- Послушай. Ты не мог бы показать мне путь, по которому пришел?
   - Зачем?
   - Я хочу добраться до тех, кто в Башне, - зашептал Улье ему на ухо. Они мои враги.
   - Не могу. Я их боюсь, - заморгав, пролепетал Простокваша. - Они кого хочешь велят на куски разрезать.
   - Они тебя не тронут, - заверил разведчик. - Ты проводишь меня до Башни и отправишься назад.
   В сумбурном уме старика шла борьба между симпатией к Ульсу, страхом и недоверием. Наконец его лоб разгладился, и в глазах мелькнул проблеск разума.
   - Хорошо, - сказал он. - Я знаю, ты со звезд. Я все слышал. Я помогу тебе.
   Он взял из костра пылающую головню. Улье набрал охапку сухих смолистых веток для факелов. Подойдя к дальнему, темному и полого опускающемуся концу пещеры. Простокваша нагнулся и полез в округлую промоину. Разведчик последовал за ним.
   Глава 8
   "МЕНЯ ЗОВУТ АОР"
   Факел чадил и пылал, озаряя пересохшие русла подземных рек, проточивших в каменной толще лабиринт из тоннелей, пещер и бездонных отвесных шахт. Старик шагал уверенно, не оборачиваясь, и прихрамывающий разведчик едва поспевал за ним.
   Дорога шла то вверх, то вниз. Порой приходилось карабкаться по склонам, цепляясь за трещины и известковые наросты.
   - Как же ты полз тут в темноте? - -удивился Улье.
   - Жить хотелось.
   - А дорогу назад неужели всю запомнил?
   - Нет, я нашел ее потом. Я люблю тут ходить. Красиво. Урки боятся, говорят, где-то тут недалеко чертоги милостивого дьявола. А я не боюсь. Он меня не обижал.
   Они шли долго, и ослабевший после болезни разведчик выбился из сил.
   - Погоди, - взмолился он, сев на каменный выступ и привалившись к стене.
   Старик остановился, зажег новый факел и отбросил догорающий. От охапки осталось всего несколько веток.
   - Как же ты найдешь дорогу назад, без света? -обеспокоенно спросил Улье.
   - Башня близко. А назад вернусь и в темноте. Не заблужусь. Много тут ходил.
   Они помолчали. Улье растирал ноющее колено.
   - Когда ты станешь хозяином Башни, - сказал сумасшедший, - ты мне отплатишь добром. Правда?
   Разведчик ответил не сразу, обдумывая, что сказать.
   - Я не хочу быть хозяином Башни.
   - Тогда зачем тебе туда?
   - Ты же слышал наш разговор с Атаманом. Я должен спасти людей на звездах. Им грозит гибель.
   - А-а. Я думал, ты победишь Башню и накормишь нас всех простоквашей, убито вымолвил старик.
   Улье почувствовал угрызения совести. Он не желал обманывать беднягу. Но и не мог сказать правду, что открытое вмешательство в жизнь карантинных планет запрещается и Галактическая Лига строго карает за нарушение запрета.
   - Ладно, - прервал паузу Простокваша. - Пойдем.
   По крутому тоннелю они поднялись в обширную сталактитовую пещеру. Множество ноздреватых известковых сосулек свисало с ее свода, навстречу им поднимались бугристые, оплывающие сталагмиты, сплошь и рядом сливаясь воедино. Простокваша уверенно петлял меж толстых желтых колонн, выращенных за тысячелетия мельчайшими каплями воды. Он привел разведчика к широкому, словно дворцовая лестница, каскаду. Отложения известняка ниспадали по его скату застывшей пышной пеной.
   Поднявшись наверх, спутники очутились в узком проходе, загроможденном обломками грубой кладки. В этом месте пол разорвала косая трещина, и возведенная строителями Башни перегородка из нетесаных камней обрушилась. Перебравшись через развалины, они попали в скальную пазуху, где идти приходилось согнувшись.
   Приземляясь, звездолет разметал рыхлый грунт потоками огня и сел прямо на гранитный массив, который, будучи источен внутри карстовыми водами, не выдержал тяжести и растрескался.
   Одна из трещин пересекала низкий потолок пазухи, расширяясь возле стены настолько; что впору пролезть человеку среднего телосложения. Толщина гранита в этом месте не превышала трех локтей.
   - Здесь, - объявил Простокваша. Улье выпрямился и дотянулся до верхнего края трещины, за который можно было уцепиться.
   - Погоди, человек со звезд, - остановил его сидевший на корточках старик. - Дай руку.
   Разведчик нагнулся к нему, протянул ладонь, и Простокваша вложил в нее узкий удлиненный предмет. То был его ланцет.
   - На. Пригодится. Разрежь их на куски.
   - Зачем? Не надо.
   - Возьми-возьми. Хороший. Им любого можно разрезать.
   - Нет, оставь себе.
   - А как же ты их одолеешь?
   - Не беспокойся, справлюсь. Передай Атаману, что я не вернусь. Скажи, пусть не беспокоится. В случае чего я не выдам убежище.
   Озаренный зыбким светом факела, воткнутого в узкую трещину на полу, старик смотрел втлаза Ульса. В этом доверчивом взгляде на сей раз не было ничего от безумия.
   - На самом деле меня зовут Аор, - произнес он. - Звали Аор. Зови меня Аор. Пожалуйста. Это мое имя.
   - Хорошо, Аор. Прощай. Спасибо тебе.
   - Прощай. Ты хороший человек. Я вижу. Наверно, если тебя разрезать, внутри будет одно сплошное сердце. Большое-большое, - старик замолчал, подыскивая слова, чтобы выразить распиравшие его чувства. - Другому не поверил бы. Тебе верю.
   - Спасибо, Аор, - сглотнув комок в горле, ответил разведчик.
   - Удачи тебе, хороший человек.
   Улье чуть подпрыгнул и вцепился в край трещины. Подтягиваться было неудобно - тесно, да и пальцы едва-едва не соскальзывали с гранита. Он беспомощно шарил ногой по гладкой стене.
   - Аор! Подсади, - попросил разведчик. Внизу послышалась странная глухая возня. Затем кто-то схватил Ульса за щиколотку, но вместо того чтобы помочь вскарабкаться наверх, рванул с силой вниз. Пальцы разведчика соскользнули; падая, он ударился о нижний край трещины затылком и рухнул без чувств.
   Очнувшись от хлесткого удара по лицу, он обнаружил, что его запястья и щиколотки крепко связаны концами бахи. Торжествующий Культяпа нагнулся над ним и приставил к горлу лезвие ланцета.
   - Тебе конец, штемп, - ощерившись произнес он. - Ты не вернешься в Башню и не предашь нас. Я раскусил тебя и выследил. Но прежде чем умрешь говори: зачем тебя подослали? Что прознали о нас в Башне? Что они хотят сделать с ватагой и убежищем? Говори!
   Улье молчал. Волосяной, щекотный холодок исходил от прижатого к коже лезвия. Ну вот. Мало того что пиявка сделала его наполовину инвалидом, а Башня захватила шлюпку. Теперь его скрутил однорукий калека. Ай да разведчик, даром что отставной.
   - Не хочешь говорить?
   Культяпа отбросил ланцет и выдернул из расщелины пылающую ветку. Скосив глаза, Улье увидел, что Аор лежит ничком. Рядом с размозженной седой головой валялся окровавленный камень. Яростное рыдание подкатило к горлу, но он не издал ни звука, и глаза оставались ясными и сухими.
   - Цветок милостивого дьявола отворит тебе рот, - посулил увечный. Лучше скажи сам, не заставляй мучить. Тогда я просто перережу тебе глотку. А ну говори!
   И он поднес факел к лицу разведчика, едва не опалив его бороду.
   - Эх, невера, - вздохнув, сказал Улье. - И не страшно тебе ни во что не верить, Культяпа? Вспомни речи Атамана тогда, на берегу. Горе тем, кто отринет Посланца, сказал он. Их постигнет участь, которую милостивый дьявол уготовил Башне. Близок час. Ты еще ответил, что, мол, пусть для начала этот человек превозможет желтую пиявку. Не страшно ли тебе, Культяпа? Ты посягаешь на промысел того, перед кем ты ничтожнее праха.
   - Ты подслушал... - ошарашенно проговорил Культяпа.
   - Вспомни: я лежал поодаль, у всех на виду. Я никак не мог слышать разговора.
   - Значит... кто-то прятался в кустах.
   -А как он пересказал мне ваш разговор? В тот день я попал в вашу пещеру и больше из нее не выходил.
   - А! Тебе рассказал сам Атаман!
   - Слово в слово? Слушай: "Так тогда кто же он?!" - "Не шуми, Культяпа. Поразмысли. Вспомни Святое Предание". - "Атаман, ты сошел с ума. Все наши предания - бабьи бредни и болтовня от первого до последнего слова". Вот что дерзнул ты сказать. Покайся. Уверуй, пока не поздно. Сегодня во сне владыка мира явился мне и велел: "Когда Культяпа тебя свяжет, объяви ему, что неверующие не доживут до ближайшего восхода солнца". А чтобы ты не сомневался и получил знак, он передал мне ваш разговор с Атаманом, которого не мог слышать никто. Зубы Культяпы мелко застучали.
   - Верую! - хрипло выдохнул он. - Верую! Прости меня!
   И он припал к ногам Ульса.
   - Прости! Прости! - твердил он. - Я был глух и слеп. Но ты исцелил меня. Воистину ты - Посланец.
   - О снисхождении проси не меня. Я лишь слуга. Воткнув факел обратно в расщелину, Культяпа поспешно, зубами распутывал узлы.
   - Не держи зла, Посланец. Я был глуп и зол. О милостивый дьявол! Прости меня, отведи кару! Дай мне искупить вину мою...
   Разведчик сел, потирая затекшие запястья.
   - Все было бы поправимо, не убей ты этого несчастного! - негодующе молвил он, кивнув на тело Аора. - Кровь его тебе взыщется!
   - Он живой. Живой. Я не смог хорошо размахнуться, тут тесно, - Культяпа захлопотал, переворачивая старика на спину.
   Тот глухо застонал.
   - Отнесешь его в убежище и будешь выхаживать. До конца дней будешь служить ему и оберегать от глумления, - приказал Улье.
   -Да! Да! Я все сделаю...
   - Теперь помоги мне. Подсади. Потом подашь новую ветку, пересадив на нее цветок.
   Культяпа опустился на колени. Разведчик ступил на его плечо, оттолкнулся и единым махом оказался наверху. Затем взял поданный снизу факел.
   Он стоял на дне Башни.
   Над его головой, отражая ровное пламя факела, сияла шлифованная воронка одной из ходовых дюз. По сравнению с ней Улье выглядел карликом. Пригнувшись, он пролез между краем дюзы и полом. Как он и ожидал, аварийный люк в центре громадного днища оказался распахнут.
   Подковыляв к свисающему гибкому трапу, Улье вскарабкался наверх, нашел рубильник освещения и повернул его, включив цепочку миниатюрных плафонов, тянувшихся вверх по стенке аварийной шахты. Дым от чадящей ветки не затягивало в шахту, значив верхний люк захлопнут. Он отбросил факел.
   С трудом ворочая негнущейся ногой, Улье карабкался по лесенке. Несколько раз он останавливался передохнуть. Когда он добрался до верха, пот заливал глаза, разъедал рану на затылке; вялые после болезни мышцы еле слушались.
   Верхний, закрытый люк оказался разблокирован. Без труда распахнув его, разведчик выбрался в кормовой отсек. Поскольку двигатели не работали, опасаться радиации не приходилось. Слабо светили негасимые дежурные лампы, озаряя бессчетное множество трубопроводов, кожухов, наглухо заклепанных ремонтных лючков. Бортовая сеть исправно работала на Черной Смерти.
   Компоновка звездолета ничем не отличалась от типовой во времена империи. Это облегчало задачу.
   Поднявшись по винтовой лесенке к потолку, Улье нажал кнопку, и толстенная дверь из покрытого никелем свинца послушно отъехала вбок. Улье вошел в еле освещенный трюм. Как и ожидалось, большинство запаянных ящиков с инструментами и приборами, которыми снабжались ссыльные, оказались нетронутыми. ранившегося здесь добра хватило бы на то, чтобы оснастить целый город-завод.
   Не рискуя пользоваться лифтом, разведчик полез дальше по лесенке, прикрепленной к решетчатой шахте грузового транспортера. Не скоро достиг он уровня жилых палуб, располагавшихся по спирали вокруг огромного многоярусного помещения трюма. Они начинались выше ворот грузового шлюза, о чем свидетельствовала первая дверь в прозрачной трубе гидравлического лифта. Дальше лесенка крепилась просто на переборке, и вдоль нее на равном расстоянии друг от друга располагались красные заслонки запасных входов. Дойдя до верхней из них, Улье остановился и перевел дух.
   Отсюда он попадал в отсек экипажа, венчавшийся рубкой управления. Разведчик дошел почти до носовой оконечности корабля, до вершины Башни, грозно возвышавшейся над ночной равниной. Он надеялся, что снаружи все еще ночь и обитатели звездолета мирно спят. Вряд ли они выставляют часовых в своих коридорах.
   Все же сердце его коротко трепыхнулось, когда он повернул ручку, приоткрыл заслонку и прислушался.
   Ободренный полной тишиной, он выбрался в пустой узкий коридор, по ходу винтовой нарезки обвивавший толстенную сердцевину корабля. Левая, выпуклая стена была глухой, за исключением аварийной заслонки, через которую он сюда пролез. По правой, вогнутой стене тянулась вереница дверей. Улье двинулся вдоль нее, потрясенно глядя на дверные таблички: А, А1, А2, A3, В, В1, В2, ВЗ, С, С1... Мог бы догадаться сразу, упрекнул он себя.
   Однако на пассажирских кораблях каюты экипажа испокон веку помечаются просто цифрами. Литеры с Цифрами приняты на супергрузачах с большой командой. Но это же не грузач, на них не ссылали. А еще? Фрегаты разведслужбы, естественно. Но их в то время, разумеется, и в помине не было. А еще какие корабли имели каюты с буквенно-числовыми обозначениями?
   Военные.
   Прихрамывая, Улье почти бежал по истертому полу коридора, сохранившему рифление лишь по краям. Он спешил к последнему номеру боевого расчета, к двери с одинокой литерой Z. Справа мелькнули Y и Y1. Коридор уперся в глухую переборку. Разведчик вздрогнул. Потом повернул голову. Ну конечно. Последняя дверь, ведущая в крайний носовой отсек, оказалась слева от него.
   Стандартная табличка с черным зигзагом на ней свидетельствовала, что наконец-то Улье достиг цели.
   Погибший Мэг.
   Пропавший Рябой.
   Потерявший разум Аор.
   Лохи.
   Пришла пора поквитаться за них.
   Волноваться не стоило. Зачем волноваться? Исход игры предрешен. Значит, надо перевести дыхание и спокойно коснуться дверной кнопки.
   Мгновенно входной проем обнажился.
   - Добрый день, уважаемый Зет, - произнес разведчик, остановившись на пороге орудийной рубки боевого крейсера. - Приветствую вас на борту единственного в Галактике военного корабля.
   Глава 9
   ВЕРХОВНЫЙ ХРАНИТЕЛЬ МУДРОСТИ ГОСПОДИН ЗЕТ
   Навстречу разведчику шагнул пухлощекий юноша в белоснежной мантии и такой же круглой шапочке. Видимо, он только что поднялся с еще не убранного в стену ложа рядом с большим полукруглым пультом, над которым светились шесть локаторных экранов.
   Его бледное, не знавшее солнца лицо обрамляли светлые кудри, выбивавшиеся из-под шапочки и волной спадающие до. плеч. Ясные голубые глаза растерянно щурились.
   - Кто вы такой?! - воскликнул он тонким полудетским голосом.
   - Спокойнее, пожалуйста, - Улье нажал кнопку, и дверь закрылась. - Я тот самый пилот, чью шлюпку сейчас стерегут ваши балбесы.
   Юноша окаменел от изумления.
   - Мы что, так и будем беседовать стоя? - поинтересовался разведчик.
   Маленькой паузы хватило, чтобы Зет полностью овладел собой.
   - Прошу, садитесь, - он указал на кресло в углу рубки жестом любезного властелина, а сам сел на винтовой табурет, спиной к пульту. - Слушаю вас.
   - Прежде всего какого черта вы разрушили плотину и демаскировали шлюпку? - развалившись и закинув ногу на ногу, начал разведчик. - Ничего поумнее нельзя было придумать? Или вам уже начхать на конспирацию?
   - Позвольте, - ответил Зет тоном, не предвещающим ничего хорошего. Здесь вопросы задаю я. Ответы - не моя специфика. Прежде всего как вы сюда попали?
   - Элементарно. Едва я втолковал, что вы меня ждете, стража обмерла и пропустила беспрекословно. Приятно иметь дело с солидным руководителем.
   - Лжете. Не может быть.
   - Велите спросить стражу. Они не будут отрицать. Юноша склонился к селектору, нажал одну из клавиш.
   - Господин F? - спросил он, услышав отклик. - Прошу разобраться, почему человек в одежде лоха беспрепятственно миновал стражу и добрался до наших кают.
   - Это исключено, - донесся хриплый голос из динамика.
   - Я тоже так думаю. Однако этот человек сейчас сидит передо мной.
   - Тысяча чертей!!!
   - Совершенно верно. Хотя опасность мне и не грозит. Он производит благоприятное впечатление. Займитесь вашими людьми и доложите по выяснении.
   Зет выключил селектор.
   - Если вы солгали, это сразу обнаружится, - заявил он. - Подождем результатов. А пока продолжим. С какой целью вы высадились на планету?
   - Я привез горючее, - ответил Улье. - Тридцать контейнеров.
   - Что-о?! - изумленно вскинул брови юноша. Он помолчал, переваривая услышанное. Улье чутьем понял, что тут не все ладно. Им допущен первый промах, который может оказаться последним.
   - Почему так рано? - спросил Зет, и его льдисто-голубые глаза недобро сузились. - Был назначен другой срок.
   Ну, это еще пустяки. Даже выкручиваться не надо.
   - Пришлось поторапливаться. Разведка что-то пронюхала и сцапала нескольких наших ребят. Мы не стали дожидаться, пока дойдет черед и до нас.
   - До кого - до нас?
   - До Хиска, Тода и меня.
   - Наконец-то. С этого надо было начинать.
   - Но вопросы задаете вы, не правда ли? - съязвил разведчик.
   - Только не подумайте, что они уже закончились. Вы отнюдь не рассеяли сомнений. Почему вы не сели ночью на ферме, а продолжали играть в прятки? Почему не подали установленных сигналов? Вы вели себя так бесцеремонно, словно и не подозревали о наличии у нас локатора. Естественно, мы приняли вас за шпиона. Вы просто-таки напрашивались на то, чтобы вас сбили. А теперь, когда ваша шлюпка захвачена и вы у меня в руках, вы являетесь, городите несусветную ложь и надеетесь, что я поверю хоть единому вашему слову. Я не столь наивен.
   - Придется мне начать с самого начала. А то вы уже вообразили, что я из разведки.
   - Не сомневаюсь, что вы оттуда.
   - Так вот, послушайте, - Улье говорил ровным, почти монотонным голосом, будто не настала долгожданная решающая минута, ради которой он шел на' смертельный риск. - Меня уговорил работать с вами Старик.
   Зет поморщился:
   - Неужели я обязан знать клички всех исполнителей? Увольте. Скажите лучше, по каким мотивам вы согласились. Это гораздо интереснее.
   Так Старик и впрямь ни при чем? Впрочем, юноша не ответил ни да, ни нет. Это зефирное создание с девичьими локонами - на самом деле опасный и хитрый противник. Ладно, посмотрим, кто на чью удочку клюнет.
   - Мои мотивы достаточно просты. Я резервный пилот второго класса, обслуживаю грузачи. Без связей, без перспектив, без возможности зарекомендовать себя. Согласитесь, это незавидная участь. Я полагаю, что достоин лучшей.
   - А, честолюбие. Действительно, в вашем мире оно - единственная приправа к жизни. Весьма убедительно сочиняете. Продолжайте.
   - Я не сочиняю! - сверкнул глазами Улье. - Вам не понять, что это такое, когда вас затерли, запихнули в разряд ничтожеств, когда ваши бездарные однокашники процветают, но не дают себе труда снизойти до вас!
   - Ну-ну. Без лишней горячности. Дальше.
   - Я понял, что это мой единственный шанс вырваться из бессмысленного прозябания, которое...
   - Я сказал, дальше.
   Улье засопел, проглатывая остальную часть тирады и успокаиваясь.
   - Когда разведка сцапала Эди, - снова заговорил он, - контейнеры уже были готовы к погрузке. В любую минуту нас всех могли накрыть. На замену удалось поставить меня. Рейс был якобы на Софорос...
   - Короче.
   - Когда дело дошло до перемены курса, накладка посыпались одна за другой. Сначала...
   - Погодите. Почему схватили Эди?
   Зет допрашивал профессионально. Он владел всеми тонкостями этого нелегкого искусства. Его глаза подмечали малейшую перемену в мимике разведчика. Тот только диву давался.
   - Я же сказал, разведка что-то разнюхала. Они взяли весь экипаж, с которым Эди летал раньше. Пришлось форсировать отправку груза.
   - Вы сказали, Эди арестовали, когда груз горючего уже был готов. Неувязка.
   - Тех ребят загребли в третьем Космопорте, - терпеливо объяснил Улье. Нас вовремя предупредили, и пришлось идти напролом.
   - Кто предупредил?
   - Я не знаю? - взорвался разведчик. - Я знаю только, что меня выдернули из гостиницы и отправили бегом в порт. Там я получил баржу с контейнерами, которую должен был пилотировать бедняга Эди. Отвел ее на корабль. О том, что стряслось, мне рассказал Тод. Он не особенно вдавался в подробности.
   - Незнание - довольно удобная позиция для защиты, а? Оставим это, расскажите, что произошло в полете.
   - А в полете было вот что. Этот подонок Хиск выгреб из аптечки наркотики и накачался ими до очумения. Пришлось нам с Тодом его прятать, чтобы не попался на глаза капитану. Едва грузач вышел из зоны прямой связи и был готов к нырку, мы с Тодом хотели скрутить капитана. Но тот что-то заподозрил. У него под рукой оказался штатный револьвер. И прежде чем я его скрутил, он уложил Тода наповал. Брови Зета презрительно приподнялись.
   - Наглая ложь. Ни за что не поверю, что ваши рафинированные гуманисты научились убивать.
   - Я бы сам не поверил. А что ему оставалось делать, когда Тод вытащил свой ножичек? Наверно, капитан хотел ранить в плечо или просто выстрелил от неумения... В общем, Тоду от этого не легче.
   - Допустим. Но Хиск, надеюсь, уцелел? Ему отлично известны и сигналы, и пароли, и место посадки.
   - Ваш чертов Хиск засел в каюте и всласть накачивается наркотиком. А стоит к нему постучаться, орет, что выпустит кишки любому нахалу, который осмелится беспокоить его особу по пустякам. Этот скот стал абсолютно невменяем.
   - Ах как вам не повезло.
   - Еще бы, - разведчик сделал вид, что не замечает издевки. - Хорошо еще, что я нашел в штурманской рубке запись координат вашей планеты. А то вообще не знал бы, куда лететь.
   - Этот мерзавец не понадеялся на память?! Он посмел оставить такую важную улику, да еще находясь на грани провала?! - вознегодовал Зет.
   - То-то и оно. Как ни парадоксально, это спасло и меня, и вас. Я летел, зная лишь координаты планеты, где находится корабль, и ваше имя.
   - Весьма тронут. Но в этой критической ситуации вы повели себя самым загадочным образом. Сначала болтались в шлюпке над равниной, что-то разнюхивали.
   - Что, нельзя уже на ваших лохов посмотреть? Я сроду такого не видывал...
   - Затем спрятались в водохранилище, - продолжал Зет. - Думали, мы вас потеряли из виду? Не тут-то было. Локатор засек вас на бреющем полете, за две секунды до входа в воду шлюпка попала в зону прямой видимости.
   - Я прятался не от вас. Разведка могла уже что-то узнать и внедрить на равнина своих людей, оставить засаду.
   - Не проще ли им было блокировать планету патрулями?
   - Кто знает, чего им проще. Я побоялся приземлиться нагло и у всех на виду. И без того я рисковал сверх всякой меры.
   - Поскольку вы привезли горючее, мы становимся хозяевами Галактики. Бояться тут глупо.
   - Почем я знаю, может, у вас корабль еще не готов для взлета...
   Селектор тоненько просигналил. Зет нажал клавишу отзыва.
   - Докладывает F. Смена часовых утверждает, что этой ночью никто в Башню не входил. А лохов они не пропускают вообще.
   - Минутку. - Юноша отключил микрофон и насмешливо посмотрел на Ульса: Как вы это объясните?
   - Что тут объяснять? Они перетрусили, когда их призвали к ответу. Поняли, что допустили промашку. Пытаются огульно все отрицать. Но как же иначе я мог сюда попасть? С неба свалился?
   - Действительно, - Зет снова нажал клавишу. - Господин F, я же объяснил, что у меня сейчас находится гость. Расспросите ваших людей еще раз. Да покруче, покруче! - Его высокий мелодичный голос сорвался.
   - Понял. Разрешите выполнять?
   - Их вина очевидна. Смотрите, как бы она не стала еще и вашей.
   - Слушаюсь! - рявкнул бравый служака. Зет выключил селектор.
   - Остается выяснить: где вы прохлаждались целых пять дней? Почему не явились сразу, немедленно?
   Улье показал на распухшее колено и засохший струп на месте укуса.
   - При высадке меня укусила желтая пиявка.
   - Сочувствую. Вернее, поздравляю, поскольку вы живы.
   - Как только я смог передвигаться самостоятельно, я отправился к вам. Вот и все.
   - Неправдоподобно. В вашей истории слишком много неправдоподобного.Жизнь бывает похлеще всякой выдумки. Не хотите - не верьте. Но что тогда на самом деле, по-вашему?
   - На самом деле вы - боевик разведслужбы, допустивший массу оплошностей. Главная из них - потеря шлюпки. Теперь вы пытаетесь меня перехитрить, чтобы добраться до шлюпки и благополучно вернуться к своим.
   - Ах так? Но если я послан разведкой, значит, контейнеры перехвачены. Вы раскрыты. Все пропало.
   - Не думаю. Пока что пропали вы. Причем ваша смерть будет незавидной, знаете ли.
   - Но где же логика?! - вспылил Улье.
   - Не кричите. Я лишился большого удовольствия - уничтожить всех вас. Взамен получил маленькое - уничтожить одного шпиона. Меняется масштаб, но не само удовольствие.
   - Да вы маньяк! - ахнул разведчик. - С кем я связался! С узколобым дикарем!
   - Выбирайте выражения.
   - Дичь, бред! Зачем разведке провоцировать вас?! Зачем посылать шлюпку, зная, что у вас оружие и локатор! Да позвольте же! Я разве похож на самоубийцу?!
   Его прервал сигнал селектора.
   - Докладывает F, - послышалось из динамика. - Часовые во всем признались.
   - Ну и отлично.
   - Как прикажете с ними поступить?
   - Вы еще спрашиваете, как поступить в подобных случаях? - Зет раздраженно ткнул пальцем в выключатель. - На чем мы остановились?
   - На том, что я не самоубийца. Но допустим, я все-таки агент. Один как перст, на штатной корабельной шлюпке, не имеющей разведывательного оборудования. Ни прикрытия, ни связи... В общем, заведомо обречен на неудачу и послан на верную смерть. Как по-вашему, это стиль разведки?
   -Рассуждение не лишено тонкости. А может, именно на это сделан расчет.
   - Расчет? Какой расчет? Какова цель? Обезвредить вас? Вы и так никому не опасны. Если ваши люди арестованы разведкой, никому больше дела нет до вас лично. Пока лет через тысячу не научитесь производить сами сверхтяжелое топливо. А до тех пор сидите себе на планете, как сыч в дупле. Так что никакого расчета быть не может.