Гайд ответил ей заговорщической улыбкой, а Филипп, подойдя к дверям, пообещал:
   - Через минуту я к вам выйду, инспектор. Пока я заканчи ваю съемку, Рут приготовит чай и займет вас.
   - Благодарю, но, боюсь, времени для чая у меня нет. Впрочем, я приехал повидать мисс Сандерс.
   - О, в самом деле? Надеюсь, вы не собираетесь завербовать её в женский полицейский корпус? Вы же знаете, мне без неё не обойтись.
   Улыбнувшись, Рут прикрыла дверь, ведущую из студии в комнату.
   - Чем могу помочь, инспектор?
   Тихонечко, так, чтобы его не могли услышать в студии, Гайд сказал:
   - Я хочу, чтобы вы шепнули кое-что одному джентльмену.
   - Надеюсь, привлекательному джентльмену?
   - Лютеру Харрису.
   Выражение лица Рут заставило инспектора рассмеяться.
   - Долг - прежде всего, мисс Сандерс. Вы поможете мне?
   - Конечно. Что я должна сделать?
   - Завтра утром вам надо как бы невзначай заскочить в его "Модный уголок". Скажете, что ищете пластинку для своего племянника или что-нибудь в этом роде. Может быть, вам удастся поговорить в Харрисом. Вы немного знакомы с ним?
   - Достаточно хорошо, я бы сказала. И что нужно ему шепнуть?
   - Про антикварный салон Квейла в Брайтоне. Хочу, чтобы Харрис узнал, что полиция неожиданно вновь заинтересовалась этим заведением. Естественно, вы должны сообщить об этом как бы между прочим. Скажите, что слышали, будто Дуглас Тэлбот убит, - газеты сообщат об убийстве завтра. Мимоходом помяни те, что я докучаю мистеру Хольту бесконечными вопросами о том, что он в день убийства Квейла делал в его магазине. Случайно проговоритесь, что полиция расследует ограбление гамбургского банка и полагает, что в нем замешаны Тэлбот, Квейл и Флетчер. А потом скажите, что кодовое слово, которое мы расшифровали, подсказало нам, что большая часть денег все ещё спрятана где-то в магазине Квейла. Вы все поняли?
   - В общем, да. Но будет лучше, если вы повторите все с самого начала.
   Пока инспектор вновь излагал свой план, Рут внимательно слушала.
   - Хорошо, я все поняла. Потом я куплю пластинку для племянника и откланяюсь. Что дальше?
   - Результаты доложите мне. Вот мой телефонный номер в Скотланд-Ярде. Я буду ждать вашего звонка. После того, как расскажете мне о визите в магазин, возвращайтесь в студию. Что бы Харрис не сделал, вы тут не при чем. Им займемся мы. Договорились?
   - С удовольствием все сделаю, инспектор, - зеленые глаза Рут возбужденно сверкнули.
   * * *
   - Гайд слушает.
   - Получилось! - в трубке радостно звенел голос Рут. - По крайней мере, я так думаю, инспектор.
   - Блестяще! И как реагировал Харрис?
   - Он очень осторожен, но, по-моему, я разожгла его ап петит. Он сделал вид, что все это его не интересует, но тем не менее все время подходил к будке, где я прослушивала пластинки, и задавал мне вопросы. Я бы сказала, что стрела попала в цель.
   - Прекрасно сработано! Я действительно очень вам благодарен. Я знал, что на вас можно положиться.
   - Всегда готова помочь, инспектор, в любое время.
   * * *
   В середине дня телефон инспектора вновь зазвонил.
   - Говорит Томпсон, сэр. Он закрывает ставни.
   - Он всегда так поступает в обеденное время?
   - Нет, очень редко. Похоже, он закрывает магазин.
   - Великолепно. Не упускайте его из виду. И будьте осторожны, сержант! Возможно, вы не единственный, кто следит за ним. Буду ждать ваших следующих сообщений на узле связи.
   - А нельзя мне пройти с вами? - спросил Филипп.
   Инспектор взглянул на него и улыбнулся. То ли Рут намекнула Филиппу, то ли шестое чувство подсказало тому, что визит в Скотланд-Ярд в эти утренние часы может оказаться интересным.
   - Весьма необычная просьба, сэр, но...
   - Дело, которым мы занимались пару дней назад, - настаивал Филипп, тоже было необычным, помните? И оно сполна окупилось.
   - Ну что же, мистер Хольт, вы меня убедили. Ладно, нарушать-так нарушать!
   Они поспешили на узел связи и провели там пять беспокойных минут, пока не услышали потрескивание передатчика, установленного в машине сержанта Томпсона.
   - Я следую за двумя машинами через мост Ватерлоо. В первой - новом двухцветном "зодиаке" - Лютер Харрис. За ним едет черно-белый автомобиль с открытым верхом. Я пока не выяснил, кто в нем. Называю номерные знаки...
   Помощник инспектора записал номера машин, Гайд подтвердил получение информации, и Томпсон прервал связь.
   - Будем следовать за ними? - нетерпеливо предложил Филипп. - Моя "лянча" их догонит...
   - Нет. Если ещё и мы последуем за ними, это будет смахивать на ралли Лондон - Брайтон. Скоро отправляется экспресс до Брайтона, и если мы поспешим на вокзал, то можем успеть. Поехали!
   * * *
   Когда экспресс подошел к перрону брайтонского вокзала, их уже поджидал инспектор Ланг. Растерянный, он совсем не походил на того энергичного, самодовольного человека, который расследовал убийство Томаса Квейла.
   - Вы думаете, мы в чем-то ошиблись? - обеспокоенно спросил он Гайда, неловко устроившегося на заднем сиденье грузового фургона (с форсированным двигателем), который вез их к салону Квейла.
   - Не знаю наверняка, - ответил Гайд, - но чертовски на то похоже. Во всяком случае, огорчаться по поводу упущенных возможностей будем потом. А сейчас главное для нас - все ли вы подготовили должным образом к нашему приезду.
   - Думаю, что да. Мои люди одеты в штатское и имеют строгие инструкции держаться незаметно, пока вы не дадите приказ. Почти напротив антикварного салона стоит пустой дом, из которого мы можем вести наблюдение.
   - Если мы успеем туда первыми, - мрачно заметил Гайд.
   * * *
   Успели. Невинно выглядевший торговый фургон высадил их перед большим старомодным домом напротив салона Квейла и тут же укатил. Ланг достал ключ и провел их на первый этаж. Скрывшись за старыми, затхлыми шторами, они принялись наблюдать. Краем глаза Гайд заметил, что Филипп перебирает пальцами в кармане пиджака какой-то предмет.
   - Надеюсь, вы не носите с собой револьвер, мистер Хольт? - шепотом спросил он. - Опасную работу предоставьте нам, за неё нам платят.
   - Чтобы я носил револьвер, инспектор? - Филип обаятельно улыбнулся. Я о таком и подумать не мог!
   Им не пришлось долго ждать. Зелено-бежевый "зодиак", выскочив из-за дальнего поворота, медленно проехал мимо антикварного салона. Лютер Харрис, сидя за рулем, пристально разглядывал обе стороны улицы.
   - Не хочет рисковать, - прошептал Гайд. - Молю Бога, чтобы ваши люди не попались ему на глаза.
   - Пусть только посмеют! - прорычал Ланг. - После этого мы все лишимся работы.
   Очевидно, удовлетворенный увиденным, Харрис развернулся и вновь подъехал к салону. Филипп устроился на выгодной для наблюдения позиции, достал из кармана миниатюрную японскую камеру "Олимпус" и в тот момент, когда Лютер выходил из машины, нажал на спуск.
   - Еще один снимок для моей коллекции, - шепотом прокомментировал он. Если ему удастся уйти, то по крайней мере не сможет отрицать, что был здесь.
   Гайд одобрительно хмыкнул. Тем временем Лютер достал ключ и, в очередной раз оглянувшись, вошел в салон.
   - Чувствует себя как дома, не правда ли? - заметил Гайд. - Интересно, где он взял ключ?
   Как подъехала вторая, черно-белая машина, они не видели. Ее водитель, очевидно, из предосторожности оставил машину за углом. А в зоне их видимости появилась высокая мрачная фигура в подпоясанном плаще и надвинутой на глаза шляпе.
   Услышав, как Гайд прошипел: "-Флетчер! ", Филипп вскинул камеру и ещё раз щелкнул. Предмет его наблюдения, не обращая внимания на стоявший "зодиак", подошел к салону и мгновенно проскользнул по железным ступенькам вниз, в подвал.
   - Войдем вслед за ним? - прошептал Ланг.
   Гайд покачал головой.
   - Дадим пару минут, чтобы они успели найти для нас деньги, а потом можно будет подавать сигнал.
   Минутная стрелка на часах Гайда миновала ещё одно деление. Тишина повисла над мрачной кривой улочкой... Трое мужчин молча ждали в укрытии. Ланг поднял брови, обращаясь к
   Гайду с безмолвным вопросом. В ответ тот нахмурился, выражая неодобрение таким нетерпением. Медленно тянулись секунды.
   Наконец Гайд кивнул и отдал приказ:
   - Выступаем.
   Тут и началось! Тишину улицы разорвал звук выстрела, хлопнула дверь, раздался отчаянный крик непереносимой физической боли, а потом послышались шаги человека, бегущего по железной лестнице, и секундой позже в поле зрения показался Флетчер.
   Мысленно крепко выругавшись, Филипп бросился к открытому окну и выскочил на тротуар. Когда он был на середине улицы, Флетчер увидел его и, злобно ощерясь, бросился бежать под пронзительную какофонию полицейских свистков, раздававшихся по всей округе. Как по мановению волшебной палочки, улицу мгновенно заполнили мускулистые полицейские в штатском. Флетчер остановился, огляделся и, не видя выхода, отчаявшись, выхватил из кармана плаща револьвер. Увидев подбегающего Филиппа, попытался увернуться, но чуть опоздал. Филипп, как торпеда, врезался ему в живот, и выпавший из руки Флетчера револьвер полетел на мостовую. С удивительным проворством Филипп вскочил на ноги и бросился за ним. Однако спешить было некуда - Флетчер лежал в нокауте, скрючившись и хватая воздух. К нему быстрым шагом подошел Гайд и защелкнул наручники. Взяв из рук Филиппа револьвер, он сердито обратился к Флетчеру:
   - Что случилось, Сэндман, ножи кончились?
   * * *
   Язвительное замечание попало в точку. Привычное оружие Флетчера было обнаружено в теле Лютера Харриса, лежащем рядом с большим сундуком, крышку которого украшала репродукция картины Каналетто. Сундук был открыт, а фальшивое дно разбито вдребезги.
   Инспектор Ланг, заглянув в сундук, воскликнул:
   - Как, черт возьми, мы могли этого не заметить?
   Гайд холодно взглянул на него, но промолчал. То, что его первая оценка методов работы Ланга оказалась верной, было слабым утешением. Гораздо важнее - что деньги исчезли. При обыске Флетчера и тела Лютера Харриса не обнаружили ни единой немецкой марки.
   Кто-то их опередил. Но кто?
   Гайд, обычно не веривший в интуицию, искренне надеялся, что на этот раз интуиция его не подведет.
   .
   ГЛАВА 1
   5
   Вернувшись в студию, Филипп упал в кресло за рабочим столом и потянулся за сигаретой.
   - Бросьте этот гвоздь от собственного гроба! - посоветовала Рут.
   - Вы считаете, что я не заслужил хоть единственную сигарету?
   - Согласна, в Брайтоне у вас был тяжелый день, - признала Рут. - Но это не оправдание тому, чем вы, несомненно, занимались в поезде. Там, держу пари, вы дымили не переставая.
   - Я переломил себя, уговорив Гайда сесть со мной в вагон для некурящих, - кисло улыбнулся Филип. - Да у меня и времени не было, я все время отвечал на его вопросы.
   - Вопросы? Только не говорите мне, что инспектор подозревает вас в захвате денег!
   - Нет... хотя в его голове роятся весьма странные идеи. И подумай он что-нибудь в этом роде, я бы не обиделся. В конце концов, кто-то утащил эти деньги.
   - Но кто? И когда? Совершенно непонятно, - заметила Рут. - Квейл и Тэлбот убиты, Лютер Харрис и Клер Сэлдон тоже; Флетчер за решеткой. Энди в больнице, так что и он отпадает. Кто же остается?
   - Не забывайте, есть ещё наша маленькая миссис Кэртис.
   - Вы всерьез?
   - Нет, конечно. Будь все так просто, полиция давно бы её арестовала и заставила сказать правду.
   Какая-то мысль, пришедшая в голову Рут, заставила её задуматься.
   - А что вы имели в виду, говоря о довольно странных идеях Гайда? Он вам что-нибудь сказал?
   - Не впрямую - да, - Филипп замолчал, потом оттолкнул от себя настольную зажигалку, а незажженную сигарету сунул в рот.
   Рут сгорала от нетерпения.
   - Ну не тяните, Филипп! Отвечайте прямо - что он сказал?
   - Он, кажется, считает, что мне следовало бы заняться фотосъемкой старинных британских отелей.
   У Рут глаза полезли на лоб.
   - Это ещё зачем?
   - Я тоже поначалу не понял. Инспектор решил подвести меня к идее окольным путем. Для начала он наговорил мне, какое большое впечатление произвели на него и на публику мои съемки шекспировского фестиваля в Стратфорде-на-Эвоне, какой у меня талант схватывать под необычным углом зрения хорошо известные вещи - и ещё много другой подобной ерунды. А покончив с лестью, стал намекать насчет старинных отелей.
   - И чего он хочет? Чтобы вы протопали с камерой по всей Британии?
   - Он считает, что я мог бы начать с Мейденхеда. Там, вдоль реки, немало симпатичных старинных постоялых дворов, основанных ещё в...
   - "Королевский сокол"! Наконец-то до меня дошло! - зеленые глаза Рут сверкали от возбуждения. - Неплохая идея, верно? Фотографу, делающему очерк об отеле, позволят осмотреть любой закуток.
   - Точно. Гайд дал мне понять, что подобной свободы передвижения у полиции, даже с ордером на обыск, никогда не будет. А как только ордер будет выписан, и пташка, и деньги, если они в отеле, тут же упорхнут.
   - Все равно проделать это будет нелегко. Я хочу сказать, что если мы просто приедем туда и начнем разнюхивать...
   - Мы?
   - О да! Пожалуйста, Филипп! Вам все равно понадобится помошник, и подумайте, как я могу быть полезна в обследовании местности.
   Она выглядела столь трогательной в своем азарте, что он не мог отказать. И, конечно же, она будет полезна для дела. Выбросив изжеванную сигарету, Филипп милостиво улыбнулся.
   - Хорошо, Рут, мы поедем вместе. Но сразу должен напомнить вам, что поездка может оказаться опасной.
   - Хоть какая-то перемена в этой повседневной скуке...
   Филипп перевел разговор на какой-то заброшенный склад близ собора святого Павла, но Рут не слушала.
   - Какие инструкции вы получили от инспектора? - нетерпеливо спросила она.
   - Вы же знаете Гайда, - пожал плечами Филипп, - он предельно осторожен. Самое большее, что я смог из него выудить, это что мы должны быть очень внимательны и сообщать обо всем подозрительном, я цитирую: "чтобы позволить правосудию вмешаться и взять события под контроль".
   - Другими словами, все разнюхать, а когда дело дойдет до драки смыться?
   - Вы правильно поняли! - рассмеялся Филипп.
   - когда начнем? Завтра?
   - Сжальтесь, Рут! Такие вещи требуют подготовки. Если бы я завтра появился в "Королевском соколе" с камерой, перекинутой через плечо, Ванесса Кэртис стрелой бы скрылась из виду. Нет, Гайд собирается устроить все гораздо тоньше. Миссис Кэртис получит ужасно впечатляющее письмо заметьте, абсолютно подлинное - от редактора отдела очерков одной из больших воскресных газет. В письме будет сказано, что в газете публикуется серия цветных фотоочерков о старинных отелях Великобритании и что очерк о "Королевском соколе" они планируют дать, скажем, седьмым. Из письма станет ясно, что она получит бесплатную рекламу своего заведения. Ей зададут вопрос: не будет ли она возражать, если газета в ближайшие дни пришлет в отель своих фотографов?
   Рут одобрительно кивнула.
   - Здорово придумано. Она, конечно, не откажет.
   - Точно.
   - И когда мы появимся у её дверей...
   - Она, разумеется, не сможет нам отказать.
   * * *
   Филипп оказался прав. Согласившись на создание фотоочерка о своем отеле, Ванесса Кэртис вынуждена была принять их, хотя и не проявила при этом даже видимости удовольствия. Нервно перебирая тонкими пальцами пуговицы платья, она спросила:
   - Сколько на это понадобится времени? Я хочу спросить, надолго ли вы к нам прибыли?
   - Трудно сказать, миссис Кэртис, но думаю, не больше, чем на день-два.
   Похоже, она повеселела, услышав ответ Филиппа. Очевидно, ей было легче перенести встречу с ним, зная, что та будет непродолжительной.
   Филипп представил Рут.
   - Мисс Сандерс - мой секретарь и ассистент. Я, естественно, занимаюсь съемками, а мисс Сандерс отвечает за редакторские дела - текст и все прочее. Она образец педантичности, поэтому, я надеюсь, вы сообщите ей детали, касающиеся вашего отеля: даты реконструкций, имена интересных людей, останавливавшихся здесь... - по лицу Ванессы Кэртис пробежала тень, и Филип поспешил добавить: - Мы интересуемся стариной, миссис Кэртис. Мне едва ли стоит говорит вам, что никаких упоминаний о недавних событиях не будет. Они неприятны для нас обоих, и мне, как и вам, не хотелось бы о них вспоминать. Нет-нет, мы сделаем вам только хорошую рекламу.
   Миссис Кэртис побледнела, но попыталась ответит любезно, потом вызвала звонком Альберта, который проводил их в отведенные им номера.
   На следующее утро они приступили к работе.
   Миссис Кэртис, проявляя очевидную осторожность, провела их по различным залам, рассказав о связанных с ними эпизодах в истории отеля. Рут усердно записывала, а Филипп углубился в сугубо профессиональное изучение возможных ракурсов. Снимков он не делал, а сосредоточился на разных положениях ка меры, качестве естественного освещения и возможностях установки искусственного света.
   В соответствии с предварительной договоренностью в то же утро Филиппу позвонил редактор воскресной газеты, начавшей публикацию фотоочерков. Они говорили минут пять о нынешнем задании Филиппа и о его будущей работе на постоялом дворе в Корнуэлле, служившем в прошлом прибежищем контрабандистов. Рут обратила внимание на то, что миссис Кэртис извинилась перед ней и куда-то вышла, как только Филиппа позвали к телефону. Скорее всего, та спешила к коммутатору, чтобы подслушать разговор.
   Во время ленча, когда подали кофе, миссис Кэртис присоединилась к ним и передала Рут брошюру с подробным изложением истории "Королевского сокола". Теперь она держалась весьма дружественно, и им пришлось постараться ответить ей тем же.
   Время после полудня они провели за съемкой внутренних помещений. Каждый раз, готовясь сделать очередной снимок, они испрашивали разрешения и к вечеру располагали уже полным доверием миссис Кэртис, она даже согласилась позировать в некоторых кадрах.
   - Вы же, в конце концов, хозяйка отеля, - убеждал её Филипп, - а комната без хорошенькой женщины в ней все равно, что сад без цветов.
   - Когда вы пускаете в ход свое обаяние, - заметила Рут своему шефу, когда они остались вдвоем, - ни одна женщина в мире не может устоять перед вами.
   Почувствовав неловкость, он отверг комплимент.
   - Дело вовсе не в моем сомнительном обаянии. Их сердца тают в ожидании того, как эффектно они будут выглядеть на снимках. Вы должны признать, что они у меня выглядят лет на двадцать моложе.
   - При условии, что ретушью занимаюсь я, - добавила Рут.
   - Да, дорогая, не знаю, что бы я без вас делал! - он добродушно улыбнулся. - Только на этот раз помогать мне будет один из лаборантов Гайда.
   - Почему же?
   - Потому что я хочу уже завтра показать миссис Кэртис некоторые снимки. Если они ей польстят, наша дальнейшая работа пойдет как по маслу. Вечером я отправлюсь в город, а ваша задача здесь - наблюдать за всем происходящим. Пока мы ничего не обнаружили, а время идет.
   - Понимаю и тоже беспокоюсь. Что вы планируете на завтра?
   - Официально - съемки на открытом воздухе. На самом деле я молю Бога, чтобы он послал нам дождь.
   - Почему вдруг?
   - Надеюсь, вы заметили, что наша хозяйка пока не показала нам подвал. Внизу должны находиться винные погреба и кладовые для продуктов. Мне бы очень хотелось взглянуть на них. Кроме того, миссис Кэртис делает вид, будто в доме нет помещений под крышей, но со двора виден чердак, на котором по меньшей мере две мансарды. Спрашивается: почему она не хочет их показывать?
   * * *
   В тот же вечер Филипп вернулся в Лондон и поставил машину напротив входа в студию. А в самой студии два эксперта-фотографа из Скотланд-Ярда его уже поджидали. Он передал негативы, сделанные за день, и довольно долго прощупывал их, пока не убедился, что они знают свое дело. Потом прошел в квартиру и по черному ходу покинул здание. Его ждало такси, на котором он отправился на тайную встречу с инспектором Гайдом. После того как в Виндзоре преступники успешно выследили Филиппа, рисковать было нельзя.
   Гайд поджидал его в боковом кабинете невзрачной пивной в районе Саутуорк. Филипп сразу приступил к делу.
   - Боюсь, инспектор, мы пока ничего не выяснили.
   - Я и не ожидал, что вы сделаете это в первый же день. Важно то, что вы сумели туда попасть. Кстати, как вы ладите с миссис Кэртис?
   - Она была просто потрясена, увидев меня, но, по-моему, постепенно оттаивает. Очень помог телефонный звонок редактора. А если я сумею польстить ей хорошими снимками, завтра наши дела пойдут ещё лучше.
   - В какой части отеля вы уже побывали?
   Описав первый день их работы в отеле, Филипп заметил, что миссис Кэртис пока не предложила им осмотреть ни подвал, ни чердачный этаж, где, видимо, стоит покопаться.
   - Нажимайте на неё осторожно, мистер Хольт, - предупредил инспектор.
   - Времени у нас в обрез. Я могу задержаться там ещё на день-два, не больше.
   - Согласен. А теперь о другом - о постояльцах. Кто-ни будь привлек ваше внимание?
   - Ничего необычного я не заметил. Как только я проявлю пленку, вы их всех сами увидите.
   Удивленно вскинув брови, Гайд уважительно спросил:
   - Как это вам удалось?
   - Очень просто. Я убедил миссис Кэртис, что бессмысленно фотографировать пустую столовую, и снимал во время ленча. Думаю, мне удалось запечатлеть всех гостей отеля. Я пользовался телеобъективом, поэтому большинство даже не поняло, что их фотографируют. Еще я отснял весь персонал, так что скоро вы получите все снимки и сможете сравнить их со своими архивами.
   - Отлично!
   - И все-таки никто из них не вызвал у меня подозрений. Если организатор ограбления гамбургского банка живет в "Королевском соколе", то он явно умеет становиться невидимым.
   Внимательно выслушав Хольта и поразмыслив над его словами, Гайд изложил свое мнение:
   - Если допустить, что я прав в своих догадках и деньги спрятаны где-то в отеле, это ещё не значит, что организатор преступления тоже находится там. Для него это было бы слишком рискованно. Но, по-моему, рано или поздно деньги оттуда попытаются вывезти. Вполне вероятно, за ними явится кто-то со стороны. Это может быть сам "хозяин" или посредник, который и приведет нас к "самому"... Не знаю. Все, что я могу сказать, - надо внимательно следить за теми, кто покидает отель и приезжает туда.
   - Это я сделаю, - пообещал Филипп.
   Далее в течение часа они обсуждали все аспекты дела, пока не настало время Филиппу возвращаться домой. Там его уже ждали отпечатки негативов, сделанных в течение дня. Работа лаборатории Скотланд-Ярда не уступала по качеству его собственным высочайшим стандартам. Удовлетворенный, он оставил кадры, отснятые в столовой, для Гайда, а сам отправился в Мейденхед, прихватив с собой остальные отпечатки. Особенно удачными получились те, на которых была запечатлена миссис Кэртис. Это явно должно было облегчить ему работу.
   К удивлению Филиппа, несмотря на поздний час он застал Рут в баре "Королевского сокола" с розовощеким усатым незнакомцем. Парочка, казалось, прекрасно ладила и тепло приветствовала его появление. Ему не удалось ответить тем же. На предложение слегка зардевшейся Рут присоединиться к ним Филипп ответил решительным отказом и поднялся в номер.
   Спустя десять минут, когда он развязывал галстук и пытался сдержать нахлынувшее на него необъяснимое раздражение, в дверь постучали.
   - Вы одеты? - послышался голос Рут.
   - Более - менее. Входите, - Филипп с любопытством взглянул на нее, обратив внимание на загадочные искорки в её глазах. - Похоже, вы очень быстро протрезвели. Что означала та сценка в баре?
   - Неужели вам не понравился мой новый приятель? - ответила Рут вопросом на вопрос.
   - Не очень. Кто он?
   - Его зовут Джонни Карстэрс. Он подцепил меня после вашего отъезда...
   - Он что сделал? Ну у вас и лексика!
   - Временами вы бываете удручающе старомодным. Это жутко положительно сказалось на моей морали. Целых два дня работы без отдыха и никто не замечает...
   - Ну хорошо... Он остановился в отеле, этот Карстэрс?
   - Да, он прибыл сегодня вечером, сразу после вашего отъезда. Увидел, что я тут сама по себе, и пригласил выпить в баре. Фактически меня нисколько не привлекла его внешность, не говоря уже об этих ужасных усах, тон Рут становился все серьезнее, - но мне пришло в голову, что, сидя за стойкой, очень удобно наблюдать в зеркале отражение всего происходящего в баре. Гораздо удобнее, чем сидеть весь вечер в углу зала и подозрительно поглядывать на людей поверх газеты. Зеркало помогло мне держать в поле зрения весь зал, парадный вход, и даже кабинет миссис Кэртис.
   - Понимаю, - протянул Филипп, несколько успокоенный полученным объяснением. - И что же здесь происходило? Случилось что-нибудь любопытное?
   - Не думаю. Миссис Кэртис весь вечер оставалась в кабинете, выходила лишь однажды, чтобы передать колоду карт для бриджа компании старушек у камина.
   - В кабинет никто не заходил?
   - Только персонал. И мой новый приятель.
   - Карстэрс? Что ему было нужно?
   - Он сказал, что хочет получить наличные по чеку. А я воспользовалась случаем, чтобы вылить джин из стакана, заменив его водой.
   - Как долго он пробыл в кабинете?
   - Минут десять-пятнадцать.
   - Слишком долго для такой простой операции.
   - Но для меня недостаточно долго, - криво усмехнулась Рут. - Он ужасно скучен. Говорить способен только об автомобилях... Я не хотела вас обидеть, - добавила она после того, как Филипп рассмеялся. - У вас есть другие интересы и другие темы для разговора, чего не скажешь о мистере Карстэрсе. Как я поняла, для него работа и хобби слились воедино. По его словам, он перегоняет какую-то французскую модель суперкласса богатому клиенту с севера. Тот должен подъехать за машиной сюда.