— Ну что ты, — улыбнулась Ширли, сем нетрудно.
   Леони подошла к двери кабинета и, тихонько постучав, отворила дверь.
   — Привет, пап, — сказала она осторожно. — Я снова дома.
   Стюарт оторвался от своего занятия и поднял голову. На его лице отразились самые разные эмоции.
   — Он сделал это! — воскликнул мужчина. — Неужели он все-таки сделал это?!
   — О чем ты говоришь? — растерянно прошептала Леони.
   — О Видалле, конечно, — Стюарт поднялся и подошел, чтобы обнять дочь. — Я не был уверен, что он отпустит тебя. Я сказал ему, что сам отвечу за свой проступок.
   — Что?..
   — Я знаю, почему ты вышла за него, дочка. Я с самого начала обо всем догадался.
   — Когда ты говорил с ним?
   — Мы встречались в Мюнхене пару дней назад.
   Тысячи кусочков начали складываться в голове Леони в единую картину. Видалл хотел сохранить лицо! Ну конечно же! Он слишком горд, чтобы признаться в том, что… Леони почувствовала, как приятное тепло разливается по всему телу.
   — Мне нужно позвонить, — сказала она отцу. — Я должна заказать билет до Португалии.
   — Так значит, ты действительно любишь его?
   — Да, папа. Да, — призналась девушка. — Я знаю, что Видалл не ангел, но я готова принять это. Я могу ошибаться в его чувствах ко мне, но он должен сказать мне все в лицо.
   Леони уже звонила в аэропорт, когда Ширли принесла обещанный кофе.
   — Самолет завтра в половине девятого утра, — объявила девушка. — Я закажу такси.
   — Мы с Ширли отвезем тебя, — возразил отец. — Если ты этого действительно хочешь.
   — Конечно. Спасибо.
   Это был бы замечательный вечер, если бы Леони не хотелось, чтобы он поскорее закончился. Она не могла дождаться, когда снова увидит Видалла. Она никогда бы не решилась на подобный поступок, если бы не надежда на то, что Видалл может чувствовать к ней то же самое, что и она…
   Полет прошел спокойно. Погода в Лиссабоне стояла чудесная. Леони взяла такси до Синтры. Сидя на заднем сиденье машины, она смотрела в окно и вспоминала, как первый раз ехала этой дорогой.
   Наконец такси остановилось у ворот замка. Леони заплатила таксисту гораздо большую сумму, чем требовалось. Но сейчас ее меньше всего это беспокоило. Все ее мысли были заняты совершенно другим.
   Илена открыла дверь и смущенно смотрела на Леони. Девушка не винила ее. Бедная женщина просто не знала, как ей реагировать. Наверное, Видалл сообщил всем, что она больше не вернется.
   — Можно войти? — спросила Леони по-португальски, видя, что замешательство Илены растет с каждой минутой.
   — Хозяин на террасе, — пробормотала женщина, пропуская Леони в дом.
   Еще издали девушка заметила мускулистую фигуру мужа. Что-то дрогнуло у нее внутри. Каждый шаг давался все труднее. Она облизала пересохшие губы и, собравшись с силами, окликнула его.
   — Ты вернулась!
   — Мне пришлось, — прошептала Леони. — Я уехала, так и не сказав, что люблю тебя… Папа рассказал…
   — Неважно, — прохрипел Видалл, ища в глазах жены ответ на свой вопрос. — Повтори, что ты сказала.
   — О чем? — невинно улыбнулась Леони. — Я люблю тебя. Когда ты отправил меня домой, я чуть с ума не сошла.
   — Я чувствовал себя не лучше, — признался Видалл. — Гордость не позволяла мне признаться тебе в том, что я влюбился в тебя как мальчишка. Ведь я думал, что ты испытываешь ко мне лишь желание. Я был уверен, что ты никогда не сможешь полюбить меня после всего, что я сделал.
   — Но я люблю тебя, — прошептала Леони. — Ни к одному мужчине я не испытывала ничего подобного. Когда ты целуешь меня, когда ласкаешь… я жалею, что потеряла так много времени, отвергая тебя… Но я думала, ты станешь презирать меня за то, что я приняла газетную историю за чистую монету…
   — Я не смог бы ненавидеть тебя. Да, не стану отрицать, у меня были другие женщины. Но ни одну я не любил сильнее, чем тебя…
   — Даже Санчу? — Леони не хотела спрашивать, слова сами сорвались с губ.
   — При чем здесь Санча? — удивился Видалл.
   — В среду я видела вас вместе, — призналась она.
   — Она пришла ко мне за советом. Потом я подвез ее до магазина и поехал на совещание. Вот и все. Ты веришь мне?
   — Конечно, — улыбнулась Леони. — Мне просто немного жаль ее. Она потеряла тебя…
   — Мне не нужна другая женщина, у меня есть ты. Ты в моем сердце. Ты наполнила мою жизнь смыслом. Каждый день, каждый час, каждую секунду!
   И губы их слились в поцелуе…

ЭПИЛОГ

   Хихикая, маленький именинник дернул за юбку свою сестренку. Та пригрозила ему пальчиком. Малышка с гордостью носила свое звание старшей сестры.
   — Виктория очень серьезная девочка, — объявила сеньора Сантос, наблюдая за внуками.
   — Иногда она может быть и довольно своенравной, — улыбнулась Леони.
   Вся в маму, как любил повторять Видалл. Леони посмотрела в сторону мужа. За эти четыре года он едва ли изменился. У него не появилось ни одного седого волоса, его тело было столь же великолепно. И конечно, он остался таким же потрясающим любовником. От его прикосновений по телу Леони все еще пробегали мурашки. От его поцелуев голова шла кругом. Каждый день рядом с ним был для нее как первый.
   — Чему ты улыбаешься? — полюбопытствовала свекровь.
   — Просто думаю, как чудесно все обернулось, — ответила Леони на португальском. — Кто бы мог подумать четыре года назад, что все закончится именно так?
   — Я была не права тогда, — призналась женщина. — Ты доказала, что достойна носить имя Сантос.
   Из уст свекрови эти слова прозвучали для Леони как наивысшая похвала. Дети, конечно, очень сблизили их. Особенно названная в честь бабушки Виктория. А подарив Видаллу сына, Марко, Леони обрадовала свекра. Теперь он был спокоен, что империя Сантосов просуществует еще очень долго.
   Отношения с остальными членами семьи тоже наладились. Особенно после того, как Роке женился и уехал жить на другой конец страны. Катерина счастливо жила в монастыре, который расцвел в своем великолепии благодаря щедрому пожертвованию Видалла.
   Отец Леони женился на Ширли через два месяца после знакомства, и они теперь вместе живут в Нортвуде. Они тоже должны были быть в Палаццо де Мече сегодня, но сын Ширли заболел, и они не смогли приехать. Видалл и Леони собирались навестить их в Англии через несколько дней.
   — Давайте-ка потише, — улыбнулась Леони, подходя к детям. — У меня уже в ушах звенит!
   — Уши не звенят, — объявила Виктория. — В них только носят сережки.
   — Сережки! — повторил Марко, показав пальчиком на золотые колечки, которые носила мама.
   Леони села вместе с детьми на траву, устроив детей у себя на коленях. Ее дочь унаследовала ее черты, в то время как Марко был маленькой копией Видалла. Так и должно быть, всегда говорил ей муж.
   Она подняла глаза и заметила, что он с улыбкой наблюдает за ними. Леони улыбнулась в ответ. Их любовь пережила немало трудностей. Но они до сих пор любили друг друга. И это главное.