– Купи себе подарок!
   – Спасибо, милый! – обрадовалась та и спрятала деньги в сумочку. – Ты позвонишь мне, когда в следующий раз прилетишь в Лондон?
   – Разумеется! – кивнул он, весьма сомневаясь в этом. – Пока, крошка. Все было чудесно!
   Выпроводив гостью, Эйс заглянул в 212-й номер, но Алекс в нем уже не было: вероятно, она позвонила подруге, чтобы та ее выручила. Так и есть – подойдя к стойке, он выяснил, что Алекс сама заплатила за номер. Эйса трясло от ярости всю дорогу до аэропорта.

ГЛАВА 7

   Прилетев в Лос-Анджелес, Эйс на следующий день пришел на съемки «Загородного клуба» усталым и раздраженным. Это заметили все и потому старались обходить его стороной. У Джонни Дансера на то имелась особая причина – в отсутствие друга он переспал с его любовницей, Гейл Адамс.
   В три часа к Эйсу подошла посыльная и смущенно пролепетала:
   – Я знаю, что вы не любите разговаривать с репортерами…
   – Ты угадала, крошка!
   – Но один из них утверждает, что вы с радостью с ним побеседуете. Речь якобы пойдет о вашей матери…
   – Имя? – спросил Эйс.
   – Рита.
   – Да не твое, дуреха! Его!
   – Простите! Томас Фланаган…
   Эйс вырвал у нее из рук мобильный телефон и жестом приказал исчезнуть на время.
   – Что нужно, Фланаган? – прорычал он в микрофон.
   – С тобой желает встретиться Лоретта, – флегматично сообщил ему репортер.
   – Что ей надо? Уж не думает ли она, что я раскошелюсь? Передай ей, что я не дам ей ни гроша. Я не намерен финансировать твою бредовую затею с книгой.
   – Нет, дело не в этом. У нее возникли какие-то новые идеи относительно этого проекта, – сухо сказал Фланаган.
   – Где она? – спросил Эйс.
   – Здесь, в Лос-Анджелесе. Адрес: Мэллани-драйв 1612, квартира 2Б. Советую поторопиться, пока она не передумала. Предупреждаю: она тебя боится, я обещал, что ты не доставишь ей неприятностей.
   – Неприятностей? Да я просто-напросто сверну ей шею! – пообещал Эйс и прервал разговор.
   Он вышел из павильона, не сказав никому ни слова, и на сумасшедшей скорости помчался по названному Фланаганом адресу. Вскоре он сообразил, что указанный дом находится неподалеку. Хорошенького же он нашел себе частного детектива, если тот не сумел разыскать ее в течение месяца! Вот осел!.. Эйс был так зол – и на детектива, и на репортера, – что не задался элементарным вопросом: а с какой стати Фланаган вдруг проявил такую любезность?
   На его нетерпеливый стук в дверь квартиры 2Б долго никто не отзывался. Выведенный из терпения, Эйс выбил дверь ногой и ввалился в полутемную комнату. Внутри было душно, пыльно и жарко. Занавески на закрытых окнах оказались задернутыми, жалюзи опущены.
   Оглядевшись, Эйс замер: на диване в полутьме вырисовывалась чья-то фигура. Он присмотрелся и вздрогнул – в седой уродливой старухе с морщинистым лицом, крикливо разрисованным румянами, тушью и помадой, угадывались знакомые с детства черты. Да, это была, несомненно, она – Лоретта Делани, его родная мама!
   Проглотив ком в горле, Эйс подошел поближе, перешагивая через пустые бутылки из-под спиртного, шприцы, иглы и ампулы. Он заставил себя протянуть руку и пощупать ее запястье: пульс отсутствовал.
   Перед ним лежал труп его матери, однако жалости к умершей он не испытывал. Взгляд его упал на диктофон, он торопливо нажал на кнопку выброса кассеты, но аппарат оказался пуст: скорее всего, пленку забрал Фланаган. Ну и подонок – позвонил ему, зная, что его мать умирает или уже умерла, чтобы сынок занялся похоронами!
   Спокойно! – приказал Эйс себе и первым делом связался по мобильному телефону со своим адвокатом Ларри Найтом, после чего тщательнейшим образом осмотрел помещение. Однако никаких следов записей воспоминаний матери он не нашел. Наконец где-то поблизости завыла полицейская сирена, захлопали дверцы автомобилей, застучали по лестнице каблуки.
   В дверном проеме возникли двое полицейских. Направив на него револьверы, они обыскали Эйса и надели на него наручники. Он лишь скрипел от ярости зубами и не произносил ни слова. Полицейские провели его сквозь толпу зевак и запихнули в машину.
   Известие о смерти Лоретты Делани и об аресте Эйса распространилось со скоростью лесного пожара. Сперва в Лос-Анджелес а затем и по всем Соединенным Штатам: телевидение и пресса не теряли времени даром. Но до Джека и Лайзы, вылетевших в Сан-Франциско спустя несколько часов после отлета Эйса в Америку, эта новость докатилась, лишь когда они сошли с самолета. Один из журналистов узнал Джека и закричал:
   – Вы ведь Джек Фаррелл? Эй, вы слышали об аресте Делани? Что привело вас в Калифорнию?
   – Прочь с дороги! – крикнул в ответ Джек, утомленный полетом. – Нам ничего не известно. Мы прибыли с частным визитом.
   – Какое Эйс Делани имеет отношение к смерти своей матери? – не унимался репортер.
   – Он даже не знал, где она жила в последнее время!
   – Но его взяли возле трупа матери! – сообщил журналист. – Вы желаете что-нибудь сказать в связи с этим?
   – Не напирайте на меня! И замолчите, вы пугаете ребенка!
   Когда они вырвались из кольца газетчиков, Лайза спросила:
   – По-твоему, ее убил Эйс?
   – Разумеется, нет! – Но в душе Джек не был в этом уверен. – Пожалуй, мне надо слетать в Лос-Анджелес! – помрачнев, сказал он жене.
   – А как же мы с Китти?..
   – Поживете пока у твоих родителей. Пойми, может, ему требуется моя помощь!
   Лайза лишь пожала плечами и всю дорогу до дома родителей не разговаривала с ним.
   Джошуа и Ханна Ренуик вышли им навстречу из своего особняка с радостными улыбками. Вместе с ними приезда Китти с нетерпением ожидал и Хэл, брат Лайзы. Джек извинился и объяснил причину своего вынужденного отъезда. Лайза заплакала, расхныкалась и малышка.
   – Не плачь, крошка! – успокаивал Джек девочку. – Папа скоро вернется. – На жену он старался не смотреть.
   – Может, зайдешь в дом хотя бы на минуту? – сказал Хэл. Ему хотелось расспросить Джека о Мелиссе: когда-то он был влюблен в нее и надеялся жениться на ней. Но удача сопутствовала ему совсем недолго, лишь в короткий период после того, как Мелисса сделала аборт и порвала отношения с Ником Ленноксом. Правда, даже тогда все понимали, что она продолжает любить Ника. В глубине души Хэл тоже догадывался об этом. – Впрочем, ладно. Могу подбросить тебя до аэропорта, – предложил он.
   – Спасибо, – кивнул Джек. Попрощавшись со всеми, он отправился с Хэлом в аэропорт. В дороге он спросил: – Ты что-нибудь знаешь о смерти матери Эйса?
   – Я даже не подозревал, что она жива, – признался Хэл. – Мне известно лишь то, что Эйса арестовали в квартире его матери. Кто-то из соседей видел, как он вышиб ногой дверь, и вызвал полицию. Когда дежурная машина прибыла на место происшествия, женщина была мертва. Советую не впутываться в эту историю, Джек!
   – Больше ты ничего не знаешь? – мрачно спросил Джек.
   – Нет. – Хэл пожал плечами. – Мало ли что толкнуло его на это. У тебя есть какие-то версии?
   – Никаких. Знаю только, что он не видел ее много лет. А ты, похоже, рад, что его обвиняют в убийстве.
   – Да ладно тебе, старина! Вспомни-ка все эти его драки по пустякам. Я сам не раз был этому свидетелем в раздевалках на турнирах. Полицейские быстро до всего докопаются. Впрочем, довольно о нем. Лучше расскажи мне, как поживает Мелисса!
   – Она беременна, Ник обожает ее, они счастливы, – раздраженно отрезал Джек, испытывая неприязнь к Хэлу.
   – Эйс рассказывал тебе о Дэниелле Кортес? – после недолгого молчания спросил у Джека по дороге шурин.
   – Что-то не припоминаю. А кто эта девчонка? Его новая подружка?
   – Надеюсь, что нет – ей всего пятнадцать лет, – ответил Хэл. – Он просил меня устроить ее в школу тенниса.
   – Вспомнил, – оживился Джек, – он рассказывал мне о своей новой подопечной. Девочка из бедной семьи, но подает большие надежды. Эйс хочет стать ее спонсором.
   – С каких это пор он занялся благотворительностью?
   – Послушай, давай оставим его в покое! – разозлился Фаррелл. – Спасибо, что подвез меня в аэропорт. Передай Лайзе: при первой же возможности позвоню. Пока!
   Расставшись с Хэлом, Джек купил билет и позвонил домой Эйсу, надеясь, что его сообщение, записанное автоответчиком, прослушает кто-то из подружек Эйса. Но запись прослушал Джонни Дансер, он же вместе с рыжеволосой подружкой Эйса Гейл Адамс и встретил Джека в Лос-Анджелесе. Для этого у него имелись личные мотивы: ему не хотелось терять свой лакомый кусок – роль в сериале «Загородный клуб».
   Джонни, узнавший Джека по фотографиям, которые не раз видел в газетах, сообщил ему, что полиция еще не предъявила задержанному никакого обвинения: многое зависит от результатов вскрытия трупа. Адвокат пытался вытащить Эйса из клетки, но безуспешно: в квартире его мамаши обнаружили героин.
   – Вот это номер! – схватился за голову Джек.
   – Да, с учетом того задержания в аэропорту за провоз наркотика эта находка придает расследованию особый оттенок. Весьма опасный…
   – Мне нужно срочно позвонить в Англию, – задумчиво произнес Джек. – Тот случай был подстроен одной особой.
   В этот ранний утренний час к телефону в Англии подошел Ник.
   – Мелиссу будить я не стану, – заявил он, узнав, что Эйса в очередной раз упрятали за решетку. – Впрочем, она проснулась!
   – Джек! – взяла у него трубку сестра. – Что случилось?
   – Эйс снова арестован, на сей раз – из-за внезапной смерти Лоретты Делани. У тебя есть номер телефона Алекс Кейн? Она должна рассказать полиции обо всем, что натворила в прошлый раз. Иначе не миновать беды!
   В нескольких словах Джек объяснил сестре суть той истории.
   – Записывай! – Мелисса продиктовала ему номер Алекс и спросила: – Могу я чем-то еще помочь? Не вмешивайся, Ник…
   Ник выхватил у нее трубку и с треском шмякнул ее на телефонный аппарат: он был взбешен.
   Джек усмехнулся, представив семейную ссору, и быстро набрал на аппарате цифры, которые сообщила ему сестра. К телефону подошла Алекс. Джек обрушил на нее информацию.
   – Мне плевать на игры, которые вы с Эйсом затеяли! – заявил он ей в конце своего гневного монолога. – Дело не шуточное. Первым же рейсом вылетай в Лос-Анджелес и расскажи местным полицейским все как на духу!
   – Нет! Я не могу! Отец меня убьет! – закричала Алекс. – Эйс откупился от неприятностей в прошлый раз, выкрутится и сейчас!
   – Не будь дурой! Его могут обвинить в преднамеренном убийстве! – взорвался Джек. – Знаешь, с наркоманами такое частенько случается. А в Калифорнии за подобное преступление полагается смертная казнь.
   – Ладно, я согласна, – выдержав паузу, пролепетала Алекс.
   – Вот это другое дело! Молодец! – Джек облегченно вздохнул. – Я тебя встречу!
   С довольной улыбкой он обернулся к Джонни и Гейл, затаив дыхание слушавшим его телефонные переговоры.
   – Она прилетит сюда? – спросил Джонни.
   – Да! Ее показания подтвердят невиновность Эйса в провозе героина в коробке из-под часов, – сказал Джек. – И тогда у полиции станет меньше оснований подозревать его в убийстве Лоретты Делани.
   Позднее Ларри Найт, адвокат Эйса, очень внимательно выслушал Джека, но выразил сомнение в том, что заявление Алекс принесет Эйсу пользу.
   – Ведь на суде Делани во всеуслышание заявил, что без труда может раздобыть в родном городе наркотики! А где гарантия, что Алекс не лжет? Нет, у суда будут сомнения. Главное – в другом: полицейские разыскивают репортера по фамилии Фланаган, они полагают, что именно он был последним, кто видел Лоретту Делани живой. Поиски каких-либо ее записей не увенчались успехом, значит, их перехватил журналист. Есть подозрение, что он позвонил Эйсу, чтобы заманить в ловушку.
   – А кто сообщил об Эйсе в участок? – спросил Джек.
   – Двое неизвестных, с интервалом в десять минут. Сейчас пленку с записью этих сообщений изучают эксперты, – ответил Ларри. – Я полагаю, что первым позвонил в полицию Фланаган, увидев, как Эйс входил в квартиру, а вторым – кто-то из соседей, пожелав при этом сохранить анонимность.
   – И долго Эйса продержат в тюрьме?
   – До результатов вскрытия. Завтра его либо отпустят, либо оставят в камере до суда, предъявив ему обвинение. Я надеюсь, что в оставшиеся часы им удастся найти и допросить Фланагана, – сказал адвокат. – Тогда заявление Алекс Кейн будет воспринято по-другому.
   Джек кивнул, но по его лицу было видно, что он утратил прежнюю уверенность в успехе. Судьба Эйса зависела от показаний репортера, который собирался напакостить ему, и от девчонки, ненавидящей его всеми фибрами души. Помочь ему может только Всевышний…
   До последнего момента лелея надежду, что все рейсы в Соединенные Штаты внезапно отменят, Алекс смирилась с неизбежным, лишь когда зарезервировала билет. Она окончательно запуталась в чувствах к Эйсу. Сначала она возненавидела его за то, что он упорно пытался, как она возомнила, овладеть ею силой. Но едва лишь он заявил, притом с безразличным видом, что никогда и не собирался делать этого и вдобавок вышвырнул в окно ее одежду, она растерялась. Слава Богу, она так напилась, что не разозлилась и не постеснялась попросить горничную подобрать и принести ее вещи.
   Алекс заказала такси и быстро собрала чемодан, рассчитывая выскользнуть из дому до того, как проснутся отец и Роза. О своем отъезде она намеревалась известить их запиской. Лишь в последний момент Алекс сообразила, что ее паспорт хранится в отцовском сейфе с тех пор, как она порывалась броситься в погоню за коварным Димитрием.
   – Папуля! – Она постучалась в дверь спальни отца и, не дожидаясь ответа, вошла в нее. Рядом с папашей на огромной кровати лежала голая Роза. – Папуля! – громче повторила Алекс, нисколько не смутившись.
   – А? Кто там? Ты заболела? – испуганно спросил Филип, натягивая на себя и Розу одеяло. – В чем дело?
   – Я совершенно здорова, отец! Извини, что разбудила вас, но мне срочно понадобился мой паспорт. А он в твоем сейфе…
   – Паспорт? – Филип сел на кровати и потер виски. Роза притворилась спящей. – Но зачем он тебе? – раздраженно поинтересовался он.
   – Мне нужно слетать в Штаты! Прошу тебя, побыстрей отдай мне его, папуля! Я опаздываю на самолет. Поговорим, пока ты будешь отпирать сейф.
   – Ну, хорошо, – вздохнул Филип и потянулся за халатом.
   Алекс вышла из спальни и ожидала его в холле. Спустя двадцать минут, когда она уже мчалась в Хитроу на такси, Филип поднялся по лестнице наверх и поделился с Розой новостями, услышанными от дочери.
   – Эйса Делани арестовали в связи со смертью его матери. Похоже, она умерла от передозировки наркотика.
   – Но ведь совсем недавно Эйса осудили за контрабанду героина! – задумчиво заметила Роза.
   – И Алекс, как выяснилось, причастна к этому, – тяжело вздохнул Филип. – Она призналась мне, что подложила пакетик с героином в его багаж, после чего позвонила в таможню Лос-Анджелеса. Мотивов этого поступка она не объяснила, похоже, их у нее вообще нет, – сокрушенно добавил он.
   – Эйс обладает уникальной способностью пробуждать в людях низменные чувства, – сказала Роза.
   – Но когда она успела впутаться в аферы с героином? И как я мог этого не заметить? Она поклялась, что сама не употребляет наркотиков. Так откуда же она их взяла? – Он опустился на кровать и подпер голову руками. Роза встала возле него на коленях, положив руки ему на плечи, и он уткнулся лбом в ее пышную грудь. Это его слегка успокоило. – Где я допустил ошибку в воспитании дочери?
   Роза мудро промолчала. Он погладил ей руки, взглянул в глаза, в которых читалось сочувствие и недоумение, и продолжил:
   – Конечно, я избаловал ее. Но мог ли я поступить иначе? Элизабет умерла, когда девочке исполнилось десять лет. Затем уволилась и любимая няня Алекс, и она сильно тосковала по Магде.
   – Как могла она бросить ребенка, только что потерявшего мать? – воскликнула Роза, возмущенная такой бессердечностью.
   – Вряд ли можно винить ее в этом, – возразил Филип. – Магда была славной девушкой. Уйти от нас ее вынудили обстоятельства. Я не хотел вспоминать ту историю, но, пожалуй, тебе следует ее знать… Дело в том, что после смерти Элизабет одна из газетенок опубликовала заметку, в которой упоминалось о колоссальном наследстве, полученном Алекс. Помнится, ее обозвали «бедной маленькой миллионершей», поставив на одну доску с наследницей состояния Онассиса. Мне нужно было бы задуматься и предотвратить несчастье, но мысль о похищении даже не приходила мне в голову!
   – О чем ты говоришь? Алекс в детстве похитили вымогатели? – ахнула Роза, потрясенная до глубины души.
   – Увы! – развел руками Филип и замолчал, переводя дух. На лбу у него выступили капли холодного пота: даже теперь, спустя столько лет, его бросило в нервную дрожь. – На них напали, когда Магда провожала Алекс в школу: затолкали в микроавтобус и куда-то увезли. Но случайно свидетелем похищения стал полицейский, возвращавшийся домой со службы. Он поднял тревогу, полиция приняла энергичные меры к розыску и на другой день обнаружила обеих. Магда сказала, что хочет вернуться в Германию, к родителям. Я рассчитал ее, разумеется. Иначе поступить я не мог! – Он беспомощно передернул плечами.
   – Я все понимаю… Бедняжка, сколько горя она хлебнула! И Алекс тоже. Она, должно быть, страшно перепугалась! – воскликнула Роза.
   – Да, но об этом она не любит вспоминать, – мрачно добавил Филип. – Порой я задумываюсь, забыла ли Алекс пережитое потрясение. Ведь до сих пор она избегала путешествовать по другим странам. Может быть, со временем девочка окончательно придет в себя. Но пока ей лучше жить с нами, хотя бы до замужества. Ты не возражаешь?
   – Нет конечно! – заверила его Роза скрепя сердце. Она не была уверена, что поладит со строптивой Алекс, хотя та и вела себя в последнее время довольно-таки дружелюбно, во всяком случае, не позволяла себе никаких колкостей и двусмысленных шуточек в адрес мачехи. – Теперь я понимаю, почему она так держится за свой дом: здесь она чувствует себя в безопасности, – добавила она, умолчав о выходке Эйса, едва не утопившего ее в ванной. Может, в отместку за это Алекс и подсунула ему героин? Она ведь должна была как-то продемонстрировать, что не потерпит подобного обращения в своем доме, который привыкла считать крепостью! – Слушай, а ведь у нее могут возникнуть неприятности в связи с ее показаниями в американской полиции.
   – Вряд ли, преступление совершено в Англии, а не в Штатах. На всякий случай я порекомендовал ей взять с собой в участок адвоката, – сказал Филип. – Ты считаешь, что Эйс Делани способен на убийство?
   Роза пожала плечами.

ГЛАВА 8

   Способен ли Эйс Делани совершить убийство? Этот вопрос прозвучал тысячу раз с тех пор, как мир узнал о его аресте. Многочисленные поклонники знаменитого теннисиста – в основном женского пола – отвечали: нет! Другие, лучше знавшие его взрывной характер, полагали, что этого нельзя исключить. А судьи, имевшие несчастье быть арбитрами на матчах с его участием, вообще удивлялись, что обвинение в серьезном преступлении не было предъявлено ему раньше. Адвокат подозреваемого Ларри Найт отвергал подобные домыслы, однако в душе ликовал, читая все новые и новые заголовки в газетах: чем больше шума в прессе, тем больше вероятность судебного процесса. Именно так он и сказал Эйсу, встретившись с ним в тюрьме на другое утро.
   – Быстрее вытащи меня отсюда! – рявкнул на него клиент.
   Ночь, проведенная в камере, не доставила ему удовольствия. Стены изолятора, казалось, насквозь пропитались яростью и отчаянием. Соседа в его клетке, к счастью, пока не было, но заснуть ему все равно не удалось. Осунувшийся и побледневший, он курил сигарету за сигаретой.
   – Все решится уже сегодня: тебя либо выпустят, либо предъявят обвинение. По-моему, шумный процесс над знаменитой особой совершенно не прельщает окружного прокурора. Мне думается, что они освободят тебя.
   – Ты что, гадалка? – разозлился Эйс. – Я плачу тебе деньги не за предположения, а за конкретные действия!
   – Разумеется, – заерзал на стуле Ларри. – Кстати, прилетел Джек Фаррелл.
   – Неужели? – повеселел Эйс. – Быстро, однако!
   – Он узнал о случившемся в Сан-Франциско. Хочешь повидаться с ним?
   – Не хватало мне только принимать здесь посетителей! – фыркнул Эйс. – И заруби у себя на носу, Ларри, – я не убивал ее!
   – Разумеется. Однако отпечатки твоих пальцев обнаружены по всей комнате. К тому же тот известный полиции случай наличия у тебя героина… – Он пожал плечами.
   Эйс расхохотался: снова героин и отпечатки пальцев! Алекс Кейн порадовалась бы такому забавному сочетанию.
   – Лоретта была наркоманкой с большим стажем, полиции не составит труда разыскать типа, снабжавшего ее отравой, Но я героина ей не давал!
   Между тем и следствие пришло к такому же выводу! Результаты судебно-медицинской экспертизы были ошеломительны: в крови Лоретты Делани обнаружили такое количество наркотика и алкоголя, что оставалось лишь удивляться, как погибшая умудрилась протянуть столь долго. Частный детектив, к услугам которого Эйс прибегал незадолго до Рождества, подтвердил, что найти Лоретту ему так и не удалось. А сотрудники телевизионной студии, работавшие с Эйсом, заявили, что он был занят на съемках вплоть до звонка Фланагана. Но сам репортер исчез, он даже не пришел домой ночевать.
   – Придется выпустить этого подонка, – с негодованием воскликнул капитан полиции. Адвокат как в воду глядел – шум в печати вокруг ареста знаменитости вынудил окружного прокурора строже соблюдать требования закона.
   В полдень в участок явился Томас Фланаган собственной персоной, в сопровождении личного адвоката. Он признал, что Лоретта скончалась незадолго до того, как он позвонил по телефону ее сыну, но твердо стоял на том, что смерть наступила в результате несчастного случая. Да, говорил журналист, он покупал для нее водку, но не героин. Ему волей-неволей приходилось выполнять ее прихоти, в противном случае она не стала бы разговаривать с ним о жизни юного Эйса.
   – У нее имелся постоянный поставщик наркотика, кто-то из ее соседей, – гнул свою линию репортер. – Я пытался увезти ее куда-нибудь подальше из Лос-Анджелеса на время нашей совместной работы над книгой, опасаясь ярости Эйса Делани, но она наотрез отказалась покидать город: боялась, что не достанет необходимое ей зелье в другом месте. Ведь я сразу же предупредил ее, что не стану помогать ей в этом!
   Что ж, решили в полиции, будем считать, что столкнулись с очередной гибелью старой проститутки из-за злоупотребления наркотиками и выпивкой. Таких случаев полно в любом участке, морги забиты подобными жертвами пагубной привычки. Пусть Делани убирается вон, и Фланаган тоже, как только подпишет свои показания.
   Первым из изолятора вышел Эйс, прикрыв лицо газетой от объективов репортеров и не обращая внимания на их вопросы. Освобождение принесло ему некоторое облегчение, однако успокаиваться было рано: Фланаган не собирался отказываться от своей затеи.
   – Можно остановить выпуск его книги? – спросил он у Ларри.
   – Попытаемся, но, похоже, он уже подписал с издательством договор.
   – Я в этом не уверен, – покачал головой Эйс. – Они не стали бы покупать кота в мешке. А Лоретта ведь не все ему рассказала, тянула время. Устрой мне с ним встречу!
   – А если он не испытывает особого желания с тобой разговаривать? – прищурился Ларри.
   – Попробуй надавить на него, подкупить, в конце концов! Ведь он пытался подставить меня под обвинение в убийстве собственной матери. Сердце подсказывает мне, что он давал ей деньги на наркотики, а может, и сам снабжал ее героином. Пригрози, что втянешь его в долгосрочную тяжбу, но намекни, что мы можем уладить этот вопрос к общему удовольствию. Используй принцип кнута и пряника, старик! Пусть он только согласится встретиться со мной, мне это очень важно.
   – Ладно, – согласился Ларри, – подожду, пока его выпустят, и попробую поговорить.
   – Вот и хорошо! Между прочим, не знаешь, что стало с моей машиной?
   – Она припаркована возле твоего дома, ее пригнал Джонни Дансер.
   – Чудесно! Тогда сейчас же еду домой, хочется поскорее залезть под душ, выпить, переодеться. Пока, Ларри! – И он стал ловить такси, с наслаждением вдыхая воздух свободы.
   Очутившись в своем уютном жилище, которое в его отсутствие охраняли Мария и Рауль, супруги, поддерживающие в доме порядок и чистоту, Эйс с удовольствием вымылся, облачился в черные джинсы и белую шелковую сорочку и вышел на террасу полюбоваться океаном, время от времени делая добрый глоток бурбона. Мария предложила ему перекусить, но он отказался от еды, испытывая нужду лишь в одном – расслабиться. Однако напряжение не спадало. Нервничаю, словно девственница в первую брачную ночь, подумал Эйс. Если, конечно, на свете еще встречаются такие создания…
   Немного погодя Делани осмотрел автомобиль. «Порше» был в полном порядке, из салона ничего не украли: и стереопроигрыватель, и телефон оказались на месте. Вероятно, воришек отпугнули полицейские, съехавшиеся на место преступления…
   Ему подумалось, что следует поблагодарить Гейл и Джонни за оказанную любезность, но он тотчас же горько усмехнулся: судя по их напряженному поведению, они не слишком скучали в его отсутствие. Эйс терпеть не мог людей, способных переспать с любовницей друга.