— Для «Авроры» все готово.
* * *
   После Ньюарка рельеф местности стал ровнее. Усилился ветер. Погоня переместилась на прямые, как стрела, дороги между болот Линкольншира и Фена. Пульсирующий сигнал дисплея был четким и постоянным, он вел обе машины Престона по дороге А-17 через Слифорд к заливу Уош в графстве Норфолк.
   К юго-востоку от Слифорда Петровский опять остановился и долго всматривался, пытаясь разглядеть огни фар позади. Но ничего не увидел. В миле отсюда в темноте выжидали его преследователи. Когда точка на экране опять задвигалась, машины двинулись следом.
   В Саттертоне на выезде из спящей деревушки дорога раздваивалась: одна, А-16, шла на юг в Сполдинг, а другая А-17, — на юго-восток к Ленг Саттону и дальше в Норфолк к Кингс-Линн. Около двух минут потребовалось, чтобы определить, что светящаяся точка движется точно по дороге А-17 в Норфолк. Разрыв между мотоциклистом и преследователями увеличился до трех миль.
   — Сближаемся, — приказал Престон, и Джо удерживал стрелку спидометра на цифре 90, пока дистанция опять не сократилась до полутора миль.
   Возле Кингс-Линн они проехали через реку Уз, спустя несколько секунд точка задвигалась на юг от объездной дороги к Даунэм-маркету и Тетфорду.
   — Куда, черт возьми, его понесло, — проворчал Джо.
   — У него где-то здесь база, — сказал Престон.
   — Продолжайте преследование.
   Слева на востоке у горизонта появилась розовая полоска, силуэты деревьев по обеим сторонам дороги стали отчетливее. Джо выключил передний свет и оставил только подфарники.
   Далеко на юге огни также притушила колонна автобусов, запрудивших все улицы небольшого торгового городка Бери-Сент-Эдмундс. Автобусов было около двухсот, битком набитых участниками марша мира, часть демонстрантов ехала на машинах, мотоциклах, велосипедах, часть двигалась пешком. Вереница машин, обвешанных знаменами и транспарантами, выехала из города и двинулась по дороге А — 143. У перекрестка в Иксуорте машины и автобусы остановились. Автобусы не могли дальше двигаться по узким проселочным дорогам. На обочине неподалеку от перекрестка зевающие пассажиры выгрузились прямо на поля Саффолка, над которыми занимался рассвет. Организаторы принялись уговаривать и убеждать это бесформенное скопище людей построиться в некое подобие колонны, полицейские Саффолка преспокойно взирали на все происходящее, сидя на своих мотоциклах.
* * *
   В Лондоне огни все горели. Сэр Бернард Хеммингс прибыл на службу из дома как только ему сообщили, что бригада наблюдения в Честерфилде дождалась наконец нужного человека и следит за ним. Сэр Бернард находился на узле связи в цоколе здания на Корк-стрит. Брайан Харкорт-Смит был рядом.
   На другом конце Лондона у себя в кабинете сидел сэр Найджел Ирвин, которого также подняли по его собственной просьбе. Несколькими этажами ниже в архиве вот уже полночи Блодвин всматривалась в лицо человека, сфотографированного под уличным фонарем в маленьком городке в Дербишире. Поздно ночью ее доставили сюда на машине из дома в Кэмден-таун. Мисс Блодвин согласилась приехать только по личной просьбе сэра Найджела. Он сам ее встретил с букетом цветов; для него она была готова на что угодно, но только для него.
   — Он у нас раньше не фигурировал, — сказала мисс Блодвин, увидев фотографию. — И все же...
   Через час она решила посмотреть снимки с Ближнего Востока, а в четыре утра нашла нужную фотографию. Это был снимок, переданный израильской «Моссад», сделанный шесть лет назад. Даже «Моссад» сомневалась; приложенный к снимку текст гласил, что это всего лишь предположение.
   Фотография была сделана на улице Дамаска. Тогда этого человека звали Тимоти Донелли, он продавал уотер-фордский хрусталь. Скорее на всякий случай, чем из подозрений, «Моссад» сфотографировала торговца и навела о нем справки у своих людей в Дублине. Тимоти Донелли действительно существовал, только тогда был не в Дамаске. Он исчез и больше никогда не появлялся.
   — Это он, — уверенно сказала Блодвин. — Посмотрите на уши. Ему следовало бы носить шляпу.
   Сэр Найджел позвонил на узел связи на Корк-стрит.
   — Кажется, у нас уже есть его фотография, Бернард, — сообщил он. — Мы можем отпечатать копию для вас.
* * *
   Они чуть не потеряли объект милях в шести к югу от Кинге-Линн. Машины группы преследования направлялись на юг к Даун-Хему, когда точка начала перемещаться, сначала почти незаметно, а затем все дальше и дальше на восток. Престон посмотрел на карту дорог.
   — Он повернул вот здесь назад на А-134, — сказал он. — Направляется в Тетфорд. Сверните налево.
   Они снова напали на его след в Страдсетте. Прямая дорога вела через леса до Тетфорда. Машины въехали на вершину Гэллоуз-хилл, внизу лежал старинный торговый городок, укрытый предрассветной дымкой. Джо резко нажал на тормоза.
   — Он опять остановился.
   — Опять проверяет, нет ли хвоста?
   — Где он?
   Джо проверил индикатор расстояния и указал прямо перед собой:
   — Где-то в центре города, Джон.
   Престон внимательно изучил карту. Кроме дороги, по которой они ехали, из Тетфорда вели еще пять. Они расходились от города, как лучи. Рассветало. Было пять часов утра. Престон зевнул.
   — Дадим ему еще десять минут.
   Но точка не сдвинулась с места ни через десять, ни через пятнадцать минут. Престон отправил вторую машину по кольцевой дороге. Из четырех пунктов вторая машина сделала триангуляция вместе с первой; точка находилась прямо в центре Тетфорда. Престон взял в руки переговорное устройство:
   — О'кей, мы нашли его базу. Поехали.
   Обе машины направились в центр города. Они съехались на Магдалин-cтрит и в 5.25 обнаружили площадку, окруженную по периметру гаражами, закрытыми на замок. Джо развернул машину, она точно уперлась в один из гаражей. Напряжение в группе стало нарастать.
   — Он там, — сказал Джо.
   Престон выбрался из машины. К нему присоединились Барни и Джинджер из второй машины.
   — Джинджер, ты можешь открыть этот замок?
   Вместо ответа Джинджер взял из набора инструментов в одной из машин ключ для свечей зажигания, захватил им ручку замка и резко дернул. В замке что-то хрястнуло.
   Престон одобрительно кивнул. Джинджер настежь распахнул дверь гаража и быстро отступил назад.
   Все, кто был во дворе, смотрели внутрь. В центре гаража на подставке стоял мотоцикл. На крючке висела черная кожаная одежда и мотоциклетный шлем. Рядом около стены стояли высокие ботинки. На пыльном полу с пятнами пролитого масла виднелись следы шин небольшого автомобиля.
   — Вот черт, — сказал Гарри Буркиншоу, — здесь у него перевалочная база.
   Джо высунулся из окна машины:
   — «Корк» только что вышел на связь. Они говорят, у них есть хороший снимок. Спрашивают, куда его переслать?
   — В полицейское управление Тетфорда, — ответил Престон. Он взглянул на чистое голубое небо над головой.
   — Кажется, мы опоздали, — прошептал он себе самому.


Глава 22


   В шестом часу демонстранты, наконец, выстроились в колонну по семь человек в ряд и целую милю длиной. Голова колонны двинулась по узкой дороге, имевшей номер А-1088, от перекрестка Иксуорт. Участники марша держали путь через деревню Литтл-Фейкенхэм к базе Королевских ВВС в Хонингтоне.
   Утро было солнечное, все пребывали в прекрасном расположении духа, несмотря на ранний час. Организаторы выбрали такое время, чтобы успеть к прибытию первых американских самолетов «Гэлакси», которые должны доставить крылатые ракеты на британскую землю. Когда голова колонны пошла между рядами живой изгороди, окаймлявшей дорогу, демонстранты начали скандировать ритуальное: «Нет крылатым ракетам — янки, вон!»
   Много лет Хонингтон использовался как база для ударных бомбардировщиков «Торнадо» и никогда не привлекал внимания нации. Страдали от нее исключительно жители окрестных деревень Литтл-Фейкенхэм, Хенингтон и Сэпистон, которым приходилось терпеть рев бомбардировщиков над головой. Но решение создать в Хеннингтоне третью в Великобритании базу для крылатых ракет все перевернуло.
   «Торнадо» перебазировались в Шотландию, а вместо них покой местных жителей стали нарушать демонстранты, как правило, женщины, ведущие себя довольно странно: они вытаптывали поля, понаставили палаточные лагеря на участках общественной земли. Все это продолжалось уже более двух лет.
   Нынешний марш должен был стать самым массовым. Присутствовали пресса и телевидение. Операторы бежали впереди колонны, чтобы запечатлеть знаменитостей, идущих в первом ряду. В их числе были три члена теневого кабинета, два епископа, один католический священник высокого ранга, деятели реформистских церквей, пять профсоюзных вожаков и два известных академика.
   За ними колонной двигались пацифисты, противники службы в армии, священники, квакеры, студенты, просоветски настроенные марксисты — ленинцы, антисоветски настроенные троцкисты, учителя, лейбористские активисты вперемежку с безработными, панками, гомосексуалистами и бородатыми защитниками окружающей среды. Кроме того, шли сотни озабоченных домохозяек, рабочих, школьников.
   По обеим сторонам дороги разрозненными группками стояли женщины из палаточных лагерей с плакатами и знаменами, одетые в куртки с капюшонами и стриженные «под ежик». Многие аплодировали участникам марша. Впереди колонны ехали два полицейских на мотоциклах.
* * *
   В 5.15 Валерий Петровский выехал из Тетфорда на юг по дороге А — 1088, чтобы по ней выехать на основную дорогу, ведущую в Ипсвич. Он всю ночь не спал и чувствовал сильную усталость. Он не сомневался, что его сообщение было передано в Москву до 3.30 и что там уже знают, что он их не подвел.
   У Юстон-холла он пересек границу графства Суффолк. Там он заметил полицейского на мотоцикле у обочины дороги. Неподходящее место и неподходящее время для встречи. Он часто проезжал по этой дороге за эти месяцы и ни разу не видел здесь полицейского патруля.
   Через милю пути в Литтл-Фейкенхэме его инстинкт заставил насторожиться. На северной окраине деревни стояли два белых полицейских «ровера». Рядом с машинами группа высших полицейских чинов что-то обсуждала с двумя патрульными на мотоциклах. Они посмотрели на его машину, когда он проезжал мимо, но не сделали никакой попытки остановить.
   Остановили его позже в Иксуорт-Торп. Он только что проехал деревню и подъезжал к церкви, расположенной по правую сторону от дороги, когда увидел полицейский мотоцикл, прислоненный к живой изгороди, и самого патрульного, стоящего посреди дороги с поднятой рукой. Петровский стал тормозить, правой рукой нащупывая в дверном кармане под свернутым шерстяным свитером финский автоматический пистолет.
   Если это ловушка, то блокировали и сзади. Но, по-видимому, полицейский был один. Рядом никого не было, рацию он держал у рта. Петровский остановил машину. Высокая фигура в черном виниловом шлеме неторопливо приблизилась к дверце и наклонилась к водителю. Петровский увидел перед собой простодушное румяное лицо уроженца Суффолка, которого невозможно заподозрить в коварстве.
   — Могу я вас попросить поставить вашу машину на обочине, сэр. Вон там, напротив церкви, там вы будете в безопасности.
   Наверное, это ловушка. Но почему никого кругом нет?
   — В чем дело, офицер?
   — Извиняюсь, сэр, боюсь, что дальше вам не проехать. Дорога перекрыта. Но скоро мы ее освободим.
   Говорит правду или обманывает? Он решил пока не трогать полицейского. Он кивнул, включил сцепление, припарковал машину на площадке у церкви и стал ждать. В зеркале он видел, что полицейский не обращает на него никакого внимания, а заворачивает следующую машину на площадку к церкви. Может быть, это контрразведка? Но в машине сидел только один человек. Машина остановилась прямо за ним. Человек вышел из машины.
   — Что происходит? — обратился он к полицейскому. Петровскому было все прекрасно слышно через опущенное стекло.
   — Разве вы не слыхали, сэр? Демонстрация. Об этом же все газеты писали. И по телевизору сообщали.
   — Вот черт, — выругался водитель. — Я не сообразил, что они пойдут по этой дороге так рано.
   — Они очень быстро пойдут, — стараясь успокоить его, сказал полицейский, — Потеряете не больше часа.
   В этот момент из-за поворота показалась голова колонны. Петровский издали смотрел на знамена, прислушивался к едва различимым выкрикам с отвращением и презрением. Он тоже выбрался из машины, чтобы посмотреть на все поближе.
* * *
   На площадке перед гаражами с Магдален-стрит понемногу собирался народ. После того, как преследователи обнаружили опустевший гараж. Престон отправил Барни на Гроув-Лейн в полицейский участок просить срочной помощи. Там в этот ранний час оказались всего двое — дежурный констебль в приемной и полицейский сержант, пивший чай у себя в кабинете.
   Престон вызвал Лондон по полицейской волне. Несмотря на то, что эта волна легко прослушивалась, и в другое время он бы никогда не стал вести переговоры на ней открытым текстом, сейчас он отбросил всякую осторожность. Он вызвал самого сэра Бернарда.
   — Мне нужна помощь полиции Норфолка и Суффолка, — сказал он, — а еще вертолет, сэр, и немедленно, иначе будет поздно.
   Те двадцать минут, пока он ждал, Престон изучал карту дорог Восточной Англии, разложив ее на капоте машины Джо.
   Минут через пять прибыл патрульный на мотоцикле из тетфордской полиции, которого сюда направил сержант. Он въехал во двор и заглушил двигатель. Полицейский подошел к Престону, расстегивая шлем.
   — Это вы из Лондона? — спросил он. — Чем могу помочь?
   — Вы же не волшебник, — со вздохом ответил Престон. Приехал Барни из полицейского участка.
   — Вот фотография, Джон. Пришла, пока я разговаривал с дежурным сержантом.
   Престон вгляделся в красивое молодое лицо, снятое на улице Дамаска.
   — Сволочь, — процедил он сквозь зубы. Но его слова потонули в грохоте моторов. Два американских стратегических бомбардировщика Ф-111 пронеслись над городом очень низко, направляясь куда — то на восток. Рев их двигателей нарушил тишину просыпающегося городка. Полицейский даже не взглянул на небо. Барни, стоявший рядом с Престоном, проводил их взглядом.
   — Шумные черти, — заметил он.
   — Они тут постоянно летают, — сказал местный блюститель порядка. — Мы привыкли. Уже не замечаем. Они из Лейкенхита.
   — Да, лондонский аэропорт тоже не подарок, — вступил Барни, который жил в Хаунслоу, — но пассажирские самолеты не летают так низко. Не думаю, чтобы я мог долго терпеть такое.
   — Пусть летают, только бы не падали, — сказал полицейский, разворачивая плитку шоколада. — Не хотел бы я, чтобы какой-нибудь разбился. У них на борту атомные бомбы. Правда, маленькие.
   Престон медленно повернулся к нему.
   — Что вы сказали? — переспросил он.
* * *
   МИ-5 сработала быстро. На этот раз без посредничества юрисконсульта сэр Бернард лично позвонил обоим заместителям главных констеблей по уголовным делам графств Норфолк и Суффолк. Полицейский чин в Норидже еще спал, но его коллега в Ипсвиче был уже на посту из-за демонстрации, которая отвлекла на себя почти половину всех полицейских сил графства.
   С заместителем главного констебля в Норфолке удалось связаться в то время, когда ему позвонили из полицейского участка Тетфорда. Он дал устное распоряжение, чтобы местная полиция оказывала операции всяческое содействие: бумаги придут позже.
   Брайан Харкорт-Смит пытался раздобыть вертолет. Обе специальные службы Великобритании имеют право пользоваться вертолетами, базирующимися в Нортоуте под Лондоном. Обычно вертолет заказывают заранее. Но срочный запрос заместителя генерального директора ускорил дело, вертолет поднимется в воздух через сорок минут, а еще через сорок минут он прибудет в Тетфорд. Харкорт-Смит связался с сэром Бернардом.
   — На переброску уйдет восемьдесят минут, — сообщил он.
   Генеральный директор обратился к главному констеблю Суффолка.
   — У вас есть полицейский вертолет? Прямо сейчас? — спросил он полицейского из Ипсвича.
   — У нас есть один в воздухе над Бери-Сент-Эдмундз, — сообщил тот.
   — Направьте его в Тетфорд, чтобы взял на борт одного из наших людей, сказал сэр Бернард. — Это вопрос национальной безопасности, я уверяю вас.
   — Я немедля отдам распоряжение, — ответил заместитель главного констебля Суффолка.
* * *
   ...Престон жестом подозвал тетфордского полицейского к машине.
   — Покажите-ка мне на карте все американские военные базы в этом районе, — попросил он.
   Патрульный ткнул толстым пальцем в карту.
   — Они тут по всей округе, сэр. Вот здесь в северном Норфолке-Скалторп, к западу отсюда — Лейкенхит и Милден-холл, Чиксэндз в Бедфордшире. А потом еще есть Бентуотерс на побережье Суффолка около Вудбриджа.
* * *
   Было шесть часов. Участники марша обтекали две машины, стоящие на площадке у церкви Всех Святых. Церковь представляла собой небольшое, но очень изящное сооружение, столь же старое, сколь и сама деревня. Крыша была крыта норфолкским тростником, электрического освещения в ней все еще не провели. Вечерние службы шли при свечах.
   Петровский стоял у машины и смотрел, скрестив руки на груди, как демонстранты проходят мимо. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Думал же он обо всем происходящем не без сарказма. где-то за спиной над полями летел на север вертолет дорожной полиции, но он этого не услышал из-за громких выкриков демонстрантов.
   Водитель второй машины, который оказался продавцом кондитерских изделий, возвращался домой с семинара по рекламе сливочного печенья «баттер-осбернз». Он подошел к Петровскому и кивнул в сторону колонны.
   — Засранцы, — прокомментировал он, перекрывая крики «Нет крылатым ракетам — янки вон!». Русский улыбнулся и кивком головы выразил согласие. Не получив больше никакого ответа, продавец печенья вернулся к своей машине, уселся на водительское сиденье и стал читать рекламные проспекты, которые вез с собой.
   Если бы Петровский обладал более развитым чувством юмора, он мог посмеяться над ситуацией, в которой оказался. Он стоит у церкви, посвященной богу, в которого он не верит, в стране, которую хочет стереть с лица земли, и пропускает мимо людей, которых искренне презирает.
   И вместе с тем, если его миссия будет выполнена, все требования этих демонстрантов будут удовлетворены.
   Он вздохнул, подумав, как быстро в его собственной стране войска МВД справились бы с такой демонстрацией и сдали всех зачинщиков ребятам из Пятого Главного управления для беседы в Лефортово.
* * *
   Престон смотрел на карту, на которой он обвел кружками пять американских военно-воздушных баз, и размышлял. Если бы я был нелегальным агентом и жил в чужой стране, выполняя секретное задание, я постарался бы затеряться в большом городе.
   В Норфолке были Кингс-Линн, Норидж и Ярмут. В Суффолке — Лоустофт, Бери-Сент-Эдмундз, Колчестер и Ипсвич. Если человек, которого он преследует, возвращался в Кингс-Линн, где рядом база ВВС США Скалторп, он проехал бы обратно мимо них в Гэллоуз-хилл. Но никто не проезжал. Остаются четыре базы: три на западе и одна на юге.
   Он проанализировал маршрут, по которому двигался его «объект» от Честерфилда до Тетфорда. На юго-восток, все время на юго-восток. Логично иметь перевалочный пункт, чтобы пересесть с мотоцикла на машину, где-нибудь по дороге. Если бы его маршрут к передатчику в Честерфилде пролегал от Лейенхита и Милден-холла, разумно арендовать гараж в Иле или Питерборо по пути в центральные графства.
   Он мысленно провел прямую из центральных графств до Тетфорда, а затем продолжил ее дальше на юго-восток. Она уперлась прямо в Ипсвич. В двенадцати милях от Ипсвича в густом лесу на побережье находится база Бентуотерс. Там базируются Ф-5, современные штурмовики с тактическим ядерным оружием на борту, предназначенные для отражения возможной атаки 29 000 танков.
   Сзади донесся треск ожившей рации. Полицейский подошел и ответил на вызов.
   — С юга сюда летит вертолет, — сообщил он.
   — Это ко мне, — сказал Престон.
   — Ах вот в чем дело, где им сесть? Поблизости есть ровная площадка? — поинтересовался Престон.
   — Есть местечко, которое мы называем Луга, — сказал полицейский, — Вниз по Касл-стрит за каруселями. Там довольно сухо.
   — Скажите ему сесть там. Я его встречу, — распорядился Престон. Затем он обратился к своим ребятам, дремавшим в машинах:
   — Едем в Луга.
   Все расселись. Престон протянул свою карту патрульному:
   — Скажите, если бы вы из Тетфорда держали путь в Ипсвич, по какой дороге вы поехали?
   Ни секунды не сомневаясь, полицейский — мотоциклист ткнул в карту:
   — Я бы поехал по А-1088 до Иксуорта, а там свернул у деревни Элмсвелл на А-45 до Ипсвича. Престон согласно кивнул.
   — Я бы сделал то же самое. Будем надеяться, что и наш «друг» поступит именно так. Вы останетесь здесь и постараетесь найти кого-нибудь из арендаторов гаражей, кто видел машину беглеца. Мне нужен ее регистрационный номер.
   На лужайке рядом с каруселью уже поджидал легкий вертолет «Белл». Престон залез в него, прихватив с собой радиостанцию.
   — Оставайтесь здесь, — приказал Престон Гарри Буркиншоу. — Это почти безумная затея. Он оторвался от нас как минимум на пятьдесят минут. Я полечу в Ипсвич и посмотрю, нельзя ли там что-нибудь разузнать. Если нет, остается только регистрационный номер машины. Возможно, кто-то его видел. В случае, если тетфордской полиции удастся обнаружить этого человека, я буду в Ипсвиче.
   Он нырнул в маленькую кабинку под вращающимися лопастями винта. В кабине он предъявил пилоту служебное удостоверение и кивнул автоинспектору, который примостился сзади.
   — Вы быстро добрались, — крикнул Престон пилоту.
   — Я был в воздухе, когда меня вызвали, — ответил пилот.
   Вертолет набрал высоту и стал удаляться от Тетфорда.
   — Как полетим?
   — Вдоль дороги А-1088.
   — Хотите увидеть демонстрацию?
   — Какую демонстрацию?
   Пилот взглянул на Престона так, будто тот с луны свалился. Вертолет, заваливаясь носом вниз, двигался на юго-восток. Дорога А-1088 лежала по правому борту. Престон ее хорошо видел.
   — Марш к базе ВВС Хонингтон, — сказал пилот. — Об этом было во всех газетах и по телевизору.
   Ну конечно же, он видел по телевизору сюжеты, посвященные предполагаемой демонстрации протеста у базы. Он две недели просидел у телевизора в Честерфилде. Он просто не осознал, что база находится на дороге А-1088, между Тетфордом и Иксуртом. Через полминуты он увидел базу воочию. Справа от него в лучах утреннего солнца блеснули взлетно-посадочные полосы авиабазы. Огромный американский транспортный самолет «Гэлакси», приземлившись, выруливал по взлетно-посадочной полосе. Снаружи у всех ворот базы стояли кордоны суффолкских полицейских лицом к демонстрантам.
   От огромной толпы перед полицейским заслоном отделился темный ручеек под знаменем, развевающимся на ветру. Эти люди бежали назад на дорогу А — 1088, высыпали на нее и двинулись к разъезду Иксуорта.
   Прямо под вертолетом была деревня Литтл-Фейкенхэм, вдали виднелась деревня Хонингтон. Престон различал прямоугольники зданий Хонингтон-Холла и красные кирпичные постройки поселка пивоваров через дорогу. Здесь было самое большое скопление демонстрантов у поворота на узенькую аллею, ведущую к базе. Сердце Престона учащенно забилось.
   На дороге от центра Хонингтон друг за другом на протяжении полумили выстроилась вереница машин; их водители ждали конца манифестации. Там было около сотни машин. Еще дальше, прямо в середине колонны демонстрантов он разглядел крыши еще двух или трех машин, не успевших добраться до иксуортского поворота и оказавшихся в ловушке. Несколько машин стояли в центре деревни Иксуорт-Торп и еще две подальше — возле маленькой церквушки.
   — Интересно, он здесь? — прошептал он.
* * *
   Валерий Петровский увидел, что к нему направляется полицейский, который раньше остановил его машину. Ряды демонстрантов поредели; проходил конец колонны.
   — Извините за задержку, сэр. Кажется, людей собралось больше, чем предполагалось.
   Петровский дружелюбно пожал плечами:
   — Что поделаешь, офицер. Я был круглым идиотом, что здесь поехал. Думал, успею проскочить.
   — Многие так думали. Ну теперь-то осталось недолго. Минут десять еще будут идти демонстранты, потом несколько больших машин с громкоговорителями, замыкающими колонну. Как только они пройдут, мы откроем проезд.
* * *
   Над полями делал широкий круг полицейский вертолет. В нем Петровский заметил автоинспектора, который что-то докладывал по рации.
   — Гарри, как слышишь меня? Это Джон, перехожу на прием.
   Престон сидел в вертолете, зависшем над Иксуорт-Торп и вызывал по рации Буркиншоу.
   Наконец из Тетфорда сквозь помехи донесся голос Гарри.
   — Здесь Гарри. Слышу тебя, Джон.
   — Гарри, здесь внизу демонстрация. Есть шанс, всего лишь небольшой шанс, что «друг» застрял на дороге. Подожди.
   Он повернулся к пилоту.
   — Как долго все это продолжается?
   — Около часа.
   — Когда перекрыли дорогу на Иксуорт? Из глубины кабины наклонился офицер дорожной полиции.
   — В пять двадцать, — ответил он.
   Престон взглянул на часы. Шесть двадцать пять.
   — Гарри, мигом по дороге А-34 в Бери-Сент-Эдмундз, затем поезжайте по А-45. Встретите меня у пересечения А-1088 и А-45 у Элмсвелла. Пусть впереди едет полицейский от гаражей. Гарри, скажи Джо, пусть едет так, как еще никогда не ездил.