Котенко А. А
 
Мыльная сказка

Пролог

   Половица скрипнула, нарушая тишину в корпусе. Три девочки лет десяти спускались из палаты в подвал.
   – Цыц, Катька, - шепнула та, что шла первой, - всё испортишь.
   Катька фыркнула и еще крепче прижала к груди тюбик с зубной пастой. Сделавшая замечание окинула ее недобрым взглядом, но ничего не сказала. Она продолжила спускаться, громко шлепая сланцами.
   Очутившись в подвале, дети подкрались к сооружению из трех березовых досок и перевернутого холодильника 'Морозко'. Девочки побросали на этот 'стол' все имеющиеся у них артефакты. Раскидывая по сторонам пыльные ошметки паутин, они притащили из захламленного угла переломанные стулья.
   Леночка, что шла первой, поставила зеркало и шепнула:
   – Шурка, свечку!
   Та достала из кармана фланелевой кофточки большую свечу и зажигалку. Последнюю, как похвасталась девочка, она утащила у вожатой Оксаны. Все трое затаили дыхание, и малышка подожгла фитиль.
   – Кать, - приказала Леночка тоном начальника. - Рисуй лесенку.
   Та уселась на бревно и принялась аккуратно выдавливать зубную пасту на зеркало.
   Маленькая летучая мышка, свесившаяся с потолка, приоткрыла один глаз и чуть слышно пискнула.
   Когда Катина работа была закончена, девочки устроились за столом. Леночка принялась поворачивать зеркало так, чтобы в нем не стало видно отражения. Настолько сильна была вера в чудо у наивных третьеклассниц. Им так хотелось почувствовать себя на месте любимых персонажей из сериала 'Зачарованные'. Такой энтузиазм бы да в учебу.
   – Пиковая Дама, появись! - шепнули они хором, когда, как им показалось, зеркало перестало отражать сундуки, сломанные ходики и просто горы ненужных картонных коробок в грязном подземелье корпуса.
   Ничего не произошло, но три волшебницы-самозванки не унывали. Привлеченный тусклым светом мотылек, кружил в опасной близости от огня. Проснувшаяся летучая мышь внимательно следила за каждым взмахом его крыльев.
   – Просто-напросто еще не полночь! - догадалась Катенька.
   Подружки согласились с ней и терпеливо ожидали появления черной колдуньи.
   Часами ни одна из 'ведьмочек' перед ритуалом не запаслась, а телефоны оставили в тумбочках. Ходики со сломанной кукушкой давно уже не использовались по назначению. Нежданно-негаданно птичка ожила и 'ку-ку'-кнула двенадцать раз.
   Мотылек вспорхнул под потолок, а мышка сорвалась с места и помчалась за желанной добычей.
   Девочки, которые уже перестали бояться результатов своего ритуала: 'А что, Пикушка никогда к детям не приходила', - в ужасе переглянулись. В тусклом желто-красном свете они испуганно посмотрели на птичку с отдыхавшим на ее голове мотыльком и циферблат. Часы показывали ровно полночь.
   – Что это значит? - спросила перепуганная Катька, уставившись в зеркало.
   Ей на голову спикировала летучая мышь, и девочка, взвизгнув, кинулась к подружкам. Но и те были напуганы не меньше. И отнюдь не мышкой, которая, спасаясь от девчачьего визга, пулей вылетела в маленькое окошко под потолком. От зеркала отделилось крошечное черное облачко и начало увеличиваться в размерах.
   – Пиковая Дама? - пролепетали экспериментаторши хором.
   На столе сидела невысокая женщина в длинном черном сарафане с блестящими отделками, сверкающими то золотым, то красно-платиновым в тусклом свете. Прическу она спрятала под кокошником. Пиковая Дама окинула школьниц грустным взглядом черных раскосых глаз. Не иначе, как лагерная нечисть была шамаханской царицей, вышедшей замуж за Дадона, вопреки описанным Пушкиным событиям.
   – Звали? - низкий голос, лишенный всяческих эмоций, нарушил тишину.
   Девчонки дар речи потеряли. Они с трудом верили в то, что роковая женщина из детских страшилок взаправду существует, хоть та и стояла в паре шагов от них.
   В ее руках не было ни оружия, ни магического жезла, коими колдуны могли убить или покалечить. Более того, женщина казалась слабой и беззащитной, даже усталой. Она спрыгнула со стола и прошла в угол подвальной комнаты, где находились часы.
   – Я расскажу вам одну сказку, девочки, - она обернулась.
   Ленка, Катька и Шура, боясь слово вымолвить, активно кивали.
   – Что ж… Давным-давно, в тридевятом царстве, тридесятом государстве жил-был молодой справедливый царь Семен, и была у него жена-красавица, Любава.
   – Ну вот, опять эти скучные русские народные сказки нам впариваете, - неожиданно возмутилась Ленка, поняв, что в ближайшее время смерть ей не грозит, - достало уже! Утром сказки, днем - сказки, вечером - сказки, так еще и ночью! Пиковая Дама, раз уж явились на вызов, вещайте что-нибудь козырное.
   – Ну и детки пошли, совсем не такие как в дни моей молодости, - обиделась Дама. - Но сказка эта не русская и не народная. Говорю же, 'в тридевятом царстве', то есть за границами вашей Руси…
   Девочки ехидно улыбнулись. Катенька просветила Даму, что только народные сказки аккурат с таких слов и начинаются. Нечисть приняла замечание к сведению и продолжила. Она долго рассказывала о Семене и Любаве.
   История эта оказалась грустной: однажды стражники задумали заговор против своих правителей и убили их. Семена похоронили, а тело Любавы выкрал из склепа добрый волшебник. Не один год прошел до той поры, когда ему удалось оживить царевну. Но в государстве за это время свершился переворот, и правил там ее сводный брат, рожденный половецкой ведьмой. И мертвая царевна, и волшебник-спаситель имели свои причины для ненависти к этому человеку: тот был колдуном, и добра, по их мнению, государству не приносил. Вот и задумали Любава с волшебником убить царевича да власть захватить, чтобы страну из смуты вывести. Царевна вовлекла в заговор дьяка Силу и казначея Ахмеда. Казалось, ничего не могло помешать ее замыслу. Но правитель нанял на службу Ивана-дурака да Марью-искусницу и спутал все планы заговорщиков.
   – Ну вот, опять эти Иваны-дураки, - надула губки Ленка, - вы, Дама, сказку свою нашей вожатой поведайте, она фанатеет от них больше, чем Шурка от Димы Билана.
   – Постойте-постойте, разве не летали Иваны-дураки на коврах-самолетах в тридесятые царства, чтобы королевских дочерей в жены таскать? - лукаво глядя на девочек, спросила Пиковая Дама.
   И она продолжила рассказ. Иван-дурак весь замысел Любавы раскусил, а Марья помогла ему. Они развеяли чары волшебника, и мертвая царевна осталась без магической поддержки. Но и это еще не все: пристыдил чужестранец-дурак колдуна, и оставил его на веки-вечные в пустыне жить.
   – Вот так из-за дураков Любава не смогла улучшить жизнь в тридесятом государстве. Скиталась душа царевны по неведомым дорожкам, пока не встретила она еще одного волшебника. И был тот намного добрее предыдущего…
   – Значит, ее желание сбылось! И теперь она покажет этому противному Ивану-дураку! - восхищенно крикнула Шурочка.
   – Нет, - покачала головой Пиковая Дама, - хоть и добр волшебник да могуществен, но оживить убиенную ему не под силу. Любава теперь ходит по земле лишь по ночам и питается кровью девушек. Сделал ее новый друг упырем. Стоит запеть петуху - обращается царевна в прах. Но надеется она, что настанет день, когда вновь обретет человеческую плоть.
   – А царевна точно доброй была? - заподозрив неладное, спросила Леночка.
   Странно, но все надоевшие сказки про цариц заканчивались хорошо, а Иваны-дураки были добрыми молодцами, а тут… все наоборот.
   – Доброй, доброй, - прошептала Пиковая Дама, пристально глядя в глаза то одной, то другой, то третьей девочке. - А хотите помочь царице Любаве?
   – Да, - смиренно ответили они хором.
   – Деточки, что вы тут делаете? - у них за спинами раздался знакомый голос. 'Ведьмочки' отвлеклись от вызванной ими нечисти на вожатую Оксану. Ну все, попались с поличным, как говорится. Забыв о сказке и о Даме, троица бросилась бежать без оглядки. И только когда они улеглись по кроваткам, Леночка прошептала:
   – Давай скажем завтра Оксане, что это были не мы, а наши привидения.
   – Угу-угу, - услышала она в ответ от подружек.
   Но завтра…
   Назавтра третий отряд не досчитался вожатой. С того дня в детском лагере 'Березка' под Потьмой начали твориться жуткие вещи, разобраться в которых не могла даже местная милиция.
 

Серия 1. Во лесу 'Березка' стояла

   Антон Викторович, начальник Отдела Странных Явлений, сидел в черном кожаном кресле и крутил перьевую ручку. Он, прикусив губу, пристально смотрел на девушку, стоявшую перед ним. Она ростом была не низкой, но и не 'Останкинской башней', среднестатистические метр-шестьдесят. На голову она повязала зеленый шелковый платок, а оделась очень и очень скромно: в футболку-водолазку, клетчатую юбку со складками и кроссовки сорокового размера на босую ногу, - барахло с распродажи в 'Охотном Ряду'. Девушка то и дело поправляла золотое украшение на шее.
   – Юля, доченька, что с тобой случилось? Где ты пропадала целых три недели? Как так вышло, что ты бросила курить? Почему ты сменила стиль в одежде? И стала… ниже?
   Антон Викторович засыпал девушку вопросами, а она молчала, кокетливо стреляя глазками, из-под розовых очков. Этот аксессуар по известной только ей одной причине она носила даже в пасмурную погоду.
   – Юленька, милая моя, кровинушка, что у тебя с личиком-то? Да и где ты загорела так?
   – Меня бультерьер укусил, - выпалила девушка и тут же заткнулась, будто не узнала своего голоса. - Пластическую операцию делала. А загар…
   Она посмотрела в потолок.
   – Девочка моя, у тебя манеры изменились…
   – Загар, - не слушая отца, продолжала Юля, - это я в со-ля-рий сходила, как там его, вертикальный, что ли? Сет ногу сломит в этих названиях.
   Отец подозрительно посмотрел на дочь, и та смутилась. Он души ней не чаял, и очень огорчился, когда одногруппники ее: Кирилл да Иван, - сказали, что девочка его пропала при невыясненных обстоятельствах.
   На Ивана Дурака Шаулин давно зуб точил: а как же, этот хакер взломал сервер ОСЯ и благодаря протекции Юленьки устроился потом на работу. Начальник недолюбливал Дурака, и все время стремился подставить его, только дочка не давала. А как Юля пропала, то отец списал все несчастья на козла отпущения - Ивана. Если бы не сданная в срок работа, не миловала бы молодого программиста судьба: босс бы уволил его, да и в суд за взлом сервера акт подал.
   – Я… люблю… Ваню… - пролепетала девушка.
   Она робко села на краешек стула и положила большие ладошки на коленки.
   – Я знаю, Юлечка, но почему ты хотела сбежать с Ваней, ничего мне не сказала?
   – Папа… - промямлила она, - я боялась, что ты… мое лицо… ну…
   Она подняла очки на лоб и, закрыв глаза руками, заплакала.
   – Полно, доченька, - обнял ее за плечи отец, - я тебя любой приму. И такой… с этими… грубыми чертами… с острым носиком… и круглым личиком.
   – Правда? - подняла девушка заплаканное лицо.
   – А серые глаза, Юля, это линзы, да?
   Она активно кивала.
   – Вот что, доча, - сказал Шаулин, усевшись на краешек стола напротив нее, - отдохнуть надо. А то я тебя с поезда-то снял, прости идиота-отца. Я за тебя так волновался… Я тут работенку одну припас специально для тебя. Со своим любимым Иваном Дураком ей и займешься.
   Юля, покраснев, опустила глаза. А отец тем временем продолжал, мол, в Потьме, что в восьми часах езды от Москвы, в одном детском лагере творится всякая чертовщина. На разборки требуют агента Дурака, но отпустить его в одиночку Шаулин решится только через свой труп и…
   Начальник не договорил, в дверь постучали, и симпатичная секретарша известила о том, что прибыл агент Дурак. Антон Викторович рявкнул в коридор:
   – Проходите!
   Через секунду в дверях стоял Иван, широко улыбаясь и здороваясь.
   – Значит так, слушайте, - Шаулин уселся в кресло, а Дурак встал рядом со стулом кокетки-Юленьки. - Есть в России такой город Потьма. Ударение на первый слог. В пятнадцати километрах оттуда имеется объект под названием детский оздоровительный лагерь 'Березка'. До поры до времени - банальный пионерлагерь, пока однажды ночью там не пропала вожатая Оксана Барсукова.
   – Ой, - икнул Иван, - хорошее дельце для программиста, не лучше приключений в Древ…
   – Каких еще приключений? - грозно спросил начальник.
   Подчиненный нервно замахал руками и принялся вспоминать древнерусские сказки об опасных похождениях разных персонажей, а Юля потупила взгляд. Босс не без подозрения посмотрел на работников и продолжил:
   – Так вот, Барсукова пропала пять дней назад. Никто ничего не видел. Дети спали! А на следующую ночь прикатился гроб на колесиках и увез еще двух девушек-вожатых… Позавчера черная простыня утащила их коллегу из первого отряда. А вчера…
   От орлиного глаза начальства ничего не скрыть. Иван стоял, прикрывая рот рукой, чтобы не рассмеяться. Когда еще доведется увидеть начальника, рассказывающего детские страшилки. Стоило ради этого откладывать помолвку с Ирочкой и мчаться на работу! Юля же, в отличие от одногруппника, сидела и внимала каждому слову, широко раскрыв рот, будто все байки, что рассказывал ее отец, были ей в диковинку.
   – Это не смешно, агент Дурак, - рявкнул Шаулин, - а что вы сделали б, окажись там ваши дети?
   – Простите, Антон Викторович, - буркнул тот, покраснев, - но дело такое… странное.
   – Поэтому вас и наняли. Некто Баст с 'Бен-Бен-TV'.
   Услышав это, Иван Дурак чуть в обморок не грохнулся. Только Бастет и второго дубля ее телепередачи для полного счастья не хватало. Всего-навсего месяц прошел с тех пор, как он вернулся с умопомрачительного реалити-шоу из Древнего Египта, которое и устроила вышеупомянутая особа.
   – Так, в прошлый раз в 'Последнего героя' резались, а теперь что? 'Санта-Барбара'? - обиженно спросил агент Дурак.
   Юля, услышав имя Бастет, тоже встрепенулась, словно журналистка была и ее близкой знакомой.
   – Чего ты там говоришь? Какое еще шоу? - Шаулин многого не понимал.
   А то, поведай Иван начальнику всю правду, не снести ему, Дураку, головы на плечах. Босс пригрозил пальцем и продолжил рассказ о детском лагере. Придумал он следующее: внедрит он Юленьку и Ваню в качестве вожатых в один из отрядов, пусть разбираются, отстреливают черные простыни, красные руки уничтожают и Пиковых Дам через КПП не впускают.
   – Одно условие! - поднял руку программист. - С нами вместе обязательно внедрите одного отдыхающего. Коля Семенов его имя, десять лет. Для подстраховки.
   – А кто это? - недовольно спросил начальник.
   – Это младший брат моей… не… - Иван чуть не ляпнул 'невесты', но быстро одумался и закончил фразу: - одной моей хорошей знакомой.
   Шаулин в очередной раз подозрительно посмотрел на подчиненного и начал бурчать под нос всякую небылицу о том, что Юлька перед ним - подстава, пугало огородное, а Иван разводит его, старика, но дело не терпит. Коли просит Дурак Семенова, так тому и быть. Лишь бы выслужиться перед странным, надо сказать, заказчиком.
   – Так, когда отправляемся? - спросил Иван, поглаживая Юлю по плечу.
   Девушка мило улыбалась, изображая, что ей очень нравятся ухаживания коллеги.
   – Сейчас же! - рявкнул Шаулин, что оба подчиненных вскочили по стойке смирно.
   – Есть! - отрапортовали сотрудники Отдела Странных Явлений и пулей вылетели из кабинета Антона Викторовича.
   Когда Иван и Юля остались в коридоре наедине, девушка, виновато глядя на парня, вжала голову в плечи. Тот схватил ее за руки и чуть не впечатал в стенку.
   – Вань, ты чего? - удивилась она.
   – Копец нам с тобой, Тутен.
   – Знаю, - скептически заметила 'Юля'. - Проколоться перед этим снобом - раз плюнуть. Какого Сета приперло его мордоворотам прогуливаться по вокзалу… Что теперь Маш-шу-то скажем?
   – С собой возьмем, - альтернативы Иван не представлял.
   – Она беременна, нельзя же…
   Дурак стоял как вкопанный.
   – Будто ты впервые слышишь, что мой отец был волшебником, и мне передалась часть его способностей? Я прикладываю руку к чему-либо или кому-либо и если захочу, вижу все внутри.
   – Ну, спасибо, Юлечка, обрадовала, УЗИ ты наше халявное, - ухмыльнулся Иван, отпуская девушку, потому что из кабинета вышла секретарша Антона Шаулина, - а теперь отцу скажи, что ты за существо, откуда взялось и почему у тебя не то, что прописки, а паспорта нет.
   – Юля Шаулина, двадцать четыре года, - отрапортовала она. - Место жительства - Москва, Рублевское шоссе, дом…
   Парень ухмыльнулся, уж он-то прекрасно знал, как звали эту девицу, и кем она была на самом деле.
   А сложилось все очень просто. Однажды настоящая Юля Шаулина, профессиональная ведьма, решила - ей замуж невтерпеж за Ивана Дурака. Она так изменила судьбу парня, что душу соперницы, возлюбленной программиста, вышвырнуло куда подальше. Ее-то и подобрал бог Сет да использовал московскую проводницу, чтобы воскресить убиенную некогда царицу Меритатон. Взамен он хотел, чтобы та, став бессмертной, вернула себе сначала трон родной страны, а потом захватила весь мир. Примитивная идея, факт. Боги вовремя усекли неполадки, и отправили Дурака в прошлое исправлять сложившуюся ситуацию. Но так как машину времени создавать было запрещено, парня заслали в Древний Египет под маркой 'реалити-шоу', засняли всю его жизнь и невероятные похождения на камеру и транслировали по телевизору. Целью игры было спасение души Иры Семеновой, с чем русский студент с горем пополам справился. Только убирая одни исторические несостыковки, пришлось создавать другие. Никто не виноват, что Маша, сестра Ивана, влюбилась в фараона Тутанхамона. Также некого винить в том, что Бастет самовольно решила наказать ведьму, обманом заманив в древность напакостившую Юлю. В результате божественных махинаций молодой правитель, вместо того, чтобы пасть в междоусобной борьбе за власть, оказался в Москве начала 21-го века. Даже боги, взирающие на жизнь людей из четвертого измерения, не в силах предусмотреть всего. Фараончик был волшебником, но дар он свой спрятал, передав на сохранение Юльке. Встретив ее в своем измерении, Тутанхамон вернул себе магию и теперь блистал незаурядными способностями. А Юлии Антоновне Шаулиной выпало стать прабабушкой Рамсеса II.
   Первые дни, когда Тутанхамон очутился не в своем времени, он чуть на стену не лез, умолял друзей: Ивана и любимую Машу, - вернуть его обратно. Но, увы, это было не под силу даже богам. Так и остался экс-фараон в Москве без паспорта и прописки. Он оказался способным мальчиком, и быстро привык к жизни в другом мире. А Иван, обучая парнишку некоторым премудростям, несколько раз даже упрекнул свою младшую сестру: 'Он научился, а ты нет!' Самое интересное, что после подобных высказываний Маша взяла себя в руки и осилила математику, стала лучше работать на компьютере, и чуть было не освоила езду на автомобиле. Однако последнего Тутанхамон просто не допустил: он запретил своей девушке садиться за руль 'Оки'. Это друг и сосед Ивана Дурака, Кирилл Илларионов отдал на металлолом свою развалюху.
   Жизнь развеселой компании складывалась как нельзя лучше. У Ивана налаживались отношения с Иркой Семеновой. А Тутанхамон придумывал себе имя, чтобы заказать паспорт, только ни одно ему не нравилось.
   И вот Дурак решил сделать Ирке предложение. Как всегда оригинально: в скором поезде 'Минск-Москва'. Родители ждали домой, в Бобруйск, и Машу. Но она никак не могла оставить Тутанхамона в одиночку: ну, не научила она еще парня зажигать газовую плиту и готовить яичницу на сковородке. Да что там бытовуха - скучала бы она без любимого. Вот и решил Иван отвезти гостя из прошлого на каникулы домой, с родителями познакомить.
   Все бы хорошо, но Белоруссия, хоть и дружественное государство, но все равно заграница, а у фараончика паспорта не было. Ира, конечно, могла провезти зайца по России, но на таможне поезд проходил досмотр. Нелегала от вездесущих таможенников не утаишь. Тут Иван Дурак и решился на страшное преступление.
   Парень проник в квартиру пропавшей Юли Шаулиной и выкрал паспорт девушки. Потом Дурак купил черный парик и кучу девчачьей одежды и нарядил в нее Тутанхамона. Коли своих документов нету, решил программист, будешь Юлькой. Фараон сначала стеснялся своей личины, но быстро вошел в роль. Единственное, что выдавало в лже-Юльке парня, было его отношение к слабому полу: все время за ручку с Машенькой ходил и все норовил поцеловаться при людях. Иван, конечно, одергивал его: 'Ты что, лесбиянка у нас?' Пристыженная (или пристыженный) девушка краснела и делала серьезное лицо.
   Конечно, в плечах Тутанхамон был пошире настоящей Шаулиной. Но и узковатые мужские бедра, и вовсе не дамские ручищи удалось скрыть под пышной юбкой и совершенно бесформенной кофтой. В итоге вышла весьма симпатичная девушка. А когда подвели губки и ресницы накрасили, осветлили кожу на лице и надели парик, привязав красивой ленточкой, то экс-фараон от Юльки уже почти и не отличался. Одна несостыковка: глаза у него серые, а у Шаулиной черные. Но парень наотрез отказался от линз. Проблема была решена проще и куда изящнее - солнцезащитные очки.
   Голосок парню 'поставил' бог хитрости Локи. А что, никто не знал, что тот слыл умелым конструктором? Хитрый инженер, обитающий в теле маленького мальчика, переделал магическую реликвию Эхнатона, золотое ожерелье, под голос Шаулиной. И теперь все, что бы ни сказал Тутанхамон, тут же преобразовалось, и окружающие слышали голос Юли.
   В качестве проверки на 'подлинность' Иван за день до поездки в Белоруссию притащил девушку на пересдачи пропущенных экзаменов. Никто из преподавателей не знал о магических способностях Шаулиной, и она очень удачно все списала и ответила на вопросы, словно сто лет занималась программированием. Невдомек было профессорам, что на подол юбки лже-Юли находчивый студент Дурак пришил стопочку шпаргалок, которые она телепатически читала. Зато фейс-контроль был пройден на 'отлично'. Ни один из преподавателей не усомнился, что перед ним сидит Юлия Антоновна Шаулина.
   Все складывалось как нельзя удачно. Но на Белорусском вокзале, когда Иван, Маша и лже-Юля шли к вагону, наша замечательная троица напоролась на сотрудников ОСЯ. Проводница так и не дождалась авантюристов.
   Шаулин расплылся в улыбке, когда два мордоворота привели под руки его дочь. Поначалу счастливый папашка не обратил внимания на то, что она выглядела как-то не так. Естественно, романтическое путешествие в Бобруйск у Ивана сорвалось.
   В итоге лже-Юля была поселена в собственную квартиру и удостоена такой отцовской ласки, коей настоящая Шаулина никогда не знавала. Маша Дурак, естественно, тем же вечером приехала к 'подружке' и осталась ночевать. А Иван стал смиренно ждать два дня, когда вернется Ира. Все это время он пытался сочинить план, как бы отвязаться от босса с костюмированным шоу и не попасть под суд.
   Никаких идей в гениальную голову Дурака не приходило. Но тут все разрешилось само-собой. Это задание в детском лагере оказалось хорошим предлогом смыться из-под пристального отцовского взгляда, устроить трагическую гибель Юли внутри гроба на колесиках и вернуться в Москву с относительно чистой совестью и Тутанхамоном.
   Агенты вышли из здания секретного ведомства и сети в Тойоту, некогда принадлежащую настоящей Юле.
   – Звали? - спросили парней с заднего сиденья.
   Там уже успел расположиться Семенов-младший, держащий в руках дорожную сумку.
   – Да, - уверенно сказал Иван. - В Потьме нечисть разбушевалась, нас наняли…
   Программист покосился за заводящую машину лже-Юлю.
   – Знаю, - протянул Локи, - Бастет мне позвонила, сказала, что Баба Яга к ним на телевидение явилась и заявила, что типа только Иван Дурак сможет помочь.
   – Ну, спасибо, во второй раз суперменом заделываюсь, - несказанно 'обрадовался' программист.
   Через полчаса чёрная иномарка уже мчалась на полной скорости по Волгоградскому шоссе.
 
   Гаишник, ругнувшись под нос, бросил полосатую палочку под ноги. Очередные нарушители правил дорожного движения ушли у него из-под носа. Крутые, небось, богатые, хоть и на Тойоте российской сборки, а не на шестисотом 'Мерседесе': мчатся на ста пятидесяти километрах в час и никого не замечают. Эх, такая добыча ушла. И дорожный инспектор передал коллеге по рации.
   – Скоро мимо тебя пролетит черная тачка, состриги с них двести-триста баксов, Васек, договорились?
   Услышав утвердительный ответ, страж порядка принялся высматривать очередных жертв милицейского беспредела.
   А в это время, не подозревающие о заговоре пассажиры Тойоты спорили о скоростях.
   – Тутен, разобьешся! - вопил Иван, вцепившись обеими руками в кресло. - Не забывай, я на месте смертника.
   – При лобовом столкновении, - хихикнул водитель, - а я не собираюсь в аварию попадать, разве что сзади пусть въезжают, там Локи, у него статус бога. Да и права у меня есть.
   – Эй, фараон, обнаглел! - бог хитрости лежал на заднем сиденье, словно на диване, используя чемодан в качестве подушки.
   Тутанхамон оглянулся и подмигнул маленькому богу. Мол, не бойся, с детства на колесницах ездил, неужели с этой жестянкой не справлюсь.
   – Предел девяносто, а мы, стопудово, больше сотни несемся! - выл Иван, который никогда сам не садился за баранку. - И вообще…
   Программист ткнул в окно. Прямо на них с поросшей травой проселочной дороги выехал милицейский жигуленок, преграждая путь. Экс-фараону ничего не оставалось, как резко затормозить. И тут же в окошко перед ним влезла наглая рожа стража порядка.
   – Девушка, ваши права.
   Тутанхамон лукаво улыбнулся и достал из нагрудного кармана пластиковые карточки.