Карен Роуз Смит
Лекарство для доктора

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Брайен Баррингтон опаздывала.
   Запыхавшаяся, она влетела в стеклянную дверь частной клиники Савьер-Спрингс и остановилась на пороге — надо было хоть немного отдышаться и привести себя в порядок. Брайен достала расческу и зеркало, причесала вьющиеся волосы, поправила помаду на пухлых губах.
   Ее беспокоило, сработается ли она с новым доктором Савьером, сменившим доктора Ольсена. Сегодня был его первый день в больнице, а ее… последний, если они не сработаются. Но лучше об этом не думать. Брайен работала в этой частной клинике уже шесть месяцев, с тех пор, как закончила курсы медсестер, и ей нравилось здесь. Но если они с новым доктором не найдут общий язык, уйти придется ей.
   Глубоко вздохнув, девушка попыталась отбросить неприятные мысли. Она прошла в холл, где на удобных диванах, стоящих вдоль стен, уже сидели пациенты, ожидавшие приема. Поздоровавшись с ними, Брайен проскользнула в кабинет и стала поспешно переодеваться. Вслед за ней в кабинет зашла медсестра Лили Гаррисон, симпатичная тридцатилетняя блондинка, работавшая в клинике администратором. Лили была лучшей подругой Брайен.
   — Что случилось? — спросила она.
   — Будильник подвел.
   — Доктор Савьер тебя ждет, — предупредила Лили. — Но я все подготовила к его приходу.
   Мысль о том, что, еще не начав работу, она успела рассердить доктора Савьера, повергла Брайен в панику.
   — Я бегу. Только уберу сумку и надену халат.
   В этот момент дверь, ведущая в приемную, где осматривали пациентов, открылась, и в кабинет вошел высокий темноволосый мужчина с зелеными грустными глазами. Из приемной послышался детский плач.
   Бросив пронзительный взгляд на Лили, доктор Джед Савьер посмотрел на Брайен и спросил:
   — Вы моя медсестра?
   Было что-то необычное в его тоне, какой-то подтекст, когда он произнес слово «моя». Это слово почему-то страшно взволновало и смутило Брайен, но она не стала разбираться в своих чувствах и вежливо протянула ему руку.
   — Брайен Баррингтон. Извините, что опоздала.
   Обычно я пунктуальна, но…
   — Не стоит оправдываться, мисс Баррингтон.
   Приступайте к работе. Что вы умеете делать?
   Что она умеет делать? Разве можно в двух словах ответить на этот вопрос?
   Брайен по природе была скромной и деликатной девушкой, говорить о себе не любила, но сейчас нужно было забыть о скромности. Брайен решительно посмотрела в его зеленые глаза.
   — Думаю, когда мы начнем работать, вы сами увидите, что я умею.
   Их взгляды встретились всего на несколько секунд, но ей показалось, что между ними пробежал электрический ток. У Брайен зазвенело в ушах, и закружилась голова, как будто она выпила бокал шампанского…
   Девушка озадаченно покрутила головой, пытаясь стряхнуть с себя наваждение. Что это? Неужели на нее так подействовала его внешность? Несомненно, Джед Савьер — очень привлекательный мужчина: широкоплечий, статный, с выразительным лицом. В нем сразу чувствуется сила и надежность. Только вот в глазах затаилась грусть и еще что-то, чему Брайен пока не могла дать объяснение…
   Она с трудом оторвала от него взгляд и, засмущавшись, обратилась к Лили:
   — Я оставлю сумку здесь, ты не против?
   — Ну конечно, что за вопрос, — ответила Лили, мельком глянув на доктора Савьера.
   Брайен прошла в приемную, лишь на минуту задержавшись у доски, где были записаны фамилии сегодняшних посетителей. На смотровом столике сидела очаровательная малышка. Слезы градом катились по ее круглым щечкам.
   Брайен ласково обратилась к девочке, стараясь говорить как можно мягче и дружелюбнее:
   — Ну, Синди, здравствуй.
   Малышка настороженно наблюдала, как незнакомая тетя в белом халате улыбаясь приближается к ней, и на миг успокоилась, но, как только доктор Савьер следом вошел в комнату, снова стала громко плакать.
   — Извините, — попыталась сгладить ситуацию мама девочки, прижимая дочку к себе. — В последний раз, когда мы были здесь, доктор Ольсен был немного суров с ней, вот она теперь и боится…
   Синди вновь испустила оглушительный вопль, и Брайен поняла, что надо срочно спасать ситуацию. Схватив ручку и бумагу, она мгновенно нарисовала смешную рожицу и, подойдя к ребенку, сказала:
   — Смотри, это — помощник доктора, и он очень хочет, чтобы ты улыбнулась, — и протянула рисунок девочке.
   Синди заинтересованно уставилась на смешную картинку, а доктор Савьер тем временем снял пугающий ребенка белый халат и остался в голубой рубашке и серых брюках. Брайен продолжала отвлекать девочку:
   — Доктор пришел проверить твои глазки, ушки и горлышко, — и ее пальцы как бы играючи стали прикасаться к девочке, которая завороженно следила за Брайен и только хлопала глазками.
   Савьер подошел к ребенку, достал инструменты и стал осторожно обследовать девочку, а Брайен тихонечко мурлыкала что-то успокаивающее. Синди молчала, позволяя прикасаться к себе.
   — У нее воспалительный процесс в ушке. Ей надо давать лекарство, я вам сейчас его выпишу. Доктор сел за стол и быстро выписал рецепт, а потом улыбнулся девочке. — Твоя мама будет давать тебе сладкие розовые конфетки. Когда ты их скушаешь, ушко и горлышко перестанут болеть. Ведь сейчас ты плачешь, потому что у тебя болит ушко, а не потому, что ты меня боишься, правда?
   — Не боюсь, — пролепетала кроха.
   — Ну, вот и хорошо, слушайся маму.
   — Спасибо, доктор, мы все сделаем, как вы сказали, — облегченно вздохнула мать.
   Тем временем Брайен достала из шкафа коробку, в которой лежали маленькие мягкие игрушки.
   — Видишь, какие красивые игрушки? Выбери себе любую и возьми с собой. В следующий раз, когда придешь к доктору, возьмешь другую.
   Синди посмотрела на маму и, когда та одобрительно кивнула головой, схватила собачку. Потом посмотрела на Брайен и доктора и улыбнулась.
   Мир был установлен.
   — Антибиотики ей помогут. Но если в ближайшие три дня ей не станет легче, везите ее снова к нам. — Он погладил Синди по головке. — Думаю, она уже не будет так бояться, а мы, в свою очередь, сделаем все, чтобы эти визиты не были такими страшными для нее.
   Брайен увидела, с какой тоской Джед посмотрел вслед уходящим. Может, ей показалось? Он вышел за ними, оставив девушку в недоумении. Но раздумывать ей было некогда, так как еще несколько больных ждали своей очереди. Она быстро просмотрела истории болезней, а потом пригласила следующего.
   Так они трудились, слаженно и четко, почти ничего не говоря и понимая друг друга без слов. Это было так удивительно, ведь они никогда до этого не работали вместе. Иногда, повернувшись к Джеду, Брайен ловила его пристальный взгляд, а когда приближалась к нему, ей казалось, что ее тело притягивается к нему как магнитом. Девушке стало не по себе. Что это? Почему новый доктор так странно действует на нее, будит незнакомые до сих пор чувства? Брайен опасалась сильных эмоций, ведь ей уже пришлось пережить в своей короткой жизни многое…
   Около полудня она вышла в вестибюль. Дженни Датэн, секретарь клиники, остановила ее вопросом:
   — Ты что-нибудь узнала о докторе Савьере? Говорят, он был женат.
   Брайен не знала, рассердиться ей или рассмеяться.
   — Ничего пока не могу тебе сказать. Не стану же я расспрашивать его, а сам он, как ты понимаешь, не обсуждает со мной свою личную жизнь.
   — В чем проблемы? Я не могу помочь? — раздался голос Джеда, он как раз вышел из кабинета.
   Брайен заговорщицки переглянулась с Дженни, и обе покраснели.
   — О, звонок, — нашлась Дженни и поспешно убежала в свою комнату.
   — Так в чем дело, Брайен? — настойчиво переспросил доктор.
   Девушка поняла, что он ждет честного ответа.
   — Доктор Савьер, я…
   — Джед!
   — Джед, — пробормотала она, — все хотят побольше узнать о вас. А поскольку я работаю с вами… она замолчала.
   — Ну и что же хотят обо мне знать?
   Глубоко вздохнув, Брайен выпалила:
   — Где вы раньше работали? Сколько вам лет?
   Женаты ли вы?
   — И это все? — весело спросил Джед, польщенный таким вниманием к себе. Он забавлялся ее смущением и восхищался смелостью: не каждая девушка стала бы спрашивать у едва знакомого мужчины, тем более начальника, такие вещи.
   — Для начала — да!
   Он от души расхохотался и, покачав головой, ответил:
   — Мне сорок лет. Последние три года работал на Аляске. Разведен. Если кому-то хочется узнать подробности, пусть спросит меня сам, а не пристает с вопросами к вам. А теперь, думаю, нам пора продолжать работу, пациенты ждут.
   Они направились в приемную. И когда в дверях их плечи соприкоснулись, Джед приобнял Брайен за талию и подтолкнул впереди себя. Почувствовав его сильную руку на своем теле, Брайен вздрогнула и вопросительно посмотрела на него. Он сделал вид, что ничего не произошло, и только в его глазах запрыгали чертики. Брайен показалось, что по ее телу побежал ток, но Джед уже отпустил ее, и она облегченно вздохнула.
   Самообладание всегда было одной из сильных сторон ее характера, поэтому Брайен вполне успешно удалось скрыть охватившее ее волнение.
   Надо держаться подальше от этого нового доктора, решила девушка, он явный сердцеед. Но… он такой привлекательный, такой загадочный, в нем чувствуется мужская сила, и противостоять его обаянию будет очень сложно.
   Было уже больше шести вечера, когда последний пациент покинул клинику, и Брайен и доктор Савьер стали собираться домой. Когда он переоделся в элегантный серый костюм, у Брайен захватило дух — он выглядел потрясающе. Стараясь не глядеть на него, она пробормотала:
   — Пожалуй, мы сегодня слишком много работали, даже для меня это чересчур.
   — Ну, на Аляске я иногда работал сутками и без перерыва.
   — У вас не было медсестры и других врачей?
   Он грустно улыбнулся и взял ее пальто.
   — Штат состоял из меня и сиделки, которая совмещала одновременно должности няни и медсестры. Деревня была небольшая, не больше ста жителей, но болели часто. Иногда приходилось туго.
   Он держал ее пальто, ожидая, когда она оденется. Брайен с удовольствием приняла его ухаживание. На мгновение оказавшись в его объятиях, она поймала себя на мысли, что ей безумно хочется прижаться к нему, почувствовать его сильные руки, вдохнуть его запах… Тряхнув головой, чтобы сбросить наваждение, Брайен быстро надела пальто, повернулась к Джеду и спросила:
   — Вы не скучаете по своей прежней работе? Они стояли так близко, что она видела легкие морщинки вокруг глаз и пробивающуюся седину в его густых волосах.
   Джед тоже несколько мгновений изучал ее, любуясь аквамариновыми глазами и розовым лицом.
   Какая же она юная, вздохнул он про себя, и какая красивая.
   — Там мне приходилось много практиковать, поначалу было даже страшновато, — наконец сказал он. — Ну а когда привык, уже надо было уезжать.
   Не стоит об этом говорить, пора по домам.
   Брайен поняла, что он не хочет вдаваться в подробности своего прошлого.
   — Врачу-профессионалу нечего делать в глухой деревне, он может потерять квалификацию. Я это ощутил на себе. — Он пристально посмотрел ей в глаза, почему-то печально вздохнул и с трудом сделал шаг назад. — Пора идти.
   Уходить действительно было пора, потому что они уже оба поняли, что их тянет друг к другу. Но никто в этом ни за что бы не признался. Особенно Джед Савьер.
   — Извините меня еще раз за утреннее опоздание… Знаете, я так волновалась накануне, что решила принять успокоительное… Я вообще плохо сплю, а тут еще это… Ну и проспала. К тому же от волнения будильник завела не правильно.
   — А почему вы плохо спите? И почему так волновались? Я не кусаюсь, — он попытался шутить.
   Брайен решила сказать ему правду:
   — Я переживала, как мы с вами будем работать.
   Надо приноровиться друг к другу, чувствовать, что хочет твой напарник. Вам мог не понравиться стиль моей работы и…
   — Ну, о вашей работе я уже составил сегодня мнение, зря вы беспокоились. Мне очень нравится, как вы обращаетесь с пациентами, особенно с детьми и пожилыми людьми И поверьте мне, старому и опытному врачу, — вы очень профессиональны, правильно читаете симптомы болезни даже по внешнему осмотру. Мне это очень нравится Брайен почувствовала, как от его похвал у нее загорелись щеки.
   — Спасибо!
   — Не за что. К тому же вы очень приветливы и радушны. Кстати, я тоже плохо спал этой ночью У моего отца бессонница, и он в 2 часа ночи гремел на кухне чайником.
   — Но если он действительно хотел пить?
   — Вот он и пил, а я не спал, — юмор плескался в его глазах. — Я провожу вас до машины.
   — О, это не обязательно!
   — Нет, обязательно. Я и так задержал вас дольше обычного. Уже поздно. Мужчина должен отвечать за вверенную ему даже по службе женщину, Джед улыбнулся. — Я должен быть уверен, что вы благополучно добрались домой.
   — У меня в машине стоит охранная система — Это не имеет значения, — сказал он и двинулся вперед.
   Брайен тихо вздохнула. У нее уже появились некоторые опасения, что их отношения не смогут оставаться только деловыми. Надо быть осторожнее, не смотреть в эти завораживающие глаза, не касаться этих вкрадчиво-ласковых рук. Но как этого избежать, если они будут целый день вместе?
   Разумеется, его предложение проводить ее было лишь данью вежливости, свидетельством хорошего воспитания, но сердце девушки почему-то трепетало, полное неизведанных переживаний, надежд, предчувствий.
   Выйдя в темноту январского вечера, Брайен задохнулась, глотнув чистый морозный воздух.
   — Тут климат гораздо мягче — Джед шел позади, и его слова едва долетали до нее, подхваченные и тут же унесенные ветром в морозную тьму. — На Аляске, где я работал, климат суровый, в декабре бывало до пятидесяти градусов мороза, и это при очень сильном северном ветре. Обычно в это время там бывает северное сияние — красивей этого явления нет ничего в мире.
   Брайен думала об Аляске, северном сиянии, суровой и величественной природе и о Джеде, который жил там один. Опомнившись, она оглянулась вокруг и увидела, что только ее машина стоит на стоянке.
   — А вы, что же, пойдете пешком? — удивилась она.
   — Я живу недалеко. — Джед пристально смотрел на ее машину — парковка была хорошо освещена, и ее белая сверкающая красавица была видна как на ладони — Вам нравится ходить пешком? Садитесь, я подвезу вас.
   — Спасибо, но мне действительно нравится гулять. Тем более после целого дня, проведенного в комнате, полезно подышать чистым воздухом.
   Брайен открыла дверь машины и с удовольствием вдохнула запах кожи салона. Джед мельком глянул внутрь, потом на девушку. Они снова стояли рядом, не в силах расстаться. Джед был гораздо выше ее, и рядом с ним она чувствовала себя маленькой и хрупкой. Он положил руку на дверцу автомобиля и сказал:
   — Очень красивая машина. Едва ли в нашем городе найдется еще одна такая.
   Брайен почувствовала, как кровь приливает к ее щекам.
   — Это подарок родителей к окончанию школы, тихо сказала она.
   — У вас щедрые и богатые родители?
   Ее родители… Думать о них было невыносимо и мучительно… Они погибли в автокатастрофе совсем недавно. Она судорожно сглотнула, но постаралась справиться с волнением.
   — Да, они были щедрыми… Были… Они погибли. — Увидев, что Джед недоуменно и растерянно смотрит на нее, Брайен все же не стала больше ничего объяснять, решив что надо поскорее уезжать.
   — Увидимся завтра. Спокойной ночи, — скользнув в машину, она быстро захлопнула дверь. Машина рванула с места.
   Джед все так же растерянно и недоуменно смотрел ей вслед, понимая, что совершил оплошность.
   Что ж, завтра он все выяснит и постарается загладить свою вину.
   В субботу с утра Брайен прогулялась по магазинам и довольная вернулась домой. В последнее время она жила вместе с Лили Гаррисон, в ее небольшом уютном доме.
   После гибели родителей Брайен не смогла жить одна в их огромном особняке. Убитая горем, одинокая и несчастная, она пошла работать в клинику медсестрой и часто оставалась там на ночь, чтобы не возвращаться в пустой холодный дом, где ее преследовали воспоминания. В клинике Брайен познакомилась и подружилась с Лили, и вскоре та предложила девушке пожить у нее. Брайен с радостью согласилась и с тех пор ни разу не пожалела об этом. Они стали с Лили неразлучными подругами и всегда выручали друг друга в трудную минуту.
   У Лили была дочь Меган, очаровательная и бойкая девчушка пяти лет. С отцом своей дочки Лили давно развелась.
   Брайен подъехала к дому, завернула за угол к парковке, поставила машину и пошла домой. Она разделась, вошла в гостиную и с удовольствием оглядела уютное и приветливое помещение. Из кухни доносились дивные ароматы, и Брайен сразу же отправилась туда.
   — У нас намечается на завтра вечеринка, — Лили ловко нарезала сыр.
   — Вечеринка?
   — Ну да. Даг позаботится о напитках.
   Сейчас у Лили был приятель, Даг, специалист по компьютерам, веселый и компанейский парень.
   Брайен ждала, когда Даг придет к ним, чтобы осторожненько расспросить его о докторе Савьере, которого тот немного знал.
   С того вечера, когда Джед проводил ее до машины и она сказала ему, что ее родители погибли, прошла неделя, но больше к разговорам на личные темы они не возвращались. Работали они на редкость слаженно, он был с ней предельно вежлив, но держался отстраненно.
   — Ты говорила с Дагом? Что он сказал? — как можно равнодушнее спросила Брайен у Лили, стараясь не смотреть на нее.
   — Джед приехал на Аляску из Лос-Анджелеса, что-то у него там произошло, но что, никто не знает. Потом работал на Аляске и вернулся сюда, к отцу, у которого здесь собственный дом… Больше он ничего не знает. Да ну его! Брайен, какие у тебя на завтра планы? Я пригласила завтра на вечер гостей — доктора Ольсена с женой, потом Сью и Джейн с мужьями, ну и еще кое-кого. Ты ничего не имеешь против?
   Сью тоже работала в их клинике, помогала Лили вести истории болезней пациентов, и они решили, что вечеринка поможет доктору Савьеру побыстрее войти в коллектив и подружиться с коллегами.
   Брайен почувствовала, как у нее тревожно забилось сердце: Джед будет сидеть рядом с ней за одним столом, не как начальник, а как… кто?
   — Я свободна. Но ты думаешь, он придет?
   — Разумеется! Я пригласила его сегодня утром, и он ответил, что придет, но ненадолго, у него дела. Думаю, это отговорка. Если ему вдруг станет неинтересно, у него будет предлог уйти.
   — Все-таки мне непонятно, почему ты так печешься о нем? — спросила Брайен, глядя, как Лили ловко нарезает овощи.
   — Он одинок, я уверена в этом, — серьезно сказала Лили. — Кстати, хочу дополнить твои знания о нем. До того, как отправиться на Аляску, он работал в Лос-Анджелесе, занимался пластической хирургией.
   — Откуда ты знаешь?
   Лили загадочно улыбнулась.
   — У меня есть надежные источники.
   Брайен рассмеялась, а Лили пояснила:
   — Я не Шерлок Холмс, конечно. Я просто заглянула в резюме, которое он представил. Не думай, что специально смотрела, просто оно лежало на столе у доктора Ольсена, а я в это время с ним разговаривала.
   — Джед сказал, что он разведен. Интересно, как долго он был женат? — задумчиво произнесла Брайен.
   Лили чуть наклонила голову и шутливо нахмурилась:
   — Ты же с ним работаешь, вот и спроси.
   — Спроси! Он всячески избегает разговоров о себе. — Сказав это, Брайен вдруг поймала себя на том, что ей очень хотелось бы поговорить с Джедом не только о работе, узнать о его жизни, интересах, чувствах…
   — И все-таки тебе надо постараться разговорить его, — посоветовала Лили.
   — А зачем? Пусть у нас будут нормальные рабочие отношения. В конце концов, он мой начальник, это тоже надо помнить.
   Брайен, несмотря на то что любила Лили как сестру и полностью доверяла ей, не хотела пока говорить подруге о своей зарождающейся симпатии к доктору Савьеру. Ведь неизвестно, как сложатся их отношения. Ей было понятно, что Джед к своим сорока годам приобрел большой жизненный опыт, что он пользуется успехом у женщин и знает об этом… Тут она вздохнула и подумала, что у нее за плечами не было ничего, кроме гибели родителей и смерти близкого друга. Пожалуй, многовато горя для ее лет, но тут уж ничего не поделаешь. Но она уверена, что со временем и к ней придет любовь.
   Брайен погрузилась в воспоминания. Она думала о Бобби Спиваке, с которым дружила с детских лет. Со временем эта дружба переросла, как им обоим казалось, в любовь — во всяком случае, они даже обсуждали возможную помолвку. Но неожиданно у Бобби обнаружили лейкемию, и через несколько страшных месяцев его не стало. А через полгода погибли родители, и Брайен осталась совсем одна.
   Сейчас, сравнивая доктора Савьера с Бобби, она понимала, что Бобби был еще ребенком, а их отношения были крайне далеки от любви. В них не было внутреннего огня и страсти, не было взаимного влечения и трепета. Да разве можно было требовать от Бобби, столь же неопытного и юного, как и она сама, чего-то большего, чем то робкое обожание, которым он ее окружал? И тут ее охватило опять волнение, что вечеринка, возможно, сблизит их с доктором. Брайен почувствовала вдруг острое желание любить и быть любимой именно таким опытным и зрелым мужчиной, как Джед. Но сможет ли она вызвать в нем любовь? Какие женщины ему нравятся? Наверняка его жена была красавицей. Почему он все-таки разошелся с ней?
   Она погрузилась в нескромные мысли о Джеде, от которых еще сильнее забилось сердце.
   — Да что с тобой? Брайен, ты слышишь меня? донесся до нее голос Лили.
   Брайен рассеянно посмотрела на подругу, встряхнула головой, отгоняя видения, и проговорила:
   — Тебе помочь? Что еще не готово? — и, взяв миску с фруктами, пошла к мойке. Хватит думать о глупостях, приказала она себе, завтра все будет ясно — и его отношение к ней, и так ли уж он нравится ей самой, не придумала ли она себе эту любовь… Брайен была увлекающейся натурой и, зная за собой эту черту, старалась обуздывать свои желания.
   Джед с удовольствием принял приглашение Лили Гаррисон прийти на вечеринку. Он всегда умел дружить. В Лос-Анджелесе он, например, очень быстро подружился со своими партнерами и часто проводил с ними свободное время, стараясь почерпнуть из общения все, что могло пригодиться в жизни. Это качество сослужило ему хорошую службу и на Аляске, причем в еще большей степени. Он многое знал, многое видел и относился терпимо к чужим недостаткам. Но сегодня он не собирался надолго оставаться в гостях, так как он еще не решил, как ему держаться с Брайен.
   Он стоял у окна и любовался раскинувшимся за окном зимним пейзажем.
   — Попробуйте крабовый рулет. Я часто заглядываю в Интернет, там очень много интересных советов, в том числе и по кулинарным рецептам, — подошла к нему Лили с подносом в руках.
   — Хотите освоить вторую профессию? — Он взял маленькую тарелочку и положил на нее кусок рулета.
   — О, мне вполне хватает и моей основной работы. Но когда меня выгонят за какое-нибудь прегрешение, я буду иметь это в виду, — рассмеялась Лили.
   В гостиную вошла Брайен, и Джед окаменел от неожиданности. Неужели это та скромная строгая медсестра, которая работала с ним бок о бок каждый день? Ее длинные вьющиеся светло-каштановые волосы свободно лежали на плечах, но от малейшего движения разлетались вокруг лица. Аквамариновые глаза сверкали, как изумруды… Лицо казалось фарфоровым, да и каким оно должно быть в 23 года?
   Джед вспомнил, как вечером около машины, когда он провожал ее, ему вдруг захотелось узнать о ней побольше, расспросить о ее родителях, о том, как она живет сейчас без них, поделиться своими печальными воспоминаниями. Но атмосфера клиники совсем не располагала к доверительным беседам, и Джед никак не мог заставить себя начать такой разговор. К тому же оба они уже почувствовали, что их влечет друг к другу, и это мешало общению. Может, сегодня им удастся поговорить?
   Брайен между тем оглядывалась по сторонам, по-видимому выбирая собеседника. Джеда она не замечала… Или делала вид, что не замечает? Но тут их глаза встретились, она быстро отвернулась и мгновенно выскользнула из комнаты.
   В гостиную снова вошла Лили, и Джед подошел к ней.
   — Лили, уделите мне пару минут, мне надо поговорить с вами.
   — Подождите немного, я освобожусь и найду вас. Может, вы пока поболтаете с кем-нибудь? А еще лучше, если бы вы помогли Брайен приготовить кофе. — Лили ласково улыбнулась ему и куда-то исчезла.
   Джеду ничего не оставалось, как пойти на кухню, где Брайен уже молола кофе.
   — Вы с Лили так сегодня заняты, что не всем гостям можете уделить внимание, — Джед старался не смотреть на нее, но это было невозможно. — Лили просила помочь вам.
   Брайен от неожиданности вздрогнула — она не ожидала, что он придет сюда.
   — Спасибо, я справлюсь сама, все уже готово.
   Вам здесь нравится? Или уже соскучились?
   — Да нет, соскучиться я не успел, но, если честно, я давно уже не хожу по вечеринкам. Я занимаюсь спортом, играю в футбол или катаюсь на лыжах. А развлечения… я уже отошел от такой жизни.
   — Вы и на Аляске вели такой же образ жизни?
   — Даже еще скромнее, — улыбнулся Джед.
   Наступила неловкая пауза. Обоим казалось, что в воздухе повисла какая-то недоговоренность.
   Джед почувствовал, что именно он должен начать разговор.
   — Я хотел сказать, что тогда, вечером, я был неловок. Вообще-то у меня нет привычки лезть в чужую жизнь. После Аляски я стал немного дикарем.