Хамелеон с удивлением воззрилась на кобылку: – Не могу поверить, что вы такая пожилая. Я ни за что не дала бы вам столько!
   – Я ночная кобылка! Мы бессмертны, по крайней мере до тех пор, покуда не умрем! Сейчас у меня есть душа, я могу жить и стареть, пока я материальна. Но я пока еще нисколько не старела. Ладно, вернемся к вашему королю...
   – Тогда может, мой сын Дор передаст ему это сообщение?
   – А где сейчас ваш сын? – осторожно спросила Аймбри.
   – Он на юге, на острове Кентавров, собирает кентавров на случай начала войны. Все это потому, что Добрый Волшебник Хамфри предсказал, что может начаться война. Правда, я думаю, что кентавры не поверили его пророчеству.
   Она продолжила: – Он выразился иносказательно, сказав о том, что надвигается волна.
   – Волна? – теперь пришел черед Аймбри удивляться. Она могла поклясться, что Хамелеон совсем не имела в виду море.
   – Следующая волна, – пояснила Хамелеон.
   Аймбри не стала воспринимать это всерьез. Она видела Последнюю волну, но это было так давно!
   – А когда теперь Дор вернется домой? – поинтересовалась она.
   – Завтра ночью. Как раз ко времени побега.
   – Какого побега? – не поняла кобылка.
   Хамелеон не блистала сообразительностью, но зато память у нее была отменная. – Дор и Айрин – дочь короля Трента по прозвищу Зеленый палец, хотя, между нами говоря, единственное, что у нее зеленое – это волосы – вот уже восемь лет влюблены друг в друга. Восемь лет – это треть их жизни. Раньше они никак не могли решить, когда будут вместе. Мы думаем, что Дор попросту боится той ответственности, которую женитьба налагает на человека. Но он действительно милый невинный мальчик.
   Слово «невинный» имело и другое значение – «девственный», так решила про себя Аймбри. Ее жутко забавляло, что в Ксанте все же попадались девственники, хотя, может, это были плоды материнской фантазии Хамелеон. Тем временем Хамелеон продолжала: – Сейчас Айрин уже двадцать три года, и она начинает терять терпение. Но она никогда не была очень терпеливой!
   Это следовало понимать так, что других женщин в жизни сына мать считала неизбежным злом. В этом качестве позиция Хамелеон была типичной позицией матери, которая обожала своего сына. – А теперь, – снова отозвалась Хамелеон, – Айрин собирается явиться сюда, забрать мальчика отсюда, выйти за него замуж по гражданскому обряду. Все будет как положено. И все будут там присутствовать!
   Аймбри поняла, что ожидание предстоящей свадьбы затмевало в Хамелеон неприязнь к бойкой девушке, которая забирала сына от матери. Это звучало вроде бы вполне житейски, но вот только...
   – Так для какого бегства? – Аймбри так и не смогла ничего понять. Может, бегство возлюбленных было каким-то обычаем в этой стране, о котором она до сих пор ничего не знала. Она отлично понимала, что бегство молодых – это тоже брак, только не легальный, тайный – сны на подобную тематику она тоже частенько доставляла по различным адресам.
   – О, все будет сделано в лучшем виде! Так что Дор ничего не узнает. Может, и Айрин тоже ничего не узнает. Все это содержится в глубокой тайне от всех, только кое-кто знает все!
   Аймбри почувствовала, что она окончательно запуталась во всем этом и запутывается все больше.
   – Два дня тоже слишком много для того, чтобы придерживать такое сообщение. Всадник уже бродит неподалеку от замка Ругна, он прощупывает оборону Ксанта. Кроме того, я думаю, что по возвращении у принца Дора будет немало своих проблем. Лучше всего будет, если вы лично пойдете к королю завтра же утром!
   – Ой, я не могу беспокоить короля! Ему ведь...
   – Знаю, семьдесят лет! Но все-таки он должен знать это. Всадник очень опасен!
   Хамелеон взглянула на Аймбри с какой-то надеждой: – А почему бы вам тогда самой не пойти к королю?
   – Я не могу сама. Никто не должен знать здесь о моем прибытии!
   Внезапно Аймбри замолчала. А почему, собственно, никто не должен знать о ней? От кого ей тут прятаться? Вот Всадник уже и то знает о ней. Он даже ездил на ней верхом и узнал о сообщении, заставив при помощи своих шпор выложить все, что она знала!
   – Тогда я прямо сейчас пойду к нему сама, – решительно сказала Аймбри, проклиная свою нерасторопность.
   – Но ведь ночь на дворе! Король сейчас спит!
   – Тем лучше! На то я и ночная кобылка!
   – Ну тогда все в порядке! Только не надо наводить на него дурных сновидений! Он все-таки очень хороший человек!
   – Не беспокойтесь, не буду, – Аймбри прошла сквозь стену фасада особняка, наслав при этом на Хамелеон глубокий сон. Вскоре она уже была у самых стен замка Ругна. Одним прыжком перемахнув глубокий ров, Аймбри прошла через наружную стену замка. Да, такой замок с налету не взять! Она шла по бесконечной анфиладе комнат, залов и палат, покуда не добралась наконец до королевской спальни.
   Король и королева имели свои отдельные спальни. Оба они видели сейчас десятый сон. Аймбри прокралась в спальню короля и осторожно склонилась над его кроватью, как когда-то делала, доставляя сны.
   Хотя королю было семьдесят лет, для смертного человека возраст немалый, выглядел он еще цветущим мужчиной. Правильные черты его лица свидетельствовали о мудрости. Но, как и все люди, он был смертным – Аймбри своим шестым чувством уловила, что король находится уже на закате жизни, несмотря на вполне цветущий вид. Он уже двадцать пять лет находился у власти в стране, – срок большой и для короля вполне достаточный. Только вот принц Дора не был ему достойной сменой.
   Аймбри явилась ему во сне, приняв образ нимфы, полуобнаженная фигура которой должна была дать понять королю, что Аймбри пришла к нему с самыми лучшими намерениями и ей действительно нечего от него утаивать. – Король Трент! – позвала Аймбри.
   Королю казалось, что он спит. Но сон его был чутким: во сне он услышал голос кобылки. – Что ты ищешь в моей опочивальне, нимфа? – удивленно спросил он. – Ты, случайно, не подружка моей дочери? Отвечай, а не то я превращу тебя в цветок!
   Пораженная Аймбри не могла произнести ни слова. Вдруг неожиданно – конечно же, все это происходило во сне короля – она превратилась в лилию, и тут же возмущенно зашелестела своими лепестками.
   – Ладно, – проговорил добродушно король, – даю тебе еще один шанс! – Хоть он не сделал ни единого жеста, но лилия снова приняла образ нимфы. Воистину, даже во сне король оставался могущественным!
   – Я доставила для вас сообщение, – быстро проговорила кобылка устами нимфы, – оно кратко и звучит так: остерегайтесь Всадника!
   – А кто такой Всадник – это нечто вроде кентавра?
   – Нет, ваше величество! Это такой человек, который ездит на спинах лошадей. На мне он тоже прокатился, – тут Аймбри замолчала, осознав, что сейчас образ нимфы совершенно не вяжется с ее настоящим конским обликом, и потому поспешила уточнить. – Я ночная кобылка!
   – Ах, так значит, это всего лишь сон! А я подумал было, что все это наяву. Тогда прошу прощения.
   Аймбри тут же подумала, что прощения просить король должен не за эти заблуждения, а за тот трюк, которым он превратил было ее в лилию. – Нет, это реальность, хоть и во сне, – быстро проговорила она. – Видите ли, ваше величество, сон этот понадобился мне, чтобы как можно быстрее известить вас обо всем этом!
   – Ах вот как? Тогда, может, мне лучше проснуться? – и король, мобилизовав свою силу воли, тут же очнулся от сна. Аймбри была просто поражена: за все сто пятьдесят лет своей службы она еще не встречала человека, который бы с такой готовностью отказывался от сна, да еще в столь поздний час!
   – Так, значит, вы кобылка, – проговорил король, внимательно рассматривая свою собеседницу, – а не нимфа, которая явилась, чтобы соблазнить меня!
   – Нет-нет, конечно, не нимфа, – радостно подтвердила Аймбри.
   – И при моем пробуждении вы не растворились. Все это очень интересно!
   – Меня немного изменили, чтобы я могла работать днем, – ответила кобылка, – для того, чтобы я смогла доставить это сообщение.
   – То самое, которое звучит: «Остерегайтесь Всадника!» – воскликнул король. – Что-то я раньше не слышал о таком! Это не какой-нибудь очередной волшебник?
   – Нет, ваше величество. Мне кажется, он один из тех, кто пришел из Мандении. Он очень хитрый и жестокий человек. Он мучил меня! – и кобылка указала на еще незажившие шрамы на своих боках.
   – Ты ведь ночная кобылка, ты могла спокойно от него убежать, – удивленно сказал король.
   – Днем уже не могла. При дневном свете я обычная лошадь.
   – Этот Всадник случайно не для того здесь, чтобы подготовить вторжение жителей Мандении в нашу страну?
   – Мне кажется, что это так. Вместе со Всадником были еще два жителя Мандении и лошадь их тамошней породы.
   – Где ты наткнулась на этого жестокого человека?
   – В двух часах бега рысью отсюда.
   – Это не к югу, у прохода через горы?
   – Именно так, ваше величество. Как раз в проходе Фокса!
   – Это очень странно, ведь мои разведчики постоянно держат этот проход под неусыпным наблюдением, мимо них и муха не пролетит незамеченной! А ты случайно не ошиблась?
   – Нет, не ошиблась. Именно там я и совершила свою глупую ошибку.
   – Так это было именно в проходе Фокса?
   – Да, я уверена в этом, – ответила кобылка.
   – Эти люди из Мандении, должно быть, нашли какой-то способ прокрасться незаметно, – король немного помолчал. – Ну конечно же! Еще двадцать пять лет назад Бинк, Хамелеон и я пробрались в Ксант под этим самым проходом после того, как нас изгнали, из провинции Перешейка, что находится к северо-западу отсюда. Тогда нам удалось за час покрыть такое же расстояние, какое мы смогли бы проехать за день, да и то если бы все время скакали галопом на лошадях! Под водой наверняка есть какой-то тоннель! Всадник, должно быть, как-то обнаружил его и пробрался по нему. Теперь наша задача – поскорее перекрыть этот тоннель, иначе последствия будут самые ужасные! Я сейчас же распоряжусь, чтобы местные власти решили эту проблему! – Король улыбнулся: – Хотя Всадник, два жителя Мандении и их лошадь не представляют для Ксанта реальной угрозы.
   – Лошади у них больше нет, ваше величество! Это дневной конь, он сбежал от своего хозяина и помог освободиться мне!
   – Тогда этого коня следует наградить! Где он сейчас?
   – Он вообще не хочет видеть людей, – пояснила Аймбри, – он боится, что кто-нибудь его поймает и снова поставит под седло.
   Король снова улыбнулся: – Ну ладно, не будем трогать его! Настоящие лошади – большая редкость для Ксанта, они тут не водятся. Надо поставить его под защиту королевской власти. Это поможет коню выжить в чужой для него стране.
   Король Трент с легкостью разрешал любую проблему! Аймбри была очень благодарна королю.
   – Я послана сюда еще и затем, чтобы быть связной между вами и тыквой, то есть между народом Ксанта и Силами Ночи. Согласно инструкциям, я должна быть лошадью Хамелеон. Но я никак не пойму, почему именно ее лошадью – мне кажется, что эта женщина не блещет умом!
   – У вас полезное задание! – воскликнул король. – Хотя вы еще не до конца узнали Хамелеон. Она меняется день ото дня – хорошеет, но становится все более недалекой, как сейчас. Потом наступает день, когда она превращается в отвратительную старуху, но какая она в это время умница! Сейчас она живет одна. Это не очень хорошо, поскольку в периоды ее наименьшей умственной активности рядом с ней постоянно кто-то должен находиться. Например, ты можешь быть рядом с нею и не давать ей попасть в беду. Через пару дней она начнет умнеть, а недельки через две Хамелеон будет чрезвычайно умной, но при этом такой безобразной, что тебе видеть ее не захочется! Но все-таки она чудная женщина, и в любом случае ей нужна подруга!
   – Ага... – теперь путаница в задании Ночного Коня начала потихоньку рассеиваться. Прежде всего разрешилась загадка внешности Хамелеон: образ являл ее в момент, когда она была безобразной, а теперь она изменилась.
   – Теперь возвращайся к Хамелеон, – сказал Трент, – а утром я найду задание для вас обеих!
   Нет, положительно у короля был дар быстро разрешать все проблемы! Аймбри с легким сердцем прошла сквозь стену и спрыгнула на клумбу возле стены дворца. Скакнув еще пару раз, она угодила в тот самый ров возле стены замка. Но ночью это было не страшно: в это время кобылка была бестелесной, и потому ее не почуяли даже сторожевые собаки. Вскоре Аймбри была уже в доме Хамелеон, о которой она знала теперь немного больше. Блистательная внешность и блистательный ум месяц за месяцем сменяли друг друга в этой удивительной женщине.
   Кобылка еще раз убедилась в том, что она прискакала по адресу, а затем направилась к поросшему сочной травой участку, чтобы немного попастись там. Во время пастьбы Аймбри и заснула, уверенная, что вся энергия, которой она запасается сейчас, понадобится ей завтра.
***
   – Но король говорит, что это очень важно. Гроза надвигается на нас в виде Следующей волны, и мы ни в коем случае не должны быть беспечными! Король говорит, что Хамфри, кроме того, должен взглянуть на кобылку. Вы должны выехать в течение часа!
   Аймбри презрительно фыркнула: как этот карлик мог осмелиться командовать ими!
   Вдруг карлик тоже фыркнул и на чистом лошадином наречии проговорил: – Меня зовут голем Гранди, я – помощник короля!
   – Так ты умеешь изъясняться не только на человеческом языке? – заржала Аймбри. – Вот это талант так талант!
   Общаясь с големом, ей не надо даже входить в чей-то образ! Вместе с тем кобылке не понравилась самоуверенность голема, поэтому она явила перед ним силой воли картину преисподней.
   Голем побледнел от страха: – Так и у тебя тоже есть коекакой талант! – пробормотал он и немедленно убежал.
   Хамелеон с тревогой посмотрела на Аймбри: – Но я совсем не умею ездить верхом!
   Сейчас она находилась в фазе глупости, потому была очень неуверена в своих силах, но зато блистала красотой!
   – Используй подушку вместо седла, а остальное я возьму на себя! – успокоила ее Аймбри. Аймбри явила очередной образ и показала Хамелеон, как нужно взбираться на спину лошади.
   Женщина взяла с дивана подушку и сделала в точности так, как ей показали. Вскоре она уже возвышалась на спине Аймбри, ее ноги неуклюже свешивались по бокам, а руки судорожно вцепились в гриву. Какой это был контраст по сравнению со злодеем Всадником! Но Аймбри старалась идти не спеша, и Хамелеон скоро освоилась со своим положением. Действительно, ездить на лошади совсем не трудно, если сама лошадь не возражает против этого!
   Они двигались на восток лесами и полями, направляясь к замку Доброго Волшебника. Аймбри прекрасно ориентировалась на местности, доставляя сны, она частенько бывала здесь. Она старалась не попадаться на глаза драконам, держалась подальше от плотоядных растений и тому подобных опасностей, и потому добралась до замка безо всяких приключений. Собственно говоря, это расстояние Аймбри могла проскакать за гораздо более короткое время, но приходилось считаться с тем, что Хамелеон не была опытной наездницей. Они несколько раз останавливалась в пути, чтобы подкрепиться. Хамелеон даже приспособилась дремать на спине кобылки и стала с высоты своей позиции предупреждать Аймбри о том, что на пути ее ждут рытвины и ухабы. Аймбри была волшебной лошадью: она даже спала, не останавливаясь, что очень удивило Хамелеон. Хоть она и была глупа, но с ней было приятно путешествовать, к тому же она делала все так, как ей говорили, и быстро усваивала уроки верховой езды.
   Наконец замок волшебника показался вдали. Внушительные размеры этого сооружения поразили и женщину, и лошадь – издалека замок казался единым каменным монолитом, окруженным рвом. Стены замка были сложены из отдельных глыб такого размера, что одному человеку было просто не под силу сдвинуть их. Наверху циклопической стены угадывалось что-то вроде беседки, тоже сложенной из камня. Волшебника нигде не было видно.
   – Конечно, я бестолкова, – призналась Хамелеон, – но я всетаки ничего не понимаю. Тот замок стоит тут уже сотни лет!
   Но Аймбри была смышленой кобылкой, хотя тоже не могла ничего понять. Раньше она бывала тут несколько раз, и каждый раз замок выглядел как-то по-новому. Да и теперь он выглядел несколько иначе, чем тогда.
   – Нам надо войти внутрь и разведать обстановку, – предложила она, – может быть, с волшебником что-то случилось!
   – Может, он переехал в другое место? – предположила Хамелеон.
   Они подъехали ко рву. Ночью Аймбри смогла бы запросто перемахнуть через него или просто пройти по поверхности воды, заполнявшей его, но сейчас придется просто плыть, и плыть как можно скорее!
   Стоило копыту кобылки коснуться воды, как в тот же миг из глубины рва выплыла рыбка. Она моментально превратилась в нагого мужчину, который остановил спутниц и предупредил, что им лучше не пересекать этого рва.
   – О, Боже мой! – только и смогла произнести Хамелеон.
   Но Аймбри узнала его: это был местный водяной.
   Мужчина снова обратился в рыбку и снова дал понять, что проплывать через ров им нельзя: на то он тут и поставлен, чтобы охранять подход.
   – В замке Ругна во рву тоже живут охранники! – припомнила Хамелеон.
   – А я охранник этого рва! – проговорил водяной. – И вас я не пропущу, покуда вы не скажете мне пароль!
   – Пароль? – Хамелеон была явно озадачена, как и Аймбри. Почему для прохода через ров обязательно нужно знать какое-то слово, тем более, что явились они сюда не просто так? Какой смысл был в том, чтобы не пропускать их в замок? Тогда Аймбри попыталась наслать на водяного сонное состояние, чтобы он расслабился и нечаянно выдал им пароль. Но он не зря ел свой хлеб на посту сторожа и потому не терял бдительности. К тому же сновидения служили больше средством общения, они могли вызвать также какое-нибудь чувство, но вот для чтения чужих мыслей они совершенно не годились.
   – Нам придется, видимо, как-то обмануть этого водяного! – прошептала Аймбри Хамелеон. Для большей ясности она явила перед женщиной картину переплывающей ров лошади, на спине которой сидела женщина. На заднем плане этой сценки виднелось какое-то создание, напоминавшее водяного, который отчаянно и возмущенно жестикулировал, но помешать им ни в чем не мог. К тому же водяной не представлял для спутниц никакой опасности – оружия при нем не было, да и любое его обличие – человека или рыбы – никак не пугало их. И еще, они были тут по повелению самого короля, что давало им право преодолевать любые преграды, не спрашивая никого о разрешении.
   – Да, мы должны переплыть ров! – согласилась с ней Хамелеон. Женщина предусмотрительно подобрала подол своего платья, чтобы во время плавания не замочить его, хотя промочить ноги ей придется в любом случае. Впрочем, это не поставит под угрозу ее здоровье.
   Водяной тем временем кинул взгляд на приподнятый подол платья Хамелеон, на ее обнажившиеся красивые бедра, которые делали ее еще привлекательнее. – Ха, посмотрите на этих бесстыдниц! – воскликнул он злорадно.
   – Не обращай на него внимания! – крикнула Аймбри, увидев, что Хамелеон густо покраснела. Казалось, что даже после двадцати пяти лет замужества и рождения сына Хамелеон все еще была такой же стыдливой, как в юности. Может, стыдливость эта и породила в Хамелеон чувство, что ее сын тоже невинное создание. Аймбри почувствовала, что Хамелеон нравится ей еще больше, ей захотелось даже защищать ее.
   Тем временем кобылка с женщиной на спине вступила в воду и пошла по дну, погружаясь все глубже. – Вода, вода! – крикнул сторож тем временем. – Вам нельзя проплывать без пароля! Я заморожу ваши следы!
   Водяной тут же сделал какое-то движение, и Аймбри почувствовала, что вода вокруг ее ног замерзла. Волей-неволей ей пришлось-таки остановиться. Она стояла по колено во льду! У этого водяного нашлось-таки средство, чтобы остановить их!
   – Ну, что ты на это скажешь?! – вызывающе спросил водяной кобылку. Теперь он снова превратился в рыбу, которая, впрочем, могла разговаривать. – Нет пароля – нет прохода! Я же говорил тебе! Ты что же, думаешь, что правила создаются для того, чтобы их нарушали?
   Хамелеон беспокойно заерзала на спине кобылки. Аймбри попыталась высвободить передние ноги из цепких объятий льда. Лед беспомощно зазвенел, когда Аймбри наконец удалось освободить ноги. Вскоре она уже твердо стояла на льду и снова упрямо стала продвигаться вперед.
   – Вода! Вода! – снова пронзительно взвизгнул водяной-сторож, делая движения похожей на плавник рукой. Лед в одно мгновение куда-то исчез, и кобылка тяжело плюхнулась в воду. Водяной снова ликовал!
   Итак, Аймбри снова нужно было плыть по воде. Но все равно, рано или поздно, она пересечет этот чертов ров!
   Тем временем водяной снова заморозил воду – и снова кобылке пришлось вырывать ноги из ледового панциря. Лед растаял снова, они снова поплыли. Медленно, но посланницы короля все-таки продвигались к цели. Водяной так и не мог остановить их!
   Аймбри поплыла более уверенно. Вода доходила ей почти до шеи. Хамелеон подоткнула подол платья под пояс, но, к ее неудовольствию, он все равно намок. – Ой, щекотно! – вдруг взвизгнула она и дернулась всем телом.
   Водяной восторжествовал. – Щекотно, говоришь, – злорадно произнес он, – тебе ведь это, вижу, не нравится? Ну, сейчас я покажу тебе такую щекотку!
   При этом Хамелеон снова залилась краской стыда. Она крепко уцепилась за свой подол.
   – Эй, я никогда не думал, что какая-то кукла еще может стыдиться и даже краснеть! – злобно промолвил водяной.
   Аймбри надоело слушать ядовитые выкрики рассерженного сторожа, и она брызнула на него мощной струей воды, не теряя при этом скорости движения. Нужно было во что бы то ни стало сосредоточить внимание водяного на Хамелеон, решила Аймбри, тогда он не заметит, как они переплывут ров. Зато как он потом запоет, увидев, что не смог помешать им! Ну ничего, он заслужил это своим поведением. К сожалению, сторож этот был не столь наивен. – Вода, вода! – снова пронзительно закричал он, опять делая при этом какой-то неуловимый жест. Теперь вода замерзла не полностью, лишь частично, превратившись при этом в подобие студня. Но Аймбри все равно продолжала упрямо шагать вперед. Да, все мастерство водяного меркло перед упорством ночной кобылки!
   – Ну тогда, – вскрикнул водяной, припоминая, и выпалил целое заклинание: – Никс, нокс, пэдивокс, пусть останется лягушка!
   Вода снова стала жидкой, но жидкой настолько, что перестала держать вес Аймбри и Хамелеон. Аймбри внезапно погрузилась с головой в воду.
   Это было похоже на то состояние, когда проходишь через стену, но с одним только различием – под водой нельзя дышать. Вода была слишком текучей для того, чтобы выдержать их вес, но и воздух через себя она все же не пропускала.
   Вдруг копыта Аймбри коснулись дна. Хоть оно было твердым! Аймбри встала на задние ноги и высунула голову на поверхность. Всеми легкими она жадно глотнула воздуха. Теперь все в порядке! Она тут же воспроизвела для Хамелеон очередную сценку-образ: женщина-кентавр отряхивалась от воды. – С тобой все в порядке? – спросила она женщину.
   – Мое платье все-таки намокло, – пожаловалась та, – но вот только вода какая-то странная!
   Но Аймбри уже освоилась с положением и приняла решение. – Нука, сделай глубокий вдох! Сейчас мы снова тронемся! Даже по этой воде мы в конце концов пройдем!
   – Ишь, чего захотела, – встревожился водяной, уловив часть этой беседы. Теперь он тоже плыл в воде, причем передняя его часть была рыбьей, а ноги оставались человеческими. Вода тем временем снова стала обычной. – Плыви, если можешь! – крикнул водяной.
   Аймбри поняла, что тут их может подстерегать опасность. Если она поплывет сейчас, водяной может превратить воду в пар. Тогда пар вытеснит воздух, и дышать точно станет невозможно. И тогда придется волей-неволей поворачивать назад. Да и Хамелеон может сильно испугаться и чего доброго утонет. Аймбри не была уверена, что ее спутница умеет плавать, но спрашивать было некогда.
   Кобылка призадумалась. Если бы она была одна, она, может, и преодолела бы все козни зловредного водяного. Но она была с Хамелеон, потому ее задача усложнялась. К тому же женщина эта была безнадежно глупа, кобылке приходилось думать и за себя, и за нее. Как же переплыть ров и при этом свести весь возможный риск к минимуму?
   Но Аймбри была умной лошадью. Через минуту она явила Хамелеон новую сценку: вот она, Аймбри, а вот Хамелеон, у нее на спине, а рядом, приставив руку к уху и подслушивая, о чем говорят путешественницы, стоял, изогнувшись, этот водяной. Надо как-то помешать ему!
   Сценку эту Аймбри представила таким образом, что она из ее мозга непосредственно вошла в мозг Хамелеон, минуя тем самым вездесущего водяного. Этот парень еще не представляет всей глубины мастерства представления сценок и сновидений! В этой сценке Аймбри была в облике одетой во все черное женщины. Хамелеон была облачена в белые одежды. – Верь мне! – проговорила она Хамелеон, которая казалась немного испуганной. – Мы все равно переплывем ров, только не совсем обычным путем. Смотри за тем, что я делаю, и повторяй все мои движения, хорошо?
   Хамелеон непонимающе заморгала: – Я постараюсь. Это ты, Аймбри, или мне все это чудится?
   Кобылке стало ясно, что ее человеческий облик сбил Хамелеон с толку. – Да, – поспешила успокоить кобылка Хамелеон, – в снах и сценах я могу принимать любые формы, только вот при этом я всегда черного цвета или одета в черное! Я ведь все-таки ночная кобылка!