев главы местной полиции, восторженно пропищала Петти.
   – А этого рыхлого добряка зовут Дэн Хэчт. Он хозяин этого замечательного мотеля и мой старинный добрый друг, – указав пальцем на расплывшегося на стойке сумрачного толстяка, произнес шериф. Судя по его вальяжным раскованным манерам, он был здесь частым гостем и находился на «короткой ноге» с хозяином мотеля. Пока шериф знакомился с Петти и расточал ей любезности, апатичный нетипичный хозяин мотеля скучающим отстраненным взором разглядывал свою новую гостью.
   – Надеюсь, вы добрались до нас без особых проблем и дорожных приключений? – продолжал атаковать опешившую Петти, настойчивый шериф. Его немного вытянутое красивое лицо сияло лучезарной улыбкой доброго христианина, а немного экзальтированный хрипловатый голос в первую минуту знакомства внушил Петти утопическую мысль о встрече с первым в ее жизни «отличным парнем» в костюме «копа». Но стоило ей на секунду окунуться в омут его холодных змеиных глаз, как тут же ее мимолетное наваждение испарилось подобно облаку свежесваренного кофе. Невольно подавшись назад, Петти нервно поправила упавший на глаза локон и с растерянной многозначительной улыбкой посмотрела на умирающего от скуки хозяина мотеля.
   – Эй, Джон, ну хватит уже стучать копытами! Дай девушке прийти в себя после долгой дороги, – проявив неожиданную для своего заскорузлого грубого облика, догадливость, нетерпеливо оборвал Дэн Хэчт своего навязчивого друга.
   – Да, в самом деле, что-то я и вправду заболтался, – наигранно смутился импозантный «коп» и картинно взмахнув руками, открыл Петти дорогу к стойке reception. – Прошу вас, Петти, располагайтесь и сполна наслаждайтесь животворящим отдыхом. А мне, пожалуй, пора!
   – Я тоже так думаю, Джон, что тебе уже пора, – бесцеремонно указал хозяин мотеля на дверь местному главе полиции.
   Хлестко щелкнув каблуками по паркету, шериф с ловкостью балетного танцора развернулся на месте и неторопливым шагом влиятельного человека, направился к выходу.
   Дэн Хэчт проводил своего друга насмешливым взглядом, и когда за ним затворилась дверь, вкрадчивым таинственным голосом посвятил Петти в частную жизнь главы полиции.
   – Джон самый опасный человек в этом городе, мэм.
   – Почему вы так считаете? – легко перестроившись на волну местных светских сплетен, вопросительно приподняла тонкую бровь Петти.
   – Стоит какой-нибудь красавице зазеваться, как мой друг Джон тут как тут! А когда он вытаскивает из кобуры свой револьвер, то считай, бедняжка пропала, – двусмысленно изъяснился о пикантных особенностях поведения местного шерифа хозяин мотеля.
   – Да, а с виду и не скажешь, что ваш друг «ходок». Пожалуй, он больше похож на верного приверженца Христа, – притворно закатила Петти глазки кверху, при этом потешаясь про себя над глуповатой комичной рожей хозяина мотеля.
   – Поэтому, мэм, мой вам совет: дважды подумайте, прежде чем обращаться за помощью к старине Гербрахту. Не то ваш кратковременный отдых в моем чудесном отеле превратиться для вас в сплошной сексуальный кошмар, – выдал Петти устную инструкцию по безопасности добровольный радетель за чистоту нравов.
   – Что-то сдается мне, что вы специально набиваете рекламу вашему потертому шерифу. Не дурите мне голову сэр Хэчт, я уже давно взрослая девочка и сама знаю с кем и как мне разговаривать, – интуитивно угадав в угрюмом простоватом хозяине мотеля, отпетого «подкаблучника» и тайного садомазохиста, фамильярно ткнула его длинным ногтем в сморщенный лоб, Петти.
   – Как скажете, мэм… – внезапно охолонувшись от скользкого никчемного бреда, пришел в себя хозяин мотеля. Нагнав на себя самый серьезный вид, он грохнул об стойку толстенным журналом записей и, открыв его на середине, грубым голосом буркнул:
   – Вы забронировали у нас номер на три дня. Суточная стоимость номера 150 $ в сутки. Итого сумма проживания вместе с завтраком составит 500 американских денег.
   – Милейший, вы в своем уме, за что я должна буду отвалить такую сумму, уж не за этот ли средневековый «клоповник»? – не веря своими ушам, ошалело выпалила Петти.
   – Мэм, я что-то не пойму, зачем тогда вы, извините, приперлись в этот так называемый «клоповник»? Вы же знаете, что если вы отмените бронь, то ваше место сегодня же займет другой клиент, который не пожалеет каких-то жалких пяти сотен за самые незабываемые впечатления в своей жизни, – как будто бы даже обиженный словами Петти, перешел с места в атаку хозяин мотеля.
   – О каких на хрен впечатлениях вы мне тут говорите, милейший? Да за эти самые, как вы говорите, жалкие пять сотен «баксов» я могла бы снять хороший отель в любом штате и проживать в нем не меньше недели. А в вашей гребаной норе, могу поспорить, нет ни кабельного телевидения, ни Интернета, а возможно, нет даже телефона. Так за что же вы мне прикажете платить мои жалкие 500$? – не отличавшаяся скабрезным характером и, не будучи скрягой, все же не на шутку разошлась Петти.
   – Вы меня обижаете, мэм! – сраженный ответной контратакой Петти, скукожился до размера футбольного мяча Дэн Хэчт. – У нас есть в мотеле свой телефон.
   – Что, это правда? Не может быть? – стрельнула язвительным взглядом Петти по рыхлой морде хозяина мотеля.
   – Как…как же вы тогда смогли бы до нас дозвониться, мэм, если бы у нас не было своего телефона? – чуть не плача, гнусаво промычал небритый «бегемотик».
   – Да, точно. Хм, вы правы, – немного сбавила темп контратаки Петти и бессильно повисла на стойке.
   – У нас в меню отличный английский завтрак и самые настоящие непродуманные привидения, – переждав словесную бурю зубастой клиентки, со слабой надеждой просипел хозяин мотеля.
   – Тоже мне Island hotel! – небрежно фыркнула Петти и скучающим взором уставилась в окно.
   – Ну, если у вас такие высокие запросы, мэм, то зачем вы подались в нашу «дыру»? Вы могли бы, например, съездить в Миннеаполис, и полюбоваться красотами водопада Минигага или, к примеру, посетить национальные заповедники Войеджерс и Маяк Сплит-Рок, – с потухшим энтузиазмом в голосе, выдохнул хозяин мотеля.
   – В Миннеаполисе я уже была, а по заповедникам я еще в возрасте скаута набродилась, – без интереса ответила Петти и видимо все же, решившись принять условия заселения, устало тряхнула головой. – Ладно, что вы там говорили про привидений.
   Дэн Хэчт, мгновенно преобразившись, радостно прихлопнул ладошами и снова прильнул к книге записей.
   – Вам у нас очень понравиться, мэм! – тщательно прицеливаясь черным карандашом в свободную строку, почти пропел высоким тенором, Дэн Хэчт. – Моя жена готовит отличный английский завтрак, а здешние привидения точно не дадут вам заскучать эти три дня. Это я вам обещаю, мэм, это я вам обещаю!
   В это время из двери за стойкой вышла дородная пышноволосая женщина средних лет и низковатым грудным голосом поприветствовала очередную посетительницу:
   – Доброе утро, мэм! Я так рада, что вы решили остановиться именно в нашем мотеле!
   Поправляя на ходу пышную копну черных волос, она уточкой подплыла к стойке и буквально за секунду околдовала Петти обворожительной улыбкой добропорядочной американки. Несмотря на некоторую полноту, женщина была не дурна собой и ее длинное белое платье, усыпанное синими цветами, выгодно подчеркивало аппетитные округлости ее фигуры.
   – Доброе утро, мэм. Рада нашей встрече. Зовите меня Петти, Петти Чарли, – смахнув маску меланхолии с лица, открыто улыбнулась в ответ Петти.
   – А я Аманда, Аманда Хэчт, – охотно представилась женщина. Ее тридцать два обычных и один мудрый зуб были белы, как первый снег и блеск, издаваемый этими крепкими металлокерамическими зубками, развеял последние остатки недовольства Петти.
   – Так вы муж и жена?! – не сдержавшись, полюбопытствовала она и с возросшим уважением посмотрела на запущенного тюфяка Дэна. Статус женатого мужчины несколько повысил его оценку в глазах Петти.
   «Если у этого глуповатого болвана такая приятная в общении и внешне опрятная жена, то он еще имеет пусть и не большой, но шанс называться гражданином нашей страны», – так подумала Петти. Но отпетый «подкаблучник» и, возможно, тайный мазохист Дэн Хэтч не смог прочитать ее мысли и это радовало порядком утомленную затянувшимся оформлением, Петти.
   – Да, мэм, Аманда моя жена! – гордо выпятив отвисшую грудь, с заметной теплотой в голосе произнес хозяин мотеля.
   – Дорогой, мне послышались крики, ты грубил нашей милой гостье? – не отводя от Петти сверкающих спелых маслин, хищно клацнула острыми зубками Аманда Хэчт.
   – Что ты, дорогая, тебе, верно, послышалось, – испуганно подмигнув Петти, сократился вдвое шелковый муж Аманды.
   – Так почему, ты так долго держишь мисс Петти на пороге? – незаметно ущипнув мужа за бабью ляжку, слащавым голоском прошелестела Аманда.
   – Нет, что ты, дорогая, я уже закончил оформление и теперь мисс Петти, может спокойно подняться в свой номер, – ощутив болезненный «гусиный щепок», тихо охнул Дэн Хэтч. Молниеносно заполнив книгу, он спрятал ее под стойкой и, сняв со стены связку ключей от номера, передал ее Петти Чарли.
   – Возьмите, ваши ключи, мэм. Номер вашей комнаты десятый. Вам помочь донести багаж до комнаты? – мячиком выкатившись из-за стойки, любезно предложил услуги носильщика хозяин мотеля.
   – Остыньте, сэр Хэчт, мой полупустой чемодан не доставляет мне хлопот, – сразу отказалась Петти от сервисного подхалимажа «подкаблучника» Хэтча.