Но Джоди, похоже, его не слышала. Слегка покачнувшись, она последовала за автоматом на землю. Херберт подъехал к ней сбоку. Взяв девушку за руку, он мягко потянул ее на себя. Она посмотрела на него снизу вверх.
   - Джоди, ты прошла через очень многое. - Он помог ей привстать на колени. Затем потянул чуть сильнее, и она начала подниматься на ноги. - Но теперь ты уже почти у финиша. Осталась финишная прямая - чуть больше мили, отсюда до автобана. Все, что нам нужно сделать, это...
   Херберт запнулся. Он расслышал в отдалении шаги.
   - Что-то не так? - Джоди вопросительно посмотрела на него.
   Херберт прислушивался к звукам, доносившимся из леса.
   - Черт! - выругался он. - Поднимайся, живее! Ей передалась тревога в его голосе.
   - Что такое, зачем?
   - Ты должна поскорее уйти.
   - Но почему?
   - Они идут сюда, скорее всего, чтобы проверить, как тут дела у остальных. - Боб подтолкнул ее к лесу. - Ну же, иди! Иди!
   - А как же вы?
   - Я тоже буду отсюда выбираться, - сказал Херберт, - но сейчас должен прикрыть наш отход.
   - Нет! Одна я никуда не пойду!
   - Солнышко, это то, за что мне платят деньги. А тебе за это не платят. Подумай о своих родителях. В любом случае я тебя буду только задерживать. Будет лучше, если я окопаюсь и прикрою нас отсюда.
   - Нет!!! - взмолилась она. - Одна я не пойду! Херберт понял, что спорить с девушкой бесполезно. Джоди была напугана, измотана и, скорее всего, не менее чем он голодна.
   - Хорошо, - согласился он. - Мы пойдем вместе.
   Херберт сказал Джоди, чтобы та подобрала автомат, из которого он стрелял с дерева. Пока она это делала, сам подобрал автомат Карин, а потом подъехал к ее телу и отыскал с помощью фонарика кинжал с эмблемой "SA". Сунув его под левую ногу, где он был бы под рукой, Боб проверил, остались ли еще патроны в магазине автомата. Затем он приблизился к телу Манфреда и забрал его нож. Ощупав тело, Херберт убедился в отсутствии на нем другого оружия, после чего, подсвечивая "себе фонариком, изучил содержимое карманов его ветровки и только потом присоединился к Джоди, которая уже стояла в ожидании в нескольких ярдах от трупов.
   Долгое время Херберт чувствовал себя одним из персонажей мультфильма "Компания трюкачей-мотоциклистов", сериала, который он иногда смотрел в реабилитационном центре. Там были нескончаемые приключения героя, свободно раскатывающего на навороченном спортивном мотоцикле. Сейчас впервые с того момента, как его ноги потеряли подвижность, он ощущал себя Рэмбо. Целеустремленным мужчиной с личным заданием и готовностью выполнить его до конца.
   Более полувека назад чернокожий атлет по имени Джесси Оуэне вывел Гитлера из себя, победив хваленых арийских спортсменов на Олимпийских играх. Сегодня затеянное Карин злобное преследование показало, до какой степени был подорван ее авторитет тем, что Джоди осталась в живых. А если теперь еще и человеку в инвалидном кресле удастся-таки уйти от этих крутых ребят, то вполне может случиться, что будет покончено и с мифом о нацисте как сверхчеловеке. Уж в этой-то группировке наверняка.
   Глава 59
   Четверг, 22 часа 41 минута, Тулуза, Франция
   Шагая в сторону крепости, превращенной в предприятие, Худ терялся в догадках, что их ожидает впереди. Когда вслед за Байоном и его людьми его небольшая команда ступила на старинную подъездную дорогу, он подумал, сколько же осадных армий прошло этим путем за многие столетия. Сколько из них испытали радость успеха, а сколько потерпели сокрушительное поражение.
   Они почти не обсуждали, что будут делать, когда окажутся внутри. Байон сообщил, что он всегда намеревался сначала найти доказательства связи Доминика с "Новыми якобинцами", а потом и арестовать его. Люди полковника были обучены именно этому. Однако Худ с Хаузеном убедили Байона позволить Мэтту и Нэнси заглянуть и в компьютеры, в которых могло быть что-то важное. Например, списки членов группировки или сочувствующих, а может быть, дополнительные свидетельства о причастности "Демэн" к созданию расистских игр. И то и другое помогло бы привлечь Доминика к ответственности.
   Они также почти не говорили о том, что мог бы предпринять Доминик для предотвращения событий. Этот человек не только командовал армией террористов, но и сам являлся убийцей. Существовала вероятность, что для защиты собственной империи он будет готов на любые крайности.
   Почему бы и нет, подумал Худ, приближаясь вместе с остальными ко входу. Скорее всего, Доминик считает себя выше всяких законов. После парализовавшей страну рельсовой забастовки 95-го года Франция всячески избегала выносить на публику споры о занятости в общественном секторе и массовой безработице. Кто осмелится поднять руку на столь крупного работодателя? Особенно если тот станет утверждать, что его подвергают травле. Даже начальство Байона будет вынуждено признать, что их человек - просто фанатик. И это еще в том случае, если оно будет склонно проявить милосердие по отношению к Байону, подумал Худ.
   Старинные решетчатые железные ворота дополняли стены крепости. Единственной уступкой дню сегодняшнему были маленькие черные телекамеры, выглядывавшие из-за причудливых архитектурных украшений наверху. За воротами находилось большое караульное помещение из красного кирпича, построенное в том же стиле, что и вся крепость. С приближением группы оттуда вышли два человека. Один из них был в форме охранника, другой, моложавый с виду, - в деловом костюме. Оба, похоже, не удивились визиту отряда Байона.
   - Полковник Бернар Бенджамин Байон из группы быстрого реагирования Национальной жандармерии, - подойдя к воротам, представился Байон по-французски. Достав кожаное портмоне, он развернул документ и показал его со своей стороны ворот. - Перед вами ордер на обыск, выписанный судьей Кристофом Лабиком в Париже и заверенный моим командиром генералом Франсуа Шарье.
   Мужчина в костюме просунул холеную руку сквозь ворота.
   - Меня зовут месье Вудран, юридическая фирма "Вудран, Вудран и Буснар". Мы представляем интересы "Демэн". Покажите ваш ордер.
   - Вы же понимаете, что от меня требуется только предъявить ордер и объяснить цель своего визита.
   - Я возьму его и прочитаю, и только тогда вам позволят войти.
   - Закон говорит, что вы можете с ним ознакомиться во время обыска, сообщил ему Байон. - Вы знакомы с законом? Как только мы окажемся внутри, можете взять его себе на память.
   - Прежде чем пустить вас, я должен показать его своему клиенту, - сказал Вудран.
   Испепелив его взглядом, Байон поднял ордер вверх в сторону камеры над воротами.
   - Ваш клиент его видит, - отчеканил он. - Это ордер, а не запрос. Открывайте ворота.
   - Простите, но вам необходимо иметь не только листочек бумаги, - возразил адвокат. - Вам необходимо иметь основание.
   - Оно у нас есть. Признаки, указывающие на принадлежность, присутствуют и в компьютерных играх "Демэн", и в запущенной через Интернет расистской игре под названием "Вешая с толпой".
   - Признаки какого рода?
   - Код, используемый при выборе уровня сложности игры. Мы имеем его в компьютере. Вы имеете право ознакомиться с ним до суда, но не до проведения обыска. В ордере все написано. А теперь, месье Вудран, открывайте ворота.
   Адвокат какое-то время оценивающе разглядывал Байона, а затем подал знак охраннику вернуться в караулку. Тот прикрыл деревянную дверь и поднял трубку телефона.
   - У вас есть шестьдесят секунд! - выкрикнул вслед ему Байон и посмотрел на часы. - Сержант Маре?
   - Да, месье!
   - У вас есть взрывчатка, чтобы взорвать замок?
   - Так точно, месье.
   - Приготовьте ее.
   - Слушаюсь, месье.
   - Надеюсь, вы осознаете, что делаете? - поинтересовался адвокат. Байон не сводил взгляда с часов.
   - Карьеры рушились и из-за менее грубых ошибок, - заметил Вудран.
   - Под угрозой только одна карьера, - ответил Байон, посмотрев в глаза адвокату. - Хотя нет, две, - добавил полковник и снова принялся следить за стрелками часов.
   Хаузен переводил переговоры американцам. Наблюдая за происходящим, Худ гадал, чем закончится эта операция. Доминик наверняка их видел и припрятал или уничтожил весь компромат. Вероятней всего, он как раз использует последние минуты, чтобы проверить, не забыто ли что-нибудь еще.
   Минута еще не прошла, а охранник в караулке уже набирал код цифрового замка. Байон подозвал своих людей ближе к воротам. Мгновением позже адвокат направился к боковому входу в главное здание, а французские жандармы оказались внутри периметра. Они прошли к огромной золотистой двери. Один из охранников проследовал вместе с ними и набрал код на клавиатуре, расположенной на косяке. Прежде чем войти внутрь, Байон передал ему ордер.
   Как только люди Байона очутились внутри, они выстроились в шеренгу. Полковник провел краткий инструктаж и напомнил, что, если он обнаружит представляющие интерес материалы, их позовут, чтобы забрать их и перенести в микроавтобусы. Худ подозревал, что жандармы столько раз занимались этим во время тренировок, что наверняка могли бы теперь выполнить все даже с закрытыми глазами. Пока же им было приказано следить за выходами и никому не дать уйти.
   После этого Байон и остальная команда прошли внутрь фабрики. Они миновали длинный холл, который, будь это экскурсия, а Пол туристом, заставил бы его задержаться и полюбоваться потрясающими арками и замысловатыми надписями, высеченными на камне.
   Голос Байона вернул его к реальной причине их визита.
   - Сюда, - указал полковник мягким, но не терпящим возражений тоном, когда они достигли конца длинного коридора.
   Не обращая внимания на взгляды других охранников, которым, по-видимому, тоже приказали не вмешиваться, пятерка проследовала через короткий проход с маленькими зарешеченными оконцами до дверей, ведущих в комнаты программистов компании "Демэн".
   Худ не надеялся, что во внеурочное время он увидит здесь сотрудников. Но даже каких-нибудь уборщиков и тех не было видно. Только единичные охранники, не обращавшие никакого внимания на визитеров.
   Несмотря на освещение, сигнализацию, камеры и современные покрытия на полах, строение сохраняло дух старины. Но только до тех пор, пока очередной охранник не впустил их в компьютерный зал.
   Бывшая трапезная была превращена во что-то, что напомнило им Национальное бюро разведки. Ее стены были белоснежными, а потолок пересекали ряды притушенных ламп дневного света. Прозрачные столы были уставлены по крайней мере тремя дюжинами компьютерных терминалов. Возле каждого терминала к полу было прикреплено пластиковое кресло. Единственное, что отличало "Демэн" от НБР, было опять же отсутствие людей. Доминик не упускал ни единого шанса. Действие ордера заканчивалось чуть больше, чем через час. Если здесь не найдется никого, кто мог бы отвечать на вопросы, это замедлит работу группы.
   - Ничего себе игровая комната, - воскликнул Столл, оглядываясь по сторонам.
   - Вот и начинайте играть, - посоветовал ему Байон. Столл посмотрел на Худа, и тот молча кивнул. Компьютерщик глубоко вздохнул и посмотрел на Нэнси.
   - За какой лучше садиться? - спросил он.
   - Не имеет значения, - ответила Нэнси. - Они все подсоединены к основному стационарному компьютеру.
   Понимающе кивнув, Столл уселся перед ближайшим монитором, подсоединил свой компьютер к одному из процессоров и включил питание.
   - Скорее всего, они встроили в систему ограничители, - сообщила ему Нэнси. - Как вы собираетесь их обойти, чтобы попасть в главную систему? Вероятно, я смогу вам помочь с некоторыми из них, но на это потребуется время.
   - Много времени у нас это не займет, - успокоил ее Столл, вставляя в дисковод компьютера свою дискету и начиная загрузку. - У меня всегда с собой написанная мною же программа "Бульдозер". Она начинает с быстродействующей подпрограммы "Локатор-рукопожатие", которая работает над поиском математических ключей к запретительным командам. Ей не обязательно взламывать их напрямую. Если варианты с первого по шестой и с восьмого по десятый не прошли, она не станет волноваться о седьмом. Как только "Локатор" немного узнает о языке, что занимает лишь несколько минут, туда влезает "Бульдозер" и отыскивает разные меню. Как только они у меня есть - я в системе. И пока мы будем просматривать данные здесь, на месте, я буду скачивать всю информацию в компьютеры Оперативного центра.
   Байон сжал плечо Столла и поднес палец к своим губам. В ответ компьютерщик хлопнул себя по лбу.
   - Извините, - сказал он. - Длинные языки топят корабли. Байон молча кивнул.
   Пока Нэнси давала на пробу Столлу кое-какие пароли,. Хаузен подошел к Байону.
   - Полковник, что вы собираетесь предпринимать по поводу Доминика? поинтересовался он.
   - Будем ждать.
   - Ждать чего?
   Байон приблизил губы к уху немца.
   - Когда Доминик занервничает. Как я уже напоминал месье Столлу, Доминик, конечно же, за нами наблюдает. Надеюсь, мы что-нибудь обнаружим в компьютерах.
   - А если нет?
   - У меня есть вы, - ответил Байон.
   - Я?
   - Я попрошу месье Столла и мадмуазель Босуорт разослать через компьютер сообщение: ваш отчет об убийствах в Париже. В обоих случаях мы парализуем Доминика. - Байон ухмыльнулся. - Хотя есть еще и третья возможность. Доминик ожидал вас на протяжении двадцати лет. Если он испугается, что вы раскроете тайну его прошлого, у него будет огромный соблазн не дать вам покинуть здание.
   - Вы действительно допускаете, что он может послать против нас своих "якобинцев"?
   - Я приказал своим людям держаться поодаль. Если Доминик решит, что он сможет до вас добраться раньше, чем они придут на помощь, то он точно соблазнится, - сообщил ему холодно полковник. - Как я вам уже говорил, я поджидал Доминика тоже немалое время. И намерен его взять.
   Байон отошел, чтобы посмотреть, чем занимались Нэнси со Столлом. Хаузен остался там, где стоял, как если бы его пришпилили к полу.
   Худ стоял возле Столла. По лицу Хаузена он понял, что что-то не так. Обычно бесстрастное, оно было хмурым, брови озабоченно сошлись к переносице. Однако Пол решил не задавать немцу вопросов. Заместитель министра предпочитал продумывать вопросы, прежде чем что-либо говорить. Если ему будет чем поделиться, он непременно поделится.
   А поэтому Худ продолжал просто стоять, молча наблюдая с ощущением страха и гордости, как, возможно, судьба всего мира решалась вспотевшим молодым человеком за клавиатурой компьютера.
   Глава 60
   Четверг, 17 часов 05 минут, Вашингтон, федеральный округ Колумбия
   Когда на компьютер Эдди Медины начали поступать данные от находившегося во Франции Мэтта Стояла, молодой человек снял плащ и, снова усевшись перед монитором, попросил своего вечернего сменщика Ранделла Баттла известить об этом генерала Роджерса.
   Баттл как раз сделал звонок, когда на экране погасла подпись Столла ":
   - )", а вместо нее появилось название большого файла "Операция "Телефон"".
   Роджерс попросил Баттла пересылать информацию ему на компьютер, и теперь вместе с Дарреллом Маккаски и Мартой Маколл тоже наблюдал за перекачкой данных.
   Файл предваряло примечание Столла.
   Эдди: Я не хочу съедать слишком много рабочего времени своими примечаниями. "Бульдозер" взломал файлы "Демэн". Первичные данные были стерты, но вспомогательные остались целы. Я хочу перекачать из этого файла все, что есть.
   За примечанием последовали фотографии людей, послуживших прототипами для персонажей игры. После этого пошли проверочные отрывки, демонстрирующие, как белый мужчина охотится на чернокожую пару. Белый мужчина насилует негритянку. Собаки разрывают на куски чернокожего мужчину. Затем снова появилась пометка Столла.
   Настоящие игры высиживаются в каком-то другом гнезде, где-то еще. Место хорошо спрятано.
   В поощрительном раунде мальчик изо всех сил носился по детской площадке и расстреливал негритят на качелях, как мишени в тире. Лицо Марты окаменело. Маккаски плотно сжал губы, его глаза превратились в щелки.
   Эд, я, должно быть, запустил какой-то сигнал тревоги. Тут повсюду забегали люди. У нашего французского сопровождающего, полковника Байона, в руке здоровенный пистолет. Мне предлагают лечь на пол, пока.
   Изображения еще поступали в течение короткого времени, но Роджерс уже не стал их досматривать. Он переключился на параллельную компьютерную линию и за считанные секунды соединился с кабиной управления "оспри".
   Глава 61
   Четверг, 23 часа 07 минут, Тулуза, Франция
   - Отойдите от клавиатуры!!!
   Как только вооруженные люди появились в зале, левая рука Байона смела Столла на пол и нажала кнопку на рации, в правой руке полковник сжимал пистолет. И это было единственное оружие в распоряжении всей пятерки.
   Распластавшись на полу рядом с остальными, Худ принялся считать: двенадцать.., пятнадцать.., семнадцать мужчин вошли в дверь и заняли позиции вдоль прилегающей к коридору стены. Не считая маленьких окон, добраться до которых было бы возможно лишь с помощью небольшой лесенки, дверь являлась единственным выходом из зала.
   Хаузен лежал лицом вниз между Худом и скорчившимся на корточках Байоном.
   - Мои поздравления, полковник, - сказал заместитель министра. - Доминик проглотил вашу наживку.
   Худ понял, что пропустил какой-то момент во взаимоотношениях между мужчинами. Однако сейчас это не имело особого значения. Тем более, что сам Байон на реплику не отреагировал. Спокойный и сосредоточенный, он был поглощен изучением новоприбывших.
   По тому, что Худ успел заметить краем глаза при падении, он сказал бы, что вошедшие походят на какой-то сброд. Одеты они были весьма просто, некоторые даже неряшливо, как если бы не хотели выделяться на улице, и оружие в их руках было самым разномастным. Худ не нуждался в консультации Байона, чтобы определить, что это и есть "новые якобинцы".
   - Полагаю, эти ребята и есть то свидетельство, которое вы искали, а? возбужденно спросил их Столл.
   - Levez! - скомандовал один из мужчин, вместе с остальными направив оружие в зал.
   - Он хочет, чтобы мы встали, - шепотом пояснил Байон. - Если мы это сделаем, они могут открыть огонь.
   - Почему они нас уже не перестреляли? - спросила Нэнси.
   - Для этого им пришлось бы приблизиться, - ответил полковник. - Им неизвестно, вооружены мы или нет. Не хотят лишних потерь.
   Он наклонился поближе и совсем тихо добавил:
   - Я подал сигнал своим людям. Они уже идут на подмогу и занимают позиции.
   - К тому времени, как они появятся, может быть уже слишком поздно.
   - Нет, если мы не станем высовываться и заставим противника двигаться в нашу сторону, - объяснил Байон. - Мы к этому подготовились.
   - А мы - нет, - сообщила ему Нэнси.
   - Если вы попадете под перекрестный огонь, кричите "Blanc!", "белый", это даст моим людям знать, что в зале невооруженный персонал.
   - Я намерен предоставить этим животным шанс пострелять, - вдруг заявил Хаузен. - Посмотрим, чего они стоят. С этими словами он встал на ноги.
   - Герр Хаузен! - прошипел Байон.
   Немец оставил его зов без внимания.
   Худ затаил дыхание. В ожидании того, что могло случиться, он слышал лишь стук собственного сердца.
   Долгое время так ничего и не происходило. Наконец один из молодчиков выкрикнул:
   - Allons done!
   - Он хочет, чтобы Хаузен ушел, - перевел Байон Полу.
   - Из помещения или из здания? - уточнил Худ.
   - А может, в мир иной? - не преминул добавить Столл.
   Байон пожал плечами.
   Хаузен сделал шаг вперед. Его мужество произвело впечатление на Пола, хотя где-то в глубине души он по-прежнему сомневался, было ли это мужеством или уверенностью. Уверенностью коллаборациониста.
   Байон тоже выжидал. Когда Хаузен миновал дверь, шаги его стихли. Они вслушались, но ничего не уловили. Немца явно задержали.
   "Якобинцы" призвали и остальных выходить. Худ вопросительно посмотрел на Байона.
   - Вы имели дело с этими террористами, - сказал Пол. - Что они предпринимают в схожих ситуациях?
   - Они калечат или убивают людей в любой ситуации, - ответил полковник. Для них нет слова "милосердие".
   - Но ведь Хаузена они не убили, - возразила на это Нэнси.
   - Maintenant! <Теперь! Здесь! Дальше! (франц.).> - выкрикнул кто-то из "якобинцев".
   - Они не станут убивать до тех пор, пока мы не сдадим оружие, - пояснил Байон.
   - Тогда нужно вывести отсюда Нэнси и Столла, - предложил Худ. - Может, им удастся уйти.
   - И тебе тоже, - добавила Нэнси.
   - Может, и стоит попробовать, - отчасти согласился Байон. - Но тогда существует опасность, что вас используют в качестве заложников. И начнут отстреливать по одному, пока я не сдамся.
   - И как нам это предотвратить? - спросила Нэнси.
   - Если это случится, - сказал Байон, - я подам по радио сигнал своим людям. Освобождению заложников они обучены.
   - И по-прежнему никаких гарантий, - подытожил Худ. Молодчик снова закричал, предупреждая, что, если никто не выйдет, он даст команду своим людям на захват.
   - Да, - согласился Байон, - гарантий у нас нет. Но если это и произойдет, им придется показывать заложников в дверном проеме, так, чтобы мне их было видно. А если мне будет видно, я смогу стрелять. И в этом случае, кто бы ни удерживал заложника, он будет тоже убит. Если можете, предложите что-то получше.
   Худ позавидовал нахальству француза. Из рассказов Роджерса Пол знал, что это именно то, что необходимо для проведения подобных операций. Сам он в данный момент не испытывал такой же уверенности. В голову лезли мысли о жене и детях. Он думал о том, как они в нем нуждаются и как они дороги ему самому и что все это может здесь кончиться из-за одного неверного слова или шага.
   Он взглянул в сторону Нэнси, по лицу ее гуляла грустная полуулыбка. Он жалел, что не смог в свое время решить ее проблемы, поддержать на тех поворотах, что совершала ее жизнь. Да и сейчас он мог сделать для нее не так уж и много, и он не был уверен, что что-то в этом плане изменится в будущем. А поэтому он просто по-теплому улыбнулся ей, и ее улыбка стала немного шире. Сейчас было достаточно и этого.
   - Ладно, - обратился Байон к остальным. - Я хочу, чтобы вы все встали и медленно пошли к дверям. Американцы заколебались.
   - Почему-то мои ноги не желают двигаться, - сообщил Столл.
   - Придется их заставить, - ответил Худ, поднимаясь с пола. Нэнси встала вслед за ним, после чего их примеру весьма неохотно последовал и Столл.
   - Я тут подумал, ведь мы же хорошие ребята, - подбадривая себя, сказал он. - Руки поднимать, или как? Что мы должны делать?
   - Для начала успокоиться, - ответил Худ, огибая компьютерные столы.
   - Почему все только это и твердят? - спросил Столл. - Если б мог, успокоился бы.
   - Мэтт, теперь вы действуете мне на нервы. Заткнитесь! Столл послушался, и остаток пути они проделали в молчании. Худ разглядывал распоряжавшегося "якобинца", который находился ближе других к двери. На нем были серый свитер, джинсы и сапоги, черная курчавая борода и густые усы дополняли портрет. На бедре он держал десантный автомат, который, похоже, готов был пустить в ход без всяких колебаний.
   Все трое вели себя тихо, пока не вышли за дверной проем. Худ увидел, что Хаузен стоит лицом к стене, опершись на нее разведенными в стороны руками и широко расставив ноги. Один из "якобинцев" держал у его затылка пистолет.
   - О, черт! - воскликнул Столл, войдя в темный небольшой коридор.
   Каждого из американцев схватили по два "якобинца" и поставили к стене. К их затылкам тоже приставили оружие. Худ слегка повернул голову, чтобы видеть того, кто командовал. Этот державшийся спокойно "якобинец" стоял в стороне таким образом, чтобы видеть одновременно и пленников и компьютерный зал.
   Худ заметил, что стоящую рядом Нэнси бьет мелкая дрожь. Столла, который находился справа от нее, колотило еще сильней. Он смотрел вдоль коридора, как бы взвешивая шансы на побег, и неожиданно мягко проговорил:
   - У нас есть ордер на обыск... Я думал, что все это законно...
   - Taistoi! - рявкнул командир.
   - Я никакой не спецназовец, - между тем продолжил Столл. - Мы все тут не спецназовцы. Я просто компьютерщик.
   - Молчать! - теперь уже по-английски повторил "якобинец".
   Столл с отчетливым стуком захлопнул рот.
   Коротко оглядев своих пленников, командир снова отвернулся к дверям и крикнул, чтобы оставшийся человек тоже выходил.
   - Я выйду тогда, когда вы отпустите остальных! - прокричал в ответ по-французски Байон.
   - Нет, - не согласился "якобинец", - сначала выходишь ты.
   На этот раз Байон ничего не ответил. Видно, следующий ход он решил предоставить врагу. Таким ходом оказался кивок командира в сторону Хаузена. "Якобинец", стоявший за спиной у немца, схватил того за волосы. Нэнси вскрикнула, когда Хаузена поволокли к двери. Худ гадал, дадут ли Байону вообще возможность выйти или же намерены расправиться с немцем сразу, бросить его тело в зал и пригрозить, что тоже будет со следующим.
   Тут из темноты с противоположной стороны коридора раздался выстрел. У Худа ушло буквально мгновенье на то, чтобы сообразить, что никто не услышал, как, воспользовавшись криками и суетой, люди Байона свинтили вычурную ручку с наружной двери коридора и теперь держали на мушке всех, кто находились в помещении.
   Конвоир Хаузена, вскрикнув, схватился за бедро и рухнул на пол. Воспользовавшись мгновенным замешательством, немец перебежал к двери, из-за которой стреляли. Никто из "якобинцев" не отважился в него выстрелить. Очевидно, они опасались, что в ответ их просто расстреляют.