Грозовые коты разбрелись по поляне, чтобы поприветствовать своих знакомых и приятелей из других племен. Обернувшись, Огнегрив увидел, что Крутобок со всех лап мчится навстречу толстенькой бурой кошке, пахнущей Речным племенем. Огнегрив насторожился. Он полностью доверял Крутобоку, хотя знал, что друг навсегда сохранит связь с племенем, в котором остались его дети. Но что подумают остальные Грозовые воины, если увидят, как Крутобок увивается вокруг Речных котов?!
   — Как поживаешь, Моховинка? — закричал Крутобок, подбегая к королеве. — Как мои детки?
   — Ты хочешь спросить, как чувствуют себя оруженосцы Пушинка и Ветерок? — с гордостью спросила Моховинка.
   — Они уже оруженосцы?! Пушинка и Ветерок? — глаза Крутобока так и засверкали от счастья. — Огнегрив, ты слышал?! Мои дети стали оруженосцами! — он возбужденно повертел головой в разные стороны. — А почему их здесь нет?
   — Они совсем недавно стали оруженосцами, — пояснила Моховинка. — Придут в следующий раз. Я расскажу им, что ты о них спрашивал, Крутобок.
   — Спасибо! — закивал Крутобок, но было видно, что его восторг быстро сменяется тревогой. — Что-то они подумали, когда увидели, что я не вернулся домой после битвы?!
   — Для них важнее всего было то, что ты не погиб! — успокоила его Моховинка. — Поверь, Крутобок, они спокойно восприняли известие о твоем уходе. Никто в нашем племени не сомневался, что ты рано или поздно уйдешь обратно.
   — Правда? — вытаращил глазища Крутобок.
   — Конечно, правда! Думаешь, никто не видел, как ты бродил вдоль границы, глядя на тот берег реки? Даже детям своим ты рассказывал только о том, как вы с Огнегривом были оруженосцами! Не трудно было догадаться, что твое сердце навсегда осталось в Грозовом племени!
   — Мне так жаль, Моховинка! — понурился Крутобок. — Я не хотел…
   — Не о чем тебе жалеть! — отрезала королева. — Можешь не сомневаться, за твоими детками есть кому приглядеть! Хоть они и стали оруженосцами, но я с них глаз не спускаю! А в наставники им дали Камня с Невидимкой.
   — Ну да! — снова подпрыгнул Крутобок. — Вот здорово!
   Нехорошее чувство шевельнулось в душе Огнегрива. Камень с Невидимкой были отличными воинами, но почему именно они стали наставниками Крутобоковых малышей? Вообще-то Невидимка была когда-то лучшей подругой Серебрянки и могла взять на воспитание котенка в память о его погибшей матери… Но Огнегрив никак не мог забыть, с какой ненавистью брат с сестрой оттолкнули от себя Синюю Звезду, когда узнали о том, что она была их настоящей матерью. Неужели после этого они захотели взять на воспитание котят-полукровок, наполовину принадлежащих Грозовому племени? Или же они хотят воспитать в них непримиримую ненависть к Грозовым котам?
   — Скажи им, что я очень-очень горжусь ими, ладно? — умоляюще обратился Крутобок к Моховинке. — Накажи, чтобы во всем слушались своих наставников.
   — Разумеется! — заурчала королева. — Насколько я знаю, Невидимка не возражает против того, чтобы ты виделся с ними. Пятнистой Звезде это вряд ли придется по душе, ну да ничего! Если она ни о чем не узнает, так и расстраиваться не станет, верно я говорю? — тихонько засмеялась королева.
   Огнегрив вовсе не был уверен в благих намерениях Невидимки. Узнав правду своего рождения, серебристая королева вряд ли захочет иметь какие-то дела с Грозовым племенем! Более того, признание Синей Звезды должно было еще сильнее привязать Невидимку к Речному племени и памяти Лужицы, которую она всегда любила, как родную мать.
   — Спасибо тебе, Моховинка! — проникновенно сказал Крутобок. — Я никогда не забуду того, что ты для меня сделала!
   Громкий вой возвестил о начале Совета. Обернувшись, Огнегрив увидел на вершине скалы всех четверых предводителей. Их шерсть светилась в лунном сиянии, горящие взоры были устремлены на сидящих внизу котов. Огнегрив почти не слушал ритуальных приветствий предводителей. Все мысли его были заняты тем, расскажет ли Синяя Звезда собравшимся об ужасном нападении на Быстролапа с Рыжинкой, и сообщат ли остальные предводители о схожих происшествиях на своей территории. В глубине души Огнегриву очень хотелось услышать такие известия, поскольку они означали бы, что таинственное лихо угрожает всему лесу, а не одним Грозовым котам, а значит, не может быть послано Звездным племенем, дабы покарать мятежную Синюю Звезду. Сам Огнегрив не верил в козни Звездного племени. Что-то гораздо более страшное поселилось в лесу, и это что-то не признавало воинского закона и видело в котах не воинов, а всего лишь дичь!
   Когда Звездный Луч закончил свое выступление, его место занял Звездоцап. Он коротко рассказал о том, что в племени Теней успешно тренируют новых оруженосцев, что недавно на свет появились еще несколько котят, и что трое оруженосцев стали воинами.
   — Племя Теней снова набирает силы, — заявил Звездоцап. — Мы настолько окрепли, что готовы в полной мере участвовать в жизни леса.
   «Надо ли понимать это как готовность напасть на своих соседей?» — раздраженно подумал Огнегрив. С замиранием сердца он ждал, что Звездоцап сейчас объявит о намерении расширить территорию своего племени. Действительно, предводитель племени Теней помолчал и обвел глазами собравшихся внизу котов, словно готовился сообщить им нечто очень важное.
   — Я хочу предъявить требование! — неторопливо начал он. — Многие из вас знают, что, покидая Грозовое племя, я оставил там двоих своих котят. На тот момент они были слишком малы, чтобы проделать долгий путь, и я благодарен Грозовым котам за то, что они вскормили моих детей и заботились о них. Но теперь мои дети должны присоединиться ко мне и вступить в племя Теней, которому они принадлежат по праву рождения. Синяя Звезда, ты отдашь мне Ежевичку и Рыжинку?
   Последние слова его утонули в протестующем вое Грозовых котов. Огнегрив настолько опешил, что застыл с разинутым ртом. Он с самого начала подозревал, что Звездоцап не удовлетворится возможностью изредка видеть своих детей на Советах, однако он и подумать не мог, что предводитель посмеет открыто заявить о своем намерении забрать котят в племя Теней.
   Синяя Звезда поднялась на ноги и замерла, ожидая, пока утихнут крики под скалой.
   — Ни в коем случае, — громко ответила она. — Котята принадлежат Грозовому племени. Они уже стали оруженосцами и останутся в племени, в котором были рождены.
   — То есть в Грозовом племени? — вызывающе уточнил Звездоцап. — Думаю, ты ошибаешься, Синяя Звезда. Котята принадлежат мне, мои воины станут их наставниками и займутся их подготовкой.
   «Но в таком случае дети Крутобока тоже должны вернуться в Грозовое племя!» — пронеслось в голове Огнегрива, и он удивился, что Синяя Звезда не хочет прибегнуть к столь простому аргументу. Подумав, он решил, что предводительница не решается возобновлять старый спор с Речным племенем. Однако Синяя Звезда не собиралась так легко сдаваться.
   — Я понимаю твое отцовское беспокойство, Звездоцап, — невозмутимо ответила она. — Можешь быть уверен, мы дадим твоим детям самую лучшую подготовку.
   Звездоцап помолчал, снова обвел глазами поляну и заговорил, обращаясь уже не к Синей Звезде, а к собравшимся котам:
   — Вы все слышали, коты четырех лесных племен? Предводительница Грозового племени только что пообещала дать моим детям самую лучшую подготовку. Но как я могу верить ее словам, если Грозовые коты не могут позаботиться о собственном молодняке?! Посмотрите только, что творится в этом племени! Маленький котенок похищен ястребом прямо из лагеря на глазах у воинов и королев! Двое оруженосцев одни, без сопровождения воина, отправляются в лес — и что же? Один из них погиб, другой чудовищно искалечен. Стоит ли удивляться тому, что я беспокоюсь за жизнь и безопасность собственных детей?!
   Вздохи ужаса прокатились по поляне. Огнегрив в смятении смотрел на скалу Совета. Каким образом Звездоцап разузнал о Быстролапе и Веснянке?! Новость никак не могла так быстро распространиться по лесу, если только… Частокол! Огнегрив в ярости выпустил когти. Наверняка этот предатель поторопился сообщить своему другу о том, что произошло возле Змеиной Горки!
   От злости Огнегрив прослушал ответ Синей Звезды и очнулся только тогда, когда услышал вкрадчивый голос Звездоцапа:
   — Я не вижу никаких препятствий к этому! В конце концов, Грозовому племени не впервой отдавать своих котят в другие племена! Правда, Синяя Звезда? В прошлый сезон Юных Листьев вы отдали Речным воинам котят Крутобока, а еще раньше отправили за реку других двоих котят, помнишь?
   Вот тут Огнегрив испугался так, что у него в животе похолодело. Звездоцап открыто намекал на Камня и Невидимку! Перед смертью Лужица проговорилась ему о котятах, наполовину принадлежавших Грозовому племени, и счастье еще, что Звездоцап пока не разузнал ни их имен, ни имени их матери! Однако он и без того знает гораздо больше любого воина из Грозового племени!
   Огнегрив осторожно покосился на Камня, сидевшего поодаль. Серебристый с голубоватым отливом кот резко вскочил с земли, вскинул голову и устремил взор на скалу Совета. Проследив за его взглядом, Огнегрив понял, что Речной глашатай смотрит не на Звездоцапа, а на Синюю Звезду, и глаза его горят непримиримой ненавистью.
   Огнегрив вцепился когтями в землю и, зажмурившись, стал ждать ответа своей предводительницы. Прямой вызов Звездоцапа настолько потряс Синюю Звезду, что она едва смогла собраться с силами. Каждое слово с хрипом вырывалось у нее из груди, словно она не говорила, а вытаскивала острые колючки из раны.
   — Что было, то прошло…. Каждый новый случай нужно рассматривать заново. Я подумаю над твоими словами, Звездоцап… Я дам тебе ответ на следующем Совете…
   Огнегрив не сомневался, что Звездоцап откажется ждать целый месяц, но, к его немалому удивлению, тот лишь наклонил свою огромную голову и отошел от края скалы: — Очень хорошо, — проговорил он. — Я подожду еще месяц — но не дольше!

Глава XXIII

   Огнегрив осторожно пробирался Высокими Соснами к жилищу Двуногих. Всю ночь шел ливень, и теперь кошачьи лапы скользили по мокрому пеплу и раскисшей обугленной траве. Все инстинкты Огнегрива были обострены до предела, словно на охоте, вот только чувствовал он себя не ловцом, а дичью и каждый миг ждал нападения темной силы, что однажды уже вышла из своего укрытия и растерзала Быстролапа и Безликую.
   Изуродованная кошечка тоже была здесь, рядом со своим верным Белохвостом. Замыкавший шествие Крутобок внимательно следил за тем, чтобы никто не атаковал их со спины. Они шли навестить мать Белохвоста, Принцессу, и молодой воин уговорил Безликую пойти с ними.
   — Ну надо же когда-нибудь начать выходить из лагеря! — убеждал он. — Мы и близко не подойдем к Змеиной Горке, клянусь тебе! Я сделаю все, чтобы ты была в безопасности.
   И Безликая согласилась, хотя ее приводила в ужас одна мысль о выходе за пределы лагеря. Огнегрив даже подумать не мог, что его непоседливый племянник будет когда-нибудь пользоваться таким безоговорочным доверием!
   Это было нелегкое путешествие. Безликая вздрагивала от каждого шороха, ее пугал даже шелест листвы под лапами, но она упрямо продолжала идти, и Огнегриву казалось, будто с каждым шагом к ней возвращалась сила и отвага прежней Веснянки.
   Когда вблизи показалась ограда на задворках жилища Двуногих, Огнегрив взмахнул хвостом, приказывая спутникам остановиться. Принцессы нигде не было видно, но, открыв рот, Огнегрив почти сразу почувствовал ее запах.
   — Ждите меня здесь! — велел он остальным. — Смотрите в оба, если что заметите, сразу зовите меня!
   Он снова повел носом, желая убедиться, что поблизости не пахнет ни собаками, ни Двуногими, перебежал открытое пространство перед оградой и одним прыжком взлетел на забор. Приглядевшись, Огнегрив заметил, как в кустах промелькнуло что-то белое, потом оттуда показалась головка Принцессы, и кошечка, выскочив из зарослей, деловито засеменила по мокрой траве.
   — Привет, Принцесса! — негромко окликнул ее Огнегрив.
   Кошечка резко остановилась и задрала голову. Увидев Огнегрива, она тут же подбежала к ограде, вскарабкалась на нее и устроилась рядом с братом.
   — Огнегрив! — заурчала она, прижимаясь к нему щекой. — Я так рада тебя видеть! Как поживаешь?
   Огнегрив махнул хвостом приятелям, которые прятались в густой траве за забором.
   — Это же мой Белыш! — восторженно воскликнула Принцесса. — А кто это с ним?
   — Вот тот серый толстяк — это мой друг, Крутобок, — пояснил Огнегрив. — Ты его не бойся, он только с виду такой грозный. А эта кошечка… — он замялся и выдавил: — Ее зовут Безликая.
   — Безликая! — в страхе отпрянула Принцесса. — Какое жуткое имя! Зачем же вы ее так назвали?!
   — Сама увидишь, — мрачно ответил Огнегрив. — Она ужасно изранена, так что будь с ней поласковее, ладно?
   Он спрыгнул с забора, а Принцесса, немного поколебавшись, последовала за ним и осторожно приблизилась к троим котам.
   Белохвост сорвался с места, бросился к матери и ласково потерся носом о ее нос.
   — Белыш, маленький мой, как давно я тебя не видела! — урчала Принцесса. — Ах, какой ты красавец! Неужели опять подрос?
   — Называй меня Белохвостом! — похвастался белый котик. — Я стал воином, мама.
   Принцесса даже взвизгнула от радости.
   — Ты уже воин? Ах, какое счастье! Белохвост, я так тобой горжусь!
   Все время, пока Принцесса забрасывала сыночка вопросами о жизни в лагере, Огнегрив вертелся как на иголках. Он ни на миг не мог забыть об угрозе, нависшей над лесом.
   — Мы не можем остаться надолго, — не выдержал он. — Принцесса, ты ничего не слышала о собаке, которая заблудилась в лесу?
   Принцесса обернулась и испуганно вытаращила глаза.
   — Собака?! Нет, я ничего такого не слышала!
   — Помнишь, когда мы с Песчаной Бурей встретили тебя в Высоких Соснах, туда приехали Двуногие на своем чудовище и кого-то искали? Вот я и подумал, может, они потеряли собаку? — пояснил Огнегрив. — Знаешь, Принцесса, тебе пока лучше в лес не ходить. Это слишком опасно.
   — А как же вы? Вы-то постоянно подвергаетесь опасности! — проговорила Принцесса и громко запричитала: — Да что же это делается! Собака в лесу! Огнегрив, я боюсь…
   — Тебе ничего не угрожает! — попытался успокоить ее Огнегрив. — Только из сада не выходи, ладно? За оградой тебя никакая собака не достанет!
   — Но я беспокоюсь не о себе, а о вас с Белохвостом! Ведь у вас нет крепкого каменного гнезда, как у меня, вы живете на голой земле…
   Ой! — невольно вскрикнула Принцесса, увидев изуродованную щеку Безликой. Услышав ее крик, кошечка прижалась к земле, жалобно ощетинив шерстку.
   — Пойдем, я познакомлю тебя с Безликой, — сказал Белохвост, укоризненно глядя на мать. Принцесса испуганно приблизилась к тому месту, где лежали Крутобок с Безликой. Крутобок встал и поздоровался, а Безликая молча посмотрела на кошку своим здоровым глазом.
   — Ох, страх-то какой! — не удержалась от возгласа Принцесса. — Что с тобой случилось, милая? — спросила Принцесса, беспомощно переминаясь с лапки на лапку.
   — На Безликую напала собака, — сердито ответил Белохвост. — Она вела себя, как герой!
   Она очень храбрая.
   — Это сделала собака? Бедненькая ты, бедненькая! — залепетала Принцесса, в ужасе разглядывая располосованное шрамами лицо кошки, пустую глазницу и клочья, оставшиеся от уха. — Ужас какой, правда? И это может случиться с каждым из вас?!
   Огнегрив скрипнул зубами от досады. Его сестра, как назло, говорила именно то, чего не следовало говорить! Он видел, как Безликая в немом отчаянии смотрит на нее своим единственным глазом. Белохвост тут же прижался к подруге и ласково потерся носом о ее пятнистый бочок.
   — Нам пора идти! — спохватился Огнегрив. — Мы заглянули на минутку, просто Белохвост хотел поделиться с тобой последними новостями. Ты возвращайся в сад, ладно?
   — Да, да, конечно! — с готовностью закивала Принцесса и попятилась, не сводя глаз с Безликой. — Ты еще придешь навестить меня, Огнегрив?
   — Обязательно, как только буду свободен! — пообещал Огнегрив и подумал, что теперь будет навещать сестру только в одиночку.
   Принцесса отошла еще на несколько шагов, потом повернулась, стремглав бросилась к забору, взлетела на него, крикнула: «Всем до свидания!» — и скрылась за безопасной оградой сада.
   — Вот и отлично! — прошипел ей вслед Белохвост.
   — Не суди ее слишком строго, — вздохнул Огнегрив. — Она совершенно не понимает, что такое жизнь кота-воителя! Она видит только худшие стороны, и они ее пугают.
   — Чего еще можно ожидать от домашней киски! — проворчал Крутобок. — Пошли домой! Белохвост нежно потерся носом о бок Безликой. Кошечка медленно поднялась с земли и вдруг робко сказала:
   — Белохвост, эта кошка, Принцесса… Она очень испугалась, когда увидела меня. Я хочу.. — Она замолчала, судорожно сглотнула и еле слышно закончила: — Я хочу увидеть себя. Здесь где-нибудь есть лужа, чтобы я могла посмотреться в нее?
   Огнегрив вздрогнул. Ему было до слез жалко несчастную кошку, но в то же время он не мог не восхищаться ее мужеством. Он покосился на Белохвоста, понимая, что теперь все зависит от него.
   Белохвост поглядел по сторонам, потом потерся щекой о плечо Безликой.
   — Иди за мной, — позвал он и подвел ее к корням большого дерева, где после вчерашнего ливня осталась неглубокая лужица. Стоя рядом, оба кота заглянули в сверкающую поверхность воды. Белохвост не дрогнул, увидев то, что отразилось в ее глубине, и Огнегрив снова почувствовал гордость за своего бывшего оруженосца.
   Несколько мгновений Безликая стояла неподвижно, не сводя глаз со своего отражения. Потом дрожь пробежала по ее телу, единственный глаз широко распахнулся.
   — Теперь я поняла… — еле слышно прошептала она. — Мне очень жаль, что мой вид пугает котов. Извините меня…
   Белохвост решительно отодвинул Безликую от жуткого отражения и принялся с нежностью вылизывать ее изуродованную щеку.
   — Для меня ты по-прежнему самая красивая! — горячо шептал он. — И всегда будешь самой-самой лучшей, слышишь?
   У Огнегрива слезы навернулись на глаза от жалости к кошке и гордости за ее друга. Неслышно приблизившись к ним, он сказал:
   — Безликая, нам безразлично, как ты выглядишь. Мы любим тебя и всегда будем твоими друзьями! Безликая с благодарностью кивнула ему.
   — Безликая! — вдруг прошипел Белохвост, и в голосе его прозвучала такая злоба, что Огнегрив испуганно попятился. — Я ненавижу это имя! Какое право имела Синяя Звезда давать Веснянке имя, которое будет напоминать ей о случившемся всякий раз, когда к ней будут обращаться?! Я не собираюсь больше звать ее так, ясно? А если Синей Звезде это не понравится, мне плевать! Пусть… Пусть съест улитку и замолчит, вот так!
   Огнегрив знал, что должен сурово одернуть молодого воина за такие непочтительные слова, но промолчал. Он чувствовал правоту Белохвоста. Синяя Звезда дала умирающей кошке это отвратительное имя, чтобы бросить очередной вызов звездным предкам, и ей даже в голову не пришло подумать о самой Безликой. Однако ритуал был соблюден, умирающая Веснянка получила новое имя от предводительницы, и звездные предки были тому свидетелями, так что ничего изменить уже невозможно.
   — Я не понял, вы собираетесь до вечера тут проторчать? — заворчал Крутобок.
   — Нет, пошли! — вздохнул Огнегрив. Покосившись на ограду, он снова вспомнил испуг Принцессы и ее поспешное бегство. Черный страх, поселившийся в лесу, протянул свои когти до самого жилища Двуногих… Пришло время сразиться с тем, что превратило Грозовых воинов в преследуемую дичь!
   Огнегриву снилось, что наступил сезон Юных Листьев и он идет через лесную полянку. Солнце просвечивало сквозь листву, и легкий ветерок, шелестящий в кронах, бросал на землю трепещущие пятна света и тени. Огнегрив остановился, приоткрыл рот, пробуя воздух, и задрожал от счастья, поймав дуновение знакомого, милого запаха.
   — Пестролистая! — прошептал Огнегрив. — Пестролистая, где ты?
   До боли в глазах он вглядывался в заросли, и вскоре ему показалось, будто из самой гущи папоротников ярко сияют знакомые глаза. Теплое дыхание коснулось его уха, и тихий голос прошептал: — Огнегрив! Помни о враге, который никогда не спит!
   Видение начало таять, Огнегрив проснулся в пещере воинов, и холодное утро Голых Деревьев брезжит сквозь обугленные ветки.
   Все еще во власти только что увиденного сна, Огнегрив потянулся и стряхнул с шерсти приставшие клочки мха. Прошло уже несколько лун с тех пор, как Пестролистая впервые предупредила его о враге, который никогда не спит.
   Огнегрив сразу подумал о Звездоцапе и вспомнил недавний Совет. Бывший глашатай страстно хочет вернуть себе детей и, несмотря на все свои заверения, ждать он явно не намерен.
   Противоречивые чувства боролись в душе Огнегрива. Он был бы рад отдать котят и навсегда избавиться от мучительного чувства недоверия и вины, которое испытывал к ним, но Ежевичка и Рыжинка были детьми Грозового племени, и воинский закон требовал стоять насмерть ради того, чтобы оставить их в родном лагере.
   За спиной Огнегрива послышался шорох — это проснулась Песчаная Буря. Огнегрив повернул голову и робко посмотрел на нее.
   — Песчаная Буря… — начал он. Золотистая кошечка бросила на него испепеляющий взгляд и вскочила на ноги.
   — Я иду охотиться, глашатай! — бросила она. — Ты же сам этого хотел, верно? — и, не дожидаясь его ответа, она прошлась по палатке и похлопала лапой сопящего Дыма: — Вставай, ленивый шерстяной комок! — прикрикнула она. — Вся дичь перемрет от старости, пока ты глаза продерешь!
   — Я сейчас приведу вам Белохвоста! — услужливо предложил Огнегрив и выскочил из палатки. Как он ни старался, Песчаная Буря отвергала все попытки к примирению!
   Занимающийся день обещал быть холодным и пасмурным, а когда Огнегрив остановился принюхаться, капля дождя шлепнула его по носу. На противоположном краю поляны, возле детской, он увидел Ежевичку и Рыжинку.
   — Ежевичка! — крикнул Огнегрив. — После завтрака мы с тобой пойдем охотиться! Полосатый оруженосец приподнялся, кивнул и снова уселся, повернувшись хвостом к глашатаю. Огнегрив вздохнул. Порой ему начинало казаться, что все Грозовые коты за что-то обиделись на него!
   Он побежал в пещеру старейшин, надеясь отыскать там Белохвоста. Безликая вот уже несколько дней жила со старейшинами, но Белохвост все равно проводил с ней все свободное время. Приблизившись к обгоревшему стволу поваленного дерева, служившему старейшинам пещерой, Огнегрив сразу заметил белоснежного воина. Он сидел возле дерева и молча смотрел, как Безликая ищет блох в редкой шерсти Рябинки.
   — Как она, прижилась тут? — понизив голос, чтобы не слышала Безликая, спросил Огнегрив.
   — Разумеется, прижилась! — раздался у него над ухом чей-то раздраженный голос.
   Огнегрив так и подскочил от неожиданности и, обернувшись, увидел Горностайку. Безутешная тоска исчезла из глаз осиротевшей матери, и, хотя нрав ее ничуть не стал мягче, во взгляде, обращенном на Безликую, светилась искренняя нежность.
   — Она просто прелесть! А умница какая! Ты так и не выяснил, какая тварь причинила ей столько страданий? Глашатай, называется! Огнегрив удрученно покачал головой.
   — Какое счастье, что ты заботишься о ней, Горностайка! — сказал он.
   — Вот еще глупости! — фыркнула Горностайка. — Порой мне кажется, эта девчонка возомнила, будто это она обо мне заботится! — она пытливо посмотрела на Огнегрива, и лишь появление Безуха спасло его от дальнейших расспросов.
   — Ты зачем пришел-то, Огнегрив? — ворчливо спросил старик, отрываясь от своего умывания.
   — Я пришел за Белохвостом. Песчаная Буря собралась на охоту.
   — Что? — встрепенулся Белохвост. — Что ж ты сразу не сказал?! Она мне уши оторвет, если я заставлю ее ждать! — крикнул он и понесся на поляну.
   — Спохватился, мышеголовый недотепа! — проворчала Горностайка, но Огнегрив ясно видел, что она любит белого воина ничуть не меньше, чем остальные старейшины.
   Попрощавшись с Безликой и Безухом, Огнегрив вышел на поляну как раз в тот момент, когда Песчаная Буря, задрав хвост, выводила из лагеря своих охотников. Чернобурка провожала их до самого выхода, гордо глядя на своего приемного сына.
   — Прошу вас, будьте осторожны! — взволнованно кричала она. — Никто ведь не знает, что там за лихо такое!
   — Не волнуйся! — ласково обернулся к ней Белохвост. — Если нам попадется собака, я сделаю из нее свежатину и притащу в общую кучу!
   У выхода ловцы столкнулись с возвращающимся в лагерь Долгохвостом. Воин весь дрожал, словно от холода, а в глазах его застыл ужас. Огнегрив бросился к нему навстречу.
   — В чем дело? — спросил он.
   — Огнегрив! — содрогнулся Долгохвост. — Я должен тебе кое-что сказать.
   — Что?! Подойдя ближе, Огнегрив уловил странный запах, исходящий от шерсти Долгохвоста. Принюхавшись, он понял, что воин весь пропах Гремящей Тропой! Недоброе подозрение шевельнулось в душе Огнегрива, мигом вытеснив тревогу.
   — Где ты был? — прорычал он. — Уж не в племя ли Теней ты бегал спозаранку, чтобы проведать своего друга Звездоцапа?! И не смей отпираться, ты насквозь провонял Гремящей Тропой!
   — Огнегрив, это не то, что ты думаешь! — взволнованно заговорил Долгохвост. — Да, я был возле Гремящей Тропы, но, клянусь, я даже близко не подходил к племени Теней. Я ходил к Змеиной Горке.