больше. Даже Артем у нас теперь звезда. Кстати, мама, не хотите нам писать
тексты?
Лиза снова была в форме, похудела, стала прекрасно одеваться. Вместе с
Темкой, хорошеньким, раскованным, и в то же время необыкновенно взрослым
для своих одиннадцати - они неплохо смотрелись в передаче "Сынки-матери",
разыгрывая разговорный мини-спектакль на самые разные темы. Собирались в
ближайшее время подключить и Катюшу.
- А вправду, баба Яна, зачем нам чужие авторы? - сказал Артем, снимая
семейное торжество видеокамерой, - Плати им, да еще тексты пишут - язык
сломаешь. Будет у нас семейная передача, а?
- Фарисейство, - буркнула свекровь, "- Мы с мамой идем покупать
меховую шубу... Гуманно ли убивать бедную норку?" Дискуссия на тему. А
зрители в это время кошек жрут, потому что больше нечего. Ваше благополучие
построено на костях народа и народ вас будет судить.
- Тебя первую, бабуля, - беззлобно усмехнулся Филипп, - Вот, скажут,
расплодила буржуев!..
- И правильно скажут. Разве мы, комсомольцы, такими были? А потом
переродились, омещанились... Тряпки, ковры... "Оттепель" эта дурацкая,
диссиденты. Никита со своими разоблачениями. Доразоблачались. Мало их
сажали! Отстань, Катька, - та снова пыталась обезвредить революционерку
куском банана.
- Ты же сама рассказывала, что и вас с дедом чуть не забрали...
- Да я бы сама попросилась сидеть до конца дней, только б наши
вернулись. Думал ли дедушка, что его дети и внуки позволят развалить
Родину, предадут идеалы и будут помогать изменникам дурить народ!
- Бабушка, ты же обещала...
- Шлюха продажная ваше телевидение, и интеллигенция ваша - говно,
правильно Ильич сказал - "Говно нации"!... Кто платит, под того и
ложатся...
Артем в азарте снимал разбушевавшуюся Градову-старшую.
- Бабуля, не митингуй, - Филипп невозмутимо щелкал Катюше орехи, -
Здесь дети.
- Дети!.. Что они видят, ваши дети? Сникерсы, тампаксы, нимфеток
полуголых. Детоубийцы!
- И так всю дорогу, - жаловалась Лиза, - Вы уж приезжайте почаще, с
вами она как-то ладит... Ну, откуда у жены дипломата такая классовая
ненависть? Прямо боюсь - отравит или бомбу подложит, они что старые, что
малые. Ну рухнуло - мы-то причем?.. А вообще-то она права во многом. Что-то
не так, да, мама?.. Несет нас, несет, а куда вынесет - и думать не хочется.
Страшно, и детей жалко... Давайте споем? - предложила она громко.
- Отпустите меня в Гималаи? - скривилась свекровь.
Но Лиза, умница, затянула тоненьким своим серебристым голоском:

Вы слыхали, как поют дрозды?
Нет, не те дрозды, не полевые...

Подтянула Иоанна, подтянул и Филипп, все время пытавшийся разыскать
какого-то "Сергеича" по мобильному телефону. Помягчев, замурлыкала и
свекровь - песня была, что называется, "в десятку".

Шапки прочь - в лесу поют дрозды,
Для души поют, а не для славы...

Спели "Дроздов", "Эх, дороги", потом "Когда весна придет, не знаю",
"На дальней станции сойду", по просьбе именниницы - "Крутится-вертится" и,
конечно же, "Катюшу". Потом Артем продемонстрировал на экране, что у него
получилось.
- Дурдом, - сказал Филипп.
- И в самом деле, - думала Иоанна, - Каждый - сам по себе, говорит
свое и никто никого не слушает. Одна Лиза всех объединяет. Что-то в ней
такое...
По настоянию Иоанны Лиза с Филиппом повенчались. Лиза водила детей по
воскресеньям в храм, причащала, но скорее из суеверного страха не
прогневать некие высшие силы в это криминальное нестабильное время. Для нее
вопросы веры не были мучительно-острыми, как для Гани, Иоанны, той же
свекрови. Лиза просто жила по-Божьи, легко, как дышала, связанная со всеми
своими, чужими, с природой, со всем миром какими-то незримыми нитями. Ей
было все про всех интересно знать, она пыталась понять другого, жалела,
сочувствовала, помогала, она была из той редкой породы, для которой
приветствие "Как жизнь?" - действительно требует обстоятельного ответа на
вопрос, а не просто дань вежливости. Эти дары сопричастности, требующие от
Иоанны невероятных усилий, были Лизе даны изначально. "Господи, что бы мы
без нее делали?" - думала Иоанна. Семья их, несмотря ни на что, производила
в эти годы "катастройки", когда "волосы застревали в горле", "кровь
вставала дыбом" и "кости стыли в жилах", впечатление вполне удачливой. И
экспортный Денис, и преуспевающий Филипп, и Лиза с детьми, вполне
воспитанными, "воцерковленными", без буржуазных замашек. Да и свекровь с ее
новым умопомрачительным креслом...
И все же было что-то тревожно-нехорошее, воландовское и в этом
кресле, и в треньканье мобильного телефона, и в артемкиной видеокамере. И в
показанных в новостях кадрах то бомбардировки Ирака, то какой-то тусовки,
до тошноты пошлой, обжирающейся и пресмыкающейся, то бала юных
элитных отпрысков в бархатных, декольтированных платьицах, с
драгоценностями на детских шейках, в чудовищной, до наглости назойливой
рекламе, в злобном и, к сожалению, вполне заслуженном комментарии свекрови
и присоединившейся к застолью ее приятельницы-хирурга, объявившей, как о
конце света, что скоро медицина станет платной и дорогостоящие сложные
операции уже сейчас простым гражданам недоступны - во всем этом
действительно был какой-то второй план с мельканием хвостов, копыт и
говорящих черных котов.
- Между прочим, Егор Златов, этот ваш блаженный, бард этот - ну все
про свечу пел... - теперь, между прочим, шинмонтаж открыл. Наваривает,
резину меняет... Полный примус валюты. Я недавно гвоздя поймал, заехал,
смотрю - Егор. Что, - спрашивает, - изволите? Варим, парим, заколачиваем...
И работнички у него - ребята из ансамбля. Пашут, между прочим, не слабо. Не
веришь - адрес дам. Дать? Споет тебе блаженный, что не в деньгах счастье...
Неужели "И ты, Егор"! Иоанна хотела позвонить Варе, справиться, но так
и не позвонила. Варя в последнее время тоже пребывала в некоторой эйфории -
как же, восстанавливаются церкви, можно издавать и продавать любую
религиозную литературу, вести православные кружки /чем она и не замедлила
воспользоваться/. Можно присутствовать на богослужениях прямо дома, во
время телевизионных трансляций, и лицезреть сильных мира сего со свечками в
руках. Варя развила бурную деятельность после отъезда Глеба, увлекшись
идеей восстановления монархии.
Иоанна соглашалась - да, новые церкви и вожди со свечками - все это
прекрасно, но мерещился почему-то опять же булгаковский Иванушка Бездомный,
в кальсонах и рваной толстовке, с бумажной иконой и венчальной свечой.
Гонимый силами тьмы.
Последнее время даже варины восторженные охи-ахи стали ее раздражать,
не говоря уже о реакции на происходящее других знакомых, с которыми она
иногда по необходимости встречалась. Да что они, слепые? С ума посходили?
Потом она устала спорить до хрипоты, проклинать, негодовать, выслушивать в
ответ такие же яростные злобные обвинения в консерватизме, большевизме,
фашизме и идиотизме. Пришли весна, лето 93-го с привычными огородно-
цветочно-торговыми хлопотами. Пенсии ни на что не хватало, все дорожало -
небольшой ее цветочный бизнес выручал, хотя уже появились в продаже
роскошные голландские розы, хризантемы, лилии, постепенно вытесняя знакомых
цветочниц из Сочи, Киева, Кишинева с их размокшими картонными коробками.
Все уже становился круг покупателей, многие из прежних клиентов - учителя,
инженеры, врачи, даже актеры - теперь спешили мимо, пряча глаза. Появились
бритоголовые в вишневых пиджаках, бледнолицые в черных пальто до пят, их
субтильные, донельзя костлявые подружки в дорогой коже с подрумяненными
скулами и скрипящими коленками.
Чтобы выдержать конкуренцию с забугорией, приходилось делать все более
замысловатые букеты с целлофановыми выкрутасами и бумажными лентами.
Появились бедняки, выпрашивающие косточку на суп, и дети, промышляющие
гнилыми персиками, группы каких-то то ли афганцев, то ли десантников "под
мухой", время от времени крушащих прилавки, омоновцы с автоматами и
собаками - в поисках наркоты.
Но в дикий рынок она, можно сказать, вросла безболезненно, если не
считать этого нарастающего ощущения разваливающегося жизненного
пространства, цепной реакции распада всего и вся. Подземный гул вселенской
катастрофы, разверзающейся бездны, готовой поглотить эти вишневые пиджаки,
пирамиды киви и бананов, яркие папуасские прилавки вместе о вальяжными
покупателями, черноволосым продавцами, бомжами, голодными попрошайками и
натасканными на наркоту псами. И еще качающих какие-то права совков, не
понимающих, что "случилось страшное", что разбужены "уснувшие российские
бури, под которыми хаос шевелится". И вообще - "молилась ли ты на ночь,
Дездемона?"
Повальное всеобщее безумие, бубонная чума, кромешная богооставленность
и махровая бесовщина. Несмотря на весь этот внешний религиозный
"ренессанс", депутатов в рясах, батюшек, благословляющих биржи и
презентации. Среди порнухи, рекламы и боевиков по ящику - отрывки из
богослужений и "жития святых".
Возвращалась она с рынка под вечер, смертельно вымотанная, сразу же
вела гулять застоявшегося голодного Анчара. Кормила принесенными с рынка
отходами, потом до темноты делала "аварийку и неотложку" - дела, которые не
могли ждать, - полить, прополоть ,срезать на завтра цветы. И уже около
одиннадцати за наскоро приготовленной, что Бог послал, едой, смотрела
последние новости - очередную серию ужастика. Уповая - хоть бы что-нибудь
случилось, вмиг и разом, как отцовская гневная оплеуха. Но тщетно.
Расшалившиеся дети пошли вразнос. Оказывается, и хаос жил по своим
кромешным законам. Она переключала программы - мимо дебильных сериалов,
полуголых извивающихся поп- и рокзвезд, импотентов-политиков, способных
разве что держать свечку - в храме или в спальне - без разницы... Мимо
насосавшихся, как клопы, косноязычных амбалов, сильных мира сего...
Попадались в кадре знакомые лица - вот они, вчерашние приятели и
приятельницы, братья по киношному цеху, много лет бок о бок, душа в душу -
совместные съемки, озвучание, монтаж, вечеринки, просмотры, неприятности,
сплетни, анекдоты, брюзжание по поводу всяких главков, которые "не пущали",
клали на полку, вырезали... И все-таки фильмы выходили, игрались спектакли,
печатались книги, и многое в общем-то, было можно, только не сразу, не
напролом, хорошенько подумав. Потом скандальные съезды, перевороты - блинов
на сковородке, всякие "хватит" и "долой", хозрасчет, гласность и "это
сладкое слово "свобода"... Ну и что?
Кто из них, какие нетленки создал или сообщил миру по сравнению с
проклятым "застоем"? "Метили в коммунизм, попали в Россию". Все в одночасье
рухнуло. Откуда эта патологическая звериная ненависть к Родине, к бывшим
охранникам ее безопасности, которые пусть излишне бдительно, смешно и по-
дурацки, но худо-бедно несли свою службу, охраняя вас и ваше жизненное
пространство от вас же самих? Выплеснуть помои со дна души на головы
граждан безо всякой цензуры - разве не кайф! И за это еще приличные
гонорары в валюте, по миру прошвырнуться, в казино сыграть, стриптизы там
всякие, ночные клубы... Как сказал один покойный бард, Царство ему
Небесное: "пусть во время Октябрьских волнений погибли женщины и дети, зато
я теперь могу поехать в Париж...".
Воландовский сеанс черной магии. Переодевшись в заграничное тряпье,
граждане топали модными туфлями, хватали сыплющиеся с потолка червонцы, а
воландовская свита потешалась над ними. И уже к вечеру забегали по стране
босые полуголые личности, червонцы-ваучеры и глубоковские миллионы
обернулись бумажками, заполыхал огнем, казалось, незыблемый дом -
оскверненный нечистью.
Чубайс на оба ваших дома. По ящику мелькали знакомые лица "кающихся".
Чиновников, писателей, актеров, больше всего номенклатуры. Жгли партбилеты
- ритуальный пропуск на "пир богов". "Да мы никогда", "Да мы всегда"...
Прокатилась волна самоубийств "товарищей", не выдержавших вакханалии. И
никто не заявил: "Если считали систему столь ужасной и преступной и
молчали, пользуясь всевозможными благами и помогая ее укреплять, значит,
подлецы вы, братцы! И каяться вам надо перед людьми и Богом до конца жизни,
а не ходить в мессиях. А если полагали, что огромная страна, своим иным
образом жизни бросившая вызов всему прочему миру, - может быть святой в
условиях жесточайшей холодной войны и враждебного окружения, - значит,
идиоты, и надо до конца дней лечить головку."
Кру-угом, на сто восемьдесят градусов! И как дружно...
Вспомнился ей Хан, смерть Ленечки, ее злополучный очерк. Сегодня так,
завтра эдак - как прикажете... Сегодня - Мальчиш-Кибальчиш с его "военной
тайной", завтра Плохиш с бочкой варенья... И надо же, юмор Князя тьмы -
ребята из одной семейки. Гайдары. Преемственность поколений. Воистину в
чисто вымытый дом вселяется семь бесов. "Теплохладная" номенклатура
несколько десятилетий под видом элитных цыплят вызревала в змеином
инкубаторе, и, наконец, дождалась своего часа. Вылупилась! И теперь после
долгого вынужденного поста, пребывания в "благочестивой скорлупе",
сдерживавшей змеиные инстинкты - расползлась, пожрав собственную скорлупу,
по стране. Шипя, жирея, наглея... Все менее интересные, до ужаса пошлые и
откровенно-звероподобные, карикатурные, и все же страшные именно этим
своим вдруг всенародно разверзшимся "подпольем" - гады. И выводок этот с
ядовитыми жалами и шипением про "демократию и права человека" был
откровенно антиправославным, антихристианским. Против всех заповедей
разом.
Ворошили какие-то стародавние события, лили ушаты грязи на покойников,
устраивали откровенные телевизионные шабаши с убиением животных и
символическим поеданием трупов и вполне серьезно провозглашали, что вся
многовековая история поисков Истины ни хрена не стоит, а истина - в баксах,
в презентациях, в вояжах, тампаксах и газете "Спид-Инфо".
Пакостили, расшатывали и смывались. Кто за бугор на постоянное
жительство, кто "читать лекции", честно отработав право на сладкую жизнь.
Обратно возвращаться в "освобожденную от коммунистического рабства" страну
не спешили. Только единицы ужаснулись содеянному и повинились.
"Метили в коммунизм, попали в Россию..."
Мелькал порой в детских передачах со своими насекомыми Антон Кравченко
/слава Богу, без плевков в прошлое/. Просто человек радовался, что теперь
можно самому что хочешь издавать, были б деньги. Но последних, видимо, все
же не хватало, и Антон надолго исчез, по слухам, вместе с женой отбыв куда-
то в забугорье - Нину пригласили для научно-исследовательской работы то ли
в университет, то ли в лабораторию.
Мелькала разбогатевшая и раздобревшая на бесконечных презентациях
Регина, хозяйка картинной галереи, а может, и не одной, со своими
вернисажами, новоиспеченными "гениями" и мемуарами о "властью гонимых", но
ею, Региной, хранимых, в том числе и о Даренове. Потом исчезла. Совсем.
Регину убила какая-то шпана по дороге от гаража к дому - не из-за шедевра -
из-за шубы. Даже не норковой, обычный мутон. Удавили обрывком провода,
выдернули серьги из ушей, сапоги сняли, шубу и что-то еще. Иоанна больше
слушать не смогла, выключила "Криминальную хронику", сидела неподвижно,
уставившись в мертвый экран. "Та" Регина в серебристо-брючном костюме живо
и пронзительно улыбалась из прошлого.
- Господи, что же это... Сделай что-нибудь. Господи!..
В их жизнь вполз ужас - душа кричала об опасности, счетчик Гейгера
где-то в глубине стучал с бешеной скоростью. Хотелось забиться в нору
поглубже, обхватить руками колени и тихонько поскуливать от страха. Их
насильно втянули в какую-то кровавую игру с неизбежным проигрышем, где
вместо карт и фигурок - живые люди, а вместо доски - изнаночное подполье.
Спасала Иисусова молитва, постоянная, сердцем, как учил Ганя. И его
прощальный подарок - закатная дорога в вечность. Она ступала на нее и
чувствовала, что Ганя рядом - его тепло, дыхание. Смилуйся, Господи...
Впереди был Огонь, он разгорался ярче с каждым их шагом, и страх оставался
там, позади. Разбуженный шевелящийся хаос клубком гадов откатывался вместе
со страхом. Хаос боялся Огня и отступал. И она понимала, что этот хаос-
страх - в ней, внутри. И чтобы сжечь, спалить его, надо тоже шагнуть в
костер.
"Мы спасемся, выйдем, но как бы из огня..." "Не бойся, малое стадо".



    ПРЕДДВЕРИЕ 60




СТАРЫЕ И НОВЫЕ МЫСЛИ О ГЛАВНОМ

"Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был
человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истинны; когда
говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи."/Иоан.8:44/
Князь тьмы, то есть "отец лжи" - великий путаник. Руси предстоит
многотрудное блуждание по дремучему лабиринту "дверей" - российских путей к
Небу, представлений о Небе, заблуждений и интуитивных откровений свыше.
Надо отделить Слово от идеологии правящей власти, всегда толкующей Слово в
свою пользу не без помощи части духовенства. Предстоит отделить зерна от
плевел. Прежде всего, при духовном делании, восхождении соблюдать три
ступени ПОДЧИНЕНИЯ:
Тело - подчинить разуму. Разум - духу. Дух - Богу. Дабы с самого пика,
возгордившись, не свалиться к подножию.
Бедные неразумные овцы, получившие свободу разрушить ограду,
растоптать пастырей, подавить друг друга, скитаться по горам без присмотра,
падать в пропасть и служить пищей волкам...
Коммунисты-верующие - от каждого по талантам /притча о талантах/,
каждому - хлеб насущный. Величайшая христианская добродетель - послушание -
тоже вполне соответствовала сути иосифовой Антивампирии. Послушание кому? -
ответ на этот вопрос определит судьбу Иосифа в вечности. Судя по плодам -
стоит лишь сравнить "товарищей" с "новыми русскими" ("в крутую" "всмятку" и
"в мешочек") - ответ однозначен.
Советскую власть разрушила, накапливаясь, критическая масса
коллективного греха.
"Если вы не будете заниматься политикой, то политика займется вами".
/Бисмарк/
- Революцию надо было делать, чтобы спасти богатых от пленения
Вавилонской блудницей, а бедных - от зависти к ним.

Борьба должна быть не классовая, не национальная, не политическая, не
религиозная, а всего БОГОЧЕЛОВЕЧЕСТВА с князем тьмы. Во имя свершения
Замысла - Новый Адам в Доме Отца. Верующие под Царствием понимают Дом
Творца, неверующие - светлое будущее нового преображенного человечества.
Или просто "помнят долг", что уже очень много.
"НАШИ" - все, кто верит в "высокое призвание" человека. Кто никогда не
продаст ТАЙНУ за "бочку варенья". Кто не променяет "первородство на
чечевичную похлебку".
То, что одна цивилизация с библейских времен почитает "первородным
грехом", болезнью к смерти /похоть плоти, похоть очей и гордость
житейская/, вылечиться от которой - цель и смысл земной жизни, - другая
цивилизация почитает за смысл и цель. Саму болезнь - со всевозможными
тяжелыми осложнениями /чем больше, тем лучше/ - обрастание вещами, домами,
счетами, страстями - пудовыми гирями, не дающими взлететь.
"ЗАПРЕЩАЕТСЯ ЗАПРЕЩАТЬ!" - лозунг сатаны. Одна цивилизация вслед за
"отцом лжи" объявляет запреты нарушением "прав человека", а другая -
предписанным врачом строгим больничным режимом, лечебной диетой во
исцеление, надписью на флаконе: "Осторожно - яд!". На сигаретах: "Минздрав
предупреждает".
Для одной цивилизации излечение - пустота ада. Для другой - подлинная
СВОБОДА. Вот где проходит черта разделения, а не по анкетным данным:
материальное положение, национальность, партийность, вероисповедание, место
жительства... Суд будет по СОСТОЯНИЮ СЕРДЦА, ибо Господь сказал:
"Дай Мне, сыне, сердце твое"... А не удостоверение личности.
Ненависть оборотней к коммунистической идеологии сродни ненависти к
христианству тех, кто ищет зеленой улицы и оправдания своему праву "болеть
к смерти". "Бремя Мое легко есть..." Коммунистическая идеология тоже была
легка для жизни. Народ находился в послушании у власти, имел "хлеб
насущный", был освобожден от дурной рекламной "количественной
бесконечности" желаний. И противостояние Вампирии /царству Мамоны/ вполне
соответствовало христианству. Как, впрочем, и другим основным религиям. Как
и "души прекрасные порывы" в годы гражданской и Великой Отечественной войн,
великих строек... Человек тоскует по "высоким состояниям", по жертвенному
подвигу, ибо по сути это царский Путь Христа. Эта тоска по военным годам...
По утраченной чистоте, когда был мир с самим собой и с Богом. Пусть
"НЕВЕДОМЫМ".
Душа остро чувствует, прозревает опасность, несмотря на зомбирование
рекламой и дурман "Останкинской иглы". Раньше у людей были совсем другие
лица.
Кстати "Останкино" - яркий пример того, что все не может однозначно
быть плохим или хорошим, в том числе и работа на телевидении. Самый строгий
священник благословил бы "Голубой Огонек", но в ужасе замахал бы руками и
открестился от какого-нибудь "Про это". Ваш грех, господа телевизионщики,
растиражированный ежедневными миллионными тиражами, - задумайтесь о
поистине страшном оружии в ваших руках - куда там атомная бомба! "Не
бойтесь убивающих тело, но душу!" А сколько детей под ваши "снаряды"
попадает?
Вампиры, как известно, бессмертны, в них можно только вбить осиновый
кол. Еще они боятся света, которого в людях, как правило, нет. Вампиры то и
дело оборачиваются прекрасными панночками. Не защитишься магическим кругом
- ворвется нечисть даже в церковь. Гроб летает над головой, приводят Вия, и
все вопят, желая погубить:
- Где он?.. Где?

Вслед за Евангелием великая русская литература учила не сворачивать на
"широкий путь погибели".
РЕВОЛЮЦИЯ СОЗНАНИЯ не в том, чтобы отнять или перераспределить, а
чтобы не желать, не иметь ЛИШНЕГО.
"На злобу безответная, на доброту приветная,
Перед людьми и совестью права..."
Благовест о вхождении Царства Небесного в сердца людей - Евангелие -
свидетельствует, что Царствие начинается с земли.
Иногда советские идеологи казались смешными, иногда - бездарными - так
лебедь с подрезанными крыльями становится похожим на гуся. Порой вся эта
игра /съезды, кампании, цензура/ представлялась чем-то иррационально-
условным, но думалось: - а может, иначе нельзя? Нельзя без всевозможных
запретов и ограничений? Может, и вправду - дай народу волю, дай послабления
в частной собственности или морали - и все рассыплется? Каково стадо,
таковы и пастыри.
- А ведь действительно все началось со звонка Горбачева Сахарову, -
заболтал АГ черными ножками в белых сандаликах, - а кончится... "Ха-ха-ха!"
- как написал бы Иосиф на полях библиотечной книги.
- Но что безусловно было плохо, что трагически накапливалось -
нестерпимая фальшь, двуличие верхов. Тот случай, когда от повторения правда
портилась. Кто они - безнадежные дураки или продажные циники? Чем
ревностнее защищали они свои в общем-то правильные, не вызывающие сомнений
заповеди, тем большее недоверие вызывали эти догмы у "совков". Пастыри "НЕ
БЫЛИ", не соответствовали, они "КАЗАЛИСЬ". Так прикидывался овечкой
крыловский волк, забравшийся по ошибке на псарню. Все более лезли из-под
костюмов от кремлевских кутюрье шерсть, клыки и звериные когти.
Чем чаще они распинались о защите овец, о любви к стаду и о
собственной "правоверности", бескорыстии, чистоте дел и помыслов, любви и
дружбе, тем более вызывали сомнений у народа сами их ценности".
"Дурно пахли мертвые слова". Станиславский сказал бы "Не верю!"
Вот против чего был скрытый протест в народе - против их испортившейся
от лицемерно-частого повторения "правды", в которую люди когда-то поверили.
Рыба тухла с головы, как и на предыдущих страницах Истории. И неразумный
народ снова выплеснул с водой ребенка, а затем оцепенело безмолствовал от
содеянного.
Народ чувствовал, что их пасут все более проявляющиеся ОБОРОТНИ, и
стадо в панике устремилось в пропасть. Неверно делить людей на овец и
волков. Дело в том, что все - ОВЦЕВОЛКИ.
Социальное христианство - узаконенное рабство, все проникнуто
невыносимым мещанские морализмом. "Социализм" эпохи застоя также
превратился в мещанское, лишенное духа общество.

Ты долго ль будешь за туманом
Скрываться, русская звезда,
Или оптическим обманом
Ты облачишься навсегда?
Ужель навстречу жадным взорам,
К тебе стремящимся в ночи,
Пустым и ложным метеором
Твои рассыплются лучи?
Все гуще мрак, все пуще горе.
Все неминуемей беда.
Взгляни, чей флаг там гибнет в море,
Проснись - теперь или никогда.
/Ф.Тютчев/

Индивидуализм, замкнутость на себя - рабство у себя. И космический
/нирвана/, и социальный коллективизм растворяются в безликой стихии мира.
СВОБОДА ДУХА - выйдя из себя, преодолев себя, остаться собою - в Боге.

Лозунг "Владыкой мира будет труд" - идолопоклонство. При капитализме
труд - "работа вражия" на гиперболизированную похоть. Свою или других - не
имеет значения. Рабство фараоново, служение Мамоне.
Родовую необходимость труда на "хлеб насущный" Господь назначил как
повинность, наказание за грех прародителей.
При советской власти труд на Антивампирию объективно служил СПАСЕНИЮ,
ОХРАНЕ личности. Ну, а для ОСВОБОЖДЕННОГО ДУХА труд - средство реализовать
Замысел Божий в каждом.
Страх близости Бога - Огня пожирающего и Света, разоблачающего тьму.
"Отойди от меня, Господи, ибо я - человек грешный..."
"Народ Мой! вожди твои вводят тебя в заблуждение, и путь стезей твоих
испортили". /Ис.3:12/
"И указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и
братья Мои;
Ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и
сестра и матерь." /Мф.12:49-50/
"Да будут все едино: как Ты, 0тче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да
будут в Нас едино..." /Иоан.17:21/.
Движение вверх /восхождение / сближает все в Боге - на вершине. Не в
этом ли разгадка мистических свойств ПИРАМИДЫ?
В христианстве должны быть соединены правда-Истина и правда-
справедливость.
"Чтобы победить неправду социализма, нужно признать правду социализма
и осуществить ее". /Владимир Соловьев/
Рулетку - орудие погибели, изобрел человек праведнейший - ученый Блез