ПРИКАЗ
   по войскам левого фланга сухопутной обороны крепости
   16 сентября 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 11
   Ефрейтор 4-й роты 27-го В.-С. стр. полка Ефим Швец в ночь с 9-го на 10 сентября сам вызвался охотником для бросания метательных пироксилиновых фугасов, что блестяще выполнил — подлез к самому занятому японцами блиндажу, тогда как другие бросали издали сверху. Спасибо молодцу-герою ефрейтору Ефиму Швецу, искренняя благодарность ротному командиру штабс-капитану Соболевскому, поддерживающему такой высокий дух в роте. Вполне уверен, что в каждой роте и батарее таких героев, беззаветно отдающихся святому делу обороны чести России и славы Русского оружия, найдется немало. Смерть врагам! Слава Русскому оружию!
   Начальник левого фланга сухопутной обороны
   полковник Ирман
   Швец награжден Георгиевским крестом.
   (Впоследствии, занимая позиции на Плоской горе, Швец с таким же беззаветным мужеством выбивал противника из занятой ими части окопа, где и погиб от неприятельской ручной бомбочки, сорвавшей ему полчерепа.)
 
17 сентября
   Ясный и жаркий день.
   5-е временное укрепление и батарея Лит. Д обстреливали сегодня сапные работы японцев, которые они ведут против Высокой горы.
   С 5-го временного укрепления все время стреляет по работающим японцам мелкая артиллерия, взятая нами с наших судов, а именно: 37— и 47-миллиметровые орудия.
   В снарядах чувствуется сильный недостаток. Будь их побольше, и мы могли бы своей стрельбой сильно препятствовать успешному ходу японских осадных работ.
   Теперешняя же наша стрельба похожа скорее на пугание японцев, а не на настоящее их обстреливание сильной артиллерией.
   В ночь на 17 сентября японцы снова пробовали штурмовать укрепленную нашу позицию у Заредутной батареи. Они три раза переходили в наступление, но каждый раз были отбиваемы огнем наших стрелков.
   Потери их, по слухам, доходят до тысячи человек. Наши солдатики одних ружей набрали около 300 штук.
   Наши потери достигают 300 человек ранеными и убитыми.
   Сегодня японцы особенно усиленно обстреливали не только Город, но и наши суда, стоящие в Западном бассейне.
   Три их снаряда попало в броненосец «Победа».
   Полное отсутствие каких-либо известий из внешнего мира действует угнетающим образом на настроение гарнизона.
   Порции конины снова сильно уменьшены.
   Съестные припасы вздорожали до невероятной степени: за курицу на базаре просят 12 руб., за гуся — 25 руб.!..
   ПРИКАЗ
   по войскам Квантунского укрепленного района
   17 сентября 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 664
   17 августа я имел счастье отправить телеграмму ее Императорскому Величеству Государыне Императрице Александре Федоровне. В телеграмме этой я всепредданнейше принес поздравление от войск с рождением России Наследника Престола его Высочества Великого Князя Цесаревича Алексея Николаевича. На сию телеграмму сегодня я имел счастье получить следующую телеграмму от Матушки Государыни:
   «Генерал-адъютанту Стесселю в Порт-Артур.
   Глубоко тронута вашей телеграммой.
   Сердцем и мыслью переношусь к славным защитникам страдальцам Порт-Артура. Усердно молю Бога, да поддержит их в самоотверженном их подвиге.
   Александра». «1 сентябряПетергоф — Александрия.
   Счастлив, что могу вновь объявить сей знак высочайшего внимания.
   Да поддержат молитвы Царицы славные войска.
   Генерал-адъютант Стессель».
 
18 сентября
   Жарко. Погода великолепная.
   В крепости довольно тихо.
   По городу японцы стреляют мало, теперь их главное внимание привлекают наши суда в Западном бассейне. Почти ежедневно наши суда получают от их снарядов все новые и новые повреждения.
   Наши батареи редким огнем обстреливают расположение японцев.
   Сегодня приказом № 666 газете «Новый край» разрешается продолжать издание, но без права какого бы то ни было участия корреспондента Ножина. Этим генерал-адъютант Стессель ясно выказал свое нерасположение к г-ну Ножину, который до этого времени был постоянным спутником коменданта генерала Смирнова в его поездках по крепости.
 
19 сентября
   Японцы своими новыми 11-дюймовыми мортирами сильно обстреливали сегодня 2-й форт, батарею Лит. Б и Орлиное Гнездо. Кроме этого, обстреливанию подвергся и наш флот. Говорят, что в броненосец «Победа» попало сегодня до 12 снарядов. На нем есть несколько убитых. Один из снарядов на моих глазах попал в Невский завод на Тигровом Хвосте. Говорят, что четыре 11-дюймовые мортиры поставлены недалеко от Сахарной Головы, за обратным ее скатом.
   Ночью японцы дважды предпринимали наступление на 2-й форт, но все атаки их были отбиты. При этом штурме японцы, как говорят, оставили до 400 трупов. Наши потери сравнительно небольшие. Сапные работы японцев сильно подвинулись вперед, особенно против 2-го форта и батареи Лит. Б.
   Сегодня ночью на одном из укреплений мне пришлось беседовать с солдатиком Балашовым, рядовым 9-й роты 27-го Восточно-Сибирского стрелкового полка. Балашов — крестьянин Томской губ., Барнаульского уезда. Он был ранен в колено во время боя 13 июля на Зеленых горах. Пулю почему-то не вынули. Балашов, едва владея ногой, с трудом передвигался. Долго он расспрашивал меня, что ему делать после прекращения осады и как залечить ногу. Мысль остаться калекой и лишиться возможности работать сильно его угнетала. На мой вопрос, что он сможет делать во время наступления японцев, не будучи в состоянии двигаться, Балашов ответил: «Стоять-то на ногах я верно, что не могу, Ваше Высокоблагородие, а руки-то у меня еще здоровые, стрелять из окопа сумею».
   Из дальнейших расспросов его я узнал, что раненых в Дальненской больнице кормят плохо, хуже даже, чем в роте. Кроме этого Балашов рассказал еще, при каких тяжелых условиях гнали их по железной дороге в Артур, давая по 20 коп. в сутки кормовых, когда на станциях фунт хлеба стоил 13 коп. «Вот и проели все свои деньги, которые взяли из дому, в дороге на харчи; так на своих харчах до Артура и доехали», — закончил свой рассказ Балашов.
 
20 сентября
   Сегодня около 12 часов дня неожиданно поднялся сильный и холодный ветер и температура понизилась. Очевидно, Порт-Артур попал в район проходящего невдалеке тайфуна.
   Японцы продолжают нас обстреливать 11-дюймовыми снарядами. К счастью, только 20 % из них разрываются. Очевидно, в установке ударной трубки есть ошибки. Один из таких снарядов упал около дома наместника и так и остался там лежать, не разорвавшись.
   Траншеи японцев у Плоской и Дивизионной гор отстоят теперь от наших окопов на расстоянии каких-нибудь 500 шагов.
   Целые ночи напролет как у нас, так и у японцев деятельно ведутся оборонительные и осадные работы.
   Количество продовольственных припасов все уменьшается; в магазинах уже распродают разные завалявшиеся консервы.
   Солдатам скоромный обед дают только три раза в неделю. Каждый тогда получает борщ с зеленью и 1/3 банки мясных консервов. В остальные же четыре дня в неделю дают так называемый «постный борщ», состоящий из воды, небольшого количества сухих овощей и масла. Взамен гречневой каши, которой в крепости нет, дают рисовую, изредка лишь заправляя ее маслом и луком. Так кормят солдат только в более заботливых частях. Зато там, где начальство мало об этом заботится, я видел такие «рисовые супы», что в Петербурге о них вряд ли кто сможет составить себе даже отдаленное представление.
   Офицерство на позициях тоже сильно бедствует с пищей и терпит всякие лишения. Правда, около Ляотешаня удается иногда покупать у местных китайцев перепелов, но это уже представляет собой лакомство.
   Говорят, что между ранеными японцами, поднятыми у Высокой горы, нашли волонтера доктора, который подтвердил ходившие у нас слухи о том, что в штурмах Высокой горы принимали участие патриоты, посланные туда Микадо за громкое выражение неудовольствия на медленность действий японской армии.
   Сегодня я узнал, что несколько дней тому назад к японцам дезертировал сапер Лазарев (еврей).
   Таким образом, до сих пор к японцам дезертировали «исключительно» евреи.
   Сегодня получил следующий приказ.
   ПРИКАЗ
   по войскам Квантунского укрепленного района
   20 сентября 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 678
   Военного корреспондента Ножина я лишаю права быть военным корреспондентом.
   Свидетельство на право быть военным корреспондентом сдать в штаб крепости, а сему штабу представить в штаб укрепленного района. Вместе с тем лишается права посещать батареи, форты и позиции.
   Начальник Квантунского укрепленного района
   генерал-адъютант Стессель
   До сих пор корреспондент г-н Ножин постоянно состоял при коменданте, генерале Смирнове, сопровождая его во всех его объездах позиции и фортов крепости.
   Этот приказ № 678 ясно обрисовывает, до какой степени дошли распри между начальствующими лицами крепости.
 
21 сентября
   К полудню ветер стих, но волнение на море не улеглось. Температура все идет на понижение. Солдатики начали доставать свои тулупы.
   Сегодня вышел первый номер «Нового края» и быстро был разобран публикой. Солдатики с жадностью читали газету.
   Надо надеяться, что с изданием газеты уменьшится, наконец, количество небылиц и разных нелепых слухов, которые распространяются в гарнизоне.
   Впрочем, все известия в газете по большей части крайне запоздалые.
   Ночи стали очень темными. Прожектора работают усиленно.
 
22 сентября
   Сегодня мимо Порт-Артура прошли два больших транспорта в сопровождении трех миноносок. Транспорты направлялись, по-видимому, к бухте Луизы.
   Японцы своими 11-дюймовыми снарядами обстреливают разные пункты наших позиций. Говорят, что сегодня один такой снаряд попал в батарею Лит. Б, пробил трехфутовый бетонный свод каземата, разорвался и переранил всех в нем находившихся.
   В бухты на Ляотешане послан капитан Павловский для правильной организации доставки от китайцев разных продуктов.
   Мера эта была совершенно необходима. Дело в том, что за последнее время ввиду разных притеснений со стороны чиновников китайцы-шаландщики совершенно перестали подвозить к нашим берегам какие-либо припасы.
   Ходит, по обыкновению, множество разных слухов, которым, однако, довольно трудно верить.
   Количество больных все растет...
   Ночь тихая, звездная, но очень темная.
 
23 сентября
   Под утро была сильная гроза. Около 9 часов утра небо прояснилось. В воздухе чувствуется обычная после грозы свежесть.
   Один из вчерашних транспортов действительно зашел в бухту Луизы и, кажется, думает там разгружаться.
   Сегодня слыхал, что на правом фланге была сделана вылазка отрядом в 60 охотников 25-го Восточно-Сибирского стрелкового полка. Вылазка окончилась очень печально. Охотники наткнулись на японскую засаду, и ни один из них не вернулся в крепость. Есть основание предполагать, что японцы добили всех раненых.
   Японцы особенно усиленно за последнее время обстреливают порт.
   Продовольственный вопрос сильно обостряется. Пища у солдат стала еще хуже.
   Вследствие этого начались цинготные заболевания.
   В общественной городской столовой из 250 человек только 180 согласились есть конину.
   Фураж с каждым днем страшно дорожает.
 
24 сентября
   Японцы отлично знают, что в Порт-Артуре имеется всего лишь одна паровая мельница, принадлежащая купцу Тифонтаю, которая и обслуживает в настоящее время всю нашу крепость. Не будь ее, мы не имели бы возможности молоть зерно, и прямо трудно себе представить, что бы стал делать гарнизон без этой единственной мельницы. За семь лет владения Порт-Артуром мы не могли добиться ассигнования денег для постройки казенной паровой мельницы и все время принуждены были кое-как перебиваться мельницей Тифонтая, которая давала последнему большой процент в год дохода.
   Зная этот недостаток крепости, японцы за последнее время прилагают все свои старания, чтобы своей стрельбой разрушить мельницу — этот жизненный пульс крепости. Сегодня их старания чуть было не увенчались успехом. Один 6-дюймовый снаряд попал в мельницу, но, по счастью, не причинил ей значительных повреждений.
   Кроме того, один снаряд попал в дом инженера, подполковника Крестинского, и разорвался в комнате, в которой, к счастью, никого в это время не было.
   Другой снаряд, упав недалеко от Инженерного городка, ранил осколками двух солдатиков на дворе генерал-адъютанта Стесселя.
   Слыхал радостную весть. Сигнальная горка, взятая несколько дней назад японцами, сегодня отбита нами обратно.
   Теперь окончательно выяснено, что японцы часть 11-дюймовых мортир поставили недалеко от Трехголовой горы. Главной целью для них являются наши форты и флот.
   Страшно тяжелое впечатление производит картина методического расстреливания японцами наших судов, неподвижно стоящих в Западном и Восточном бассейнах и покорно ожидающих своей смерти.
   Всякая надежда на выход в море и проявление нашей эскадрой какой-либо деятельности давно уже утрачена. Никто не верит в возможность этого, никто теперь об этом даже и не говорит. Все сознают, что роль флота закончена. Теперь уже нет никакой возможности производить какие-либо исправления, вследствие полного отсутствия в порту и материалов, и рабочих. А между тем каждый день наши суда получают все новые и новые повреждения.
   Всякая жизнь на кораблях и в порту окончательно замерла...
   Ввиду того, что от нашего русского консула в Чифу не получается никаких вестей, не говоря уже о продовольствии, сегодня туда выехал чиновник Бадмаджанов, человек весьма энергичный и хорошо владеющий китайским языком. Ему приказано попытаться организовать доставку в осажденную крепость известий из внешнего мира, а если возможно, то и продовольствие.
   Если повести дело достаточно энергично, то, по моему мнению, устройство сообщения является вполне осуществимым.
   В разных местах крепости, несмотря на неоднократные приказы и строгие меры, пьянство и карточная игра по-прежнему процветают. Недавно один офицер, молодой зауряд-прапорщик З., отправляясь на позицию, попросил меня одолжить ему карты. Позиция его находится всего в 500 шагах от японцев. На мой вопрос, зачем ему карты и время ли о них теперь думать, он беспечно ответил мне: «Знаете, в окопах скучно, а будут карты, все в них перекинемся».
   Утром подул холодный ветер. Температура сильно пала. Выпал мелкий снег и покрыл тонким слоем всю окрестность. Благодаря удивительной прозрачности воздуха вершины гор казались особенно резко очерченными. К вечеру ветер еще усилился, а ночью даже завернул небольшой морозец, и я сильно промерз.
   Интересно знать, как-то чувствуют себя теперь наши приятели-японцы?..
 
25 сентября
   Сегодня с раннего утра японцы обстреливают порт и наши суда.
   Бомбардировка на этот раз ведется из 11-дюймовых мортир и 120-миллиметровых пушек. При мне было выпущено около ста снарядов.
   Один наш миноносец «Бойкий» только что намеревался выйти из порта в море, как вдруг в самую середину его попал 120-миллиметровый снаряд и, по-видимому, пробил ему котел, так как миноносец сильно «запарил». Слышны были стоны и крики раненых.
   В броненосец «Полтава» попало четыре 11-дюймовых снаряда. Один из них пробил три палубы и при этом убил двоих матросов и двоих ранил. Кроме того, броненосец получил подводную пробоину и принял 90 тонн воды. Эти подробности сообщил мне один морской офицер.
   Ввиду обстреливания флота офицеры его и команда отпущены на берег. Эти полуголодные, не имеющие приюта и пристанища, они бродят по всей крепости. Теперь наши моряки принуждены с берега наблюдать ужасную картину расстреливания своих судов. Несчастные наши корабли, не принесшие никакой пользы крепости, постепенно наполняются мутной водой приливов и постепенно опускаются на илистое дно Западного бассейна.
   Сегодня на предложение начальства уничтожить 11-дюймовую батарею японцев вызвались три охотника. Эти смельчаки должны были на шаланде заехать в тыл японского расположения, высадиться там и, пробравшись на японскую батарею, заклепать орудия. Несмотря на всю очевидную нелепость подобного предприятия, сегодня ночью этих несчастных солдатиков, идущих на верную смерть, высадили где-то за бухтой Тахэ.
   Надо же было додуматься до такого абсурда, будто три стрелка в состоянии пробраться по незнакомой местности, пройти незамеченными мимо массы часовых и, найдя батарею, взорвать или заклепать орудия под самым носом у японцев!!
   К несчастью, я не имел возможности узнать фамилии этих трех безвестных героев. Участь их также осталась неизвестной...
   Сегодня в 190-м номере газеты «Новый край» был помещен нижеследующий приказ:
   ПРИКАЗ
   по войскам сухопутной обороны крепости
   25 сентября 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 36
   Прошу начальников участков обратить внимание ротных командиров и разъяснить нижним чинам, что упорная оборона крепости, не щадя своей жизни, вызывается не только долгом присяги, но весьма важным государственным значением Порт-Артура, как места пребывания наместника его Императорского Величества на Дальнем Востоке. Упорная оборона до последней капли крови, без всякой даже мысли о возможности сдачи в плен, вызывается, сверх того, тем, что японцы, предпочитая сами смерть сдаче в плен, вне всякого сомнения, произведут в случае успеха общее истребление, не обращая ни малейшего внимания ни на Красный Крест, ни на раны, ни на пол и возраст, как это было ими сделано в 1895 году при взятии Артура. Подтверждением изложенного может служить постоянная стрельба их по нашим санитарам и добивание наших раненых, случаи которого имел место даже 22 сего сентября при временном занятии Сигнальной горы. Вследствие весьма важного значения П.-Артура не только Государь и вся наша родина с напряженным вниманием следит за ходом обороны, но и весь мир заинтересован ею, а потому положим все наши силы и нашу жизнь, чтобы оправдать доверие нашего обожаемого Государя и достойно поддержать славу Русского оружия на Дальнем Востоке.
   Начальник сухопутной обороны крепости
   генерал-майор Кондратенко
   Ввиду крайне тяжелого и удручающего впечатления, произведенного этим приказом на гарнизон, он вместе со 190-м номером газеты «Новый край» был уничтожен, но как все запрещенное, конечно, был всем гарнизоном прочитан.
 
26 сентября
   День ясный. Прохладно.
   Целую ночь японцы обстреливали наш порт 11-дюймовыми мортирами.
   В эту же ночь они повели наступление на позицию Малой Голубиной бухты и, заставив нас отойти назад шагов на 400, заняли небольшую сопку (горку).
   Сегодня при обстреливании 2-го форта один 11-дюймовый снаряд попал в бетонный каземат, пробил его свод (толщиной в 3 фута) и, разорвавшись внутри, убил писаря и телефониста.
   Генерал-адъютант Стессель со всем штабом собирается переехать в дом генерала Волкова под горой Перепелкой.
   Чувствуется сильный недостаток в фураже. Пуд плохого сена доходит до 1 руб. 50 коп.
 
27 сентября
   Ночью высшее начальство решило сделать по направлению 1-го редута сильную вылазку двумя батальонами пехоты. Целью ее было разрушить осадные работы японцев, которые за последнее время настолько продвинулись в этом месте вперед, что стали с фланга угрожать нашему 3-му форту.
   Вылазка кончилась, по обыкновению, неудачей. Едва одна из наших рот рассыпалась в цепь, как японцы открыли, кроме сильнейшего оружейного огня, еще огонь из восьми пулеметов. Пальба была настолько сильна, что нечего было и думать о дальнейшем наступлении. Батальоны наши под таким адским огнем растаяли бы весьма быстро, не принеся никакой пользы.
   Японцы, очевидно, уже успели прочно укрепиться в занятых ими 10 августа наших редутах. Сорок семь дней не были ими потеряны даром.
   Во время этой кратковременной вылазки у нас убыло до 30 человек убитыми и ранеными.
   Весь день город и гавань обстреливаются японскими мортирами.
   Вчера броненосец «Ретвизан» выходил на рейд, чтобы укрыться от дневной бомбардировки. Японцы это заметили и ночью повели минную атаку на место его дневного расположения. По счастью, однако, «Ретвизан» на ночь вернулся в гавань.
   Сегодня, как я слыхал, одна бомба попала в «Ретвизан» и пробила все его четыре палубы.
   Сегодня японцы 11-дюймовыми снарядами и шрапнелью особенно усиленно обстреливали нашу батарею на Перепелке. Эта батарея, как бельмо на глазу, надоедает японцам, нанося им своим метким огнем большие потери. Одна бомба попала в батарею и пробила блиндированный пороховой погреб, но, по счастью, не разорвалась. Другая бомба попала на батарею Лит. Б и пробила снова бетонный свод каземата. При этом ранено четыре стрелка, а другие четверо, находившиеся тут же, остались совершенно невредимы.
   У 2-го форта сапные работы японцев приблизились на 50 шагов и достигли уже гласиса; противодействовать поступательному движению их сапы при нашем крайне ограниченном количестве снарядов мы почти не в состоянии.
   По сие число у нас в госпиталях находится 4050 человек нижних чинов больных и раненых.
   К Ляотешаню уже не приплывает ни одной китайской шаланды, так как еще недавно одна из них, намеревавшаяся подойти к нашим берегам, была на глазах крепости расстреляна японцами.
   Около 11 часов вечера я слыхал сильную стрельбу в направлении Заредутной батареи. Видны были вспышки ракет, ярко освещавших местность. Никаких подробностей не знаю.
   Положение гарнизона с каждым днем становится все более и более тяжелым. Солдаты питаются плохо, ходят в опорках, многие давным-давно не меняли белья и не видали бани. Между тем каждый день нужно ожидать новых штурмов, а ночи проводить без сна за оборонительными работами.
   Количество больных все увеличивается.
   Сегодня вечером узнал содержание телеграммы, полученной от генерала Куропаткина.
   ПРИКАЗ
   по войскам Квантунского укрепленного района
   сентября 27-го дня 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 709
   24 сего сентября мною получена от командующего Маньчжурской армией, генерал-адъютанта Куропаткина, телеграмма следующего содержания:
   «Порт-Артур
   Генерал-адъютанту Стесселю
   Мукден, 7 сентября
   Получив вашу депешу 3 сентября, сердечно поздравляю с новым успехом. Мы усердно готовимся к переходу в наступление. 1-й армейский корпус уже прибыл к нам. Бог вам в помощь, надейтесь на выручку.
   Генерал-адъютант Куропаткин».
   Надежда на выручку в гарнизоне, однако, постепенно угасает.
 
28 сентября
   Погода отличная. Тепло.
   Сегодня утром видал два парохода, которые шли в бухту Луизы.
   Японцы везде строят новые окопы; сапа их быстро продвигается вперед. Очевидно, их войска отлично обучены саперному делу. Сегодня случайно пришлось проезжать по дачным местам. Здесь я встретил молодого мичмана, который из «монтекристо» стрелял воробьев...
   — Что это вы делаете? — спрашиваю.
   — Да вот хочу из воробьев устроить себе завтрак, давно никакого свежего мяса не ел, — отвечал мичман.
   В съестных припасах чувствуется сильный недостаток.
 
29 сентября
   Японцы ожесточенно стреляют по порту. Говорят, что сегодня один из снарядов попал прямо в середину палубы броненосца «Пересвет».
   Сегодня был в одной роте и пробовал пищу. Теплая мутная водица с бобовыми жмыхами и рисовая каша с запахом дыма.
   Очевидно, командир роты не особенно следит за довольствием, так как в других ротах пиша значительно лучше.
   Сегодня с полковником Ирманом осматривали позиции близ Малой Голубиной бухты. Здесь стоит сборная охотничья команда 11-го Восточно-Сибирского стрелкового полка под начальством штабс-капитана Соловьева.
   Команда эта образована из оставшихся нижних чинов 3-й Восточно-Сибирской стрелковой бригады, которая ушла на Ялу. Охотники под командой штабс-капитана Соловьева бессменно уже восьмой месяц, то есть с самого начала войны, занимают передовые позиции и находятся все время в самом близком соседстве с неприятелем. Здесь, между прочим, я наблюдал, как «развлекаются» наши солдатики. Находясь дни и ночи в окопах, они от скуки додумались до следующего способа заставить японских часовых показываться из их траншей: один из солдатиков привязывает себе на спину куклу в шинели и папахе и на четвереньках ползет вдоль окопа. Кукла несколько выдается над окопом и издали легко может быть принята за живого человека. Зоркий японский часовой, увидя движущуюся фигуру, высовывается из своего окопа и начинает по ней палить, в полной уверенности, что это разгуливает неосторожный наш стрелок. Этого момента только и дожидается другой наш стрелок, который, спрятавшись за бойницы, ухлопывает неосторожного японца.
   Вот вам и пример охоты за живым человеком...
   За помещение в № 190 газеты «Новый край» приказа генерала Кондратенко за № 36 редактор его, подполковник Артемьев, получил выговор в приказе от генерал-адъютанта Стесселя.
   ПРИКАЗЫ
   по войскам Квантунского укрепленного района
   29 сентября 1904 года. Крепость Порт-Артур
   № 718
   В № 190 газеты «Новый край» был помещен приказ по войскам сухопутной обороны крепости без соблюдения правил цензуры, за что редактору, подполковнику Артемьеву, объявлен выговор.
   № 722
   28-го Восточно-Сибирского стрелкового полка подполковник Шишко откомандировывается от дружины и назначается комендантом города с главной обязанностью следить, чтобы не было в городе людей, задержавшихся по разным случаям при разных командах, когда место их в ротах. Картежные игры должны тоже преследоваться всемерно.