Тереза Саутвик
Очарование розового

ПРОЛОГ

   Мужчины на продажу: благотворительный аукцион в Чэрити-Сити.
   Эбби Уолш был нужен мужчина, и она пришла сюда, чтобы купить такого, какой отвечал бы ее требованиям.
   Во многих городах выставляют холостяков на аукцион, чтобы собрать деньги на нужды благотворительности, но Чэрити-Сити подошел к этому делу творчески: весной состоялся аукцион «Красавицы на продажу», сегодня вечером подошла очередь мужчин, причем статус холостяка отнюдь не являлся обязательным условием для участников. Эбби это вполне устраивало. Мужчины, согласившиеся на мероприятие, жертвовали своим временем и профессиональными умениями, чтобы получить от города гранты на развитие собственного бизнеса, за которые они расплачивались, выполняя общественную или благотворительную работу.
   Зайдя на городской сайт, можно было заранее узнать подробности о «товаре», выставляемом на аукцион, и теперь Эбби с нетерпением ждала, когда появится мужчина, который пожертвовал уик-энд на выживание. Ее дочь недавно стала членом группы, популяризирующей занятия туризмом для девочек. Получить скаутский значок явно стало вопросом жизни и смерти для шестилетней Кимми. Знания Эбби о способах выживания в условиях дикой природы были таковы, что, если бы ей пришлось возглавить поход, выживание действительно стало бы вопросом жизни и смерти. Зачем рисковать, если она может помочь городу деньгами и взамен получить идеального мужчину? На выходные. Она не питала иллюзий об идеальном мужчине для себя.
   Уж лучше быть одной. Одного раза для нее более чем достаточно.
   Обычно Эбби появлялась на ежегодных аукционах с двумя лучшими подругами. Сейчас справа от нее была Молли Престон, но Джейми Гибсон не смогла прийти. Вместо нее присутствовали ее родители, Луиза и Рой Гибсон.
   Центр для проведения общественных мероприятий был заполнен рядами складных стульев. Мэр Бакстер Уэнтворт выступал в роли аукциониста. Высокий, представительный убеленный сединами мужчина был потомком отцов-основателей города и организатором первого аукциона. Мэр Уэнтворт очень серьезно относился к благотворительности.
   – Друзья, мне не нужно напоминать вам, что это наш семьдесят пятый аукцион «Мужчины на продажу».
   – Еще бы! Мы слышим об этом уже несколько недель, – откликнулся кто-то.
   Мэр присоединился к общему смеху.
   – Намек понят. Но все вы знаете, что деньги на достойные цели должны поступать откуда-то. Мы уже почти закончили, но у нас остались три добровольца. Первый – Дес О'Доннелл из «О'Доннелл констракшн», и он сделает вам любой ремонт, какой вы пожелаете.
   Эбби почувствовала тычок в бок и вопросительно посмотрела на Молли.
   – Что?
   – Предложи цену вместо меня.
   – Почему ты сама не хочешь?
   – Не спрашивай. Для чего им знать, что я купила Деса? – Видя, что Эбби колеблется, Молли добавила: – Никому не покажется странным, что одинокая женщина покупает специалиста по ремонту.
   – Ты тоже одинокая.
   В светло-карих глазах появилось выражение, явно рассчитанное на то, чтобы разжалобить Эбби.
   – Да. Но ты разведена, и это предполагает, что ты привыкла к мужчине в доме.
   Мой мужчина мало бывал дома, подумала Эбби.
   – Хорошо.
   Когда мэр объявил стартовую цену, начались торги, и Эбби подняла табличку с номером. Оказалось, что не только она проявила интерес к квалифицированному строителю, и цена взлетела. В ответ на ее вопросительный взгляд Молли слегка кивнула.
   Мэр огляделся.
   – Кто даст больше? Желающих нет? Продан маленькой леди в третьем ряду.
   Он сверился со списком.
   – Следующий лот – гость нашего города. Сэм Бримстоун – отставной полицейский детектив из Лос-Анджелеса. Элли Кэмпбелл, которая работает в баре «Одинокая звезда», называет его своим рыцарем в сверкающих доспехах, однако наш судья не разделил ее мнения. Срок общественной службы мистера Бримстоуна – тридцать дней.
   Когда мэр назвал стартовую цену, Эбби была удивлена энтузиазмом родителей Джейми Гибсон. Зачем немолодой паре мужчина, которого арестовали за то, что, выполняя свою работу, он дал волю гневу? Однако Рой и Луиза не отступили, и в конце концов ставки оказались не по зубам решительной женщине, которая упорно поднимала цену, надеясь заполучить бравого полицейского.
   – Продан Рою и Луизе Гибсон, – объявил мэр.
   Эбби и Молли обменялись удивленными взглядами, безмолвно спрашивая друг друга, для чего Гибсонам понадобился детектив.
   Мэр прочистил горло.
   – Наш последний лот – уик-энд на выживание, который жертвует нам Райли Диксон из агентства «Диксон секьюрити». Он наш земляк, бывший рейнджер, то есть военнослужащий диверсионно-разведывательного подразделения для тех, кто не знает, что это такое. Если кого-нибудь интересуют выходные, полные приключений на свежем воздухе, он именно тот человек, который вам нужен.
   Райли Диксон. Звучит как мистер Мачо. К сожалению, Эбби пришла купить именно его, хотя мысль о том, что ей придется положиться на мужчину, вызывала у нее внутренний протест. Но все это ради Кимми, успокоила она себя.
   Когда присутствующие начали делать ставки и она подняла свой номер, в зале зашептались. Эбби поежилась. Почему она не попросила Молли сделать за нее ставку? Однако было уже поздно. Конкуренция оказалась жесткой, но Эбби не сдавалась. Наконец мэр стукнул молотком и объявил:
   – Продан маленькой леди в третьем ряду. После ремонта сможете и насладиться приключениями, и отдохнуть на природе, если выживете. – Он подмигнул Эбби. – Спасибо, что пришли, друзья. Чэрити-Сити может гордиться вами.
   Эбби встала в очередь, чтобы заплатить за «покупки» и узнать, как забрать их. Шесть лет назад ей понадобился мужчина, чтобы дать ребенку имя. Семейная жизнь оказалась неудачной попыткой, закончившейся катастрофой. В этот раз то, что нужно ее ребенку, не будет стоить Эбби больше того, что она заплатила за мужчину на уикэнд.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Эбби Уолш сделала глубокий вдох, чтобы восстановить присутствие духа, и нажала кнопку лифта. Офис Райли Диксона находился в центре города и занимал целый этаж в одном из самых престижных зданий в Чэрити-Сити, что в штате Техас.
   Деньги, которые она истратила на аукционе, пойдут на стипендии, специальные приюты для женщин, подвергшихся насилию, и другие благородные цели. Все это очень хорошо, но сейчас ей нужно забрать свое приобретение.
   Двери лифта бесшумно отворились, и она вошла, сделав еще один глубокий вдох. Кабина пошла наверх, но желудок Эбби остался на первом этаже. Как она ненавидит лифты! Также сильно, как мачо – мужчин с сильной и агрессивной мужественностью.
   Лифт остановился, и Эбби оказалась в приемной «Диксон секьюрити». В центре стоял внушительный полукруглый стол, у стены – диван и стулья. Ковер бежевого цвета был так мягок, что Эбби казалось, будто она ступает по облаку.
   За столом сидела хорошенькая рыжеволосая девушка – Нора Диксон, судя по нагрудному значку. Гм-м-м, подумала Эбби. Как видно, у него хороший вкус.
   – Мне нужно встретиться с мистером Диксоном.
   Девушка довольно холодно взглянула на нее и ответила вопросом на вопрос:
   – А вы?..
   – Эбби Уолш. Мне назначена встреча. Секретарь сверилась с компьютером.
   – К сожалению, вашего имени здесь нет. И сейчас он занят. Может быть, вы подождете?
   Эбби посмотрела на часы. В шесть ей нужно забрать Кимми из детского дневного центра. В ее распоряжении час.
   – Я не отниму у мистера Диксона много времени.
   – Он сможет уделить вам десять минут, – сообщила рыжеволосая, поговорив с шефом по телефону.
   Эбби села, расправив на коленях юбку, прикрывавшую ноги до половины икры. Удобные туфли на низких каблуках увеличивали ее рост – метр пятьдесят пять – не более чем на четыре сантиметра.
   Минут десять она рассеянно смотрела в окно, затем перевела взгляд на приставной столик, где лежали журналы «Военное обозрение» и «Самооборона», и пожалела об отсутствии дешевых популярных изданий, которые могли бы развлечь ее захватывающей историей о похищении какой-нибудь женщины инопланетянами. Эбби снова бросила взгляд на часы и, нетерпеливо вздохнув, встала и начала расхаживать по комнате.
   Когда она решила, что больше не может ждать ни минуты, дверь распахнулась.
   – Мисс Уолш?
   Эбби отвернулась от окна и подняла голову, вернее, задрала ее. Таких синих глаз ей никогда не приходилось видеть. Желудок, который воссоединился с остальными органами, когда она вышла из лифта, снова устремился на первый этаж. Ей показалось, что Диксон слегка удивился, но затем его лицо снова приобрело непроницаемое выражение. .
   – Охранный бизнес, должно быть, процветает, – сухо сказала Эбби, намекая на долгое ожидание.
   – Я заставил вас ждать. – Тон был холодный: наверное, он заразился им от своей секретарши, мелькнула у нее мысль.
   – Да.
   – Извините, – невозмутимо произнес Диксон, сложив руки на широкой груди.
   Он высокий – не менее метра восьмидесяти, прикинула Эбби. Темные, почти черные волосы, подстриженные коротко, по-военному, подчеркивают удивительную синеву глаз. Футболка, из-под которой выпирают развитые бицепсы, заправлена в выцветшие джинсы. Ансамбль завершают поношенные ковбойские ботинки. Судя по мужественной внешности, она сделала удачное приобретение, подумала Эбби.
   Прямой нос с небольшой горбинкой и тяжелый квадратный подбородок, пересеченный тонким шрамом, придают ему вид мужчины, видавшего виды, мелькнула у нее мысль. Ходячая, говорящая и теплая на ощупь реклама грубой мужской красоты. Для тех, кому в отличие от нее она нравится.
   Диксон посмотрел на настенные часы.
   – Мы можем поговорить в офисе.
   Эбби кивнула и прошла вперед. Кабинет оказался полной противоположностью элегантной приемной, о наличии которой напоминал лишь ворсистый ковер. Старый стол пришелся бы к месту в магазине, торгующем подержанными вещами, однако на нем стоял превосходный компьютер. Вместо дорогих картин на стенах висели обрамленные фотографии, в которых Эбби не нашла ничего особенного.
   – Присаживайтесь. – Диксон указал на простой стул перед столом. – В моем распоряжении восемь минут.
   Когда он сел за стол, Эбби встретилась с ним взглядом.
   – Ваша жена сказала, что вы можете уделить мне десять минут.
   – Жена?
   – Секретарь.
   – Это моя сестра.
   Эбби посмотрела на его руки. Кольца на четвертом пальце левой руки нет, но это ничего не значит. Некоторые женатые мужчины не носят колец. И... и для нее не имеет ни малейшего значения, женат он или нет.
   – Ваша сестра, – повторила она. – Значит, это семейный бизнес?
   – Нет. Мой. Нора работает у меня. Она хорошо справляется.
   – Хотите сказать, что уволили бы ее, если бы она не справлялась?
   Диксон пожал широкими плечами.
   – Ну, да.
   – У вас есть жена? – Черт подери. Как это у нее вырвалось? Она вовсе не хотела спрашивать. Ее это не интересует.
   – Я не женат. – Глядя на Эбби пронизывающим взглядом, он нахмурился. – Теперь у вас осталось шесть минут. И, если мое семейное положение как-то связано с причиной вашего визита, вы заставляете меня тратить время. Я могу использовать эти шесть минут с большей пользой.
   – Послушайте, я просто общительная; отсюда мое любопытство. Я вовсе не намеревалась обидеть вас.
   – Следовательно, речь идет о безопасности?
   Ого! Он явно показывает, что его интересует лишь работа, приносящая ему деньги. А какой тон!
   – Очевидно, в вашем бизнесе можно преуспеть даже без проявления элементарной вежливости и обходительности.
   – Если вы пришли по поводу личной безопасности или защиты дома, я могу быть таким же вежливым и обходительным, как любой другой. Если нет...
   – Я пришла, потому что заплатила за уик-энд на выживание, который вы пожертвовали на аукционе. Об этом я сказала женщине, когда разговаривала с ней по телефону.
   Диксон нахмурился еще сильнее.
   – Мне ничего не сообщили.
   – И теперь вашей сестре грозит увольнение?
   – Нет. Она болела. Ее подменяли.
   Он едва заметно повел плечами и поджал губы. Несмотря на то что Эбби знала его всего две с половиной минуты, она была готова прозакладывать свою репутацию как самого любимого библиотекаря в средней школе Чэрити-Сити, что Диксон неприятно удивлен.
   – Так это вы купили уик-энд? – скептически осведомился он.
   Эбби кивнула.
   – Я пришла, чтобы обговорить доставку покупки.
   Диксон неторопливо оглядел шелковую юбку и джемпер с цветочным рисунком.
   – Почему?
   – Потому что я заплатила за нее. Он покачал головой.
   – Я не о том. Скажите сначала, для чего вы купили этот уик-энд.
   – Поправьте меня, если я ошибаюсь, но, по-моему, сделка не предусматривает объяснение моих мотивов.
   – Вы не похожи на любительницу походов. То, что он оказался прав, привело Эбби в крайнее раздражение.
   – Если судить по внешности, мистер Диксон, вы тоже не похожи.
   – На кого?
   – На человека, который жертвует на благотворительность.
   – Это был долг.
   – Неужели?
   – Я получил беспроцентный капитал для организации собственного бизнеса.
   – Когда кто-то получает выгоду от аукциона, предполагается, что он должен платить тем же.
   – Я всегда возвращаю долги.
   – Приятно слышать. Поэтому я здесь. Моя дочь Кимми – член «Васильков» и...
   – Чего?
   – «Васильков». Это организация, которая спонсирует досуг на открытом воздухе для девочек ее возрастной группы.
   – Сколько лет?
   – Что вы имеете в виду?
   Какое это имеет отношение к ночлегу в палатке и разведению костра с помощью двух сухих палочек? Она просто потеряет время, если он не престанет выражаться так лаконично. И у нее нет иллюзий. Когда отведенное ей время истечет, он выкинет ее вон. Эбби бросила взгляд на впечатляющие бицепсы. Нет сомнения, что он может с легкостью поднять ее и вынести на улицу.
   – Сколько лет вашей дочери?
   – Шесть. Когда я увидела, что на аукцион выставлен уик-энд на выживание, то немедленно поняла, что это то, что мне нужно. К тому же я решила, что могу одним выстрелом убить двух зайцев.
   – Неужели?
   – Да. – Возможно, он наконец прислушается к ее словам, и они смогут быстро покончить с этим делом. – Во-первых, я внесу свой вклад в городскую благотворительность, оплатив ваши услуги для моей Дочери. Во-вторых, она отправится в поход и получит значки...
   – Сами вы не можете повести ее в поход?
   – Могу. Но в таком случае ее выживание окажется под вопросом. Боюсь, что вы правы: я предпочитаю, чтобы моя активность на свежем воздухе ограничивалась лежанием в шезлонге, купанием в бассейне и потягиванием коктейля через соломинку.
   – Ну, а ваш муж?
   А теперь кто влезает в личную жизнь? Хотя надо признать, что у Райли есть причина. Он задал «вполне разумный вопрос.
   – У меня нет мужа.
   Уже нет. И ничто не может вызвать у нее большую радость. Она довольна, что ей не нужно зависеть от «чокнутого» Фреда Уолша. Она была незамужней беременной, юной, и ее ребенок нуждался в отце. Жаль, нельзя обвинить родителей в том, что они оказали на нее давление. Отец и мать готовы были поддержать любое ее решение. Как оказалось, решение, которое она приняла, не заслуживало никакой поддержки.
   – Так вы собираетесь сплавить мне ребенка на уик-энд?
   – Сплавить? Нет, конечно. Разве я похожа на мать, которая доверит дочь совершенно незнакомому мужчине? Мы обе отправимся с вами...
   Диксон резко поднялся из-за стола.
   – Об этом не может быть речи. Эбби недоуменно моргнула.
   – Почему?
   – Это уик-энд на выживание.
   – Мне это известно. – Эбби встала. Диксон угрожающе возвышается над ней, а она не потерпит, чтобы над ней возвышались.
   – Я не буду нянчиться с ребенком.
   – Ее зовут Кимми. И ей нужно получить два значка. Если возникнет необходимость, я сама буду нянчиться с ней.
   Диксон отрицательно покачал головой.
   – Я не подхожу для этого. У меня нет желания совершать самоубийство.
   – Вполне возможно. Но я уже заплатила за вас.
   – Я возвращу деньги.
   – Мне не нужны ваши деньги. Мне нужен уикэнд.
   – Нет.
   – Я хочу, чтобы ты предъявила иск ему, благотворительной организации, мэру, его родственникам, знакомым и всем, кому только можно, – заявила Эбби, раздраженно расхаживая по своей небольшой гостиной.
   Шесть месяцев назад она купила квартиру, площадь которой составляла сорок пять квадратных метров, и обожала каждый метр своего нового жилья. К несчастью, когда Эбби была разгневана, всех техасских просторов не хватило бы ей, чтобы «выходить» свое негодование. К счастью, дочь играла в куклы наверху, в детской, и не видела свою разъяренную мать.
   – Ты не думаешь, что впадаешь в крайность, намереваясь преследовать по суду весь город? – спросила Джейми Гибсон.
   Эбби позвонила ей сразу после ухода из офиса Диксона. Джейми была адвокатом и два года назад представляла интересы Эбби в деле о разводе. Они подружились, несмотря на зависть, которую Эбби испытывала, глядя на кудри Джейми: они были полной противоположностью ее прямым как палки каштановым волосам. Джейми, казалось, не замечала своей красоты. Всю энергию она направляла на карьеру, строя ее с помощью честности, недюжинного ума и неослабевающей поддержки, которую она оказывала клиентам. Но сейчас Эбби чувствовала, что поддержка ее адвоката явно ослабла. Как, черт подери, может Джейми спокойно сидеть на мягком диване, когда нужно немедленно возбуждать иск?
   – Этот мужчина надул меня! – вскричала Эбби, подбоченившись. Подруга посмотрела на нее с легкой улыбкой.
   – Мы еще не установили все факты. По-моему, ты сказала, что он проводил тебя к выходу, после того как сказал «нет». Если он надул тебя, то сделал это как джентльмен.
   Я заплатила за уик-энд, который он пожертвовал на аукционе, а он отказывается от сделки! Возможно, ты предпочла бы иметь дело с дарителем-индейцем?
   – «Коренной американец» звучит более политкорректно, – заметила Джейми.
   – Более политкорректно было бы, если бы он дал мне то, что за что я заплатила, – уик-энд на природе, который нужен Кимми, чтобы заработать значки. Я должна была предвидеть это. В конце концов, он мужчина и, следовательно, лодырь.
   – Мы говорим о Райли Диксоне или твоем бывшем муже?
   – Два сапога пара, – сказала Эбби.
   – Он на самом деле такой привлекательный, как говорят?
   – Кто? Фред?
   – Фреда я видела, – напомнила Джейми. – Я имела в виду Диксона.
   – Ну, на публике ему не пришлось бы надевать мешок на голову, чтобы скрыть свое лицо, – неохотно сказала Эбби.
   Перед ее глазами всплыл темноволосый, синеглазый мужчина с безупречной атлетической фигурой, и она вновь почувствовала, как у нее замирает сердце. Но он – живое напоминание о том, что внешность обманчива.
   – Итак, он действительно красив? – не отставала Джейми, явно надеясь услышать подробное описание.
   – Он побывал в переделках, – осторожно сказала Эбби. – Жизнь, похоже, его потрепала, но все при нем.
   – Тебе он понравился, – провозгласила Джейми.
   – Не понравился он мне! Но я не слепая и не хочу лгать, несмотря на то что он мне не понравился. Когда он сказал, что не поведет нас в поход, у меня возникло чувство, которое я испытывала к Фреду.
   – Ты хочешь сказать, что Диксон – такой же бездельник и придурок, как Фред, бросивший тебя в беде ради того, чтобы попытаться попасть в реалити-шоу?
   – Дело не в попытке, а в том, что мне пришлось узнать, что такое «фактор страха», – когда Уолш сбежал, став знаменитостью и разбогатев, – сказала Эбби, вспомнив безысходное чувство опустошенности. – Я не знаю, поступил ли бы Диксон так, как он, и у меня нет желания проверять, потому что человек, не сдержавший своего слова, ничего не стоит.
   – Я слышала, что Райли Диксон много работает. За пять лет бывшему рейнджеру удалось создать процветающий бизнес. Солдаты, которые выполняют свои обязанности спустя рукава, не становятся рейнджерами.
   – Ну, ладно, – вздохнула Эбби. – Признаюсь, что я до сих пор испытываю враждебность к мужчине, который пренебрег своей дочерью.
   – Я понимаю, почему у тебя такая обостренная реакция. Так как у Кимми нет отца, тебе приходится выполнять функции обоих родителей.
   – Я примирилась с этим. – Эбби проигнорировала недоверчивый взгляд подруги. – И это означает, что я знаю, где заканчиваются мои возможности. Я купила Райли Диксона, чтобы в течение уик-энда он играл роль отца. Разве я могла знать, что он не сдержит своего обещания? Но что в этом удивительного? Как все мужчины, Райли Диксон избегает обязательств.
   – Не все мужчины такие.
   – Неужели? Назови мне хотя бы одного.
   – Я хочу сказать, что не все они такие, как Фред Уолш. Просто тебе попадаются безответственные.
   – Почему бы это, интересно? Каждый день я имею дело с детьми, которые не возвращают книги, не выполняют задания и вообще не делают того, что они должны делать. Моя работа – превратить их в знающих, исполнительных, ответственных и честных людей. Правда, я делаю это немногим больше трех лет, но некоторые бывшие ученики говорят, что я внесла изменение в их жизнь. Неужели же это моя плохая карма – быть окруженной нечестными, безответственными мужчинами? Почему я притягиваю их как магнит? Теперь скажи мне, какие меры должны принять законопослушные граждане, если кто-то не выполняет перед ними обязательств?
   – Кажется, ты сказала, что он предложил возвратить тебе деньги?
   – Да.
   – Тогда возьми деньги и найми кого-нибудь из конной полиции. Я слышала, что они выглядят впечатляюще в узких брюках и красных куртках. Шляпы, правда, немного нелепые.
   Эбби насмешливо скривила губы.
   – Техас далековато от канадской границы, так что это не выход.
   – Жаль, – вздохнула Джейми. – А как насчет техасских рейнджеров? Шляпы у них симпатичнее, и эти парни у нас под боком.
   – Они занимаются охраной правопорядка, а не проведением экскурсий на природу.
   – Но они тоже горячие парни.
   Эбби пристально посмотрела на подругу.
   – Не пойти ли тебе домой, чтобы принять холодный душ?
   – Я не хочу идти домой, – возразила Джейми. На ее лице появилось странное выражение.
   Эбби тотчас насторожилась и перестала расхаживать по комнате.
   – Что-то не так, Джейми?
   – Да нет, все в порядке. – Она пожала плечами.
   – Ты не хочешь рассказать? – спросила Эбби. – Это не связано с парнем, которого твои родители купили на аукционе?
   Джейми слегка улыбнулась.
   – Немного. Но я справляюсь. Все это пустяки.
   Эбби знала, что, если подруга не хочет говорить о чем-либо, из нее слова клещами не вытянешь. Поэтому она решила возвратиться к предыдущей теме:
   – Ну, хорошо. Давай обсудим основания для предъявления иска Райли Диксону.
   Эбби обрадовалась, что ее слова вызвали у Джейми смех.
   – Почему ты отказываешься взять у него деньги? Ты могла бы пожить с Кимми в палатке и повести ее на прогулку в парк.
   – Естественно! – воскликнула Эбби. – Но для «Васильков» все должно быть по-настоящему. Хотя бы одну ночь. Чтобы была грязь и никаких туалетов, в которых нужно спускать воду.
   Джейми рассмеялась.
   – Это уж слишком.
   – Только не говори Кимми. Ее заветная мечта – получить значки. Ты же ее знаешь. Если она заберет себе что-нибудь в голову, она это сделает. И сделает безупречно. Я постоянно говорю ей, что упорство в достижении цели – похвальное качество у взрослого человека.
   – Нужно найти другой выход.
   – Мне не нужен другой выход. Я все обдумала и заплатила деньги. Ну, что мне теперь делать?
   – Поговори с ним еще раз.
   – Ты хочешь сказать, что не станешь возбуждать иск?
   – Нет. Люди слишком часто обращаются в суд, в то время как простой разговор может сэкономить время и деньги и избавить их от огорчений. Диксон – отставной военный. Он, несомненно, разумный человек.
   Эбби вздохнула.
   – Любой дотошный адвокат ухватился бы за это дело. Ты, подруга, будешь голодать.
   – Я могу позволить себе сбросить несколько килограммов.
   – Ты и так слишком худая. Уверена, что не хочешь рассказать мне о своих проблемах?
   – Уверена, как и в том, что на самом деле ты не хочешь подавать иск на Диксона. Просто тебе было нужно спустить пар.
   – Верно.
   – И я думаю, что ты облегчила себе душу, наградив его нелестными эпитетами.
   Эбби снова вздохнула.
   – Ты права. Но не повторяй их Кимми. Я учу ее называть людей только по именам.
   – От меня она их не узнает. Но хотелось бы мне присутствовать при твоем следующем разговоре с Райли Диксоном!
   От мысли, что ей придется снова встретиться с ним, по Эбби пробежала дрожь. Не следует ли ей выбросить белый флаг и отступить?
   Райли Диксон подождал, пока закроются двери лифта за очередным клиентом, и повернулся к сестре.
   – Мы получили контракт.
   – На установку систем безопасности в средние школы всего округа?
   – Да. Начиная со средней школы Чэрити-Сити.
   – Поздравляю. Поэтому ты взволнован?
   – Конечно.
   – Тогда почему у тебя такой вид, словно ты увидел ржавчину на своем любимом пистолете?
   – Не знаю. – Диксон взъерошил волосы. – Наверное, потому что в школах возникла необходимость в системах наблюдения и металлодетекторах.
   – Это не означает, что все дети склонны к правонарушениям.
   – Я знаю.
   – Ты не можешь нести ответственность за то, что в мире так много зла.