— Это хорошо. Как только стемнеет, вы с Дермотом увезете своего брата, прежде чем кто-нибудь заметит неладное.
   Диана вздохнула, улыбкой скрывая внутреннюю боль.
   — Ярдли скоро вернется, и у нас не будет времени проститься. Я никогда не забуду тебя, Джад. Я желаю тебе всего хорошего и надеюсь, что ваша семья обретет в Америке лучшую жизнь. Ты заслуживаешь счастья.
   Джад коснулся рукой ее щеки.
   — Ана, я не хочу терять тебя… В дверях внезапно появился Дермот с пистолетом в руке:
   — Вам лучше поторопиться. Ярдли в соседней комнате отдает приказания своим людям. Он отправил их ужинать и приказал вернуться через час.
   Достав пистолет, Джад нацепил очки. Они с Дермотом заняли то же положение, в каком они находились в присутствии Ярдли. Сев на софу, Диана сообразила, что она все еще держит в руке нож, данный ей Джадом. Она засунула его под подушку как раз в тот момент, когда в комнате появился главный констебль со своим пленником.
   Хотя голова его была опущена, Диана могла видеть, что Ронан Макбрайд был копией Джада, только моложе. Одет он был в отрепья, кандалы на руках и ногах сковывали его движения. Когда он оказался посередине комнаты, Диана увидела, что темные пятна у него на лице, на руках и ногах были не грязь, а следы ударов.
   — Ну вот и он, миледи, — сказал Ярдли, подходя к своему столу. — Хотя в толк не могу взять, зачем вам понадобилось видеть этого зловонного преступника. Мне просто тошно от вони, испускаемой этой тварью.
   Диана спрятала стиснутые кулаки в складках юбки.
   — Согласитесь, сэр, это не столько вина этого человека, сколько условия в вашей…
   Слова замерли у нее на устах, когда Ронан взглянул на нее и подмигнул. Несмотря на его жалкий вид, в его сверкающих голубых глазах искрилась проказливость. Его распухшие губы дрогнули в улыбке. Казалось, что он самым настоящим образом флиртует с ней.
   Диана была рада, что Ярдли был в этот момент занят, зажигая лампу на столе, и не заметил ни поведения Ронана, ни ее собственной реакции на него. Она перевела дух и снова вошла в свою роль:
   — Итак, ты брат Джада Девлина. Ты отдаешь себе отчет, на что пошел твой брат, пытаясь добиться твоего освобождения?
   На какое-то мгновение Ронан нахмурился, но тут же улыбнулся, выгнув бровь. Подмигнув ей еще раз, он наклонил голову. Не пытаясь разобраться в причинах такого его поведения, Диана продолжила свой монолог.
   — Тяга к преступлению у вас наследственная, — говорила она, обходя вокруг Ронана, словно изучая его. — Твоего брата осудили за убийство. Теперь он еще больше увеличил свою вину, похитив меня. Он думал, что сможет обменять меня…
   Диана наклонилась, рассматривая наручники.
   — Главный констебль, наручник на правой руке плохо закреплен.
   — Вы ошибаетесь, миледи. Я сам ему их надел.
   — Я полагала, что вы беспокоитесь о моей безопасности. Говорят вам, что этот наручник еле держится.
   Проворчав что-то себе под нос, Ярдли подошел с ключами в руке:
   — Ну ладно, миледи. Я сейчас проверю. Когда он наклонился, Джад бесшумно выступил вперед и приставил пистолет к его виску:
   — Одно только слово, Ярдли, и я спущу курок. Ты будешь мертв, прежде чем твои люди сюда вернутся. Дермот, запри дверь и задвинь ее креслом. Я не хочу, чтобы кто-нибудь помешал нашему свиданию с моим старым другом Хью.
   Уронив ключи, Ярдли пытался вырваться из рук Джада. Джад схватил его за горло. Ярдли побагровел и судорожно ловил ртом воздух, дыхание его прерывалось. Изображая себя невольной жертвой, Диана схватила Джада за руку:
   — Прошу вас, отпустите его. Ему больно. Вы обещали никого не трогать, если я помогу освободить вашего брата. Я исполнила то, что вы заставили меня сделать. Не увеличивайте свою вину, нарушая данное мне слово.
   Джад разжал руку, сжимавшую горло Ярдли, но по-прежнему держал пистолет у его виска.
   — Ладно. Я не стану убивать его сейчас. Но если он будет сопротивляться, я не задумываясь прикончу его. А теперь с дороги, вы оба, не путайтесь у меня под ногами. Дермот, держи их под прицелом, пока я не освобожу брата.
   Диана помогла с трудом державшемуся на ногах Ярдли добраться до софы.
   — Простите мое участие в этом обмане, сэр, но меня к этому принудили. Банда мятежников ворвалась в наш дом и грозилась всех убить, если я не стану им помогать. Все время, пока я находилась здесь у вас, он угрожал мне пистолетом. Он поклялся убить меня, если бы я сказала что-то или намекнула вам на то, что происходит. — Слезы лились у нее по лицу. — Я так боялась, я просто не знала, что делать.
   Наблюдая за Джадом, который сбросил парик и очки, Ярдли успокаивающе похлопал ее по руке:
   — Не плачьте, милочка. Я вас ни в чем не обвиняю. Это целиком моя вина. Мне стоило бы догадаться, что Джад Макбрайд что-нибудь такое придумает. — Наклонившись к ней, он прошептал: — Но не все потеряно. У меня готов сюрприз для этого ублюдка. С ним будет покончено, и мы навсегда забудем о нем и о его угрозах.
   Встревоженная его словами, Диана взглянула на Джада, поднявшего с пола ключи.
   «Что мне делать? Я не могу допустить, чтобы что-нибудь случилось с Джадом. Но как предупредить его, не обнаружив своей роли во всей этой истории?»
 
   Джад опустился на колени рядом с Ронаном, чтобы снять с него кандалы.
   — Я сейчас сниму с тебя это, Ронан.
   — Рад тебя видеть, братец. Я уж начал сомневаться, подоспеешь ли ты вовремя. А как мама? Она, вероятно, беспокоится.
   — Конечно, — отвечал Джад, бросая на пол кандалы и наручники. — Но она не переставала надеяться. Она сейчас в Дублине с Финбаром, чтобы достать нам места на корабле. Тогда мы сможем уехать из Ирландии.
   Ронан застонал, разминая себе кисти рук.
   — Так вот, значит, до чего дошло? Я по глупости попал в беду, а мама должна потерять свой дом!
   — Не думай об этом. После всего, что мама пережила здесь, она охотно уедет, в особенности с тобой.
   Джад помог Ронану сесть и налил ему воды из графина, стоявшего на столе.
   — Никогда я еще не видел на человеке столько синяков и порезов. Тюремщики, наверно, использовали тебя как мишень!
   Кивком головы Ронан указал на Ярдли:
   — Это он. Ему доставляет удовольствие бить человека, который не может ему ответить.
   — Ничтожный трус! Ну я ему сейчас покажу… Ронан схватил его за руку:
   — Не стоит он твоих трудов. Но кто эта дама и как ты сумел убедить ее помочь нам? Подобные особы, как правило, не водятся с такими, как мы.
   — Леди Диана здесь не по своей воле. Я ее похитил и заставил помогать нам.
   — А я-то был уверен, что она твой друг. Мало кто знает, что ты называешь себя Девлин.
   — Но она не… — Джад понизил голос до шепота: — Ну да, ты прав. Она назвала тебя братом Джада Девлина. Как Ана объяснит это, если Ярдли припомнит, что она сказала?
   — Ана, вот как? Стало быть, она все-таки друг. Или больше, чем друг, а Джад?
   — Да, я люблю ее, но она больше не хочет иметь со мной дела. Мой бешеный нрав и моя ненависть к англичанам лишили нас возможности когда-либо быть вместе. Она помогает мне только ради нашей матери. — Он провел рукой по волосам. — Черт, если Ярдли вспомнит, что она сказала, и сообразит, что Ана здесь по своей собственной воле, он сможет и ее привлечь к суду.
   — Судя по тому, как он поглаживает ей руку, я думаю, он не заметил ее ошибку. — Ронан усмехнулся. — Посмотри-ка, он ее обнял, чтобы утешить. Я думаю, ты зря беспокоишься, братец.
   Смешанное чувство овладело Джадом при виде парочки на софе. С одной стороны, он был доволен, что Ярдли, похоже, поверил в невиновность Дианы. Она сможет спокойно вернуться к своей прежней жизни в Англии. Но его бесило то, что этот человек прикасается к ней. Ему хотелось за одно это вытрясти из него душу. Но помимо всего этого, у него появилось еще странное чувство, что должно произойти нечто страшное.
 
   Притянув к себе Диану, Ярдли шептал ей на ухо:
   — Когда Макбрайд подойдет поближе, я его разоружу. А вы тем временем падайте на пол и старайтесь уберечься от пули.
   — Но как вы разоружите его? Главный констебль посмотрел на Джада. Злобная улыбка скривила его губы.
   — Подробности не имеют значения, миледи. Следуйте моим указаниям, и все будет в порядке.
   Когда Джад приблизился к софе, Дианой овладел страх. В одной руке он»держаЛ пистолет, в другой наручники. Его движения были спокойны и уверенны. Он был так хорош! Этого человека она любила и будет любить, несмотря ни на что. «Боже, я не могу допустить, чтобы с ним что-нибудь случилось, — твердила она про себя. — Господи, пошли мне силы и мужества помочь ему!»
   — Пора заняться тобой как следует, Ярдли! А ну вставай и поворачивайся без лишних слов.
   — Ты идиот, Макбрайд, — презрительно усмехнулся Ярдли. — Мои люди не дадут тебе с братом уйти отсюда.
   — Твои люди ничего не смогут сделать. Мы уйдем через дверь в спальне.
   — В спальне? Кто тебе сказал… Ах, я и забыл, что ты родился и вырос в этих местах. Возможно, ты знал старого аббата, который жил здесь, пока монастырь не заняли правительственные войска.
   — Оставь веревки и шарфы, мы свяжем ими наших английских друзей, — обратился Джад к Дермоту. — А сам уходи с Ронаном. В спальне за гобеленом дверь. Меня не ждите. Я вас догоню.
   Дермот чуть не на руках понес Ронана к двери в спальню. Джад направил пистолет на Ярдли:
   — Не пытайтесь совершать героические поступки, сэр, а не то я с удовольствием всажу вам пулю в лоб.
   Ярдли медленно встал.
   — Я в этом не сомневаюсь. Ты еще десять лет назад доказал, что метко умеешь стрелять, убив офицера.
   — Я никого не убивал. Офицера убил твой брат, этот жалкий трус. Его следовало бы судить за это преступление, а не меня, и тебе это известно.
   — Ллойд мертв и не может признать или отрицать твое обвинение.
   Джад приподнял брови:
   — Вероятно, совесть в нем пробудилась, потому он и покончил с собой.
   — Как ты смеешь утверждать такое! — Лицо Ярдли исказилось яростью. — Единственный проступок моего брата в том, что он влюбился в твою сестру. До самой смерти его мучило то, что она погибла из-за несчастного случая.
   — Этот несчастный случай был его рук делом! Ллойд заслужил все муки, какие ему пришлось испытать за этот грех и за смерть моих братьев. Из-за него и из-за тебя погибла моя семья. А теперь поворачивайся, пока я не спустил курок!
   — Скажите пожалуйста! Такие угрозы, и от кого — от того, кто заявляет, чтр он невиновен в убийстве десять лет назад.
   — Еще и не таким станешь, как побегаешь десять лет от петли! — Джад швырнул наручники на софу. — Наденьте их на него, миледи!
   — Мало тебе, что ты уже завлек эту бедняжку в свои низкие проделки? Сомневаюсь, чтобы у нее хватило сил надеть на меня наручники. Уж лучше я сам.
   Он надел наручник на правую руку и щелкнул замком. Заложив руки за спину, он повернулся спиной к Джаду:
   — Надевай второй сам, и покончим с этим. Диана не успела предупредить его, когда Джад сделал шаг к Ярдли. Тот внезапно развернулся и, ударив Джада по руке закованной в наручник кистью, выхватил пистолет и еще одним ударом в грудь сбил Джада с ног.
   — Ну что, удивил я тебя? — Ярдли с торжествующей улыбкой наклонился над поверженным Джадом. — Я научился этому фокусу на Востоке. Туземцам, может быть, и не хватает цивилизации, но в способности к самозащите у них мало равных. Могу сказать, Джад Макбрайд, что не жалею теперь о тех долгих часах, что я провел, отрабатывая этот прием.
   Джад с ненавистью смотрел на своего врага. Диана в отчаянии не знала, что делать. Достав из-под подушки нож, она попыталась отвлечь Ярдли:
   — Сэр, не позвать ли мне охрану? Вы же не хотите, чтобы этот человек снова сбежал? Ярдли усмехнулся:
   — Никуда он не сбежит, уверяю вас, миледи. Я десять лет ждал своего часа и теперь сам приведу приговор в исполнение, облегчив задачу палачу.
   Когда Ярдли взвел курок, Диана бросила в него нож. В тот же момент, когда нож пронзил руку главного констебля, раздался выстрел. Джад не успел увернуться, и пуля попала ему в плечо.
   Уронив пистолет, Ярдли выдернул нож из раны и стремительно повернулся к Диане.
   — Вы намеренно ранили меня, чтобы я промахнулся. Что это значит, леди Диана? Вы на самом деле жертва или вы в сговоре с этим негодяем?
   Диана желала знать только одно — насколько серьезно ранен Джад. Но она не могла отвести взгляд от Ярдли. Его глаза сверкали гневом. Рукав его сюртука пропитался кровью. С ножом в руке он медленно приближался к ней. Диана попятилась, опасаясь за собственную жизнь.
   — Вы хотели убить его, сэр. Нельзя стрелять в беззащитного человека.
   — Этот человек убийца, заслуживающий смерти. Я начинаю думать, что вы соучастница в их заговоре.
   — Но это смешно. — Диана отступила еще на шаг. — Меня похитили и принудили играть эту роль. Как вы можете предъявлять мне такие чудовищные обвинения?
   — Называйте это интуицией, если хотите. Я так давно борюсь с врагами Англии, что чую их по запаху. И от вас сейчас разит той же вонью, миледи. Я готов прозакладывать свое пятилетнее жалованье, что вы добровольно помогали этому ирландцу и, следовательно, виновны в измене.
   — В измене? Я никого не предала и не нанесла ущерба моей стране.
   — Но против вас явные улики, и я, как глава местной власти, признаю вас, леди Диана Грейсон, виновной и приговариваю вас к смерти. Чтобы ускорить события, я сам приведу приговор в исполнение.
   Диана нырнула за софу.
   — Вы с ума сошли, сэр. Если вы сделаете еще один шаг, я закричу.
   — Кричите, сколько хотите. Мои люди не услышали выстрела, и вас они не услышат. Они в другой части здания.
   Выйдя на середину комнаты, Ярдли указал окровавленным ножом через плечо:
   — А ваш дружок вам не поможет. Из-за вас я не попал ему в голову, но выстрел в сердце так же смертелен.
   Диана похолодела.
   — Ты убил Джада! — ахнула она. — Бессердечный негодяй! Ты в аду сгниешь за это!
   Ярдли с усмешкой начал подбираться к ней.
   — Господь не наказывает за исполнение долга. Я имел полное право…
   Звук тяжелого удара и стоны заполнили комнату.
   Ярдли пошатнулся и рухнул на пол.
   Джад стоял над ним, как ангел мести. Лицо его было бледно и левая сторона рубашки промокла от крови. Глядя на Диану, он бросил пистолет и протянул ей руку:
   — Ана, ты невредима, любовь моя?
   Какую-то долю секунды Диана была прикована к месту. Но она тут же выскочила из-за софы и бросилась к нему. Джад привлек ее к себе.
   — Ты жив, слава богу! Если бы я не боялась причинить тебе боль, я бы расцеловала…
   Джад прильнул к ее губам поцелуем, который красноречивее всяких слов доказал, что он очень даже жив. Обвив руками его шею, Диана отвечала на его поцелуи с пылкостью, которой она давно не испытывала.
   — Как я могла даже подумать, что расстанусь с тобой? — выдохнула она немного погодя. Как давно она уже не чувствовала себя такой свободной и счастливой. — Не буду больше скрывать. Я люблю тебя. Но сейчас не время для ликования. Сядь и дай мне взглянуть на твою рану, прежде чем ты истечешь кровью.
   — Это пустая царапина, с ней можно и подождать. Нам пора, скоро вернется охрана.
   Она стянула рубашку с его левого плеча и ощупала рану.
   — Ой, Ана, хватит теребить меня, больно!
   — Ничего. Охрана еще не сию минуту вернется, а я только осмотрю тебя.
   Она осторожно сквозь платок коснулась краев раны.
   — Я чувствую пулю вот здесь. Слава богу, рана неглубокая. Я боялась, что будет хуже.
   — И было бы, если бы ты не пустила в ход нож. Кстати, кто научил тебя так ловко бросать нож? Твой отец или братья?
   Диана оторвала кусок от своей нижней юбки.
   — Вообще-то, моя мать. Она научила меня и верхом ездить, и стрелять, и фехтовать.
   — Я видел ее портрет в гостиной в Феллзмере. Не похожа она что-то на графиню.
   Осторожно перевязывая ему плечо, Диана улыбнулась:
   — Да, мама не совсем обычная графиня. То есть она прекрасная хозяйка и всегда на высоте, когда речь идет о светских приличиях. Но этим искусством она овладела, только когда вышла замуж за моего отца. До того она жила в Ирландии и имела довольно сомнительную репутацию.
   — Прости, любовь моя, но твоя мать и леди Виктория — близнецы. А я доподлинно знаю, что леди Виктория — дочь герцога Чэтема. Каким образом дочь такого человека могла оказаться вне закона?
   Закончив перевязку, Диана отступила на шаг полюбоваться делом своих рук.
   — Это долгая история. Когда-нибудь, когда у нас будет время, я тебе ее расскажу. А теперь я посмотрю, не найдется ли у главного констебля для тебя лишней рубашки.
   Джад остановил ее, обняв за талию:
   — Ты сказала, что расскажешь мне эту историю когда-нибудь. Значит ли это, что у нас с тобой есть время впереди?
   — Это зависит от тебя, Джад. Захочешь ли ты связать свою жизнь с преступницей? Боюсь, что высоких связей моей семьи будет недостаточно, чтобы убедить Ярдли не предъявлять мне обвинения в помощи тебе и Ронану.
   Джад прижался головой к ее груди.
   — Я никогда не хотел, чтобы ты оказалась замешана в печальной истории моей семьи, но теперь я рад, что так вышло. Я люблю тебя, Ана. Я небогат. Я могу предложить тебе только свое сердце и поклясться, что пойду на все, чтобы сделать тебя счастливой.
   Радость переполняла сердце Дианы. Она не потеряет его, они будут вместе навсегда. Их жизнь будет нелегкой, но они все преодолеют — ложь, несправедливость, тяжести пути в Америку. У них будет ребенок.
   До сих пор Диана не позволяла себе думать о ребенке. Но теперь, когда между ней и Джадом не было больше преград, она могла сказать ему о ребенке.
   Взяв его за подбородок, она приподняла его голову. Когда их взгляды встретились, Диана пригладила ему волосы и улыбнулась, заметив тревогу в его глазах.
   — Конечно, я стану твоей женой, Джад, но сначала мне нужно сказать тебе кое-что…
   — Джад, чего ты ждешь? — Дермот появился в дверях, прервав ее признание. Увидев повязку на плече Джада и распростертого на полу Ярдли, он застыл в изумлении.
   — Что здесь произошло? Этот мерзавец напал на тебя, прежде чем ты успел его обезвредить? Джад встал.
   — Да. Если бы не искусство Аны управляться с ножом, он бы меня застрелил. Теперь ему известно, что Ана нам помогала, и у нее тоже начнутся неприятности с законом. К тому же у меня пуля в плече, но это может подождать, пока мы не окажемся подальше отсюда. А где Ронан?
   — Лайэм и наши ребята отвезли его в пещеру, где укрываются местные повстанцы. Они приведут его в порядок и как следует накормят впервые за долгие месяцы.
   Ярдли начал стонать и метаться. Встав на колени, Дермот подобрал нож.
   — А что нам делать с ним? Связать его или сразу прикончить? Покойник не сможет свидетельствовать против тебя или твоей девушки. Мне-то все равно, я с вами еду в Америку, но Ана…
   — Не убивай его, — взмолилась Диана. — Этот человек — чудовище, но я не хочу быть соучастницей в его убийстве. Возьмем его в заложники на несколько дней. Тогда он не сможет донести на меня и не успеет послать на розыски своих людей, пока мы не уехали из Ирландии.
   Джад обнял ее здоровой рукой.
   — Я полагаю, похититель лучше убийцы. Ты слышал, что она сказала, Дермот? Ярдли поедет с нами. Надень на него кандалы и наручники и завяжи ему глаза. Нам понадобится экипаж, чтобы увезти его отсюда.
   — Не понадобится, — отозвался Дермот. — Лайэм на всякий случай приготовил двух запасных лошадей. Мы его положим поперек седла на одну и привяжем. Леди Диана может поехать со мной. Если она привыкла только к дамскому седлу.
   Джад с усмешкой покачал головой:
   — В этом нет необходимости. В дамском или мужском седле, она ездит получше тебя.
   — И пожалуйста, Дермот, называйте меня Ана. Так меня называют все мои друзья. К тому же я теперь начинаю новую жизнь вне закона, и мне пора перестать называться леди Дианой.
   Несколько минут спустя, перекинув барахтавшегося главного констебля через плечо, Дермот вынес его через боковую дверь. Джад остановил Диану, взяв ее за руку.
   — Выйдя сейчас со мной из этой двери, ты много потеряешь, Ана. Твоя репутация, доброе имя, положение — все это разлетится прахом. Быть может, ты уже никогда не сможешь вернуться в Англию. Я молю бога, чтобы ты не раскаялась в том, что полюбила врага своей страны.
   — Никогда, любимый, — отвечала она с улыбкой.
   — Ты уверена, Ана? Еще не поздно найти способ договориться с Ярдли. При помощи твоей семьи и нескольких убедительных свидетелей мы сможем доказать, что он лжец и ты невиновна.
   Диана поцеловала его в губы.
   — Пусть мы родились на противоположных берегах этого бурного политического моря, Джад, но если, обретя друг друга, мы расстанемся, мы навеки станем врагами своих сердец.
   Надев накидку, она взяла его под руку и направилась к двери.
   — Пошли, нас еще многое ожидает в жизни.

15.

   На следующий день на закате Диана и Джад подъезжали верхом к главному Подъезду Феллзмера.
   — Завтра не смогу даже сесть после этой езды, — простонала Диана. — Мы бы уже давно приехали, если бы ты не настаивал на том, чтобы выбирать все эти горные тропы.
   Джад, наклонившись, погладил ее по руке.
   — Прости, любимая, но я хотел избежать риска наткнуться на кого-нибудь из людей Ярдли. Не обнаружив на месте тебя, своего командира и одного из заключенных, они, наверно, рыщут по всей округе.
   — Но здесь, похоже, они еще не были. Все выглядит спокойно, и посторонних незаметно. Будем надеяться, что я смогу собраться, проститься с Тилли и отдохнуть ночью до нашего отъезда.
   Сойдя с лошади у подъезда, Джад помог слезть Диане, воспользовавшись этой возможностью, чтобы еще раз обнять и поцеловать ее. Вся боль и тревоги прошедших месяцев растаяли в этом поцелуе.
   — До чего же я тосковал по тебе, Ана. Прошлая ночь, которую мы провели в пещере с Ронаном, Ярдли и другими, далека от того, как я представлял себе нашу встречу.
   — Бедняжка, — Диана обвила руками его талию. — Но мы ничего не могли поделать, пока не убедились, что Ронан в полной безопасности. Слава богу, врач оказался на нашей стороне и пришел в пещеру, чтобы осмотреть его и удалить у тебя пулю. К концу недели Ронан будет уже вполне в состоянии путешествовать. Тогда мы покинем Ирландию, и твои друзья смогут освободить Ярдли.
   — Да, но у нас еще много дел. И главное, найти священника, который обвенчает нас как можно скорее. — Джад поцеловал ее в голову. — Я все еще не могу поверить, что у нас будет ребенок.
   — Тебя действительно это радует или ты просто хочешь мне доставить удовольствие?
   Джад заглянул ей прямо в глаза.
   — Как ты можешь подумать такое? Когда мы были еще у Ярдли, ты сказала, что хочешь открыть мне секрет. Мне всякие мысли приходили тогда в голову. Я даже боялся, что ты за это время могла выйти замуж. Но когда вчера ночью ты вызвала меня из пещеры и рассказала о нашем ребенке, я был вне себя от радости. Ты и наше дитя, плод нашей любви, — это величайшие сокровища, которые я буду беречь всю жизнь.
   — Я все еще никак не могу понять, что случилось с письмом, которое ты мне оставил, — задумчиво сказала Диана. — Впрочем, все к лучшему. Если бы я его получила, я бы не приехала в Ирландию. Я бы все еще была в Англии, ждала, переживала и молилась о твоем возвращении. Я, может быть… а когда я только подумаю, что вчера я чуть не потеряла тебя… — Она утерла слезы. — Но я больше не хочу думать о том, что могло бы быть. Мы снова вместе, остальное не имеет значения.
   — Это правда, а пока давай войдем в дом. Ты с рассвета на ногах, и тебе нужно отдохнуть немного.
   Они были уже у дверей, когда Диана остановилась.
   — Эта мазь, что дал мне врач для твоей раны, она у меня в седельной сумке. Я пойду возьму ее, а ты пока прикажи лакею позаботиться о наших лошадях.
   — Ана, я вполне здоров. Я и сам о них позабочусь.
   Она подтолкнула его к двери.
   — И снова растревожишь рану? Ну уж нет. Пойди отыщи кого-нибудь из прислуги и не спорь со мной. Я сейчас.
   Зная ее упорство, особенно в заботе о нем, Джад открыл дверь и вошел в дом. Не успели глаза освоиться с полумраком, царившим в холле, как Джад почувствовал чью-то руку, схватившую его сзади. Мощный удар кулака сбил его с ног.
   Джад потянулся было за пистолетом у себя за поясом, но нападающий прижал к его горлу острие шпаги.
   Нападающий был высокого роста, хорошо одет, в волосах его сквозили серебряные нити. Голубые глаза пылали гневом.
   — Только шевельнись, Девлин, и я перережу тебе горло.
   — Не спеши, дорогой, — раздался поблизости женский голос. — Если ты перережешь ему горло, как он сможет рассказать нам то, что мы желаем узнать?
   Мужчина нахмурился.
   — Ты, как всегда, права, дорогая. Но мне не терпится пустить ему кровь. Он этого заслуживает после всего того, чему он нас подверг.
   — Терпение, любимый, — проворковала женщина. — Если мистер Девлин не удовлетворит наших требований, ты можешь делать с ним все, что захочешь. Если только я сама не убью его сначала.
   Джад хотел протестовать, когда таинственная незнакомка появилась перед ним с пистолетом в руке. Он сразу же узнал эту прекрасную блондинку.
   — Боже мой, вы Кэт…
   В этот момент в дверях появилась Диана.
   — Мама, папа, что вы здесь делаете? Папа, убери шпагу немедленно!
   Опустив пистолет, Кэтрин Грейсон поспешила навстречу дочери.
   — Диана Адриенна, ты представляешь себе, как мы о тебе беспокоились?