В таких условиях предпринимать контрудар двумя свежими, но несколоченными и необстрелянными корпусами было рискованно. Эти корпуса представляли огромную ценность в треугольнике Витебск – Смоленск – Орша, который мы пока удерживали. Отсюда корпуса в зависимости от обстановки могли бы нанести сильные контрудары в направлениях Витебска и Орши, куда двигались танковые и моторизованные группы противника.
   В указанном треугольнике у нас имелись укрепления и достаточно артиллерии, мы бы сумели задержать и измотать врага на линии обороны, а механизированные корпуса в случае прорыва нашей обороны нанесли бы сильные контрудары из ее глубины. Большую пользу принесли бы эти корпуса при отражении немецких «клиньев», состоявших из подвижных групп танков, мотоциклистов и мотопехоты. Кроме того, наша пехота, занимавшая оборону в первом эшелоне, зная, что позади нее стоят механизированные корпуса, более стойко и уверенно выполняла бы свою задачу. Вместе с тем и сами корпуса хорошо подготовились бы к предстоящим действиям, организовав взаимодействие с пехотой. Первый обстрел механизированные корпуса получили бы под прикрытием пехоты и чувствовали бы «уважение» к ней и обязанность ей помочь»[136].
   Но получилось как всегда. Командование фронта все видело и понимало, но вновь и вновь планировало не подготовленные ни в каких отношениях наступательные действия своих войск, заведомо обрекая их на очередную неудачу. Без активной поддержки стрелковых и артиллерийских частей бомбардировочной авиацией, без надежного прикрытия своими истребителями ведение боевых действий в труднопроходимой местности (большое количество болот, рек, лесов, озер), большие разрывы между смежными флангами корпусов и дивизий – все это заранее обрекало планируемый замысел на трудности в его выполнении.
   Получив приказ на наступление, в механизированных корпусах начали подготовку к нанесению удара по врагу. На передовую были отправлены разведгруппы, шло пополнение боезапасом, подвозилось горючее, развертывались санитарные батальоны. Штабами корпусов, после ознакомления с поставленными задачами и оценки обстановки, были выработаны и решения на проведение наступательных действий[137].
   Командование 5-го механизированного корпуса решило построить боевой порядок в два эшелона: в первый выделялись 17-я и 13-я танковые дивизии, во второй – отряд 109-й моторизованной дивизии. Резерв составлял 8-й мотоциклетный полк (командир – майор П.А. Белик), насчитывавший около 30 танков и бронемашин, танковый батальон 16-го тп и мотострелковый батальон 602-го мсп.
   17-я танковая дивизия, сосредоточившись в районе Смоляны, Вязьмичи, Козлово, должна была наступать вдоль железной дороги Орша – Лепель и к исходу дня овладеть северной окраиной Лепеля. За ней наступал корпусной резерв, имея задачу прикрыть дивизию от возможных ударов противника с северного направления.
   13-я танковая дивизия, сосредоточившись в районе Ивановск, Аленовичи, Репохово, должна была нанести удар в направлении Шишаловка, Поповка и к исходу дня овладеть южной окраиной Лепеля.
   109-я моторизованная дивизия из района Мук, Росский, Селец, Туровичи наступала уступом слева за 13-й танковой дивизией, прикрывая ее левый фланг от возможных ударов с южного направления. После овладения Лепелем моторизованная дивизия должна была занять оборону по высотам Воронь, Заболотье, Городец и прикрыть сосредоточение корпуса с западного направления.
   Штаб генерала Виноградова, из-за отсутствия 1-й мотострелковой дивизии, решил построить боевой порядок 7-го механизированного корпуса в один эшелон с выделением в резерв одного танкового батальона от 27-го тп. Было принято следующее решение: силами двух танковых дивизий нанести удар в общем направлении Новоселки, Долгое, местечко Камень, с ходу форсировать реку Черногостница, разгромить противостоящего противника и к исходу дня выйти в район Улла, Камень, Долгое.
   9-й мотоциклетный полк (командир – полковник К.Г. Труфанов) проведением разведки в направлении станции Сиротино, Полоцк должен был установить наличие и состав противника, находящегося в этих районах.
   В связи с задержкой сосредоточения соединений и частей корпуса генерала Алексеенко в заданных районах наступления начало армейской операции было перенесено на 5.00 6 июня. Но и это дело не спасало. Многие части 5-го мехкорпуса находились еще в пути следования, а главные силы сосредоточились в 70 км от исходного района наступления[138].
   Как недостаток можно отметить и то, что командованию корпуса и дивизий не было предоставлено время для приведения частей в порядок, ознакомления и разведки маршрутов и предстоящего района боевых действий, организации взаимодействия и материально-технического снабжения войск. Но на эти обстоятельства никто из Ставки, командования фронта и 20-й армии внимания не обращал, слишком велико было желание быстрее переломить ход событий на свою сторону.
   4 июля, в соответствии с указанием Ставки Главного Командования, Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко отдал войскам боевой приказ[139], в котором определил задачи армиям Западного фронта.
   ДИРЕКТИВА № 16
   ШТАБ ЗАПАДНОГО ФРОНТА ГНЕЗДОВО
   4.7.41 23.15.
   Первое. Противник сосредоточивает на лепельском направлении до двух танковых и одной-двух моторизованных дивизий для дальнейшего наступления в общем направлении Витебск или Порхов.
   Второе. Западному фронту прочно оборонять линию Полоцкого укрепленного района, рубеж р. Зап. Двина, Сенно, Орша и далее р. Днепр и не допустить прорыва противника на север и восток.
   Третье. 22-й армии в прежнем составе без 128-й и 153-й дивизий прочно оборонять Полоцкий укрепленный район и рубеж по р. Зап. Двина до Бешенковичи включительно, не допустив выхода противника на правый берег Зап. Двина. Мост у Бешенковичи сжечь.
   Граница слева: Велиж, (иск.) Витебск, Бешенковичи, Лепель.
   Четвертое. 20-й армии в составе 61-го стрелкового корпуса (110, 136, 172-я стрелковые дивизии), 69-го стрелкового корпуса (73, 229 и 233-я стрелковые дивизии), 18, 53, 137, 128 и 153-й стрелковых дивизий, 7-го и 5-го механизированных корпусов создать на линии Бешенковичи, Сенно, Моньково, Орша, Шклов сильную противотанковую оборону, усилив район Сенно батальоном танков, с пятью танками КВ.
   229-ю стрелковую дивизию выдвинуть на рубеж: (иск.) Сенно, Моньково.
   Подготовить контрудар 7-м и 5-м механизированными корпусами во взаимодействии с авиацией в направлениях Островно и Сенно, для чего 7-й механизированный корпус сосредоточить в районе Лиозно и 5-й механизированный корпус в районе Девино, ст. Стайки, Ореховск. Успех развивать 7-м механизированным корпусом в направлении Камень, Кубличи и 5-м механизированным корпусом – на Лепель.
   1-й мотострелковой дивизии, усиленной танковым полком, развивать удар на Борисов c целью захвата переправы через р. Березина. При успехе механизированных частей развивать удар в северном направлении на Докщицы.
   Командный пункт командующего 20-й армией – Клюковка.
   Граница слева: Починок, Шклов, Червень.
   Пятое. 21-й армии в прежнем составе прочно оборонять рубеж р. Днепр. В ночь на 5.7.41 г. смелыми действиями отрядов в направлении Бобруйск уничтожать отдельные группы танков и мотопехоту противника восточнее Бобруйск, подорвать все мосты и зажечь леса в районе действий танков противника.
   Шестое. Военно-воздушные силы. 23-ю смешанную авиационную дивизию передать в распоряжение командующего 20-й армией для непосредственного взаимодействия с войсками на поле боя. Остальным Военно-воздушным силам фронта:
   1. Не допустить переправы войск противника на правый берег р. Зап. Двина и прорыва противника на Орша;
   2. В ночь на 5.7.41 г. зажечь леса в районе Лепель, Глубокое, Докщицы.
   Командующий войсками
   Западного фронта
   Маршал Советского Союза
   Тимошенко
   Начальник штаба Западного фронта
   генерал-лейтенант Маландин.
 
   Член Военного совета
   Западного фронта
   Л. Мехлис
   Таким образом, прорвавшимся к Западной Двине и Днепру танковым группам противника к этому времени противостояли войска трех свежих армий Западного фронта, имевшие значительное количество соединений и частей для организации устойчивой обороны на водном рубеже. Еще не были введены в действие 5-й и 7-й механизированные корпуса, способные противостоять 3-й танковой группе противника. Подтягивались к фронту 23-й и 25-й мехкорпуса, 57-я танковая дивизия, соединения 19-й и 16-й армий. Большие силы войск были сосредоточены и в распоряжении командования 21-й армии.
   Усиленно пополнялись личным составом и техникой выведенные за Сож в резерв соединения 4-й армии (дивизии 28-го и 47-го стрелковых корпусов). В них и отдельные армейские части непрерывным потоком шло пополнение, оружие, транспорт, тыловое имущество. Если к 5 июля 28-й стрелковый корпус имел 9881 человека личного состава и 12 орудий, то уже к 10 июля численный состав 55-й и 143-й стрелковых дивизий был доведен до 6000 человек, в них было восстановлено по одному артиллерийскому полку[140]. Стрелковым оружием и боеприпасами части были пополнены почти до положенной нормы.
   Но вскоре укомплектованный 47-й стрелковый корпус был изъят из состава 4-й армии и переброшен на другое направление. В составе армии остались только 28-й стрелковый корпус (6-я и 42-я сд), 55-я и 143-я стрелковые дивизии. К 6 июля управление и штаб армии переместились в Новозыбков, где получили указание вместе с доукомплектованием частей организовать оборону рубежа Чаусы, Пропойск (Славгород), Норки, Чериков[141].
   Шло пополнение и в 25-й механизированный корпус, который 8 и 9 июля получил 64 танка Т-34, 20 37-мм зенитных орудий, три 45-мм противотанковые пушки, 6 станковых пулеметов, 450 колесных автомашин[142].
   Но, допуская повторение прежних ошибок, командование Западного фронта не создало на путях вероятного продвижения противника глубокоэшелонированную оборону, а растянуло свои соединения на огромном протяжении фронта. Да и поспешные, неподготовленные контрудары войск фронта лишали его боеспособных соединений.
   Командование группы армий «Центр» тоже не желало отдавать инициативу ведения боевых действий в руки противника. 5 июля 1941 года главные силы 4-й танковой армии гитлеровцев начали сосредотачиваться на берегах Западной Двины и Днепра. Перед командованием группы армий «Центр» встал вопрос – продолжать наступление одними танковыми группами или ждать подхода своих пехотных соединений, высвободившихся под Минском. В пользу немедленного наступления говорил факт слабости обороны войск Западного фронта на этом рубеже, который еще только создавался. Да и все проведенные гитлеровцами виды разведок не установили наличие противостоящих крупных сил, обнаружив только штабы 13-й и одной новой армий Западного фронта[143].
   Командованием группы было принято решение на продолжение наступательных действий, приложив все усилия для быстрейшего подтягивания полевых войск к району предстоящего сражения. Замысел гитлеровского командования состоял в том, чтобы сильными концентрическими ударами танковых группировок рассечь войска Западного фронта, выйти в район Смоленска, окружить и уничтожить советские части и открыть дорогу на Москву.
 
   Карта 7. Положение соединений 3-й танковой группы вермахта 5.07.41 г.
 
   В ночь на 5 июля противник скрытно сосредоточил главные силы мотомеханизированных частей на рубежах: лепельское направление – Западная Двина, Полоцкий укрепленный район, Бешенковичи, Сенно; борисовское направление – Крупки, Чернявка, западный берег Березины; бобруйское направление – западный берег реки Друть. Одновременно к фронту на автомашинах проходила переброска пехотных частей вермахта.
   Воспользовавшись темнотой и невнимательностью выделенных от частей 62-го стрелкового корпуса наблюдателей, в час ночи противник силами до двух пехотных полков на участке Якубинки, Кушлики переправился через Западную Двину и завязал бои по расширению захваченного плацдарма. В течение дня его части медленно продвигались в северо-восточном направлении, встречая упорное сопротивление войск 22-й армии.
   Авиационной разведкой Западного фронта было обнаружено, что большие силы немцев (около одной танковой и одной моторизованной дивизий) выдвигались с юга в направлении Дисны, а на лепельском направлении передовые части мотомеханизированных войск выдвигались к северо-востоку от Сенно[144].
   Генерал Ершаков, оценив складывающуюся на фронте обстановку, отдал войскам следующее распоряжение[145]:
   БОЕВОЙ ПРИКАЗ № 02
   ШТАРМ 22 10 КМ СЕВ.-ЗАП. НЕВЕЛЬ
   5.7.41.
   1. Противник производит активную разведку и одновременно сосредоточивает в лепельском районе свои мотомехчасти.
   2. 22-й армии прочно оборонять Себежский и Полоцкий УР и рубеж по р. Зап. Двина, не допустив прорыва противника на правый берег реки. Границы армии: справа – прежняя, слева – Велиж, (иск.) Витебск, Бешенковичи, Лепель.
   3. 51-му стрелковому корпусу (состав: 170, 112 и 98-я стрелковые дивизии, 545-й корпусной артиллерийский полк) оборонять полосу с Себежским УР по линии Мигели, Теплюки, р. Сарьянка, р. Зап. Двина до (иск.) Кушлики, не допустив обхода противником Себежского УР с севера и прорыва противника в направлении Клястицы. Граница слева – Глэмбоке, (иск.) Кушлики, (иск.) Невель.
   4. 62-му стрелковому корпусу (состав: 174-я и 186-я стрелковые дивизии) оборонять полосу Кушлики, Полоцкий УР (до Гомель), Улла, Бешенковичи, не допустив прорыва противника в направлении Клястицы и в направлении Гомель, Полоцк и направлении Улла, Городок.
   5. Подготовить:
   а) Командиру 51-го стрелкового корпуса – оборонительную полосу силами местного населения, смыкающую Себежский и Полоцкий УР по линии оз. Ормея (сев.-вост. оз. Освейское), Доброплесы, Клястицы, р. Нища до Игнатово. Работы первой очереди закончить к исходу 7.7.
   б) Командиру 62-го стрелкового корпуса – отсечные позиции: первую по сев. берегу Зап. Двина на участке Бешенковичи, Гнездиловичи; вторую – Мишковичи (сев.-зап. Бешенковичи), Желудова, оз. Добиевское, Шумилино, Жеребычи.
   6. Части Полоцкого УР и гарнизона подчинить командиру 174-й стрелковой дивизии; Лепельское училище и отдельные части, вышедшие с ним, подчинить командиру 186-й стрелковой дивизии.
   7. В дивизиях создать подвижные (на машинах) резервы силою не менее батальона с ПТ средствами и много общих резервов командиров соединений и частей.
   8. Штабы стрелковых корпусов иметь: 51-го стрелкового корпуса – Клястицы; 62-го стрелкового корпуса – Городок, запасный – Труды.
   Командующий 22-й армией
   генерал-лейтенант Ершаков
   Начальник штаба
   генерал-майор Захаров.
 
   Член Военного совета
   корпусной комиссар Леонов
   Но выполнить этот приказ было нелегко. Соединения армии оказались растянутыми на большом протяжении фронта. Так, 298-й стрелковый полк (186-я сд) держал оборону на 27-км участке Убойна – Надежино, на рубеже Надежино – Бешенковичи находились только три стрелковых батальона. 5 июля на этот рубеж от Себежа подошли два полка 186-й стрелковой дивизии[146]и заняли оборону, но полоса 298-го полка так и не была уменьшена, чем и воспользовался противник.
   Около 19 часов части XXXIX моторизованного корпуса заняли западную часть Уллы и начали подготовку к форсированию реки, а прорвавшиеся через реку танки устремились в район Сиротино, угрожая тылам 22-й и правому флангу 20-й армий Западного фронта.
   Командир 186-й стрелковой дивизии генерал Бирюков, не имея никакого резерва, оказать своевременно помощь своему полку не сумел. Не смог вовремя разобраться в происходящем и принять действенные меры и командир 62-го стрелкового корпуса, командный пункт которого находился в 50 км от передовой[147].
   Узнав о случившемся факте, командарм-22 приказал генерал-майору Карманову немедленно ликвидировать опасный прорыв врага. Одновременно маршал Тимошенко приказал командующему 22-й армией силами 98-й стрелковой дивизии из района Борковичи и 174-й стрелковой дивизии с танковым полком со стороны Полоцка нанести решительный удар и ликвидировать захваченный плацдарм юго-восточнее Дисны[148].
   С целью замедления продвижения к месту боя резервов противника по приказу командующего Западным фронтом в ночь на 5 июля авиацией были подожжены леса в районе Лепеля, Глубокого, Докщиц, где сосредоточились мотомеханизированные части противника.
   Противником была предпринята попытка форсировать Западную Двину и на участке Поречье, Бешенковичи, но она была отбита совместными действиями оборонявшихся в этом районе подразделений 186-й стрелковой дивизии и отрядом генерала Терпиловского.
   Вступила в бой с передовыми отрядами 7-й танковой дивизии вермахта и усиленная корпусными частями 153-я стрелковая дивизия (командир – полковник Н.А. Гаген)[149], передний край полосы предполья которой проходил вдоль железной дороги на участке Жестянка, Комарово.
   Ее полки, прикрывшие витебское направление на 46-км рубеже, к началу боевых действий расположились на следующих участках обороны: 666-й сп с 565-м лап и двумя ротами 208-го осаб – Гнездиловичи, Липно, Черенки, оз. Сарро, (иск.) Парнево; 435-й сп с 293-м пап, дивизионом 581-го гап и батареей 150-го од ПТО – Парнево, (иск.) Леонтово, Зеркинье; 505-й сп с 581-м гап (без одного дивизиона) и двумя ротами 288-го осаб – Леонтово, Александрово, ст. Замосточье[150].
   Во втором эшелоне находились 20-й стрелковый полк, 150-й отдельный дивизион ПТО и разведбатальон, получившие указание подготовить контратаки в направлении Гнездиловичи, Леонотово, Александрово.
   Около 17 часов небольшая группа танков противника атаковала позиции 1-й роты 666-го стрелкового полка, но артиллерийским огнем была отбита. Саперы вовремя взорвали мост через реку, который ушел под воду с вражеской танкеткой и мотоциклистом. Позиции 505-го стрелкового полка в этот день подверглись бомбардировке с воздуха. Организованным зенитным огнем было сбито три самолета противника.
   Разведкой дивизии было обнаружено движение большой колонны танков и мотопехоты в направлении Уллы, но этому донесению в штабе армии и фронта не придали особого значения, а зря.
   Ожесточенные бои шли и в районе Дисны, где 19-я танковая дивизия генерала Кнобельсдорфа пыталась расширить захваченный плацдарм на правом берегу Западной Двины. Она с двух сторон была атакована частями 98-й и 174-й стрелковых дивизий, которые, в свою очередь, подвергались ударам гитлеровцев.
   Образцы мужества показывали воины-уральцы. Атаки гитлеровцев следовали одна за другой, но каждый раз противник откатывался назад, оставляя на поле боя трупы своих солдат и офицеров. Редели и ряды защитников, а враг продолжал наседать. На одном из участков обороны противник начал теснить подразделения дивизии комбрига Зыгина. Создалась критическая обстановка, отдельные бойцы дрогнули и побежали. Видя это, командир полка в сопровождении знаменного взвода кинулся к месту прорыва. С возгласом «За Родину, вперед, ура-а!» они бросились в атаку, увлекая за собой красноармейцев. Положение на участке обороны было восстановлено.
   Упорная кровопролитная борьба в районе Дисны продолжалась и в последующие дни. Советские воины день и ночь вели бои, стремясь ликвидировать образованный немцами плацдарм, однако все их попытки не увенчались успехом из-за подавляющего превосходства врага в танках и особенно в авиации, которые наносили большие потери частям 22-й армии.
   Но и враг не мог продвинуться вперед. Генерал Гот отмечал: «О дальнейшем продвижении и соединении с XXXIX моторизованным корпусом нечего было и думать даже тогда, когда освободившиеся под Минском части 14-й моторизованной дивизии прибыли 5 июля на плацдарм для усиления»[151].
   Тяжелые бои продолжались и на борисовском направлении. Утром командующий 13-й армией получил распоряжение генерала Курочкина немедленно отдельными соединениями перейти в наступление в направлениях Борисов, Минск и Березино, Минск и к исходу дня захватить Борисов и Березино[152].
   Это распоряжение было связано с предстоящим ударом механизированных корпусов в направлении Лепеля, чтобы сковать противостоящего противника и не дать ему возможности осуществить переброску подкреплений в район предстоящего сражения.
   Но были ли в состоянии соединения армии генерала Филатова выполнить этот приказ, никто в штабах 20-й армии и Западного фронта так и не поинтересовался. К этому времени противник силами 18-й танковой, 10-й моторизованной и одной пехотной дивизий атаковал части армии и вышел на рубеж реки Бобр, Крупки, Гать, Чернявка, западный берег Березины, Бродец. Войска армии вели тяжелые оборонительные бои, стремясь задержать дальнейшее продвижение противника к Днепру, а им ставят задачу на наступательные действия.
   1-я мотострелковая дивизия, отойдя к Крупкам, продолжала сдерживать натиск 18-й танковой дивизии вермахта, стремившейся прорваться в направлении Орши. Около 6 часов утра противник в районе железнодорожного моста форсировал реку Бобр и, выйдя на оршанскую дорогу в районе Славени, к исходу дня занял Толочин. Части дивизии Крейзера в ночь отошли от Крупок и по проселочным дорогам двинулись к Друти, получив приказ выбить противника из Толочина и оседлать оршанскую дорогу, затруднив дальнейшее продвижение вражеских колонн к Днепру.
   Осложнилась обстановка и на могилевском направлении, где противник занял Березино и, переправившись через реку, начал сосредотачивать на плацдарме дополнительные силы. С целью удара по вражеской группировке в этом районе командир 2-го стрелкового корпуса приказал генералу Руссиянову выдвинуться к Березино и совместным ударом со 155-й стрелковой дивизией выбить противника из местечка и отбросить его за реку.
   Одновременно командиру 161-й стрелковой дивизии было приказано одним полком, усиленным противотанковой артиллерией, со стороны Чернявки нанести удар в тыл противнику в направлении Борисова с задачей перехватить шоссе и уничтожить мост через реку Березина[153].
   Сформированный в 100-й стрелковой дивизии моторизованный отряд (разведбатальон, отдельный противотанковый и зенитно-артиллерийский дивизионы, взвод батальона связи) под командованием капитана М.Д. Ященко к 17 часам подошел к деревне Журовка, в которой уже находились пехотные подразделения противника. Неожиданным ударом с двух направлений отряд выбил гитлеровцев из деревни и двинулся к деревне Селище, расположенной в 6 км от Березино. К этому времени гитлеровцы подготовились к обороне и встретили подходившую колонну советских воинов сильным огнем. Отряд капитана Ященко вступил в бой за Селище, ожидая подхода основных сил дивизии.
   Только к ночи части дивизии генерала Руссиянова начали выходить на рубеж Вешевка, Селище. Для сбора разведданных в район Березино были посланы разведчики. Удалось установить связь со сводным полком 155-й стрелковой дивизии, который слабыми силами (около 200 человек с одной артбатареей) еле сдерживал противника в районе Вешевки.
   Ценные сведения принесли разведчики, посланные в район Березино. Командир группы младший сержант М.Г. Смирнов доложил, что враг занимает на восточном берегу плацдарм 13Ч15 км, на котором находится около 120 – 150 танков, около дивизии пехоты и поддерживающая артиллерия.