Каждый из нас находится в глубоком трансе, в трансе согласованного сознания, в состоянии частично приостановленной жизнедеятельности, ступора, неспособности функционировать в полную силу своих возможностей. Автоматизированные и обусловленные стереотипы восприятия, мышления, чувствования и поведения доминируют в нашей жизни. В слишком значительной части нашей жизни мы оказываемся подобными усовершенствованному крану-сортировщику: мы пытаемся быть разумными и сознательными, но все это лишь автоматизированные программы. Многие из этих автоматизированных и обусловленных стереотипов восприятия и поведения могли быть в свое время полезными для адаптации, но больше они уже не эффективны: в действительности они начинают разрушать нас. Мы живем в ситуации массового безумия и вносим свой вклад в ее сохранение.
   «Но позвольте, – можете вы сказать, – я вовсе не чувствую себя так, будто нахожусь в трансе!» Конечно, не чувствуете. Мы думаем о трансе как о чем-то необычном, а о нашем повседневном состоянии как об обычном. Мы можем осознать, что находимся в состоянии транса только путем размышлений об этом, как мы это делали в этой главе, а также посредством переживания того, что означает не быть в трансе, быть пробужденным. Мы продолжим рассматривать психологические данные о согласованном сознании в нескольких последующих главах, но в конце концов мы обсудим и то, как вызвать в себе моменты большей пробужденности, которые придают идее согласованного транса непосредственную эмпирическую реальность.




11. ИДЕНТИФИКАЦИЯ



   Подумайте о месяце и дне своего рождения. Назовем эту дату «днем М». Так, например, я родился 29 апреля. А сейчас прочитайте вслух два следующих утверждения, думая о своей дате рождения в том месте второго утверждения, где говорится про «день М»:
   Все люди, родившиеся 29 апреля, зануды.
   Люди, родившиеся в «день М», зануды.
   Что вы думаете об этих двух утверждениях?
   Если вы подобны большинству людей, то первое утверждение о людях, родившихся в тот же день, что и я, окажется для вас просто информацией – довольно резким, может быть, утверждением, но в сущности не более чем информацией такого же типа, как сообщение: «Сейчас в городе Фэрбенкс на Аляске температура воздуха минус тридцать девять градусов». Просто информация. Но то же самое утверждение о людях, родившихся в ваш день рождения (а это и вы тоже!), оказывает совсем другое воздействие. «Кто сказал, что я зануда?»

 
Подсистема «чувства тождественности»

 
   Анализируя несколько лет назад природу измененных состояний сознания, включая повседневное функционирование в нашем обычном состоянии, я определил один из компонентов сознания как подсистему «чувства тождественности».
   Первоочередная функция подсистемы чувства тождественности состоит в том, чтобы приписывать качество «это я» определенным аспектам переживания, определенной информации в сознании и таким образом создавать чувство «эго». Предположительно, существуют временные структуры, содержащие в себе критерии относительно того, чему следует приписывать качество «это я». Любая часть информации, которой может быть приписано качество «это я», приобретает большую действенность и потому может вызывать сильные эмоции или каким-то иным образом управлять энергией внимания и осознавания. Если я говорю вам «лицо кого-то, кто вам не знаком, например мистера Джонсона, неприятное и отталкивающее», эта информация, вероятно, не будет представлять для вас особой важности. Но если я говорю вам, что «ваше лицо неприятное и отталкивающее», то это уже будет совсем другое дело! ...В определенных обстоятельствах это утверждение может предварять более агрессивные поступки, от которых вы хотите защитить себя, но часто за таким замечанием на следует ничего, кроме дальнейших слов того же сорта; но тем не менее вы реагируете на эти слова как на действительное физическое нападение. Добавление качества «эго» к информации радикально изменяет тот способ, которым информация обрабатывается всей системой сознания.
   Вне зависимости от действительной природы структур, лежащих в его основе, процесс отождествления является одним из наиболее важных факторов, воздействующих на человеческую жизнь. Это процесс определения вас как всего лишь части того, чем вы могли бы быть. Давайте рассмотрим этот процесс, не очень вдаваясь сейчас в природу или качество объектов отождествления, вещей, людей, причин, понятий и т.д., которым приписывается качество «Это я!»



ВСЕОБЪЕМЛЕМОСТЬ ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ


   Одна из причин, по которой мы сейчас не будем подробно касаться объектов отождествления, состоит в том, что этот процесс является настолько мощным и всеобъемлющим, что, как я подозреваю, человек может отождествляться с чем угодно. Ваше имя, ваше тело, то, чем вы обладаете, ваша семья, ваша работа, инструменты, которые вы используете во время своей работы, ваше сообщество, ваше «дело», страна, человечество, планета, вселенная, Бог, ноготь на вашем пальце, жертва из газетной статьи... Перечень тех вещей, с которыми люди могут отождествлять себя, бесконечен.
   Как только вы отождествились с каким-то объектом, вы начинаете отдавать ему предпочтительное внимание и значительно большую психологическую силу по сравнению с другими объектами или идеями, которые для вас просто вещи или информация. Я буду напоминать вам об этом, говоря про «Я» или «мое». Эта большая сила может ограничиваться количеством внимания, которое вы готовы сосредоточить на объекте отождествления, но она может еще более возрасти за счет сознательного или бессознательного связывания с эмоциями, касающимися фундаментального биологического самосохранения. Так, например, словесное неуважение может угрожать какой-то части вас, с которой вы в данный момент отождествляетесь, но вследствие какой-то фундаментальной уязвимости оно активизирует инстинкты выживания, присущие вашему телу, в организме начинает вырабатываться адреналин, как будто существует какая-то действительная физическая угроза, и у вас появляется большое количество энергии, с помощью которой вы теперь сможете справиться с этой угрозой. Ведь угроза, направленная на объект отождествления, – это угроза моему «я»!

 
Практическая иллюстрация

 
   Для того чтобы во время моих семинаров проиллюстрировать процесс отождествления, я иногда кладу на пол посреди комнаты бумажный пакет. В нем нет ничего особенного – просто пакет. Пустая картонная коробка тоже вполне подходит для этого. Затем я предлагаю участникам семинара сосредоточить на этом бумажном пакете свой взгляд и свое внимание, пытаясь отождествиться с ним, почувствовать, что это «я», испытать любовь к этому пакету и попробовать относиться к нему так же, как к самому себе. Это отнюдь не сложное гипнотическое внушение или форма медитации; я просто между делом говорю об этом и повторяю инструкции два или три раза на протяжении минуты. Я прошу участников попробовать по своей воле управлять обычно непроизвольным процессом отождествления. Затем я внезапно подхожу к пакету и топаю по нему ногой. Люди подскакивают, у них непроизвольно перехватывает дыхание. Их лица выражают быстро сменяющуюся череду эмоций. Многие потом говорили, что они чувствовали физическую боль в своем теле, когда я раздавил пакет. Некоторые были настолько шокированы, как будто я физически ударил их. Но они понимают смысл происходящего. Можно легко отождествиться с чем угодно, и, таким образом, утратить власть над собой.
   С некоторыми вещами отождествиться легче, чем с другими. Ваши ощущения (Я чувствую зуд) и ваше тело являются естественными кандидатами. Со своими мыслями (Я первый об этом подумал; Я подавлен) и чувствами тоже легко отождествиться, поскольку мы обычно приписываем себе авторство наших мыслей, а наши чувства совершенно очевидно происходят именно с нами. Особенно часто мы отождествляемся со своим именем.
   Кожибский, основатель общей семантики, постоянно предупреждал, что карта не является территорией. Как психолог, я полностью согласен с этим, но могу добавить еще и то, что люди чаще предпочитают именно карты, а не территории! Действительно, часто легче бывает создать карту, внутреннюю имитацию реальности, делая с ней то, что вам нужно, чем иметь дело с территорией, с внешним миром.
   Имена будут ранить меня.
   Помните старую детскую считалку?

 
Палки и камни будут ранить мои кости,
Но прозвища никогда не смогут навредить мне!
Называй меня хоть тем, хоть этим,
А самого себя можешь назвать грязной крысой! [14]

 
   Будучи взрослыми, мы можем видеть, что эта считалка задумана для укрепления морали, хотя в действительности это явная ложь. Большинство из нас не так уж часто действительно получали травмы от палок и камей, как и от чего-либо другого, но насколько часто нас травмировали те прозвища, которые люди давали нам? Те вещи, которые люди говорили или, наоборот, не говорили в нужный момент? Мы отождествляемся с самыми разнообразными понятиями и объектами, и все они обычно имеют свои названия, или имена. Значит, нас можно психологически травмировать нападками на имена.
   Все мы читали о «примитивных» культурах, в которых люди имели тайные имена. Эти «примитивные» люди якобы настолько глупы, что считают себя открытыми магическому нападению со стороны недружественных лиц, если те знают их тайное имя. Что это, суеверие или же, наоборот, большая, чем у нас самих, психологическая искушенность?



ПРЕИМУЩЕСТВА ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ


   Мы обычно имеем большое количество социально обусловленных ролей, с которыми мы отождествляемся, как, например, родитель, образованный человек, хороший слушатель, политический деятель или столп общества. Мы также часто отождествляемся с другими людьми: оскорбление моей супруги – это оскорбление меня самого, и т.п. Столь же распространенным является отождествление с людьми, которых мы считаем образцами «героя» или «героини». Хотя может быть и так, что эти «герои» и «героини» являются в социальном смысле неудачниками – вспомним наше обсуждение «вторичной выгоды» в предыдущей главе.
   С точки зрения гипнотизеров от культуры, отождествление является очень полезным процессом, по крайней мере когда у кого-то, находящегося в согласованном трансе, выработана условная реакция отождествления с социально одобренными ролями и ценностями. Такое отождествление является частью (негласно подразумеваемого) определения нормальности для той или иной культуры. Люди, которые автоматически отождествляют себя с государственным флагом и чувствуют себя персонально оскорбленными, когда читают в газете о том, что кто-то во время демонстрации сжег флаг, становятся теми, кого можно считать опорой официальной культуры.
   Процесс отождествления также может казаться полезным и с личной точки зрения. Когда студентка подходит ко мне и задает мне вопрос, это немедленно активирует мою тождественность как профессора, для чего не требуется никаких сознательных усилий с моей стороны. Я действую так, как должен действовать профессор, и даю студентке ответ или рассказываю ей, где она может его найти. Это подкрепляет ее упорядоченное мировосприятие, в котором профессора всегда могут ответить на вопросы студентов. Это подкрепляет и мое упорядоченное мировосприятие, где я являюсь профессором, который всегда знает ответы на те вопросы, которые задают студенты, и кого уважают студенты, желающие знать ответы на вопросы. Все это кажется не требующим никаких усилий (хотя на самом деле отнимает массу энергии). В действительности мне приходится прибегать к осознанному волевому управлению вниманием, чтобы избежать в этой ситуации автоматического отождествления с моей ролью профессора, если я этого не хочу, – мы обсудим это подробнее, когда будем говорить о том, что Гурджиев называл самовспоминанием.
   А вот другой пример кажущейся полезности отождествления – представьте себе, что я нахожусь в разгаре выполнения длительной и скучной работы, которая тем не менее должна быть сделана. Мне бы хотелось прекратить заниматься этой работой и отдохнуть или поиграть, занявшись чем-то более интересным. В моем уме начинают возникать идеи о других, более приятных вещах, которыми мне следовало бы заняться вместо моей наскучившей работы. Мне бы хотелось очистить свой письменный стол от всяких бумаг, мне нужно сделать несколько телефонных звонков и мне еще обязательно нужно сделать запасные копии некоторых моих компьютерных дискет. Эти идеи о более приятных занятиях (вне зависимости от того, истинны они или нет) возникают как попытки рационального оправдания моего нежелания продолжать необходимую, но скучную и утомительную работу. Мне приходится прилагать массу усилий, чтобы заставить себя выполнять ее. Но погодите! Ведь меня всегда считали надежным и обязательным человеком! Я отождествляюсь с образом надежного человека, на которого всегда можно положиться, с образом, которым можно гордиться. Если я завершу свою работу, то я буду вознагражден за это тем чувством гордости, которое испытывают все надежные люди, на которых можно положиться. И предвкушение моего (внутреннего) вознаграждения помогает мне продолжать работу.
   Если мы продолжим рассмотрение этого примера, то мы увидим, что в этом случае речь могла бы идти скорее о смене отождествлений, чем о переходе от неотождествленного состояния к отождествленному. Сама по себе работа не является утомительной или вдохновляющей, она является лишь тем, что она собой представляет. Это люди испытывают усталость и скуку либо воодушевление. И все же работа, которая для одного человека является вдохновляющей или нейтральной, для другого может быть явно скучной и утомительной. Была ли моя первоначальная скука следствием того, что я, сам того не зная, отождествлялся с Я-концепцией человека, которому скучна эта работа, с одной из многих возможных Я-концепций?
   Так отождествление может казаться полезным процессом для автоматической (и, быть может, эффективной?) мобилизации внимания и энергии для выполнения полезных задач. В действительности это может обходиться нам весьма дорого.



ЦЕНА ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ


   Отождествление имеет свою собственную цену или же, говоря языком психологии, такие последствия, которые могут нам не нравиться.

 
Статичный процесс в изменяющемся мире

 
   Первая важнейшая расплата за отождествление следует из того факта, что оно имеет качество «статичности». Мы отождествляемся с вещами, которые наш ум молчаливо считает неизменными (например, мое тело, моя машина, моя собственность, прошлые события). Логически, сознательно мы понимаем, что это не совсем так, но мы редко думаем логично и в полной мере сознательно о том, с чем мы отождествляемся. Даже умственные построения, с которыми мы отождествляемся, обычно обладают качеством твердых и неизменных вещей: то, что вы говорили минуту назад, оказывается уже прошлым событием и, соответственно, тоже становится неизменным; вы предполагаете, что решения, которые вы принимали, всегда правильны. То понимание мира, которое у вас есть, должно быть абсолютной истиной. Вы должны всегда чувствовать себя хорошо.
   Трудность, присущая отождествлению с чем-либо в физическом мире или в нашем собственном уме, состоит в том, что реальность непрерывно меняется. Многие философские учения и духовные традиции указывали, что реальность подвержена бесконечному изменению. Таким образом, когда вы отождествляетесь с чем-то, эта вещь будет изменяться, а не оставаться той же, с которой вы отождествились. Вы будете постоянно испытывать разочарование оттого, что реальность объекта вашего отождествления не остается той же самой. Как часто нам приходится слышать жалобы: «Он оказался совсем не тем прекрасным человеком, за которого я выходила замуж. Он изменился!» (с тем же успехом вы можете представить себе ту же жалобу, высказываемую от лица мужа). Или вам придется заставлять себя отказаться от вашего отождествления с изменившимся объектом. Ведь обычно процесс отождествления не терпит произвольного изменения, даже хотя его непроизвольное действие все время связано с множеством быстрых изменений.
   Тело, которое является «мной», болеет, стареет и в конечном счете умирает. Моя машина приходит в негодность. Моя собственность постепенно износится, разрушится или может быть украдена. Я могу пытаться сохранить свою память о прошлых событиях, но память тоже может угаснуть, и тогда придется спрашивать у других людей, действительно ли происходили эти события. Но все равно память не может давать того удовлетворения, которое дает нам реальность. И казавшаяся мне блестящей догадка, которая у меня была в прошлом году, тоже начинает бледнеть: а была ли она вообще верной? Студентка в аудитории поднимает руку и говорит: «На странице 157 вашей книги «Состояния сознания» вы пишете, что...» Я не уверен, считаю ли я сейчас это утверждение достаточно адекватным, но ведь я должен защищать его, не так ли? Отождествляясь с теми или иными вещами, мы заранее обрекаем себя на неизбежные потери.
   Незащищенность, проистекающая из принятого в нашей культуре убеждения, что вселенная враждебна, а мы слабы и полны недостатков, делает отождествление, кажущееся нам защитой от перемен, еще более заманчивым.

 
Кто выбирает ваши отождествления?

 
   Вторая главная расплата за отождествление связана с тем фактом, что большую часть вещей и ролей, с которыми вы автоматически отождествляете себя, выбрали не вы сами. В процессе окультуривания, наведения согласованного транса вас обхаживают и обусловливают так, чтобы вы отождествлялись со многими ролями, идеями, людьми, делами и ценностями, которые могут не представлять никакого или почти никакого интереса для вашей сущности или даже противоречить ей. На самом деле некоторые из тех людей, с которыми мы отождествляемся, имеют множество вредных и психопатологических качеств, и, отождествляясь с ними, мы приобретаем многие из их недостатков. Это особенно справедливо по отношению к нашим родителям.
   Обычно люди открывают в своей жизни факты этого непроизвольного отождествления достаточно поздно. Слишком часто мы слышим вещи типа: «Я заставил себя пройти юридическое обучение и заниматься юридической практикой двадцать лет, прежде чем я однажды осознал, что на самом деле право меня никогда не интересовало. Просто мои родители всегда ожидали, что я пойду по стопам отца. Что-то во мне постоянно испытывало ненависть к стрессам, которые связаны с этой работой, и я нажил себе язву и гипертонию. Мне пришлось потратить большую часть моей жизни на то, чтобы заниматься вещами, которые мне неприятны!»
   Вспомним, что отождествление предполагает уделение внимания и энергии тем вещам, с которыми мы отождествляемся. Но мы не обладаем неограниченным количеством энергии и внимания, и если мы направляем свои энергию и внимание на определенные объекты, с которыми мы отождествляемся, это означает, что нам приходится отвлекать эту энергию и внимание от других объектов. Отождествление с теми вещами, в отношении которых у нас выработана условная реакция отождествления, не зависящая от предпочтений нашей сущности, является важным аспектом нашей жизни и того, что мы называем своей личностью. Тот факт, что мы автоматически отождествляемся со многими вещами, которые не мы сами выбираем, является одной из причин, по которым Гурджиев называл личность «ложной личностью''.

 
Автоматизация отождествления

 
   Третья главная цена, которую мы платим за отождествление, состоит в том, что этот процесс слишком сильно автоматизирован. Если бы ваши разнообразные, хорошо развитые тождественности [15] были подобны гардеробу, если бы вы могли сознательно выбирать, какие костюмы, какие тождественности являются наиболее подходящими для данной ситуации с учетом всего, что вы знаете, то в этом случае отождествление могло бы быть весьма полезным инструментом. Однако обычно происходит так, что некоторая ситуация «К» всегда автоматически активирует тождественность «К».
   Если же на самом деле ситуация «К» оказывается более сложной, чем та, с которой может справиться тождественность «К» (которой «вы» в это время являетесь), то эта тождественность может потерпеть неудачу. Все остальные ваши тождественности и спрятанный за ними какой-то реальный «вы» унаследуют последствия поведения тождественности «К» в этой ситуации. Гурджиев подчеркивал это, говоря, что любая из ваших многочисленных тождественностей может подписать чек или выдать вексель: все остальные «вы» будете обязаны платить, нравится это вам или нет. Сколь часто нам приходится спрашивать себя: «И почему я обещал сделать то-то и то-то?» Та личность, которая спрашивает, вполне может быть не той личностью, которая обещала.
   И последняя расплата за отождествление следует из того, что автоматическая доступность обусловленных тождественностей может скрывать от вас тот факт, что вы не знаете, кем вы на самом деле являетесь, вашей сущности, вашей глубочайшей самости, или подлинного «я», скрытого за этими поверхностными проявлениями. Действительно ли вы – это ваше имя? Или ваши роли? Ваши чувства? Ваш разум? Ваше тело?
   Или же вы на самом деле нечто гораздо большее, чем все то, с чем вы отождествляете себя?
   В следующей главе мы обсудим результаты привычных для нас отождествлений – состояния тождественности.




12. СОСТОЯНИЯ ТОЖДЕСТВЕННОСТИ





   Единство сознания иллюзорно. В один и тот же момент времени человек обычно делает сразу несколько вещей – так происходит постоянно, – и по этой причине представления этих действий в сознании никогда не бывают полными... Будучи активным действующим лицом, человек всегда принимает решения и строит или осуществляет планы, и ему нравится верить, что он полностью управляет всем тем, что он делает; однако нередко он может заблуждаться в отношении причин своего поведения. ...Единство сознания является иллюзией, возникающей отчасти в результате заполнения пробелов в памяти путем опознавания и вспоминания.



   Будучи рассмотрена в более широком контексте, проблема воли поднимает вопрос о единстве личности. Является ли сила воли неким всеобъемлющим качеством, способным сохраняться на протяжении времени, придавая некоторое единство индивиду, или же она является чем-то фрагментированным и подверженным ограничениям текущей ситуации? На это может быть дан следующий общий ответ: личность гораздо в меньшей мере едина, чем нам хотелось бы считать, и воля столь же подвержена диссоциации, как и процессы восприятия.

   Какая из этих двух цитат, на ваш взгляд, принадлежит традиционно ориентированному психологу, а какая – духовному учителю?
   В предыдущей главе мы исследовали распространенность процесса отождествления, то, каким образом качество «Это Я!» может быть приписано почти всему. Хотя мы можем отождествляться со многими вещами, у нас существуют привычные и автоматизированные стереотипы отождествления, взаимосвязанные множества объектов отождествления, которые образуют узнаваемые «состояния тождественности». В этой главе мы будем рассматривать эти состояния тождественности, или субличности.



НАШИ МНОЖЕСТВЕННЫЕ ЛИЧНОСТИ


   Мы воспринимаем самих себя как нечто одно. Мое имя Чарльз Тарт, и это означает, что я, предположительно, являюсь единым организмом. Процесс отождествления автоматически заставляет нас говорить «Я!» почти всему, что проходит через наше сознание. Однако! бывают случаи, когда, мы видим в себе временные, но довольно сильные изменения, и тогда говорим о себе самом так, как будто бы это был кто-то другой: «Я тогда вообще не был самим собой». Часто мы выражаем это в такой форме «Прошу меня извинить, но я тогда был не в себе».