А Ленин понимал. Тяжело ему было.
   - Товарищи! У нас разруха и голод. Нет у нас сил. Хоть на время надо получить передышку, чтобы сохранить Республику Советов.
   Так убеждал Владимир Ильич. Он был твёрдо уверен в своей правоте. И потому так непоколебимо, горячо убеждал товарищей. И убедил.
   Советское правительство вновь направило к немецким генералам делегацию. Главой делегации был Троцкий. Он был наркомом. Что же он сделал?
   Предательски нарушил указания Ленина. Центральный Комитет партии и Советское правительство вынесли решение подписать с германским командованием мир. Империалисты рвутся задушить Советскую страну. Необходимо сорвать вражеские планы. Любой ценой - мир!
   А Троцкий? Мира не подписал, а войну объявил прекращённой. Солдаты наши хлынули по домам, бросили фронт. Фронта не стало.
   И немецкие генералы без препятствий двинули свои армии по русским дорогам. Глубже, глубже в Россию. Ближе, ближе к столице. Совсем близко. Петроград под угрозой. Неужели немецкие генералы захватят столицу? Неужели конец революции?
   Буржуи, спекулянты, торговцы притаились и ждали. И уже готовили чёрные списки, с кем расправляться. Готовили списки большевиков и рабочих.
   На руку немецким империалистам и буржуазии было поведение Троцкого. Троцкий и раньше не раз мешал создавать в России боевую партию коммунистов. Не раз сколачивал всякие группировки против Коммунистической партии, против Ленина.
   Снова непрестанно собирался ЦК, Совнарком. В Смольном не было дров. Печи не топились. Холодно. Члены ЦК и наркомы сидели за длинным столом в пальто и шубах, подняв воротники. Лица были суровы. Февральская метель свистела и кружила за окнами.
   - Горький, обидный, тяжёлый урок! - сказал Ленин.
   Теперь все знали и видели, как Ленин был прав. Зачем сразу не послушали Ленина?
   "Социалистическое Отечество в опасности!" - выпустил воззвание Совет Народных Комиссаров.
   Рабочие, крестьяне, товарищи! Вставайте на защиту Отечества! призывало воззвание.
   Тысячи добровольцев в городах, деревнях и рабочих посёлках откликнулись на воззвание Совнаркома и Ленина.
   И создалась новая армия.
   Красная Армия. Советская Армия. Вступила против немецких захватчиков в бой. Не пустила их дальше.
   Это было в феврале 1918 года. С тех пор каждый год мы празднуем 23 февраля день рождения нашей Советской Армии. Она не раз защищала нас от врагов. И всегда защитит.
   Немецкие генералы, когда Красная Армия против них выступила, решили согласиться на мир. Теперь это был договор ещё более грабительский. Ещё больше земель отхватили у нас немецкие генералы. Контрибуцию наложили на нас. Контрибуция - значит: платите победителям деньги. А ещё и хлеб, мясо и другие продукты давайте.
   Советское правительство вынуждено было на это пойти.
   "Этот зверь прыгает хорошо... Он прыгнет ещё раз... Поэтому надо быть готовым... брать даже один день передышки", - так Ленин сказал на VII экстренном съезде партии.
   VII съезд выслушал доклад Председателя Совнаркома о войне и мире и признал политику Ленина верной.
   А через несколько месяцев в Германии произошла революция. И грабительский договор стал недействителен.
   - Далеко наш Ильич смотрит! - одобрительно говорили рабочие.
   МОСКВА, МОСКВА...
   Был поздний мартовский вечер. На платформе под названием Цветочная площадка по Николаевской железной дороге на окраине Питера стоял состав с тёмными окнами. Платформу охранял караул. Вдоль всего поезда виднелись винтовки латышских стрелков. Пулемёт глядел чёрным дулом в сумрак ночи с паровозного тендера. Какие-то люди перебегали по платформе, прикрывая тусклый свет ручных фонарей. Кого-то пропускали в вагоны. Паровоз разводил пары. Поезд с тёмными окнами ждал отправления. Куда?
   Не очень высокий человек, в пенсне, в кожаной куртке, тихо разговаривал у вагона с другим, худощавым, прямым, в длинной шинели.
   - Вы уверены, что контрреволюция не знает о сегодняшнем поезде? спрашивал Дзержинского Яков Михайлович Свердлов.
   - Возможно, знает, скорее всего - да. Но откуда отправление, не знает.
   - Ловко придумано, что не с главного вокзала, а с тихонькой Цветочной площадки, - сказал Свердлов.
   - Контрреволюция готовила взрыв. Каждый день открываем диверсии, ответил Дзержинский.
   Дзержинский, как и Свердлов, много раз при царской власти бывал в тюрьмах, в ссылках, на каторге.
   А в 1917 году вместе с Лениным и другими членами ЦК партии руководил Октябрьским восстанием. После революции Владимир Ильич предложил назначить Дзержинского Председателем Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией.
   Все знали нежное сердце Дзержинского. Но к врагам революции он был беспощаден. И заботлив и ласков с детьми. И верил пламенно, что Советская власть построит для народа счастливую жизнь. Дзержинский работал без отдыха, дни и ночи, иногда круглые сутки, работал, работал.
   Для революции. Для народа. Для партии.
   Между тем на платформе показалась группа людей. Владимир Ильич быстро шагал впереди. Надежда Константиновна поспевала за ним, перевесив через руку клетчатый плед. Кто-то хотел взять у Надежды Константиновны плед.
   - Спасибо, я сама, - отказалась она.
   Все поднялись в вагон. Зажгли свечку в купе. Плотно завесили окно.
   Послышался свисток. Латышские стрелки вспрыгнули на подножки вагонов.
   Паровоз тронулся. Поезд с погашенными огнями отошёл от платформы.
   Владимир Ильич пристроился к откидному столику у окна, вытащил из портфеля бумаги.
   - Побойтесь бога, Владимир Ильич, хоть в дороге отдохните! воскликнул Свердлов.
   - Если бы мы бога боялись, не бывать бы на матушке-Руси революции, усмехнулся Владимир Ильич.
   И принялся перечитывать и править только что написанную статью. Владимир Ильич писал, что мы сделаем нашу революционную Русь могучей, обильной.
   Россию окружали враги. Контрреволюция готовила заговоры. А Ленин верил: мы сделаем великой нашу социалистическую Родину. Силы революции растут. И победят.
   Весь поезд спал. Только машинист, зорко вглядываясь в ночную весеннюю темень, осторожно вёл паровоз. Только красные латышские стрелки на площадках вагонов несли караул. Да Владимир Ильич при неровном свете свечи дописывал для завтрашней газеты статью.
   Напротив, на нижней полке, неслышно спала Надежда Константиновна, подложив под щёку ладонь. Владимир Ильич осторожно накрыл её клетчатым пледом. Этот плед подарила мама, когда приезжала с Маняшей в Стокгольм. Мамина память, клетчатый плед...
   Вечером 11 марта 1918 года специальный поезд с Советским правительством благополучно прибыл в Москву. Не удалось контрреволюционерам устроить диверсию. Ленин, ВЦИК, Совнарком переехали из Петрограда. Теперь столицей нашей Родины будет Москва. Москва - центр страны. И от границ дальше.
   Сначала Владимир Ильич с Надеждой Константиновной и Марией Ильиничной поселились в гостинице "Националь", против Кремля. Скоро весь Совнарком будет жить и работать в Кремле. На другой день после приезда Владимир Ильич с Надеждой Константиновной решили прогуляться по Москве, поглядеть Кремль. Поехал с ними старый друг Бонч-Бруевич. Он был управляющим делами Совнаркома, заботился, как в Кремле разместить Совнарком.
   В Октябрьские дни в Кремле засели юнкера, забаррикадировались, стреляли из пушек. Завязались сильные бои, но революционные отряды вышибли белогвардейцев и царских прислужников из древних кремлёвских стен.
   Запущенным был Кремль весной 1918 года. Многие здания стояли разбитые, чёрные от пожарищ. Кучи битого кирпича и стекла навалены всюду. Площади залиты грязными лужами талой воды. Раскиданы брёвна - тут возводили юнкера баррикады. Всюду мусор и хлам...
   Владимир Ильич и Надежда Константиновна пересекли площадь. Вот знаменитый Царь-колокол, стоит как гора. В давние-давние времена рабочие умелые руки отлили эту красу, медный колокол. И Царь-пушку отлили рабочие мастеровитые руки! А древние зубчатые кремлёвские стены! А кремлёвские башни! Каждая на свой лад, своя кладка, свой рисунок у каждой. Отовсюду веет стариной и историей.
   Владимир Ильич задумчиво глядел вдаль. Широко, вольно виделась Москва с кремлёвского холма.
   Как часто в горестной разлуке,
   В моей блуждающей судьбе,
   Москва, я думал о тебе!
   прочитала Пушкина Надежда Константиновна.
   Владимир Ильич улыбнулся:
   - Ну вот и здравствуй, Москва.
   ШАГИ РЕВОЛЮЦИИ
   VII съезд партии большевиков принял решение о мире с Германией. Тогда, на VII съезде, Ленин поставил ещё вопрос: предложил назвать партию большевиков Коммунистической. Наша цель - строить коммунизм. Значит, и название дадим нашей партии: Коммунистическая.
   Все большевики согласились.
   На многих встречах с рабочими и в своём кремлёвском кабинете Ленин решал и обдумывал, как строить новое общество. Первые шаги труднее всего! Самые начальные, первые, важные. Ленин думал, думал об этом. Советовался, обсуждал с членами правительства.
   Часто Владимир Ильич встречался с Яковом Михайловичем Свердловым. Свердлов был председателем ВЦИК - Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов. Ленин советовался с ним, они дружно решали государственные дела и вопросы.
   Ленин хотел за то время, пока Советская власть добилась передышки в войне, прочнее наладить новую жизнь.
   В первую очередь он искал помощи у рабочего класса. "Нам нужна мерная поступь железных батальонов пролетариата", - написал Владимир Ильич в знаменитой статье "Очередные задачи Советской власти". ЦК партии одобрил мысли и планы Ленина. Статью напечатали в газетах "Правда", "Известия". Огромные цели открывались народу. Коммунисты, рабочие, крестьяне шли за Лениным, верили Ленину.
   В ленинском кабинете в Кремле у письменного стола стояло кресло с плетёным сиденьем и спинкой. Владимир Ильич любил это простое кресло. Может быть, потому, что в давние детские годы в симбирском доме Ульяновых были похожие плетёные стулья. Владимир Ильич помнил зимние вечера в уютной столовой под висячей лампой с белым абажуром. И чудесные книги. Счастливое детство!
   Ленин хотел, чтобы у всех рабочих и крестьянских детей в Советской стране было тоже счастливое и доброе детство.
   При царе детям рабочих и крестьян трудно было учиться. Редко кому удавалось кончить гимназию. А институт и того реже. Теперь для детей трудящихся были открыты все школы, все институты. Учитесь! Читайте книги библиотеки для вас!
   Война разорила Россию - голодно, холодно! - но лучшие пайки, лучшее питание, дети, для вас! Никогда, ни в одном буржуазном государстве не было такой любовной заботы о детях трудящихся. Такой заботы о людях труда.
   При царе и буржуях рабочие работали двенадцать часов в сутки, а то и пятнадцать! Пришла Советская власть. Председатель Совнаркома Ленин подписал декрет: рабочий день для всех восемь часов.
   Раньше лучшая земля была у кулаков и помещиков. Заводы и фабрики, железные дороги, шахты и копи, нефтяные промыслы, банки - всё переходит государству. Всё народное, всё советское, всё государственное. А помещиков и буржуев долой! - Хотите - работайте. Кто не работает, тот не ест.
   Вот какой небывалый переворот произошёл в нашей стране! Смело шагала революция дальше и дальше. И во главе всего нового, небывалого стоял Владимир Ильич, стояла партия коммунистов.
   ПО ДЕРЕВНЯМ И СЁЛАМ
   Когда задолго до революции Владимир Ильич вместе с другими товарищами жил эмигрантом в Женеве, однажды приехала из России молодая революционерка Лидия Александровна Фотиева. И сразу стала горячей помощницей Ленина. Всю душу отдавала революционной работе, всё время. Только одна была у неё страсть, кроме революционного дела: она была музыкантша. Иногда свободным вечером большевики собирались в столовой Лепешинских, где был у них вроде клуб. Лидия Александровна садилась за пианино. Если приходил Владимир Ильич, Лидия Александровна играла "Патетическую сонату" Бетховена. Владимир Ильич любил эту сонату. Как необыкновенно он слушал, с какой нежностью и глубокой задумчивостью!
   После революции Лидия Александровна Фотиева стала секретарём Совнаркома. Работа заполнила всё. Она и жила в Кремле, чтобы поближе быть к Совнаркому.
   Утром, перед тем как идти в Совнарком, Лидия Александровна непременно присаживалась к пианино. Вёснами и летом, когда окна открыты, в кремлёвском, ещё пустом и безлюдном дворе лились звуки "Патетической сонаты" Бетховена, полные могучей силы, могучего чувства.
   Потом Лидия Александровна Фотиева шла в Совнарком. Она знала всё дневное расписание Ленина, всё, что требовалось ему для работы.
   К Председателю Совнаркома постоянно шли посетители. Она знала, кого сразу к Ленину надо пустить, а кто и повременить может.
   - Владимир Ильич, ходоки из дальней деревни, - сказала в этот день Фотиева.
   - Зовите, зовите! - ответил Владимир Ильич.
   Он слышал утреннюю музыку. Ему нравилось, как начинала свой день секретарь Совнаркома Лидия Александровна Фотиева.
   - Зовите, пожалуйста, - повторил Владимир Ильич.
   Бородатые, до черноты обожженные солнцем и ветром крестьяне садились за длинный стол под зелёным сукном. Сначала смущались. Но Ленин был прост, и ходоки незаметно смелели.
   От ленинской простоты мужикам будто смекалки и ума прибывало. А Ленину это и надо. Ленину важно, чтобы каждый свои мысли и мнения без страха, напрямик говорил.
   - Товарищ Владимир Ильич, ты над нами боль-шой, - говорили ходоки, знаний у тебя хошь отбавляй...
   - Отбавлять, пожалуй, ни к чему, - возразил с улыбкой Владимир Ильич. - А насчёт деревни так и вовсе знаний нехватка.
   - Мы тебе про деревню всю как есть правду доложим.
   - Ну-ка, ну-ка, давайте!
   - Перво-наперво Советская власть по сердцу пришлась крестьянскому миру, что помещиков с земли согнала, - начал самый старый ходок, у которого борода закрыла полгруди и над выцветшими глазами нависли дремучие брови.
   - Дальше, - говорит Владимир Ильич, - давайте выкладывайте.
   - Дальше о кулаке речь пойдёт. Задушит кулак новую жизнь. Не даст ходу. На бедноту надейся, Владимир Ильич. А кулак Советской власти не друг. Кулак супротивник...
   Это Ленин знал. Но слушал. Внимательно слушал ходоков-бедняков. Проверял свои знания. Выводы делал. И появлялся потом новый декрет, новый советский закон.
   Так, летом 1918 года Ленин подписал декрет Совнаркома о комитетах бедноты в деревнях. Стали они называться комбедами. Комбеды - опора Советской власти в борьбе против кулачества.
   Кто же такие были кулаки? Сейчас в нашей Советской стране кулаков давным-давно нет. И слыхом про них не слыхать. Кулаки были крестьяне. Да только зажиточные, иной раз очень даже богатые. В старые времена правдой богатство мужику не нажить. Кулаки богатели неправдами, спекуляцией, чужим трудом богатели. Разживутся, земель накупят. Нагонят пахать батраков из бедноты деревенской. До весны хлеба у бедняка не хватало. Просит бедняк в долг у кулака ржи пудишко. За этот пудишко кулаку поле вспаши. Да осенью вместо одного два пуда отдай. Выхода нет. Идёт бедняк в кабалу. Голодный. От ветерочка, словно пустой колос, качается. А кулацкие амбары, полные пшеницы и ржи, стоят под замками, как крепость. Рассчитывает кулак: вот ещё вздорожает хлеб, вот ещё... Кулак из-за прибыли горло соседу готов перегрызть.
   А голод в городах всё страшней, всё безысходней! Что делать? Чем кормить рабочих и служащих, ребятишек, Красную Армию? Как хлеб раздобыть?
   Ведь есть же, есть хлеб в деревнях! От ходоков знал Владимир Ильич, что есть. Только кулаки отдавать не хотят, прячут, в землю закапывают.
   Несправедливо! Нельзя допустить, чтобы люди в городах погибали от голода, а у кулаков амбары хлебом набиты. Батраки кулацкий хлеб вырастили. Не кулацкий он, а народный.
   Ленин так рассудил и позвал рабочих.
   - Товарищи рабочие, - сказал Владимир Ильич, - составляйте на заводах и фабриках продовольственные отряды и разъезжайтесь по деревням. Там комбеды. Комбеды за нас. И середняк на нашу сторону клонится. Вы им подскажете, как укреплять в деревнях Советскую власть. А они вам подскажут, где кулаки прячут хлеб от голодных.
   И Ленин подготовил декрет о том, что кулаки обязаны весь лишний хлеб сдавать комбедам и продовольственным рабочим отрядам.
   Совнарком декрет утвердил. Так в первые годы революции Ленин и Советская власть спасали от голода рабочий народ.
   НАШЕСТВИЕ
   На берегу Баренцева моря, за Полярным кругом, в 1915 году поднялся город Мурманск. Самый молодой в те времена. Небольшой, а важный наш порт на Северном морском пути.
   Однажды, весной 1918 года, на рассвете, когда серый туман клубился над морем, бесшумно возникли из тумана чёрные очертания военного судна. Чужой флаг, обвисший от сырости, надвигался на Мурманск. Целились дула орудий. Английский крейсер вошёл в Мурманский порт.
   Вскоре, так же внезапно, появился еще крейсер, стал рядом. Французский. За ним американский.
   На советский берег высадились чужие войска.
   Их прислала Антанта. Антантой назывался тогда военный союз Англии, Франции и Америки. Союз капиталистов, буржуазных правительств. Антанта хотела свергнуть в России революционную Советскую власть. Антанта боялась, как бы рабочие других государств не задумали по примеру русских сделать у себя революцию.
   Грозная весна 1918 года! Грозное лето!
   В разгаре лета целая эскадра Антанты вступила в Белое море.
   Спешит, торопится к Белому морю суровая Северная Двина.
   Верстах в полсотне от устья, вдоль забитой плотами и судами многоводной реки, вытянулся узкий город с деревянными тротуарами, верфями, лесопильными заводами, складами леса. Бескрайняя мшистая тундра подошла к городу с другой стороны. Наш военный и торговый порт, наша северная крепость - Архангельск.
   Антанта захватила Архангельск. Белогвардейцы с ликованием встретили наступление Антанты. Одна мечта была у белогвардейцев: свалить Советскую власть. В Архангельске поднялся белогвардейский мятеж. Сотни рабочих, красноармейцев, советских матросов пали в неравном бою.
   И ожили притаившиеся торговцы, буржуи. Царские офицеры снова нацепили золотые погоны. Затрезвонили колокола: в церквах кадили ладаном, служили молебны попы.
   Контрреволюция наступала на Севере.
   Контрреволюция бушевала на Дальнем Востоке. В Сибири. На Урале. Подступала к Поволжью. Вражеские крейсеры высадили войска во Владивостокском порту.
   В сибирских деревнях бунтовали кулаки. Громили комитеты бедноты, нещадно казнили коммунистов. Рекой лилась кровь.
   Кровь лилась в донских и кубанских городах и станицах. Белые генералы захватили Дон и Кубань. На Украине хозяйничали немцы.
   Всё теснее сжималось вражеское кольцо вокруг Советской России.
   Было раннее утро. Солнце ещё не взошло, только слабо желтела полоска зари.
   Владимир Ильич вышел из своей квартиры в Кремле. Всего несколько шагов отделяло квартиру от рабочего кабинета Предсовнаркома. Ближе, чем в Смольном.
   В конце коридора, у входа в кабинет, стоял часовой.
   - Здравствуйте! - приветливо сказал Владимир Ильич.
   Возможно, это было не совсем по уставу, но Владимир Ильич всегда приветствовал часовых. Часовой вытянулся при виде Ленина и с удивлением подумал: "Когда же он спит?"
   Совсем недавно, почти на рассвете, Председатель Совнаркома ушёл с работы домой. Солнце не поднялось, Ленин опять на работу. Часового даже не успели сменить. "Ведь эдак и с ног, того гляди, свалится", - в беспокойстве подумал о Владимире Ильиче часовой.
   Большая карта России висела в кабинете, в простенке между окнами.
   Владимир Ильич долго стоял у карты, заложив руки за спину, вглядываясь в линии фронта. Владимир Ильич знал все города и пункты, где сейчас шли бои. Знал командиров и комиссаров. Многих по именам и в лицо. Старался узнать характеры, подготовку, способности. От характеров и способностей командиров зависело, как пойдут наши дела на фронтах.
   Много талантливых полководцев поднялось из народа, когда на советские земли ворвались враги.
   Василий Иванович Чапаев! Настоящий народный герой. Об отваге и военной смекалке Чапаева уже ходили легенды. И Клима Ворошилова имя славным становилось в народе.
   Скоро запоётся по всей стране боевая, зовущая песня:
   Ведь с нами Ворошилов, первый красный офицер,
   Сумеем кровь пролить за СССР...
   И с великим уважением, с великим доверием Ленин подумал о Фрунзе. В декабре 1905 года большевик Михаил Васильевич Фрунзе привёл отряд иваново-вознесенских рабочих на помощь восставшей Пресне в Москве, а теперь командовал армией на очень тяжёлом участке.
   Владимир Ильич мысленно обошёл все фронты. Ворошилов, Будённый, Блюхер, Лазо, Котовский, Щорс, Тухачевский...
   Северный фронт. Южный. Восточный.
   На востоке Сибирь, Урал, Волга. На востоке хлеб.
   С помощью Антанты белогвардейцы и кулачьё захватили восточные хлебные области. Задушить голодом рабоче-крестьянское государство - вот к чему стремилась Антанта.
   "На Восточный фронт и надо направить главный удар Красной Армии, обдумывал Владимир Ильич. - Прогнать из Поволжья и Сибири белогвардейцев, сломить кулачьё".
   Владимир Ильич сел за стол и снова внимательно прочитал вчерашние донесения с фронтов. Вчера с Дзержинским, Свердловым, Чичериным и другими товарищами до поздней ночи обсуждали положение на фронтах. Решения приняты. Теперь нужно было написать ответы командирам, распоряжения и приказы на фронт. Владимир Ильич работал, пока желтизна зари посветлела и рассеялась в небе, выкатилось из-за крыш домов летнее солнце и Лидия Александровна Фотиева, постучав в дверь, сообщила, что явились посетители. Владимир Ильич взглянул на часы. Посетители явились, как назначено, в срок. "Сразу видно, военные", - заметил Владимир Ильич. Вложил в папку бумаги и письма. Передал Фотиевой.
   - Прошу вас, срочно!
   И провёл рукой по лицу, чтоб не видели, как встревожен.
   Вошли военные. Это были красные командиры, хорошо известные Ленину. И один бывший генерал царской армии.
   - Ну, докладывайте наш план наступления, - обратился к нему Владимир Ильич.
   Удивительно: Владимир Ильич советовался с царским генералом! Ведь Ленин подписал декрет о том, что служба в Красной Армии - честь. Что эта честь даётся беднякам, рабочим, всем трудящимся и их сыновьям. Что кулацких и дворянских сынков нельзя пускать в Красную Армию. Что командирами и военкомами в Красную Армию нужно посылать коммунистов.
   И вдруг царский генерал! Может ли быть? Но это был опытный, образованный генерал, превосходно знающий военное дело. Он был честный. Душа его оскорбилась нашествием на Россию Антанты. И он поверил делу Ленина. Таких знающих и честных военных специалистов, которые верили нашему делу, Ленин звал помогать Красной Армии.
   Генерал водил длинной указкой по карте и докладывал Владимиру Ильичу план наступления.
   - Да, да, - кивал Владимир Ильич.
   Владимир Ильич соглашался. Владимир Ильич одобрял суждения генерала, потому что вчера, позавчера, один и с товарищами, и сегодня на заре обдумывал и взвешивал такой именно план. И сейчас себя проверял.
   - Красивая должна получиться операция, - заключил генерал, удовлетворённо опуская указку.
   - Красивая или нет, не имеет значения, - сказал Владимир Ильич. Важно победить... Ваше мнение, товарищи! - обратился он к красным командирам.
   Они долго и тщательно обсуждали все подробности наступления.
   И решение было общим и твёрдым.
   - Трудное положение, - сказал Владимир Ильич. - Но Красная Армия должна победить.
   ТРИ ПОДЛЫЕ ПУЛИ
   Владимир Ильич с Надеждой Константиновной и Марией Ильиничной завтракали в кухне. У них была и столовая, в их небольшой кремлёвской квартирке. Но там они собирались, когда кто-нибудь зайдёт выпить чаю и поговорить о делах. А одни, когда чужих нет, обходились незатейливым столиком в кухне. Просто. Рядом плита. Протяни руку - чайник горячий.
   Была пятница. В Москве был заведён порядок, что по пятницам члены ЦК и народные комиссары выступали на рабочих собраниях. Владимиру Ильичу Московский комитет партии прислал заранее путёвку.
   Вдруг из Петрограда телеграмма. Правительственный телеграф в коридоре Совнаркома работал круглые сутки, так что телеграмму Владимиру Ильичу доставили в ту же минуту.
   Из Петрограда сообщали, что убит председатель Петроградской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией товарищ Урицкий. Через некоторое время из Московского комитета телефонный звонок:
   - Товарищ Владимир Ильич, ЦК не советует сегодня вам выступать.
   - Что ещё за новости? - нахмурился Владимир Ильич.
   - Опасно, товарищ Ленин. Обнаглела контрреволюция.
   - Э, батеньки мои, волков бояться - в лес не ходить.
   И повесил телефонную трубку.
   Надежда Константиновна переглянулась с Марией Ильиничной.
   - Володя, не езди сегодня. Поберегись, пожалуйста!
   - Там поглядим, - уклончиво ответил Владимир Ильич и заторопился в свой рабочий кабинет.
   Урицкий убит. Еще раньше был убит другой видный большевик, Володарский. Контрреволюция выслеживала членов Центрального Комитета и правительства.
   Но разве мог Владимир Ильич не ехать к рабочим? Рабочие ждут.
   В назначенный час пришла машина. Шофёр Степан Казимирович Гиль всегда возил Ленина и сегодня повёз. Сегодня у Владимира Ильича было два выступления в разных районах. А вечером заседание Совнаркома.